# Спор

Дмитрий Петрович Ознобишин

(Восточная повесть)

СПОР


(Восточная повесть)


Урания. Карманная книжка на 1826 год для любительниц и любителей русской словесности

Издание подготовили Т. М. Гольц и А. Л. Гришунин

Серия "Литературные памятники"

М., "Наука", 1998


Однажды Халиф1 Гарун аль Рашид2 не мог во всю ночь закрыть ни на минуту глаз своих. Он встал с постели и прохаживался из одной залы в другую, не находя нигде успокоения. -- Поутру велел он призвать к себе Асмая. Как скоро сей пришел с дружественным приветствием, Халиф сказал ему: Здравствуй! Асмай! -- Расскажи мне что-нибудь для рассеяния скуки, которую нагнала на меня длинная и бессонливая ночь. Расскажи мне, прошу тебя, лучшее, что ты когда-либо слышал из уст женщины-певицы. -- С удовольствием и охотою, Повелитель Правоверных, -- ответствовал Асмай. -- Много слышал я в моей жизни песен девических, -- но только три из них, петые тремя красавицами, в особенности мне понравились.

"Расскажи мне сию повесть", -- сказал Халиф, и Асмай начал:

"В один день, когда я находился в Бассоре3, нестерпимый жар понудил меня искать прохладного убежища. Долго искал я оного с правой и левой стороны, и наконец увидел галерею, украшенную коврами. В одном углу ее возвышалась софа. Окны были растворены, ветерок навевал запахом мускуса. Я взошел в галерею, сел на софу, и в ту же минуту сладостная мелодия возбудила всё" мое внимание. Один голос пел:


Я дремала, но украдкой

Мимо ложа он мелькнул,

О, зачем сей ночью -- сладкой

Сон глаза мои сомкнул.


Другой девичий голос продолжал:


В светлом, утреннем виденьи

Милый друг явился мне,

Я мечтала, в упоеньи,

Жизнь утратить в наслажденьи; -

Счастье было лишь во сне!


Наконец послышался третий девичий голос:


Всякий час прохладной ночи

Я делюсь восторгом с ним;

Мне его сияют очи

Наслаждением живым;

Мне -- в устах его прелестных

Поцелуй всегда горит;

Но когда с полей небесных

Ночь покров свой удалит, -

Мнится вкруг моей ложницы,

С пробуждением денницы,

Запах роз и лилий слит.


Когда сии ангельские голоса умолкли, я хотел удалиться. Смотрю, -- вот приближается ко мне невольница и говорит: садися. Она подала мне листок. Я развернул его и нашел следующие строки, написанные прекрасноокругленным почерком.

"О Шейх4! да сохранит Небо жизнь твою! три сестры положили нынешним утром по сту золотых монет -- в награду за лучшие стихи, которые будут спеты. Мы представляем тебе право произнести приговор и полагаемся на твою справедливость. Да будет мир с тобою!"

"Дай мне перо и чернилы", -- сказал я невольнице. Она принесла мне серебряную чернильницу с мускусовыми чернилами и золотое перо, -- я написал следующие стихи:


На миг один ко мне вниманье -

Из уст невольницы младой

Я слышал сам повествованье:

Три девицы -- очарованье,

Как розы прелестью живой

Вступили в спор между собой -

Чья песнь приятней и звучнее?

Вот день угаснул вечерея

И ночь простерлась в вышине;

Им мнится, будто бы оне

В сей час таинственно-глубокий

Никем не зримы, одиноки;

Но я их мысли угадал;

Забав, веселости резвивой

Свидетель тайный, я внимал,

Как глас красавицы стыдливой

В прелестных звуках выражал:

"Я дремала, но украдкой

Мимо ложа он мелькнул,

О, зачем сей ночью -- сладкой

Сон глаза мои сомкнул!"

Умолкнул глас, и неги полный

Будто сердца вздох невольный

Из груди умчав с собой,

Тихо слышен звук другой:

"В светлом, утреннем виденьи

Милый друг явился мне;

Я мечтала, в упоеньи,

Жизнь утратить в наслажденьи; --

Счастье было лишь во сне!"

Силу чувства понимая,

Все волнения души,

Песнь свою поет меньшая

В очарованной тиши:

"Всякий час прохладной ночи

Я делюсь восторгом с ним;

Мне его сияют очи

Наслаждением живым,

Мне в устах его прелестных

Поцелуй всегда горит;

Но когда с полей небесных

Ночь покров свой удалит, -

Мнится, вкруг моей ложницы

С пробуждением денницы

Запах роз и лилий слит!"

В мраке ночи стихло пенье;

Но прелестных милый хор

Мне доверил их сужденье,

Беспристрастный приговор:

Младшей, младшей вся награда,

Песнь ее души полна,

В ней небесная отрада

С звуком сердца сдружена!


Я отдал листок невольнице, которая скоро возвратилась и сказала мне: Асмай, садися! -- Кто открыл тебе мое имя? -- спросил я. -- Стихи, -- отвечала она. В это время растворилась дверь. Первая певица вышла и предложила мне корзинку с бисквитами. Я поблагодарил ее, встал и хотел удалиться, как вдруг третья певица, воскликнув: "Садись, Асмай", -- принесла мне на подносе триста золотых монет в прекрасно-вязанном кошельке. -- "Вот награда, -- сказала она, -- которую ты присудил мне; прими же ее от меня за исполнение судейской должности".

Халиф, которому вся повесть чрезвычайно понравилась, спросил Асмая: "Зачем присудил ты награду младшей, -- отчего не старшей или средней?" -- "Да сохранит тебя Всевышний, Повелитель Правоверных, -- ответствовал Асмай. -- Первая осталась только при желании: о если б, о когда б! Вторая касалась только сновидения, а не истины. Третья, напротив того, видела действительно своего возлюбленного и чувствовала себя обвеянною благовонием роз". -- "Понимаю, понимаю, -- прервал Халиф. -- Что ж потом, Асмай?" -- "Потом, Повелитель Правоверных, взял я триста золотых монет, весьма удивленный, что в один день таким странным случаем выиграл подарок столь значительный."


Ознобишин.


ПРИМЕЧАНИЯ


Сочинение Д.П. Ознобишина. Писарская копия с авторской правкой Ознобишина "Арабески, или Собрание восточных повестей" -- ПД. Ф. 213. No 46 -- содержит десять новелл, восходящих к арабскому источнику, в том числе и "Спор" (Л. 30-36). В "Урании" -- первая публикация.


1 Халиф -- правитель мусульман, соединяющий в себе светскую и духовную власть.

2 Гарун аль Раишд (Харун ар-Рашид), 763 (766?)-809 гг. -- пятый халиф (786-809) из династии Аббасидов. Во время его правления халифат достиг наивысшего могущества. Идеализированный образ Харуна ар-Рашида воссоздан в сказочном цикле "Тысяча и одна ночь".

3 Бассора (Басра) -- главный город провинции тогдашней Азиатской Турции, населенный арабами, средоточие индийских и европейских товаров.

4 Шейх -- ученый, духовное лицо, "старейшина".