# Перетц В. Н.: биографическая справка

Владимир Николаевич Перетц

## I.


Перетц (Владимир Николаевич) -- историк литературы. Род. в 1870 г.; окончил курс в СПб. университете, где состоял прив.-доцентом. В 1902--03 гг. заменял акад. Соболевского на кафедре палеографии в археологич. институте; в 1904 г. перешел проф. в Киевский университет на кафедру русс. яз. и слов. Важнейшие его труды: "Современная русс. народн. песня" (1893; первый опыт научного исследов. соврем. народ. песни); "Малорусские вирши и песни в записях XVI--XVIII вв." (1899); "Историко-лит. исслед. и материалы. Т. I. Из истории русс. песни" (1900, магист. дисс.); "Заметки и матер. для истории песни в России" (1901); "Историко-лит. исследов. Т. III. Из истории развития русской поэзии XVIII в." (1902, докт. дисс.); "Очерки старинной малор. поэзии" (1903); "Историко-лит. исслед. Т. II. Из ист. старинной русс. повести. Слухи и толки о патр. Никоне в изображ. писателей XVII--XVIII ст." (1900); "Повесть о трех королях-волхвах по списку XV в." (1903); "Кукольный театр на Руси" (1895); "Памятники русской драмы эпохи Петра Вел." (1903); "Скоморошьи вирши по рукоп. XVIII в." (1898); "К истории польского и русского народного театра" (1905).


Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона


## II.


Дмитриев Л. А. Перетц Владимир Николаевич // Энциклопедия "Слова о полку Игореве": В 5 т. -- СПб.: Дмитрий Буланин, 1995.

Т. 4. П--Слово. -- 1995. -- С. 83--86.

http://feb-web.ru/feb/slovenc/es/es4/es4-0831.htm


ПЕРЕТЦ Владимир Николаевич (19(31).I.1870, Петербург -- 24.IX.1935, Саратов) -- литературовед, фольклорист, театровед. Ок. ист.-филол. ф-т Петерб. ун-та (1893). В числе учителей П. были акад. В. И. Ламанский, А. Н. Веселовский, А. И. Соболевский, Л. Н. Майков. Преподавал в Киевск. и Петерб. ун-тах; огромное значение имел семинарий рус. филологии П., сначала работавший в Киеве, а после 1914 -- в Петербурге. Из числа участников этого семинария вышли крупнейшие ученые-филологи, специалисты по истории рус. и укр. лит-р, преимущ. средневековых (В. П. Адрианова-Перетц, Н. К. Гудзий, А. А. Назаревский, Б. А. Ларин, С. И. Маслов, И. П. Еремин и др.).

П. -- акад. (1914), чл. многих учен. об-в, в том числе -- Рус. геогр. об-ва, Ист. об-ва Нестора-летописца в Киеве; в Укр. АН (чл. ее с 1919) руководил Комиссией старинной укр. лит-ры. П. автор работ по истории лит-ры, фольклору, истории театра, археографии, источниковедению, текстологии и палеографии; вместе с участниками своего семинария описал и ввел в науч. оборот огромное число разнообразных источников. Большое значение для развития рус. филол. науки имели курсы П. по истории древнерус. лит-ры и методологии литературоведения.

К С. П. обращался в своих лекциях по истории древнерус. лит-ры (вышло несколько литографир. изд. курса лекций П. по истории рус. лит-ры XI--XIII вв.). Первой, специально посвящ. С. работой была статья 1922 -- "Заметки к тексту "Слова о полку Игореве"". В ней обосновывались предлагаемые П. конъектуры в тексте С., рассматривались вопросы о цитатах из С. в древнерус. памятниках, о связи С. с псковской письменностью, о народно-поэтич. параллелях к С. Наиболее существенная конъектура П., ставшая общепризнанной, -- вставка слова "вои" после слов "ваю ли" во фразе: "...не ваю ли злачеными шеломы по крови плаваша?". Цитаты из С., по П., встречаются в Апостоле 1307, в Молении Даниила Заточника по списку И. И. Срезневского -- "Поведаху ми, яко той ести суд Божий надо мною, и суда де Божия ни хитрууму ни горазну не минути" (но в изданных текстах "Моления" этой фразы нет, а список Срезневского в наст. время неизвестен), в летописной повести о походе Игоря в Ипат. лет., в рассказе Псковской летописи под 1514 о битве под г. Оршей. Цитата в Апостоле 1307 и рассказ о битве под Оршей, по мнению П., свидетельствуют о том, что С. было известно в Псковской земле в XIV -- нач. XV в., однако считать С. памятником псковского происхождения нет оснований.

К 1924 П. начал печатать в ИОРЯС сер. статей под общим названием "К изучению "Слова о полку Игореве"", которые в 1926 были изданы отд. книгой под тем же названием. В первом очерке "Новейшая литература о "Слове" (1911--1923 гг.)" дается подробный ист.-критич. очерк об основных работах по С. этого времени. В остальных очерках (2--4) проводится сопоставление лексики и фразеологии С. с библейскими текстами, с "Повестью о разорении Иерусалима" Иосифа Флавия, рассматривается вопрос о взаимоотношении С. с уст. нар. творчеством. П. подчеркивает важность методологии при решении данных вопросов: с текстом С. можно сопоставлять только такие библейские тексты, время бытования которых можно соотносить со временем создания С. (т. е. не позже кон. XII в.). При решении вопроса "С. и фольклор" необходимо учитывать, что мы располагаем текстами нар. творчества в записях позднего времени. Продолжением и развитием этих очерков являются статьи ""Слово о полку Игореве" и исторические библейские книги" (1928) и ""Слово о полку Игореве" и древнеславянский перевод библейских книг" (1930). В статье 1930 П. подытоживает свои наблюдения над выявленными им стилистич. и лексич. параллелями С. и библейских книг. Он писал: "Теперь для меня ясно, что кроме библейской лексики, кроме отдельных случайных художественных образов, кроме отражения библейских воззрений и верований, -- в "Слове" нашли себе место и другие библейские мотивы, которые по своему содержанию были в том или ином отношении близки творчеству автора "Слова". Ряд словесных формул, употребленных в "Слове" на подобие библейских ... не оставляют места сомнению в том, что автор "Слова" творил в пределах стиля, данного определенной литературной традицией, притом традицией, коренящейся в библейской письменности" (С. 307--308). П. замечает, что целый ряд образов С., возводимых мн. исследователями к народно-поэтическим, "находят себе объяснение в древнем переводе библейских книг, т. е. имеют книжное происхождение" (С. 309).

Основной работой П. по С. является монография, напис. им по-русски в 1924 и изданная в переводе на укр. яз. в 1926. Автор отмечает итоговый, обобщающий характер своего труда, говоря, что в основе его лежат прочит. им в Киевск., Ленингр. и Самарск. ун-тах лекции по С. и многолетние исследования стиля древнерус. памятников письменности. Одну треть книги составляет исследование С., две трети -- текст памятника и комм. к нему.

Исслед. часть книги озаглавлена самим автором как "Вступление". Мн. положения здесь повторяют мысли, высказ. П. в его перечисл. выше статьях о С. П. уделяет внимание текстологии С., истории открытия рукописи, датировке погибшего Мусин-Пушкинского списка, точности воспроизведения древнерус. текста в Перв. изд. и Екатерининской копии. Мусин-Пушкинский список С. он датирует нач. XVI в. Рассматривая проблему отражения С. в др. памятниках древнерус. лит-ры, П. отмечает, что авторы тех произведений, в которых есть основание видеть отражение С., располагали такими списками его, в которых имелись разночтения по сравнению с Мусин-Пушкинским списком. Говоря, что факты совпадения отд. стилистич. элементов С. с живой нар. песнью бесспорны, П. считает, что это следует объяснять воздействием памятников письменности на нар. песню. Он решительно выступает против гипотезы об уст. происхождении С.: это произведение книжно-лит. Однако П. отнюдь не отрицал воздействия на С. устно-поэтич. традиции. Он пишет, что С. предшествовали и сопутствовали устно-поэтич. похвальные песнопения, прославлявшие подвиги и деяния князей. Останавливаясь на вопросе о языч. богах в С., П. писал, что едва ли можно допустить, будто бы "в конце XII века, спустя два столетия после принятия христианства высший класс общества сохранял еще веру в древних богов" (С. 70); к этому времени "языческое прошлое стало уже достоянием истории: боги -- не бесы и не чудища" (С. 72--73). Языч. боги в С. -- поэтич. метафора, но никак не отражение двоеверия автора С.

Центр. частью книги является изд. текста С. Текст памятника воспроизводится в двух видах: один -- текст в прочтении П., второй -- гипотетич. текст С. нач. XV в., т. е. тот, который мог читаться в рукописи, предшествующей списку, приобретенному Мусиным-Пушкиным. Он по существу повторяет первый, но здесь восстанавливается возможный внешний вид его в рукописи: вводятся написания под титлом, выносные буквы, надстрочные знаки. Он разделен на 38 равных частей. С заглавием и концовкой такой текст в рукописи форматом в 8° должен был занимать 19 листов по 18 строк на каждой стороне листа: объем, характерный для полууставных рукописей в 8° нач. XV в. Т. е. это реконструкция не только содержания не дошедшей до нас рукописи, но и ее орфографии и графич. оформления. Публикация представляет собой "трехэтажную" конструкцию: верхняя, большая, часть страницы -- реконструируемый текст гипотетич. списка С., набранный слав. шрифтом; под ним обычным шрифтом (с сохранением "ѣ" и "і") -- С. в прочтении издателя; в подстрочных примеч. -- текстологич. аппарат.

Наиболее ценной, насыщенной конкретным материалом частью книги П. является свод комм. Не случайно в одной из рец. (Г. Ильинского) книга П. была названа энциклопедией С. П. не только суммировал все имеющиеся к 20-м XX в. комм. и толкования С., но привел и свои собств. изыскания. Важнейшей частью комм. являются многочисл. стилистич. и языковые параллели к С. из древнерус. оригинальных и переводных памятников, в том числе библейских текстов, бытовавших в рус. книжности XI--XII вв., из произведений уст. нар. творчества.

Как для монографии П., так и для всех его статей о С. характерен строгий науч. подход к решению вопросов лит. истории произведения. П. справедливо критиковал целый ряд исследователей С. за наличие в их работах чисто эмоц. заключений и высказываний, основ. не на науч. доказательствах, а на субъективных впечатлениях.


Соч.: Заметки к тексту "Слова о полку Игореве" // "Sertum bibliologicum" в честь проф. А. И. Малеина. Пг., 1922. С. 137--145; К изучению "Слова о полку Игореве". I. Новейшая литература о "Слове" (1911--1923) // ИОРЯС. 1924. Т. 28. С. 145--199; II. "Слово" и Библия. III. "Слово" и "Повесть о разорении Иерусалима" Иосифа Флавия // Там же. 1925. Т. 29. С. 23--55; IV. Эпитеты в "Слове о полку Игореве" и в устной традиции // Там же. 1926. Т. 30. С. 143--204 (отд. изд. -- Л., 1926); Слово о полку Ігоревім -- пам'ятка феодально╖ Укра╖ни -- Руси XII віку. Ки╖в, 1926 [рец.: Марковський М. // Зап. іст.-філол. відділу Укр. АН. 1926. Кн. 9. С. 347--351; Ржига В. Ф. // Укра╖на. 1927. Кн. 3. С. 177--183; Розанов С. // ИОРЯС. 1927. Т. 32. С. 292--299; Сперанский М. Н. // 1) Slavia. Praha, 1927. Roč. 6. Seš. 1. S. 180--182; 2) Ibid. 1928. Roč. 6. Seš. 4. S. 846--847; Gudzij N. // ZfslPh. 1927. Bd 4. H. 3/4. S. 485--490; Ильинский Г. А. Несколько конъектур к "Слову о полку Игореве": (По поводу труда акад. В. Н. Перетца) // Slavia. Praha, 1929. Roč. 6. Seš. 3. S. 649--659]; Адшуканні і нагляданні у беларускай народнай традыцыя // Записки аддзелу гуманітарных навук Ін-та беларус. культуры. Менск, 1928. Кн. 2. Працы клясы філелегіі. Т. 1. С. 247--253; "Слово о полку Игореве" и исторические библейские книги // Сб. статей в честь акад. Алексея Ивановича Соболевского: Статьи по слав. филологии и рус. словесности. Л., 1928. С. 10--14. (СОРЯС. Т. 101, вып. 3); "Слово о полку Игореве" и древнеславянский перевод библейских книг // ИпоРЯС. 1930. Т. 3, кн. 1. С. 289--309.

Лит.: Адрианова-Перетц В. П. Владимир Николаевич Перетц (1870--1935) // Перетц В. Н. Исследования и материалы по истории старинной украинской литературы XVI--XVIII веков. М.; Л., 1962. С. 206--253; Дмитриев Л. А. Книга академика В. Н. Перетца "Слово о полку Ігоревім -- пам'ятка феодально╖ Укра╖ни -- Руси XII віку" (К 50-летию издания) // ТОДРЛ. 1976. Т. 31. С. 344--350.

КЛЭ; СДР; Булахов. Энциклопедия.