# Роковое недоразумение. Еврейский вопрос, его мировая история и естественный путь к разрешению. М. Л. Песковского. Спб., 1891 г

Матвей Леонтьевич Песковский

Роковое недоразумѣніе. Еврейскій вопросъ, его міровая исторія и естественный путь къ разрѣшенію. М. Л. Песковскаго. Спб., 1891 г. Книжка почтеннаго автора состоитъ изъ 2 частей. Въ первой изъ нихъ излагается исторія пріобрѣтенія гражданскихъ правъ и современное правовое положеніе еврейства на Западѣ, во второй -- то же самое у насъ. Относительно первой части, какъ имѣющей сравнительно менѣе интереса для русскихъ читателей, мы распространяться не будемъ, скажемъ только, что тамъ еврейскій вопросъ почти вездѣ уже сошелъ со сцены, и это благодаря тому, что евреи теперь совершенно сравнены въ гражданскихъ своихъ правахъ съ остальнымъ населеніемъ западноевропейскихъ государствъ. Обратимся ко второй части. Наиболѣе частыя и упорныя обвиненія противъ еврейства, высказываемыя и въ обществѣ, и въ печати, сводятся къ тому, что евреи не способны ни къ какой производительной дѣятельности, что они паразиты, хищники, эксплуататоры. Но въ доказательство того, насколько неосновательны эти огульныя обвиненія евреевъ въ паразитизмѣ, говоритъ авторъ, можно указать, съ одной стороны, на тѣ награды, которыя получаютъ русскіе евреи на сельско-хозяйственныхъ и промышленныхъ выставкахъ, въ качествѣ, разумѣется, не "паразитовъ", но полезныхъ дѣятелей страны, а съ другой -- на различныя мѣстныя экономическія изслѣдованія, еще болѣе наглядно очерчивающія еврейство, какъ трудовую производительную силу страны. Къ числу такихъ серьезныхъ и безпристрастныхъ изслѣдованій принадлежитъ трудъ А. П. Субботина Въ чертѣ еврейской осѣдлости, представляющій цѣнный статистической матеріалъ, ярко обрисовывающій экономическое положеніе еврейскаго населенія и знакомящій насъ съ тѣмъ значительнымъ физическимъ трудомъ, который несутъ на себѣ евреи въ качествѣ носильщиковъ, стекольщиковъ, столяровъ, плотниковъ и къ тому подобныхъ отрасляхъ самаго грубаго чернорабочаго труда, нисколько не уступая въ этомъ отношенія мѣстному крестьянскому населенію. Сюда же относятся труды: Никитина Евреи-земледѣльцы и Улейникова Еврейскія земледѣльческія колоты и Екатеринославской губерніи 1890 самымъ фактическимъ, нагляднымъ образомъ доказывающія намъ, что евреи могутъ быть и отличными землепашцами. Несмотря, наприм., на самыя неблагопріятныя условія, въ которыхъ находятся екатеринославскіе евреи,-- почти полное отсутствіе лѣса, ничтожное количество надѣловъ и т. п.,-- евреи-колонисты продолжаютъ крѣпко сидѣть на своихъ земляхъ, проявляя при этомъ удивительную энергію въ преодолѣваніи невообразимо-затруднительныхъ условій. Съ другой стороны, если даже допустить, что евреи -- всѣ завзятые эксплуататоры и паразиты, то, какъ справедливо замѣчаетъ авторъ, при этомъ неизбѣжно является вопросъ: не въ ограничительныхъ ли законахъ, опутывающихъ весь бытъ евреевъ, и нужно искать основнаго импульса эксплуататорской и паразитической ихъ дѣятельности? Вѣдь, тяготѣніе надъ евреями постоянныхъ стѣсненій, заподозрѣваній и ограниченіе, а иногда и полное закрытіе путей къ производительной дѣятельности должны, безъ всякаго сомнѣнія, крайне неблагопріятно вліять на нравственный складъ еврейскаго племени. А потому, если и должно бороться противъ еврейской эксплуатаціи, поскольку она существуетъ, то это возможно, прежде всего, путемъ уменьшенія, ослабленія дѣйствующихъ нынѣ ограниченій, путемъ улучшенія гражданскаго положенія евреевъ. Кромѣ того, развѣ только одни евреи эксплуататоры? Развѣ этотъ порокъ не присущъ всѣмъ слоямъ и классамъ населенія? Зачѣмъ же дѣлать отвѣтственнымъ за него, главнымъ образомъ, еврейство? И, наконецъ, чѣмъ лучше русскій кулакъ -- явленіе, къ сожалѣнію, слишкомъ распространенное -- еврея-эксплуататора? Характеризуя отношеніе нашей прессы къ еврейскому вопросу, авторъ съ негодованіемъ отмѣчаетъ тотъ фактъ, что со стороны большинства консервативныхъ органовъ нашей печати ни еврейство сыплется цѣлая масса незаслуженныхъ, несправедливыхъ и возмутительныхъ нареканій и обвиненій, и, притомъ, иногда такихъ, нелѣпость которыхъ установлена цѣлымъ рядомъ историческихъ фактовъ и свидѣтельствъ, какъ, наприм., обвиненіе евреевъ въ употребленіи христіанской крови. Какъ на знаменіе времени, въ смыслѣ отношенія нѣкоторыхъ органовъ нашей печати къ еврейскому вопросу, авторъ указываетъ на двѣ статьи, помѣщенныя въ одной очень распространенной петербургской газетѣ. Въ первой изъ нихъ подъ заглавіемъ: Жидъ идетъ, доказывается, что еврей -- не человѣкъ и съ нимъ можно дѣлать что угодно; во второй подъ заглавіемъ: Бить или не бить -- вопросъ разрѣшается въ смыслѣ "битья" евреевъ. Нельзя не согласиться съ авторомъ, что это глубоко прискорбный фактъ, когда печать, вмѣсто того, чтобы безпристрастно и всесторонне освѣтить и раскрыть передъ обществомъ истинную сущность столь сложнаго и запутаннаго соціальнаго явленія, какъ еврейскій вопросъ, смѣшиваетъ и спутываетъ общественныя понятія и, призывая чуть не къ кулачной расправѣ съ евреями и играя, такимъ образомъ, въ руку самымъ низменнымъ страстямъ и инстинктамъ общества, принижаетъ уровень общественнаго пониманія и нравственности.

Переходя къ изложенію современнаго гражданскаго быта евреевъ въ Россіи, авторъ говоритъ, что ни одна изъ народностей, входящихъ въ составъ Россійской имперіи, никогда не бывала предметомъ такой сложной, обширной и, въ то же время, крайне сбивчивой законодательной регламентаціи, какую мы видимъ въ отношеніи евреевъ. Въ основаніи всѣхъ существующихъ законовъ о евреяхъ лежитъ Положеніе о нихъ, изданное въ 1835 г. Но съ той поры очень много постановленій отмѣнено и не меньшее количество ихъ издано вновь. Такъ что относительно каждаго изъ постановленій Положенія 1835 г. приходится справляться, не отмѣнено ли оно или не подверглось ли какимъ-нибудь позднѣйшимъ видоизмѣненіямъ? Такая сложность и несистематичность законодательства о евреяхъ -- одна изъ причинъ необычайной сбивчивости общественныхъ понятій и сужденій о еврейскомъ вопросѣ и множества административныхъ ошибокъ и недоразумѣній. Привести нынѣ дѣйствующія законоположенія о евреяхъ въ опредѣленную систему нѣтъ никакой возможности въ виду чрезвычайнаго разнообразія, а нерѣдко даже и противорѣчія ихъ основныхъ началъ. Если же свести, насколько это возможно, дѣйствующіе ограничительные законы о русскихъ евреяхъ къ нѣсколькимъ общимъ положеніямъ, то получится приблизительно слѣдующая картина ихъ современнаго гражданскаго быта: жительство евреевъ строго ограничено чертой осѣдлости, обнимающей 15 губ. сѣверо-и юго-западнаго края, и 10 губ. Привислянскаго края. Въ видѣ исключенія дозволяется проживать внѣ черты: купцамъ 1-й гильдіи, ремесленникамъ, винокурамъ, кончившимъ курсъ и обучающимся въ высшихъ учебныхъ заведеніяхъ, аптекарскимъ помощникамъ, дантистамъ и фельдшерамъ. Во всей чертѣ осѣдлости евреямъ воспрещено пріобрѣтать или арендовать земли у помѣщиковъ и крестьянъ; на основ. п. 10 ст. 4 III т. Св. Зак., евреи не допускаются на государственную службу; прохожденіе воинской службы связано для нихъ съ цѣлымъ рядомъ стѣсненій и ограниченій, изъ которыхъ самое тяжелое состоитъ въ томъ, что для нихъ закрыты даже низшія офицерскія должности; сверхъ обыкновенныхъ сборовъ и податей, взимаемыхъ съ евреевъ, соотвѣтственно ихъ положенію, какъ городскихъ и сельскихъ обывателей, производятся еще два спеціальныхъ сбора -- коробочный и свѣчной, обнимающіе собою рѣшительно всѣ предметы потребленія и ложащіеся тяжкимъ бременемъ на нищенскую массу еврейскаго пролетаріата. Коробочный сборъ вмѣстѣ со свѣчнымъ, какъ видно изъ закона 19 дек. 1844 г., впервые установившаго эти сборы, предназначаются для облегченія средствъ къ бездоимочному взносу податей, для выдачи пособій евреямъ, поступающимъ въ земледѣльцы, и на содержаніе еврейскихъ училищъ. Но колонизація евреевъ уже прекращена, еврейскія спеціальныя училища еще въ 1873 году всѣ закрыты, значитъ, и выдача ссудъ на эти потребности прекращена. А, между тѣмъ, узаконенія о "коробочномъ и свѣчномъ" сборахъ остаются въ полной силѣ, и они взимаются въ прежнихъ размѣрахъ. Изъ этого общаго очерка правоваго положенія еврейства видно, что между правами и обязанностями еврейскаго населенія существуетъ очень мало гармоніи, вслѣдствіе чего русскіе евреи находятся въ совершенно исключительномъ положеніи, въ положеніи какихъ-то полугражданъ. Нарисовавъ въ общихъ чертахъ картину современнаго гражданскаго быта русскихъ евреевъ, авторъ переходитъ къ историческому обзору правоваго положенія еврейства въ Россіи. Обзоръ этотъ представляетъ интересно и обстоятельно составленный перечень всѣхъ, по крайней мѣрѣ, наиболѣе крупныхъ, правительственныхъ актовъ, временныхъ мѣръ, исключительныхъ законовъ, направленныхъ на урегулированіе еврейскаго быта, начиная съ царя Алексѣя Михайловича и кончая прошлымъ царствованіемъ, и вліяніе этихъ правительственныхъ мѣропріятій на экономическое положеніе и соціальныя отношенія русскаго и еврейскаго населенія. Здѣсь читатель познакомится съ тѣмъ, какія изъ правительственныхъ узаконеній имѣли наиболѣе сильное, рѣшающее влія ніе на бытъ русскихъ евреевъ, къ какимъ нежелательнымъ и нерѣдко даже къ прискорбнымъ результатамъ, въ сферѣ экономики и взаимныхъ отношеній между русскими и евреями, приводили исключительные законы и какъ неблагопріятно отражались они на умственной и нравственной физіономіи еврейства. Изъ этого же обзора можно наглядно убѣдиться, что многія несимпатичныя стороны еврейской жизни значительною долей своего существованія, если не исключительно, обязани тому вѣковому гнету, тѣмъ преслѣдованіямъ, ограниченіямъ, стѣсненіямъ, которыя съ незапамятныхъ поръ висѣли надъ головой несчастнаго племени. Взвѣсивши вліяніе всѣхъ историческихъ факторовъ, поставившихъ еврейскій вопросъ въ такое исключительное положеніе, непредубѣжденный читатель вмѣстѣ съ авторомъ неизбѣжно долженъ придти къ тому заключенію, что единственный и, въ то же время, естественный, логически вытекающій изъ всего прошлаго и настоящаго опыта путь къ разрѣшенію роковаго вопроса -- это распространеніе на евреевъ полной гражданской равноправности.

Заканчивая свой отзывъ, мы съ удовольствіемъ можемъ рекомендовать разсмотрѣнную нами книгу всѣмъ, кто интересуется еврейскимъ вопросомъ, который, по справедливому замѣчанію автора, есть, вмѣстѣ съ тѣмъ, и русскій вопросъ.


"Русская Мысль", кн.XII, 1891