# Пильский П. М.: биографическая справка

Петр Мосеевич Пильский

ПИЛЬСКИЙ Пётр Моисеевич (Мосеевич) [16(28).1.1879, Орёл* -- 21.12.1941, Рига; похоронен на Покровском правосл. кладб.], лит. и театр. критик, прозаик. "Моя родина -- г. Орел. Там офицер 144 Каширского полка Мосей Николаевич Пильский женился на дочери графа Девнера, Неониле Михайловне, и первенцем от этого брака родился я" (автобиогр. -- ИРЛИ). Дед, Мих. Дм. Девиер, служил "в лейб-гвардии Конном полку" (родословные книги -- РГИА, ф. 1343, оп. 46. No 1170, л. 2(5--27 и об.). В 10-летнем возрасте П. поступил по конкурсу в 4-й моск. кадет. корпус, затем быт переведен в Александров, воен. уч-ще, откуда в 1894 вышел юнкером в 120-й пехотный Серпухов, полк (расквартированный в Минске). В 1895 произведен в офицеры, в 1897 (или 1898) вышел в отставку.

Воен. обучение оставило у П. тяжелые воспоминания. В юнкерском уч-ще, где, по его словам, "многие пили систематически и пили как раз наиболее способные, живые, порывистые и неглупые" (МБ, 1906, No 6, с. 38). П. приучился к алкоголю, в конце жизни даже боролся с этим пристрастием: в пороках армии видел причины мн. негативных явлений обществ. жизни России (ст. "Во Мраке касты" -- РМ, 1905, No 11; цикл ст. "Армия и общество" -- МБ, 1906, No 6--8, и др.).

Печататься "начал еще кадетом" (автобиогр. -- ИРЛИ). Во время учебы в Москве участвовал в лит. кружке, собиравшемся в 1891--92 дома у В. Я. Брюсова. "Прекрасно знакомый с рус. критич. лит-рой". П., по восп. товарища по корпусу В. К. Станюковича, был "одним из самых ярких спорщиков" и "лит. беседа нередко превращалась в турнир между этими двумя бойцами (П. и Брюсовым)" (ЛН, т. 85, с. 727, 753; см. очерк П. "Валерий Брюсов" -- "Мансарда", Рига. 1931. No 5--6).

Посещал также лекции ун-тского проф. Н. И. Стороженко, к-рый советовал П. отказаться от воен. службы и посвятить себя лит-ре. 19 апр. 1894 совершил поездку в Ясную Поляну к Л. Н. Толстому (см.: "Моя беседа с Л. Н. Толстым" -- "Каспий", 1903, 23 февр.; "У Толстого" -- "Последние известия", 1923, 1 апр.). В том же году, приехав в Минск, к месту службы, стал сотрудничать в газ. "Минский листок", вел критич. и публиц. отделы. Первые значит, публикации П. -- рец. "Сочинения А. М. Скабичевского" (1895, 19 мая) и ряд статей об А. П. Чехове (1895, 28 июля, 15,26 сент., 20 окт.). Позже П. опубл. в сб. "Незлобивые пародии" (М., 1908; сост. Л. М. Василевский) в своей подборке две пародии -- "Скабичевский. О жизни и литературе" и "А. Чехов. Дача с птичкой", столкнув в первой из них оба эти имени. Печатал библ. и критич. заметки также в киев. газ. "Жизнь и иск-во". В связи с запрещением "Минского листка" посте евр. погромов и беспорядков 1897 на 8 месяцев П. приехал в Петербург, начал сотрудничать в "Бирж. вед.", где познакомился с редактором отдела "ведомостей" И. И. Ясинским, печатавшим П. и в "своем" ж. "Ежемес. соч."; вскоре вошел в лит. круги Петербурга.

Началом своей журналистской деятельности П. считал 19 апр. 1901, связывая его с работой в "Курьере" (печатал библ. заметки). В этой моск. газете П. дебютировал и как беллетрист -- рассказом "Что будет впереди" (1902, 3 янв.), к-рый, по словам П., "очень одобрил" Л. Н. Андреев (автобиогр, -- ИРЛИ), опубликовавший в газете и рассказы "Золотые вилочки" (1902, 18 апр.) и "Власть смерти" (1903, 19, 21, 23 авг.) -- о самоубийстве гимназиста, посв. Андрееву и написанный под его влиянием. Рассказы "Подруги", "У фабричной трубы" (МБ, 1902, No 10), "поэма в прозе" "Сумасшедший дом" ("Ежемес. соч.", 1902, No 5), позже объединенные в сб. "Рассказы" (СПб., 1907; 2-е изд., 1910), внешне бытовые, содержали скрытый философский, даже символич. смысл, а отд. сюжеты (рассказ "Зарево") разворачивались в плане экспрессионистской картины, близкой нек-рым произв. Андреева. П. в предисл. назвал книгу "надгробным камнем на могиле беллетриста"; посте ее выхода он всецело посвятил себя журналистике.

Отзывы на книгу были разноречивыми: П. "рассказывает... объективно до сухости н упрощает форму до того, что она совершенно не поддастся перескату. Оттого-то внутреннее построение его рассказов и производит такое сильное впечатление" (А. И. Куприн -- СМ, 1907, No 10, с. 82--83); "как мило, просто, как ясно и благородно!" (Н. Рапп -- "Перевал", 1907, No 11, с. 68); "веет холодом выдуманности и вымученности" (И. Леонтьев -- "Нов. книга". 1907, No 13, с. 22): "Да и о жизни ли эти рассказы? Эти маленькие довольно точные фотографии..?", "эти плоды внезапного недозрелого вдохновения" (Н. И. Петровская -- "Весы". 1907, No 9, с. 69--70).

В кон. 1902 П. уехал в Баку, где был сотрудником газ. "Каспий", а потом зав. редакцией газ. "Баку". В "Каспии" он поместил, кроме лит. очерков, циклы фельетонов "Петерб. письма" (1902, 29 окт., 21 нояб., и др.) и "Лит. впечатления" (1902, 25 окт., 8, 30 нояб., 14 дек., и др.). В кон. 1903 приехал сначала в Москву, а затем снова в Петербург, где возобновил бурную лит. деятельность, секретарствовал в газ. "Неделя" и ж. "Вест. знания". Перевез в столицу мать, жену, Анну Антоновну, и сына, обращался в Лит. фонд за помощью (см. его прошение -- ИРЛИ, ф. 155), часто переезжал (в письмах за 1904--05 упомянуты 5 адресов). В апр.--мае 1905 дважды подвергался аресту, сидел в одиночках. С 1906 сотрудничал в эсеровской газ. "Мысль". Против П. как автора брошюры "Охранный шпионит" (СПб., 1906) о деятельности рос. "охранки", к-рую он обвинял в некомпетентности, запугивании и обмане частных лиц и общества в целом, в прямых провокациях (напр., в выдаче жандармскими агентами завербованного революционера его же товарищам), было "возбуждено судебное преследование" за "оскорбительную и резкую критику деятельности рус. Гос. полиции" (РГИА, ф. 1405, оп. 530, л. 431; ф. 777, оп. 7, д. 179 -- письмо прокурору Петерб. судебной палаты и доклад члена Петерб. к-та по делам печати К. Н. Осипова). На брошюру был наложен арест, а тираж конфискован.

Выступая как театр. критик, П. провозгласил смерть "быта" в иск-ве ["Социал-романтик. (С. Юшкевич)" -- ТиИ, 1906, No 49; отклик: А. Р. Кугель -- там же, 1906, No 50]. После публикации критич. писем "Революция и беллетристы" ("Мысль", 1906, 30 июня, "Свобода и жизнь", 1906, 8 окт., 5 нояб., 19 нояб., 3 дек. и пр.) П. приобрел репутацию задорного полемиста "по вопросу о революции и иск-ве", декларирующего необходимость новых худож. форм для наступающей "революции духа" (Неведомский М., Художество и жизнь. -- СМ. 1906, No 3, дек., с. 35, 38). П. полемизировал не только с отд. критиками, но и с изданиями.

Так. в 1908 П. в газ. "Свободные мысли", где он был ведущим критиком, в ст. "Вчерашнее menu" (21 янв.) обвинил "Столичную почту" (ее лит. обзор) в невнимании ко мн. новым явлениям в совр. иск-ве -- Брюсову. "мистич. анархизму", к примирению партийной полит. прессы с т. н. декадентством, появлению условного театра и т. д. Критик "Статичной почты" Ф. Маловер (В. В. Португалии) В ст. "Писатель пописывает" (8 февр.) и ""Цветная" критика" (24 февр.). возражая П., упрекал его в непоследовательности. П. в ст. "Мой ответ Ф. Маловеру" ("Свободные мысли", 11 февр.) защищал свое право на эволюцию взглядов. Вскоре его имя в "Статичной почте" становится эталоном низкосортной критики (см. реплику Л. В. Философова "Ведь это хуже Пильского!" -- 1908, 27 февр.).

Фельетон П. "Кадриль слепых" ("Свободные мысли". 1908. 21 апр.) быт направлен против марксистского лит.-критич. сб. "Лит. распад" (1908), в к-ром участвовали А. В. Луначарский. Л. Д. Троцкий. Л. Б. Каменев и др. и где сам П. получил отриц. характеристики; фельетон в свою очередь вызвал резкие выпады против него В. В. Воровского ("О буржуазности модернистов" -- "Одес. обозр.", 1908, 10--11 мая).

Гл. направлением в новой поэзии П. считал "мистический анархизм" и различал в нем три ветви: декадентов (Брюсов, К. Д. Батьмонт), романтиков-неохристиан (Д. С. Мережковский) и собственно мистич. анархистов (Вяч. И. Иванов, А. А. Блок) ("Палка хромого" -- "Свободные мысли", 1907, 13 авг.). Считал это явление "глубокопраздной выдумкой": "за этим несуразным термином стоит пустое место, на к-ром можно построить и храм и шантан" ("Столбы" -- ТиИ, 1907, No 47, с. 778). Однако сам П. посвятил этой теме много статен (в т. ч. рец. на кн. Л. Кульчицкого "Современный анархизм" -- "Свобода и жизнь", 1906, 5 нояб.; "Художник-анархист. [Об А. Куприне]" -- там же, 1906, 3 дек.; "Анархическая критика" -- "Перевал", 1907, No 12), вызвав иронич. отклики: "А то придет какой-нибудь трактирный ницшеанец (Петр Пильский) и докажет, что Куприн -- анархист, и Кузмин -- анархист, и он сам -- анархист, и все хорошие люди -- анархисты..." (Чуковский К., От Чехова до наших дней, СПб., 1908; с именем П. -- в его Собр. соч., т. 6, М., 1969, с. 76). Впоследствии П. и сам иронизировал: "Разумеется "Л. Андреев -- мистический анархист" такой же хороший вздор, как "Л. Андреев -- социал-демократ", он не мистический анархист и не социал-демократ, он просто Леонид Андреев" ("Критич. статьи", с. 12). П. писал также предисл. к изданиям разных авторов, в т. ч. к книге Е. А. Соловьёва "Очерки из истории рус. лит-ры 19 в." (3-е изд., СПб., 1907).

1907--08 -- наиб. активные и плодотворные годы работы П, в столице. Он -- сотрудник ж-лов "Наука и жизнь", "Перевал", "Журнал для всех", "Весна", "Пробуждение", "Образование", "Осколки", "Солнце России", "Всемирная панорама", газ. "Бирж, вед.", нек-рое время возглавлял лит. отдел в "Новой Руси", печатался в провинц. газ. "Одес. новости", "Юж. мысль", "Волгарь". Автор статен и очерков о творчестве Куприна, И. А. Бунина, А. С. Рославлева, М. П. Арцыбашева, З. Н. Гиппиус. Л. Д. Зиновьевой-Анннбат, М. А. Кузмина, Андреева, Н. С. Гумилёва, рецензент мн. лит. дебютов. Читал лекции. Пытался организовать издание журнала, принимал активное участие в выпуске газ. "Эпоха" (1908, No 1--2; позже "Межа", 1908, No 1--3), куда привлек Андреева, А. Т. Аверченко, А. Н. Бенуа, Блока, Куприна, А. М. Ремизова, Сашу Чёрного. Как критик участвовал во всех номерах этих газет. В этот период П. обрел широкую популярность.

И. Северянин писал о читателях П.: "И жмурит обыватель в Рыльске/ Глаза, читая мой памфлет/ Блистательнее эполет" (роман в строфах "Рояль Леандра". 1925). А. Бухов назвал П. "одним из самых ярых разбивателей лит. лиц и морд" ("Весна". 1908, No 10, с. 14). см. также пародию О. Л. Д'Ора ("Свободные мысли", 1908, No 49), комич. реплику Саши Черного, страшащегося, что П. назовет его "дешевой бездарностью" (стих. "Переутомление". 1908). П. называли "пламенным" и "талантливым" [О. Дымов -- "Свобода и жизнь", 1906, 19 нояб. (2 дек.)], "молодым и талантливым критиком", бичующим "фальшивое целомудрие" [Блок, V. 120. 723 (ст. "О реалистах". 1907)). По словам Д. С. Святополка-Мнрского. П. "в 1907 г, в петерб. газ. "Понедельник" вместе с К. Чуковским обновлял рус. критику "совр." европ. приемами хлесткой занимательности" ("Лит. учеба", 1934, No 5, с. 31).

Портрет П. этого времени отразился в мемуаристике: "...был очень неглуп, довольно знающ и не бездарен" (Чапыгин); "изящный молодой человек.- В пенсне. Гладко выбритый подбородок. Чистенький костюмчик. Модный галстук... Франт" (Д'Ор): "молодой человек с закрученными маленькими усиками и пузиком на подбородке... Яркий "богемист" Петр Пильский был талантливый, своеобразный, экспансивный, но взбалмошный критик-публицист. Он умел остро писать памфлетные речи и произносить тосты, точно имитируя всех ораторов того времени" (Ходотов H. H., Близкое-далекое. Л.--М., 1962, с. 174--75): "темпераментный и бойкий писатель, отлично владевший пером, но бретер, самохвал, забияка, кабацкий драчун" (Чуковский К., Современники. М., 1963, с. 268).

Несмотря на критич. активность, П. почти постоянно нуждался, особенно после закрытия "Свободных мыслей" и "Эпохи" (см. его прошение от 20 янв. 1909 в Пост, комиссию для пособия нуждающимся ученым, литераторам и публицистам -- ИРЛИ, ф. 540), а также в связи с арестом в дек. 1907 и судебным преследованием за ст. "Кладбище" ("Утро", 1908, 7 июля) о революционере, к-рый согласился стать палачом, признанную в соответствии с регламентирующим указом С.-Петерб. к-та по делам печати "написанной с несомненной цепью возбудить в читателях вражду к правительству" (сообщение графа Головина петерб. градоначальнику -- РГИА, ф. 776, оп. 9, No 858, л. 7).

В 1909 П. выпустил сб. "Проблема пола, половые авторы и половой герой" (СПб.). Несмотря на эпатажность названия, П. рассматривал проблему в подчеркнуто лит. ключе ("...я очень любил, люблю и всячески защищаю и хвалю талант, а значит и темы М. Кузмина"), выводя за пределы лит-ры произв., "цель к-рых подействовать не на мозг, не на душу и сердце, а на..." (с. 35). По своему пристрастию к необычным и даже скандальным сюжетам П. и позже интересовался произв. этой тематики [см. его рец. "Сидорова коза..." на книгу A. Map "Женщина на кресте" (ЖЖ, 1916, No 24, подпись Л. Фортунатов) и пр.], но оценивал их исключительно по эстетич. критериям.

Основу его сб. "Критические статьи" (т. 1, СПб., 1910; т. 2, как и подготовленный в это же время сб. статен "Армия и общество", не издан) составили "ряд живых и метких лит. характеристик -- критич. этюдов" (Шмелев) об Андрееве, Брюсове, Н. М. Минском, Ф. Сологубе и др., ранее напечатанных в газетах, и программная ст. "О критике". В ней П. дал краткий ист. очерк рус. критики, определил задачи совр. критика -- не учить читателя, почему произв. иск-ва прекрасно, а передать его худож. обаяние, "уметь... перевоплощаться, как и сам художник, пройти с ним весь трудный путь творч. процесса... и восприняв... суметь передать, внушить и объяснить" (с. 153). П. считал, что новая критика будет "импрессионистической" и что самые интересные ее образцы принадлежат художникам, пишущим об иск-ве (А. Белому, Вяч. Иванову, Мережковскому, Гиппиус), позже он высоко оценил "критика-эстетика, мечтательного лирика, влюбленного прихожанина лит. храма" Ю. И. Айхенвальда ("Затуманившийся мир", с. 116).

Восторженно отозвался о книге Л. П. Гроссман: "парадоксы г. П... невольно и неизбежно вырываются из бурно-пламенной лавы его писаний. Это цвет и хмель его мышления... Его стиль изумительно богат, блестящ, ослепителен... книга П. представляет собой горячую, субъективную, интимную импровизацию ума..." ("Одес. новости". 1910, 19 янв.).

В 1910 П. отправился в "добровольное самоизгнание из Петербурга" (см. его письмо Ф. Д. Батюшкову, 1913, ИРЛИ) на Юг: в Одессу и Киев, помешал статьи, фельетоны, рассказы, очерки, театр. рецензии в киев. изданиях, харьков. газ. "Утро". В Одессе он впервые пытался организовать студню молодых поэтов (куда вошли Э. Г. Багрицкий и В. П. Катаев), ездил с лекциями. Наиб. активно сотрудничал в "Одес. новостях" в 1910--12, но посылал туда статьи и позднее. В 1914 конферировал в Одессе вечер футуристов с участием В. В. Каменского и В. В. Маяковского.

Д. Бурлюк демонстрировал на этом вечере футуристич. портрет П. (воспроизведен в "Одес. новостях". 1914, 18 янв., там же шарж на него М. Линского). Позже П. вспоминал в очерке "Маяковский": "...когда Бурлюк вынес доску, на к-рой были нарисованы разноцветные треугольники. -- лиловые, черные, желтые и малиновые,-- и объявил: "Портрет Пильского" -- публика разразилась неудержимым хохотом" ("Затуманившийся мир", с. 204). "Одес. новости" зачислили его в футуристы (Незн., На футуристах... -- 1914, 17 янв.). П. откликнулся письмом "Футурист ли я?" (там же, 1914, 25 янв.), в к-ром продекларировал свою внепартийность ("Я -- не футурист", говорить о футуристах и даже за футуризм не обязывает ни зваться, ни быть футуристом!") и одновременно -- поддержку "дерзкого новаторства", "искания" как такового: победа футуристов, по мнению П., предсказывается "принципом нового иск-ва, их духовной близостью, их сродством с новой динамикой нового города, новой нашей взлетной жизнью, новой механической культурой". Интересно его суждение о Маяковском: "... у него нет ничего от футуризма -- ни заумного языка, ни нового лексикона, ни даже непонятности. Оп умело талантлив и умеренно ясен" (Петроннй. Не... -- ЖЖ, 1916, No 44, с. 8).

Считая позицию лит. критика необходимо беспристрастной, П. не входил ни в какие лит. группировки, никогда не связывал своего имени с каким-то определенным журналом или еженедельником, печатаясь подчас в изд. разл. эстетич. ориентации. При его статьях были нередки примечания, подобные тому, к-рым Д'Ор сопроводил пародию на П. (см. выше): "Редакция уведомляет читателей, что совершенно не согласна с высказываниями автора". Но П. безусловно представлял либеральный лагерь: часто язвительно высказывался о сотрудниках "Нового времени" В. П. Буренине ["Буренин" -- "Свободные мысли", 1907, 1 окт., с. 2; "Книга никого не роднящая, никого не дразнящая, никого не разящая... (Драматич. карикатуры В. Буренина)" -- "Одес. новости", 1917, 8 февр.; "Там не "стило литературы"" -- там же, 1917, 24 февр., и др.] и М. О. Меньшикове ("...от его писаний, бесцветных и мстительных, всегда мне становилось жутко" -- "Меньшиков" -- в кн: "Критич. статьи", с. 277). Позже писал: "Было время, когда воевать и бороться с Меньшиковым, и с Бурениным ... имело смысл" ("Одес. новости", 1917, 8 февр.), и хотя П. ценил В. В. Розанова "с его тонкими лит. догадками" ("Мистик в должности околоточного" -- "Свободные мысли", 1907, 23 июля), негативную оценку вызывали у него антисемитские пассажи этих авторов (в эмиграции П. посвятил одну из статей "Протоколам сионских мудрецов" -- "Доказанный подлог" -- "Сегодня", Рига, 1938, 10 марта).

Др. объектом неизменно критич. нападок П. была "будуарная литература": произв. Петровской, к-рую он назвал "мимочкой в литературе" ("Будуарная литература" -- "Свободные мысли", 1907, 31 дек.), А. А. Вербицкой ("А. А. Вербицкая" -- "Сегодня", 1928, 21 янв.) и др. Однако к такой лит-ре он причислял не всю женскую прозу: так, вполне сочувственное вступит. слово написав к книге Ф. Гуревич "Девичье. Рассказы" [Од., 1912].

В 1914 П., призваный в армию, служил в артиллерии (в чине капитана), на фронте был дважды ранен. На войне погиб его брат Павел, поэт и журналист (см. письмо П. к Ясинскому от 15 марта 1916 -- РНБ, ф. 907, No 656). Только через год П. смог вернуться к лит. деятельности: работал в ред. "Журнала журналов", помешал статьи в "Солнце России" (1916--18), "Аргусе" (1916), "Рус. воле" (1915--17), продолжит публикации в "Театре и иск-ве" (1908-- 1917) и др. В нек-рых его выступлениях критика заметила обычно несвойственное П. "брюзжание" (см.: Феникс <И. М. Василевский>, Вздохи о минувшем. "Владычество пустяка" П. Аргус, VI -- ЖЖ. 1916, No 32). В отзывах П. на лит. и театр, события было много точных и образных характеристик.

Ощущая критику главным своим призванием, "считая ее самым радостным творчеством" и понимая ее "как постижение одной души другой, как высочайшее и прекрасное искусство" (автобиогр. -- ИРЛИ), -- П. ставил своей задачей довести ее "до поэтической формулы" ("Критич. статьи", с. 167).

Характерен полушутливый отзыв Б. Флита: "Если дать ему волю, заговорит и запишет всю Россию... Может писать о чем угодно, но всегда страстно и блестяще". "Злой в поленике -- в остальном рыцарь" (Незнакомец -- ЖЖ, 1916, No 12, с. 8--9). При этом тон его статей был. как правило, в осн. благожелательным. Недаром один из раскритикованных П. авторов обратился к нему за лит. советом (см. письмо А. Н. Мошина от 22 авт. 1907 -- РНБ, ф. 211, No 1397).

Посте Февр. революции 1917 в мае--июле П. -- редактор (с Куприным) петрогр. газ. "Свободная Россия". В 1917 (до окт.) выпустил в Петрограде сатирич. эссе, над к-рым работал еще с 1913, -- "Господин Петроград" (два изд. -- Типография т-ва "Печатное слово" и изд-ва ЖЖ), в нем П., описывая превращение гоголевского франта-Петербурга в пошлого "мешанина", обыграт. мн. канонич. метафоры столицы (в т. ч. Ф. М. Достоевского -- о городе, исчезающем, словно туман). В это время вышли также небольшой сб-к рассказов "Подруги" (П.) и расширенное вдвое соч. "Охранный шпионат" (под назв. "Охрана и провокация"; П.). П. осуществил мечту о собств. ж-ле и в мае (или июне) -- "в дни именин глупости и бесчестия" (из подзаголовка) -- начат издавать ж. "Эшафот", "орган памфлетов", в к-ром печатались Аверченко, А. В. Амфитеатров, А. С. Бухов, А. С. Грин, Вас. И. Немирович-Данченко, художник Ре-Ми <Н. В. Ремизов>, Тэффи. После 3-го номера (вероятно, в окт.) ж-л был закрыт, т. к. к тому времени П. уже был "непримиримым врагом планетарного опыта марксистов" (Саввич). С окт. 1917 сотрудничал в газ. "Вольность" Амфитеатрова, в 1918 -- в газ. "Вечерний час" (фельетон "Кухарка" -- "Новый вечерний час", 30 июля, и др.).

В нач. 1918 П. основал в Петрограде Первую Всерос. шкалу журнализма (трехмесячную), в к-рой помимо него лекции читали Ф. Ф. Зелинский, С. А. Венгеров, А. Л. Волынский, Ф. Сологуб. Блок, Куприн, Амфитеатров, В. М. Дорошевич.

Об этом см. его письмо П. П. Гисличу от 17 янв. 1918 с предложением прочитать лекции о театре и театр, критике и описанием структуры школы ("В ней 2 курса -- параллельных. 1-й -- методический, основной: история лит-ры. экономика и финансы, внешняя политика и история, пресса, газета, техника, этнография и т. д. П-я серия лекций как бы эпизодическая..." -- ИРЛИ, ф. 73, оп 1, No 369а). а также: Блок. Зап. кн., с. 385, 394, 398, 403, 405, 409--10, 584; "Молва" [1918, 10 июня]; восп. П. "Лит. краг" ("Последние изв.", Ревель, 1923, 12, 19 февр.).

В 1918 П, в газ. "Петрогр. эхо" (под ред. И. М. Василевского) после ряда острых фельетонов ("Реакция" -- 15 марта, "Жаль графа Мирбаха!" -- 16 апр., "Вы... Ваше!" -- 7 апр. и пр.) напечатал ст. "Смирительную рубаху!" (9 мая), в к-рой призывал остановить "безумие" новой власти "алкоголиков" и "дегенератов". П. был заключен в воен. тюрьму -- ему приписывалась "цель вызвать в массах недоверие к Сов. власти и враждебное к ней отношение" (Архив ФСБ СПб. Пост. по делу.... No 5030), дело в "законченном следствием виде" было передано в Рев. трибунал. 28 мая 1918 П. выпустили из тюрьмы с подпиской о невыезде (документ Рев. трибунала -- ЦГИА СПб., ф. 2411, оп. 1, No 20), однако он спешно выехал на Юг. Историю своего бегства обрисовал в рассказе "Приговоренные (Горькие воспоминания)" ("Последние изв.", 1922, 4 дек.): "От большевиков я бежал раз. Из Петербурга. Потом второй раз. Из Киева. Теперь меня судьба застала в Херсоне...". В авг. 1920, совершив трудную и рискованную переправу через Днестр, добрался до Кишинёва, сотрудничал вместе с Л. М. Добронравовым и П. П. Потёмкиным в местных газетах ("Наше слово" и др.). Из Бессарабии уже с рум. паспортом в 1921 переехал в Эстонию, где его вторая жена, актриса Е. С. Кузнецова, вошла в состав местной труппы. В Кишинёве и Ревеле читал лекцию "Ленин и Троцкий" (см. сообщение -- "Рус. книга". Б., 1921, No1, с. 28; А. М-ов -- "Последние изв.", 1922, 13 окт.), опубл. очерки "Ленин" (там же, 18--20 окт.), "Троцкий" (там же, 28, 29, 31 окт.).

Публикуясь одновременно в газетах "Последние известия" (Ревель) и "Сегодня" (Рига), П. прожил в столице Эстонии до 1926, когда порвал с "Последними известиями" (см. его письмо -- "Сегодня", 1926, 6 мая) и переехал в Ригу, став пост. сотрудником газ. "Сегодня" и опубл. в ней более 2000 рецензий, откликов, регулярных лит. обзоров, в т. ч. -- обзоров очередных номеров парижского ж. "Совр. записки" (см.; Абызов), т. о. успешно восполнив отсутствие в эмигрантских изданиях регулярного отдела с квалифициров. библ. освещением новинок рус. лит-ры. По популярности в эмигрантской среде "Сегодня" шла непосредственно за парижскими "Последними новостями". В 1928 пытался вести (вместе с В. Гадалиным) ж. "Лит-ра и жизнь" (вышло два номера), состоящий из кратких рецензий и аннотаций.

В Риге П. организовал курсы журналистики, к-рые вел один (в отличие от петроград. школы). В первую очередь он "выбивал" из начинающих журналистов тягу к газетным штампам и "красотам" (Е. Пильская -- "Новое рус. слово", 1961, 24 дек.).

В 1927 П. под псевд. П. Хрущов выпустил ром. "Тайна и кровь" (Рига, с предисл. Куприна; 2-е изд. -- 1930; тогда же переведен на неск. языков, вышел во Франции и в Англии). В нем острый сюжет о борьбе антибольшевистских сил с всевластным ЧК -- ГПУ, о попытке противодействовать злу, прикидываясь его служителем, развернут в форме детектива. Тема переметчивости, предательства, доносительства, провокации вызывала у П. интерес еще с дорев. времен (см.: "Три охранника" -- "Сегодня", 1929, 6 окт.). На протяжении 20 лет он неоднократно писал в статьях о провокаторах, женщинах и ЧК, чекистах-литераторах, лит. доносах, тайнах контрразведки, чекистах за границей и т. п.

Результатом приверженности театру, к-рый П. знал и с внешней, и с закулисной стороны, явилась кн. "Роман с театром" (Рига, 1929; рец.: A. А. Плещеев -- "Сегодня", 1929, 20 дек.). В нее вошли эссеистские главы "Кулисы" и "Театральная тайна", портреты людей, к-рых П. знал лично, -- артистов Т. П. Карсавиной, Н. В. Плевиикой, M. H. Дальского, А. И. Сумбатова-Южина, B. Н. Давыдова, П. Н. Орленева, А. Н. Вертинского, театр. критиков А. Р. Кугеля, Ю. Д. Беляева, Волынского. В 1929 возобновилось издание еженед. "Театр и жизнь" (до 1931 вышло 5 номеров), в к-ром П. публиковал рецензии, мемуары, эссе (особенно интересен очерк "Русские театры" -- 1929, No 3 -- о судьбе рус. трупп за рубежом).

П. принадлежит предисл. к кн. "Гримасы кисти и пера. Сб. рус. юмористов, писателей и художников" (Рига, 1928), в к-рый вошла и его юмористич. автобиография. В 1920-х гг. написал неск. вступ. статей к книгам рус. авторов, живших как за рубежом (Куприн, H. H. Брешко-Брешковский и др.), так и в России (П. С. Романов, M. M. Зощенко, М. А. Булгаков и др.), к-рые выходили в рижском изд-ве "Лит-ра" К. Расиня.

Память об уходящем десятилетии П. постарался запечатлеть в кн. "Затуманившийся мир" (Рига, 1929), составленной из статей о Ф. Сологубе, Брюсове (ст. "Одинокий"), Розанове, С. С. Юшкевиче, Потёмкине, И. В. Одоевцевой, Аверченко, Тэффи, Айхенвальде, Ясинском, а также о сов. писателях -- И. Э. Бабеле. Зошенко, К. А. Феднне, Б. А. Лавренёве, M. E. Кольцове, Романове, В. М. Инбер и др. Тяга к худож. зарисовкам проявилась в яркой стилистике его критич. статей -- броских афористич. характеристиках, развернутых метафорах и сравнениях: "Когда читаешь книга Зошенко, кажется, будто сидишь среди тихих людей за пузатым самоварчиком" (с. 182), Одоевцева "любит полусвет больше пожаров" (с. 36), Ленин-публицист "скучен до тоски, однообразен, как замерзшая пустыня" (ст. "Извратители духа" -- с. 246). книга М. И. Цветаевой "После России" -- "горячая, бунтующая, нервная... Это откровение в темпе, раскрытие души в ритме" ("Сегодня", 1928, 25 авг.); о H. M. Минском: "По своему темпераменту он был задирой, в своих писаниях -- капризником и упрямцем" (там же, 1937, 12 июля). Среди насыщенных мемуарными вкраплениями очерков (все опубл. -- "Сегодня"); "Дорошевич" (1922, 2 марта), "Беззаботные годы" (1925, 14 дек.), "Первый рус. "Понедельник"" (1925. 7 дек.), "Спустя десять лет" (1926, 21 мая), "Шаляпин" (1930, 20 апр.), "О Куприне", "Куприн в России" (1937, 6, 28--30 июня).

В рец. на "Затуманившийся мир" М. Алданов писал: "Особенности его (П.) таланта, необыкновенная память, сохранившая все, от малейших черт наружности давно ушедших людей до шуток, сказанных много лет тому назад, делают его книгу чрезвычайно интересной" (СЗ, 1930, No 42, с. 540; др. рец.: В. Светлов -- "Сегодня", 1929, 28 апр.; М. А. Осоргин -- ПН, 1930, 16 янв.). По словам В. Кадашева, "критика П. не только беллетристична. Она еще и театральна... он стремится быть творцом: его критич. очерки часто превращаются в представление... Ему маю разобрать писателя или театрального деятеля, ему надо показать его как действующее лицо" ("Числа", 1931, No 5, с. 267--269).

Постоянно общаясь в тон или иной форме с жившими в эмиграции И. С. Шмелёвым, Ф. А. Степуном, Бальмонтом, Осоргиным, Б. К. Зайцевым, Аверченко и др., П. не мог не думать и о судьбе лит-ры в России, остро переживая раздвоенность рус. лит-ры на эмигрантскую и советскую: в программной ст. "Совесть, честь, предание" ("Сегодня", 1931, 10 мая) писал о "сумерках рус. лит-ры", пытающейся устоять от "напряжения азиатского коммунизма и наваждения психол. европеизма".

Жанровый диапазон П., писателя и критика, был чрезвычайно широк. С его активностью как журналиста связано и обилие псевдонимов: Роланд, П. Т. Роннй, Лентяй, П. Шуйский, Петрополитанус, Петр Пустынник, ТРБ, Книголюб, Евлампий Кондаков, Стило и др. Легкомыслие, эпикурейство П., о к-рых вспоминали мн. мемуаристы, возможно, были обманчивыми или поверхностными.

Необычайная работоспособность, эрудиция, устойчивость лит. пристрастий, отменное лит. чутье и преданность иск-ву, полит, чистоплотность были отличит, чертами П. как лит. критика и публициста. В восп. А. И. Дейча П. -- обаятельный человек, хотя его "своеобразное бретерство порой становилось грубоватым"; "он писал остроумно и увлекательно, блестяще владел стилем, им всегда руководила четкая мысль" (Дейч А., День нынешний и день минувший. 2-е изд., М., 1985, с. 295). П. является прототипом критика Караваева в романе "Корабли Старого Города" И. Сабуровой (Мюнхен, 1963; сокр. вариант -- "Даугава", 1992, No5--6).

После того как в июле 1940 в Латвию вошли сов. войска, у П., перенесшего в мае инсульт, были изъяты архив и громадный эпистолярий (очевидно, так и погибший), что ухудшило его состояние. Пролежав год в параличе, П. скончался уже после прихода в Ригу нем. войск. Его вдове, выехавшей в кон. 40-х гг. через Германию в Америку, не удалось сохранить ничего из лит. архива П.

Изд.: Статьи: Валерий Брюсов. -- "Даугава". 1993, No 5; Первое декабря. -- Валерий Брюсов в Ревеле -- Рус. дом -- общий кров. -- Рецензия о публике. -- Все четыре в кн.; Балтийский архив. Рус. культура в Прибалтике, т. 1. Т., [1996].

Лит.: Новополин Г. С. Порнографич. элемент в рус. лит-ре, СПб., 1909, с. 102; Orion, Брызги. I. Много "П".-- "Новый путь". Рига, 1921, 16 окт.; Ольховский, К предстоящей лекции П. -- "Последние изв.". 1922, 8 окт.; Старый журналист [Д'Ор О. Л.]. Лит. путь дорев. журналиста М.--Л., 1930, с. 74--76; Чапыгин А., По тропам и дорогам, М.--Л., 1931, с. 102, 126--130; Амфитеатров А., Рыцарь худож. критики. -- "Сегодня", 1931, No 108; Куприн А., П. Пильский. -- там же; Куприн; Шмелев И., П. Пильский. К 30-летню лит. деятельности. -- "Россия и Славянство". Париж, 1931, 23 апр.; Кадашев В., Пильский. К тридцатилетию лит. деятельности. -- "Чиста". 1931, No 5; Греков П., На свалке. -- "Красная газ.", веч. в., 1933, 5 мая; Катаев В., Встреча -- В кн.; Эдуард Багрицкий. Альманах. М., 1936, с. 177--81 (текст частично вошел в кн.; Катаев В., Алмазный мой венец. М., 1981); Камышников Л., Дон Жуан лит. фразы. -- "Новое рус. слово". 1942, 10 мая; Слоним М., П. Пильский. (К 15-летию со дня смерти). -- Там же, 1956. 12 дек.; Саввич Н., Критик-художник. К 70-летию со дня рождения П. -- "Грани". 1947, No 3; Боровский В. В., Лит.-критич. статьи. М., 1956 (ук. и с. 445); Аренский К., П. М. Пильский. К тридцатилетию со дня смерти. -- "Рус. жизнь". 1972. 14 марта; Флейшман Л., Хьюз Р., Раевская-Хьюэ О., Рус. Берлин. 1921--1923. По мат-лам архива Б. И. Николаевского в Гуверовском ин-те. Париж, 1983, с. 105; Поляк Г., "Многоголосый мир" П. -- "Время и мы". 1987, No 94, с. 206; Белый (II, III); Абызов Ю., Пильский. Опыт столичной и провинц. биографии. -- "Даугава", 1993, No 5; то же. -- В кн.; Балтийский архив. Рус. культура в Прибалтике, т. 1, Т., [1996]; его же. Осколки разбитого прошлого. -- "Даугава". 1995, No 3; Андреев Л., S. О. S. Дневник (1914--1919). Письма (1917--1919). Ст. и интервью (1919). Восп. современников (1918--1919). М.--СПб., 1994 (ред. и вступ. ст. Р. Дэвиса и Б. Хсллмака; ук.); Исмагулова Т., "Фельетонист, бежавший из столицы". (П, в России и в эмиграции). -- В кн.; Рос. интеллигенция на ист. переломе. Первая треть XX в. Тезисы докладов и сообщений науч. конференции. Санкт-Петербург. 19--20 марта 1996 г., СПб., 1996; ее же. П.-критик и его "школа журнализма". -- В кн.; История журналистики рус. зарубежья XIX--XX вв. Тезисы науч. конференции..., СПб., 1997; ее же. Журналист и власть (П. Пильский). -- В кн.; Личность и власть в истории России XIX--XX вв., Мат-лы науч. конференции, СПб., 1997; Амфитеатров-Кадашев Вл., Страницы из дневника. -- "Минувшее", в. 20. М.--СПб., 1996 (публ. С. В. Шумихина; ук.); Меймрс А., П, в Эстонии. 1922--1927. -- В кн.; Балтийский архив. Рус. культура в Прибалтике, т. 1, Т., [1996]; то же. -- В кн.; Рус. филология. Сб. науч. работ молодых филологов. Тарту, 1996; Чуковский К. И., Дневник. 1901--1929. М., 1997 (ук.); ЛН. т. 85; т. 92, кн. 2--I; т. 98. кн. 1--2. + Некролог; "Новое рус. слово", 1942, 5 мая (А. Седых). ЛЭ; Писатели рус. зарубежья, ч, 2, с. 185--90 (ст. А. М. Шахманкина; есть ошибки); Рус зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть XX в. Энц. биогр. словарь. М., 1997 (ст. В. Н. Чувакова); Вильданова Р. И., Кудрявцев В. Б., Лаппо-Данилевский К. Ю., Краткий биогр. словарь рус. зарубежья. -- в кн.; Струве Г., Рус. лит-ра в изгнании, 3-е изд., М, 1997. поил.; Александр. воен. уч-ще. М., 1901; Муратова (1; 2); Булгаков В. Ф., Словарь рус писателей. Н.-Й., 1993; Фостер; Абызов; Алексеев; А. Блок. Переписка. Аннотир. каталог, в. 1--2, M., 1975--79; Масанов (не указаны псевд.; Старожил. Журналист. Скептик. Е. Девьер. Петр Петров. Петр Пст-ръ. Пион).

Архивы: Письма; РГАЛИ, ф. 181, No39 (О. Дымову); ф. 1839, No 12 (Н. Г. Шебуеву); ф. 32 (А. Т. Аверченко); ф. М. Осоргина; ф. 355. он. 2, д. 337 (В. Немировичу-Данченко); РНБ, ф. 118, No 679; ф. 211, No 1395; ф. 124, No 3334--3336; РГБ, ф. 386. 98. 33 (В. Я. Брюсову); ф. 249, No 3876, No 36 (В. В. Розанову); ИРЛИ, ф. 115, оп. 3, No 246 (А. А. Измайлову); ф. 352, оп. 2, No 528 (И. И. Ясинскому); ф. 736, No 57; ф. 377 (автобиогр., 1913 г.); РГИА, ф. 776, оп. 9, No 858; Ист. архив Латвии, ф. 3283, оп. 1


Ю. И. Абызов, Т. Д. Исмагулова.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 4. М., "Большая Российская энциклопедия", 1999