# Из рассуждения о стихе

Эдгар Аллан По

Перевод Константина Бальмонта (1913).

## Эдгар По


Из рассуждения о стихе


Перевод К. Д. Бальмонта


Стих рождается из человеческой способности наслаждаться равенством, соответствием. К этому наслаждению, таким образом, должны быть отнесены все свойства стиха, ритм, размер, строфа, рифма, аллитерация, припев и другие подобные эффекты. Так как некоторые читатели обыкновенно смешивают ритм и размер, уместно будет здесь сказать, что первый касается характера строфы (т. е. распределения слогов), в то время как второй имеет дело с числом этих стоп. Таким образом, под "дактилическим ритмом" мы разумеем известный ряд дактилей. Под "дактилическим гекзаметром" мы понимаем стих или размер, состоящий из шести дактилей.

Возвратимся к равенству. Представление о нем обнимает понятия сходства, соотношения, тождества, повторения и согласования, или соразмерности. Не особенно было бы трудно проследить идею равности и показать, каким образом и почему человеческая природа почерпает в ней наслаждение, но такое исследование в данную минуту было бы лишнее. Достаточно того, что факт неотрицаем -- тот факт, что человек извлекает наслаждение из своего восприятия равности. Исследуем кристалл. Мы сразу заинтересованы равностью между краями и между углами одной из его граней; разность краев нравится нам, равность углов удвояет удовольствие. При рассмотрении второй грани, которая во всех отношениях подобна первой, это удовольствие кажется возведенным в квадрат; при рассмотрении третьей оно нам представляется возведенным в куб, и т. д. Я не сомневаюсь, что наслаждение, испытываемое при этом, если бы его можно было измерить, выразилось бы в точных математических отношениях, как я их указал, до известной точки, за которой началось бы его уменьшение в подобном же порядке.

Восприятие наслаждения в равности звуков есть основной принцип Музыки. Неправильный слух может воспринять лишь простые равности, какие встречаются в балладных напевах. Сравнивая один простой звук с другим, он слишком занят, чтобы быть способным сравнивать равность, существующую между этими двумя простыми звуками, взятыми совокупно, и двумя другими, подобными же простыми звуками, взятыми совокупно. Опытный слух, наоборот, воспринимает в одно и то же мгновение обе равности, хотя было бы нелепым предполагать, что он слышит их обе в одно и то же мгновение. Одна равность слышится и воспринимается сама по себе, другая слышится памятью и, мгновенно проскользнув в нее, смешивается со вторичным восприятием. Высоко развитый музыкальный вкус наслаждается, таким образом, не только этими двойными равностями, воспринятыми сразу, но, силой памяти, с наслаждением познает те равности, составные части которых возникают через промежутки такие большие, что неразвитый вкус утрачивает их совершенно. Чтобы этот последний мог надлежащим образом оценить или определить достоинства того, что называется ученой музыкой, это, конечно, вещь совершенно невозможная. Но ученая музыка не имеет никаких притязаний на внутреннее превосходство, она пригодна лишь для ученого слуха. В своих крайностях она представляет из себя торжество физической стороны музыки над ее моральной основой. Чувство побеждено ощущением. В целом, защитники более простой мелодии и гармонии имеют за собой бесконечно более сильный аргумент, хотя по этому поводу действительный аргумент вряд ли существует.

В стихе, который не может быть лучше определен, как низшая или менее действительная музыка, к счастью, представляется очень мало случаев для сложности. Его строго простой характер даже Ученость -- даже Педантизм не может извратить в значительной степени.


-----------------------------------


Edgar Allan Poe.

Из рассуждения о стихе.

Перевод К. Д. Бальмонта.

Текстовая версия: verslib.com

Собрание сочинений Эдгара По в переводе с английского К. Д. Бальмонта. Том 2.: Рассказы, статьи, афоризмы. -- М.: Скорпион, 1913. -- 343 с.