# Письма государственного канцлера графа Н. П. Румянцева к кандидату московского университета Погодину

Михаил Петрович Погодин

## ПИСЬМА ГОСУДАРСТВЕННАГО КАНЦЛЕРА ГРАФА НИКОЛАЯ ПЕТРОВИЧА РУМЯНЦЕВА КЪ КАНДИДАТУ МОСКОВСКАГО УНИВЕРСИТЕТА ПОГОДИНУ1).


1) Графъ Румянцевъ обратилъ на меня свое вниманіе прочитавъ въ Вѣстникѣ Европы въ 1823 году, переводъ мой о Козарахъ, изъ Тунмана, и обратился въ главному своему довѣренному лицу въ Москвѣ, Алексѣю Ѳедоровичу Малиновскому, съ вопросомъ, чѣмъ онъ можетъ быть мнѣ полезенъ. Я отвѣчалъ, что желалъ бы принять на себя переводъ съ латинскаго славянской грамматики Добровскаго, только что тогда вышедшей. Графъ Румянцевъ возразилъ, что такой трудъ не подъ силу молодому человѣку, а развѣ академіи, но что если я самъ по себѣ, безъ его порученія, переведу грамматику, то получу отъ него значительный подарокъ. Вскорѣ онъ поручилъ мнѣ перевести съ нѣмецкаго изслѣдованіе Добровскаго о жизни славянскимъ первоучителей, о которомъ идетъ рѣчь въ первомъ изъ печатаемыхъ нынѣ писемъ. Читатели увидятъ изъ этихъ писемъ, что графъ Румянцевъ былъ не только любитель русской исторіи, но и знатокъ въ ней. М. П.


I.


12-го декабря 1824 года, Гомель.


Милостивый государь мой, Михаилъ Петровичъ, благодарю васъ за письмо, каковымъ меня удостоить изволили, и за то, что довершили возложенный на васъ трудъ перевода новаго сочиненія ученаго Добровскаго. Я сей переводъ отправлю въ Петербургъ къ г. Востокову для сличеніы съ нѣмецкимъ подлинникомъ, котораго у меня здѣсь нѣтъ. Статься можетъ, что и вкрались какія-либо ошибки въ переводѣ. По что такое ошибки въ переводѣ, въ сравненіи съ тѣми важными замѣчаніями вашими на счетъ самихъ Кирилла и Меѳеодія! Я точно исповѣдую предъ вами, что прельстясь глубокими тѣми познаніями, которыя изобличаются въ помянутыхъ замѣчаніяхъ, и той остроумной проницательностію, съ коею изыскиваете историческую истину, я буду, такъ сказать, гоняться за тѣмъ, чтобы утвердить навсегда между вами и мною безпрерывное сношеніе. Не трудно мнѣ и теперь предузнать, что вы будете однимъ изъ лучшихъ моихъ орудій.

При памяти худой и безъ всякаго пособія книгъ, мнѣ трудно начертать вамъ нѣкоторыя строки въ утвержденіе вашихъ заключеній; однакоже испытаю.

Кириллъ и Меѳеодій точно не были ни слѣпые приверженцы, ни избранные посланники, ни апостолы восточной церкви {Графъ Румянцевъ хотѣлъ сказать этими словами, что св. Кириллъ и Меѳодій отправляясь въ Моравію безъ порученія восточной церкви, т.-е. не отъ греческаго императора, а сами собою, или по прямому приглашенію моравскихъ князей.

Надо замѣтить, что за 50 почти лѣтъ, когда я, молодой человѣкъ, переводилъ сочиненіе Добровскаго и писалъ свои замѣчанія, были неизвѣстны Панковскія житія, да и много другихъ свидѣтельствъ было тогда еще не открыто. М. П.}: мнѣ даже помнится, что церковь наша хотя и почитаетъ ихъ за святыхъ и празднуетъ ихъ память 11-го мая, но сама цареградская церковь ихъ въ святыхъ не считаетъ и не празднуетъ. Вамъ не трудно будетъ сіе повѣрить въ московскомъ Греческомъ монастырѣ: у нихъ вѣрно есть собственные святцы, и часто съ вашими не согласные. Вамъ извѣстно, какой для церкви нашей великій праздникъ день перенесенія мощей Николая Чудотворца изъ-подъ владычества восточной церкви подъ владычество западной. Греческая церковь не празднуетъ сей день, а скорбитъ о немъ.

Въ утвержденіе вашихъ замѣчаній можно многія доказательства привесть, что въ древнія времена до совершеннаго раздора, обѣихъ церквей, христіяне восточныхъ и западныхъ областей могли по произволу показывать наклонность къ обрядамъ или постановленіямъ чужой церкви. Я точно помню, что читалъ что тотъ монашескій католическій орденъ, который извѣстенъ подъ именемъ Les frères écossais, при всемъ подданствѣ своемъ католической церкви, первоначально хранилъ въ обрядахъ церковныхъ чиноположеніе цареградской церкви. Помнится мнѣ также, что въ православіи столь извѣстная Студійская обитель, переселясь вся въ Римъ, иногда при возникшихъ между обѣими церквами большихъ спорахъ и разрывахъ, оправдывала ученіе Римлянъ. Но повторяю выше мною сказанное: память имѣю слабую, а книгъ много нѣтъ.

Препровождаю къ вамъ выписку изъ одного лучшаго нѣмецкаго журнала касательно сочиненія Добровскаго и съ нѣкоторыми замѣчаніями.

Мнѣ кажется, что современемъ вы можете, собравъ къ тому новые матеріалы, издать въ печать русское сочиненіе о Кириллѣ и Меѳеодіѣ. Что вамъ на сей конецъ пригодиться можетъ и отъ меня зависѣть будетъ, потребуйте пожалуйста отъ меня. Я готовъ усердно вамъ служить: вы доказали, что право на то имѣете. Съ истиннымъ почтеніемъ имѣю честь быть вашимъ, милостивый государь мой; покорнѣйшимъ слугою, графъ Н. Румянцевъ.

P. S. Статься можетъ, что пригодятся вамъ нѣжоторыя извѣстія о Кириллѣ и Меѳеодіѣ, которыя находятся въ отвѣтѣ мною на дняхъ полученномъ отъ митрополита Сестренцевичи. Для любопытства вашего я съ сего письма копію вамъ посылаю

Я не сомнѣваюсь, чтобы въ публичныхъ московскихъ библіотекахъ вы не нашли славное сочиненіе, извѣстное подъ именемъ Балландисто въ, которое есть ничто иное, какъ католическія Минеи. Пересмотрите въ нихъ статью о Кириллѣ и Меѳеодіѣ. Впрочемъ, ежели бы изданія Баллаядистовъ въ Москвѣ не было, то увѣдомьте меня. Я имѣю его въ Петербургѣ, и выписку вамъ сдѣлать велю.

Объ обращеніи Козаровъ къ Христовой вѣрѣ писать буду послѣ. Честь имѣю быть, ut in litteris, графъ Н. Румянцевъ.


II.


3-го февраля, 1825 года, Гомель.


Милостивый государь мой, Михаилъ Петровичъ, благодарю васъ за присылку маленькаго предисловія, которое готовите издать при переводѣ Добровскаго сочиненія, и прошу васъ въ свое время сіе исполнить. Кажется мнѣ, строка которая гласитъ: мы знаемъ теперь, что въ исторіи и проч., не довольно ясно показываетъ, что вы почитаете, что таковыми свѣдѣніями обязаны мы г. Добровскому. Нельзя ли сказать: "мы обязаны г. Добровскому тѣмъ, что знаемъ теперь" и пр.? Впрочемъ вы можете не держаться въ точности сей поправки.

Обращаясь теперь къ той части письма вашего, каковымъ меня удостоили 15 генваря и которое содержитъ, по мнѣнію моему, весьма любопытныя замѣчанія на самого Нестора, по поводу вышедшаго недавно нѣмецкаго сочиненія: lieber die Wohnsitze der ältesten Russen. Я много буду порадованъ, если сіи замѣчанія ваши изданы будутъ. И ежели вы судите, что издать ихъ нельзя иначе, какъ при самомъ полномъ переводѣ помянутаго нѣмецкаго сочиненія, то отъ васъ, милостивый государь, зависитъ къ таковому переводу приступить: готовъ взять на свою издержку изданіе онаго съ примѣчаніями вашими, но предварительно желаю знать, во что издержка сія мнѣ станетъ; о чемъ смѣту прошу васъ доставить предварительно чрезъ А. Ѳ Малиновскаго.

Я съ большимъ удовольствіемъ предпишу, чтобы изъ Балландистовъ выписали статью о Кириллѣ и Меѳеодіѣ и къ вамъ препроводили. Но я точно не знаю, сіи два житія находятся ли въ семъ собраніи, потому что не извѣстно мнѣ, въ которомъ мѣсяцѣ римско-католическая церковь празднуетъ память сихъ святителей, а Балландистовъ трудъ, начатый съ 1-го января, не довершенъ, и пресѣкается сентябремъ.

Что же касается до желанія вашего имѣть свѣдѣніе изъ французскихъ писателей о Русильонѣ и Нормандіи; то я не могу вамъ указать лучшихъ источниковъ, какъ весьма важное ученое сочиненіе извѣстное подъ именемъ: Histoire des Gaules, par Dom Bouquet. Нельзя статься чтобы вы сего сочиненія не нашли въ какой-нибудь большой библіотекѣ. Съ истиннымъ почтеніемъ имѣю честь быть вашимъ, милостивый государь мой, покорнѣйшимъ слугою, графъ Н. Румянцевъ.


III.


Гомель, 1-го апрѣля, 1835 года.


Милостивый государь мой, Михайло Петровичъ, благодарю за письмо, каковымъ меня удостоить изволили 16-го марта, и за присланную ко мнѣ диссертацію, сочиненную вами для полученія достоинства магистра. Она обнаруживаетъ обширныя свѣдѣнія и способность большую къ критическимъ изслѣдованіямъ. Я увѣренъ, что вы, обрабатывая болѣе и болѣе съ особымъ попеченіемъ поясненія многихъ статей древней отечественной исторіи, пріобрѣтете себѣ между писателями о Россіи отличіе большое.

Вы меня много, милостивый государь мой, порадовать изволили намѣреніемъ воспользоваться нѣкоторыми замѣчаніями Востокова на переводъ вашъ сочиненія г. Добровскаго. Отъ васъ совершенно зависитъ приступить къ печатанію изслѣдованія о Кириллѣ и Меѳеодіѣ подъ руководствомъ Алексѣя Ѳедоровича {Малиновскаго.}, къ коему я объ этомъ пишу. Съ истиннымъ почтеніемъ имѣю честь быть вашимъ, милостивый государь мой, покорнѣйшимъ слугою, графъ Н. Румянцевъ.

P. S. Препровождаю къ вамъ, милостивый государь мой, по тяжелой почтѣ тетрадь одного изъ отличнѣйшихъ нѣмецкихъ журналовъ, въ коей вы найдете рецензію на послѣднее сочиненіе г. Добровскаго о Кириллѣ и Меѳеодіѣ. Можетъ, она вамъ пригодится при изданіи вашего перевода. Вы можете удержать на нѣкоторое время сей журналъ; а по окончаніи изданія вашего, или когда онъ уже вамъ нуженъ не будетъ, прошу васъ чрезъ Константина Ѳедоровича переслать его къ г. Востокову для помѣщенія въ моей библіотекѣ. Честь имѣю быть, et in litterie, графъ Н. Румянцевъ.


IV.


Гомель, 15-го мая, 1835 года.


Милостивый государь мой, Михайло Петровичъ, благодарю за письмо, коимъ меня почтить изволили, отъ 30 апрѣля. Получивъ вѣнскій журналъ и выписки изъ Балландистовъ съ нѣкоторыми дополненіями составленными г. Востоковымъ, вы, кажется мнѣ, довольно теперь богаты матеріалами, которые, будучи вами искусно обработаны и добавлены собственными вашими замѣчаніями. Могутъ придать переводу вашему сочиненія г. Добровскаго о Кириллѣ и Меѳеодіѣ важную и собственную цѣну, отдѣльную отъ его труда. Употребленіе сихъ матеріаловъ и форма вашихъ замѣчаній совершенно отъ васъ зависятъ. Но не теряйте пожалуйста изъ виду, что какъ скоро выйдетъ переводъ вашъ, такъ обогащенный, я его долженъ буду препроводить г. Добровскому, сему почтенному патріарху словенской литературы. Что же касается до вызова его на составленіе карты тѣхъ странъ, гдѣ блистали Кириллъ и Меѳеодій, я не вижу для себя большаго въ томъ приличія. Съ истиннымъ почтеніемъ имѣю честь быть вашимъ, милостивый государь, покорнѣйшимъ слугою, Графъ Н. Румянцевъ {Въ проѣздъ Графа Румянцева чрезъ Москву я имѣлъ честь быть у него нѣсколько разъ; онъ былъ уже очень глухъ, и съ нимъ надо было переписываться за грифельной доскѣ. Въ Петербургѣ онъ вознамѣрился отправить меня въ путешествіе по славянскихъ странамъ, и поручилъ собрать свѣдѣнія о необходимыхъ на то расходахъ,-- какъ внезапная смерть, въ январѣ 1826 года, прервала всѣ его благія намѣренія на пользу русской исторіи, которая ему обязана столько! М. П.}.


Сообщилъ почет. чл. М. П. ПОГОДИНЪ.


"Бесѣды въ обществѣ любителей Россійской словесности". Выпускъ третій. Москва, 1871