# Биография отца Иоакинфа Бичурина

Михаил Петрович Погодин

## Біографія отца Іоакинѳ<а Бичурина.1)


ПИСАННАЯ ВЪ 1847 ГОДУ.


*) Издавъ въ 1845 году Словарь Писателей митрополита Евгеніи, я хотѣлъ заготовить матеріалы и для его продолженія. Съ этою цѣлію отнесся я ко всѣмъ знакомымъ литераторамъ и просилъ сообщить мнѣ свои автобіографіи. Откликнулись мнѣ, помнится, только трое,-- и тѣ бяху оріенталисты: процессоры Казембекъ и Ковалевскій и о. Іоакинѳъ. Послѣдній прислалъ эту статью, написанную, видно кѣмъ-то по его порученію. Забавно то, что чрезъ нѣсколько лѣтъ онъ самъ попросилъ у меня свѣдѣній изъ нея. "Обо мнѣ требуютъ офиціально разныхъ свѣдѣній, писалъ онъ, а я все перезабылъ: увѣдомьте меня, справясь съ посланною къ вамъ прежде біографіею, когда я родился, гдѣ учился, служилъ проч." М. П.

Отецъ Іоакинѳъ Бичуринъ родился казанской губерніи въ чебоксарскомъ уѣздѣ въ селѣ Бичуринѣ, въ 1777 году, августа 29 дня. На восьмомъ году возраста, въ 1785 году 5-го мая поступилъ въ казанскую семинарію, въ которой, кромѣ обыкновенныхъ наукъ, преподаваемыхъ въ семинаріяхъ, обучался онъ языкамъ латинскому, греческому и Французскому. По окончаніи курса ученія, въ 1799 году, сдѣланъ былъ учителемъ грамматики въ той же семинаріи, переименованной уже въ академію. Въ 1800 году постриженъ. въ монашество, и сдѣланъ учителемъ высшаго краснорѣчія. Въ 1802 году произведенъ въ архимандрита, я посланъ въ Иркутскъ ректоромъ тамошней семинаріи. Въ 1807 году назначенъ начальникомъ россійской духовной миссіи въ Пекинѣ, и того же года 17 сентября отправился изъ Кяхты за границу. Въ продолженіе училищной службы въ отечествѣ онъ ничего не сдѣлалъ, чѣмъ бы хотя нѣсколько ознаменовалъ себя по части наукъ или словесности: а потому о степени училищнаго его образованія, такъ какъ и о свойствахъ ея ничего сказать не можно. Изъ сверстниковъ его по товариществу, отъ которыхъ можно было бы получить кое-какія свѣдѣнія по симъ предметамъ, весьма немногіе дожили до настоящаго времени, и тѣ разсѣяны по неизвѣстнымъ мѣстамъ. Въ нынѣшнемъ 1847 году отъ роду ему 70-й годъ. Съ недавняго времени жизнь ведетъ самую уединенную и строгую, и, сколько силы дозволяютъ, еще продолжаетъ заниматься обработываніемъ прежнихъ своихъ трудовъ. Что касается до пребыванія о. Іоакинѳа въ Пекинѣ, онъ самъ о себѣ нерѣдко сообщаетъ кое-что въ дружескихъ разговорахъ. Изъ собранія этихъ свѣдѣній, съ прибавкой нѣкоторыхъ собственныхъ нашихъ изслѣдованій, составлена біографія о. Іоакинѳа которую предлагаемъ читателямъ. Въ ней нѣтъ ничего удивительнаго, но есть кое-что довольно занимательное.

О. Іоакинѳъ, по прибытіи въ Пекинъ, на другой же день началъ заниматься китайскимъ языкомъ, какъ необходимымъ для долговременнаго пребыванія въ Китаѣ, ибо россійская миссія отправляется въ Пекинъ на десять лѣтъ, и не прежде какъ по прошествіи полнаго срока смѣняется новою миссіею. Пріобрѣтя небольшія свѣдѣнія и въ разговорномъ и въ письменномъ языкѣ, онъ исподоволь началъ учиться языкамъ маньчжурскому, а потомъ монгольскому; но когда объяснили ему, что китайская словесность составляетъ основаніе словесности и маньчжурской и монгольской, то превратилъ упражненіе въ помянутыхъ двухъ языкахъ, и остановилъ все вниманіе на одномъ китайскомъ.

Въ то время россійская миссія въ Пекинѣ, по словамъ о. Іоакинѳа, еще не имѣла существенныхъ пособій къ изученію тамошнихъ восточныхъ языковъ, т.-е. не было еще ни грамматикъ, ни словарей переведенныхъ на русскій языкъ. По прошествіи двухъ лѣтъ католическіе миссіонеры сообщили ему китайскій словарь съ латинскимъ переводомъ Базиля де-Глемона; но этотъ словарь, по существу своего состава, приготовленъ для научившихся китайскому языку, потому что выраженія въ немъ писаны не знаками, а звуками, изъ коихъ на иные приводятся отъ пяти до 30 знаковъ того же выговора и ударенія. Сверхъ сей трудности, о. Іоакинѳъ въ скоромъ времени замѣтилъ въ помянутомъ словарѣ неточность, а болѣе, неполноту въ переводѣ, почему и не принялъ его въ руководство себѣ для изученія китайскаго языка, а избралъ другой способъ, можетъ быть, не новый, но довольно забавный. Въ Пекинѣ и большія и среднія улицы наиболѣе состоятъ изъ лавокъ и разныхъ торговыхъ заведеній, почему въ ясную погоду онъ обыкновенно прогуливался по улицамъ, и если видѣлъ гдѣ вещь, которую не умѣлъ назвать на китайскомъ языкѣ, то просилъ сидѣльца написать названіе оной по-китайски, а внизу подписывалъ названіе на русскомъ языкѣ. Сверхъ сего въ Пекинѣ въ нѣкоторыхъ большихъ монастыряхъ ежемѣсячно въ извѣстные дни бываютъ дневныя ярмарки, на которыхъ, кромѣ разныхъ товаровъ сносимыхъ со всего города, можно видѣть деревья, кустарники и растенія съ цвѣтами плодами, звѣрей, птицъ, пресмыкающихся, насѣкомыхъ и разныхъ уродовъ, выставленныхъ для продажи или для показа. О. Іоакинѳъ, постоянный въ стремленіи къ своей цѣли, не рѣдко, посѣщалъ такія ярмарки съ каждой подобной прогулки возвращался съ небольшимъ пріобрѣтеніемъ для своего словаря, а домашній его учитель исправлялъ происходившія нерѣдко ошибки, такъ какъ торговые китайцы иногда, по незнанію какого-либо знака, употребляютъ другой, созвучный ему и пе выговору и по ударенію. Симъ образомъ онъ въ продолженіе первыхъ четырехъ лѣтъ составилъ для себя небольшой китайскій словарь употребительнѣйшихъ словъ съ русскимъ переводомъ.

На пятомъ году пребыванія въ Пекинѣ, о. Іоакинѳъ рѣшился приступить къ упражненію въ переводахъ; но здѣсь встрѣтилъ большое затрудненіе въ томъ, что еще не въ состояніи былъ вполнѣ понимать изъясненіе отвлеченныхъ словъ, преподаваемое учителемъ на китайскомъ языкѣ. На седьмомъ году, по совѣту учителя, перевелъ четырекнижіе, Сы-ту, съ пространными изъясненіями. При семъ упражненіи открылъ онъ, что Четырекнижіе составляетъ ключъ къ переводу ученыхъ китайскихъ книгъ на другіе языки. Еще сдѣлалъ онъ не менѣе важное замѣчаніе, что какъ для перевода, такъ и для чтенія книгъ, писанныхъ на китайскомъ языкѣ, необходимо нужно знать древнее и новѣйшее статистико-географическое описаніе и вмѣстѣ съ нимъ, исторію Китайской имперіи. По этой причинѣ, послѣ перевода Четырекнижія онъ составилъ извлеченіе изъ статистико-географическаго описаніи Китайской имперіи, подъ заглавіемъ И-тхунъ-чжи, въ трехъ томахъ, а потомъ сокращенно перевелъ исторію Китайскаго государства въ 16-ти томахъ. Исторія династіи Минъ отдѣльно составляетъ 47-й томъ, Въ промежуткахъ занимался переводомъ разныхъ мелкихъ сочиненій, между которыми, кромѣ вышеозначенихъ трехъ, замѣчательнѣйшія суть:

4. Описаніе Тибета въ нынѣшнемъ его состояніи.

5. Трактатъ о прививаніи оспы.

6. Судебная медицина.

7. Описаніе западнаго края, т.-е. Чжунгаріи и Восточнаго Тюркистана и другихъ странъ лежащихъ далѣе на западъ и юго-западъ.

При постоянныхъ занятіяхъ переводами о. Іоакинѳъ не упустительно замѣчалъ различныя значенія каждой китайской буквы и самой по себѣ и въ сложности съ другими буквами, и симъ образомъ составилъ китайскій словарь съ русскимъ переводомъ, содержащій въ себѣ болѣе 12.000 условныхъ знаковъ со множествомъ выраженій, употребляемыхъ какъ въ ученомъ, такъ и въ разговорномъ слогѣ. Этотъ переводъ, при ежегодныхъ поправленіяхъ и пополненіяхъ, четыре раза былъ переписанъ; йогомъ въ полнотѣ значеній и выраженій повѣренъ съ китайскимъ словаремъ, подъ названіемъ Кханъ-си-цзы-дянь, подведенъ подъ русскій алфавитъ по выговорамъ, и снова переписанъ въ девяти томахъ. Кромѣ сего переведенъ имъ на русскій языкъ жаньчжунитайскій словарь, подъ заглавіемъ Цынъ-винь-цзянь, расположенный но общимъ предметамъ. Послѣдній словарь содержитъ въ себѣ 463 главы, и занимаетъ четыре тома. Синъ кончились его ученыя занятія* въ Пекинѣ, продолжавшіяся 44 лѣтъ.

Исторія и статистико-географическое описаніе Китайской имперіи, наложенныя во всей своей обширности, не заключаютъ въ себѣ большой занимательности для читателей; но для занимающихся китайскою ученостью необходимы. Китайская ученость наиболѣе основана на историческихъ событіяхъ, съ которыми мѣстность весьма тѣсно соединена. Ученые Китайцы приняли правиломъ, описывая какое-либо происшествіе, называть народы, страны и города тѣми именами, которыми называли ихъ во время случившагося происшествія; а эти имена, хотя не всѣ, но при каждой династіи перемѣнялись. Почему незнаніе древнихъ названій не только затрудняетъ неопытнаго переводчика, но нерѣдко завлекаетъ его въ грубыя погрѣшности. Вотъ побудительная причина, по которой о. Іоакинѳъ необходимымъ счелъ предпринять огромный трудъ -- перевести исторію и статистико-географическое описаніе Китайской имперіи не для изданія въ свѣтъ, я для собственнаго употребленія. Такое же назначеніе имѣлъ трудъ его надъ словаремъ. Но о. Іоакинѳъ не удовольствовался упражненіемъ въ однихъ древностяхъ Китая. Извѣстно, что употребленіе измѣненныхъ и неправильно произносимыхъ названій царствамъ и народамъ, странамъ и городамъ, горамъ и рѣкамъ произвело большую запутанность въ исторіи древнихъ народовъ; посему о. Іоакинѳъ въ исторіи и землеописаніи Китайской имперіи всѣ собственныя имена, начиная съ X вѣка, писалъ съ устнаго произношенія того народа, коего языку слова принадлежали; а послѣдній трудъ очень облегченъ былъ ежегоднымъ пріѣздомъ разныхъ иностранцевъ къ Пекинскому двору.

Но возвращеніи въ Россію, въ 1821 году, о. Іоакинѳъ сдѣлалъ новое расположеніе для изданія ученыхъ своихъ трудовъ. Онъ предположилъ не вдругъ представить намъ панораму Китайской имперіи, но прежде познакомить со странами смежными со Срединнымъ государствомъ съ запада и сѣвера; согласно этому расположенію началъ онъ приготовлять свои переводы и сочиненія къ изданію въ свѣтъ. Правительство, желая содѣйствовать ему въ семъ благонамѣренномъ предпріятіи, причислило его въ 1826 году къ министерству иностранныхъ дѣлъ, при которомъ онъ и донынѣ находится.

Итакъ по предварительно начертанному, расположенію, о. Іоакинѳъ донынѣ издалъ въ свѣтъ слѣдующія книги:

1) Описаніе Тибета въ нынѣшнемъ его состояніи, I кн., С.-Петербургъ, 1828 г. Это буквальный переводъ записокъ, въ которыхъ одинъ китайскій чиновникъ, посланный въ Тибетъ по обязанностямъ службы, изложилъ все, что въ продолженіе своего путешествія видѣлъ достопримѣчательнаго. Покойный Клапротъ издалъ эту книжку на Французскомъ языкѣ, съ перемѣною прежняго ея расположенія.

2) Записки о Монголіи, I кн. 4 ч., С.-Петербургъ, 1628 г. Въ семъ сочиненіи о. Іоакинѳъ помѣстилъ: а) описаніе дороги, которою онъ возвращался изъ Пекина въ Кяхту въ 1821 году; б) описаніе Монголіи въ нынѣшнемъ политическомъ и гражданскомъ ея состояніи; в) краткую исторію монгольскаго народа; г) законы, изданные китайскимъ правительствомъ для управленія монгольскими племенами. Послѣдняя чаетъ есть переводъ съ китайскаго языка.

3) Описаніе Чжунгаріи и Восточнаго Тюркистана въ древнемъ и нынѣшнемъ состояніи, 1 кн. 2 ч., С.-Петербургъ, 1828 г. Это также переводъ съ китайскаго языка. Первая часть извлечена изъ исторіи Западнаго Дома Хань, писанной въ І-мь вѣкѣ по P. X. Вторая часть заключаетъ въ себѣ сочиненіе одного китайскаго чиновника, недавно бывшаго въ разныхъ мѣстахъ Чимегаріи и Восточнаго Тюркистана по обязанностямъ службы. Первая часть есть неоцѣненный подарокъ намъ отъ китайской исторія, потому что заключаетъ въ себѣ свѣдѣнія о народахъ обитавшихъ около временъ P. X. отъ Хами на западъ до Каспійскаго моря и отъ Кашгара на юго-западъ до Индустана и Персіи. Вторая часть довольно любопытна по новости свѣдѣній о нынѣшнемъ состояніи Чжунгаріи, Восточнаго Тюркистана и странъ лежащихъ далѣе на западъ.

4) Санъ-цзы-цзинъ, или Троесловіе, съ литографированнымъ китайскимъ текстомъ, I кн., С.-Петербургъ. 4829 г. Это есть переводъ краткой китайской энциклопедіи, сочиненной въ концѣ XII вѣка, съ присовокупленіемъ поясненій переводчика. Китайскій текстъ превосходно отлитографированъ.

5) Описаніе Пекина, съ приложеніемъ плана сей столицы, снятаго въ 1817 году, I кн., С.-Петербургъ, 1829 г. Планъ выгравированъ на двухъ большихъ доскахъ, съ надписаніемъ мѣстъ на двухъ языкахъ, русскомъ и французскомъ. Описаніе Пекина есть переводъ съ китайскаго языка, порознь изданный на двухъ же языкахъ, русскомъ и французскомъ. Планъ чрезвычайно вѣренъ и полонъ, и притомъ раскрашенъ.

6) Исторія первыхъ четырехъ хановъ изъ дома Чингисова, съ картою походовъ ихъ какъ въ Монголію, такъ и внутри Китая, I кн., С.-Петербургъ, 1829 г. Это переводъ съ китайскаго языка. Жизнеописаніе четырехъ хановъ извлечено изъ исторіи династіи Юань, писанной самими Монголами во время владычества ихъ въ Китаѣ, а подробности событій заимствованы изъ исторіи подъ заглавіемъ "Цзы-чжи тхунъ цзянь ганъ-му." Въ концѣ исторіи четырехъ хановъ всѣ собственныя имена, встрѣчающіяся въ ней, изложены въ азбучномъ порядкѣ по нынѣшнему южному монгольскому произношенію, притомъ съ переводомъ буквальнаго ихъ значенія.

7) Исторія Тибета и Хухунора, съ 2282 года до P. X. до 1227 по P. X., съ картою къ поясненію древней исторіи Тибета и Хухэнора, 2 ч., С.-Петербургъ, 1833. г. Извлеченіе изъ китайской исторіи подъ заглавіемъ "Тхунъ-цзявь ганъ-му." Всѣ происшествія расположены по годамъ ихъ событія.

8) Историческое обозрѣніе Ойротовъ, или, съ XV столѣтія до настоящаго времени., I кн., С.-Петербургъ, 1834 г. Это есть сочиненіе основанное на актахъ, которые заимствованы изъ книгъ и рукописей русскихъ и китайскихъ. Въ 1833 году Императорская Академія Наукъ удостоила сіе сочиненіе полной Демидовской преміи.

9) Ханъ-вынь ци-мынь или китайская грамматика, 1 кн., 2 ч., С-Петербургъ 1838 г. Это есть сочиненіе о. Іоакинѳа, въ которомъ всѣ примѣры состоятъ изъ текстовъ на китайскомъ письмѣ. Оно все отлитографировано, и издано дня училища китайскаго языка, которое открыто въ Кяхтѣ въ 1834 году. Въ 1839 году Императорская Академія Наукъ удостоила сіе сочиненіе полной Демидовской преміи.

10) Китай, его жители, нравы, обычаи и просвѣщенніе, 1 кн., С.-Петербургъ, 1840 г. Это есть сочиненіе, въ которомъ безъ связи помѣщены разныя статьи, относящіяся до предметовъ исчисленныхъ въ заглавіи. Но въ статьѣ,-- Общественная и частная жизнь Китайцевъ, разныя придворныя церемоніи и народные праздники, обряды я обычаи описаны весьма удовлетворительно.

11) Статистическое описаніе Китайской Имперіи, съ приложеніемъ географической карты ни пяти листахъ, 2 ч., С.-Петербургъ, 1842 г. Это сочиненіе, кромѣ вѣрности во всемъ, наибольшую цѣну заслуживаетъ тѣмъ, что географическія карты повѣрены съ топографіею, изданною китайскимъ правительствомъ, и ошибки допущенныя граверами, исправлены. Оно въ 1843 году удостоено половинной Демидовской преміи.

12) Земледѣліе въ Китаѣ, съ 72-мя чертежами разныхъ земледѣльческихъ орудій, I кн., С.-Петербургъ, 1844 г. Въ сей книжкѣ хотя кратко, но удовлетворительно изложено нынѣшнее состояніе земледѣлія въ Китаѣ, отъ начальной обработки пашенъ до окончательной отдѣлки хлѣбныхъ зеренъ для употребленія.

Изъ вышеисчисленныхъ сочиненій первое издано иждивеніемъ любителей учености; второе, третье, пятое, шестое, седьмое, восьмое и девятое напечатаны были иждивеніемъ правительства, а четвертое и послѣднія три сочиненія о. Іакинсъ издалъ въ свѣтъ безъ постороннихъ пособій. Изъ нихъ на изданіе Статистическаго описанія Китайской Имперіи, требовавшее значительныхъ издержекъ, открыта была подписка; но въ теченіи полугода оказался только одинъ подписчикъ, по должности имѣвшій пребываніе въ Варшавѣ.

Годы 1830 и 1831, также 1835--1837-й о. Іоакинѳъ провелъ въ Кяхтѣ по возложеннымъ отъ правительства на него порученіямъ. Впрочемъ въ продолженіи первыхъ двухъ лѣтъ онъ, при пособіи монгольскаго переводчика, перевелъ монголо-китайскій словарь на русскій языкъ, въ двухъ большихъ томахъ, а въ продолженіи послѣднихъ трехъ лѣтъ составилъ полную систему китайскаго законодательства, извлеченную изъ собранія китайскихъ уложеній и занимающую три большіе тома. Это изложеніе китайскаго законодательства составляетъ огромный магазинъ, въ которомъ можно найти свѣдѣнія всякаго рода касательно всего внутренняго состава Китайской имперіи, расположенныя въ правильномъ, систематическомъ порядкѣ. Изложеніе китайскаго законодательства написано не для печати, а для извлеченія статистическихъ свѣдѣній о Китаѣ. Монгольскій словарь переведенъ для справокъ.

Въ продолженіи 1840--1845 годовъ о. Іоакинѳъ написалъ:

13) Описаніе религіи ученыхъ, по-китайски называемой Жу-цзяо, съ приложеніемъ 24 раскрашенныхъ чертежей. Сіе сочиненіе состоитъ изъ двѣнадцати главъ:

I. Источникъ религіи ученыхъ.

II. Поклоняемыя лица.

III. Жертвенное одѣяніе.

IV. Утварь и предметы жертвенные.

V. Жертвенникъ и храмы.

VI. Чертежи жертвенниковъ и храмовъ.

VII. Расположеніе поклоняемыхъ и жертвующихъ лицъ, также столовъ съ жертвенными принадлежностями, наблюдаемое при жертвоприношеніи въ жертвенникахъ и храмахъ перваго разряда.

VIII. Тоже расположеніе въ жертвенникахъ и храмахъ втораго разряда.

IX. Пріуготовленія въ жертвоприношенію.

X. Чинъ жертвоприношенія.

XI. Дни жертвоприношенія въ столицѣ.

XII. Жертвоприношенія въ губерніяхъ и частныя.

14) Китай въ гражданскомъ и нравственномъ отношеніи. Сіе сочиненіе содержитъ въ себѣ четыре части, изъ коихъ въ первой изложены основанія государственнаго управленія, какъ-то: I. Государственное устройство, II, Государственное хозяйство и III, Судоустройство; во второй части помѣщено китайское уголовное право; въ третьей части изложена общественная и частная жизнь Китайцевъ; въ четвертой просвѣщеніе. Сіи два сочиненія безъ посторонняго пособія не въ состояніи появиться въ свѣтѣ.

Съ января минувшаго 1846 года о. Іоакинѳъ занимается составленіемъ исторіи народовъ, обитавшихъ въ Средней Азіи со ІІ-го вѣка до P. X. но ІХ-й no P. X. Сія исторія пишется по программѣ, данной ему Императорскою Академіею Наукъ, и въ 1848 году будетъ кончена. Источникомъ для сей исторіи служатъ китайская исторія, составленная единственно изъ современныхъ актовъ правительства.

Въ наставленіе путешественникамъ должно присовокупить, что о. Іоакинѳъ не основывался на предразсудкахъ или на свѣдѣніяхъ сообщенныхъ прежними путешественниками, и потому каждую вещь видѣлъ въ подлинномъ ея видѣ. Сему-то благоразумному правилу о. Іоакинѳъ обязанъ своими успѣхами въ раскрытіи разныхъ превратныхъ свѣдѣній и ложныхъ мнѣній, сообщенныхъ Европѣ прежними путешественниками и оріенталистами.


Сообщилъ почет. чл. М. П. Погодинъ.


"Бесѣды въ обществѣ любителей Россійской словесности". Выпускъ третій. Москва, 1871