# Разрешение странного недоумения

Михаил Петрович Погодин

## РАЗРѢШЕНІЕ СТРАННАГО НЕДОУМѢНІЯ 1.


1 Напечатавъ статейку г. H. Н., мы охотно помѣщаемъ и отвѣтъ г. Погодина, хотя и не видимъ къ чему служитъ это объясненіе. Онъ упрекаетъ насъ, зачѣмъ мы "пропустили недоумѣніе по дѣлу, о которомъ недоумѣвать нечего". Намъ казалось, что незнаніе, заявленное ученымъ по предмету его спеціальныхъ занятій, могло возбудить недоумѣніе. Впрочемъ предоставляетъ самому г. H. Н. разбираться съ г. Погодинымъ. Ред.

Въ нашъ вѣкъ недоумѣній вездѣ не оберешься, а у насъ такъ имъ и счета нѣтъ: долгъ всякаго благонамѣреннаго человѣка разрѣшать ихъ по мѣрѣ возможности, и я считаю себя счастливымъ, что могу разрѣшить три -- одно странное и два главныхъ, заявленныхъ Русскимъ Вѣстникомъ. О разсужденіи моемъ о Несторовомъ Ѳеодосіевомъ житіи, помѣщенномъ въ Извѣстіяхъ Академіи, напечатано:

"Почтенный академикъ въ самомъ концѣ статьи постановляетъ (sic) слѣдующій вопросъ: "а когда Несторъ писалъ Лѣтопись, прежде или послѣ житія?" О тутъ же отвѣчаетъ: "Я думаю прежде, ибо въ житіи онъ описалъ гораздо короче то, что описано въ Лѣтописи подробнѣе; видно что онъ не хотѣлъ повторяться. А можно думать также, что въ Лѣтописи не хотѣлъ онъ повторять то, что уже было въ житіи." Другими словами, Лѣтопись, можетъ-быть, писана и послѣ. Страненъ что-то такой отвѣтъ".

Страннаго ничего здѣсь нѣтъ -- и вотъ вамъ примѣръ. Я думаю, что Борисъ не виноватъ въ гибели Димитрія, ибо... а можно думать также (разумѣется, другимъ), что виноватъ.

Я думаю, что Ростопчинъ сжегъ Москву, а можно думать также (другимъ), что пожаръ произошелъ отъ разныхъ причинъ.

Я думаю о достоинствахъ Русскаго Вѣстника вотъ что, а можно думать (другимъ) и вотъ чтоГдѣ же противорѣчіе? Это та же гуманная терпимость, допускающая существованіе другихъ мнѣній.

Почтенному рецензенту показалось, что противоположное мнѣніе принадлежитъ мнѣ же; между тѣмъ какъ я приписалъ его ясно другимъ, употребивъ безличную форму: можно. Главное же недоумѣніе рецензента состоитъ въ томъ, что я назвалъ четыре слова въ житіи непонятными, а именно понѣ, порода, бѣдяща, камыкъ, между тѣмъ какъ эти слова: понѣ (по крайней мѣрѣ), порода (рай), бѣдяща (отъ бѣдити, убѣждать) и камыкъ (камень), не составляютъ (sic) никакого нормальнаго уклоненія.

Разрѣшаю главное недоумѣніе откровеннымъ сознаніемъ, что я этихъ словъ не понималъ, не зналъ, и если они мнѣ прежде попадались, то забылъ, а справиться въ Словарѣ Востокова, что было бы очень легко, мнѣ не пришло въ голову.

Остается одно главное недоумѣніе; почему "редакція Извѣстій пропустила такую странную ошибку". Да потому же, почему редакція Вѣстника пропустила, м. г., ваше странное недоумѣніе и не замѣтила, что недоумѣвать нечего. Съ редакціями, по множеству ихъ занятій и спѣшности трудовъ, это случается часто. Въ заключеніи рецензентъ глубокомысленно и грозно спрашиваетъ; "что же однако должны мы подумать, и кто разъяснитъ это недоумѣніе?" Я, я, безъ вины виноватый, на раны готовый, вашъ покорный слуга,


М. Погодинъ.


"Русскій Вѣстникъ", т. XXXII, 1861