# Кто первый в России имел мысль об освобождении крестьян с земельным наделом

Михаил Петрович Погодин

(Воспоминание о князе Василии Васильевиче Голицыне, русском государственном деятеле XVII столетия).

Складчина. Литературный сборникъ составленный изъ трудовъ русскихъ литераторовъ въ пользу пострадавшихъ отъ голода въ Самарской губерніи

С.-Петербургъ, 1874


КТО ПЕРВЫЙ ВЪ РОССІИ ИМѢЛЪ МЫСЛЬ ОБЪ ОСВОБОЖДЕНІИ КРЕСТЬЯНЪ СЪ ЗЕМЕЛЬНЫМЪ НАДѢЛОМЪ.

(ВОСПОМИНАНІЕ О КНЯЗѢ ВАСИЛІѢ ВАСИЛЬЕВИЧѢ ГОЛИЦЫНѢ, РУССКОМЪ ГОСУДАРСТВЕННОМЪ ДѢЯТЕЛѢ XVII СТОЛѢТІЯ).


Французскій агентъ де-ля-Невиль былъ посланъ въ Москву маркизомъ де-Бетюнъ, посломъ Людовика XIV при варшавскомъ дворѣ, развѣдать о переговорахъ нашего двора съ шведскимъ и бранденбургскимъ. Онъ прожилъ въ Москвѣ, подъ видомъ польскаго чрезвычайнаго повѣреннаго (envoyé extraordinaire) пять мѣсяцевъ, съ конца поля до начала декабря 1689 года, и былъ, слѣдовательно, очевиднымъ свидѣтелемъ послѣдняго столкновенія между Петромъ и сестрою его Софіей, которое кончилось ея паденіемъ.

Невиль имѣлъ сношенія со многими русскими боярами: съ княземъ Василіемъ Васильевичемъ Голицынымъ, со стороны Софіиной, съ княземъ Борисомъ Алексѣевичемъ Голицынымъ, со стороны Петровой, съ молодимъ Матвѣевымъ, съ переводчикомъ Спафаріемъ и иностранными резидентами; видѣлъ Софію, Ивана, Петра, и, по возвращеніи во Францію, издалъ любопытную книжку о своемъ пребываніи въ Россіи: "Relation curieuse et nouvelle de Moskovie". Книжка его посвящена королю Людовику XIV, и напечатана въ Парижѣ въ 1698 году. {Устряловъ ссылается на изданіе въ Гагѣ, 1699 года; также и Семевскій, въ статьѣ о портретахъ царевны Софія и князя В. В. Голицина, помѣщенной въ "Русскомъ Словѣ", 1859 г., No 12.}

Многія извѣстія Невиля подтверждаются нашими несомнѣнными источниками, напримѣръ: о замыслѣ царевны Софіи женить больнаго старшаго брата Ивана и управлять подъ его именемъ и именемъ предполагавшихся его дѣтей, о неудачныхъ походахъ крымскихъ, о переговорахъ князя Голицына съ ханомъ, о наградахъ царевны возвратившемуся войску, о неудовольствіи Петра, выраженномъ князю Голицыну, о злоумышленіяхъ Софіи и собраніи стрѣльцовъ въ Кремлѣ, о доносѣ раскаявшихся стрѣльцовъ Петру, въ Преображенскомъ, когда уже онъ легъ спать, о запрещеніи Софіи стрѣльцамъ идти къ Троицѣ на призывъ Петровъ, и проч. Извѣстіе Невилево о любовной связи царевны Софіи съ княземъ В. В. Голицынымъ подтвердилось въ наше время ея письмами, открытыми Устряловымъ въ Секретномъ Архивѣ.

Есть мелкія черты, которыя подтверждаютъ подлинность сказанія, и на которыя изслѣдователь долженъ въ этомъ отношеніи обращать вниманіе, напримѣръ: Невиль, описывая обѣдъ свой у молодаго Матвѣева, говоритъ, что совѣтовалъ ему учиться по французски, ибо онъ еще билъ молодъ, имѣя только 22 года. Таковъ именно былъ тогда возрастъ Матвѣева: какъ могло бы подложному сочинителю (о которомъ пустословилъ Полевой, "Русскій Вѣстникъ", 1841, No 9, стр. 598) вставить такую черту!

Извѣстія вѣрныя, засвидѣтельствованныя, внушаютъ довѣренность и съ прочимъ, уваженіе въ ихъ источникамъ, кромѣ, разумѣется, нѣкоторыхъ слуховъ, ходившихъ въ растревоженномъ городѣ и носящихъ признаки своего происхожденія изъ среды той или другой враждовавшей стороны.

Невиль представляется въ своей книжкѣ вообще наблюдателемъ безпристрастнымъ, и отдавая полную справедливость князю Голицыну, главному дѣйствовавшему лицу въ правленіе царевны Софіи, осуждаетъ безусловно властолюбіе сей послѣдней и злые умыслы противъ меньшаго брата своего Петра.


-----


Въ донесеніи Невиля есть одно извѣстіе великой важности, которое, какъ будто затерянное въ кучѣ прочихъ, не оцѣнено было достаточно писателями, имѣвшими въ своихъ рукахъ его сочиненіе.

Изъ этого драгоцѣннаго извѣстія, озаряющаго новымъ свѣтомъ лицо князя Василія Васильевича Голицына, мы узнаемъ, что онъ, за 200 лѣтъ до нашего времени, хотѣлъ освободить крѣпостныхъ хрестьянъ и отдать имъ во владѣніе землю, которую.они обрабатывали бы съ платою въ казну извѣстной подати.

Вотъ собственныя слова Невиля:

"Цѣлію князя было поставить Россію на одну ногу съ прочими государствами: для этого онъ велѣлъ собрать свѣдѣнія (mémoires) обо всѣхъ европейскихъ государствахъ и ихъ правленіи. Онъ хотѣлъ начать освобожденіемъ крестьянъ и предоставленіемъ имъ тѣхъ земель, кои они обрабатываютъ въ пользу царя за ежегодную плату, которая по смѣтѣ, имъ сдѣланной, увеличивала бы ежегодно слишкомъ половиною доходъ царскій, простирающійся нынѣ по большей мірѣ отъ семи до восьми милліоновъ ливровъ, на французскія деньги.

(Comme le dessein de ce Prince était de mettre cet Etat sur le même pied que les autres, il avait fait venir des mémoires de tous les Etats de l'Europe et de leur gouvernement; il voulait commencer par affranchir les paysans, et leur abandonner les terres, qu'ils cultivent, au profit du Czar, moyennant un tribut annuel, qui par la supputation, qu'il en avait faite, augmentait par an, le revenu de ces Princes, de plus de la moitié, lequel ne se monte guères qu'a sept à huit millions de livres tout au plus, monnaie de France, en argent comptant). {Въ переводѣ Невиля, помѣщенномъ Полевымъ въ "Русскомъ Вѣстникѣ" 1841 г., весь этотъ важный параграфъ совершенно опущенъ, вѣроятно въ угоду тогдашней цензурѣ.

Въ дѣльной вышеупомянутой статьѣ г. Семевскаго, Невилевы слова объ освобожденіи крестьянъ и надѣлѣ ихъ землею замѣнены оффиціальнымъ выраженіемъ того времени: "предполагалъ улучшить бытъ крестьянъ своихъ (?!)", вѣроятно также по причинамъ отъ автора независѣвшимъ; притомъ слово своихъ, котораго нѣтъ у Невиля, извращаетъ совершенно смыслъ.

У Терещенко, въ его исполненной всякихъ ошибокъ, біографіи князя В. В. Голицына (Опытъ обозрѣнія жизни сановниковъ управлявшихъ иностранными дѣлами, 1887, т. II, стр. 177), эти слова приведены мимоходомъ безъ всякаго замѣчанія.}

Итакъ въ концѣ 17-го столѣтія, въ восьмидесятыхъ годахъ, князь Василій Васильевичъ Голицынъ думалъ уже освободить крѣпостныхъ крестьянъ и надѣлитъ ихъ землею, которую они обрабатывали бы.

Въ невѣрности извѣстія подозрѣвать нѣтъ повода, потому что его выдумать и сочинить было нельзя, если во всей Европѣ не было тогда даже понятія объ освобожденіи крестьянъ и надѣленіи ихъ землею.


-----


Это извѣстіе даетъ намъ полное право утвердить за кн. Голицынымъ другую великую государственную мысль, которая до сихъ поръ приписывалась ему болѣе по догадочному предположенію, чѣмъ въ силу основательнаго доказательства: мысль объ уничтоженіи мѣстничества.

Въ поясненіе мы должны сказать нѣсколько словъ объ этомъ важномъ въ гражданской нашей исторіи событіи.

Царь Ѳеодоръ, за полгода до своей кончины, 1681 г. ноября 24, указалъ князю Голицыну съ товарищи вѣдать ратныя дѣла. Вслѣдствіе сего составленъ былъ совѣтъ изъ выборныхъ людей для пріисканія средствъ устроить войско лучше, такъ какъ "непріятели показали въ ратныхъ дѣлахъ новые вымыслы и хитрости, а наше воинское устроеніе оказалось въ бояхъ неприбыльнымъ". Совѣтъ положилъ представить царю челобитную объ уничтоженіи мѣстничества, то есть права считаться мѣстами при военныхъ и прочихъ назначеніяхъ, не служить старшему по службѣ предковъ подъ начальствомъ уступающаго ему въ служебной родословной. Челобитная была прочтена княземъ Голицынымъ на земскомъ соборѣ. Предложенное постановленіе царь утвердилъ собственноручною многозначительною подписью, служащей украшеніемъ русской исторіи: "Во утвержденіе сего соборнаго дѣянія и въ совершенное гордости и проклятыхъ мѣстъ въ вѣчное искорененіе моею рукою подписалъ".

Самому Ѳеодору, при его молодости и неопытности, вмѣстѣ съ слабостію и болѣзненностію, нельзя приписать такое трудное и смѣлое дѣло, съ которымъ не могъ сладить ни Грозный, ни Годуновъ.

При первыхъ моихъ занятіяхъ русской исторіей я приписывалъ починъ боярину Языкову, самому приближенному лицу въ Ѳеодору, происходившему изъ дворянъ среднихъ. Но послѣ, занимаясь изслѣдованіями объ этомъ времени, я увидѣлъ, что объ участіи Языкова въ дѣлахъ собственно управленія нѣтъ никакихъ извѣстій, ни даже намековъ.

Что касается до князя Голицына, хотя онъ и являлся оффиціально на первомъ мѣстѣ при веденіи этого дѣла, но трудно было предполагать, чтобъ онъ, знатный родовой бояринъ рѣшился, такъ сказать, наложить на себя руку, и отказаться отъ главныхъ правъ своего сословія, навлечь на себя общую его ненависть. Я заключилъ, что уничтоженіе мѣстничества, такъ какъ и другія великія событія въ русской исторіи, принадлежатъ неизвѣстно кому, не имѣютъ одного какого-либо виновника, то есть принадлежатъ всему народу.

Извѣстіе Невилево объ мысли князя Голицына, освободить крестьянъ и надѣлить ихъ землею, показываетъ ясно, къ какимъ государственнымъ мѣрамъ былъ онъ способенъ и какъ возвышался надъ своимъ временемъ.

Итакъ, князю Василію Васильевичу Голицыну принадлежитъ навѣрное мысль объ уничтоженіи мѣстничества, приведенная имъ въ исполненіе, и мысль объ освобожденіи крестьянъ съ землею, приведенная въ исполненіе чрезъ двѣсти слишкомъ лѣтъ въ царствованіе императора Александра II, въ вѣчной славѣ его имени.


-----


Есть еще великая государственная мысль -- о равномѣрной раскладкѣ податей и всякихъ повинностей, е которой однакожъ теперь, впредь до открытія новыхъ документовъ, нельзя говорить рѣшительно.

Профессоръ Аристовъ обратилъ, первый, вниманіе на грамоту въ Пермь, мая 6, 1682 года, о возращеніи собранныхъ съ этой цѣлію въ Москвѣ депутатовъ, такъ называемыхъ двойниковъ. Изъ этой грамоты только мы и узнаемъ, что депутаты "всякихъ чиновъ" были собираемы въ Москву по два изъ всѣхъ городовъ и посадовъ. Означенная грамота помѣчена 6 мая, за девять дней до перваго стрѣлецкаго бунта; принадлежитъ слѣдовательно къ распоряженіямъ Петровой партіи, принявшей власть въ свои руки 28 апрѣля, по кончинѣ царя Ѳеодора Алексѣевича. Ясно, что первое распоряженіе принадлежало къ дѣйствіямъ партіи противной, а въ противной партіи однимъ изъ главныхъ дѣйствующихъ лицъ былъ князь В. В. Голицынъ, какъ то видно изъ его участія въ уничтоженія мѣстничества, ноября 24, 1681 года. Депутаты городскіе не могли быть созваны иначе, какъ около этого времени.

Впрочемъ, повторяю, этотъ любопытный вопросъ требуетъ еще многихъ изслѣдованій и разъясненій.


-----


Изъ дѣйствій князя В. В. Голицына, какъ "царственныя большія печати и государственныхъ великихъ посольскихъ дѣлъ оберегателя", довольно указать на договоръ съ Польшею, 1686 г. апрѣля 26, по которому она отказалась отъ Смоленска, Кіева, Чернигова, и всей Малороссіи съ 56 городами, завоеванными Россіей въ 1654 и 1655 годахъ, обязалась не притѣснять исповѣдниковъ православія въ оставшихся у нея русскихъ областяхъ, согласилась на посвященіе духовныхъ лицъ въ Кіевѣ, и проч.

Польскій король Янъ III съ горькими слезами подписалъ этотъ договоръ.

Причиною сговорчивости польской было желаніе побудить русскихъ въ войнѣ съ татарами и турками, чѣмъ ловко умѣлъ воспользоваться князь Голицынъ. Въ Москвѣ война была рѣшена, и отправлены послы въ европейскія государства искать новыхъ союзниковъ: Шереметевъ въ Вѣну, князь Яковъ Ѳедоровичъ Долгорукій въ Испанію и Францію (откуда онъ привезъ, замѣтимъ мимоходомъ, астролябію 14 лѣтнему Петру).


-----


Когда послѣ перваго крымскаго похода стало извѣстно въ Москвѣ, что цесарь и король польскій думаютъ примириться съ турками, то нашему посланнику Возницыну велѣно било объявить, какъ приводитъ Устряловъ, что ори заключеніи договора Россія требуетъ отъ султана: 1) всѣхъ татаръ вывести изъ Крыма за Черное море, въ Анатолію, и Крымъ уступить Россіи, иначе никогда покоя ей не будетъ; 2) татаръ, турокъ, при Азовскомъ морѣ, также выселить, а Азовъ отдать Россіи; 3) Кизикермень, Очаковъ и другіе города уступить Россіи или, по крайней мѣрѣ, разорить; 4) всѣхъ русскихъ и малороссійскихъ плѣнныхъ освободить, безъ всякаго выкупа и размѣна; 5) за убытки, причиненные набѣгами татаръ въ прежнее время, вознаградить двумя милліонами червонныхъ.

Вотъ какіе смѣлые и широкіе замыслы, пожалуй мечты, имѣлъ князь Голицынъ, старый нашъ министръ иностранныхъ дѣлъ, за сто лѣтъ до императрицы Екатерины.


-----


Приложимъ остальныя извѣстія Невиля о дѣйствіяхъ и намѣреніяхъ по управленію князя В. В. Голицына, которыя, послѣ предложеннаго разсужденія, имѣютъ полное право на вниманіе исторіи.


-----


Онъ хотѣлъ установить вольную продажу вина и тѣхъ съѣстныхъ припасовъ, которые, какъ подати, поступали въ казну натурою. Такъ должно разумѣть, кажется, слова Невилевы, коими онъ оканчиваетъ извѣстіе вышеприведенное (стр. 145) о царскихъ доходахъ, простиравшихся до семи или осьми милліоновъ ливровъ: "Что касается до съѣстныхъ припасовъ, составляющихъ остальную отрасль доходовъ, то ее оцѣнить трудно. Онъ хотѣлъ того же (прежде говорено, какъ мы видѣли, объ отдачѣ надѣльной земли какъ бы въ наемъ крестьянамъ) относительно кабаковъ и другихъ продажныхъ предметовъ и съѣстныхъ припасовъ, надѣясь такимъ образомъ дѣйствій побудить эти племена къ трудолюбію и промышленности, въ надеждѣ обогатиться".

(Quant aux denrées, qui en sont le reste du revenu, il est fort difficile d'en savoir bien au juste la valeur. Il voulait la même chose des cabarets, et des autres ventes et denrées croyant par cette conduite, rendre ces peuples laborieux et industrieux, par l'espérance de s'enrichir).


------


Далѣе: "Голицынъ хотѣлъ было для пользы царя и служащихъ производить всѣ государственные расходы на деньги, для чего и посылать съ вѣрными людьми мѣха, наиболѣе требуемые, на продажу въ иностранныя земли, или въ обмѣнъ за такіе нужные товары, которые можно-бъ было продавать въ пользу казны".

(Le dessein de Galitzin, pour le profit des Czars, et celui des officiers, était de payer toute la dépense de l'Etat en argent; et pour cela envoyer, par des gens affidés, toutes les martes et fourrures, dont Ton a moins de débit, dans les pays étrangers, pour les y vendre ou troquer avec les marchandises, dont Ton a besoin et que Ton vendait au profit des Czars).


-----


"Онъ выписалъ изъ Греціи человѣкъ 20 ученыхъ (de docteurs) и множество дѣльныхъ книгъ, убѣждая высшее сословіе (les grands) давать воспитаніе своимъ дѣтямъ, исходатайствовалъ имъ позволеніе посылать дѣтей своихъ въ латинскія училища въ Польшѣ, совѣтовалъ другимъ выписывать гувернеровъ (воспитателей), разрѣшилъ иностранцамъ въѣздъ и выѣздъ изъ царства, чего прежде не бывало. Онъ хотѣлъ также, чтобъ члены высшаго сословія (la noblesse) путешествовали и узнавали военное искусство въ иностранныхъ государствахъ, ибо цѣлію его было замѣнить хорошими солдатами полки крестьянъ (de changer en bons soldats les légions de paysans), которыхъ земли остаются безъ обрабатыванія, когда ихъ уводятъ на войну, и вмѣсто сей безполезной для государства повинности обложить умѣренною поголовной податью (de chaque tête). Думалъ онъ также отправить министровъ для всегдашняго пребыванія при разныхъ дворахъ, и предоставить полную свободу совѣсти въ странѣ. Онъ принялъ уже въ Москву іезуитовъ, съ которыми часто бесѣдовалъ, и которые были выгнаны на другой день послѣ его опалы... Мнѣ трудно было бы исчислить все слышанное мною о кн. Голицынѣ. Довольно сказать, что онъ хотѣлъ заселить пустыни, обогатить бѣдняковъ, сдѣлать людей изъ дикарей, храбрецовъ изъ трусовъ, на мѣстѣ кочевыхъ обиталищъ воздвигнуть каменныя палаты: все это Московія потеряла съ опалою великаго министра".


-----


"Собственный домъ его есть одинъ изъ великолѣпнѣйшихъ въ Европѣ (des plus magnifiques de l'Europe), покрытъ мѣдью, внутри увѣшенъ дорогими коврами (meublé de tapisseries) и картинами очень замѣчательными (fort curieux).

"Онъ построилъ великолѣпное зданіе для коллегіума.

"Онъ велѣлъ выстроить также домъ для иностранныхъ министровъ, что возбудило охоту въ постройкамъ и въ знати и въ народѣ, такъ что во время его управленія больше 3.000 домовъ каменныхъ (?) было построено въ Москвѣ (стр. 175--178).

"Князь Голицынъ построилъ еще на Москвѣ рѣкѣ, впадающей въ Оку, каменный мостъ, о 12 (?) аркахъ, вышины необычайной по причинѣ большихъ, половодьевъ; сей мостъ есть единственный каменный во всей Московіи, а строилъ его польскій монахъ (стр. 180).

"До управленія Голицыва въ Москвѣ ходили по колѣно въ грзэи (il fallait marcher un pied dans la boue). Онъ велѣлъ вымостить весь городъ, то есть сдѣлать деревянную мостовую (au lieu de pavé, qu'il n'y a point dans ce pays là planchéer toute la ville), что послѣ его опалы поддерживается только на главныхъ улицахъ".


-----


"Спафарій (Spatarus), мой переводчикъ, родомъ Волохъ, былъ принятъ княземъ Голицынымъ на службу и обезпеченъ въ содержаніи. Чрезъ нѣсколько времени кн. Голицымъ отправилъ его отъ имени царей въ Китай, дабы изыскать средства, какъ можно-бъ учредить сухопутную торговлю между симъ государствомъ и Московіею. Два года провелъ Спафарій въ путешествіи, преодолѣвая великія трудности, но при большомъ своемъ умѣ, онъ познакомился хорошо съ мѣстами, которыми ѣхалъ, и по возвращеніи обнадежилъ кн. Голицына устроить во второе путешествіе дорогу такъ, чтобъ можно было ѣхать туда (въ Китай) столь же удобно, какъ и во всякую другую страну. По его завѣреніямъ (sur ses assurances), Голицинъ велѣлъ искать дорогу самую удобную и короткую, для перевоза товаровъ, и найдя ее, устроить почтовую гоньбу (il songea aux moyens d'y établir des voitures, qui furent), выстроить отъ Москвы до Тобольска, главнаго города въ Сибири, нѣсколько деревянныхъ домовъ, на каждыхъ десяти миляхъ и поселить въ нихъ крестьянъ, отведя имъ земли, съ условіемъ, чтобъ въ каждомъ домѣ содержалось по три лошади, на первый случаи имъ выданныя, съ правомъ требовать отъ ѣдущихъ въ Сибирь и оттуда, по своимъ собственнымъ дѣдамъ, по три су (по 15 коп.) съ лошади за 10 верстъ дороги, что составляетъ 2 нѣмецкія мили. Онъ велѣлъ по этой дорогѣ, какъ и по всей Московіи, поставить столбы (pieux), чтобъ означить версты (разстояніе) и дорогу. Тамъ, гдѣ снѣга столь глубоки, что лошади не могутъ проѣзжать, онъ устроилъ обиталища, кои роздалъ осужденнымъ на вѣчную ссылку, снабдилъ ихъ деньгами, припасами и большими собаками, на которыхъ вмѣсто лошадей можно ѣздить по снѣгу на саняхъ. Въ Тобольскѣ, на рѣкѣ Иртышъ (Irstik), которую неправильно называютъ Обью, потому что она здѣсь впадаетъ, Голицынъ устроилъ большіе магазины, наполненные запасами, а по рѣкѣ велѣлъ построить большія барки, въ коихъ можно плыть до Кетилбаса (Ketilbas -- Байкалъ?) озера, находящагося у подошвы горъ Прагогскихъ (Pragog), гдѣ также устроилъ всѣ удобства, нужныя для продолженія пути. Спафарій увѣрялъ меня, что онъ совершилъ свое послѣднее путешествіе чрезъ Сибирь въ 5 мѣсяцевъ, и такъ легко и удобно, какъ будто въ нашей Европѣ" (стр. 220--226).

Невиль желалъ, чтобъ Спафарій сообщилъ ему подробности о рѣкахъ, горахъ и странахъ, чрезъ кой онъ проѣзжалъ, но тотъ, изъ боязни или осторожности, не хотѣлъ удовлетворить его любопытства.


-----


По всѣмъ симъ даннымъ нельзя не признать въ князѣ Голицынѣ истиннаго государственнаго человѣка, который возвышался надъ своими современниками, и способенъ былъ возвысить свое отечество, какъ внѣ, такъ и внутри, увеличить его благосостояніе. Онъ имѣлъ уже въ виду главныя преобразованія, которыя привести въ исполненіе послѣ досталось Петру.


-----


Къ несчастію, судьба связала князя Голицына, при самомъ началѣ поприща, съ царевной Софіей. Если онъ не принималъ непосредственнаго участія во всѣхъ ея замыслахъ и держалъ себя большею частію въ сторонѣ, даже до послѣдней минуты, если иногда и не одобрялъ ея дѣйствій, то и не препятствовалъ имъ, желалъ имъ даже успѣха, сохраняя выжидательное положеніе, за которое и поплатился позорною ссылкою, со всѣмъ своимъ семействомъ, кончилъ жизнь въ нуждѣ и поруганіи.


-----


Могъ ли князь Голицынъ выбрать себѣ другую дорогу, могъ ли поступать иначе? По крайней мѣрѣ должно сознаться, что выборъ былъ для него затруднителенъ.

Ѳеодоръ приближался къ смерти, и вслѣдствіе его втораго брака (1682 г., въ февралѣ) готовилась перемѣна въ правленіи: бояринъ Матвѣевъ, умнѣйшій, передовой человѣкъ своего времени, ненавистное лицо для царевенъ и Милославскихъ, родственныхъ имъ по ихъ матери, всей ихъ партіи, вызывался изъ ссылки; съ нимъ вмѣстѣ должна была выступить на сцену. вдовствовавшая царица Наталья Кириловна, съ сыномъ, уже десятилѣтнимъ Петромъ, и со всѣми своими братьями и родственниками, ихъ партіей -- знатнѣйшими боярами. Князь Голицынъ, принадлежавшій въ партіи Милославскихъ, не любимый боярами за уничтоженіе мѣстничества, долженъ бы былъ отойти на второй планъ или даже совсѣмъ затеряться въ толпѣ.

Ему, отвѣдавшему уже власти, мечтавшему о преобразованіяхъ, естественно было желаніе остаться на поприщѣ дѣйствій.

Милославскіе, или представители ихъ, бояринъ Иванъ Михайловичъ, съ Софіей и ея сестрами, рѣшились предупредить грозившій ударъ и удержать власть, которая болѣе или менѣе находилась пока въ ихъ рукахъ, ибо приближенные Ѳеодоровы, Языковъ и Лихачевы, не касались, кажется, внутреннихъ дѣлъ управленія, ограничиваясь первенствомъ и могуществомъ въ дѣлахъ придворныхъ и частныхъ.

Составился заговоръ возвести на престолъ по смерти Ѳеодора старшаго брата Ивана, не смотря на его болѣзнь, слѣпоту, общепризнанную неспособность, -- и самое избраніе Петра. Извѣстно, какія кровавыя мѣры были избраны партіей, которая умѣла воспользоваться смятеніями стрѣльцовъ. Князь Голицынъ не принималъ въ нихъ видимаго участія, и ни въ одномъ документѣ не упоминается его имя, но безъ сомнѣнія былъ на сторонѣ Софіи и Милославскихъ, что доказывается назначеніемъ его во второй день бунта начальникомъ посольскаго приказа.

Среди бунта погибли главныя лица Петровой партіи, и правленіе досталось царевнѣ Софіи.

Можетъ быть тогда уже, или вскорѣ, началась любовная связь ея съ княземъ Голицынымъ, и онъ сдѣлался первымъ совѣтникомъ и главнымъ дѣйствующимъ лицомъ въ государствѣ. Первоначальный планъ ихъ былъ, по свидѣтельству Невиля и молодаго Матвѣева, женить больнаго Ивана, доставить ему дѣтей, и подъ ихъ именемъ царствовать, а въ случаѣ нужды отстранить ихъ, какъ незаконныхъ, и самимъ сочетаться бракомъ. Съ Петромъ, оставленнымъ на произволъ судьбы гулять въ Преображенскомъ, сладить во всякомъ случаѣ, казалось, было не мудрено.

Софія вознамѣрилась быть Екатериною, но неудачно. Избранная жена Иванова рожала всякій годъ по дочери, а сына, желаннаго соперника Петру, не было.

Два похода на Крымъ, которыми, между прочимъ, правительство намѣревалось придать себѣ значеніе и прославиться, кончились несчастливо, по отсутствію ли военныхъ дарованій въ Голицынѣ, или по другимъ несчастнымъ обстоятельствамъ, а партія Петрова усиливалась, и онъ самъ показывалъ уже свой характеръ. Приверженцы ободряли его принять участіе въ дѣдахъ, чтобы и самимъ выйти съ нимъ на поприще.

Между тѣмъ поведеніе его внушало всѣмъ опасенія: занимаясь съ утра до вечера военными потѣхами, онъ сблизился и подружился съ нѣмцами, привыкалъ пить и гулять, показывалъ расположеніе къ буйству, жизни вольной, совершенно противоположной старому придворному обряду. Потѣшные его конюхи, преобразованные въ гвардію, не отличались скромнымъ поведеніемъ.

Софія, съ Голицынымъ, Милославскими и прочими друзьями, могла оправдывать въ своей совѣсти, подъ благовидными предлогами, намѣреніе удержать власть, чтобы не подвергнуть опасности государство подъ управленіемъ такого гуляки и озорника, какимъ представлялся имъ семнадцатилѣтній Петръ, готовый броситься въ объятія нѣмцевъ.

Царица мать была также вѣроятно недовольна его образомъ дѣйствій, и чтобы остепенить его, придумала женить поскорѣе. Бракъ съ Евдокіей Ѳеодоровной Лопухиной совершенъ былъ еще прежде, нежели Голицынъ возвратился изъ втораго крымскаго похода (1689 г., января 27).

Не мѣсто распространяться здѣсь о послѣдовавшихъ событіяхъ.

По возвращеніи князя Голицына, препирательства Петра съ сестрою возобновлялись все сильнѣе и сильнѣе. Онъ выражалъ ясно рѣшеніе отстранить ее и царствовать безъ ея помощи. Молодая супруга его сдѣлалась беременна. Голицынъ предвидѣлъ исходъ борьбы и хотѣлъ, по извѣстію Невиля, отправить старшаго сына, вмѣстѣ съ младшимъ и внукомъ, съ посольствомъ въ Польшу и перенести туда на всякій случай свои богатства, уѣхать потомъ самому, еслибъ заговоръ не удался, подъ покровительство короля, набрать войско въ Польшѣ, присоединить казаковъ и татаръ, и силою исполнить то, чего не удалось политикѣ, но Софія, увѣренная въ преданности стрѣльцовъ, имѣя въ своихъ рукахъ всѣ орудія власти, удерживала его и обнадеживала въ своемъ успѣхѣ. Она рѣшилась прибѣгнуть къ крайнимъ средствамъ, чтобы избавиться отъ Петра. Голицынъ не принималъ дѣятельнаго, непосредственнаго участія, предоставляя вести дѣло новому любимцу Софіи, начальнику стрѣлецкаго приказа, Шакловитому. До послѣдней минуты она продолжала надѣяться. Но на верху написано было иначе. Все шло вопреки ея желаніямъ. Мѣры не достигали цѣли. Партія ея ослабѣвала. Послѣдній замышленный ударъ не удался. Между ея приверженцами нашлись доносчики, которые предупредили Петра. Онъ успѣлъ ускакать ночью изъ Преображенскаго къ Троицѣ, и тѣмъ рѣшилъ споръ въ свою пользу. Сухаревъ полкъ, а за нимъ и другіе, бояре и городовые дворяне, вызванные грамотами, собирались къ нему со всѣхъ сторонъ. Софія долго сопротивлялась, но принуждена была наконецъ уступить и идти въ монастырь; наперсникъ ея Шакловитый казненъ, а князь Василій Васильевичъ, только благодаря заступничеству своего двоюроднаго брата, князя Бориса Алексѣевича Голицына, избавленный отъ казни, былъ сосланъ въ Пустозерскъ, а потомъ въ Пинегу.

Тамъ прожилъ онъ подъ стражею двадцать слишкомъ лѣтъ въ бѣдности и нуждѣ, не получая ни отъ кого никакой помощи (кромѣ царевны Софіи, которая прислала ему однажды двѣсти червонныхъ). Тамъ привелось ему слышать о новыхъ покушеніяхъ стрѣльцовъ, объ ихъ страшныхъ казняхъ, о постриженіи царевны Софіи и вмѣстѣ о славныхъ подвигахъ того безпутнаго мальчишки, на котораго смотрѣлъ онъ вѣроятно съ одинакимъ презрѣніемъ, какъ и сестра его, не ожидая ничего добраго отъ его буйныхъ затѣй: о путешествіи по Европѣ, о сооруженіи флота, о взятіи Азова, объ основаніи Петербурга, о побѣдѣ подъ Полтавой...


-----


Какъ не пришло въ голову Петру, по окончаніи смутъ, употребить въ дѣло дознанныя способности князя Голицына на пользу Отечества?

Два раза, по пути въ Архангельскъ. и изъ Архангельска, онъ проѣзжалъ такъ сказать мимо его, и не думалъ не только о принятіи его на службу, но и о возвращеніи изъ ссылкя, даже объ облегченіи сколько нибудь его тяжелой участи съ семействомъ. Никто, видно, не смѣлъ и напомнить Петру...

Да, Петръ былъ въ нѣкоторыхъ случаяхъ злопамятенъ: горе было всякому, кто бы ни былъ, становиться на пути его, быть или казаться ему преградою для исполненія его намѣреній, задуманныхъ европейскихъ преобразованій! Пощады никому не было: жена, сынъ, сестры, любимцы, любимицы -- всѣ испытывали тяжесть его руки одинаково со всѣми виноватыми и невиноватыми, которые возбуждали только его подозрѣніе.

Князь Голицынъ скончался лѣтъ семидесяти, {Князь В. В. Голицинъ родился, по указанію Устрялова (II, стр. 81) въ 1648, году, потому что въ 1686 году ему было лѣтъ 43.} въ 1713 г., и похороненъ въ Красногорскомъ монастырѣ, въ 16 верстахъ отъ Холмогоръ.


-----


Русскіе люди! кому случится быть на сѣверѣ, загляните въ Пинегу, и помяните добромъ князя Василія Васильевича Голицина, который уничтожилъ мѣстничество, и за двѣсти почти лѣтъ до нашего времени, думалъ объ освобожденія крестьянъ съ землею, о раскладкѣ равномѣрной подати, объ образованіи дворянства.


М. Погодинъ.


Января 23-го,

1874.