# Нил Александрович Попов

Петр Николаевич Полевой

(Некролог).

Текст издания: журнал "Историческ╕й Вѣстникъ", No 2, 1892.

## НИЛЪ АЛЕКСАНДРОВИЧЪ ПОПОВЪ.


(некрологъ).


Русская историческая наука вообще и Москва въ частности понесли недавно весьма чувствительную утрату въ лицѣ Нила Александровича Попова, заслуженнаго профессора Московскаго университета, въ послѣдніе годы жизни управлявшаго архивомъ министерства юстиціи. Профессоръ Ключевскій, сказавшій на похоронахъ Н. А. Попова глубоко-прочувствованную рѣчь, совершенно вѣрно указалъ на покойнаго ученаго, какъ на одного изъ послѣднихъ представителей лучшихъ временъ Московскаго университета,-- временъ Грановскаго, Кудрявцева и Соловьева. Нилъ Александровичъ былъ дѣйствительно однимъ изъ наиболѣе видныхъ научныхъ и общественныхъ дѣятелей, по воспитанію и традиціямъ связанныхъ съ этою далекою эпохою нашей русской университетской жизни. Слишкомъ добросовѣстный въ дѣлѣ научнаго изслѣдованія, Нилъ Александровичъ не можетъ быть, конечно, отнесенъ къ числу ученыхъ плодовитыхъ; но зато все, что было имъ сдѣлано въ области научнаго изслѣдованія, остается полезнымъ и важнымъ достояніемъ русской науки и дѣлаетъ честь его ученому имени. При этомъ нельзя упустить изъ вида, что извѣстностью своею Нилъ Александровичъ обязанъ былъ не столько своимъ ученымъ трудамъ, сколько своей весьма плодотворной дѣятельности профессорской. Какъ профессоръ, наставникъ и опытный руководитель молодаго поколѣнія, посвящающаго себя научной дѣятельности, Нилъ Александровичъ обладалъ замѣчательнымъ умѣньемъ возбуждать въ молодыхъ ученыхъ страсть къ научнымъ изслѣдованіямъ и поддерживалъ ихъ на этомъ трудномъ пути дѣятельною помощью и вѣскими, основательными указаніями того пути, по которому молодой ученый долженъ былъ слѣдовать, не увлекаясь фантастическими теоріями и строго придерживаясь критическаго такта... Даже и покинувъ каѳедру въ Московскомъ университетѣ, покойный Нилъ Александровичъ, любившій окружать себя молодежью, не прекратилъ своей дѣятельности ученаго наставника: онъ только перенесъ ее съ университетской каѳедры въ стѣны той богатѣйшей научной сокровищницы, которая была поручена его надзору и попеченіямъ, и съумѣлъ придать своему новому званію и назначенію такой смыслъ и значеніе, какое до него не достигалось у насъ никѣмъ изъ лицъ, назначаемыхъ для управленія русскими архивами.

Нилъ Александровичъ Поповъ былъ родомъ изъ Тверской губерніи. Въ тверской губернской гимназіи получилъ онъ первоначальное воспитаніе и оттуда, по окончаніи курса, поступилъ въ Московскій университетъ. Здѣсь онъ обратилъ на себя вниманіе С. М. Соловьева, который присудилъ ему золотую медаль за его кандидатскую диссертацію "О русской лѣтописи", и даже приблизилъ его къ себѣ на столько, что Н. А. Поповъ, по окончаніи курса въ университетѣ (въ 1854 г.), рѣшился готовиться къ магистерскому экзамену по каѳедрѣ русской исторіи. Пока молодой ученый трудился надъ своимъ объемистымъ трудомъ о Татищевѣ, каѳедра русской исторіи очистилась въ Казанскомъ университетѣ, и С. М. Соловьевъ ходатайствовалъ передъ министромъ о томъ, чтобы эта каѳедра оставлена была за его ученикомъ, Н. А. Поповымъ. Въ 1861 году Нилъ Александровичъ защитилъ въ Москвѣ свою магистерскую диссертацію "В. Н. Татищевъ и его время" и привлекъ общее вниманіе къ труду своему, въ которомъ одинъ изъ важнѣйшихъ дѣятелей Петровскаго времени и ближайшей къ нему переходной эпохи былъ очерченъ на основаніи архивныхъ данныхъ, дотолѣ неизвѣстныхъ, и при посредствѣ глубокаго изученія литературной дѣятельности Татищева.

Вскорѣ послѣ того, Н. А. Поповъ былъ переведенъ въ Московскій университетъ на каѳедру русской исторіи и отсюда посланъ съ научною цѣлью въ славянскія земли для ближайшаго ознакомленія съ источниками исторіи славянскихъ народовъ, которую онъ особенно охотно изучалъ и справедливо почиталъ важнымъ подспорьемъ къ изученію многихъ сторонъ нашей отечественной исторіи. Результатомъ этой поѣздки въ славянскія земли и занятій въ тамошнихъ библіотекахъ и архивахъ былъ новый, объемистый трудъ Н. А. Попова: "Россія и Сербія" (М., 1869 г.), его докторская диссертація, доставившая ему званіе экстраординарнаго и ординарнаго профессора и окончательно упрочившая его положеніе при Московскомъ университетѣ. Два года спустя, въ виду того броженія, которое начали замѣчать на Балканскомъ полуостровѣ среди славянскаго населенія, Н. А. Поповъ издалъ въ свѣтъ новый трудъ свой по исторіи славянства, а именно: "Россія и Сербія послѣ Парижскаго мира" (М., 1871 г.). Одинъ изъ первоклассныхъ нашихъ ученыхъ справедливо называетъ эти оба сочиненія, основанныя на первоисточникахъ, "необходимыми пособіями для каждаго занимающагося исторіей русской дипломатіи и вообще русской исторіей въ XIX вѣкѣ".

Само собою разумѣется, что, занимаясь такъ горячо исторіей славянства, Н. А. Поповъ не могъ оставаться равнодушнымъ къ попыткамъ сближенія славянскихъ ученыхъ съ русскими: онъ дѣятельно поддерживалъ съ ними сношенія, принималъ самое живое и непосредственное участіе въ устройствѣ этнографической выставки и славянскаго съѣзда въ Москвѣ, а впослѣдствіи былъ однимъ изъ усерднѣйшихъ членовъ Славянскаго благотворительнаго комитета, при Погодинѣ и И. С. Аксаковѣ, во время самаго разгара сербской войны.

Подъ конецъ своей профессорской дѣятельности Н. А. Поповъ сталъ, видимо, болѣе и болѣе склоняться къ работамъ архивнымъ. Такъ, по смерти Калачова, онъ принялъ на себя веденіе изданія "Актовъ Московскаго государства"; первый томъ этого изданія и появился въ свѣтъ въ 1890 году и заключаетъ въ себѣ дѣла Разряднаго приказа (съ 1571--1634 гг.), весьма важныя для исторіи Россіи конца XVI и начала XVII вѣковъ. Съ 1886 года Н. А. Поповъ достойно замѣстилъ Калачова и въ званіи управляющаго Московскимъ архивомъ министерства юстиціи. Ему предстояла весьма трудная задача перенесенія этого архива изъ стараго помѣщенія въ новое, спеціально устроенное на Дѣвичьемъ полѣ и приведеніе матеріаловъ архива въ порядокъ. По плану (и притомъ весьма остроумному) Н. А. Попова затѣяно было "описаніе" этого богатѣйшаго архива, которое Н. А. Поповъ съумѣлъ оживить привлеченіемъ къ дѣлу цѣлой плеяды молодыхъ ученыхъ, причемъ принялъ на себя группировку матеріала и распредѣленіе его разработки между этими дѣятелями. Въ результатѣ получилось нѣсколько объемистыхъ томовъ, заключающихъ въ себѣ не простые заголовки рукописей, а рядъ весьма полезныхъ руководящихъ статей, важныхъ для ознакомленія съ сокровищами архива и составляющихъ полезное подспорье для каждаго занимающагося исторіей Россіи и ея внутренняго быта.

Въ качествѣ управляющаго архивомъ министерства юстиціи, Н. А. Поповъ съумѣлъ такъ себя поставить, что занятія въ архивѣ, открытомъ для всѣхъ, могли доставить каждому истинное наслажденіе. Радушно принималъ онъ каждаго жаждущаго почерпнуть знанія изъ сокровищницы, ввѣренной его надзору и попеченіямъ, и всѣми силами старался каждому облегчить достиженіе той цѣли, которою онъ задавался. Каждый, близко знакомый съ другими нашими петербургскими и московскими архивами, съ тѣми препятствіями и препонами, которыя полагаютъ на пути изученія архивнаго матеріала разные архивные церберы и архивные генералы, съ радостью встрѣчалъ въ добродушномъ и привѣтливомъ Н. А. Поповѣ простаго русскаго человѣка, отъ котораго нисколько не пахло "генераломъ". Само собою разумѣется, что личность и воззрѣнія управляющаго архивомъ, "по неизбѣжнымъ законамъ отраженія", отзывались и на всѣхъ остальныхъ служащихъ въ этомъ учрежденіи, и можно смѣло сказать, что нигдѣ русскій ученый не чувствовалъ себя такъ спокойно и уютно, какъ въ залахъ архива министерства юстиціи при управленіи Н. А. Попова.

Миръ праху почтеннаго научнаго дѣятеля и добраго, здраваго, прямаго русскаго человѣка! Пожелаемъ и архиву такого начальника, который бы съумѣлъ быть достойнымъ своего предшественника, и подростающему поколѣнію русскихъ ученыхъ такого же добросовѣстнаго и разумнаго руководителя, какъ покойный Н. А. Поповъ.


П. Полевой.


"Историческій Вѣстникъ", No 2, 1892