# Собаки. Юмористическая поэма Я. П. Полонского. Спб., 1892 г

Яков Петрович Полонский

Собаки. Юмористическая поэма Я. П. Полонскаго. Спб., 1892 г. У богатаго барина жили-были на псарнѣ собаки разныхъ породъ. Баринъ состарился, пересталъ ѣздить на охоту. За собаками ослабѣлъ присмотръ, и кормы для нихъ стали плохи. Собаки отъ бездѣлья, а, можетъ быть, отчасти, и съ голоду, начали думать и разсуждать, и додумались до желанія совсѣмъ выбраться изъ-подъ власти людей. Ихъ одиночныя попытки эмансипироваться оказывались неудачными. Собаки прокопали лазейку въ заборѣ псарни и бѣгая на свободу, но получали отъ того однѣ лишь непріятности и даже за голодали еще больше, такъ какъ безъ доѣзжачаго и псарей не умѣли добыть себѣ корма. Тогда пылкія собачьи головы порѣшили, что въ одиночку собакамъ не справиться и что всего лучше будетъ войти въ союзъ съ другими звѣрями, съ медвѣдями, волками, лисицами и зайцами. Дойдя, такимъ образомъ, до идеи "звѣрячества", собаки возмнили не только свободу получить, но и водворить между звѣрями равенство и братство, подѣливши полюбовно земныя блага, захваченныя людьми въ свою исключительную собственность. Вотъ какъ говоритъ объ этомъ одна увлекающаяся "амка" ("амками" зовется женское населеніе псарни):

"И тогда собакамъ радость и веселье,

Всѣмъ звѣрямъ -- раздолье, людямъ -- разоренье.

Лѣсъ возьмутъ медвѣди, волки отъ овчарня

Поживутся, зайцы отъ капусты,-- псарня,

То-есть мы, собаки, заберемъ подвалы,

Погреба, съѣстныя лавки, кладовыя

И заставимъ стряпать поваровъ. Нахалы

Люди стоятъ развѣ, чтобъ имъ предоставить

Всѣ земныя сласти? Надо поубавить

Спѣси и, конечно, звѣрчество поставить

На такую ногу, тьму такихъ условій

Сочинить, чтобъ ровно никакихъ сословій

Не было на свѣтѣ".

Съ предложеніями союза, на такихъ основаніяхъ, собаки-делегаты и амки-делегатки отправились въ медвѣдямъ, лисицамъ и зайцамъ. Насчетъ волковъ еще ничего не извѣстно, но на псарнѣ уже идетъ ликованіе:

..."И съ волками

Снюхаться возможно.-- Да, вѣдь, это -- банда

Хоть куда!... И, значитъ, наша пропаганда

Оказалась мѣрой самой современной,

Революціонной... даже несомнѣнной

По своимъ великимъ результатамъ"...

Въ результатѣ вышелъ сущій кавардакъ, не для всѣхъ, впрочемъ, одинаково смѣхотворный, ибо люди,

"на передовую,

Полную отваги и стремленій амку

Вмигъ накинувъ петлю, петлю ватяжную,

Удавили"...

А солдатъ, караулившій псарню, разыскалъ собачью лазейку и наглухо заколотилъ ее кольями, такъ что и выбраться изъ запертой загородки не стало собакамъ возможности... Въ концѣ поэмы является "Духъ" и баснѣ этой даетъ объясненіе:

"Жаждая любви и мира, ты затѣялъ

Звѣрчество; но тщетно сѣмена ты сѣялъ.

Никакіе ввѣри не пожнутъ ихъ. Вѣчность

Въ очередь за звѣремъ ставитъ человѣчность.

Людямъ лишь дается Богомъ и природой

То, что вы зовете братствомъ и свободой,

Люди только чужды гнѣва и боязни,

Только имъ не нужны ни суды, ни казни"...

Что касается звѣрей, то они

..."если не передралися

И не истребили до конца другъ друга,

То кому спасибо? Только сила власти --

Страхъ передъ закономъ укрощаетъ страсти

Звѣрскія; и въ этомъ мудрости заслуга".

"Духъ" и, съ нимъ вмѣстѣ, поэтъ заключаютъ, что только людямъ предопредѣлено "пробиваться къ свѣту" и

"лишь они достигнутъ

Цѣли, формамъ жизни дать то совершенство,

Что создастъ народамъ высшее блаженство

Знать, любить и вѣрить, и искать дорогу

Въ безднѣ безконечныхъ переходовъ къ Богу".

Таково содержаніе поэмы, "юмористической" лишь потому, что она обильно осыпана и повита цвѣтами блестящаго остроумія. Смыслъ поэмы настолько ясенъ, что надъ этимъ не было бы надобности останавливаться, если бы звѣрскіе инстинкты не брали слишкомъ часто верха надъ стремленіями людей "пробиваться къ свѣту", искать знанія и такихъ формъ жизни, при которыхъ не были бы нужны "ни суды, ни казни". Насъ не успокоиваетъ утвержденіе маститаго поэта, будто "сила власти укрощаетъ страсти звѣрскія".Мы предпочитаемъ вѣрить, что сила знанія, разума и любви побѣдитъ "страсти звѣрскія" и страсти человѣческія, невѣдомыя звѣрямъ, но доводящія людей до озвѣренія, каковы честолюбіе, властолюбіе, жажда богатства и наслажденій... Мы убѣждены, что эти-то страсти и препятствуютъ "создать народамъ высшее блаженство".


"Русская Мысль", кн.II, 1893