# Политическая летопись

Леонид Александрович Полонский

Палата депутатов и К. Перье.- Мадагаскарская экспедиция.- Дело Дрейфуса.- Начало сессии германского сейма.- Парламентская сессия в Италии.- Обвинение против Криспи.

## ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЛѢТОПИСЬ. Палата депутатовъ и К. Перье.-- Мадагаскарская экспедиція.-- Дѣло Дрейфуса.-- Начало сессіи германскаго сейма.-- Парламентская сессія въ Италіи.-- Обвиненіе противъ Криспи.


Въ одной недавней "прокламаціи" французскихъ соціалистовъ-депутатовъ сказано, что: "въ виду опасности, угрожающей ему отъ народнаго сознанія и народной совѣсти, капитализмъ, для своего спасенія, возвелъ на постъ президента республики такого человѣка, который служитъ символомъ и орудіемъ богатаго и реакціоннаго класса". Депутаты имѣли полное право высказать такое мнѣніе, котораго мы опровергать не можемъ, такъ какъ въ предшествующей статьѣ сказали то-же самое. Но въ числѣ именъ, подписанныхъ подъ такимъ взглядомъ на "миссію" г. Перье находилось и имя депутата Мирмана, который нынѣ отбываетъ воинскую повинность въ стрѣлковомъ полку. вызванный начальствомъ къ отвѣту, Мирманъ объяснилъ, что онъ не подписывалъ той прокламаціи, но что товарищи имѣли право поставить подъ нею его имя и что онъ ихъ не осуждаетъ. Тогда Мирмана засадили на двѣ недѣли въ карцеръ, то-есть, подвергли депутата заключенію безъ разрѣшенія палаты. Правда, на запросъ по этому поводу военный министръ объяснялъ, что Мирманъ арестованъ не какъ депутатъ, но какъ стрѣлокъ; однако, это объясненіе напоминаетъ подпись подъ нѣсколькими гугенотами, повѣшенными нѣкогда въ одной изъ испанскихъ колоній: "non comme Français, mais comme héretiques". Фактически сидитъ все таки депутатъ и притомъ не за военную провинность, но за солидарность свою съ политическимъ заявленіемъ. Генералъ Мерсье энергически доказывалъ, что невозможно допустить участіе солдата въ политической демонстраціи. Но хотя столь-же очевидно, что не слѣдуетъ допускать арестованія депутата безъ согласія палаты, вопреки закону, однако, какъ только военный министръ сослался на необходимость поддержанія воинской дисциплины, то несмотря, и на явную въ данномъ случаѣ неправильность, и на неособенную популярность генерала Мерсье въ палатѣ, она высказала одобреніе правительству большинствомъ 350 голосовъ противъ 149.

Это новый примѣръ уже отмѣченнаго нами явленія: что во всѣхъ вопросахъ, которые относятся къ "поддержанію порядка", палата даетъ огромныя большинства правительству, независимо отъ степени своего расположенія къ тому или другому министру, то-есть оказываетъ поддержку прямо президенту республики -- въ исполненіи той главной "миссіи", которая на него возложена, и это составляетъ основную черту настоящаго политическаго положенія.

Что огромныя большинства по вопросамъ охраненія "порядка" означаютъ скорѣе нѣкую "диктатуру", предоставляемую главѣ государства въ извѣстномъ направленіи, а не личное къ нему сочувствіе или особое расположеніе къ министерству удостовѣряется тѣмъ, что въ дѣлахъ иного рода большинства въ пользу правительства вдругъ оказываются микроскопическими или даже вовсе не оказываются. Такъ, палата на мѣсто умершаго Бюрдо, человѣка близкаго г. Перье, избрала своимъ президентомъ не г. Мелина, умѣреннаго республиканца, котораго предпочло-бы правительство, но г. Бриссона, такъ какъ многіе "умѣренные" не явились въ засѣданіе, и Бриссонъ былъ избранъ радикалами и соціалистами. Надо напомнить, что Бриссонъ своимъ виднымъ участіемъ въ раскрытіи "панамскихъ" злоупотребленій пріобрѣлъ себѣ особый нравственный авторитетъ и въ лицѣ его крайнія партіи имѣютъ своего кандидата, достойнаго занять постъ президента республики, въ случаѣ если-бы Казиміръ Перье сложилъ съ себя эту должность. При нынѣшнемъ составѣ палаты депутатовъ и сената это-бы, вѣроятно, не удалось. Но еще въ гораздо большей степени вѣроятно, что при слѣдующихъ выборахъ -- если только анархисты не начнутъ снова своихъ попытокъ устрашенія -- число представителей наиболѣе передовыхъ идей въ палатѣ депутатовъ возрастетъ.

Останавливаясь на этой вѣроятной перспективѣ, мы сдѣлаемъ замѣчаніе, на первый взглядъ, пожалуй, нѣсколько странное, а именно, что французскимъ радикаламъ слѣдовало-бы принять во вниманіе политическій урокъ, данный папою Львомъ XIII. Онъ устранилъ французское духовенство отъ борьбы противъ республики и въ пользу легитимизма; онъ, въ своей извѣстной энцикликѣ "de conditione opificium" высказалъ даже, что изысканія мирныхъ средствъ къ улучшенію положенія рабочихъ классовъ вполнѣ согласно съ духомъ христіанства и должно встрѣчать въ церкви сочувствіе. Мы, конечно, не хотимъ сказать, что радикалы должны разсчитывать на эту весьма проблематическую помощь и вступить въ союзъ съ епископами. Какъ-бы епископы ни думали о соціальныхъ вопросахъ, они прежде всего имѣютъ и всегда будутъ имѣть въ виду интересы католической церкви и при томъ ея интересы не только оборонительные, но, по возможности, и наступательные, такъ какъ политической цѣлью католицизма всегда останется господство церкви надъ гражданскимъ обществомъ. Склонный къ "компромиссамъ" Левъ XIII устранилъ французское духовенство только отъ борьбы съ одной формою правленія въ пользу другой формы правленія, но вовсе не отъ борьбы за власть церкви надъ обществомъ, какова-бы ни была форма правленія. Вѣдь бывали-же и республики, проникнутыя клерикальнымъ духомъ. Не говоря о прошлыхъ вѣкахъ, былъ такой примѣръ въ первой половинѣ нашего столѣтія -- въ республикѣ Парагвайской. Для цѣлей католицизма не все-ли равно, каковъ образъ правленія?

Но французское духовенство продолжало до настоящаго времени бороться за монархизмъ -- просто по традиціи и противъ своего практическаго интереса въ данное время, такъ-какъ вражда къ республикѣ какъ-бы оправдывала борьбу передовыхъ партій съ самымъ существованіемъ церкви. Враждебное отношеніе церкви къ революціи конца прошлаго столѣтія было естественно, такъ-какъ тогда были конфискованы церковныя имущества, упразднены монастыри, духовенство преслѣдовалось и даже была попытка установить государственный культъ богини разума. Та-же вражда нѣсколько еще объяснялась и при революціи 1848 года, когда муниципальный совѣтъ Парижа дебатировалъ о томъ, признавать-ли существованіе Etre Suprême и рѣшилъ утвердительно большинствомъ только одного голоса. Французскіе ксендзы въ то время страстно мечтали о наступленіи такого правленія, которое разогнало-бы всѣхъ этихъ "фармазоновъ". Такимъ правленіемъ и была вторая имперія. А послѣ ея низверженія, прежняя борьба со стороны духовенства, на сколько она не ограничивалась только обороною, а имѣла характеръ наступательный, велась уже только но традиціи.

Такъ было со стороны духовенства, но и со стороны радикальной партіи. Прежде, выше, необходимѣе всего она ставила обузданіе "поповъ", отнятіе у нихъ средствъ дѣйствія, изгнаніе изъ школъ законоучителей, монахинь "милосердія" -- изъ госпиталей, капелановъ -- изъ полковъ. И эта черта -- борьба съ церковью, и даже вражда къ самому христіанству, стремленіе къ передѣлкѣ народа въ смыслѣ безвѣрія,-- доселѣ остается характерною чертой французскихъ радикаловъ, чертой, которая отличаетъ ихъ отъ радикаловъ въ другихъ странахъ, гдѣ передовая партія относится лишь съ равнодушіемъ къ тому, къ чему французскіе радикалы относятся доселѣ со страстной ненавистью. Имъ и нынѣ дороже всякихъ соціальныхъ идеаловъ -- старый Вольтеръ, который написалъ "écrasez l'iniame". И не только радикалы, но даже многіе умѣренные esprits forts во Франціи болѣе всего одушевлены враждою къ католичеству, какъ, напримѣръ, былъ покойный Жюль Ферри.

Между тѣмъ, съ тѣхъ поръ, какъ католическая религія перестала быть государственною и духовенство лишилось всякой матеріальной власти, эта задача лишилась политическаго значенія и отчасти даже прямо препятствуетъ возобладанію въ государственной жизни передовыхъ политическихъ теченій. Дѣло въ томъ, что и понынѣ во Франціи почти вся женская половина населенія и очень значительная часть населенія мужского вовсе не хотятъ насильственной радикальной передѣлки себя и своихъ дѣтей въ "безысповѣдныхъ" республиканцевъ. Правда, движеніе идей и только-что упомянутыя историческія событія сдѣлали то, что во Франціи уже болѣе, чѣмъ въ какой-либо европейской странѣ, находится противниковъ какихъ-бы то ни было религіозныхъ вѣрованій. При переписи 1881 года, до 8 милліоновъ гражданъ изъ общаго числа 38 милл., то-есть почти четверть, не отвѣтили на вопросъ о вѣроисповѣданіи. Это серьезный фактъ, характеризующій именно современную Францію. Но имъ все-таки не опровергается то, что среди большинства населенія еще много людей, подающихъ голоса за кого угодно, лишь-бы не за радикаловъ, именно потому, что французскіе радикалы прежде всего -- враги религіи. Французской радикальной партіи слѣдовало-бы понять, что эта борьба, при нынѣшнихъ условіяхъ, вовсе не имѣетъ первостепенной важности и поддерживается именно только въ силу партійной традиціи. Если-бы французскіе радикалы стали относиться къ религіи и духовенству не страстно, и только равнодушно, какъ англійскіе и германскіе, то это несомнѣнно увеличило-бы ихъ шансы на будущихъ выборахъ и возможность сколько нибудь серьезныхъ государственныхъ предпріятій для улучшенія быта рабочихъ классовъ.

Огромныя большинства въ пользу правительства состоялись и по мадагаскарскому дѣлу. Для предпринятія экспедиціи на Мадагаскаръ правительство въ ноябрѣ назначило дивизію (15 тыс. чел.) и на расходы потребовало 65 мил. фр. Изъ этой суммы 113/4 милд. были назначены на морскіе транспорты, 10 милл. на жалованье, 6 милл. на продовольствіе, 8 милл. на сухопутную и рѣчную перевозки, 6 милл. на упряжь и ремонтъ, 3 милл. на телеграфный кабель отъ мозамбикскаго побережья Африки на Мадагаскаръ и т. д. Палата, какъ и печать, относилась холодно къ этому предпріятію. Но министръ иностранныхъ дѣлъ Ганото заговорилъ о чести Франціи, о важности французскихъ торгово-промышленныхъ интересовъ, несомнѣнности правъ Франціи на протекторатъ надъ Мадагаскаромъ, признанныхъ Англіею и Германіею, сказалъ, что говасы, которыхъ преобладаніе надъ всѣмъ островомъ признается Франціею съ 1883 года, постоянно нарушали трактатъ 1885 года о протекторатѣ Франціи; что послѣдній отвѣтъ тананаривскаго министра Райниляяривони французскому чрезвычайному комиссару Лемире-де-Вилеру составляетъ отрицаніе самаго того трактата, что колебанія Франціи усиливаютъ дерзость говасовъ и тотъ-же министръ недавно выразился такъ, что "французы лаютъ, но не кусаются". Военный министръ генералъ Мерсье объяснилъ, что палата вполнѣ свободно можетъ рѣшить вопросъ объ экспедиціи, такъ-какъ доселѣ на Мадагаскаръ еще не двинуто впередъ ни одного солдата, но что отдѣлить для этой экспедиціи изъ общаго мирнаго состава войскъ 15 тыс. чел. вполнѣ удобно, тѣмъ болѣе, что миръ въ Европѣ обезпеченъ, какъ новымъ заявленіемъ русскаго правительства, такъ и увѣреніями другихъ кабинетовъ. На предложеніе одного депутата, чтобы для экспедиціи на Мадагаскаръ назначены были исключительно колоніальныя войска, состоящія отчасти изъ завербованныхъ въ Африкѣ и восточной Индіи туземцевъ, генералъ Мерсье возразилъ, что невозможно допустить раздѣленія французской арміи на двѣ категоріи: войскъ боевыхъ и войскъ небоевыхъ, что часть силъ, нужныхъ для экспедиціи, будетъ взята въ Африкѣ, а другая часть будетъ составлена изъ охотниковъ, которые вызовутся изъ рядовъ войскъ, находящихся въ Европѣ.

Палата относилась къ экспедиціи безъ всякаго увлеченія. Войны къ Тонкинѣ и Аннамѣ, затѣянныя покойнымъ Жюлемъ Ферри, внушили странѣ нерасположеніе къ дальнимъ предпріятіямъ. Но министерство съ одной стороны ссылалось на честь Франціи, а съ другой -- поставило вопросъ о довѣріи. Депутатомъ Буше внесено было предложеніе, чтобы экспедиція ограничивалась занятіемъ портовъ и другихъ прибрежныхъ пунктовъ, но президентъ совѣта объявилъ, что правительство можетъ согласиться только "на полную операцію". Тогда предложеніе Буше было отвергнуто большинствомъ 381 противъ 168, а затѣмъ основной вопросъ о самой экспедиціи былъ рѣшенъ утвердительно большинствомъ 390 противъ 142.

Такимъ образомъ Франція втягивается въ серьезное военное предпріятіе, котораго размѣры не могли быть предвидѣны съ точностью. Хотя военный министръ и увѣрялъ, что правительство потребовало сразу 15,000 чел. и 65 милл. фр., потому что отказалось отъ прежняго пріема испрашивать средства и посылать войска въ далекія экспедиціи "малыми пакетами", но въ самой французской печати высказывается мнѣніе, что и времени, и людей, и денегъ для подчиненія говасовъ потребуется вдвое больше, чѣмъ разсчитываетъ министерство. И это весьма вѣроятно. Островъ Мадагаскаръ, отдѣляемый отъ восточнаго берега южной Африки широкимъ (въ нѣсколько сотъ верстъ) Мозамбикскимъ проливомъ, имѣетъ примѣрно такую поверхность, какъ сама Франція. Климатъ береговъ его, гдѣ французы занимаютъ пунктъ Магонгу и портъ св. Маріи и въ декабрѣ уже заняли торговый портъ Таматаву, болотистый и въ высшей степени вредный для европейцевъ. Вотъ чѣмъ объяснялось предложеніе, чтобы туда не посылалось европейскихъ войскъ. Этимъ же обстоятельствомъ опровергалось и предложеніе Буше, чтобы экспедиція ограничилась занятіямъ только прибрежныхъ пунктовъ. Переходъ отъ Маюнги къ Тананаривѣ составитъ около 600 верстъ, какъ отъ Петербурга до Москвы. Но изъ нихъ первая четверть пути пролегаетъ но болотамъ, а далѣе идетъ вверхъ -- не гладкимъ скатомъ, но террасами, и такъ что въ нѣкоторыхъ мѣстахъ на короткомъ разстояніи идутъ подъемы въ 150--400 саженъ высоты. Чтобы пройти 600 верстъ при такихъ условіяхъ въ знойномъ климатѣ потребуются мѣсяцы. Въ Парижѣ для этого считаютъ достаточными три мѣсяца, но можетъ оказаться, что нужно будетъ и больше времени. Походъ внутрь страны можетъ начаться только въ бездождную половину года -- съ конца апрѣля по половину октября. Но изъ этихъ 6 мѣсяцевъ надо еще выкинуть май, въ которомъ сильный зной, наступая послѣ полугодовыхъ дождей, производитъ страшные міазмы, которые поражаютъ европейцевъ смертельной "мадагаскарскою" лихорадкой. Стало быть остаются пять мѣсяцевъ для пути и военныхъ дѣйствій, которыя во всякомъ случаѣ затруднятъ его. Мальгаши вообще воинственны, а преобладающій народъ -- говасы имѣютъ постоянную армію въ 35000 чел. Хотя это народъ и полу-цивилизованный только, но сѣвероафриканскіе кабилы, берберы и суданцы показали въ свое время французамъ и англичанамъ, какое сопротивленіе могутъ оказывать и полудикія войска, если они снабжены хорошимъ оружіемъ. А объ этомъ въ данномъ случаѣ ужъ позаботятся англичане. На западѣ отъ острова Мадагаскара -- англійскія владѣнія въ южной Африкѣ, а на востокѣ -- принадлежащій Англіи же островъ св. Маврикія. Правда, будетъ блокада, но ужъ и раньше, чѣмъ она будетъ вполнѣ установлена, говасы могутъ получить транспорты ружей новыхъ системъ, хотя бы и малокалиберныхъ, какими вооружены французы. И дѣйствительно, есть уже одно, требующее однако подтвержденія извѣстіе, что ружья и боевые припасы доставлены говасамъ въ большомъ количествѣ и будто къ нимъ прибыло много англійскихъ офицеровъ.

Впрочемъ, въ теченіе декабря французскія газеты уже мало занимались мадагаскарскою экспедиціей, да пожалуй и самому военному министерству причинило болѣе хлопотъ дѣло капитана Дрейфуса. Такъ какъ это дѣло разбиралось при закрытыхъ дверяхъ, то свѣдѣнія о немъ, хотя и имѣются, но не вполнѣ достовѣрныя. Артиллерійскій капитанъ Дрейфусъ состоялъ при главномъ штабѣ и возбудилъ противъ себя подозрѣнія сперва полиціи тѣмъ, что велъ знакомство съ женщинами, которыя, по ея свѣдѣніямъ, занимаются шпіонствомъ. Ближайшее начальство стало слѣдить за Дрейфусомъ и вскорѣ убѣдилось, что онъ бралъ къ себѣ на домъ такія "секретныя" дѣла, которыя, по правиламъ, не должны быть выносимы изъ отдѣленія штаба. Это уже подало поводъ для энергическихъ мѣръ разслѣдованія. Говорятъ, будто у германскаго военнаго агента при посольствѣ чрезъ подкупленнаго слугу были похищены бумаги, съ которыхъ были сняты копіи, а съ одного документа -- фотографія и затѣмъ эти бумаги были возвращены на мѣсто. Должно быть улики противъ Дрейфуса были ясныя, такъ какъ судъ единогласно призналъ его виновнымъ въ измѣнѣ. По настоянію генерала Мерсье, Дрейфусъ судился судомъ военнымъ, который призналъ его измѣну преступленіемъ политическимъ. А такъ какъ французское законодательство, въ которомъ существуетъ смертная казнь за убійство и за оскорбленіе дѣйствіемъ начальника въ рядахъ, не полагаетъ ея за преступленія политическія, то судъ приговорилъ Дрейфуса къ высшей допущенной въ законѣ мѣрѣ наказанія -- къ безсрочному заключенію.

Дѣло это страстно волновало парижскую публику. Передъ зданіемъ, гдѣ засѣдалъ судъ собирались огромныя толпы, среди которыхъ шли толки о неравномѣрности въ карахъ. Высказывалось удивленіе, что военная измѣна признана политическимъ преступленіемъ, за которое не полагается смертной казни, между тѣмъ какъ покушенія анархистовъ караются смертью, какъ будто они не имѣютъ политическаго характера въ гораздо большей степени; что солдатъ за ударъ нанесенный унтеръ-офицеру во фронтѣ подлежитъ разстрѣлянію, а офицеръ предающій иностранцамъ повѣренныя ему военныя тайны могъ бы быть разстрѣлянъ только въ военное время и т. п. Эти толки не остались безъ вліянія, и по слухамъ военный министръ внесетъ проектъ закона о назначеніи смертной казни за измѣну военныхъ и въ мирное время.

Дрейфусъ будетъ сосланъ въ Новую Каледонію, такъ какъ кассаціонная его жалоба не была уважена высшимъ военно-судебнымъ присутствіемъ. Въ публикѣ измѣнникъ возбуждалъ страстное негодованіе, а генералъ Мерсье сдѣлался вдругъ популярнымъ (въ публикѣ, но не въ палатѣ) за то, что настоялъ на уличеніи Дрейфуса и на привлеченіи его именно къ военному суду.

Толки о сближеніи Англіи съ Россіей, о которыхъ мы упоминали въ предшествующемъ обзорѣ, поддерживаются доброжелательнымъ тономъ, съ какимъ англійская печать начала обсуждать русскія дѣла и признавать внѣшніе интересы Россіи. Въ торійскомъ органѣ "Saturday Review" недавно появилась примѣчательная статья, которая побуждаетъ насъ возвратиться къ вопросу о проливахъ, соединяющихъ Черное море съ Средиземнымъ. Мысль статьи заключается въ томъ, что теперь уже не въ интересахъ Англіи преграждать русскому флоту выходъ изъ Чернаго моря, такъ какъ въ случаѣ войны съ Россіей, англійскій флотъ могъ-бы угрожать только русскому побережью Чернаго моря, между тѣмъ какъ русскія войска прямо двинулись-бы въ Индію, то-есть могли-бы нанесть сильный ударъ могуществу Великобританіи. Авторъ статьи допускаетъ даже, что если-бы Россія владѣла Константинополемъ, то это могло-бы быть скорѣе выгодно для Англіи, такъ какъ тогда дѣйствія англійскаго флота противъ Константинополя могли-бы удержать Россію отъ нападенія на Индію.

Новый германскій канцлеръ началъ свои отношенія съ рейхстагомъ съ заявленія, что "вступленіе его въ составъ правительства не означаетъ никакой перемѣны въ системѣ управленія"; что "не во всемъ онъ будетъ слѣдовать примѣру своего предмѣстника, но съ существующими фактами будетъ считаться, лояльно исполнитъ принятыя обязательства и будетъ стараться удовлетворить справедливыя требованія сельскаго хозяйства". Иными словами -- вступленіе князя Гогенлоэ не означаетъ реакціи: онъ готовъ будетъ входить въ соглашеніе съ партіею центра, тѣмъ болѣе, что считаетъ полезнымъ "содѣйствіе государства нравственному вліянію духовенства", и будетъ считаться также съ интересами крупнаго землевладѣнія.

Внесенный въ рейхстагъ проектъ закона, направленный противъ "партіи переворота", не -расширяетъ правъ полицейской власти, но содержитъ измѣненія въ законахъ уголовныхъ и установляетъ право задержанія печатныхъ произведеній, если въ нихъ будетъ найдено что-либо входящее въ категорію тѣхъ правонарушеній, противъ которыхъ направлены карательныя мѣры новаго закона. За публичныя, могущія угрожать общественному порядку нападки на религію, монархическое начало, на учрежденія семьи и собственности полагается штрафъ до 600 марокъ или тюремное заключеніе до 2 лѣтъ. За распространеніе ложныхъ слуховъ съ цѣлью компрометировать государственныя учрежденія и власти, виновные нынѣ подлежатъ наказанію въ томъ случаѣ, если доказано, что они знали о ложности сообщаемыхъ ими извѣстій, а въ настоящемъ проектѣ это опредѣленіе расширяется въ такомъ смыслѣ, что виновными будутъ признаваемы и тѣ, которые "должны были" знать, что сообщаютъ извѣстія ложныя. Къ преслѣдуемымъ воззваніямъ или возбужденіямъ къ сопротивленію власти, разрушенію зданій, грабежу и вымогательству въ настоящемъ проектѣ приравнивается и одобреніе или восхваленіе преступленій этого рода. За возбужденіе кѣмъ-либо лицъ военнослужащихъ къ возмущенію въ опредѣленномъ случаѣ проектъ установляетъ заключеніе въ рабочемъ домѣ, а за возбужденіе общее, не въ какомъ-либо опредѣленномъ случаѣ -- простое заключеніе. Сверхъ того, въ проектѣ предоставляется военному вѣдомству право исключать изъ списковъ запаса тѣхъ чиновъ, которые подверглись заключенію болѣе чѣмъ на 6 недѣль за какіе-либо проступки противъ порядка и власти.

Итакъ, въ проектѣ не заключается никакихъ ограниченій права сходокъ и правъ печати, которыхъ желалъ прежній президентъ прусскаго министерства графъ Эйленбургъ. Но нельзя не признать, что самыя опредѣленія новаго закона весьма растяжимы: чего нельзя подвесть подъ "одобреніе, восхваленіе и подстрекательство?" Вопросъ о томъ, какой пріемъ будетъ оказанъ этому проекту въ рейхстагѣ еще нельзя считать предрѣшеннымъ первыми неудачами, какія уже выпали на долю правительства въ краткую сессію, бывшую до праздниковъ.

Первое засѣданіе рейхстага въ новомъ, выстроенномъ для него зданіи, 6 декабря (24 ноября) началось рѣчью президента, воздавшаго хвалу архитектору и заключившему провозглашеніемъ "hoch!" въ честь императора. Депутаты -- соціалисты избѣгаютъ такихъ засѣданій, какъ напр. при открытіи и закрытіи сессіи, когда можетъ быть произнесенъ этотъ возгласъ. Но на этотъ разъ не всѣ изъ нихъ предвидѣли его вѣроятность и онъ застигъ нѣсколькихъ изъ нихъ на мѣстахъ, въ томъ числѣ Либкнехта и Зингера. Вся палата встала, а соціалисты остались сидѣть. Тогда поднялась буря, которая еще усилилась, когда Зингеръ сказалъ, что соціалисты не могутъ принять участія въ такомъ привѣтствіи въ виду извѣстныхъ словъ, что солдаты, "въ случаѣ приказанія, должны стрѣлять въ нашихъ отцовъ, матерей, братьевъ и сестеръ". Въ слѣдующемъ засѣданіи Либкнехтъ объяснилъ, что соціалисты не намѣрены были дѣлать демонстраціи, но что они и прежде никогда не участвовали въ вставаньѣ въ честь императора, такъ какъ они по убѣжденію -- республиканцы.

Тогда правительство потребовало согласія рейхстага на судебное преслѣдованіе Либкнехта "за оскорбленіе величества". Требованіе это поддерживали самъ канцлеръ и прусскій министръ внутреннихъ дѣлъ, а противъ этого требованія говорили представители партій центра, польской и даже націоналъ-либеральной. Вся германская печать рѣшительно высказалась противъ преданія суду депутата за слова, произнесенныя въ палатѣ и къ тому-же ни оскорбленія, ни даже никакого правонарушенія не составлявшія, такъ-какъ Либкнехтъ высказалъ чисто-теоретическое предпочтеніе республиканской формы, а вовсе не призывъ къ ея осуществленію или хотя-бы увѣренность, что она въ ближайшее время будетъ. осуществлена. Рейхстагъ большинствомъ 169 голосовъ противъ 53 отказалъ въ согласіи на судебное преслѣдованіе Либкнехта, принявъ при этомъ также оговорку, что желательно усиленіе дисциплинарной власти самаго рейхстага по отношенію къ его членамъ.

Примѣчательно, что въ то время какъ республиканское народное представительство во Франціи даетъ правительству огромныя большинства каждый разъ, какъ только дѣло касается соціалистовъ, германскій сеймъ, въ которомъ всѣ партіи, не исключая ни католическаго центра, ни поляковъ, и кромѣ именно однихъ соціалистовъ, проникнуты "лояльностью", отказалъ правительству въ согласіи на преслѣдованіе Либкнехта.

Другая неудача имперскихъ министровъ въ рейхстагѣ представилась въ томъ, что это собраніе разошлось на праздники, не приступивъ къ разсмотрѣнію упомянутаго выше законопроекта о дополненіи уголовныхъ законовъ и закона о печати, въ смыслѣ борьбы съ соціалистами. При самомъ внесеніи законопроекта, одинъ изъ статсъ-секретарей объяснилъ его цѣль и значеніе. Но какъ только тотъ-же Зингеръ обратилъ вниманіе рейхстага, что не было налицо законнаго числа депутатовъ для законодательныхъ постановленій, рейхстагъ рѣшилъ не приступать до праздниковъ къ разсмотрѣнію этого закона и бюджета и тутъ-же отсрочилъ свои засѣданія на три недѣли, до 8 января (26 декабря). Повторимъ, что эти неудачи еще не предрѣшаютъ судьбы самаго законопроекта. Такъ какъ въ немъ нѣтъ ограниченія права сходокъ, къ которому былъ-бы нерасположенъ центръ, то еще можетъ быть, что проектъ и пройдетъ, хотя-бы въ измѣненномъ видѣ. Самое поведеніе соціалистовъ въ рейхстагѣ создали нѣкоторую вѣроятность такого результата. Но всѣ въ палатѣ, кромѣ консерваторовъ, не особенно расположены въ пользу предлагаемыхъ мѣръ. Особенно право предварительнаго задержанія печатныхъ произведеній едва-ли пройдетъ. Если новый канцлеръ не позаботится достаточно подготовить почву, давъ какія-либо положительныя обѣщанія центру, то вполнѣ возможно, что и весь проектъ будетъ отвергнутъ. Вообще, нынѣшняя сессія рейхстага является съ признаками нѣкоего кризиса во внутреннихъ дѣлахъ Германіи. Съ "новымъ курсомъ", то-есть съ личною иниціативою Вильгельма II въ дѣлахъ уже свыкались, пока въ ней видна была нѣкоторая общая мысль -- отказъ отъ Бисмарковской политики борьбы на всѣ стороны, желаніе устранить раздраженіе. По крайней мѣрѣ, къ этому сводился "новый курсъ" при управленіи графа Каприви, который, хотя и считался лишь исполнителемъ идей императора, но какъ человѣкъ умѣренный, умный и обладающій большимъ тактомъ, умѣлъ какъ-то "объединять" ихъ и придавать имъ именно общій смыслъ -- примиренія. Но съ того момента, какъ Каприви былъ внезапно уволенъ безъ всякаго парламентскаго къ тому повода и "новый" курсъ смѣнился какимъ-то "новѣйшимъ", въ Германіи всѣ сбились съ толку, перестаютъ понимать, чего-же наконецъ желаетъ императоръ и заявленія его начинаютъ сами вызывать глухое пока, но общее раздраженіе. Высказываются даже такія подозрѣнія, будто Вильгельмъ II намѣренъ измѣнить самую имперскую конституцію, что уже несомнѣнно повело-бы къ кризису, такъ какъ въ прочихъ владѣніяхъ, входящихъ въ имперію, нерасположеніе къ Пруссіи не только не уменьшилось, но въ настоящее время возросло.

Если въ Германской имперіи "курсъ" политическихъ дѣлъ колеблется и становится неяснымъ, то въ Италіи, наоборотъ, курсъ вполнѣ опредѣленъ и постояненъ; король Гумбертъ хочетъ во что бы-то ни стало играть великодержавную роль. Италія, съ населеніемъ свыше 30 милліоновъ, является великою державой и признана такою. Пруссія, напомнимъ, сдѣлалась великою державой при Фридрихѣ II, когда населеніе ея не доходило и до 4 милл. Но при этомъ она держала 240 тыс. чел. постояннаго войска, то-есть цѣлые шесть процентовъ населенія находились подъ ружьемъ. И Пруссія вынесла это напряженіе силъ. Какими народными лишеніями и страданіями это достигалось -- иной вопросъ; но Пруссія не только не пала, а въ результатѣ ряда дальнѣйшихъ войнъ подчинила себѣ всю Германію и оказалась сильнѣе Франціи. Если-бы къ современной Италіи примѣнить разсчетъ 6 проц, населенія подъ ружьемъ, то она могла-бы держать въ мирное время армію въ 1 милл. 800 тыс. солдатъ, между тѣмъ какъ современный списочный составъ итальянской арміи даже но военному положенію, вмѣстѣ съ ополченіемъ, далеко не доходитъ до такой цифры, составляетъ всего немного болѣе 1 милліона, а въ мирное время Италія содержитъ только 232 тыс. солдатъ, т. е. нѣсколько даже менѣе, чѣмъ ихъ имѣлъ Фридрихъ II при 4-хъ милліонномъ населеніи.

Вотъ гдѣ характерно проявляются, во-первыхъ, разница между прежнею и современною стоимостью содержанія армій, и во-вторыхъ -- различіе между самымъ происхожденіемъ государствъ и между духомъ двухъ періодовъ, раздѣленныхъ столѣтіемъ. Средства войны и условія содержанія войскъ такъ измѣнились, что Италіи и при 30 милліонномъ населеніи трудно содержать такую армію, какую имѣлъ Фридрихъ II. Итальянское королевство имѣетъ происхожденіе революціонное, между тѣмъ какъ прусское королевство болѣе вѣка тому назадъ было сколочено мечомъ и представляло собой малое государство, но дѣйствительно великодержавную казарму.

Для того, чтобы при учрежденіяхъ Италіи и при настроеніи ея народа возможно было играть великодержавную роль съ значительнымъ обремененіемъ народа, необходимы чрезвычайныя усилія внутренней политики. Вотъ почему изворотливый и энергическій г. Криспи оказывается для короля единымъ человѣкомъ, соотвѣтствующимъ положенію. При слабой промышленности, при бѣдности народной массы и всеобщемъ недовольствѣ, вызываемомъ высотою налоговъ, г. Криспи сумѣлъ въ концѣ минувшей сессіи добиться отъ палаты возвышенія налоговъ еще на 100 милл. лиръ, при чемъ предъявилъ въ военномъ бюджетѣ сокращеніе на 7 милл. лиръ, т. е., за уступку 7 получилъ новыхъ 93 милл. Теперь уже министръ финансовъ допустилъ возможность, что и въ росписи на 1895 годъ окажется дефицитъ примѣрно въ 100 милл. лиръ, стало быть потребуется новое возвышеніе налоговъ на такую сумму. Долго-ли выдержитъ это страна, сколько еще времени удастся г. Криспи такъ или иначе одерживать верхъ надъ оппозиціею въ палатѣ -- этого опредѣлить нельзя. Но пока курсъ остается неизмѣннымъ.

Въ нынѣшней сессіи, какъ мы уже говорили, итальянскому премьеру представились новыя затрудненія -- въ тѣхъ личныхъ обвиненіяхъ, съ какими противъ него выступилъ его предшественникъ Джолитти и которыми не замедлила воспользоваться оппозиція противъ правительственной политики. Трудно было предполагать, чтобы Криспи допустилъ слѣдствіе надъ дѣйствіями Джолитти во время ревизіи "римскаго банка", если бы въ рукахъ Джолитти могли быть какіе-нибудь документы, могущіе уличить самого нынѣшняго главу кабинета въ участіи въ "малой Панамѣ". И дѣйствительно, такихъ доказательствъ, повидимому, нѣтъ. Джолитти представилъ въ палату нѣсколько пакетовъ съ документами по дѣлу "римскаго банка" и просмотръ ихъ былъ порученъ особой комиссіи. Докладчикъ ея Чибраріо, въ засѣданіи 13 (1) декабря представилъ отчетъ объ этихъ документахъ, къ которымъ присоединены и нѣсколько писемъ сына и жены Крисни. Комиссія единогласно предложила всѣ документы опубликовать, кромѣ переписки между "римскимъ" и "національнымъ" банками, такъ-какъ она велась безъ вѣдома правительства и кромѣ упомянутыхъ писемъ, "которыя имѣютъ безусловно частный характеръ и чужды политики, а потому должны быть возвращены по принадлежности. Это заявленіе комиссіи было принято аплодисментами палаты и присутствовавшей публики и предложеніе комиссіи было утверждено.

Но хотя и было рѣшено, что документы, относящіеся къ дѣламъ "римскаго" банка, будутъ опубликованы, Имбріани, поддерживаемый оппозиціею, потребовалъ, чтобы всѣ документы были немедленно выставлены на просмотръ депутатовъ. Министерство заявило свое несогласіе съ этимъ и требованіе Имбріани было отвергнуто, но слабымъ большинствомъ. Почему министерство не согласилось на немедленный просмотръ всѣхъ представленныхъ Джолитти бумагъ каждымъ депутатомъ и не служитъ-ли это доказательствомъ, что въ нихъ есть что-нибудь компрометирующее самого Криспи? На это можно отвѣчать, что просмотръ документовъ былъ порученъ комиссіи, которая въ данномъ случаѣ была органомъ парламентскаго слѣдствія; комиссія пришла къ постановленію единогласному и предложеніе ея только что было принято палатой. Могло-ли министерство согласиться, чтобы послѣ этого еще сама палата въ полномъ составѣ приступила какъ-бы къ повѣрочному слѣдствію, съ просмотромъ всякихъ обвинительныхъ заявленій, хотя-бы они не имѣли отношенія къ дѣлу, и чтеніемъ частныхъ писемъ? Палата могла избрать тѣхъ или иныхъ людей въ составъ комиссіи, которой она поручила это дознаніе. Но однажды избравъ комиссію, не слѣдовало уже относиться съ недовѣріемъ къ ея заключенію и, утвердивъ его, возобновлять дознаніе въ полномъ собраніи. А такъ-какъ обвиненія Джолитти были направлены именно противъ Криспи, то если-бы палата рѣшила произвесть еще просмотръ бумагъ въ самомъ засѣданіи, то такое рѣшеніе могло означать только признанную ею необходимость убѣдиться, не прикрыла-ли собственная ея комиссія виновности Криспи и вѣроятность, что хоть въ письмахъ сына и жены его можно найти такія вещи, которыя бросятъ на него тѣнь. Естественно, что если-бы палата приняла такое рѣшеніе, то Криспи долженъ былъ-бы немедленно подать въ отставку.

Предложеніе Имбріани было отвергнуто, но всего 188 голосами противъ 179, что, по дѣлу касавшемуся нравственнаго авторитета самого главы министерства, было слишкомъ недостаточно. Легко было предвидѣть, что на слѣдующій-же день около этой темы вертѣлись-бы всѣ нападки и на бюджетъ, и на излишнія вооруженія, и на полномочія военной власти въ Сициліи, словомъ, вся политика. Оставался выборъ: или уволить Криспи, или немедленно распустить палату. Но обвиненіямъ противъ Криспи король не вѣритъ и его одного считаетъ способнымъ справиться и съ оппозиціею, и съ затруднительнымъ положеніемъ дѣлъ. Поэтому выбрано было нѣчто среднее: королевскимъ декретомъ парламентская сессія была отсрочена. За этимъ можетъ послѣдовать распущеніе палаты и произведеніе новыхъ выборовъ. Но, быть можетъ, ловкій парламентскій тактикъ Криспи употребилъ отсрочку только какъ угрозу распущенія, въ разсчетѣ, что черезъ мѣсяцъ, то-есть послѣ праздниковъ (хотя срокъ не означенъ въ декретѣ) умы успокоятся, многіе изъ вотировавшихъ съ оппозиціею возвратятся въ составъ правительственнаго большинства и что тогда, поставивъ, при удобномъ случаѣ, вопросъ о довѣріи, кабинетъ выйдетъ побѣдителемъ уже не съ девятью, но съ нѣсколькими десятками голосовъ перевѣса надъ оппозиціею.

Противъ этой отсрочки заявленъ былъ протестъ, составленный маркизомъ де-Рудини, адмираломъ Бриномъ,и еще двумя депутатами: Цанарделли и Кавалотти. Въ этой комбинаціи бросается въ глаза, что въ составленіи протеста участвовали три бывшихъ королевскихъ министра и республиканецъ, поэтъ, миланецъ родомъ -- Кавалотти. Какъ будто союзъ добивающихся возвращенія къ власти -- съ представителемъ крайняго элемента", желающаго ея упраздненія. Нравственную сторону этого дѣла мы понимаемъ такъ: министерство имѣло право помѣшать палатѣ въ полномъ составѣ производить слѣдствіе, читать частныя письма и всякія случайныя бумаги. Но для того, чтобы вполнѣ очиститься передъ общественнымъ мнѣніемъ, г. Криспи долженъ допустить газетныхъ репортеровъ къ обозрѣнію писемъ его сына и жены. Такихъ документовъ, которые прямо уличали-бы самого Криспи, не можетъ быть, потому что въ такомъ случаѣ онъ не допустилъ-бы слѣдствія надъ дѣйствіями Джолитти. Но необходимо, чтобы исчезла всякая тѣнь подозрѣнія.

Съ другой стороны, агитація, которую устроилъ по этому случаю Кавалотти, что называется хватаетъ черезъ край. Обвиненій противъ Криспи онъ предъявляетъ слишкомъ много. Лучше было-бы вполнѣ доказать что-нибудь одно, чѣмъ уличать Криспи въ томъ, что онъ первымъ бракомъ былъ женатъ на прачкѣ, что потомъ было "незаконное его сожительство" съ нынѣшней женой, которое онъ узаконилъ гражданскимъ бракомъ послѣ рожденія дочери, что онъ "хотѣлъ" дать орденъ Корнеліусу Герцу, что отъ панамскаго Рейнака онъ получилъ 50 т. франковъ и другое многое! Одинъ послѣдній фактъ, о которомъ упоминалось уже при панамскомъ дѣлѣ въ Парижѣ, если-бы было доказано, что Криспи, будучи министромъ взялъ съ Рейнака деньги и взамѣнъ доставилъ ему какую-либо выгоду, былъ-бы совершенно достаточенъ, чтобы нравственно погубить Крисни. Но дѣло въ томъ, что Криспи -- адвокатъ, былъ имъ до перваго своего вступленія въ министерство и въ промежуткѣ до занятія поста президента совѣта. Криспи, какъ адвокатъ, былъ повѣреннымъ Рейнака въ Италіи, гдѣ у того банкира было нѣсколько большихъ имѣній, и получалъ отъ него гонораръ, который могъ составить и 50 т. франковъ, т. е. 20 т. рублей. Весь вопросъ въ томъ, когда что было, и сдѣлалъ-ли что-нибудь Криспи за деньги, будучи министромъ? Если-бы нѣчто подобное было хоть на половину доказано, то едва-ли король могъ-бы оставить его главою правительства, едва-ли королева патронировала его дочь при недавней ея свадьбѣ, а наконецъ и Левъ XIII, быть можетъ, воздержался-бы отъ заявленія ему особеннаго участія разрѣшеніемъ ему церковнаго брака, послѣ развода съ первой женой, Розаліей Монмассонъ, которая, какъ говорятъ, въ самомъ дѣлѣ была прачкой, и вѣнчалась съ нимъ "неправильно", т. е. не въ костелѣ, а въ частной квартирѣ.

При этомъ случаѣ нельзя но отмѣтить "безпокойнаго характера" романской расы, отличающаго ее отъ расы германской. Про полученныя якобы г. Криспи 50 т. франковъ гонорара или "не гонорара", а чего-нибудь иного съ Рейнака, идетъ разговоръ уже два года. А Бисмаркъ имѣлъ въ своемъ безотчетномъ распоряженіи, въ теченіе 20 лѣтъ, сто-милліонный фондъ, секвестрованный у бывшаго гановерскаго короля, и дѣлалъ изъ него такое употребленіе, какое ему было угодно, совершенно безотчетно. За 20 лѣтъ что составили одни проценты съ этого капитала? Между тѣмъ, всѣ росписки въ полученіяхъ изъ него, какъ извѣстно, уничтожены въ цѣляхъ политическихъ. Но никакой Кавалотти не выступалъ въ Германіи съ личными заподозрѣніями противъ бывшаго канцлера.


Л. Полонскій.


"Сѣверный Вѣстникъ", No 1, 1895