# Сибирский брак

Иван Иванович Попов

(Сцены из недавнего прошлого сибирской жизни).

## СИБИРСКІЙ БРАКЪ.


(СЦЕНЫ ИЗЪ НЕДАВНЯГО ПРОШЛАГО СИБИРСКОЙ ЖИЗНИ).


Одна изъ комната въ домѣ купца Каримова. Сибирскій 1-й гильдіи купецъ Карымовъ, 50 лѣтъ, бритый" въ нѣмецкомъ сюртукѣ, разбираетъ стоящія передъ нимъ на полу бутылки, кульки, тюки и пачки. Предъ нимъ стоитъ его приказчикъ Архинъ, изъ магазина Каримова, сзади мальчикъ -- помощникъ Архипа. Въ сторонѣ -- Иванъ Плехановъ, ссыльный камердинеръ, во фракѣ и въ нитяныхъ бѣлыхъ перчаткахъ, приглашенъ для услугъ на вечеръ и выполняетъ въ Сибири роль maître d'hotel'я и церемоніймейстера. Дѣйствіе происходитъ въ день дѣвичника: Карымовъ выдаетъ дочь за пріѣзжаго франта.


СЦЕНА ПЕРВАЯ.


Карымовъ (сортируя бутылки и закуски). Вина, Архипъ, получше къ намъ, въ столовую, гдѣ генералъ будетъ... А похуже, бракъ-то... въ залу, къ гостямъ, также и закуски. Вотъ этотъ балыкъ (нюхаетъ),-- фу! эдакой вѣдь въ Ирбити дали, провонялъ, шельма!-- его къ гостямъ, а это намъ. Это что?-- конфекты копченыя!! туда же ихъ, къ гостямъ мелкаго разбора, миндаль... горькій -- имъ же...

Иван. Это, сударь, на кухню!

Карымовъ (не обращая вниманія). Яблоки только къ намъ, въ гостиную, для генерала, а туда -- ни-ни! Папиросы перваго сорта -- въ гостиную же, а эту махорку (кидаетъ пачки) -- прочимъ...


(Мальчикъ подбираетъ кульки съ закусками, и уноситъ).


Карымовъ. А что жениху пара готова, Архипъ?

Архипъ. Какъ же-съ, Сила Кондратьичъ; Ермилъ-посолонецъ на кухнѣ у насъ дошиваетъ, потому, какъ сами приказали, чтобы не пропилъ...

Карымовъ. Сукно то ты хорошее ли выбиралъ, на руку-то пробовалъ... а то тамъ есть для покунателевъ пожиже?

Архипъ. Самъ въ нашемъ магазинѣ выбиралъ, лучшее-съ, что изъ Ирбити привезли, также и жилетку, и прочее...

Карымовъ. И фасонъ потрафилъ?

Архипъ. Ермилъ говоритъ,-- въ полную будетъ пропорцію...

Карымовъ. То-то! А ты, Иванушка, пожалуйста, распорядись, чтобы всё это разносили во время: деесертъ, закуску тамъ, мороженое...

Иванъ. Будьте покойны, Сила Кондратьичъ, дѣло извѣстное. Сначала дессертъ, конфекты обнесутъ, потомъ бульонъ съ и и рожками-съ, а потомъ, послѣ горячаго-то, имъ мороженое, а тамъ горькой настойки. Всё мнѣ это извѣстно. Потому я въ Петербургѣ у графа Петра Матвѣича служилъ и всѣ порядки знаю!

Карымовъ. Пойду же я, пріодѣнусь. (Уходитъ).


Входитъ купчиха Каримова, окруженная старухами; впе реди невѣста, толстая купеческая дѣвица, въ барежевомъ платьѣ и вся въ красныхъ бантахъ. Сзади плетется купецъ Тунгусовъ, родственникъ Карымова и домашній человѣкъ, пожилой, неуклюжій каримъ, съ самоѣдскимъ лицомъ, въ уродливомъ пиджакѣ, цвѣта гороховаго киселя, утираетъ слезящіеся глаза пестрымъ платкомъ.


Купчиха. Охъ, Клавдьюшка, моя сердешная! (плачетъ, старухи её поддерживаютъ).

Иванъ (подходитъ). Сударыня, позвольте чепчикъ поправить, онъ у васъ на бокъ...

Купчиха. Охъ, Иванушко, Клавдьюшка-то у насъ...

Иванъ. Не плачьте, сударыня, нехорошо! Въ С.-Петербургѣ, въ хорошихъ домахъ не принято!... (Къ невѣстѣ). И вы, Клавдія Силишна, не плачьте. Какъ женихъ пріѣдетъ, сейчасъ лѣвую ручку такъ кольцомъ, и скажите ему: "амуръ" (дѣлаетъ глазки), потому такъ принято...


(Всѣ проходятъ мимо, Иванъ останавливаетъ въ заключеніе Тунгусова).


Иванъ. Позвольте, Микита Силаптьичъ, пальто у васъ поправить...

Тунгусовъ. Что еще тамъ?

Иванъ. Пофасонистѣе-съ... (обдергивываетъ и высовываетъ сзади языкъ, обращаясь къ Архипу; мальчишка фыркаетъ и прячется за Архипа).


(Тунгусовъ, ничего не замѣчая, проходить далѣе).


Иванъ. Чучело, ха-ха-ха! Это ему Сила Кондратьичъ велѣлъ кургузый-то пиджакъ надѣть, безъ этого, говоритъ, не приходи!


СЦЕНА ВТОРАЯ.


Въ комнату вносятъ подносы и закуску съ винами, на столы разставляютъ папиросы. Иванъ и прислуга уходятъ. Въ комнату вваливаетъ куча гостей "втораго разбора": мелкіе приказные, мѣщане и т. п.


Гость 1-й (беретъ папиросу со стола и закуриваетъ). Эхъ, папиросы-то какія подали... (Нюхаетъ). Фу, дрянь какая!

Гость 2-й (куритъ, затягиваясь). Вѣдь ужъ Карымовъ -- извѣстная скряга, хорошихъ не поставитъ. (Папироса дѣлаетъ выстрѣлъ). Фу, ты, чортъ! Чуть носъ не обжегъ. Только затянулся... съ утра не курилъ.

Гость старичокъ. Селитра, селитра, вѣрно, попалась...


(Гости все болѣе входятъ и тѣснятся къ закускѣ).


Гость 1-й (ко 2-му). Ты слышалъ,-- Карымовъ дочь выдаетъ?

Гость 2-й. За какого-то пріѣзжаго... говорятъ, князёкъ, связи въ Питерѣ... Постой-ка, я икры закушу!

Гость 1-й. Да!.. Но женихъ, говорятъ, ничего не имѣетъ, изъ прогорѣвшихъ... въ Сибирь на подножный кормъ пріѣхалъ... Пука, посторонись, дай мнѣ селёдку взять!

Гость 2-й (прожевывая). Карымовъ знаетъ свое дѣло. Ты знаешь, что онъ давно о привиллегіи хлопочетъ, чтобы ему въ монополію весь Туруханскій край захватить, у него и безъ того тутъ инородцы всѣ задатками закабалены, да мало ему еще,-- надо привиллегію. Вотъ онъ черезъ князька-то и разсчитываетъ....

Гость 1-й. Ну, а Будрысовъ-то тутъ изъ-за чего? Вѣдь онъ -- здѣшняя старая лиса. Ему какая прибыль?

Гость 2-й. Да на протекцію разсчитываетъ, въ Петербургъ на службу хочетъ попасть, здѣсь состояніе взятками нажилъ, такъ туда мѣтитъ!

Гость 3-й. А я слышалъ, что у этого молодчика всего только одинъ родственникъ, да и тотъ отъ него отказался...

Гость 4-й. А знаете, господа, я слышалъ, что Карымовъ на свадьбу-то деньги ужъ у Тунгусова занялъ. Самъ на ярмаркѣ совсѣмъ прогорѣлъ. Извѣстно, какъ всѣ наши купцы, въ кредитъ бралъ. Ну, московскіе купцы его и поприжали, да и оставили легче пуху, вотъ онъ дѣла и думаетъ теперь поправить. Только не знаю: онъ ли князька, или князекъ его надуетъ!

Старичекъ. Хе-хе-хе! Чортъ ли вѣдьму, или вѣдьма чорта!..

Канцеляристъ 1-й (у закуски). Ухъ, балыкъ-то... (Морщится и набиваетъ ротъ). Горечь какая!

Канцеляристъ 2-й (тѣснясь къ столу). Васька, ты опять всѣ сардинки сожрешь... (Васька ѣсть).

Канцеляристъ 3-й (пожирая огромный кусокъ сыру). Какой я, братъ Петя, канканчикъ устрою!..

Канцеляристъ 1-й (икаетъ). Ну, балыкъ!.. Чортъ его возьми!


Съ входныхъ дверей входятъ два господина -- Уссурійцевъ и Ташкентцевъ, проѣзжающіе въ Сибирь цивилизаторы, одинъ въ штатскомъ, потертомъ сюртукѣ, другой въ военномъ безъ погонъ, стараются говорить скандируя, ведутъ себя развязно, оба навеселѣ.


Ташкентцевъ (входя и осматривая презрительно публику). Что здѣсь, господа, у васъ -- свадьба, или похороны?

Купецъ. Свадьба-съ...

Ташкентцевъ (пробираясь безцеремонно къ столу). Похороны, вы говорите?

Купецъ (нѣсколько обидясь). Свадьба-съ, да пи развѣ не знаете?

Ташкентцевъ. Право, не знаемъ. Мы проѣзжіе изъ Петербурга. Остановились на станціи, смотримъ огни. Думаемъ -- балъ, вотъ и рѣшили заявиться. Мы слышали, что въ Сибири можно безъ церемоній... Народъ хорошій...

Купецъ. Милости просимъ-съ. У насъ хлѣба-соли не жалѣютъ-съ. Куда изволите проѣзжать?

Уссурійцевъ и Ташкентцевъ. На Амуръ, на службу... Мы имѣемъ особыя дипломатическія порученія...

Купецъ (смотритъ сомнительно). Тэкъ-съ...

Уссурійцевъ (вставляя монокль и пробираясь къ столу). Посмотри, mon cher, какіе это всё уроды, вотъ оригинальное общество...

Ташкентцевъ (также съ презрѣніемъ). Удивительные монстры! (Подходя къ столу). Тебѣ рому, или коньяку?

Уссурійцевъ. Наливай! (Къ купцу). Не хотите ли выпить съ нами?

Купецъ. Мы компаніей не брезгуемъ... (беретъ рюмку).

Ташкентцевъ (къ Уссурійцеву). Тебѣ коньяку, или рому? (Чокается съ купцомъ, потомъ плюетъ). Тьфу! (Къ Уссурійцеву). Фу, какая мерзость коньякъ! Это какая-то водка. Удивительные эти болваны въ Сибири. Всякій бракъ къ нимъ шлютъ... Чортъ знаетъ, что такое... Никакого вкуса!

Купецъ. Почтенные господа, за что же вы насъ браните, вѣдь это вино-то привозное, ваше же, мы чѣмъ виноваты?

Уссурійцевъ. Удивительное невѣжество! Ну, братъ, заѣхали мы въ трущобу. А дальше -- еще хуже. Однако, закусимъ (оба ѣдятъ съ аппетитомъ).

Ташкентцевъ (прожевывая). Сыръ -- никакого пиканта, икра -- горечь, балыкъ -- ни къ чорту не годится! Ну, Сибирь! Эскимосы! Омаровъ, я полагаю, не найдти!

Уссурійцевъ. А помнишь, какъ мы у Дюссо послѣдній разъ пировали. Вѣдь мы тамъ всѣ прогоны оставили., ха-ха-ха!

Иванъ (проходя съ тарелками). У Дюссо оченно прекрасно-съ, не то, что здѣсь!

Ташкентцевъ. Это кто? Лакей! Ты знай свое мѣсто, болванъ!

Иванъ (про себя). Знаемъ мы, всѣ говорите, у Дюссо бывали, а поди, гдѣ нибудь на Сѣнной, въ "Самаркандѣ"...

Уссурійцевъ. Ты что, скотина, вмѣшиваешься?.. Вотъ правы!

Ташкентцевъ. Что ожидать! у нихъ и холопъ, и баринъ на одной ногѣ себя держатъ. Да и богачи-то изъ мужиковъ, всѣ съ одного корыта ѣдятъ. Нѣтъ этого дворянскаго у нихъ духа...

Уссурійцевъ. Да, много еще надо поработать здѣсь цивилизаціи...

Ташкентцевъ (наливая вино). Какая имъ цивилизація, просто дубьемъ... Скоты! Тебѣ рому или коньяку?

Уссурійцевъ (замѣчая купца). Послушайте, милый человѣкъ, вы не знаете, гдѣ бы занять здѣсь денегъ? Мы поиздержались... У васъ, говорятъ, въ Сибири премилый, патріархальный народъ!..

Купецъ. Это точно-съ, только на счетъ эвтого трудновато...

Ташкентцевъ. Что же, неужели не повѣрятъ? У меня дядюшка директоръ департамента, домъ на Большой Морской, въ Петербургѣ, а у товарища помѣстье въ Новгородской губерніи... Мы вышлемъ съ благодарностью!

Купецъ (быстро отходитъ). Это какіе трубалеты? Ишь куда подбираются!

Уссурійцевъ. Вотъ сквалыги-то, мошенники! Набили карманы и задираютъ носъ. Нѣтъ, имъ надо цивилизацію показать! (сжимаетъ кулакъ).

Ташкентцевъ (удерживая его). Брось! (Обращаясь къ гостямъ канцеляристамъ.) Господа, не желаетъ ли кто сметнуться въ банчишко?.. знаете, для времепровожденія... (мигаетъ Уссурійцеву).

Уссурійцевъ. Мы слышали, въ Сибири большая игра идетъ...


(Канцеляристы фыркаютъ, хихикаютъ, зажимаютъ носы и разсыпаются въ стороны).


Ташкентцевъ. Нѣтъ, это чортъ знаетъ, что за монстры. Никакого приличія!

Уссурійцевъ. Выпьемъ еще! Это что -- мадера или хересъ? (Пьютъ и затѣмъ берутъ другъ друга подъ руку).

Уссурійцевъ и Ташкентцевъ (оба на развязяхъ). Ну, теперь пойдемъ къ хозяевамъ представляться! (Уходятъ).


Сибирякъ.


(Окончаніе будетъ).


"Восточное Обозрѣніе", No 33, 1885


## СИБИРСКIЙ БРАКЪ.


(СЦЕНЫ ИЗЪ НЕДАВНЯГО ПРОШЛАГО СИБИРСКОЙ ЖИЗНИ).


(Окончаніе).


СЦЕНА ТРЕТЬЯ.


Продолженіе вечера... Та же комната. У закуски сидя дремлетъ Тунгусовъ, изрѣдка просыпаясь, выпивая рюмку и опять погружаясь въ дремоту. Входитъ Завидновъ -- мѣстный франтъ, за нимъ Иванъ.

Завидновъ (наливая вина). Иванъ, гдѣ это вы вино брали? Это ерофеичъ какой-то, а не лафитъ.

Иванъ (улыбаясь). Сами знаете, самокуръ, ирбитское...

Завидновъ. Что?-- ты видѣлъ, какъ форситъ князь-то?

Иванъ. Что ему не форсить-то!

Завидновъ. Да князь ли онъ, полно еще, манеры какія-то...

Иванъ. Изъ голенькихъ, сударь, въ Питерѣ-то они не годились, много ихъ тамъ, захудалыхъ, ну, а въ Сибири-то будто и ладно. Ихъ сюда родственники, больше за проштравку, посылаютъ. Насъ вотъ -- такъ чрезъ колокольный звонъ, а ихъ для исправленія, на службу. Поди, и сродственники отъ него отказались, хоть глаза наши, думаютъ, не видятъ, а онъ здѣсь ролю играетъ. Князь не князь, а Богъ его знаетъ...

Завидновъ. Ха-ха-ха! Ты это хорошо сказалъ: "князь не князь, а Богъ его знаетъ что".

Иванъ. Бываютъ, сударь, и у насъ непомнящіе, даже левизоровъ розыгрываютъ... Вѣдь въ Сибири, сударь, бракованнаго много, бракованные и женихи ѣдутъ!

Завидновъ. А чѣмъ бы я былъ хуже его. Иванъ?

Иванъ. Да ужъ ежели сказать, сударь, такъ и я не особенно хуже.

Завидновъ. А ты не знаешь, получилъ онъ задатокъ?

Иванъ. А вы, что,-- занять хотите?

Завидновъ. Нѣтъ, такъ...


(Входитъ мальчикъ съ дессертомъ. Иванъ принимаетъ отъ него подносъ и, отправляясь, по пути подноситъ Завиднову).


Иванъ. Бомбошки не хотите ли?

Завидновъ. Пожалуй!..

Иванъ. Катайте, не стѣсняйтесь, сударь. Панкрутьте!.. (франтъ набиваетъ карманы. Оба уходятъ. Изъ дверей появляются Ташкентцевъ и Уссурійцевъ, быстро пробираясь къ столу и выпивая).

Ташкентцевъ. А каково я дѣйствую около невѣсты? Ей Богу, отбилъ бы у этого князя. Но ты замѣтилъ, эти дамы... вотъ кунсткамера-то! Я, знаешь, хочу уронить эту толстую купчиху...

Уссурійцевъ. Рому или водки?

Ташкентцевъ. Наливай! А потомъ поскорѣе продолжать игру. Выиграемъ и ай-да! Можно сразу банкъ сорвать. Съ дураками церемониться нечего! (Быстро уходятъ. На сцену входитъ Балалайкинъ, называющійся княземъ, угреватый и сухопарый, длинный, весь хлыщъ-недоросль, коверкается онъ въ брачной парѣ, подаренной Каримовымъ; съ нимъ сватъ Будрысовъ, мѣстный юсъ-чиновникъ; затѣмъ входитъ франтъ Завидновъ).

Кн. Балалайкинъ (Будрысову). Знаешь, не могу сидѣть я подлѣ этой рыбы; вылупитъ шары... У этихъ купеческихъ дочекъ безсмысленнѣйшее выраженіе лица...

Будрысовъ. А тебѣ-то что?-- ты веди свою линію на счетъ денегъ, главное -- на счетъ денегъ напирай, да привиллегіей его обольщай!..

Кн. Балалайкинъ. По рыба, рыба, пойми ты! Фу, какой узкій фракъ, чортъ возьми.

Завидновъ (входя). Что ты, князь, фракъ осматриваешь?

Кн. Балалайкинъ. Да. Это мнѣ изъ Петербурга прислали...

Иванъ (показываясь изъ дверей, тихо). Изъ нашей кухни, съ Невскаго проспекта.

Завидновъ. Мнѣ кажется, онъ тебѣ узковатъ? Полы-то, фю-фю-фю!

Кн. Балалайкинъ. Нѣтъ, это по послѣдней модѣ... (Про себя). Обмѣрялъ, вѣрно, скаредъ Каримовъ.

Завидновъ. А жилетъ-то съ какими разводами, будто въ 1825 году!...

Кн. Балалайкинъ. Нимало, и это изъ Петербурга, послѣдняя мода -- Renaissance!

Иванъ (изъ дверей Завиднову). Еще бы, коли Архивъ выбиралъ...

Завидновъ (смѣется, смотря на Ивана). Пожалуй, послѣдняя... (Отходитъ).

Кн. Балалайкинъ (Будрысову). Знаешь, онъ меня этимъ платьемъ конфузитъ!

Будрысовъ. Ахъ князь! да вѣдь у тебя же ничего не было. Ну, чортъ съ нимъ, съ этимъ фракомъ. Ты на деньгито напирай! Надо тебѣ непремѣнно купца въ кабинетъ заручить. Только помни, рекомендательнаго письма не давай прежде денегъ и контракта не подписывай, хотя онъ и ничего не значитъ.

Кн. Балалайкинъ. Послушайте, а это ничего, что я княземъ подпишусь? Вѣдь я вамъ сказывалъ откровенно, хотя у меня есть родственники и о титулѣ этомъ хлопочутъ, но я... Какъ бы подлога не было?

Будрысовъ. О пустяки! Я васъ выручу. Вѣдь у насъ здѣсь суды свои.

Тунгусовъ (входитъ при послѣднемъ разговорѣ и садится у стола съ закусками). Такъ вонъ они какіе гуси! Ахъ ты, волкъ ихъ заѣшь, какое дѣло! Надо бы сказать, вѣдь тутъ и моя доля есть. (Наливаетъ рюмку). Ахъ ты, братецъ! (Еще наливаетъ рюмку и качаетъ головой). Ахъ ты, братецъ мой! (Еще наливаетъ). No.. (Понемногу дремлетъ и такъ остается въ дальнѣйшей сценѣ).


-----


Гость 1-й (проходя чрезъ комнату къ 2-му гостю). Экая, братецъ, у меня изжога!

Гость 2-й. Говорилъ, не ѣшь, тутъ у нихъ трихина и чортъ знаетъ что! (Удаляются изъ гостинной, выходятъ дамы).

Гостья 1-я (въ желтыхъ цвѣтахъ). Ну ужъ, мать моя, и сухари подали, просто горечь!

Гостья 2-ы (въ рыжихъ цвѣтахъ). Я варенье-то -- медовое за сахарное...

Гостья 1-я. А видѣли на невѣстѣ платье-то?

Гостья 2-я. Просто серпинка какая-то.

Гостья 1-я. Я женишка-то видѣли, Анфиса Сельверстовна?

Гостья 2-я. Какъ не видѣть, сударыня,-- не изъ мудрыхъ, не изъ мудрыхъ, такъ плюгавенькой, жидконогой. Говорила я Маланьѣ Каллистратовнѣ; нашла бы я ей жениха купчика-голубчика, съ капиталомъ, росписнаго красавца, полнаго да увѣсистаго, надняхъ на вѣсахъ 6 пудовъ свѣсилъ... Ну, не хочетъ!

Гостья 1-я. Ну, да вѣдь матушка и невѣста то не безъ изъянца. Вы помните приказчика-то, криваго Сеньку... что тутъ грѣха-то было!...


(Появляется сваха Кузьминишна).


Кузьминишна. Вотъ какіе порядки завели! видано ли, слыхано ли, чтобы безъ нашего брата купецкая свадьба обходилась? Точно вороны слетѣлись и сладились. Развѣ такъ на старинѣ бывало. Я, говорю: Сила Кондратьевичъ, съ какого ты ума уставъ отцовскій сталъ пренебрегать? Гдѣ у тебя шары-то безстыжіе были?

Гостья 1-я. Да вѣдь это Будрысовъ ему жениха-то сосваталъ.

Кузьминишна. Знаю, матушка, вотъ до него-то я и добираюсь, у нашей сестры хлѣбъ сталъ отбивать. Ну, ужъ устрою же имъ свадебку, узнаютъ они, какъ безъ свахи обходиться. Всю подноготную жениху разскажу, и о Сенькѣ кривомъ разскажу... Я ему, свахѣ во фракѣ, глаза выцарапаю!


(Уходитъ).


Иванъ. Однако, мехапику-то ловко подвели. Женихъ-то не князь оказался, а такъ аплеке только княжье, я князей-то видалъ немало... Вотъ тѣ проѣзжающіе молодцы, сейчасъ видно, что изъ нашихъ. Не успѣли заявиться, а ужъ въ кабинетѣ купцовъ въ карты объегориваютъ, ловкачи! И колоды картъ свои принесли. Видно, что народъ тертый, полированный!.. Ну, купецкому карману не поздоровится. Однако, что же мнѣ и себя забывать! (Подходитъ, пьетъ три рюмки заразъ и по пути тутъ же прибираетъ двѣ столовыя ложки въ карманъ). Это на закуску! (Подходитъ къ дверямъ и громко кричитъ). Эй, аршаду подавай!

Голосъ кухарки изъ-за дверей. Еще не вскипѣлъ!

Иванъ. Кто?

Кухарка. Самоваръ!

Иванъ. Ахъ черти! сибирская необразованность!


СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ.


Залъ Каримова. Вдали слышна доморощенная музыка изъ двухъ скрипачей и цыганскаго бубна, играютъ "барыню", слышенъ топотъ. Карымовъ, за нимъ Иванъ.


Каримовъ. Кажется, разгулялись. Время терять нечего. Иванъ, приготовляй шипучку, намъ настоящаго клико двѣ бутылки, а остальнымъ...

Иванъ. Я знаю-съ,-- тенерифу и всего прочаго.

Карымовъ. Да будь готовъ. Какъ хлопну въ ладоши, разомъ съ подносами валите всѣ -- и Архипъ, и мальчишка.

Иванъ. Положитесь вполнѣ, все будетъ въ исправности. (Иванъ уходитъ).

Каримовъ (потирая руки). Ну, кажется, я дѣльце обдѣлалъ. Теперь не сорвется. Показалъ князю деньги, выручилъ у него письмо о привиллегіи въ Питеръ, да по пути попросилъ контрактъ и обязательство жениться подписать. Молокососъ, у меня ничего не подозрѣвая, мигомъ согласился, видно, что -- изъ баричей. Что же на счетъ денегъ, то, конечно, послѣ свадьбы, а тамъ посмотримъ!... Остается только завершить сегодня поздравленіемъ, а завтра подъ вѣнецъ! (Замѣчая Тунгусова, спящаго на стулѣ). Тунгусовъ! А Тунгусовъ!

Тунгусовъ (съ просонья). Ахъ братецъ мой! Что я слышалъ.....

Карымовъ. Фю, фю, фю! Да ты разрѣшилъ! ахъ, ты, чудакъ! Надо сказать женѣ, чтобы она увезла тебя.....

Тунгусовъ. Братецъ, что я скажу тебѣ.....

Карымовъ. Послѣ, послѣ. Буду я теперь съ тобой разговаривать.... (Уходитъ. Входитъ купчиха, жена Тунгусова, за ней Архипъ и Иванъ).

Купчиха. Гдѣ онъ, мой сердечный? Насосался, чуточку вѣдь не досмотрѣли. Поднимай его, Архипушка! Гдѣ шапка-то его? (ищетъ кругомъ; проходитъ гость 1-й).

Купчиха. Сударь, не видали ли шапку?

Гость 1-й. Я, сударыня, (икаетъ) балыкъ....

Купчиха. Ну, и этотъ такой же! (Тунгусова Иванъ и Архипъ уносятъ. Князь и Будрысовъ входятъ подъ руку).

Будрысовъ. Ну, что исполнилъ?

Кн. Балалайкинъ. Говорилъ. Я, говоритъ, не отопрусь послѣ...

Будрысовъ. Да ты бы напиралъ! Сейчасъ, молъ, въ руки пожалуйте! Ахъ! ты фатюй, вѣдь онъ обманетъ, какъ Богъ святъ!..

Кн. Балалайкинъ. Ахъ, Боже мой, какой узкій фракъ!

Будрысовъ. Ты всё съ фракомъ. Пойдемъ, еще пока есть время до объявленія, залучимъ его въ кабинетъ хоть насильно. А вотъ и онъ.... (Входитъ Карымовъ. Будрысовъ становится по одну его сторону, князь по другую).

Будрысовъ. Сила Кондратьичъ, я тебѣ хотѣлъ сказать....

Кн. Балалайкинъ. Я васъ хотѣлъ просить, что же обѣщанная сумма....

Карымовъ. Ну, зятюшка, какіе счеты, пойдемъ-ка, выпьемъ! (Притворяется выпившимъ и лѣзетъ цѣловаться).

Будрысовъ. Нѣтъ, постой, Сила Кондратьичъ, не валяй дурака. Мы хотимъ серьезно поговорить: даешь деньги, или нѣтъ?

Карымовъ. Да что вы торговлю, что ли, завели? Говорю послѣ! Теперь ни гроша нѣтъ;-- только въ Ирбитской съ долгами расплатиться. Потерпите!

Будрысовъ. Такъ ты вотъ какъ! Ну, братъ не на такихъ напалъ. Скажи лучше: отдашь деньги, или нѣтъ по условію? (Тащитъ его въ кабинетъ).

Карымовъ. Какое условіе? Дѣло кончено! (Когда его тянутъ въ одну дверь, онъ упирается и тянетъ къ другой двери). Пойдемте, господа, къ невѣстѣ, такъ нельзя. (Порывается къ гостинной и провозглашаетъ къ гостямъ). Прошу покорно, поздравить жениха и невѣсту! (Вваливаетъ куча гостей, дамы вводятъ невѣсту).

Карымовъ. Эй шампанскаго! (хлопаетъ въ ладоши,-- въ комнату вторгаются Иванъ, Архипъ и мальчишка съ подносами).

Будрысовъ (на аванъ-сценѣ). Но это чортъ знаетъ что такое!

Кн. Балалайкинъ. Вотъ положеніе! Никакого выхода! Надули! Ахъ этотъ фракъ.....

Карымовъ. Итакъ за нашихъ нарѣченныхъ князя и княгиню!

Гости. Ура! Ура! Ура! (одинъ изъ гостей икаетъ).

Карымовъ (ставя бокалъ). Теперь я обниму тебя, зятюшка! Зальемъ шампанскимъ пиръ, господа!

Гости. Ура! Ура! Ура!


(Карымовъ кидается на шею къ князю, тотъ отталкиваетъ его и сопротивляется).


Каримовъ (крѣпко его держитъ). Поцѣлуемся, зятюшка!

Ки. Балалайкинъ. Ой задушилъ! Пустите! Караулъ! Фракъ! мой фракъ! (вырывается, фракъ лопается, Балалайкинъ бѣжитъ за сцену. Гости хохочутъ).

Гость 1-й. Какъ только подняли бокалы,-- у него трахъ! ха-ха-ха! по всѣмъ швамъ....

Гость 2-й. Поперегъ спины...

Завидновъ. Я еще давеча замѣчалъ, что у него фракъ изъ драдедаму.... Вонъ Ивану говорилъ!...

Будрысовъ (накидываясь на Каримова). Нѣтъ, вѣдь такъ нельзя. Пойми,-- это конфузъ!

Карымовъ. Я то что! Чортъ же его зналъ, что онъ лопнетъ, какъ я его нажалъ. Ахъ вы, московскія мануфактуры, удружили въ самую нужную минуту -- разпроязви васъ!..

Будрысовъ Пѣть, не то! Что фракъ!-- пустяки. Я на счетъ капитала. Вѣдь князь-то не вернется. Исполни условіе,-- верну!

Карымовъ. Самъ прійдетъ. У меня письмецо и подпись въ карманѣ. Не уйдетъ!

Будрысовъ. Такъ -- такъ-то ты! Оставайся-же съ своимъ письмомъ. Чорта ты по нему возьмешь! Поди, сунься съ нимъ. (Уходитъ. Изъ толпы врывается сваха Кузьминишна).

Кузьминишна. Что купецъ, чего взялъ! Хотѣлъ безъ свахи обойдтись! Вотъ тебѣ и обѣдня! Хороша свадьба. Срамъ -- срамомъ! А я всю подноготную узнала и женишка твоего лучше тебя знаю. У Поликарповпы, гдѣ онъ живетъ, все вывѣдала и механику его раскрыла. Съ Поликарповной весь чемоданишко его перетрясла. Рвань -- рванью. Рубашонки цѣлой нѣтъ. Вотъ что господа почтенные! Духу княжескаго не видно. Солдатская шинель только у него. Бѣглый какой нибудь!

Гости. Вотъ скандалъ-то! Ну, притча! Экое посрамленіе!

Кузьминишна. Нѣтъ, купецъ, знай, безъ свахи не обойдешься, помни это! Теперь твою Клавдьюшку никто не возьметъ. Всё повѣдаю и про приказчика Сеньку.... разскажу! (На сторонѣ невѣсты раздается: Ахъ! сгубила!).

Карымовъ. Да ты что пристала, разоралась? Гнать ее метлой, Архипъ!

Кузьминишна. Все повѣдаю! Уйду, а всему міру оповѣщу,-- насидитесь вы съ Клавдьюшкой... Въ ноги будете мнѣ кланяться!

Купчиха. Батюшки! сгубила совсѣмъ! Говорили, безъ свахи нельзя!

Иванъ (въ дверяхъ). Ну, исторія!-- женихъ бѣжалъ, а въ кабинетѣ война идетъ.


(Изъ сосѣдней комнаты быстро выходятъ Ташкентцевъ и Уссурійцевъ съ фуражками,-- видимо, торопятся пройдти къ выходу; за ними толпа купцовъ, всѣ разгорячены).


Купцы и гости. Нѣтъ, такъ нельзя! Какая это игра! Это ужъ нечестно! Сила Кондратьевичъ, это что же! Схватили, что было на столѣ, да и драло! Держи ихъ!

Ташкентцевъ (въ дверяхъ). Господа! извините, намъ некогда. Спѣшимъ по казенной надобности. На курьерскихъ! (исчезаютъ. Всѣ остаются въ недоумѣніи).

Иванъ. Вотъ такъ бракъ, вотъ такъ обанкротили!


Сибирякъ.


"Восточное Обозрѣніе", No 34, 1885