# Лекция Г. Н. Потанина о трех народностях Восточной Азии

Григорий Николаевич Потанин

## ЛЕКЦІЯ Г. Н. ПОТАНИНА О ТРЕХЪ НАРОДНОСТЯХЪ ВОСТОЧНОЙ АЗІИ.


2-го мая, въ залѣ с.-петербургской городской думы, Г. Н. Потанинъ прочиталъ публичную лекцію о трехъ народахъ Восточной Азіи -- китайцахъ, монголахъ и тангутахъ, въ пользу комитета грамотности. Въ числѣ публики было довольно много сибиряковъ, а также и членовъ географическаго Общества. Обширная лекція посвящена была характеристикѣ племенъ, населяющихъ Китай. По словамъ путешественника, китайскій крестьянинъ скроменъ и выдержанъ. Воспитанные вѣковою дисциплиною, крестьяне всегда и всюду держатся прилично; даже въ толпѣ замѣтно, что она состоитъ изъ выдрессированныхъ людей. Трудно сказать, кто богаче живетъ -- русскій или китайскій крестьянинъ. Вслѣдствіе разности климата, быта, привычекъ и потребностей сравненіе здѣсь очень неудобно. Удовольствій у китайскаго крестьянина очень мало: трубка опіума и театральный балаганъ; общественныхъ собраній, гуляній онъ не знаетъ, развита лишь трактирная жизнь. Вообще, жизнь китайскаго общества отъ нижнихъ слоевъ до верхнихъ -- "какія-то демократическія будни".

Китайскія власти къ путешественникамъ относились очень почтительно, безъ всякихъ подозрѣній, постоянно оказывали содѣйствіе. Впрочемъ, предупредительность отчасти объясняется тѣмъ, что пекинскія власти во всѣ города Шаньсійской и Гансійской провинцій разослали по поводу экспедиціи г. Потанина бумаги съ подробными инструкціями; въ маленькихъ городахъ экспедицію встрѣчали даже съ помпой, съ пушечными выстрѣлами съ городскихъ стѣнъ; случалось, что спеціально для экспедиціи исправляли дороги и мосты. Любопытно, что мѣстныя власти боятся толпы и ея мнѣнія едва ли не болѣе, чѣмъ пекинскихъ правителей. Чтобы не возбудить лишнихъ толковъ въ публикѣ, Сивинскій правитель принималъ путешественниковъ въ публичной аудіенціи" на верандѣ кумирни, въ присутствіи генераловъ, важныхъ чиновниковъ и даже простой публики. Точно также одинъ чиновникъ не согласился принять отъ г. Потанина пожертвованіе на школу безъ того, чтобы при этомъ не присутствовала публика, иначе народъ могъ бы подумать, что русскій путешественникъ далъ больше, а мандаринъ часть скрылъ.

Переходя къ описанію монголовъ, г. Потанинъ замѣтилъ, что для Европы они менѣе интересны, чѣмъ китайцы; но для русскихъ Монголія во многихъ отношеніяхъ очень важна. На протяженіи нѣсколькихъ тысячъ верстъ она граничитъ съ нашимъ отечествомъ; въ Сибири живутъ сородичи монголовъ; черезъ Монголію проходятъ наши караваны въ богатыя провинціи застѣннаго Китая; наконецъ, исторія Монголіи связана съ нашей древней исторіей. Естественно, что за послѣдніе годы мы начали ближе интересоваться этою страною, ея настоящимъ состояніемъ и будущими судьбами. Русское имя извѣстно во всей Монголіи и Тибетѣ. Недовольство монголовъ китайскимъ правительствомъ не такъ сильно. Китайское правительство но вмѣшивается въ народную жизнь Монголіи, управленіе предоставляетъ ея собственнымъ князьямъ, не оскорбляетъ народныхъ обычаевъ и къ религіи относится съ самою широкою терпимостью. По сами монгольскіе князья злоупотребляютъ довѣріемъ китайскаго правительства, грабятъ народъ, предаютъ его китайцамъ и всякимъ пришлымъ людямъ. Вслѣдствіе этого въ массѣ постоянно живетъ недовольство, питающее мессіанскія легенды и надежды монголовъ. Но отъ этого, все-таки, мало терпятъ подданническія чувства монголовъ къ китайскому императору; онъ остается для нихъ выше всѣхъ нареканій. Монголы говорятъ, что императоръ желалъ бы дѣлать только добро и благодѣянія для народа, но онъ самъ народа не видитъ, а мандарины обманываютъ его.

Упомянутыя мессіанскія легенды распространены по всей Монголіи и связаны съ именами, кромѣ извѣстнаго завоевателя Чингисхана, князей и правителей, возмущавшихся противъ китайскаго императора. Но имъ нельзя придавать большаго значенія, такъ какъ онѣ происхожденія, вѣроятно, миѳическаго, а вовсе не возникали на почвѣ неудовлетворенности современною жизнью. Не преувеличивая русскаго вліянія, г. Потанинъ полагаетъ, что именно русскимъ, все-таки, суждено начать умственное возрожденіе монголовъ. Собственная же культура Монголіи заключаетъ въ себѣ очень мало элементовъ для возрожденія страны.

Третьей народности, тангутамъ, лекторъ отвелъ небольшую часть своего чтенія. Подъ именемъ тангутовъ извѣстны жители сѣвернаго Тибета, говорящіе особымъ нарѣчіемъ тибетскаго языка. Они дѣлятся на кочевыхъ и осѣдлыхъ; послѣдніе успѣшно занимаются земледѣліемъ. Въ культурномъ отношеніи народъ этотъ представляетъ удивительное явленіе. Съ одной стороны, богатые и многолюдные монастыри, съ роскошными и громадными постройками, монахи въ нихъ занимаются литературою, музыкою, искусствомъ и т. п., а рядомъ съ такими монастырями живутъ массы дикарей, влачащихъ самое скудное существованіе, помѣщающихся вмѣстѣ съ своимъ скотомъ. Тангутскіе монастыри -- очаги умственной жизни для всего ламайскаго міра. Въ заключеніе своей лекціи, г. Потанинъ ярко охарактеризовалъ бытъ тангутовъ и подробно познакомилъ съ особенностями тангутскихъ монастырей, съ образомъ жизни ламъ и т. п. Вообще лекція г. Потанина была полна интереса и вызвала шумные, вполнѣ заслуженные апплодисменты.


"Восточное Обозрѣніе", No 18, 1887