# Два стихотворения

Ялмар Прокопе

Мечтатель ("Мне снилось: посланник небес Гавриил..."). Перевод В. Ходасевича.

При устье речки ("Над речкой душа безмятежна..."). Перевод В. Брюсова.

## Ялмар Прокопе


Мечтатель

Мне снилось: посланник небес Гавриил

Явился мне ночью в сиянии крыл

И к Господу, в небо со мной воспарил.

И было два грана в чертогах покоя,

И Богу подобен, воссел высоко я,

И стал я всевидящ, взирая как Бог

На мир, у моих распростершийся нот.

И все я увидел в единственный миг --

С начала времен до свершения их:

В пустыне -- источника жизни кипенье,

Восточней востока, в стране зарожденья,

Где замок все солнца стоить;

И смерти предел я увидел воочью,

Где свету преграда положена ночью,

Где вечности сумрак царит.

И мир созерцал я со всем, что есть в нем,

Что дышит, что первым прозябло ростком,

И понял: огромен его окоем.

И в мире, что Бога воздвигла рука,

В разверстую вечность мелькали века,

Как ласточки, мимо, все мимо, легко, --

Их было число без конца велико.

Что было, что будет, я зрел в то и мгновенье --

До мира кончины от грехопаденья,

И все, что Зиждитель воздвиг, --

И был этот мир беспредельно велик.

Но вое же, когда я на мир тот взглянул,

И взор до пределов его досягнул,

Когда мне предстали все души, воя плоть, --

Спросил я: "Ужель это все, мой Господь?"

О, как мирозданье казалось мне мало,

Пред тем, что в мечте затаенно дремало!

Великого мира великий предел

Мечтою раздвинуть я все ж бы сумел.

Нет! Снова хочу я искать и томиться!

Где мир, что по воле моей воплотится --

С мученьем загадок, с границами тайны,

Безмерный, безвестный и необычайный?

Перевод В. Ходасевича.

При устье речки

1.

Над речкой душа безмятежна,

Под вербой и старой ольхою,

В тот час, когда сумерки нежно

Плывут к берегам синевою.

Как будто под парусам, лаской

Свежит ветерок, пролетая,

И тучки проходят, как сказка,

Над зеркалом водным мелькая.

И шум, в тростниках затаенный,

И ропот по камням певучий --

Сливаются в бред полусонный

В дрожанье березы плакучей.

И, слух преклоня, чуть стемнеет,

Чуть день убаюкает воды,

Я, кажется, -слышу, как реет

Дух Божий над лоном природы.

2.

Вот в зеркале вод остаются

Лишь бледные отблески света:

Ялмар Прокопе.

о нити последние рвутся,

Был сон, будет смерть без ответа...

Пульс речки как будто не бьется,

Струи незаметно движенье,

Но листик, что с зыбью несется,

Еще обличает теченье.

Вода этот листик колышет,

Вот быстро помчала, качнула...

Да! движется что-то и дышит,

Где замерло все и заснуло.

3.

Под солнцем ты плещешь так звонко,

Ты пляшешь весь день меж камнями,

Бежишь чрез луга вперегонку

С гурьбою детей, с пастухами.

Потом отстают молодые ...

Мужая, там льешься ты кротко,

Где арки висят мостовые,

Где грузно качается лодка.

Проходишь ты волости, села,

Вдоль, зеленью скрытых, калиток;

Что день, ты дорогой тяжелой

Проносишь свой водный избыток.

4.

Ты вся -- чистота и безгрешность:

Зеркальность твоя -- так прозрачна!

Но знаю: обманчива внешность,

На дне твоем жутко ии мрачно.

Там -- тина да ил; все отбросы

Ты тянешь с залива и с мыса;

К тебе, вдоль нагого откоса,

Во тьме пробирается крыса.

Но тины из глуби не хлещут

До гладей зеркально-чудесных,

И звезд не пятнают, что блещут,

Под вечер, меж тучек небесных.

Так занавес делить бесстрастно,

Что низменно в нас и высоко,

И оба сливаются ясно

В одно миротворное око.

5.

Чистейший напиток сквернится,

Плат белый становится грязным.

Чей рот слишком чист, чтоб склониться

К источникам мутным, с соблазном?

Кто должен в грязи по колено

И в подлости жить каждодневно,

Мирится с своей переменой,

Простясь с чистотою душевной.

Быть может, он к грязи привыкнет,

Но будет, в душе сбереженный,

Тайник, куда муть не проникнет,

Огнями небес озаренный!

6.

Ты, речка родная, близка мне!

Я видел, как, в облаке пены,

Крушила ты твердые камни,

Препятствием вставшие стены.

Меж рек не была ты титаном,

Альпийским потоком сердитым:

Но, карлик приниженным станом,

Ты мерилась мощью с гранитом!

Была ты равна исполинам

В боренье с громадой застылой,

Объята порывом единым,

Направя к победе все силы!

Так! Должно свое назначенье

И карлику знать, как титану!

Путь легок иль трудно теченье:

Их общая цель -- к океану!

7.

Вот дети, одетые бедно,

Пришли позабавиться к устью;

В руках их букетики -- бледны,

Цветы -- словно клонятся с грустью.

С черникой в корзинках и в кружках,

Блуждают средь ив по дорогам;

Блеск солнца на русых макушках,

Вот -- все, что даровано Богом!

Бродя у крестов наклоненных,

Где имя разыскивать -- тщетно,

Подходят, средь лип полусонных,

С ведерком к могиле заветной.

Там голос, печальный и строгий,

Звучит из глухого жилища

Во мгле: "Три проезжих дороги

Сошлись за оградой кладбища.

"По ним вы пойдете; не мало

Часов пронесется чредою;

Когда же, под вечер, устало

Придете к земному покою, --

"Увидите вход тот же самый,

Где дремлют десятки столетий,

И ласково, белы и прямы,

Кресты закивают вам эти!"

Перевод В. Брюсова.


-----------------------------------------------------------------------------


Источник текста: Сборник финляндской литературы / Под ред. В. Брюсова и М. Горького. -- Петроград: Парус, 1917. -- 490 с.; 21 см. -- С. 449--453.