# А. C - кий. Псевдо-Пушкин

Александр Сергеевич Пушкин

## Псевдо-Пушкинъ.


Въ недавно вышедшей январской книжкѣ новаго журнала "Полярная Звѣзда" напечатаны два стихотворенія: "На наводненіе 1824 г." и "Исповѣдь бѣднаго стихотворца", выдаваемыя за неизданныя произведенія А. С. Пушкина. Они взяты, какъ объясняетъ редакція, изъ альбома, который былъ составленъ въ пятидесятыхъ годахъ литераторомъ-диллетантомъ, вписывавшимъ въ него все, что ходило тогда въ рукописяхъ. Первое стихотвореніе можетъ принадлежать дѣйствительно Пушкину, хотя нѣтъ никакихъ основаній считать его навѣрное ему принадлежащимъ: и при жизни Пушкина, и послѣ смерти, съ его именемъ ходило множество стиховъ, написанныхъ вовсе не имъ, и считавшихся за его произведенія единственно потому, что они нравились публикѣ, а публика все то, что ей казалось изящнымъ или остроумнымъ, долгое время считала вышедшимъ изъ подъ пера непремѣнно Пушкина. Такъ, между прочимъ, Пушкину долго приписывалось стихотвореніе "Страдалецъ произвольной муки", принадлежащее въ дѣйствительности Ознобишину. Къ числу такихъ псевдо-эпиграфовъ принадлежитъ и второе стихотвореніе, напечатанное въ "Полярной Звѣздѣ" -- "Исповѣдь бѣднаго стихотворца." Оно ни по своему достоинству (очень посредственному), ни по употребленнымъ въ немъ выраженіямъ и формамъ не можетъ считаться произведеніемъ Пушкина, который, какъ извѣстно, тщательно обдумывалъ каждое слово и обдѣлывалъ каждую строчку въ своихъ стихахъ. Въ этомъ стихотвореніи мы читаемъ:


Стихотворецъ.


Кумировъ у меня бывало не одинъ.

Любилъ я золото и знатнымъ поклонялся,

Во всякой пѣсенкѣ я дѣвами плѣнялся,

Которыхъ и въ глаза, отецъ мой, не видалъ

Но тѣмъ не менѣе безбожно обожалъ.


Священникъ.


А имя Божіе?


Стихотворецъ.


Когда недоставало

Иль рифмы, иль стопы, то признаюсь бывало

И имя Божіе вклею въ упрямый стихъ.


Какой глаголъ надо подразумѣвать при словахъ священника: "А имя Божіе." Можно подразумѣвать только или "любилъ" или "обожалъ", но ни тотъ ни другой глаголъ, очевидно неподходитъ. Далѣе:


Священникъ.


А часто ль?


Стихотворецъ.


Да во всѣхъ элегіяхъ моихъ;

Тамъ можешь, батюшка, прочесть на каждой строчкѣ:

"Увы" и "се!" и "Ахъ, мой Богъ!" тире да точки... *)

*) Знаки препинанія мы оставляемъ въ томъ видѣ, какъ они находятся въ "Полярной Звѣздѣ."


Здѣсь мы встрѣчаемся съ логическою неправильностью: священникъ спрашиваетъ стихотворца, часто ли онъ употреблялъ въ стихахъ имя Божіе, и получаетъ въ отвѣтъ, что въ его стихахъ можно прочесть на каждой строчкѣ "увы" и "се."


Желая бѣдному страдальцу угодить,

Я оду сталъ ему торжественно твердить.


Конечно, вмѣсто "торжественно", надо читать "торжественну" (оду), иначе стихъ не имѣетъ достаточно удовлетворительнаго смысла. "Твердить оду" вмѣсто "читать оду" -- выраженіе совершенно неудачное, которое едва ли могъ бы употребить Пушкинъ; а что касается до "торжественну", то сколько извѣстно, Пушкинъ никогда не употреблялъ прилагательныхъ и причастій въ усѣченной формѣ.


Священникъ.


... да ты жъ прелюбодѣй,

Твои стихи...


Стихотворецъ.


Всѣ лгутъ! А на душѣ моей,

Ей Богу, я грѣха такого не имѣю.

По модѣ лишній грѣхъ взвалилъ себѣ на шею,

А вправду вымолвить, -- я сущій эпиктетъ --

Водой незамутимъ, предобренькій поэтъ.


Не говоря уже о томъ, что слово "предобренькій" употреблено, что называется, ни къ селу, ни къ городу, укажемъ на причастіе "не замутимъ", имѣющее усѣченную форму.


... я малый небогатый,

За деньги написалъ посланье длинновато.


"Длинновато" -- опять усѣченная форма. Можно бы указать еще на нѣсколько случаевъ не вполнѣ умѣстнаго употребленія словъ въ этомъ стихотвореніи, но полагаемъ, что и сдѣланныхъ нами указаній вполнѣ достаточно для того, чтобы признать его ложно приписаннымъ Пушкину.


А. C -- кій.


"Историческій Вѣстникъ", No 4, 1880


OCR Бычков М. Н.