# Иллюстрированный альбом к роману "Евгений Онегин" А. С. Пушкина

Александр Сергеевич Пушкин

Иллюстрированный альбомъ къ роману "Евгеній Онѣгинъ" А. С. Пушкина. 48 неизданныхъ рисунковъ академика Павла Петровича Соколова (1855--1860 гг.). Фототипіи К. А. Фишеръ. Москва, 1892 г. Изданіе В. Г. Готье. Цѣна въ переплетѣ или въ папкѣ 60 руб. Старое латинское изреченіе гласитъ, что и "книги "свою судьбу имѣютъ"..Слова эти какъ нельзя болѣе оправдались на лежащемъ передъ нами произведеніи уважаемаго нашего академика И. П. Соколова. Альбомъ рисованъ и законченъ въ пятидесятыхъ годахъ; начатъ онъ былъ по заказу Анненкова, издателя полнаго собранія сочиненій Пушкина. Анненковъ отъ изданія съ иллюстраціями отказался. Когда альбомъ былъ конченъ, отъ него приходили въ восторгъ всѣ, видѣвшіе его, въ кружкѣ А. С. Хомякова прозвали художника "творцомъ Татьяны", ректоръ академіи художествъ баронъ П. К. Клодтъ предложилъ свои средства на его изданіе. Но и на этотъ разъ ему не суждено было появиться въ свѣтъ -- "за неимѣніемъ хорошихъ граверовъ", какъ сообщаетъ академикъ Соколовъ. Оставленный авторомъ у одного московскаго пріятеля, вслѣдствіе ряда случайностей, альбомъ попадаетъ въ аукціонную продажу и исчезаетъ безслѣдно на многіе годы. И вотъ, наконецъ, черезъ 32 года, опять-таки совершенно случайно, видитъ его В. Г. Готье въ библіотекѣ "одной дамы, принадлежащей къ высшему московскому обществу", и получаетъ отъ нея согласіе воспользоваться заключающимися въ немъ рисунками для предположеннаго иллюстрированнаго изданія Евгенія Онѣгина. На согласіе собственницы альбома не даетъ еще права на изданіе произведенія неизвѣстнаго художника. А художникъ оставался неизвѣстнымъ, потому что заглавный листъ съ его именемъ былъ потерянъ. И вотъ "еще разъ г. Готье случай помогъ разыскать и утраченный заглавный листъ, на которомъ имѣется собственноручная помѣта: "1830--1860. Рисунки дѣлалъ Павелъ Соколовъ,-- у 1860". Поистинѣ, "habeant sua fata libeli",-- и судьба распорядилась лучше, чѣмъ могли бы это сдѣлать Анненковъ, баронъ Клодтъ, лучшіе худужники и лучшіе граверы въ мірѣ: никакая литографія, ни гравюра, ни иные прежніе способы воспроизведенія не могли бы передать въ точности (en faximile) карандашныхъ рисунковъ г. Соколова. Сдѣлать это могла только свѣтопись и, притомъ, достигшая той степени совершенства, какую мы видимъ въ работѣ московскаго фотографа К. А. Фишера. Вмѣстѣ съ рисунками воспроизведенъ текстъ Евгенія Онѣгина, писанный на тѣхъ же листахъ, на которыхъ нарисованы карандашомъ иллюстраціи. Къ сожалѣнію, альбомъ, все-таки, не полонъ, такъ какъ въ немъ недостаетъ, кажется, четырехъ листовъ, кѣмъ-то вырѣзанныхъ и неизвѣстна гдѣ находящихся. Къ розысканію ихъ издателемъ и всѣми, интересующимися этимъ изданіемъ, приняты всѣ мѣры съ тѣмъ, чтобы, въ случаѣ находки недостающихъ листовъ, пополнить ими изданіе. Конечно, недостающіе рисунки могли быть сдѣланы вновь тѣмъ же художникомъ. Но мы думаемъ, что г. Готье поступилъ совершенно правильно, давши публикѣ лишь то, что было рисовано 32 года назадъ подъ вліяніемъ молодого увлеченія дивнымъ произведеніемъ великаго поэта. Вновь нарисованное черезъ столь большой промежутокъ времени было бы "то же, да не то"... О достоинствѣ изданныхъ рисунковъ распространяться нечего послѣ вышеприведеннаго мнѣнія объ альбомѣ барона Клодта и цѣлаго кружка лицъ, близкихъ А. С. Хомякову. Довольно высокая цѣна альбома оправдывается, съ одной стороны, большою стоимостью на самомъ дѣлѣ образцоваго изданія, а, съ другой -- объясняется тѣмъ, что изданъ онъ въ 180 или въ 200 экземплярахъ на веленевой бумагѣ. Болѣе дорогіе экземпляры (на японской бумагѣ) уже всѣ распроданы по подпискѣ до выхода въ свѣтъ альбома.


"Русская Мысль", кн.VII, 1892