# Общественное движение в России при Александре I. А. Н. Пыпина. Издание второе, пересмотренное и дополненное. Спб., 1885

Александр Николаевич Пыпин

Общественное движеніе въ Россіи при Александрѣ I. А. Н. Пыпина. Изданіе второе, пересмотрѣнное и дополненное. Спб., 1885 г. Историческіе очерки г. Пыпина,-- какъ скромно называетъ авторъ свою книгу,-- принадлежатъ въ лучшимъ историческихъ сочиненіямъ въ нашей литературѣ. Г. Пыпинъ такъ характеризуетъ царствованіе, избранное имъ для въ высшей степени поучительнаго изслѣдованія: "Въ общемъ историческомъ ходѣ русскаго образованія и общественной жизни этотъ періодъ не представляетъ никакихъ особенно замѣтныхъ измѣненій: одни и то же традиціонныя начала продолжали играть въ жизни господствующую роль, неограниченная опека государства продолжала тяготѣть надъ общественною мыслью, масса націи продолжала оставаться въ своемъ давнишнемъ пассивномъ застоѣ; но въ томъ движеніи, понятій, которое, тѣмъ не менѣе, совершалось въ образованномъ слоѣ и подготовляло новыя основанія общественной жизни въ будущемъ, этотъ періодъ представляетъ большую своеобразность характера и. направленія". Началось это царствованіе конституціоннымъ проектомъ самого императора и его друзей, а кончилось въ правительствѣ реакціей, въ обществѣ -- декабрскимъ движеніемъ. "Въ такихъ обществахъ, каково русское, личность правителя имѣетъ вообще несравненно больше значенія, чѣмъ то бываетъ въ обществахъ, владѣющихъ политическою свободой и большею степенью образованности". Но даже геніальные правители подчиняются условіямъ мѣста и времени. Что касается Императора Александра Павловича, то "онъ сначала даже пугался того положенія абсолютнаго самодержца, которое ему принадлежало, и обнаруживалъ явную антипатію въ особеннымъ свойствамъ русской верховной власти; но жизнь сдѣлала свое и среди всѣхъ своихъ либеральныхъ намѣреній онъ окончилъ деспотизмомъ". Трудность положенія и нерѣшительность характера привели императора къ этому печальному результату.

"Возвращаясь къ тѣмъ временамъ,-- говоритъ г. Пыпинъ.-- и вспоминая тогдашніе интересы, борьбу мнѣній, начинавшееся столкновеніе двухъ порядковъ жизни, стараго и новаго, мы найдемъ новое подтвержденіе законности тѣхъ современныхъ стремленіи къ общественному преобразованью, которыя и до сихъ поръ остаются непонятны для большинства и на которыя съ такою щедростью бросаютъ свои клеветы ретроградные агитаторы". Въ живомъ и обстоятельномъ очеркѣ г. Пыпинъ говоритъ затѣмъ о воспитаніи и характерѣ Александра I, о планахъ преобразованій въ первые годы его царствованія, о дѣятельности Сперанскаго, о Карамзинѣ, о переходномъ времени, наступившемъ послѣ 1812 года, и о движеніи умовъ въ послѣдніе годы жизни императора. Въ библіографической замѣткѣ мы можемъ лишь указать на богатое содержаніе книги г. Пыпина и привести нѣкоторые изъ его выводовъ. "Либеральное направленіе,-- говоритъ авторъ,-- созрѣвшее къ концу этого періода, не осталось отрывочнымъ фактомъ въ нашей внутренней исторіи. Напротивъ, оно бросило прочные корни въ общественномъ сознаніи. Люди, представлявшіе либеральное движеніе, испытали трагическую судьбу въ катастрофѣ 1825 года: противъ либерализма было направлено суровое преслѣдованіе; цѣлое поколѣніе исчезло изъ общества, но идеалы его остались достояніемъ мыслящихъ людей и продолжали жить и развиваться въ ихъ средѣ". Несмотря на всевозможныя неблагопріятныя условія, царствованіе Александра II нашло уже почву достаточно подготовленною для общественныхъ преобразованій. "Возвратившіеся декабристы должны были увидѣть исполненіе многихъ желаній, которыя они питали въ свою молодую пору. Два далекихъ одно отъ другаго поколѣнія и два далекихъ періода сближались въ новыхъ явленіяхъ, совершившихся въ русской жизни. Освобожденіе крестьянъ, судебное преобразованіе, возникновеніе земской самодѣятельности, начатки свободной печати были историческою нитью, которая связывала съ нашимъ временемъ этихъ людей начала столѣтія. Исторія признаетъ за ними заслугу общественно-политическаго пониманія, которое указывало имъ эти и другіе вопросы нашего внутренняго развитія; немногіе представители освободительныхъ идей въ свое время, они мало могли сдѣлать для ихъ практическаго осуществленія, но они приготовляли будущее, потому что вызывали вниманіе къ нуждамъ народа, указывали на средства общественнаго преобразованія и, наконецъ, своимъ нравственнымъ мужествомъ въ тяжелыхъ испытаніяхъ давали примѣръ искренности и глубины убѣжденія".

Въ приложеніяхъ къ книгѣ г. Пыпина напечатанъ, между прочимъ, чрезвычайно интересный текстъ Законоположенія Союза Благоденствія. Немного найдется въ нашей исторической литературѣ сочиненій, въ равной мѣрѣ поучительныхъ съ историческими очерками общественнаго движенія при Александрѣ I. Первое изданіе книги г. Пыпина пятнадцать лѣтъ тому назадъ вызвало вполнѣ заслуженное вниманіе. Новое изданіе, несомнѣнно, вызоветъ столь же сочувственное отношеніе со стороны образованной части нашего отечества и принесетъ весьма значительную пользу нашему общественному самосознанію.


"Русская Мысль", кн. I, 1886