# Мистер Пиквик о коммунизме

Карл Бернгардович Радек

Великолепная сатира Бернарда Шоу на английский социализм.

С приложением письма Бернарда Шоу в редакцию Известий ЦИК СССР.

Карл Радек. Портреты и памфлеты. Том первый

Государственное издательство "Художественная литература", 1934


## МИСТЕР ПИКВИК О КОММУНИЗМЕ


ВЕЛИКОЛЕПНАЯ САТИРА БЕРНАРДА ШОУ НА АНГЛИЙСКИЙ СОЦИАЛИЗМ


Редакция "Известий" обратилась к Бернарду Шоу с просьбой высказаться по поводу англо-советских отношений после падения лейбористского правительства. Редакция "Известий" обратилась к Бернарду Шоу, как к искреннему другу Советской России, очевидно, упустив из виду, что он одновременно является одним из лучших сатириков мира. Итак, получился ответ {См. приложение No 1, стр. 323.}, одинаково ценный и с политической, и с литературной стороны. Бернард Шоу -- первоклассный сатирик не только тогда, когда он направляет свои стрелы против филистерства и ханжества английской буржуазии. Он оказался прекрасным сатириком и в своем ответе, в котором бичует убожество мысли, филистерство, национальную ограниченность лучших людей английской мелкой буржуазии.

Поместив свою сатиру в "Дейли Геральд", органе английской лейбористской партии, и желая ее вполне замаскировать, Бернард Шоу высказал опасение, что "Известия" не решатся перепечатать его "статью". Редакция "Дейли Геральд", давая ее полностью, доказала, что автор великолепно умеет мистифицировать читателей; но мы убеждены, что этот номер "Дейли Геральд", попав в руки более интеллигентных читателей, сразу разоблачил умысел блестящего сатирика и заставил публику сердечно посмеяться над г-ном Гамильтоном Файф, редактором "Геральда". Новая сатира г-на Бернарда Шоу стоит в десять раз выше "Святой Иоанны", ибо она имеет своей темой не религиозные предрассудки средневековья, а животрепещущие вопросы действительности. Говорят, что Бернарду Шоу очень не понравилась постановка "Святой Иоанны" в Камерном театре. Надеюсь, что я лучше схватил его идею, чем режиссер Таиров.


Бернард Шоу о комедии рабочего правительства Макдональда в Англии


Бернард Шоу начинает свою сатиру с утешения по адресу Советской России: "Не бойтесь Болдуина и Чемберлена, не бойтесь консервативного правительства, это -- деловые ребята. Макдональд не решился даже заглянуть за забор, деляга Болдуин и лошадь украдет. Макдональд не решился дать Советской России займа, не решился по-настоящему договориться с ней. Если на Болдуина нажмут экономические факты, то он окажется достаточным "марксистом", чтобы сделать все политические выводы. Укрепляйте только экономические сношения Советской России с остальным миром, подождите, и Магомет сам придет к горе.

Разве можно себе представить более остроумную сатиру на английское лейбористское правительство, чем та, которая вышла из-под пера Бернарда Шоу? Представьте себе -- Бернард Шоу, член рабочей партии, друг Макдональда, выходит и говорит английским рабочим: сближение с Советской Россией является одним из центральных вопросов мира, одним из центральных вопросов международного пролетариата. К счастью, экономические интересы английской буржуазии требуют укрепления сношений с Союзом Советских Республик. Макдональд и рабочее правительство могли бы принять бой по этому вопросу, если бы только у них хватило смелости. И что же -- они растерялись, струсили перед каморрой чиновников министерства иностранных дел и профессиональных отравителей общественного мнения из желтой печати. Болдуин, может быть, посмеет украсть лошадь,-- но эти трусы, которые не смеют даже заглянуть за забор, как же они могут вести вас на бой за освобождение от ига капитализма? Ведь тогда придется заглядывать не только за забор, но и за баррикады.

По первому дару можно узнать гениального сатирика.


Про Моисея, Маркса, Уэллса и английских чудаков


Показав одним движением бровей, куда он собирается направлять свои стрелы, г-н Бернард Шоу пытается дать нам картину мировоззрения английской, с позволения сказать, социалистической интеллигенции. Он говорит нам: если вы хотите понять, откуда у нас берутся Макдональды, то посмотрите, откуда эти господа черпают свое мировоззрение.

"Вот вы, русские большевики, вы воспитывались на Марксе и Энгельсе. Маркс и Энгельс жили в Англии еще в эпоху до-империалистическую, когда английская империя не была так велика, как сегодня, когда капитализм делал свои первые шаги. Бедняга Маркс, не имея денег на почтовые марки, не имея денег на покупку газет, изучил в Британском музее всю историю капитализма, всю историю Англии, всю историю английской внешней политики. Не было такого английского экономиста, которого бы он не знал, не было такого английского философа, которого бы он не изучал, не было такой тайны английской иностранной политики, в которую бы он не проник.

У него были рваные штаны, он не мог ходить на файв-о-клоки к свободомыслящим бабам обоего пола английского общества, но в тишине своего кабинета он разузнавал все тайны капитализма и первой капиталистической державы. А Энгельс, принужденный заниматься коммерцией, изучил не только биологию, но и анатомию капиталистической Англии, и помогал своему великому другу в изучении всех подробностей механизма -- великого аппарата эксплоатации мира -- английской империи. А что поняла из Маркса и Энгельса английская, так называемая социалистическая, так называемая интеллигенция? Гайндман пытался сделать из великого учения Маркса какой-то сборник мертвых рецептов, поваренную книгу революции, но не сумел связаться с живой работой масс. А Макдональды и Сноудены? Они нащупали живую струю английского рабочего движения,-- но что же они могли внести в нее, кроме буржуазной мути? Имея за собой труд жизни Маркса, они учились экономике у Маршала и Джона Стюарта Милля, который рассказывал, что конкуренция убьет монополию; они учились социологии у Спенсера, последнего потомка Робинзона Крузо, а философии у попов,-- что же из этого получилось? Сегодня г-н Уэллс считается у этих людей великим мыслителем, потому что состряпал историю человечества от питекантропа до Макдональда. Большой том, в нем есть все -- и про каменный век, и про великого Могола, и про королеву Викторию. Но какую же науку дает человечеству этот историк, состряпавший великолепное месиво из селедки, сбитых сливок и шотландского виски? "Маленький" Коммунистический Манифест на 20 страничках дал историю человечества, не только ту, которая была, но и ту, которая будет, дал боевой клич человечеству, осветил прожектором всю будущую его историю. Вы, большевики, держа в руках факел Маркса, сумели увидеть, как конкуренция рождает монополию, как обостряются классовые противоречия, как они приводят к мировой войне и к мировой революции. А все эти МакДональды и Сноудены, вооружившись книгами Уэллса, своими руководствами конструктивного социализма и с крохоборческими тетрадками фабианцев подмышкой, ожидали смягчения классовых противоречий, врастания капитализма в социализм, эры мира, проникновения либерализма социализмом. Когда пришла мировая война, они испугались грохота орудий, проливали слезы над пролитой кровью, не умея научить рабочих, как скинуть ярмо класса, который бросил английский и мировой пролетариат в пасть войны, который гнал уэльских углекопов к пустыням Кут-эль-Амара, к могилам Галлиполи, к лесам Архангельска и тундрам Сибири. Часть их, более испугавшаяся войны, проливала слезы, другая же, больше испугавшись революции, бросилась на колени перед Молохом и сама приносила ему жертвы. Я. Бернард Шоу, Маркса не изучал, но вы помните, как я разоблачал войну в моих "Героях"? Если вы думаете, что я писал только про болгаро-сербскую войну, то прочтите мои статьи в начале войны "О британском льве над пропастью" или мой памфлет перед Версальской конференцией... А они ничего не поняли! Смеются над Марксом, как над чудаком эпохи королевы Виктории, и не понимают, что смеются над собой. Г-н Уэллс написал книгу "Мистер Бритлинг и война", а он мог ведь написать еще лучшую -- "Мистер Пиквик, социализм и война". Эти чудаки, эти трусы мысли и герои фразы, они смеются над вами, молодыми английскими коммунистами, которые хотят овладеть единственным оружием, способным убить английскую буржуазию,-- и, называют вас русскими курсантами! Ослы, они не понимают, что всю жизнь были только учениками воскресных школ английской буржуазии".

Все это говорит Бернард Шоу с неподражаемым искусством. Автор делает самого себя героем мещанско-социалистической комедии ошибок, он говорит от имени интеллигентского английского филистера и высказывает последнюю его мысль так ярко, как никогда не сможет ее Уэллс, которые даже тогда трусят, когда высказывают сформулировать никакой Макдональд, Сноуден, Уэбб и свои трусливые мысли.


Факты, которые существуют и которые не должны существовать


После этой искрящейся брильянтами юмора сатиры на мировоззрение "социалистической" интеллигенции Англии, Бернард Шоу дает в новой постановке картину, которую часто развертывает в своих сатирах. Бернард Шоу -- ирландец, и поэтому он лучше, чем кто-либо другой в Англии, знает и высмеивает английский эгоцентризм, иными словами, английскую способность считать себя пупом вселенной, не иметь никакого отношения к внешнему миру и требовать, чтобы внешний мир имел только одно отношение к Англии, а именно -- отношение поклонника и раба. В одной из своих драм Бернард Шоу выводит молодого англичанина из хорошей семьи, который после окончания университета отправляется путешествовать по Европе. Как известно, молодой англичанин из хорошей семьи, садясь к столу, надел бы фрак, даже если бы попал на необитаемый остров и обедал один. Но на корабле, садясь за обед с немцами, он садится в пиджачке. На вопрос своего гувернера, почему он не придерживается добрых английских обычаев, молодой человек заявляет: "Ведь я буду обедать с иностранцами". Остроумнейший австрийский писатель и политик Пернерсдорфер рассказывает, что однажды на Дунае встретил молодую англичанку и, как галантный человек, предложил ей свои услуги, мотивируя это тем, что она, как иностранка, наверное нуждается в помощи. Бойкая английская мисс ответила ему: "Как, я -- иностранка? Нет, вы -- иностранец". Раз Англия есть пуп и средоточие мира, то все прочие, к ней не принадлежащие, являются иностранцами. Англичанин же нигде и никогда не бывает иностранцем. Однажды меня навестил молодой, но очень .толковый английский дипломат, который долго жил в России и вообще бывал за границей. Он удивлялся тому, что надо брать пропуск для прохода в Кремль, а Кремль, как известно, местопребывание нашего правительства. Когда я спросил его, смогу ли я попасть в Букингэмский дворец или на Даунинг-стрит прямо с улицы, без всякого разрешения, он посмотрел на меня непонимающими глазами: как можно сравнивать то, что полагается в королевском дворце в Англии или в здании английского правительства, с тем, что требуется в Кремле? Для англичан существует два рода фактов: те, которые существуют в Англии, и те, о которых известно, что они существуют где-то в других странах. Перед английскими фактами, будь это хотя бы дурацкий парик представителя палаты, надо преклоняться, все прочие факты надо считать несуществующими. Если же они хотят существовать, то пусть падут на колени перед многоуважаемыми английскими фактами, и тогда, может быть, будут милостиво замечены. И вот Бернард Шоу всю жизнь бичевал и высмеивал этот английский рабовладельческий нрав, воспитанный веками. В своем письме в "Известия" он хочет доказать, что и английская так называемая социалистическая интеллигенция так же, как и вся английская буржуазия, заражена великодержавной высокомерностью и тупостью. Как интересно он ее разоблачает!

Шоу от ее имени говорит по адресу Советского союза и Коммунистического Интернационала: "Господа русские коммунисты, бросьте вы Коминтерн, ведь это -- вздор из кинематографа. Какая вообще возможна мировая революция?

Вы сделали революцию в громаднейшей стране, но этот факт весит меньше, чем неудовольствие, вызванное вашей революцией у английских лордов! Как же вы хотите жить, если наши лорды не благоволят на это согласиться? В интервенции сплоховали, не задушили вас. Но не убили пулей, так убьют фунтом. Не рыпайтесь, смиритесь, подчинитесь. Перестаньте путаться с разными Коминтернами и ведите себя, как приличные люди. Что? Вы говорите, что Коминтерн не имеет ничего общего с Советским правительством? Ну, хорошо, в этом не разберешься,-- но зачем вам даже частным порядком путаться с Коминтерном, ведь это не серьезное дело -- мировая революция... бросьте рассказы из старых романтических памфлетов или сенсационных кино. Вы говорите о революции в Китае, говорите, что 400 миллионов людей выходят на широкий исторический путь, потрясают мир; да, об этом болтал даже наш ученый Бертран Рессель и наш умница Уэллс, но писатель пописывает, читатель почитывает. Наши лорды, кроме некоторых выродков, ничего не читают, поэтому мировая революция их не касается. Разве мы не держим в повиновении 300 миллионов индусов? Придет время -- запретим и китайскую революцию. Вот -- египтяне затеяли штуку, хотели доказать английскому империализму, что существует египетская революция. Чем это кончилось? За одного английского офицера им пришлось уплатить 5 миллионов рублей, хотя офицер этот даже не был лордом. Вдобавок, потеряли Судан,-- вот что им досталось от революции. Существуют только английские факты, факт английского могущества, все прочее -- чепуха, романтика и кинематограф. Реальный политик не считается с романтическими бреднями, но ползает на брюхе перед английским империализмом".

Читатель подумает, что тут сатирик Бернард Шоу несколько преувеличил? Ничуть не преувеличил. Вся английская так называемая "социалистическая" интеллигенция воспитана в преклонении перед английским империализмом. Она чтит его даже тогда, когда думает, что с ним борется. Мне приходилось воевать с приятелем г-на Бернарда Шоу, г-ном Макдональдом, на известной конференции трех Интернационалов. Когда он выдвинул там программу освобождения русских окраин, как социалистическую программу, и я его спросил, почему он забыл Египет и Индию, он публично ничего не ответил, но за обедом признался, что англичанину очень трудно освободиться от мысли, что то, что лежит в английском животе, лежит хорошо. Придя к власти, г-н Макдональд начал умножать пищу для английского живота, забрасывая удочку в Южную Персию и подготовляя интервенцию в Китае. Нет, Бернард Шоу совсем не преувеличил. Его сатира бьет прямо в глаз кругов английской социалистической интеллигенции, воспитывающих английский пролетариат в глубочайшем почтении к английскому империализму.


Коммунизм для миллионеров


Бернард Шоу написал когда-то памфлет под заглавием "Социализм для миллионеров", теперь он его повторяет в своем остроумнейшем ответе "Известиям", выступая от имени английской социалистической интеллигенции: русская революция или преклонится перед английским империализмом и отвернется от мировой революции, или... будет иметь такое влияние на своих "западно-европейских друзей", какое имеет Мадагаскар на русскую революцию. Пусть читатель присмотрится, как великолепно Бернард Шоу подражает всему ханжеству английской буржуазии. Когда в английском парламенте один депутат хочет сказать другому, что тот стащил серебряные ложки и дал себя подкупить, то всегда начинает свою речь с обращения к своему "многоуважаемому другу". Г-н Бернард Шоу приказывает своим Макдональдам и Сноуденам выступать в качестве друзей Советской России, хотя великолепно знает, что они ненавидят Советскую Россию больше, чем капитализм. А чего стоит его сатирическая идея коммунизма для миллионеров, идея, что можно создать такой коммунизм и такую Советскую Россию, которая была бы приятна г-ну Керзону? Тут Бернард Шоу поднимается до высот великого Свифта. Помните "Письма суконщика" Свифта? В его время в Ирландии миллионы детей погибали от голода. Как им помочь? Если бы Свифт просто закричал: "Спасите ирландских детей!", то воззвание его быть может было бы прочтено несколькими сентиментальными английскими дамами. Но гениальный сатирик Свифт написал памфлет, в котором доказывал, что очень убыточно позволять гибнуть миллионам детей! Он высчитал, сколько будет стоить подкормить их до семи лет" потом зарезать и вывезти их мясо в соленом виде. Еще сегодня, когда читаешь его памфлет, дрожь пробегает па телу. Бернард Шоу не мог сказать своим тупоумным мещанам: русские рабочие и крестьяне сделали первый шаг в царство труда, в великую новую историческую эпоху, на них нажимает английский империализм, но во всем мире медленно и непрерывно растут силы рабочего класса; передовые рабочие мира неуклюже учатся по русским шпаргалкам азбуке своего освобождения. Ничего,-- они сначала будут подражать русской революции, потом научатся делать ее сами. Английский империализм -- твердыня мирового капитализма -- трещит по всем швам, даже народы Азии и Африки охвачены движением. Пусть русские коммунисты считаются с реальностями сегодняшнего дня, но пусть уповают на реальности завтрашнего. Английский империализм хочет их задушить, мы им поможем, для этого надо бороться с предательством, тупоумием и лакейством Макдональдов, Сноуденов, Уэббов... Шоу не мог говорить таким языком -- его воззвание не напечатал бы "Дейли Геральд". Поэтому он, как Свифт, прибег к сатире, и в своем лице дал облик тупоумного английского интеллигента-социалиста, чтобы сказать: смотрите, вот как выглядят те, которые хотят выступать в качестве вождей английского пролетариата!

Пост-скриптум. Социал-демократическая печать всех стран, забыв, что имеет дело с гениальным сатириком, приняла всерьез то, что Шоу говорит от своего имени. Я в это не поверил ни на один момент. Но если бы это было так, то это бы только увеличило художественную ценность произведения Бернарда Шоу. Самые лучшие шутки -- невольные шутки, самая гениальная сатира -- это авто-сатира, когда сам автор не понимает, что пишет страшную сатиру. Такие случаи редки в литературе, но они -- самое ценное изображение эпохи. Нам было бы жаль политика Шоу, если бы утверждение социал-демократической печати отвечало действительности, но как сатирический документ его письмо от этого только выиграло бы...

25 декабря 1924 г.


ПРИЛОЖЕНИЕ No 1


ПИСЬМО БЕРНАРДА ШОУ В РЕДАКЦИЮ ИЗВЕСТИЙ ЦИК СССР


Дорогой сэр!

Боюсь, что для "Известий" невозможно опубликовать мое мнение о положении, создавшемся после отказа от англо-русских договоров. Я могу лишь сказать, что, в конце концов, экономика должна взять перевес над политикой (как вы согласитесь, это есть здоровый марксизм), и вполне возможно, что советское правительство получит в результате лучшие условия как относительно торгового договора, так и относительно гарантированных займов, лучшие, чем те, которые посмело предложить ему бывшее рабочее правительство. Английская поговорка гласит: "Одному удается украсть лошадь, а другой не решается и посмотреть через забор.". Под давлением экономической необходимости торговли с Россией торийское правительство, очень возможно, украдет лошадь, тогда как Макдональд еле решился взглянуть через забор. Поэтому я советую Советам выжидать неизбежного в духе марксистского фатализма и тем временем со всей энергией развивать внешнюю торговлю России во всех возможных направлениях.

Однако я должен присовокупить,-- здесь мое мнение может поставить "Известия" в затруднительное положение,-- что Советское правительство хорошо сделало бы, если бы как можно скорее отмежевалось от III Интернационала и ясно сказало м-ру Зиновьеву, что он должен окончательно сделать выбор между серьезной государственной деятельностью и детскими бессмыслицами для кино, раз Советское правительство должно отвечать перед Европой за его поступки; эти последние в противном случае сделают положение м-ра Раковского здесь почти невозможным. Я имею в виду не подложное письмо, а нечто гораздо более важное. Устав III Интернационала был в переводе опубликован в лондонской газете "Тайме", и сквозящие в нем на каждой строке мещанский идеализм и детское незнание людей и вещей нанесли серьезный удар английским друзьям Советов. С точки зрения английских социалистов члены III Интернационала не знают даже элементарнейших основ своей работы, как социалистов; и идея, что мир должен принимать приказы от горсти русских новичков, которые, очевидно, приобрели свои знания современного социализма, сидя у камина своего кабинета и читая памфлеты либеральных революционеров 1848--1870 гг.,-- эта идея ведет к тому, что даже лорд Керзон и министр Вннстон Черчилль должны казаться крайне современными людьми в сравнении с ними. Пока Москва не научится смеяться над III Интернационалом и не станет на ту точку зрения, что везде, где социализм является живой силой, а не мертвой теорией, он оставил Карла Маркса так же далеко позади, как современная наука оставила Моисея, до тех пор не будет ничего другого, кроме недоразумений; дюжина самых ничтожных чудаков в России будет вести торжественную переписку с дюжиной самых ничтожных чудаков в Англии, и те и другие убежденные в том, что они -- пролетариат, революция, будущее, Интернационал и бог весть что еще.

Я говорю на основании опыта. Ибо теперь не впервые возникают такие международные недоразумения. После смерти Маркса Фридрих Энгельс годами держал германских социал-демократов вчуже от действительных, реальных английских социалистов, потому что он не в состоянии был понять, что он и Маркс, два старых человека, живших в самой ревнивой изоляции от всех независимых мыслителей, были оставлены за бортом и позади именно тем движением, которое они сами создали. Прошло почти десять лет, пока Либкнехт и Бебель пробудились к пониманию действительной ситуации. Она заключалась и заключается в том, что живой центр английского социализма был в обществе Фабиев и в Независимой Рабочей Партии, а не в подгородней буржуазной вилле, в которой второй из обоих великих жрецов Коммунистического Манифеста жил в полном политическом одиночестве. Попытка м-ра Зиновьева продолжать эту меланхолическую традицию устраняет его от политики. Быть может, его забавляет мечта, что он и полдюжины его марксистских соратников создают "железную организацию", которая немедленно возьмет Европу в свои клещи. Однако, на самом деле все его поступки делают русский коммунизм смешным и поставляют документы, оказывающие величайшую помощь реакции при каждых общих выборах. Даже столь сильный ум и характер, как Ленин, был так парализован! суеверием, что, когда м-р Уэллс высмеял марксистские идолы в Москве, это показалось ему, Ленину, не использованием элементарного права критики свободомыслящим человеком, а просто кощунством против божественного авторитета, который он, Уэллс, в своей "мелкобуржуазности" не в состоянии был оценить. А в таком случае разве можно надеяться на правильную оценку для м-ра Сиднея Вебба, другого английского писателя, который пошел гораздо дальше Маркса, или для м-ра Рамсея Макдональда, или, если позволено сказать мне, и для моей персоны.

Я бью тревогу, потому что Советское правительство должно считаться с реальными фактами Запада, если не желает стать главным оплотом капиталистического империализма в Европе. <испорчено> М-р Зиновьев и его III Интернационал не намерены <испорчено> английские выборы в интересах капиталистов и подарить Судан Британской империи и реку Нил суданскому хлопковому синдикату: однако именно это они сделали своим неуместным литературным романтизмом, который нашим правящим классам весьма удобно брать будто бы всерьез. Если это будет продолжаться и Советское правительство тоже будет заявлять, что берет это всерьез, или же: что еще хуже, действительно будет брать это всерьез, то рушится всякая надежда на солидарность между социализмом Западной и Восточной Европы, и нам придется итти в Англии своей дорогой, считаясь с политикой Москвы не более того, чем Москва считается с политикой Мадагаскара.


Преданный вам Г. Бернард Шоу.