# Политическая и общественная хроника

Эли Реклю

Плодотворная деятельность прогрессивного английского министерства.- Вопрос об эмиграции рабочих, поднятый в английском парламенте.- Выгоды эмиграции для стран, куда она направляется и невыгоды для местностей, откуда она идет.- Проект колонизации в своей стране.- Поземельная реформа в Ирландии.- Прения в северо-германском рейхстаге по поводу предложения об уничтожении смертной казни.- Положение этого вопроса в некоторых европейских государствах.- Слухи о всеобщей европейской войне.- Затруднительное положение австрийского правительства.- Протест против новейшей цивилизации, выразившийся в созвании римского собора.- Католицизм прогрессирует на свой лад.- Либералы и ретрограды на римском соборе.- Либералы негодуют, а приверженцы папизма усугубляют свое рвение.- Догмат о непогрешимости папы.- Французское вмешательство.- Твердость папы Пия IX и иезуитской клики,- Непогрешимость паны есть звено, которым католицизм заканчивает свое развитие.- Конвенционная разменная монета.- Скандал по поводу неправильного выпуска меньшепробной монеты папским правительством.- Поворот к политике орлеанистов и к господству буржуазии во Франции.

## ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ ХРОНИКА.


Плодотворная дѣятельность прогрессивнаго англійскаго министерства.-- Вопросъ объ эмиграціи рабочихъ, поднятый въ англійскомъ парламентѣ.-- Выгоды эмиграціи для странъ, куда она направляется и невыгоды для мѣстностей, откуда она идетъ.-- Проектъ колонизаціи въ своей странѣ.-- Поземельная реформа въ Ирландіи.-- Пренія въ сѣверо-германскомъ рейхстагѣ по поводу предложенія объ уничтоженіи смертной казни.-- Положеніе этого вопроса въ нѣкоторыхъ европейскихъ государствахъ.-- Слухи о всеобщей европейской войнѣ.-- Затруднительное положеніе австрійскаго правительства.-- Протестъ противъ новѣйшей цивилизаціи, выразившійся въ созваніи римскаго собора.-- Католицизмъ прогрессируетъ на свой ладъ.-- Либералы и ретрограды на римскомъ соборѣ.-- Либералы негодуютъ, а приверженцы папизма усугубляютъ свое рвеніе.-- Догматъ о непогрѣшимости папы.-- Французское вмѣшательство.-- Твердость папы Пія IX и іезуитской клики,-- Непогрѣшимость паны есть звено, которымъ католицизмъ заканчиваетъ свое развитіе.-- Конвенціонная размѣнная монета.-- Скандалъ по поводу неправильнаго выпуска меньшепробной монеты папскимъ правительствомъ.-- Поворотъ къ политикѣ орлеанистовъ и къ господству буржуазіи во Франціи.


Замѣчательное событіе! Въ Англіи, въ классической странѣ selfgovermnent'а (самоуправленія), гдѣ населеніе всегда такъ ревниво охраняло права отдѣльной личности и съ такимъ постояннымъ упорствомъ ратовало за невмѣшательство правительства въ дѣла, подлежащія вѣденію самого общества,-- въ этой самой Англіи теперь, кажется, всѣ готовы примириться съ доктриною даровою и обязательнаго народнаго образованія. Министръ Форстеръ представилъ въ палату билль въ этомъ смыслѣ и можно надѣяться, что онъ будетъ принятъ, по крайней мѣрѣ, въ главныхъ основаніяхъ. Правда, проектъ новаго закона заключаетъ въ себѣ серьезные недостатки, онъ далеко не такъ рѣшительно, какъ бы это слѣдовало, разрываетъ со стариной, но тѣмъ не менѣе уже самое признаніе необходимости дарового и обязательнаго обученія составляетъ громадный шагъ впередъ. Правда, нельзя по согласиться съ справедливостію нападокъ на билль "національной реформистской лиги народнаго образованія", утверждающей, что новый законъ оставляетъ слишкомъ много правъ за приходскими училищными комитетами и, такимъ образомъ, открываетъ широкое поле произволу лорда или приходскаго священника, отъ фантазіи которыхъ будетъ зависѣть ввести или нѣтъ обязательное обученіе, отпускать просвѣщеніе даромъ или назначатъ за него опредѣленную плату. Лига возстаетъ также противъ произвольной власти, какою облечены совѣты въ отношеніи религіознаго обученія; она находитъ ненормальнымъ предпочтеніе, оказываемое англиканской церкви: всѣ вѣроисповѣданія несутъ одинаковыя государственныя повинности, слѣдовательно должны пользоваться одинаковыми правами. Эти замѣчанія совершенно справедливы, но также справедливо и то, что общественное мнѣніе въ Англіи одержало значительную побѣду. Наука преобразовываетъ міръ. Уже и теперь, -- а тѣмъ болѣе въ близкомъ будущемъ, -- націи болѣе развитыя, болѣе просвѣщенныя наукою пользуются большимъ могуществомъ и большимъ процвѣтаніемъ. Худо теперь, а будетъ еще хуже, тѣмъ націямъ, которыя не хотятъ снять съ глазъ повязку и во время принять необходимыя предосторожности! Худо будетъ тѣмъ изъ нихъ, которыя не съумѣютъ или не захотятъ идти въ уровень съ вѣкомъ! Обогнать на пятнадцать лѣтъ по пути развитія и просвѣщенія -- значитъ уйдти впередъ на цѣлое поколѣніе, а въ исторіи, такого факта достаточно, чтобы мотивировать разницу между народомъ-побѣдителемъ и народомъ-побѣжденнымъ, между народомъ счастливымъ и народомъ бѣдствующимъ. Народы романскаго племени и католическіе скоро почувствуютъ какъ они были недальновидны, что допустили протестантскія націи, и въ особенности англосаксонскую расу, стать выше себя въ просвѣщеніи, обогнать себя далеко впередъ. Тѣмъ хуже для нихъ, глупыхъ, слѣпыхъ и отсталыхъ.

Въ то время, какъ одинъ англійскій министръ требуетъ увеличенія расходовъ на общественное образованіе, другой, мистеръ Чильдерсъ, представляетъ проектъ объ уменьшеніи на пятьдесятъ милліоновъ франковъ издержекъ на флотъ. Изъ теперешнихъ европейскихъ націй не найдется ни одной настолько богатой, чтобы она могла одновременно выносить громадный военный бюджетъ и нормально удовлетворять потребностямъ народнаго образованія. Напримѣръ, Франція; но самому умѣренному разсчету она должна тратить на народное образованіе не менѣе 600 милліоновъ франковъ, но она расходуетъ всего 60; армія же ея поглощаетъ изъ бюджета болѣе 600; слѣдовательно, только уменьшивъ расходы на армію, Франція будетъ въ состояніи усилить средства народнаго образованія. Можетъ быть и придетъ наконецъ время, когда часть бюджета, идущая на содержаніе военныхъ силъ, перемѣнитъ свое назначеніе и пойдетъ на жалованье профессорамъ и школьнымъ учителямъ. Но это еще впереди.

А въ ожиданіи, пока произойдетъ эта перемѣна и дастъ возможностъ государству довести народное образованіе до нормальнаго уровня; въ ожиданіи тѣхъ благъ, какія отъ сего воспослѣдуютъ, обратимся къ совершившимся уже фактамъ далеко не отраднаго свойства. Нынѣшняя суровая зима имѣла своимъ послѣдствіемъ серьезныя бѣдствія въ средѣ рабочаго населенія въ Англіи, гдѣ множество работниковъ, оставаясь безъ работы, терпѣли страшную нужду. Ихъ положеніе обратило на себя вниманіе палаты общинъ. Одинъ изъ ея членовъ, Торренсъ, въ виду того печальнаго факта, что спросъ на трудъ далеко не пропорціоналенъ предложенію, и что множество рабочихъ бѣдствуютъ, нигдѣ не находя работы; въ виду вредныхъ послѣдствій этого факта, вліяющихъ на народную нравственность и благосостояніе, находя полезнымъ удалитъ этихъ бѣдняковъ изъ Англіи, устроивъ ихъ переселеніе массами за-границу,-- предложилъ новый законъ, которымъ правительство обязывалось покровительствовать этому переселенію, выдавая эмигрантамъ опредѣленную денежную премію. Предложеніе Торренса было поддержано нѣсколькими торійскими филантропами и либеральными экономистами палаты, но было ею отвергнуто, однакожъ возбудило горячія, весьма интересныя пренія.

Противъ предложенія Торренса было высказано множество самыхъ разнообразныхъ доводовъ, частію разумныхъ и идущихъ къ дѣлу, частію же совершенно нелѣпыхъ. Такъ, нѣкоторые изъ оппонентовъ весьма серьезно утверждали, что принятіе предложенія Торренса повлекло бы за собой раззорсніе патроновъ: рабочіе, оставшись въ меньшемъ числѣ, избавились бы отъ давленія безграничной конкуренціи, и тѣмъ самымъ отняли бы у патроновъ возможность по ихъ усмотрѣнію уменьшать заработную плату. Развивая далѣе свою мысль, эти господа договорились до такого умозаключенія, что правительство, въ видахъ оффиціальнаго экономизма, должно держать рабочихъ на минимумѣ ихъ потребностей и для того способствовать, а не стѣснять развитіе безграничной конкуренціи между ними. Другими словами, что правительство обязано противиться всякой попыткѣ улучшить положеніе рабочаго класса. Конечно это было высказано нѣсколько иными фразами, но смыслъ рѣчей былъ именно таковъ. Такіе гуманные выводы они пытались построить на историческихъ фактахъ и даже ставили въ примѣръ современное положеніе рабочаго класса во многихъ государствахъ на континентѣ. но какъ ни убѣдительны были ихъ доводы, какъ ни вѣрны приводимые ими примѣры, однакожъ абсурдъ все-таки остался абсурдомъ.

Возражателей подобнаго рода впрочемъ было немного, большинство же находило невозможнымъ принять проектъ Торренса преимущественно потому, что подобныя переселенія составляютъ дѣло чисто частной иниціативы, и правительство, вмѣшиваясь въ нихъ, вторгается въ непринадлежащую ему область, что совершенно противно англійской конституціи.

Самые же серьезные противники предложенія исходили изъ той совершенно вѣрной мысли, что эмиграція обѣдняетъ страну, отнимая у нея молодыхъ, сильныхъ, способныхъ и предпріимчивыхъ работниковъ. Если бы уходили люди праздные, разные шатуны, фланирующіе франты, тогда потеря, конечно, была бы невелика, но вѣдь обыкновенію уходятъ трудолюбивые ремесленники и земледѣльцы, и потомъ своимъ трудомъ обогащаютъ страну, ихъ пріютившую. Соединенные штаты превосходно понимаютъ цѣну рабочаго человѣка. Каждый новый переселенецъ, ступившій на американскій берегъ, положимъ въ Нью-Іоркѣ, стоитъ правительству республики по менѣе 600 франковъ, и оно охотно тратитъ ихъ, вполнѣ убѣжденное, что эти расходы очень скоро воротятся ему, принеся тысячные проценты. Къ какой степени Соединенные штаты выигрываютъ отъ эмиграціи, въ той же степени проигрываютъ отъ нея тѣ страны, откуда идетъ переселеніе рабочихъ. Слѣдуетъ ли, поэтому, допускать, чтобы и на будущее время Соединенные штаты обогащались на счетъ обѣднѣнія Англіи? Нѣтъ, не покровительствовать эмиграціи, посредствомъ денежныхъ премій, должно англійское правительство, а напротивъ, задерживать ее такими мѣрами, которыя привязали бы рабочаго къ его родинѣ, гдѣ онъ долженъ находитъ средства для безбѣднаго существованія и хорошее вознагражденіе за свой разумный, полезный, энергическій трудъ!

Таковы были главнѣйшія возраженія на проектъ Торренса. Посмотримъ теперь, какіе доводы были представлены въ его пользу.

Всеобщій застой въ дѣлахъ во всей странѣ приводитъ къ необходимости скорѣйшаго переселенія части народонаселенія за границу Англіи. Въ нашихъ колоніяхъ нашимъ рабочимъ представляются всѣ средства для благосостоянія; тамъ они легко, съ большой выгодой для себя, могутъ заработывать свой хлѣбъ. На нашемъ кораблѣ чувствуется нѣкоторый недостатокъ продовольственныхъ запасовъ для многочисленнаго экипажа; бросимъ нѣсколькихъ матросовъ въ море, они, можетъ быть, выплывутъ на какой нибудь не совсѣмъ пустынный островъ, а если погибнутъ, то что же дѣлать -- отъ судьбы не уйдешь; а общему благу всегда можно принести въ жерту благо частное. У насъ по оффиціальнымъ свѣденіямъ одинъ, а въ дѣйствительности два милліона бѣдныхъ, которые стоятъ намъ отъ 5--600 милліоновъ франковъ въ годъ (хотя оффиціальные отчеты и уменьшаютъ эту цифру до 227 милліоновъ). Мы ихъ совершенно задаромъ кормимъ въ нашихъ рабочихъ домахъ. Не лучше ли употребить эти громадныя суммы на перевозку нашихъ несчастныхъ соотечественниковъ въ наши колоніи. Истрачивая ежегодно 50 милліоновъ, изъ которыхъ одна половина должна быть отнесена на государственный бюджетъ, а другая на средства приходовъ, можно перевозить 00,000 семействъ, состоящихъ изъ пяти человѣкъ каждое. Уменьшая ежегодно на 250,000 число бѣдняковъ, Англія въ 4 года освободится отъ милліона субъектовъ, живущихъ на счетъ оффиціальной благотворительности, а въ 8 лѣтъ она избавится отъ всѣхъ тѣхъ несчастныхъ, кому приходится протягивать руку за подаяніемъ. Такимъ образомъ выселяя изъ страны двухмилліонный излишекъ населенія, Англія сдѣлаетъ экономію въ своихъ расходахъ на 5--600 милліоновъ франковъ и даже, пожалуй, болѣе. Мы перевеземъ эти человѣческія цѣнности въ колоніи, куда прежде ссылали нашихъ преступниковъ. Колоніи дадутъ этимъ бѣднякамъ нѣсколько милліоновъ гектаровъ земли въ пустынѣ или предложатъ взять ее отъ дикарей. Очистимъ Англію отъ нищихъ, какъ нѣкогда другія государства, а въ числѣ ихъ и наше, очищали себя отъ еретиковъ. Людовикъ XIV выгналъ изъ Франціи 800,000 гугенотовъ; Кромвель перевезъ въ Ямайку католиковъ, онъ даже предполагалъ вымести изъ Ирландіи всѣхъ ея жителей. Австралія и Канада, слабо населенныя и плохо культированныя страны охотно примутъ къ себѣ нашихъ бѣдняковъ и бродягъ. И тогда у насъ останутся только богатые и достаточные граждане, или имѣющіе свои собственные дома, или платящіе, за квартиру не менѣе 10 фунтовъ, останутся только люди имѣющіе цензъ, и благосостояніе Англіи утвердится на незыбленномъ основаніи".

Кромѣ буржуазныхъ филантроповъ и крупныхъ поземельныхъ собственниковъ, имѣвшихъ въ виду уничтоженіе подати въ пользу бѣдныхъ, за проектъ переселенія массами, съ правительственной помощью, стояли даже многіе рабочіе. Въ своемъ органѣ "Bee Hive" (Улей) они посвятили этому вопросу нѣсколько статей; они считаютъ эмиграцію для себя выгодною потому, что, оставшись въ меньшемъ числѣ, они легче добьются увеличенія заработной платы. Какъ будто нѣтъ другого, болѣе разумнаго и столько же дѣйствительнаго средства, что надо прибѣгать къ такой суровой мѣрѣ. Развѣ эта мѣра слишкомъ рѣзко отличается отъ средства, придуманнаго женщинами одного южно-американскаго индѣйскаго племени для усиленія ихъ вліянія. "Мужчины насъ угнетаютъ потому, что насъ слишкомъ много, размышляли онѣ;-- если насъ будетъ гораздо меньше числомъ, тогда мы сильно поднимемся въ цѣнѣ въ глазахъ мужчинъ, и тогда они будутъ въ нашихъ рукахъ. Самое удобное средство уменьшить нашу численность -- убивать новорожденныхъ дѣвочекъ". Разъ приведя въ исполненіе свое жестокое намѣреніе, онѣ обратили его въ религіозный культъ и стали постоянно убивать болѣзненныхъ и некрасивыхъ дѣвочекъ Онѣ, въ самомъ дѣлѣ, достигли цѣли: мужчины стали цѣнить ихъ несравненно дороже прежняго и скоро подчинились ихъ вліянію.

Изъ этого краткаго перечня различныхъ мнѣній можно видѣть, что вопросъ объ эмиграціи возбудилъ сильное волненіе какъ въ англійскомъ обществѣ, такъ и въ журналистикѣ, обсуждавшей его весьма серьезно втеченіи нѣсколькихъ мѣсяцевъ. И этотъ вопросъ дѣйствительно стоитъ серьезнаго обсужденія; онъ слишкомъ важенъ для благосостоянія не только отдѣльныхъ націй, но и всего человѣчества.

Въ наше время, когда улучшенные нутя сообщенія сильно облегчили передвиженіе, эмиграція приняла огромные размѣры. Съ каждымъ годомъ число переселенцевъ изъ одной страны въ другую постоянно увеличивается. Люди самые неподвижные но натурѣ, и тѣ начинаютъ расшевеливаться и принимать участіе въ обуявшей всѣхъ страсти къ переселеніямъ. Въ Ирландіи, Шотландіи, Бельгіи, Швейцаріи, Италіи, сѣверной и западной Германіи, Швеціи и Норвегіи эмиграція вліяетъ на самые важные соціальные, политическіе и экономическіе интересы. Половина Европы занимается болѣе или менѣе серьезно вопросомъ объ эмиграціи; другая половина рано или поздно должна будетъ имъ заняться. Эмиграція возрастаетъ съ уменьшеніемъ невѣжества и нищеты. Человѣкъ, рѣшающійся вдали отъ родины искать улучшенія своего положенія, непремѣнно долженъ обладать извѣстнымъ развитіемъ; онъ, но меньшей мѣрѣ, долженъ знать названія иностранныхъ странъ, долженъ, хоть въ общихъ чертахъ, быть знакомъ съ ихъ экономическими условіями; долженъ имѣть какое нибудь понятіе о политическихъ учрежденіяхъ другихъ странъ, долженъ наконецъ имѣть деньги на дорожные расходы. Бѣдняки низшей категоріи, не смѣя даже и мечтать объ измѣненіи къ лучшему своего положенія, мирятся съ нимъ и догниваютъ свою горькую жизнь на родинѣ. Эмигрируютъ, не кандидаты въ рабочіе дома, не нищіе но ремеслу; только избранные изъ числа тѣхъ, кому не слишкомъ покровительствуетъ фортуна, смѣютъ думать о переселеніи и рѣшаются на него. Съ развитіемъ просвѣщенія и благосостоянія, эмиграція должна еще болѣе усилиться: мѣста, покидаемыя одними народами, будутъ привлекать къ себѣ и заниматься другими. Это явленіе впрочемъ замѣчается уже и теперь. Промывщики золота въ Калифорніи разсказываютъ, что тамъ очень часто случается, что пріискъ, оставленный янки, тотчасъ же занимается нѣмцемъ; выбравъ изъ него, повидимому, все, что осталось послѣ американца, нѣмецъ, въ свою очередь, бросаетъ его, предполагая, что тамъ уже ничего не осталось; но вотъ вслѣдъ за нимъ къ пріиску приходитъ ирландецъ, занимаетъ его и снова обработываетъ. Какъ ни бѣденъ пріискъ содержаніемъ золота, выбраннаго янки и нѣмцемъ, однакожь ирландецъ не отчаивается и находитъ еще что взять на свой пай. Поработавъ опредѣленное время оставляетъ пріискъ и ирландецъ. Казалось бы и дѣлу конецъ; что можетъ остаться еще послѣ ирландца, этого неутомимаго работника? По остается довольно для китайца, который при своихъ умѣренныхъ потребностяхъ, довольствуется жалкими остатками послѣ своихъ трехъ предшественниковъ. Въ Лондонѣ и Парижѣ отъ многихъ ремеслъ уже давно отказались туземцы и ими безраздѣльно овладѣли иноземцы. Въ сѣверной Германіи, откуда такъ много людей переселяется въ Бразилію и въ Соединенные Штаты, на ихъ мѣстахъ поселяются шведы и норвежцы, конечно въ меньшемъ числѣ; въ Ирландіи мѣста, оставленныя переселившимися ирландцами, занимаютъ шотландцы. И такъ всюду. Вездѣ идетъ переселеніе, вездѣ люди стремятся отыскивать новыя мѣста, гдѣ надѣются улучшить свое благосостояніе. Эмиграція вообще очень полезна для человѣчества; се можно уподобить кровообращенію. И если отъ нея страдаетъ страна, изъ которой она идетъ, за то въ гораздо большей степени выигрываетъ та мѣстность, куда направлено переселеніе. Смѣшивая расы, обычаи, языки, интересы, эмиграція производить смѣсь высшаго качества, въ которой изчезаютъ многія составныя части элементовъ, вошедшихъ въ составъ этой смѣси, и именно части худыя, болѣзненныя, слабыя. Она подготовляетъ и приближаетъ тотъ моментъ, когда изчезнутъ всѣ соперничества, распри о превосходствѣ и особенности, мѣшающія слитію племенъ между собою, и когда будетъ одно обще-человѣческое семейство, живущее одинаковою жизнію, имѣющее общіе интересы.

Если мы высказываемся въ пользу эмиграціи и желаемъ большаго ея распространенія, то къ этому насъ побуждаютъ никакъ не тѣ соображенія, въ которыхъ главную роль играетъ нерасположеніе къ мануфактуристамъ и желаніе распространеніемъ этой мѣры дать въ руки рабочихъ дѣйствительное средство для увеличенія заработной платы. Нѣтъ, эти соображенія мы не считаемъ настолько убѣдительными, чтобы они могли рѣшительно повліять на наше мнѣніе. Мы уже не разъ высказывали, что именно нужно сдѣлать для улучшенія положенія рабочаго класса и увеличенія заработной платы, и искуственныя мѣры переселенія за границу лишнихъ рабочихъ никогда не входили и не могутъ войти въ наши проекты. Мы стоимъ за эмиграцію потому, что она представляетъ выгоды какъ для самихъ переселенцевъ, такъ и для странъ, дающихъ имъ права гражданства. Именно въ виду этихъ общихъ выгодъ мы симпатизируемъ ей. Частныя же выгоды -- освобожденіе рабочаго рынка отъ переполняющаго его предложенія труда -- слишкомъ ничтожны въ нашихъ глазахъ. Къ тому же это только кажущаяся выгода. Рынокъ дѣйствительно освобождается, но дѣло въ томъ, что съ него сходятъ только тѣ, которые могутъ предложить работу лучшаго качества, а остаются работники низшаго разряда. Переполненіе рынка вовсе не доказываетъ, что производители производятъ слишкомъ много продуктовъ, а только то, что потребленіе слишкомъ недостаточно, и распредѣленіе неравномѣрно, ненормально и нераціонально. Англія переселяетъ своихъ рабочихъ не потому, что она слишкомъ богата, но оттого, что она слишкомъ бѣдна, или, лучше, что она слишкомъ недальновидна и слишкомъ эгоистична, чтобы умѣть ихъ удержать. Зачѣмъ обманывать себя лицемѣрными отговорками: только несправедливость, и одна несправедливость гонитъ ирландцевъ изъ Ирландіи, итальянцевъ изъ Италіи, басковъ изъ Навары. При теперешнихъ рессурсахъ всякая страна, управляемая по законамъ справедливости, легко можетъ давать средства къ пропитанію не только всѣмъ своимъ наличнымъ обитателямъ, но даже еще гораздо большему числу жителей; и если туземцы идутъ искать свой хлѣбъ за предѣлы своего отечества, то это служитъ яснымъ доказательствомъ, что страной управляютъ далеко не такъ, какъ бы слѣдовало. Не надо думать, что человѣку легко рѣшаться на экспатріацію; нѣтъ, тяжело оторваться отъ родного очага, отъ родной почвы, и много сомнѣній, волненій и горя приходится м"шести эмигранту, пока онъ окончательно убѣдится въ необходимости переселенія въ чуждую страну. Какъ лекарство отъ нищеты, эмиграція не болѣе, какъ слабое палліативное средство; на мѣсто десяти переселившихся взрослыхъ, въ полной силѣ, безсемейныхъ рабочихъ (изъ которыхъ состоитъ большая часть переселенцевъ), въ Англіи каждый годъ родится пятнадцать дѣтей, которыхъ, хороню ли, худо ли, но все же надо кормить. Ежегодно, несмотря на эмиграцію, уносящую изъ Англіи до 180,000 здоровыхъ, сильныхъ работниковъ, ея населеніе увеличивается на 300,000 человѣкъ и увеличивается почти исключительно новорожденными. Странное средство уменьшать нищету, изгоняя производителей и увеличивая число непроизводительныхъ единицъ!

Ораторы и публицисты болѣе развитые и лучше понимающіе настоящее положеніе вопроса, чѣмъ большинство изъ тѣхъ, мнѣнія которыхъ мы выше цитировали, считаютъ переселеніе рабочихъ за-границу мѣрой пагубной. Вмѣсто внѣшней колонизаціи они предлагаютъ болѣе радикальное средство -- колонизацію внутри страны. Вмѣсто того, чтобы перевозить людей за 3--4 тысячи миль, они предлагаютъ занять свободныя руки на англійскихъ пустошахъ. Земли, незанятой подъ земледѣліе, еще множество: лѣса, парки, многіе луга, неприносящіе никакого дохода странѣ, многія пустоши и пр., всего но расчету около 3 1/2 милліоновъ гектаровъ. Но тутъ вопросъ наталкивается на поземельную собственность, и именно на майоратныя имѣнія, дѣло усложняется и встрѣчаются трудно преодолимыя затрудненія. Везъ уничтоженія майоратства немыслимо дальнѣйшее развитіе земледѣлія въ Англіи. Съ переходомъ майоратнаго имѣнія въ руки нѣсколькихъ наслѣдниковъ, несомнѣнно тотчасъ же измѣнятся и условія хозяйничанья имъ и множество земли, теперь безполезно лежащей, будетъ обращено подъ земледѣліе. но какъ не всякій можетъ быть хорошимъ земледѣльцемъ, то, понятно, однимъ устройствомъ земледѣльческихъ колоній дѣло улучшенія быта рабочихъ, терпящихъ нищету, рѣшается еще не вполнѣ. Прожектеры предложили въ тоже самое время реформировать промышленныя условія, распредѣливъ болѣе справедливо продукты труда, такъ какъ нищета часто происходитъ отъ неправильнаго ихъ распредѣленія. Но и эта реформа также встрѣчаетъ нѣкоторыя затрудненія, хотя, можетъ быть, меньшія, чѣмъ по вопросу о земледѣльческихъ колоніяхъ. По этимъ-то причинамъ проблемма объ эмиграціи еще и теперь возбуждаетъ продолжительныя пренія, непроводящія ни къ какимъ практическимъ результатамъ. Эмиграція представляетъ выгоды лично для самихъ эмигрирующихъ, приноситъ пользу Соединеннымъ Штатамъ и англійскимъ колоніямъ, но невыгодна самой Англіи. Эта невыгода, правда, не такъ очевидна, какъ нѣкоторыя выгодныя послѣдствія эмиграціи. Эмигрантъ не перестаетъ любить свою родину; онъ уноситъ на чужбину ея имя, ея вліяніе, ея продукты, онъ становится ея представителемъ, ея маклеромъ. Гамбургская торговля своимъ громаднымъ развитіемъ болѣе всего обязана нѣмецкимъ эмигрантамъ. Ливерпульская торговля и манчестерская промышленность распространились по всему свѣту также благодаря англійской эмиграціи. Но тѣмъ не менѣе эмиграція наноситъ Англіи чувствительный вредъ.

Такимъ образомъ, чтобы разумно обсуждать вопросъ объ эмиграціи слѣдуетъ разсматривать его съ точки зрѣнія будущаго и имѣя въ виду все человѣчество, въ массѣ. А то не мудрено попасть въ просакъ, какъ англійскіе эсквайры, предлагающіе захватить силой всѣхъ бѣдняковъ, и старыхъ, и молодыхъ, всѣхъ, кто въ данный моментъ не имѣетъ работы, и перевезти ихъ на счетъ правительства за Индѣйское море. Несравненно разумнѣе ихъ дѣйствуютъ тѣ, которые, вмѣстѣ съ министрами Гладстономъ и Форстеромъ, желаютъ ввести въ Англіи даровое и обязательное обученіе, которое послужитъ однимъ изъ дѣйствительныхъ средствъ противъ нищеты.

Министерство представляетъ также проектъ закона объ улучшеніи положенія ирландскихъ крестьянъ и арендаторовъ, снимающихъ участки у фермеровъ. Такой рѣшительный шагъ министерства слѣдуетъ счесть за подвитъ, такъ какъ общественное мнѣніе Англіи враждебно въ отношеніи къ своей сестрѣ, Ирландіи. Вслѣдъ за уничтоженіемъ преимуществъ господствующей англиканской церкви въ католической Ирландіи, ирландцы выбрали въ парламентъ фенія О'Донована Росса, арестованнаго въ англійской тюрьмѣ. Это избраніе было кассировано парламентомъ, и возбудило въ Англіи негодованіе противъ ирландцевъ. Но ирландцамъ понравились подобныя манифестаціи и они предлагаютъ теперь выбрать Кикгэма, Мелькаги, Макэ, Люби и другихъ, замѣшанныхъ въ феніанскомъ дѣлѣ, и также арестованныхъ. Аграрныя преступленья въ Ирландіи продолжаются. Ненависть съ обѣихъ сторонъ не ослабѣваетъ. Въ Англіи не мало людей, желающихъ крутыхъ мѣръ для Ирландіи; у нѣкоторыхъ даже явилась идея изгнать ирландцевъ съ "зеленаго острова" и замѣстить ихъ эмиграціей изъ Китая. И при такомъ мрачномъ настроеніи общественнаго мнѣнія, при такихъ тяжелыхъ обстоятельствахъ, Гладстонъ представляетъ свой проектъ закона, имѣющій цѣлію умиротворить край и оказать справедливость угнетенному народу. Поступая такимъ образомъ, Гладстонъ еще разъ выказываетъ свою высокую честность, какъ человѣка, такъ и министра. "Дѣлайте все, чего требуетъ справедливость, всегда останется еще, что нужно будетъ сдѣлать далѣе", говоритъ онъ.

Англія, чтобы ни дѣлала, а все не забываетъ своей постоянной заботы о свободномъ обмѣнѣ; англійское правительство приготовляется заключить торговый трактатъ съ Австріей,


-----


Сѣверо-германскій рейхстагъ весь послѣдній мѣсяцъ былъ занятъ дебатами по поводу введенія новаго уголовнаго кодекса, общаго для всѣхъ государствъ, составившихъ новую конфедерацію. Самымъ важнѣйшимъ параграфомъ обсуждаемаго закона было, конечно, предложеніе уничтожить смертную казнь. Либералы и прогрессисты поддерживали предложеніе, консерваторы высказались противъ него. Многіе изъ союзныхъ государствъ уже уничтожили у себя смертную казнь, слѣдовательно починъ былъ сдѣланъ; остальнымъ, еще колеблющимся, вовсе не такъ трудно послѣдовать благому примѣру, и они бы давно послѣдовали, но ихъ могущественный сосѣдъ и руководитель старый король Вильгельмъ прусскій рѣшительно возсталъ противъ мысли о такомъ нововведеніи. Поддерживая мнѣніе своего государя, прусскій премьеръ, знаменитый Бисмаркъ въ рейхстагѣ произнесъ длинную рѣчь въ защиту смертной казни. Но краснорѣчіе его пропало даромъ. Несмотря на упорныя усилія канцлера, проектъ объ уничтоженіи смертной казни былъ принятъ рейхстагомъ большинствомъ 118 противъ 81 голоса. Въ виду такого факта можно наконецъ сказать, что мы удаляемся отъ старины и вступаемъ въ новую жизнь. Нѣмцы за одержанную ими славную побѣду имѣютъ право на признательность всѣхъ людей прогресса, и хотя не въ нашемъ обычаѣ произносить похвальные спичи либераламъ, но на этотъ разъ мы должны признать за нѣмецкими либералами мужество и умъ, съ какими они защищали хорошее дѣло.

Этотъ же вопросъ обсуждается въ Швеціи и, надо думать, окончится въ пользу реформы. Палата крестьянъ высказалась за уничтоженіе смертной казни, но въ палатѣ господъ противятся реформѣ большинствомъ одного голоса, всего только одного. Но французскомъ законодательномъ собраніи И ноль Симонъ также предложилъ проектъ закона объ уничтоженіи смертной казпп. Вслѣдствіе скандаловъ, сопровождавшихъ казнь Тронмапа (разные глупцы, шуты и проститутки старались чуть не съ опасностію жизни помочить свои платки въ крови казненнаго и нр.),-- скандаловъ, вошедшихъ въ привычку, рѣшено на будущее время казнить преступниковъ какъ можно раньше утромъ, до наступленія разсвѣта, а эшафотъ воздвигать на тюремномъ дворѣ, т. е. производить казнь секретно. Но если находятъ, что смертная казнь дѣйствуетъ развратительно на народную нравственность, въ такомъ случаѣ, не проще ли уничтожить ее совсѣмъ? Еще Монтескье замѣтилъ, что легкія наказанія дѣйствуютъ на гражданъ гораздо нравственнѣе, чѣмъ тяжкія. Французское законодательство слишкомъ сурово, оно назначаетъ смертную казнь въ 23 случаяхъ по общему уголовному кодексу, въ 24 но военному и въ 30 по морскому. По французскіе присяжные вообще питаютъ отвращеніе къ этому ужасному наказанію и, гдѣ только возможно, стараются освобождать отъ него обвиняемаго; съ узаконеніемъ рубрики "облегчающихъ обстоятельствъ" (въ 4833 году) общественные нравы видимо смягчились.

Несмотря на вліяніе Бисмарка, Баденъ, привыкшій слѣпо повиноваться приказаніямъ, получаемымъ изъ Берлина, нѣсколько дней тому назадъ разрушилъ у себя эшафотъ; давая разумный примѣръ великимъ державамъ, онъ очпетилъ свою почву отъ ужаснаго наслѣдія вѣковъ минувшихъ. Баденъ, такимъ образомъ, далъ доказательство своей независимости. Какъ бы не вошло это ему въ привычку, подумали прусскіе прогрессисты,-- больше бисмаркисты, чѣмъ самъ Бисмаркъ,-- и потребовали немедленнаго присоединенія Бадена къ союзу. Но канцлеръ, которому вовсе не нравится вмѣшательство буржуазіи въ дѣла высшей политики, отвѣчалъ имъ надменно и холодно, что они суются не въ свое дѣло, что Баденъ войдетъ въ союзъ не ранѣе, какъ черезъ пять лѣтъ, и что своими безтактными требованіями, они, прогрессисты, только безполезно раздражаютъ Баварію и Виртембергъ, и побуждаютъ ихъ поднимать вопросъ о желаніи Пруссіи поглотить ихъ, чего на самомъ дѣлѣ вовсе нѣтъ.

Всюду идутъ толки о неминуемости большой европейской войны, необходимой будто бы дли измѣненія условій пражскаго мира, такъ какъ во всѣ вѣка мирные договоры отличались той особенностью, что они сами въ себѣ заключали зажигательные снаряды, способные воспламенить войну. Эрцгерцогъ австрійскій Альбертъ еще въ Парижѣ. Онъ очень внимателенъ къ офицерамъ болапартовскаго главнаго штаба; онъ любезничаетъ съ придворными дамами, вообще онъ старается заслужить любовь какъ при дворѣ, такъ и въ арміи, что, по мнѣнію парижанъ, служитъ неопровержимымъ доказательствомъ существованія какихъ-то воинственныхъ проектовъ, въ которыхъ главную роль играетъ тѣсный союзъ между Франціей и Австріей. Тѣмъ не менѣе во Франціи никто не хочетъ думать о войнѣ, никто ея не желаетъ. Хотя нѣкоторыя вліятельныя газеты и повторяютъ каждыя двѣ недѣли, что настоящее положеніе не можетъ долго продолжаться, что трехцвѣтное знамя будетъ опозорено, если Наполеонъ III не дастъ хорошей острастки Бисмарку и не уничтожитъ постыднаго пражскаго трактата, но всѣ благоразумные люди во Франціи -- а къ нимъ въ вопросѣ о войнѣ принадлежитъ огромнѣйшее большинство -- пожимаютъ плечами при чтеніи этихъ заносчивыхъ статей и несравненно болѣе интересуются тѣмъ, что сдѣлали или сказали Рошфоръ или Оливье.

Австрійцы, также какъ и французы, слишкомъ заняты своими внутренними дѣлами, чтобы задирать пруссаковъ и обращать вниманіе на разныя коварныя продѣлки своихъ соперниковъ. Борьба между чешскимъ и нѣмецкимъ элементами усиливается съ каждымъ днемъ и съ обѣихъ сторонъ сопровождается ненавистью и презрѣніемъ; но, вѣроятно, пройдетъ еще много времени пока отъ словъ перейдутъ къ дѣлу; но прежнему идетъ яростная журнальная полемика, ни чехи, ни нѣмцы не остаются въ долгу одинъ у другого; съ обѣихъ сторонъ сыпятся ругательства и оскорбленія; чехи время отъ времени дѣлаютъ уличныя демонстраціи. Австрійское правительство отъ одной ошибки переходитъ къ другой; мало ему, что оно надоѣло всѣмъ своими безплодными спорами централистовъ съ автономистами, которые только напрасно раздражаютъ страсти,-- оно принялось за разрѣшеніе соціальныхъ вопросовъ, и запутало дѣло еще болѣе. Къ чему же было призывать Бейста, къ чему послужили всѣ старанія создать въ немъ достойнаго соперника Бисмарку но части политическихъ коварныхъ интригъ, -- къ чему всѣ эти дорого стоящія махинаціи, когда снова пришли къ такой системѣ внутренней политики, какую съ той же ловкостью и съ такимъ же умѣньемъ могъ бы очень удобно направлять какой нибудь Шмерлингъ?


-----


Ко всѣмъ другимъ заботамъ, тревожащимъ австрійское правительство, присоединилась еще одна -- римскій соборъ. Собраніе католическихъ архипастырей сильно безпокоитъ вѣнскій кабинетъ, только скрѣпи сердце рѣшившійся уничтожить конкордатъ.

Этотъ соборъ пока еще не дѣлаетъ большого шума, но онъ конечно будетъ считаться однимъ изъ самыхъ важныхъ событій второй половины XIX вѣка. Онъ послужитъ однимъ изъ знаменій нашего времени, онъ будетъ верстовымъ столбомъ исторіи. Черезъ три вѣка послѣ тридентскаго собора, которымъ католичество думало остановить движеніе идей, произведенное протестантской реформой и артистическимъ и философскимъ возрожденіемъ,-- римскій соборъ, въ свою очередь, намѣревается выразить свой протестъ противъ политическаго и соціальнаго развитія нашего времени. Что бы тамъ ни говорили, а католичество движется и развивается на свой образецъ. Оно не неподвижно, хотя и проповѣдуетъ догматъ неподвижности. Оно двигается на выворотъ: въ какой степени новѣйшія идеи подвигаются впередъ, въ такой же мѣрѣ католичество отступаетъ назадъ. Со времени Коперника и Галилея оно взяло себѣ за правило объявлять ересью всякое научное открытіе. На все и про все оно даетъ одинъ отвѣтъ: non possumus, non possumus!

И при всемъ томъ, сколько борьбы и труда должно было потратить человѣчество, чтобы разоблачить всю неестественность папства, всѣ ухищренія и продѣлки католическаго натерства, всѣ противорѣчія католицизма! Много тяжелой борьбы съ этимъ врагомъ выпало на долю XIX столѣтія! И эта борьба не была безплодной. Какъ много ушли впередъ католическіе народы со времени знаменитаго аббата Грегуара; какъ шагнули они съ той эпохи, когда появились "Слова вѣрующаго" Ламэне, когда Монталамберъ началъ свой крестовый походъ! Какъ удалились они отъ католическаго романтизма Шлегеля, Тика и Новалиса, отъ времени появленія "Генія христіанства" Шатобріана и "Собора парижской Богоматери" Виктора Гюго! Какъ далеки они отъ Сильвіо Неллино, Джоберти, въ какомъ отдаленномъ туманѣ носится передъ ними избраніе либеральнаго папы, которому имя Пій IX! Да, они много ушли впередъ! Какъ измѣнились теперь убѣжденія прежнихъ передовиковъ, съумѣвшихъ и теперь держаться на уровнѣ съ идеями новаго времени! Какъ выяснились для нихъ прежнія многочисленныя злоупотребленія, ложныя положенія и всякія неловкости, которыя они однакожъ еще не слишкомъ давно признавали чуть не доблестями! Сколько ложныхъ друзей измѣнило имъ; сколько ошибокъ, теперь возбуждающихъ въ нихъ одно непріятное чувство, они раздѣляли сами въ тѣ времена неяснаго сознанія! Какъ многіе изъ нихъ были почитателями Шеллинга и готическихъ соборовъ, Гегеля и фра Анжелино! У многихъ ли изъ нихъ не покраснѣетъ лобъ, когда они припомнятъ, гдѣ они искали истину, въ чемъ, во времена своей юности, они видѣли примѣръ, достойный подражанія! И не тоже ли самое повторяютъ теперь ихъ противники, живущіе заднимъ умомъ, умиляющіеся теперь тѣмъ, чему они сами нѣкогда удивлялись, ищущія истину тамъ, гдѣ и они нѣкогда ее искали, и убѣдились, наконецъ, что не туда, куда бы слѣдовало, были направлены ихъ усилія. Но теперь туманъ для нихъ разсѣялся и унесъ съ собою католическій и философскій сентиментализмъ. Исторія безжалостна, потому что она логична, и, или новыя идеи побѣдятъ средневѣковый римскій католицизмъ, или, на оборотъ, средневѣковый католицизмъ долженъ побѣдить новыя идеи -- другого исхода быть не можетъ. Но можно ли сомнѣваться, на чьей сторонѣ будетъ побѣда?

Уважая въ другихъ- искренность и прямоту, поставлю и и вопросъ прямо и искренно. Пускай кто хочетъ, слѣдуя своему убѣжденію, восхищается яростнымъ либерализмомъ такъ называемой оппозиціи на римскомъ соборѣ, но, что до меня касается, я ненавижу клерикальныхъ либераловъ и скорѣе буду уважать яростнѣйшаго ретрограда изъ ретроградныхъ клерикаловъ, Бельо, чѣмъ какихъ нибудь либеральствующихъ, сладенькихъ іезуитиковъ. Я питаю рѣшительную антипатію къ Меллерамъ, Деллингерамъ, Грэтри и Луазонамъ; я предпочитаю револьверъ монсиньора Мерода скучнымъ рѣчамъ отца Гіацинта и масляному, подслащенному витійству герцога Альберта де-Прольи. Я очень доволенъ достопочтеннымъ отцомъ Шредеромъ, составившимъ роспись -- раздѣленную имъ на 10 главъ и 80 параграфовъ -- всѣмъ гнуснымъ ересямъ, т. о. всѣмъ великимъ завоеваніямъ и открытіямъ науки. Я восторгаюсь его святѣйшествомъ папой Піемъ IX, почтившимъ эту роспись споимъ высокимъ одобреніемъ, и пустившимъ ее въ свѣтъ подъ именемъ Силлабуса. Я признаю своего рода заслугу за вышеупомянутымъ Піемъ IX и всей римской іезуитской кликой въ сознаніи собора, названнаго ими вселенскимъ,-- собора, на которомъ і"7 кардиналовъ и 850 епископовъ одобрили архи-католическій трудъ Шредера. До появленія силлабуса клерикаламъ всегда была возможность вывернуться, утверждая, что ихъ противники преувеличиваютъ требованія католицизма и извращаютъ смыслъ его доктринъ. Теперь не то. Силлабусъ торжественно доказываетъ, что все, за что до сихъ поръ упрекали панство, дѣйствительно составляетъ основаніе нацистскихъ убѣжденій, и этими убѣжденіями панство тщеславится, видитъ въ нихъ свою величайшую заслугу передъ міромъ. Однакожъ многіе клерикалы изъ либераловъ и тутъ хотятъ вывернуться: они подъ рукой распускаютъ слухъ о своей несолидарности съ силлабусомъ, и говорятъ, что торжественная энциклика святого отца выражаетъ только его личное мнѣніе, и что до утвержденія ея соборомъ каждый вправѣ свободно обсуждать ее. Но когда соборъ, въ свою очередь, одобритъ эту доктрину, разработанную іезуитской конгрегаціей; когда она будетъ торжественно провозглашена съ высоты св. престола,-- когда будетъ исполнена эта формальность, тогда католицизмъ и новѣйшая цивилизація станутъ враждебно одна противъ другой, между ними произойдетъ полный разрывъ и никакой уже посредникъ не въ силахъ будетъ примирить ихъ.

Либеральнѣйшіе изъ либеральныхъ клерикаловъ въ ужасномъ волненіи; они кричатъ, что корабль церкви находится въ опасности погибнуть; что его капитанъ потерялъ самообладаніе и ведетъ ввѣренное ему судно на всѣхъ нарахъ къ пропасти. Они брыкаются, протестуютъ, ставятъ втихомолку всевозможныя затрудненія и пытаются остановить работу машины, пущенной въ ходъ. Не осмѣливаясь прямо, въ лицо, противорѣчивъ св. отцу, не осмѣливаясь публично провозгласить его еретикомъ, они вознаграждаютъ себя въ этомъ отношеніи на своихъ секретныхъ совѣщаніяхъ. Вслухъ они кротко замѣчаютъ о Несвоевременности новаго догмата; выбитые изъ своихъ послѣднихъ укрѣпленій, они заявляютъ, что, но ихъ мнѣнію, догматъ о папской непогрѣшимости удобнѣе бы провозгласить какъ нибудь втихомолку, а не прямымъ рѣшеніемъ собора -- въ своемъ же кругу они не женируются ругать Пія IX упрямцемъ и сравнивать его съ Карломъ X, своимъ неблагоразуміемъ, вызвавшимъ іюльскій переворотъ. Внѣ собора и вдали отъ Рима они очень храбры: печатаютъ брошюры, посылаютъ письма журналистамъ. Въ Германіи произведенія доктора Михслиса, книга Януса, письма каноника Делллингера возбуждаютъ умы. Католическіе университеты -- пражскій, боннскій и бреславскій -- городскія думы Браунсберга, Мюнстера, Кельна, ПеДсо и Крейцнаха выражаютъ свое горестное изумленіе и почтительно протестуютъ. Но сѣверный вѣтеръ на пути своемъ задерживается высокой стѣной Альпъ и развѣ только легкіе порывы его доносятся до вѣчнаго города. Отецъ Гіацинтъ охаетъ и негодуетъ; но Бельо и Кокллль брызжутъ на него семинарскими помоями и обливаютъ его съ ногъ до головы грязью; страсбургскій епископъ выступаетъ противъ аббата Гретри съ грознымъ декретомъ, которымъ "обвиняетъ письма поименованнаго аббата, какъ заключающія въ себѣ ложныя ученія, скандализирующія и оскорбляющія св. римско-католическую церковь, открывающія путь для заблужденій, уже осужденныхъ папскими постановленіями, -- ученія свѣтскія и еретическія". Второй статьей декрета достопочтенный епископъ "запрещаетъ, подъ страхомъ строгаго взысканія, и духовенству, и вѣрующимъ, читать эти письма, сообщать ихъ кому нибудь и даже хранить у себя". А третьей статьей тоже запрещеніе налагается на всѣ сочиненія по теологическимъ вопросамъ, которыя сказанный авторъ можетъ написать въ будущемъ. Въ отвѣтъ на это строгое обвиненіе, самый блистательный ораторъ и искуснѣйшій латинистъ собора, монсеньоръ Шроссмайеръ пишетъ благодарственное письмо къ сказанному Гретри, обвиненному страстбургскимъ епископомъ въ ереси и въ распространеніи вредныхъ заблужденій, осужденныхъ уже папою. Этого мало. Страшный орлеанскій епископъ, единственное во Франціи высшее духовное лицо, осмѣливавшееся прямо противорѣчить Вельо,-- Дишанлу объявилъ себя также на сторонѣ Гретри.

Любопытно, что самыми реакціонными членами собора оказываются прелаты, прибывшіе изъ Соединенныхъ штатовъ. За ними, по своей ретроградной ретивости, слѣдуютъ ирландскіе и англійскіе епископы, выбравшіе своимъ главою Маннинга, одного изъ кандидатовъ на панскій престолъ. Въ противоположность, самые либеральные епископы прибыли изъ странъ, управляющихся деспотически, изъ Сиріи, Болгаріи и другихъ; своимъ предводителемъ они избрали вышеупомянутаго Шроссмайера. Центръ составляютъ епископы германскіе и французскіе; нѣмцы почти всѣ либералы, французы частію либералы, частію ультрамонтаны. Многіе изъ нихъ въ особенности ненавистны папскому престолу. Дюпанлу съ трудомъ былъ допущенъ на соборъ; на монсеньора Раушера священная коллегія негодуетъ за его дѣйствія во время уничтоженія конкордата съ Австріей. На кардинала Шварценберга она точитъ зубы за то, что онъ объявилъ въ своей епархіи, а конечно не на соборѣ, что онъ отдѣлится отъ католичества, если будетъ провозглашенъ догматъ о непогрѣшимости папы. Его примѣру намѣрены послѣдовать многіе австро-венгерскіе прелаты. Ло отъ угрозы до исполненія, разумѣется, еще слишкомъ большой шагъ; если же нѣсколько высокомѣрныхъ прелатовъ и докторовъ теологіи разорвутъ свои отношенія съ католичествомъ, то весьма вѣроятно, что очень много вѣрующихъ послѣдуютъ за ними. Но чтожъ изъ сего воспослѣдуетъ? Католическая церковь, отдѣлившаяся отъ Рима, будетъ мертворожденнымъ младенцемъ, Извѣстно, что сталось съ ронжеизмомъ, вышедшимъ изъ германскаго движенія 1848 года; теперь янизмъ -- такое имя приняла новая церковь -- не имѣетъ никакого успѣха.

Сопротивленіе такъ называемыхъ либераловъ на соборѣ разбивается постоянно объ огромное большинство итальянскихъ епископовъ, соединившихся въ дисциплинированный полкъ, редижируемый іезуитами. Изъ 907 прелатовъ, составившихъ соборъ, 834 епископа и кардинала живутъ въ Римѣ или имѣютъ свои кафедры въ Италіи, или наконецъ происхожденіемъ итальянцы. Они составляютъ ядро реакціи. Къ нимъ, какъ пособники ихъ убѣжденій, примыкаютъ 170 испанцевъ, португальцевъ и французовъ и почти столько же англичанъ, ирландцевъ и американцевъ. Такимъ образомъ за крайнія іезуитскія стремленія болѣе 650 прелатовъ. Однакожъ іезуиты, ловкость которыхъ и умѣнье выбирать и пользоваться всякими средствами, слишкомъ хорошо извѣстны, на этотъ разъ ошиблись, упустивъ удобное время. Вмѣсто того, чтобы прямо, рѣшительно и рѣзко поставить вопросъ и сразу задушить хотя и громкіе, но безсильные протесты нѣсколькихъ либераловъ, они ударились въ хитроумные маневры. Возъимѣвъ тщеславное желаніе восторжествовать падь каждымъ членомъ отдѣльно и надъ всѣми вмѣстѣ, они начали медленно ткать паутину и потеряли драгоцѣнное время, которымъ воспользовались ихъ хотя менѣе искусные, но дѣятельные противники, успѣвшіе сплотиться и убѣдиться въ своей солидной численности, превзошедшей всѣ ожиданія вожаковъ; вмѣстѣ съ тѣмъ обнаружилось, что либеральная оппозиція, не сильная числомъ, сильна своимъ краснорѣчіемъ, образованностію и способностями, передъ которыми насуютъ толстые итальянскіе прелаты, имѣющіе большій толкъ въ тонкихъ винахъ, макаронахъ и пастетахъ съ куропатками, чѣмъ въ теологіи. Оппозиція, не теряя времени, дѣйствовала съ достодолжной энергіей; католическій востокъ пришелъ въ броженіе; армино-уніаты просто бунтовали, нѣмцы и венгерцы подняли голову. Успѣхи парламентаризма во Франціи съ либеральнымъ министерствомъ Оливье-Дарю-Бюффе, нанесли сильный ударъ ультрамонтанамъ. Новые французскіе министры, либералы въ политикѣ, естественно должны были поддерживать религіозный либерализмъ; они тотчасъ же стали прижимать бѣднаго пану; они прислали сообщеніе папскому правительству, гласящее, что если оно не станетъ слѣдовать совѣтамъ французскихъ министровъ, они удалятъ французскій гарнизонъ изъ Рима. Мало этого, они рѣшили послать чрезвычайнаго посла на соборъ и, какъ говорятъ, назначаютъ на этотъ постъ герцога Брогли, извѣстнаго щеголя я рьянаго орлеаниста. Все это прекрасно, но не будете ли вы, господа министры, одурачены самымъ великолѣпнымъ образомъ. Вѣдь священная коллегія не присылала вамъ никакого приглашенія, нивамъ и никакому другому свѣтскому правительству, И она поступила похвально, совершенно логично и разумно. Въ самомъ дѣлѣ, что дѣлать мірянамъ на іезуитскомъ собраніи? Къ чему имъ тамъ присутствовать? По приглашая мірянъ раздѣлять труды духовныхъ пастырей, Пій IX хотѣлъ этимъ свидѣтельствовать о независимости церкви отъ свѣтскихъ властей. И пусть его свидѣтельствуетъ. Этимъ отдаленіемъ свѣтскаго міра отъ церковныхъ интересовъ, онъ какъ бы предсказываетъ будущее отдѣленіе церкви отъ государства. Самъ Барошъ призналъ логичность поведенія коллегіи, заявивъ, что его императоръ не захочетъ присылать своего представителя на соборъ, если само папское правительство не будетъ просить о его присылкѣ. Я Оливье и Дарю хотятъ сдѣлать лжецомъ Бароны, хотятъ поставить въ неловкое положеніе самого императора Наполеона III!

Къ счастію, все побуждаетъ насъ думать, что Пій IX вовсе не намѣренъ пугаться какихъ бы то ни было представленій парижскаго кабинета, хотя отозваніе французскаго гарнизона изъ Рима и можетъ сдѣлаться его ахилессовой пяткой. Такого же мнѣнія о твердости и упрямствѣ паны держится и парижская биржа; при извѣстіи о всей этой путаницѣ, на биржѣ произошло сильное пониженіе фондовъ: въ послѣднее время всѣ ея сдѣлки исключительно зависѣли отъ хода дѣлъ на соборѣ. До вмѣшательства французскаго правительства въ дѣла собора, находилось еще подъ сомнѣніемъ, что станется съ вопросомъ о непогрѣшимости папы, по едва стали извѣстны маневры либеральнаго кабинета, какъ всѣ сомнѣнія изчезли, для всѣхъ сдѣлалось очевиднымъ, что теперь-то папа заупрямится, догматъ о непогрѣшимости непремѣнно будетъ признанъ соборомъ, въ католическомъ мірѣ произойдетъ раздвоеніе и французское министерство будетъ поставлено въ весьма затруднительное положеніе.

Какъ бы то ни было, но теперь наступилъ рѣшительный моментъ. Эти страшно-могущественные люди, достопочтенные отцы Шредеръ, Бекеръ и другіе, имена которыхъ до сихъ поръ были почти неизвѣстны, хоти они вертѣли всѣми интригами, исходящими изъ Рима, которыми желали опутать слабыхъ людей, и интриги эти отзывались не только въ Европѣ, но и въ цѣломъ свѣтѣ, -- эти представители крайняго іезуитизма пришли наконецъ къ окончательному рѣшенію. Черезъ мѣсяцъ соборъ долженъ разойдтись, сдѣлавъ постановленіе или объ отсрочкѣ своихъ засѣданій, или признавъ непогрѣшимость папы. Мы надѣемся, что онъ выберетъ второе.

Свое предположеніе мы прежде всего основываемъ на желаніи самого св. отца, который жаждетъ видѣть себя обоготвореннымъ еще при жизни. Этого толстаго добряка пожираетъ наивное ребяческое тщеславіе. Онъ вѣритъ въ себя, вѣритъ, что онъ дѣйствительно истинный намѣстникъ Христа на землѣ, земной богъ. Онъ дѣтски радуется, когда передъ нимъ распростираются ницъ; по немъ проходитъ электрическая искра, когда ему цѣлуютъ ногу; онъ чувствуетъ себя въ раю, когда его несутъ на папскомъ креслѣ надъ головами собравшейся толпы; когда принцы и кардиналы опахиваютъ его вѣерами изъ золота и слоновой костя; когда въ честь его звонятъ колокола, играютъ трубы, бьютъ барабаны, гремятъ пушки.

По свое предположеніе о конечномъ результатѣ совѣщаній собора мы основываемъ не на одномъ личномъ желаніи паны, хоть оно доля;по играть весьма важную роль въ рѣшеніи прелатовъ. Есть и другіе, еще болѣе важные мотивы. Догматъ непогрѣшимости представляетъ конечную цѣль партіи іезуитовъ и крайнихъ ультрамонтановъ; въ немъ они видятъ самое рѣшительное средство противъ тѣхъ идей новаго времени, которыя они желали бы стеречь съ лица земли и тѣмъ поворотить человѣчество назадъ, въ тьму среднихъ вѣковъ. Они убѣждены, что католическій міръ, признавъ этотъ догматъ,-- въ чемъ они не сомнѣваются, если догматъ будетъ утвержденъ соборомъ, -- вмѣстѣ съ тѣмъ долженъ признать непогрѣшимыми и всѣ постановленія паны, направленныя противъ прогресса.

Далѣе. Католическая церковь, какъ мы уже замѣтили, вовсе не неподвижна. Она развивается на спой образецъ; она прогрессируетъ, слѣдуя своему принципу, прогрессируетъ систематически, и такой прогрессъ также необходимъ для ея жизни и составляетъ такое же естественное явленіе, какъ въ странахъ умѣреннаго я холоднаго пояса для рѣкъ необходимо зимою покрываться толстой ледяной корой. Непогрѣшимость есть необходимое дополненіе къ тѣмъ догматамъ, которые выработаны католицизмомъ втеченіи всего его существованія, постепенно превращая христіанство въ католичество, а католичество въ папство. Всѣмъ извѣстно, что первая христіанская Церковь въ Іерусалимѣ представляла собою чисто-народную общину. Римская же церковь мало-по-малу обратилась въ клерикальную олигархію аббатовъ и епископовъ. Затѣмъ аристократія перешла въ конституціонную монархію, въ автократію, ограниченную парламентарными учрежденіями -- соборами. Теперь же дѣло идетъ о превращеніи ограниченной автократіи въ теократію, абсолютную во всемъ строгомъ значеніи этого понятія. Съ этой именно цѣлью созванъ соборъ; признавъ непогрѣшимость папы, епископы отрекутся отъ своихъ конституціонныхъ правъ; очевидно, если разъ будетъ объявлена непогрѣшимость римскаго первосвященника, всякій соборъ въ будущемъ сдѣлается совершенно безполезнымъ и нелѣпымъ. Вѣдь папа непогрѣшимъ, онъ не можетъ ошибаться, къ чему же послужатъ совѣты, совѣщанія и указанія? Можетъ ли трибуналъ, составленный изъ слабыхъ, грѣшныхъ людей, подвергать своему критическому анализу дѣйствія существа непогрѣшимаго? Такой результатъ предвидятъ и сами клерикалы, ревностные защитники догмата непогрѣшимости и "потому-то, говорятъ они, мы и считаемъ его необходимымъ: интересы религіозные и моральные должны же имѣть судью, рѣшающаго безапеляціонно всякія затрудненія въ этой области. Непогрѣшимость чистѣйшій абсурдъ, но она необходима." Жозефъ де-Местръ, авторитетъ въ подобныхъ дѣлахъ, говоритъ: "вопросъ не въ томъ, дѣйствительно ли папа непогрѣшимъ, но долженъ ли онъ считаться таковымъ..." "Католики всегда вѣрили и всегда должны вѣрить, что папа непогрѣшимъ..." "Тотъ, кто будетъ имѣть право сказать папѣ, что онъ ошибся, тѣмъ самымъ получитъ право не повиноваться ему, слѣдовательно, не признавать его главенства."

И въ интересѣ самихъ епископовъ отказаться отъ своего конституціоннаго контролирующаго права и передать его въ руки государя-первосвященника. Когда первый изъ священниковъ станетъ непогрѣшимымъ, послѣдній изъ нихъ можетъ надѣяться стать имъ въ свою очередь. Кто участвуетъ въ священствѣ, въ тоже самое время участвуетъ и въ непогрѣшимости.

Такова логика ультрамонтановъ. Съ точки зрѣнія традиціи и такъ называемой католической истины іезуиты, Вельо, Антонелли, Маннингъ и имъ подобные имѣютъ право считать нечестивыми еретиками такихъ людей, какъ Гретри, Дюпанлу, Янусъ, Деллингеръ, Шроссмайеръ и др.; они имѣютъ право ненавидѣть ихъ даже больше, чѣмъ неисправимыхъ раціоналистовъ.

Итакъ клерикальная логика на сторонѣ признанія догмата непогрѣшимости папы. Либералы тычутъ въ носъ Александромъ Борджіа и другими папами, прославившимися въ томъ же родѣ, какъ и этотъ великій разбойникъ и развратникъ, возсѣдавшій на папскомъ престолѣ. Но примѣры, хотя бы даже и болѣе рѣзкіе, еслибъ это было возможно, въ данномъ случаѣ, по меньшей мѣрѣ, безполезны. Либералы подъ шумокъ киваютъ и на добродушнаго, невиннаго Пія IX: хорошъ-де непогрѣшимый, правительство его занимается выдѣлкой фальшивой монеты. Ну, что такое фальшивая монета -- стоитъ ли толковать о такой бездѣлицѣ. Впрочемъ, исторія эта довольно поучительна и мы перейдемъ къ ней.


-----


Изъ папской монеты возросло огромнѣйшее дѣло во Франціи. Въ 1865 году между Франціей, Бельгіей, Италіей и Швейцаріей была заключена монетная конвенція, но которой договаривающіяся государства обязались выбивать конвенціонныя серебряныя монеты въ франкъ и полфранка. Эти правительства жаловались, что монета, выбитая съ законной лигатурой, быстро изчезаетъ за-границу, преимущественно на Востокъ, и что дли составленіи фонда размѣнной монеты, удовлетворяющаго необходимостямъ коммерціи, приходится постоянно прибѣгать къ новымъ выпускамъ монеты съ ущербомъ для государственнаго казначейства. Потеря, въ сущности, была не велика, потому что она уравновѣшивалась серьезной нравственной выгодой, знакомя отдаленныя страны съ преимуществами десятичной монетной системы и тѣмъ подготовляя будущую великую реформу: введенія международной общей монетной единицы. И такъ какъ выгоды уравновѣшивали потерю и нечего было думать и возможности радикальной реформы, то просто слѣдовало оставить дѣло въ прежнемъ положеніи. По вѣтеръ реформъ повѣялъ на лысые черепа французскихъ бюрократовъ и разгорячилъ ихъ. Они энергически принялись реформировать, но сдѣлали совсѣмъ не то, чего требовало положеніе дѣлъ и выгоды не только одной Франціи, но и всего цивилизованнаго міра. Имъ слѣдовало начать съ уничтоженія ажіотажа и игры на монету, обогащающихъ разныхъ спекулянтовъ въ ущербъ частныхъ лицъ. Достигнуть этого было не трудно. Слѣдовало признать оффиціальной и обязательной къ размѣну одну золотую монету, а не двѣ -- золотую и серебряную -- какъ было до сихъ поръ, когда указная цѣна обѣихъ монетъ не соотвѣтствовала одна другой, расходясь также съ рыночной цѣною металла. Изъ серебра же чеканить только одну конвенціонную монету въ тѣхъ размѣрахъ, какіе будутъ указаны условіями договора, сдѣлавъ ее обязательной для размѣна только въ дробныхъ исчисленіяхъ, меньшихъ 10 франковъ; точно также мѣдная монета могла бытъ обязательна при разсчетахъ менѣе франка. Такимъ образомъ, при уплатѣ, напримѣръ, 316 франковъ 85 сантимовъ звонкою монетою, обязательно внести 310 франковъ золотомъ, 6 франковъ серебряною монетою и 85 сантимовъ мѣдью. Далѣе, слѣдовало постановить, что для серебряной и мѣдной монеты размѣръ лигатуры не обязателенъ; каждое изъ конвенціонныхъ государствъ можетъ назначить ту пропорцію составныхъ частей смѣси, какая ему заблагоразсудится, съ непремѣннымъ, однако, условіемъ, чтобы на самой монетѣ было точно обозначено, сколько вонью въ нее частей чистаго металла и сколько лигатуры. Напримѣръ, Бельгіи вздумалось бы вмѣсто теперешнихъ восьми десятыхъ чистаго серебра дѣлать смѣсь изъ 7, 6 частей чистаго металла и 3, 4 частей лигатуры, она вправѣ это сдѣлать, но обязана эту пропорцію обозначить на монетѣ. При международныхъ сношеніяхъ такая монета будетъ приниматься уже не по номинальной стоимости, а по дѣйствительной ея цѣнѣ, зависящей отъ пропорціи чистаго металла, вошедшаго въ смѣсь. Осуществленіемъ такого проекта, разрѣшался вопросъ объ общей для всѣхъ цивилизованныхъ націй монетной единицѣ. Пользу такой реформы нечего и доказывать, она слишкомъ очевидна, также, какъ очевидно и то, что тогда гораздо выгоднѣе будетъ чеканить монету высшей пробы, чѣмъ низшей.

Но этотъ проектъ имѣетъ большой недостатокъ, онъ слишкомъ простъ и не даетъ мѣста ни ажіотажу, ни арбитражу, онъ не оставляетъ лазейки для легкой наживы разнымъ биржевымъ пройдохамъ. Бюрократы и банкократы, работавшіе надъ конвенціей 4865 года, предпочли удержать прежній порядокъ размѣна, а слѣдовательно ажіотажъ и игру на монету, какъ слѣдствіе того порядка. Они рѣшили также понизить пробу конвенціонной серебряной монеты; законная проба пяти-франковой монеты осталась прежняя 0,9, а конвенціонной монетѣ назначена 0,835, причемъ забыли заявить объ этомъ измѣненіи, такъ что публика продолжаетъ ее принимать, какъ монету прежней пробы. Количество конвенціонной размѣнной монеты опредѣлено въ 6 франковъ на каждаго человѣка. Такъ, при 37 милліонномъ населеніи Франціи, она должна имѣть въ обращеніи размѣнной монеты около 130,000,000 франковъ. Правительство св. престола также получило приглашеніе принять участіе въ конвенціи и согласилось на нее нѣсколько времени спустя послѣ ея обнародованія. Оно тянуло время съ цѣлію извлечь изъ конвенціи все, что было можно, въ свою пользу. Вмѣсто того, чтобы отчеканить конвенціонную монету по расчету 6 франковъ на человѣка, оно пустило въ обращеніе въ 10 разъ большее количество, понизивъ притомъ пробу съ 0,835 на 0,832 (разница въ три тысячныя слишкомъ ничтожна, твердятъ защитники правительства св. престола, вѣдь такъ трудно достигнуть положенной смѣси изъ 835 частей серебра и 165 частей мѣди). Понятно, что такое огромное количество размѣнной монеты не могло оставаться въ папскихъ владѣніяхъ и должно было уйти за границу. И оно пошло преимущественно во Францію, откуда возвратилось въ Римъ въ видѣ крупной монеты, болѣе удобной для храненія въ сундукахъ. Частныя лица охотно отдавали пяти-франковыя монеты, на самомъ дѣлѣ стоящія 3 франковъ, и въ замѣнъ получали размѣнной на пять франковъ, дѣйствительная стоимость которой была 4 1/2 франка, и теряли такимъ образомъ 9%. Французскому правительству слѣдовало пресѣчь зло въ самомъ началѣ, шепнувъ объ этомъ римскому кабинету, или объявивъ прямо о дѣйствительной стоимости папской монеты; но оно ожидало, когда этой монеты вошло во Францію болѣе чѣмъ на 30 милліоновъ франковъ, и только тогда рѣшилось дѣйствовать: напекая монета сразу потеряла цѣну; теперь ее никто не хочетъ принимать. По моральныя слѣдствія этого дѣла для папства были несравненно гибельнѣе, чѣмъ матеріальныя. Раздался всеобщій крикъ, что папское правительство упражняется въ дѣланіи фальшивой монеты и грабитъ такимъ образомъ довѣрчивыхъ людей; на этой аферѣ съ одной Франціи вытянуто обманомъ болѣе трехъ милліоновъ франковъ. Посыпались громовыя обвиненія на голову св. отца и его патеровъ, и католическая партія поспѣшила принять какія нибудь рѣшительныя мѣры, чтобы замять непріятное дѣло. Всю монету, подавшую поводъ къ перепалкѣ и неудовольствіямъ, она поручила извлечь изъ обращенія и возвратить въ Римъ. Эту трудную обязанность взялъ на себя марсельскій епископъ. Вообще дѣло-то вышло неказистое!


-----


Что касается общаго положенія Франціи, что касается игры разныхъ партій на политической шахматной доскѣ, то безошибочно можно сказать, что самая невыгодная партія досталась едва ли не на долю императора Наполеона. Окруженный своими парламентарными совѣтниками, вышедшими изъ среды его ложныхъ друзей и истинныхъ враговъ, онъ не можетъ свободно двинуться ни впередъ, ни назадъ, ни вправо, ни влѣво. Ему безпрерывно надобно мириться съ такими положеніями, съ которыми, но своимъ личнымъ убѣжденіямъ, онъ долженъ бы оставаться въ постоянной враждѣ. Императрицѣ живется почти что не лучше. Ей постоянно приходится встрѣчаться съ министрами, къ которымъ не лежитъ ея душа, которые своими, для нея слишкомъ независимыми, рѣчами волнуютъ и оскорбляютъ ея самолюбіе; ей, привыкшей къ лести прежнихъ министровъ, къ обожанію епископовъ и патеровъ, невыносимы вѣчные толки о необходимыхъ свободахъ, которыхъ добивается Франція; а тугъ еще этотъ непріятный скандалъ съ Пьеромъ Бонапартомъ. Министры, повидимому, торжествуютъ, повидимому, вся власть и сила въ ихъ рукахъ, но и они чувствуютъ себя не совсѣмъ хорошо; ихъ не на шутку тревожитъ этотъ вѣчно-безпокойный нѣмецъ Бисмаркъ, ихъ разбираетъ зависть къ высоко-честной дѣятельности Гладстона, до котораго имъ какъ до звѣзды небесной далеко. Буржуазія начинаетъ всѣмъ распоряжаться; она старается разсовать своихъ людей но всѣмъ угламъ, гдѣ только есть хотя бы даже намекъ на власть. Предъ нами проходитъ теперь церемоніальное шествіе національной гвардіи. Вотъ ихъ лысые черепа, ихъ выпяченные, круглые животы, ихъ шако, украшенныя перьями и помпонами. Они проходятъ передъ тѣнью Луи-Филиппа, закрывающагося отъ солнца дождевымъ зонтикомъ; короля-буржуа окружаетъ генеральный штабъ національной гвардіи. Г. Жозефъ Прудомъ тщеславится своей саблей и считаетъ этотъ день лучшимъ днемъ въ своей жизни; онъ отдаетъ приказанія г. Жерому Патюро, который наконецъ отыскалъ свое соціальное положеніе. И вотъ по командѣ начинаютъ двигаться по площади Тьеры, Гизо, Одилонъ Барро, Ремюза, Брогли, Шангарнье, Дюфоры. Удивительный карнавалъ начинаетъ проходить передъ глазами зрителей, точно будто раскрылись гробы и мертвецы оставили свои могилы, со всѣхъ сторонъ стекаются личности, которыхъ уже давно считали умершими; ихъ сажаютъ въ разнаго рода комиссіи -- муниципальныя, децентрализаціонныя, общественныхъ работъ, преобразованія законовъ о прессѣ, введенія новыхъ положеній о народномъ образованіи. Они приметываются всюду, они передѣлываютъ и перекрашиваютъ все, что можно, и старую пачкотню замѣняютъ новой, такого же достоинства. Подъ предлогомъ децентрализаціи и устраненія излишняго правительственнаго вмѣшательства, они приготовили проектъ закона, передающій общинное управленіе въ руки крупныхъ собственниковъ. Подъ предлогомъ водворить во Франціи свободное обученіе, они намѣреваются передать высшее образованіе іезуитамъ, подобно тому, какъ бонапартисты передали его патерамъ. Франція хорошо знакома съ патерскимъ воспитаніемъ; эти господа, не научивъ своихъ племянницъ и служанокъ даже хорошенько читать и писать, а только познакомивъ ихъ съ знаменитыми "письмами о послушаніи", надѣлали изъ нихъ учительницъ и ввѣрили имъ воспитаніе юныхъ француженокъ. Изъ этихъ бѣдняжекъ, половина, побывъ въ рукахъ такихъ наставницъ, выходитъ въ свѣтъ не получивъ ровно никакого образованія, другая же половина получаетъ воспитаніе такого высокаго достоинства, что лучше бы остаться совсѣмъ безъ него, оно, пожалуй, будетъ еще хуже самаго невѣжества. И вотъ явилась мысль дополнить прекрасное дѣло и въ высшихъ школахъ продолжать обученіе по "письмамъ о послушаніи". Подъ покровительствомъ суроваго кальвиниста Гизо, іезуиты откроютъ школы права, медицины, словесности и искуствъ. И юнымъ іезуитикамъ, вполнѣ удовлетворяющимъ своихъ наставниковъ, старыхъ іезуитовъ, станутъ выдавать дипломъ медиковъ, адвокатовъ, художниковъ, профессоровъ, которые сдѣлаютъ дипломамъ, получаемымъ изъ правительственныхъ школъ, такую же убійственную конкуренцію, какую сдѣлали "письма о послушаніи" свидѣтельствамъ, выдаваемымъ изъ нормальной школы учителямъ и учительницамъ. Но не одни дипломы станутъ выдавать старые іезуиты своимъ іезуитикамъ, они переженятъ ихъ на іезунточкахъ, устроятъ имъ дальнѣйшую карьеру и помогутъ ткать сѣти, въ которыя будутъ попадать легкомысленные простачки. Уже и теперь іезуиты, чувствуя силу, кричатъ объ абсолютной свободѣ; вооруженные внушительными дубинами и толстыми желѣзными полосами, они скромно испрашиваютъ позволенія дѣлать каждому все, что ему нравится. Имъ же самимъ нравится грабить наслѣдства и распускать разныя безобразныя клеветы на мыслящихъ людей. Толстый французскій буржуа сталъ опять хозяиномъ въ своемъ дому; старый Оргонтъ, принявъ бразды правленія въ свои руки, конечно, первымъ долгомъ почтетъ утвердить положеніе Тартюфа, назначивъ его своимъ управляющимъ и духовникомъ г-жи Оргонтъ.

Въ своихъ проектахъ объ изданіи общиннаго управленія, буржуазные орлеанисты предлагаютъ возстановить законъ 31 мая, т. е. ограничить всеобщую подачу голосовъ, отнявъ право голоса не только у людей неумѣющихъ ни читать, пи писать, но и у молодыхъ людей, недостигшихъ полнаго 23-лѣтняго возраста, и у такихъ гражданъ, которые прожили въ своей общинѣ менѣе пяти лѣтъ. Женщины не будутъ допущены къ голосованію, это слѣдуетъ само собою, но мужьямъ дадутъ лишній голосъ, подобно тому, какъ въ Соединенныхъ Штатахъ рабовладѣльцы имѣли голоса но числу рабовъ: за каждыя пять головъ прибавлялся одинъ голосъ. Жаль, что французскій проектъ забываетъ вознаградить какъ слѣдуетъ Жоржей Данденей, вручивъ имъ не по четыре голоса, а только по два.

Что завтра буржуазія сдѣлается жертвой обмана, въ этомъ нельзя сомнѣваться, но точно также не подлежитъ сомнѣнію, что нынче она владычествуетъ и управляетъ всѣмъ по своему произволу. Бонапартисты законодательнаго собранія потеряли сраженіе по вопросу объ оффиціальныхъ кандидатурахъ, и тѣмъ окончательно проиграли дѣло личнаго правленія. Въ этотъ достопамятный день лѣвая сторона вотировала вмѣстѣ съ министерствомъ, а интимные друзья, совѣтники, эко-шталмейстеры императора подняли бурю и произвели сильную, но неудачную атаку на министерство. Сенатъ не смѣтъ ворчать и молчитъ.

Лѣвая сторона, та часть ей, которая представляется Пикаромъ, Симономъ и Жюлемъ Фавромъ, и состоитъ изъ буржуазныхъ республиканцевъ, привыкла заигрывать съ министерствомъ, расточая ему комплименты и взамѣнъ получая ихъ отъ него. Всѣ послѣднія событія, которыя бы должны были повліять на ея образъ дѣйствій и заставить ее строже относиться къ своему дѣлу и не слишкомъ довѣрять краснобайству Оливье,-- всѣ эти событія не разбудили буржуазнаго спокойствія этихъ господъ, не отучили ихъ держаться за одну фразу, выѣзжать на фразѣ. Они успокоились также, какъ и буржуазія, которая, надѣясь, что орлеанистскія тенденціи, заявленныя новымъ меньшинствомъ, даютъ гарантію ея господству, намѣрена сильно поддерживать министерство. А послѣднее, въ свою очередь, убѣждено, что при новыхъ выборахъ въ законодательное собраніе -- если бы потребовалось распустить его -- оно несомнѣнно получитъ за себя огромное большинство въ палатѣ.

А что же остальныя оппозиціонныя партіи? Они доведены теперь до слабости, они лишились всякаго вліянія и отчасти заслужили это своей недальновидностію. Восемь мѣсяцевъ тому назадъ все имъ улыбалось; Франція, усталая отъ ошибокъ и злоупотребленій правительства второй имперіи, съ охотой отдала бы имъ управленіе дѣлами, но они не съумѣли воспользоваться выгодами своего положенія, не съумѣли овладѣть благопріятными обстоятельствами и теперь должны ожидать, когда снова представится удобный случай. Въ ожиданіи же этого, они должны присутствовать, въ качествѣ спокойныхъ зрителей, при возобновленіи орлеанистскаго представленія. Знакомыя лица, Жеронтъ, Кассандръ, Арлекинъ, Тартюфъ, добродѣтельная Коломбина, Сганарелль и Жоржъ Данденъ снова выступили на сцену. Вниманіе, господа!


Жанъ Лефрень.


"Дѣло", No 3, 1870