# Политическая и общественная хроника

Эли Реклю

Блистательное завершение рабовладельческого вопроса в Соединенных Штатах.- Негр-сенатор.- Билль о допущении женщин к избирательству.- Женщины-присяжные и мировые судьи.- Несостоятельность системы всеобщаго голосования.- Деспотизм большинства.- Необходимость признания прав меньшинства.- Проекты практического разрешения вопроса о равномерном представительстве всех партий.- Предложение Дудли Фильда.- Первое применение прямого народоуправления в Цюрихе.- Доклад Бэркли по проекту закона об уменьшении рабочих часов женщин и детей.- Несостоявшаяся продажа Сен-Доминго Соединенным Штатам.- Прорытие тегуантепекского перешейка и гондурасская железная дорога.- Волнения в Канаде.- Тревога английских консерваторов по случаю предложения Лока Книга о реформе закона первородства.- Марафонские разбойники.- Затруднительное положение австрийской империи.- Тост за будущего германского императора.- Парламентаризм не по плечу второй империи.- Неудачная попытка орлеанистов выступить вновь на политическую арену.- Их полнейшая бездарность.- Шумиха громких фраз.- Либеральная буржуазия проведена и одурачена ловким маневром императора.- Плебисцит.- Результаты его вотирования.- Ловко-придуманный заговор и пожирающая деятельность префектов.- В проигрыше осталась одна буржуазия.

## ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ ХРОНИКА.


Блистательное завершеніе рабовладѣльческаго вопроса въ Соединенныхъ Штатахъ.-- Негръ-сенаторъ.-- Билль о допущеніи женщинъ къ избирательству.-- Женщины-присяжныя и мировые судьи.-- Несостоятельность системы всеобщаго голосованія.-- Деспотизмъ большинства.-- Необходимость признанія правъ меньшинства.-- Проекты практическаго разрѣшенія вопроса о равномѣрномъ представительствѣ всѣхъ партій.-- Предложеніе Дудли Фильда.-- Первое примѣненіе прямого народоуправленія въ Цюрихѣ.-- Докладъ Бэркли по проекту закона объ уменьшеніи рабочихъ часовъ женщинъ и дѣтей.-- Несостоявшаяся продажа Сен-Доминго Соединеннымъ Штатамъ.-- Прорытіе тегуантепекскаго перешейка и гондурасская желѣзная дорога.-- Волненія въ Канадѣ.-- Тревога англійскихъ консерваторовъ по случаю предложенія Лока Книга о реформѣ закона первородства.-- Марафонскіе разбойники.-- Затруднительное положеніе австрійской имперіи.-- Тостъ за будущаго германскаго императора.-- Парламентаризмъ не по плечу второй имперіи.-- Неудачная попытка орлеанистовъ выступить вновь на политическую арену.-- Ихъ полнѣйшая бездарность.-- Шумиха громкихъ фразъ.-- Либеральная буржуазія проведена и одурачена ловкимъ маневромъ императора.-- Плебисцитъ.-- Результаты его вотированія.-- Ловко-придуманный заговоръ и пожирающая дѣятельность префектовъ.-- Въ проигрышѣ осталась одна буржуазія.


Въ посланіи президента Соединенныхъ Штатовъ мы встрѣчаемъ два чрезвычайно важныхъ извѣстія: 1) послѣдній изъ возстававшихъ рабовладѣльческихъ штатовъ, Техасъ, снова допущенъ въ составъ Союза, и 2) конгрессомъ принята и утверждена президентомъ пятнадцатая поправка въ конституціи сѣверо-американской республики, создающая 800,000 новыхъ избирателей, представляющихъ собою четырехмилліонное населеніе негровъ, отнынѣ уравненныхъ съ бѣлыми въ правахъ гражданскихъ. Этими двумя актами заканчивается періодъ американской революціи.

"Принятіе пятнадцатой поправки въ конституціи дополняетъ самую величайшую изъ нашихъ гражданскихъ реформъ,-- пишетъ президентъ Грантъ.-- Оно составляетъ самое важнѣйшее событіе, которое имѣло мѣсто съ тѣхъ поръ, какъ существуетъ наша нація. Результаты этого измѣненія будутъ тѣмъ благотворнѣе, чѣмъ болѣе вниманія мы будемъ оказывать знаменитымъ словамъ Вашингтона: "распространяйте просвѣщеніе, свобода находится въ зависимости отъ него". Вотъ почему я считаю долгомъ обратиться къ конгрессу, прося его принять всѣ зависящія отъ него мѣры къ развитію просвѣщенія. Съ подобнымъ же воззваніемъ я обращаюсь къ народу, напоминая ему, что онъ самъ долженъ наблюдать, чтобы всякій гражданинъ обладалъ знаніями, которыя помогли бы ему получить отъ своихъ политическихъ правъ выгоду, а не опасность."

Слова президента нѣсколько темны, и мы позволимъ себѣ перевести ихъ на болѣе ясный языкъ: "мы дали избирательное право неграмъ, побуждаемые къ тому справедливостью и политическими причинами. Мы сдѣлали доброе дѣло, потому что по могли поступить иначе, но мы все же не можемъ чувствовать себя вполнѣ спокойными. Невѣжество этихъ бѣдныхъ негровъ, вчера еще бывшихъ рабами, которымъ ихъ прежніе господа запрещали читать, подъ страхомъ плети, и писать, почти подъ страхомъ смерти,-- это невѣжество причиняетъ намъ большое безпокойство, возбуждаетъ наши опасенія, потому что можетъ сыграть съ нами плохую шутку и сдѣлаться для государства причиной серьезныхъ опасностей. Съ этихъ поръ 800,000 новыхъ избирателей могутъ по своему произволу нарушать равновѣсіе всеобщаго голосованія. Невѣжественные негры, соединясь съ еще болѣе невѣжественными ирландцами, въ одинъ прекрасный день могутъ, пожалуй, сдѣлаться вашими владыками, узаконивъ своимъ вотомъ ретроградную диктатуру, подобную французской, послѣ государственнаго переворота 2 декабря, которая, какъ извѣстію, могла явиться на свѣтъ только благодаря апатіи и стадности французскаго сельскаго населенія, неимѣвшаго понятія о томъ, за что онъ вотируетъ. Чтобы избѣжать опасности, которую могутъ причинить глупые избиратели, просвѣтимъ какъ можно скорѣе нашихъ негровъ, а также станемъ зорко слѣдить, чтобы ни одинъ ирландскій ребенокъ не отлынивалъ отъ школы."

Это рѣшеніе стой, то дорого англо-саксонской расѣ; провозглашая свое равенство съ негритянской расой, она наносила сильный ударъ своему тщеславію. Но янки -- народъ весьма благоразумный; оказывая справедливость неграмъ, они вполнѣ основательно разсчитали, что отъ своего великодушія они гораздо болѣе выигрываютъ, чѣмъ проигрываютъ. Сѣверу нужно было во что бы то ни стало побѣдить сопротивленіе своего врага, Юга. Во время войны Сѣверъ дѣлалъ все, что было можно, чтобы избѣжать военной помощи отъ негровъ; но когда явилась въ томъ неотлагательная потребность, сѣверяне были настолько умны, что побѣдили свое отвращеніе къ чернокожимъ и организовали негритянскіе полки. Точно также послѣ войны они долго не хотѣли увеличивать свои ряды избирателями изъ негровъ. По Югъ вовсе не намѣренъ былъ морально класть оружіе, и многіе изъ его штатовъ отказывались снова вступить въ составъ Союза и въ своемъ сопротивленіи поддерживались тщеславнымъ, недалекимъ президентомъ Джонсономъ; и побѣдители должны были наконецъ понять, что побѣдъ Гранта и Шермана на поляхъ сраженіи еще недостаточно для окончанія борьбы, что приходится пустить въ ходъ другія, болѣе сильныя средства. И потому, даже противъ своего желанія, сѣверяне были увлечены на путь соціальныхъ реформъ, и не только въ южныхъ штатахъ, какъ они сперва предполагали, но и въ своихъ собственныхъ. Чтобы исключить всякую возможность возвращенія рабовладѣльческихъ попытокъ, чтобы дать извѣстныя гарантіи безопасности въ будущемъ, сѣверяне нашлись вынужденными болѣе и болѣе расширять права черныхъ. Всякая новая высокомѣрная попытка рабовладѣльцевъ отзывалась увеличеніемъ правъ ихъ прежнихъ рабовъ, и южные рабовладѣльцы, поддерживаемые своими друзьями, сѣверными демократами, шли такъ быстро по своему скользкому пути, что мы имѣемъ удовольствіе видѣть теперь мистера Ревельса, добродушнаго негра, въ числѣ членовъ вашингтонскаго сената; онъ избранъ бывшимъ рабовладѣльческимъ штатомъ Миссисипи и засѣдаетъ въ той же самой.залѣ, гдѣ нѣкогда засѣдалъ самъ Джеферсолъ Дэвисъ. Негръ -- законодатель въ Соединенныхъ Штатахъ!... Но вѣдь такое предположеніе, высказанное нѣсколько лѣтъ тому назадъ, возбудило бы сильнѣйшее омерзѣніе даже во многихъ изъ тѣхъ героевъ, которые, храбро сражаясь противъ рабовладѣльцевъ, пали при Геттисбургѣ и Питсбургѣ. Чтобы окончательно побѣдить Югъ, Сѣверъ самому себѣ долженъ былъ нанести оскорбленіе. Пораженное смертельно при Ричмондѣ, омерзительное чудовище американскаго рабства только въ Бостонѣ, Вашингтонѣ, Пью-Іоркѣ испустило свой послѣдній вздохъ!

Пріобрѣтенныя неграми избирательныя права естественнымъ образомъ приводятъ насъ къ вопросу объ избирательныхъ правахъ женщинъ, который въ общественномъ сознаніи все еще при надлежитъ къ числу вопросовъ спорныхъ, хотя въ Соединенныхъ Штатахъ нынче начинаютъ уже убѣждаться, что разрѣшеніе этого вопроса въ смыслѣ положительномъ необходимо для радикальнаго дополненія предпринятой избирательной реформы. Впрочемъ вопросъ объ избирательныхъ правахъ женщинъ не составляетъ исключительнаго вопроса Соединенныхъ Штатовъ; имъ болѣе или менѣе заняты вездѣ въ Европѣ. Даже во Франціи въ послѣднее время онъ весьма серьезно выступилъ на сцену. Равенство передъ трудомъ -- одинаковая плата за равный трудъ мужчинѣ и женщинѣ, допущеніе женщинъ ко всѣмъ отраслямъ труда, причемъ первенство должно даваться не полу, а индивидуальнымъ способностямъ. Равенство мужчины и женщины передъ закономъ. Дозволеніе женщинѣ распоряжаться самостоятельно ея имуществомъ, безъ всякаго попечительства со стороны ея мужа. Избирательное право.-- Вотъ программа, которую французскія женщины намѣрены привести въ исполненіе. Вотъ требованія, которыя вошли въ программы извѣстныхъ политическихъ партій во Франціи. Въ Англіи тѣ же требованія заявляетъ знаменитый Стюартъ Милль, какъ публицистъ, и Джекобъ Брайтъ, какъ законодатель. 4 нынѣшняго мая этотъ послѣдній предложилъ въ палатѣ общинъ второе чтеніе билля о распространеніи на нѣкоторыхъ женщинъ избирательныхъ правъ. По проекту новаго закона, къ избирательству допускаются только вдовы и дѣвушки, подходящія подъ существующій цензъ; бѣдныя женщины и замужнія не пользуются правомъ голоса. Ни одинъ изъ министровъ, не исключая Джона Брайта, брата Джекоба Брайта, не согласился поддержать предложеніе. Несмотря на то, большинствомъ 34 голосовъ палата допустила второе чтеніе билля и назначила комиссію для изслѣдованія предложенія. По серьезныя пренія по этому предложенію могутъ открыться только при третьемъ чтеніи {По послѣднимъ извѣстіямъ, этотъ билль не былъ допущенъ до третьяго чтенія, слѣдовательно отложенъ на неопредѣленное время.}. Консервативныя газеты недовольны результатами голосованія въ палатѣ 4 мая. Даже "Daily News", которая, со времени перехода власти въ руки ея друзей, стала слишкомъ уже умѣренна въ обсужденіи вопросовъ о внутреннихъ реформахъ, -- даже она, повидимому, готова бы была пристать къ противникамъ билля, но не осмѣлилась сдѣлать этого слишкомъ явно. Предполагаемое измѣненіе не увеличитъ даже и на четвертую часть число существующихъ избирателей, но никто не сомнѣвается, что даже это слабое прибавленіе женскаго элемента въ избирательной системѣ, непремѣнно повліяетъ на измѣненіе самой системы. Прибавленіе десятой части аллюминія даетъ мѣди блескъ золота, твердость и прочность бронзы. А кто выиграетъ отъ допущенія женщинъ къ выборамъ: консерваторы или народная партія?-- Такой вопросъ невольно является въ умѣ каждаго, и каждый, понятію, разрѣшаетъ его, соображаясь съ своими симпатіями къ той или другой партіи. Въ пользу того или другого предположенія приводится, конечно, множество доводовъ. Одни говорятъ, что женщина по своей природѣ аристократична и склонна къ мистицизму, и потому непремѣнно будетъ вотировать за консерваторовъ, станетъ крѣпко держаться за традицію. Другіе же, считая женщину существомъ страстнымъ и сантиментальнымъ, убѣждены, что она бросится въ объятія народной партіи, также одержимой достаточной дозой страстности и сантиментализма, и сдѣлается горячей защитницей самыхъ крайнихъ убѣжденій. но будетъ ли реформа выгодна той или другой партіи -- это, конечно, вопросъ второстепенный. Реформа справедлива, необходима -- этого довольно; значитъ, она выгодна для всѣхъ.

Въ виду такой ретивости защитниковъ разширенія правъ женщинъ въ Англіи, американскіе реформаторы принялись серьезно агитировать этотъ вопросъ въ Америкѣ. Въ законодательныя учрежденія сѣверныхъ и южныхъ штатовъ было внесено множество петицій и проектовъ о допущеніи женщинъ къ избирательству. Въ Чикаго, Клевелендѣ, Монпелье и Ворчестерѣ побѣда осталась за женщинами, хотя еще не произнесено окончательнаго рѣшенія въ законодательномъ смыслѣ. Территорія Номингъ отъ словъ поспѣшила перейти къ дѣлу и сдѣлала первый опытъ допущенія женщинъ въ составъ присяжныхъ и назначенія ихъ мировыми судьями. Опытъ удался отлично. Номингъ пока территорія, но вскорѣ онъ будетъ признанъ штатомъ и пошлетъ своихъ депутатовъ на конгрессъ. Эти депутаты будутъ избраны одинаково какъ мужчинами, такъ и женщинами; конгрессъ долженъ допустить ихъ въ свою среду, а тѣмъ самымъ найдется вынужденнымъ признать законность избирательныхъ правъ женщинъ во всемъ Союзѣ. Разрѣшенный въ Соединенныхъ Штатахъ, этотъ вопросъ быстро приблизится къ разрѣшенію и во всѣхъ прочихъ цивилизованныхъ странахъ.

Въ Минесотѣ губернаторъ наложилъ свое вето на билль, прошедшій обѣ палаты, подъ тѣмъ предлогомъ, что законъ получилъ утвержденіе въ палатахъ совершенно случайно -- многіе члены давали утвердительные голоса только ради шутки. Для законодателей такой образъ дѣйствій черезъ-чуръ ужь остроуменъ!

Напротивъ, губернаторъ Колорадо, въ своемъ посланіи къ палатамъ, просить ихъ отнестись сочувственно къ проекту новаго закона, а его жена разъѣзжаетъ по всей странѣ съ цѣлью пропаганды въ пользу новаго билля, впрочемъ, какъ намъ сообщаютъ, не съ слишкомъ большимъ успѣхомъ.

Вообще законъ о допущеніи женщинъ къ избирательству подвергнутъ обсужденію во всѣхъ штатахъ; въ иныхъ онъ потерпѣлъ пораженіе въ обоихъ законодательныхъ учрежденіяхъ; въ другихъ въ его пользу высказалась или палата представителей или сенатъ. Даже теократическая республика, убавляемая Брайэмомъ Юнгомъ не осталась позади общаго движенія Обѣ ея партіи высказались въ пользу билля о распространеніи на женщинъ избирательныхъ правъ: одна, разсчитывая этимъ путемъ уничтожить у себя многоженство, другая, наоборотъ, съ цѣлію еще болѣе укрѣпить полигамію. Мормонскія женщины, однакожъ, воздерживаются высказывать свое мнѣніе въ окончательной формѣ, но рано или поздно должны будутъ произнести его.

Но въ ожиданіи полученія права избирать депутатовъ въ мѣстныя законодательныя собранія или въ конгрессъ, американскія женщины пользуются уже правомъ муниципальнаго вотъ во многихъ городахъ. Бывали случаи, что ихъ голосъ имѣлъ рѣшающее значеніе, даже и въ дѣлахъ требующихъ серьезнаго изученія.


-----


Когда является сознаніе въ необходимости оказать справедливость всѣмъ одинаково, тогда нельзя уже останавливаться, не довершивъ дѣла до конца. За разширеніемъ правъ негровъ, естественно возникъ вопросъ о разширеніи правъ женщины; за этимъ послѣднимъ возникаетъ новый -- о правѣ меньшинства, о которомъ уже такъ много разглагольствовали въ послѣднее время. На попытки разрѣшить этотъ вопросъ большинство смотритъ, какъ на утопію, и они дѣйствительно будутъ оставаться утопіей, пока не примутся серьезно за ихъ осуществленіе.

Въ Соединенныхъ Штатахъ тамъ и сямъ начинаютъ уже подумывать объ улучшеніяхъ въ учрежденія всеобщаго голосованія, которое, въ томъ видѣ, какъ оно существуетъ теперь, есть право не всѣхъ, а только большинства. Да и во всѣхъ странахъ, гдѣ введено всеобщее голосованіе, установилось сознательное убѣжденіе въ необходимости реформы, которая бы эмансипировала меньшинство отъ произвола большинства. Въ Швейцаріи, во Франціи и въ Австріи избирательною реформою заняты какъ люди науки, такъ и практики-законодатели. Въ Англіи, гдѣ хотя и существуетъ система избирательнаго ценза, но аристократія и буржуазія, опасаясь рабочаго и демократическаго большинства, стараются всѣми средствами выдвинуть вопросъ о правѣ меньшинства, и провести его законодательнымъ порядкомъ. Томасъ Эръ, Торитонъ, Джонъ Стюартъ Милль встали на сторону и во главѣ этихъ осторожныхъ и предусмотрительныхъ людей; -- ихъ нельзя осуждать за такое кажущееся отступничество отъ своихъ принциповъ; то, чего они добиваются въ интересахъ ихъ касты, столько же полезно и для всѣхъ. Никто изъ благомыслящихъ людей не станетъ спорить, что всеобщее голосованіе заключаетъ въ себѣ много хорошаго, но вмѣстѣ съ тѣмъ никто не можетъ отрицать и того, что въ такихъ искусныхъ рукахъ, каковы руки Наполеона III, Бисмарка я клерикальной партіи, всеобщее голосованіе приводитъ къ весьма неутѣшительнымъ результатамъ. Въ такомъ видѣ, какъ оно существуетъ теперь, напримѣръ, во Франціи, оно можетъ узаконить все, рѣшительно все, какъ оно уже не разъ узаконило распоряженія и мѣры, очевидно вредныя для всѣхъ, и выгодныя только для какой нибудь ничтожной числомъ котеріи, живущей на счетъ недальновидности и апатіи большинства, узаконяющаго всякія беззаконныя ея продѣлки. Когда большинство находится въ зависимости и подъ давленіемъ одной личности, положимъ хоть короля Дагомеи, когда надъ нимъ хозяйничаетъ какая нибудь камарилья, когда его притѣсняетъ аристократическое меньшинство, -- въ такихъ случаяхъ большинство жалуется и имѣетъ на то уважительныя причины. Но если и большинство, въ свою очередь, опираясь на свою силу, дурно и со вредомъ для меньшинства, управляетъ имъ, то, конечно, меньшинство тоже имѣетъ право протестовать. Всеобщее голосованіе, въ своемъ варварскомъ первобытномъ видѣ -- въ родѣ того, какъ мы видимъ теперь во Франціи,-- вовсе не истина, какъ думаютъ и заявляютъ его защитники, подъ его покровомъ устраивающіе свои дѣлишки, оно больше ничего, какъ только легальная фикція; его постановленія не выраженія закона, какими бы они должны быть, но просто приговоры болѣе сильнаго въ ущербъ слабаго. Постоянно говорятъ о битвахъ, объ избирательныхъ побѣдахъ -- эти воинственныя слова имѣютъ и на выборахъ тоже значеніе, какъ и на воинѣ. Передъ избирательной урной идетъ бой на билетахъ, какъ на воинѣ сражаются мечами или размѣниваются пулями; по окончаніи же вотированія другъ противъ друга стоятъ партія побѣдителей и партія побѣжденныхъ. Побѣдители тотчасъ же составляютъ свою программу конституціи; ихъ банды вторгаются въ святилище юстиціи (стиль Жозефа Прюдома), переворачиваютъ все верхъ дномъ въ храмѣ Фемиды: "посторонитесь, мы займемъ ваше мѣсто." -- И налетаютъ они на всѣ правительственныя мѣста, гдѣ только можно заработывать деньги. Въ Соединенныхъ Штатахъ, когда противная партія одержитъ верхъ на президентскихъ выборахъ, самый послѣдній почтамтскій писецъ долженъ опасаться, что онъ потеряетъ мѣсто и замѣнится чиновникомъ изъ партіи побѣдителей. Во Франціи, гдѣ политическія страсти розыгрываются до крайности, побѣжденная партія терпитъ страшныя невзгоды: ей запрещаются всякія манифестаціи; она не можетъ гласно излагать свои мнѣнія, члены ея подвергаются судебнымъ преслѣдованіямъ, ихъ изгоняютъ, заточаютъ и пр. Разсуждая теоретически, вѣдь, можно допустить, что 10 милліоновъ избирателей, по высказаннымъ ими мнѣніямъ, раздѣлятся на два ровныя лагеря, по пяти милліоновъ въ каждомъ; между ними, значитъ, будетъ существовать полнѣйшее равновѣсіе, но достаточно, чтобы какой нибудь идіотъ, слабоумный, или невѣжда, неумѣющій ни читать, ни писать, -- перешелъ съ одной стороны на другую, равновѣсіе нарушится, и за минуту сомнительное положеніе сдѣлается яснымъ: мнѣніе, высказанное 5.000,001 человѣкомъ признается рѣшительнымъ и непогрѣшимымъ, а убѣжденія, заявленныя группой въ 4.999,999 человѣкъ -- ложными. Первая группа дастъ изъ себя правительство, администрацію, судъ, будетъ издавать законы, а на вторую группу станетъ смотрѣть, какъ на сборище подозрительныхъ, неблагонамѣренныхъ людей. Гласъ народа -- гласъ божій, говорятъ тогда побѣдители; большинство -- олицетвореніе добра, Ормуздъ; меньшинство -- олицетвореніе зла, Ариманъ. "Послѣ своей побѣды -- замѣчаетъ г-жа Марія Чемъ въ своей брошюрѣ "Право меньшинства" -- большинство, которое, однакожъ, не болѣе, какъ простое большинство, начинаетъ дѣйствовать самостоятельно безъ противовѣса, принимая на себя роль цѣлой націи, постоянно отдѣляясь отъ остальной части націи, составляющей меньшинство, котораго она совсѣмъ не знаетъ, и если знакомится съ нимъ, то лишь для того, чтобы его притѣснить и по возможности ослаблять. Всякій разъ, какъ страна раздѣляется на дѣятельное и могущественное большинство и на меньшинство, лишенное всякаго участія въ государственныхъ дѣлахъ, эти партіи вступаютъ между собою въ борьбу, и ведутъ ее безпрестанно; а правительство, вынужденное быть правительствомъ большинства, а не всей націи, какъ и большинство, постоянно подвергается опасности встрѣтиться лицомъ къ лицу съ революціей. А когда меньшинство побѣдитъ, въ свою очередь, оно, чтобы выполнить тѣ идеи, за которыя боролось, бываетъ вынуждено напрячь свои силы до излишества, изнуряется на другой день побѣды, и не въ состояніи уже провести тѣ реформы, которыя само же считаетъ крайне необходимыми. Такова была исторія революціи 1848 года; она уже не разъ повторялась и будетъ повторяться до тѣхъ поръ, пока меньшинство не будетъ оказывать вліянія на дѣла, пропорціонально своей численности."

Дѣятельность партій во время избранія Линкольна служитъ поразительнымъ примѣромъ, до чего могутъ доходить политическія страсти и какое разстройство въ государствѣ можетъ произвести даже самое легкое давленіе большинства, привыкшаго не признавать никакихъ правъ за меньшинствомъ, отнимать отъ него всякое политическое вліяніе и относиться къ нему, какъ къ побѣжденному или преступному. Во время управленія Пирса и Бьюканана, аболиціонисты составляли меньшинство; рабовладѣльцы считали ихъ подозрительными и относились къ нимъ, какъ къ революціонерамъ, подобно тому какъ въ западной Европѣ управляющія партіи относятся ко всѣмъ крайнимъ партіямъ. Между тѣмъ число аболиціонистовъ постоянно возрастало. Но мѣрѣ усиленія этой партіи, рабовладѣльческое правительство по необходимости стало дѣлать имъ нѣкоторыя уступки, разсчитывая этимъ путемъ привести дѣло къ мирному исходу и сохранить свое любимое учрежденіе -- рабство. Но вышло не такъ: въ то время, какъ аболиціонисты усиливались, рабовладѣльческая партія ослабѣвала и, какъ всегда бываетъ въ подобныхъ случаяхъ, желая сохранить свое вліяніе на дѣла, стала прибѣгать къ крайнимъ мѣрамъ, ненавистнымъ людямъ прогресса, и лѣвою рукою отнимала то, что давала правою. Ненависть между партіями не ослабѣвала и, постоянно возрастая, во время президентскихъ выборовъ дошла до своего апогея, равновѣсіе между партіями рушилось, загремѣли пушки, полились потоки крови, но на этотъ разъ, къ счастію, побѣда осталась на сторонѣ справедливости, и изъ рукъ надсмотрщиковъ ладъ неграми была вырвана омерзительная плеть.

Избирательныя цифры президентскихъ выборовъ Линкольна показываютъ, какъ быстро въ короткое время можетъ возрости сила большинства. Пять милліоновъ избирателей, вотировавшихъ во время второго избранія Линкольна въ президенты, раздѣлились въ пропорціи 56 аболиціонистовъ противъ 44 рабовладѣльцевъ. Избранные же ими избиратели, которые окончательно рѣшаютъ вопросъ о выборѣ, вотировали въ пропорціи 93 аболиціониста противъ 7 рабовладѣльцевъ. Вначалѣ перевѣсъ аболиціонистовъ выражался 12 на сто, въ самое короткое время онъ достигъ 86 на сто. Подобный фактъ повторяется во всѣхъ подобныхъ случаяхъ. Ничто не дѣйствуетъ такъ сильно на общественное мнѣніе, какъ успѣхъ. Люди нерѣшительные или тщеславные всегда охотно присоединяются къ той партіи, на сторонѣ которой выигрышъ. Небольшому отряду храбрецовъ, послѣ утомительной тяжелой работы, съ помощью энергіи и преданности своему дѣлу, удалось одержать побѣду, и вотъ къ нему тотчасъ спѣшатъ присоединиться разные корыстолюбцы, грабители, искатели приключеній и всякія личности, перебѣгающіе туда, гдѣ предвидится пожива, -- чужими руками такъ легко загребать жаръ.

Становясь на точку зрѣнія истинной политики справедливости и выгоды слѣдуетъ желать, чтобы общественное мнѣніе представлялось математически точно. Пловецъ, пожелавшій узнать быстроту рѣки, долженъ плыть ни скорѣе, ни тише теченія; лагъ, опущенный въ воду съ цѣлію опредѣленія быстроты хода корабля, не долженъ давать ложныхъ указаній. Точно также и въ политикѣ: общественное мнѣніе, отъ котораго потребовали рѣшительнаго отвѣта, должно отвѣчать истину и одну только истину. Не о побѣдѣ должны думать партіи, обращаясь къ избирательной балотировкѣ, но объ одной справедливости -- объ истинѣ и справедливости. Настоящими, правильными выборами могутъ считаться только тѣ, которые точно выражаютъ общественное мнѣніе во всѣхъ его подробностяхъ и подраздѣленіяхъ. Всѣ представительныя учрежденія -- политическія, соціальныя, литературныя, артистическія, ученыя,-- должны быть зеркаломъ, въ которомъ ясно и точно отражаются всѣ представляемые ими интересы. Муниципальный совѣтъ долженъ быть фотографическимъ воспроизведеніемъ мнѣній и желаній всѣхъ членовъ общины; кантональный -- своего кантона; палата общинъ и совѣтъ министровъ -- всей страны.

Итакъ всеобщее голосованье въ томъ видѣ, какъ оно примѣняется теперь при современномъ общественномъ строѣ, стоитъ далеко ниже требованій политическихъ и нравственныхъ. Мы говоримъ "нравственныхъ", потому что система, которую нельзя назвать справедливой, не можетъ быть нравственной. Она несправедлива потому, что отрицаетъ существованіе половины гражданъ, если даже въ этой половинѣ менѣе только однимъ человѣкомъ, чѣмъ въ другой, пользующейся всѣми правами, находящимися въ обращеніи. Если въ странѣ дѣйствуютъ три партіи, то побѣдоносное большинство можетъ состоять изъ трети гражданъ, увеличенной однимъ человѣкомъ; если пять -- то изъ пятой съ однимъ лишнимъ голосомъ. Нынѣ дѣйствующая система несправедлива потому, что она легально притѣсняетъ всѣ партіи въ пользу одной; отожествляя одну только партію съ правительствомъ и со всей націей, она ставитъ единицу на мѣсто цѣлаго. Нынѣшняя система безнравственна потому, что искуственная власть, опираясь на призракъ, держится только ложью. Она безнравственна потому, что партія, вслѣдствіе благопріятнаго стеченія обстоятельствъ, получивъ болѣе власти, чѣмъ ей слѣдовало имѣть, непремѣнно развращается. Всякое большинство, предоставленное самому себѣ, стремится притѣснять меньшинство. Слѣдовательно, если одна партія гражданъ угнетаетъ другую, и потому вся политическая организація заражена несправедливостію, надобно подвергнуть пересмотру соціальный договоръ во всемъ его составѣ. Право болѣе слабаго уже потому, что оно есть право, должно сдѣлаться правомъ всѣхъ. Такъ что сказать, что право меньшинства должно имѣть свое представительство, тоже самое, что выразить мысль, что право самой націи не можетъ быть лишено представительства.

Этотъ вполнѣ раціональный выводъ не разъ уже былъ признанъ въ теоріи, но осуществленіе его на практикѣ всегда встрѣчало затрудненія. Какими средствами исчислить всѣ роды меньшинства? Подобное исчисленіе можно сдѣлать только посредствомъ сложныхъ запутанныхъ комбинацій, а въ политикѣ всякіе сложные способы принимаются за слишкомъ сложные, на практикѣ непримѣнимые. И если меньшинства не могутъ найти средствъ для точнаго опредѣленія своего отношенія къ большинству, какимъ образомъ дать имъ равномѣрное, пропорціональное участіе въ администраціи страны? Для разрѣшенія этихъ вопросовъ не разъ уже предлагалось слѣдующее средство: каждый избиратель опускаетъ въ избирательную урну списокъ всѣхъ выбираемыхъ имъ кандидатовъ на все число кандидатуръ. Всѣ выборные листы со всей страны должны быть собраны въ центральномъ пунктѣ, голоса для каждаго кандидата сосчитаны; кандидаты, получившіе большинство голосовъ, считаются выбранными. Такимъ образомъ если существуетъ 500 кандидатуръ, то ихъ замѣщаютъ первые, но числу голосовъ, 500 кандидатовъ.

При этой системѣ, если бы она была примѣнима, могли бы получаться математически-точные результаты. Она, повидимому, очень проста, но эта простота только кажущаяся. Гдѣ вы найдете избирателя, который бы могъ знать достаточно хорошо 500 способныхъ, честныхъ и развитыхъ людей, которыхъ бы онъ, по убѣжденію, имѣлъ право назвать достойными быть представителями страны?

Другіе предлагали предоставлять дѣло случаю; положимъ нужно 500 представителей, слѣдуетъ взять первыхъ встрѣтившихся на улицѣ 500 человѣкъ, привести ихъ въ залу засѣданій законодательнаго собранія и утвердить депутатами. Впрочемъ, это предложеніе, можетъ быть, и не на столько абсурдное, какъ оно кажется съ перваго взгляда, никогда не подвергалось серьезному обсужденію и мы не станемъ заниматься имъ. О немъ можно бы было толковать лишь въ томъ случаѣ, когда страна, по крайней мѣрѣ, двадцать лѣтъ тому назадъ ввела у себя въ широкихъ размѣрахъ даровое и обязательное первоначальное обученіе.

По оставимъ всѣ многочисленные проекты, предложенные для разрѣшенія этого вопроса: намъ нѣтъ возможности заниматься здѣсь ихъ изложеніемъ и оцѣнкою; -- для насъ только важно знать, могутъ ли соціальные реформаторы найти практическій способъ вотированія, при которомъ всеобщее голосованіе даетъ удовлетвореніе праву меньшинства. Для насъ важна сама идея, что же касается до подробностей ея выполненія, то это вопросъ второстепенный, который, по нашему мнѣнію, разрѣшить будетъ вовсе не такъ трудно, какъ кажется.

Братъ знаменитаго Сируса Флльда, которому Европа и Америка обязаны проложеніемъ атлантическаго телеграфа, -- Дудли Фильдъ всталъ во главѣ серьезнаго движенія въ Бостонѣ но вопросу о всеобщемъ голосованіи. Теоретически, говоритъ Фильдъ, большинство дастъ законы посредствомъ своего органа -- представителей, имъ избранныхъ, но часто случается, что, вслѣдствіе разныхъ продѣлокъ, плутовства или простой случайности на выборахъ, большинство остается внѣ власти, которая переходитъ къ одной части меньшинства, въ то время, какъ другія его части не имѣютъ возможности подать свой голосъ и высказать свои требованія и желанія. Фильдъ приводитъ слѣдующіе примѣры: демократы въ штатѣ Нью-Іоркъ, имѣя большинство въ 34,000 голосовъ, избрали только 50 депутатовъ, а республиканцы въ тоже время послали 73. На оборотъ, 60,000 демократовъ въ Мэрилендѣ восторжествовали вездѣ, въ цѣломъ штатѣ, и послали 111 кандидатовъ изъ 112, въ то время, какъ 30,000 республиканцевъ избрали только одного. Въ Калифорніи республиканское большинство выбрало 23 депутата, а демократическое меньшинство 97. Не очевидно ли, что система, приводящая къ такимъ страннымъ результатамъ, заключаетъ въ себѣ какіе нибудь сильные недостатки. Когда палата окончательно учредилась, въ ней непремѣнно составляется большинство въ большинствѣ, которое, такимъ образомъ, можетъ быть, и перестаетъ уже быть представителемъ большинства страны. Возьмемъ примѣръ. Предположимъ, что собраніе изъ 23 акціонеровъ должно избрать 3 директоровъ. Большинство въ 15 акціонеровъ избираетъ изъ своей среды требуемыхъ 5 директоровъ. Избранные администраторы составляютъ совѣтъ и, въ свою очередь, раздѣляются на большинство и меньшинство. Что же вышло? Три директора, составившіе большинство совѣта, представляютъ теперь не 15 голосовъ большинства, а только 9; остальные же 16 акціонеровъ, представляя собою дѣйствительное большинство, остались теперь при меньшинствѣ въ совѣтѣ, что часто, если большинство твердо въ своихъ убѣжденіяхъ, и упрямо, исключаетъ всякую возможность оказывать серьезное вліяніе на дѣла, которыя, тѣмъ не менѣе, столько же важны для 16 акціонеровъ, сколько и для 9, пользующихся всѣми преимуществами.

Изъ всѣхъ системъ, придуманныхъ съ цѣлію исправленія недостатковъ всеобщаго голосованія, почти уничтожающихъ всѣ благотворныя его слѣдствія,-- Фильдъ, по зрѣломъ обсужденіи, предпочитаетъ двѣ, въ главныхъ основаніяхъ развитыя Томасомъ Эромъ въ Манчестерѣ въ Англіи, на конгрессѣ соціальныхъ наукъ, и въ Парижѣ остроумнымъ и развитымъ утопистомъ Артуромъ-де-Бонаромъ, и примѣнимыя: одна къ избранію депутатовъ въ палату общинъ, другая въ муниципальные совѣты.

Первая -- система "прибавочнаго вотированія" -- отъ обыкновенной отличается тѣмъ, что при ней къ общему числу голосовъ, полученныхъ при вотированіи цѣлаго департамента или кантона, присоединяютъ счетъ голосовъ, полученныхъ при партіонныхъ выборахъ въ тѣхъ же департаментахъ и кантонахъ. Здѣсь легко избѣжать тѣхъ затрудненій, которыя, какъ мы видѣли выше, непремѣнно должны были явиться при вотированіи для всей страны. Тамъ избиратель долженъ назвать все число депутатовъ, въ нашемъ примѣрѣ было 500; здѣсь же только депутатовъ своего избирательнаго округа, положимъ хоть 10. Избирателю не такъ трудно указать на 10 человѣкъ, какъ на 500, но, кромѣ того, онъ, располагающій такимъ образомъ десятью голосами, можетъ всѣ ихъ отдать одному лицу. Результатъ вотъ въ послѣднемъ случаѣ очевиденъ: слабѣйшей численностію партіи, но сильной политическимъ пониманьемъ, весьма нетрудно посредствомъ этой комбинаціи сравняться съ сильнѣйшей. Но предположимъ, что каждый избиратель выбираетъ 10 разныхъ кандидатовъ; посмотримъ, что произойдетъ въ такомъ случаѣ. Выше мы представили результатъ вотированія въ штатѣ Мэрилендѣ. При "системѣ прибавочнаго вотированія" получились бы такіе результаты. 200,000 избирателей Мэриленда раздѣлялись между 133,000 республиканцами и 67,000 демократами; каждый избиратель имѣетъ 10 голосовъ, слѣдовательно республиканцы располагали 1,330,000 голосовъ, а демократы 670,000. Имъ слѣдуетъ выбрать 10 депутатовъ, на каждаго депутата значитъ приходится 200,000 голосовъ. Республиканцы прямо могутъ разсчитывать на выборъ 6 кандидатовъ, демократы на 3; обоимъ партіямъ вмѣстѣ пришлось бы спорить лишь о выборѣ десятаго депутата.

Вторая система -- "ограниченное вотированіе" -- совершенно сходна съ первой. Для лучшаго уясненія ея, объяснимъ ее примѣромъ. Предположимъ, что 200,000 избирателей штата Нью-Іорка должны избрать 10 муниципальныхъ совѣтниковъ. Каждый изъ избирателей въ этомъ случаѣ обладаетъ не десятью, а пятью голосами, всѣхъ избирательскихъ голосовъ будетъ милліонъ, во 100,000 на каждаго избираемаго; вся сумма голосовъ между партіями распредѣляется такъ: демократы, составляя двѣ трети избирателей, будутъ имѣть въ своемъ распоряженіи 665,000 голосовъ, слѣдовательно могутъ избрать 6 совѣтниковъ; республиканской партіи достанется 335,000 голосовъ и она выберетъ трехъ кандидатамъ; что касается десятаго избирателя, то выборъ его будетъ результатомъ борьбы партіи: которая одержитъ побѣду, та и пошлетъ своего кандидата. При этой системѣ, также какъ и при первой, равновѣсіе между партіями не нарушается. Въ нашемъ примѣрѣ мы имѣли въ виду только двѣ партіи, но если предположить, что избирательная борьба идетъ между 3, 4, 5 партіями значеніе системы нисколько не измѣняется: каждая партія будетъ имѣть возможность послать своихъ кандидатовъ, и, такимъ образомъ, станетъ принимать участіе въ управленіи страною, степень котораго будетъ пропорціональна силѣ партіи. Если къ тому же почаще освѣжать составъ представительныхъ собраній, напримѣръ, черезъ мѣсяцъ или даже всякую недѣлю замѣняя извѣстную часть конгресса или муниципальное совѣта вновь выбранными членами, и можно достигнуть идеала истинно представительнаго правительства,-- правительства, автоматически слѣдующаго за всѣми колебаніями общественнаго мнѣнія,-- правительства, которое не станетъ притѣснять никого, потому что каждый гражданинъ составляетъ часть этого правительства, въ которомъ каждая партія принимаетъ дѣятельное участіе. При частыхъ же выборахъ депутату нетрудно уже слѣдить за колебаніями общественнаго мнѣнія избирателей его партіи: во время избирательной агитаціи всегда высказываются точно всѣ желанія и убѣжденія избирателей. При подобной системѣ не зачѣмъ прибѣгать къ постоянно-обновляемымъ инструкціямъ избирателей (mandat impératif), дѣлающимъ изъ депутатовъ простыхъ комиссіонеровъ избирателей, избавленныхъ отъ всякой отвѣтственности и иниціативы, -- этихъ "mandat", при которыхъ остановится совершенно лишнимъ самое существованіе палаты представителей.


-----


Кстати о реформахъ въ системѣ представительства. Печальная новость получилась изъ Цюриха, того самаго Цюриха, который желая достигнуть истинно народнаго правительства, рѣшился ввести основной законъ, но которому каждое важное постановленіе, принятое палатою представителей, только тогда вступаетъ въ дѣйствіе, если оно будетъ утверждено вотированіемъ всей массы избирателей цюрихскаго кантона.

Первымъ опытомъ новаго, дѣйствительно плебисцитарнаго порядка, былъ вотъ цюрихскаго народа 24 апрѣля; на утвержденіе народа былъ представленъ законъ, опредѣляющій условія работы на фабрикахъ, законъ прекрасный, ставящій преграду безчеловѣчной эксплуатаціи женщинъ и дѣтей.

Тѣмъ не менѣе законъ былъ отвергнутъ большинствомъ 27,000 голосовъ противъ 18,000. Газета "Tagwacht" замѣчаетъ, что большинство противъ новаго закона было особенно сильно въ промышленныхъ округахъ, т. е. что законъ былъ отвергнутъ самими же рабочими!

"Почему же, спрашиваетъ себя газета "Solidarité", органъ мѣстнаго отдѣла международной ассоціаціи, -- почему значительная часть цюрихскихъ рабочихъ вотировала противъ этого закона? По двумъ причинамъ, отвѣчаетъ она: съ одной стороны, потому, что того хотѣли патроны, съ другой же, оттого, что новый законъ, уменьшая часы работы женщинъ и дѣтей, съ тѣмъ вмѣстѣ уменьшалъ ничтожныя средства къ жизни рабочихъ семей".

Самое печальное въ этомъ несчастномъ опытѣ именно то, что это измѣненіе цюрихской конституціи произведено по предложенію людей высокой честности, главнымъ образомъ, имѣвшихъ въ виду, что этимъ путемъ будетъ легче помочь довольно многочисленному бѣдному населенію кантона, будетъ удобнѣе устроить разумныя отношенія между патронами и рабочими, уничтожить эксплуатацію вторыхъ первыми. Съ чувствомъ грустнаго интереса читаемъ мы теперь слѣдующій отрывокъ изъ доклада комиссіи по вопросу объ измѣненіи конституціи въ смыслѣ прямого участія народа въ правительствѣ, -- доклада, составленнаго Бэркли:

"До тѣхъ поръ, пока рабочіе будутъ лишены прямого участія въ законодательствѣ, пока одни патроны будутъ руководить дѣлами страны,-- до тѣхъ поръ эксплуатаціи человѣка человѣкомъ будетъ предоставлено широкое поле... Законъ только формула, выражающая интересы законодателя... Вслѣдствіе совокупности разныхъ обстоятельствъ народъ до сихъ поръ избиралъ своихъ представителей исключительно изъ среды высшихъ классовъ, ибо онъ полагалъ, что необходимы большія научныя знанія для составленія законовъ, что законодатель непремѣнно долженъ получить хорошее воспитаніе; между тѣмъ, какъ въ сущности законодательство имѣетъ въ виду одинъ лишь интересъ (а мы полагали, достопочтенный г. Бэркли, что главнымъ принципомъ законодательства должны быть справедливость и правосудіе; но это замѣчаніе мы дѣлаемъ между прочимъ и просимъ васъ продолжать)... Опытъ разныхъ демократій насъ научаетъ, что въ вопросахъ, касающихся лицъ, напримѣръ, при избраніяхъ національныхъ или муниципальныхъ, народъ можетъ быть несравненно легче обманутъ, чѣмъ въ вопросахъ относительно вещей. Какъ пробирный камень, точно опредѣляющій въ металическомъ слиткѣ пропорцію чистаго золота относительно нечистой смѣси, въ истинной демократіи народъ менѣе занимается людьми, чѣмъ вещами, менѣе выборомъ своихъ представителей, чѣмъ составленіемъ законовъ... Подобно тому, какъ растеніе, произрастающее въ темномъ погребѣ, старается повернуть свои листья къ свѣту, съ трудомъ проникающему въ душную тюрьму, такъ точно массы западно-европейскихъ рабочихъ, терпящіе отъ притѣсненій своихъ патроновъ, дурныхъ жилищъ и малыхъ средствъ къ жизни, ищутъ исхода изъ своей темной, печальной жизни въ развитіи демократическихъ учрежденій... Каждый гражданинъ долженъ соединять въ своемъ лицѣ обязанности законодателя, судьи и солдата. Здѣсь не должно существовать вопроса о раздѣленіи труда; уступка своихъ правъ влечетъ за собой рабское положеніе. Если цѣлый народъ предоставляетъ какому нибудь одному сословіе право издавать новые законы, это сословіе всегда съумѣетъ распорядиться съ предоставленнымъ ему правомъ въ свою исключительную пользу и не станетъ заботиться объ общемъ благѣ. Если народъ предоставляетъ защиту себя отъ внѣшнихъ враговъ личностямъ одной какой нибудь общественной категоріи, спеціально воспитываемымъ съ этой цѣлью, онъ отдаетъ себя самъ въ ихъ руки. Если народъ такимъ же образомъ передаетъ административную работу, онъ создаетъ въ своей средѣ бюрократію, которая, но имя какихъ-то теоретическихъ соображеній, начинаетъ притѣснять его на основаніи статей чуждаго кодекса, напримѣръ, римскаго, неимѣющаго никакого соотношенія къ обычаямъ и убѣжденіямъ страны... Введеніемъ предлагаемаго нами закона устранятся всѣ эти недостатки общественнаго устройства, въ большей или меньшей степени имѣющіе мѣсто въ существующей системѣ нашего государственнаго устройства. Система, нами предлагаемая, предполагаетъ вѣчное движеніе идей, сообразно колебаніямъ общественнаго мнѣнія страны. Она создаетъ новые законы, новыя привычки, не по образцу какой нибудь выдуманной соціальной теоріи, но отвѣчая истиннымъ нуждамъ страны, и удовлетворяя имъ по мѣрѣ того, какъ они будутъ заявлять о своемъ существованіи" {Для болѣе подробнаго ознакомленія съ новой цюрихской конституціей, рекомендуемъ брошюру: "Direct Legislation by the People versus Representative Government", translated by the Eugene Oswald, London, Cherry and Fletcher.}.

Въ перечисленіи причинъ неудачи, постигшей первый опытъ примѣненія въ Цюрихѣ прямого народоуправленія, забыли упомянуть одну, едва ли не самую главную. Вопросъ шелъ объ измѣненіи обычая, касающагося женщинъ и дѣтей, а женщины и не были призваны для подачи голоса. Впрочемъ, всѣ демократическія государства, пытавшіяся гораздо ранѣе Цюриха, установить у себя прямое народоуправленіе, исключали женщину изъ всеобщаго голосованія, что отчасти и способствовало неудачамъ, постигавшимъ прямое народоуправленіе. Демократіи афинская, римская, французская республика 1793 года всѣ они одинаково исключали женщину изъ всеобщей подачи голосовъ. Однакожъ, не надо забывать, что все общее голосованіе, право вотъ, предоставленное женщинѣ, представительство меньшинства, прямое народоуправленіе -- все это не принципы, но просто политическіе и соціальные механизмы. Сильно ошибаются тѣ, которые постоянно носятся съ поговоркой: "гласъ народа -- гласъ Божій", и потому принимаютъ мнѣніе большинства за выраженіе непреложной истины. Большинство измѣнчиво, потому-то довѣряться ему слѣдуетъ съ большой осторожностью. Идеалъ правительства -- фотографическій снимокъ, точно воспроизводящій въ уменьшенномъ видѣ цѣлую страну. Макрокозмъ и микрокозмъ. Представительныя правительства, даже помимо своей воли, постоянно ведутъ къ болѣе и болѣе прямому нароудоправленію; а всеобщее голосованіе предполагаетъ необходимое дополненіе въ признаніи права меньшинства.

Но право вотъ, данное неграмъ, и пропаганда въ пользу избирательнаго права женщинъ и признанія правъ меньшинства, завело насъ слишкомъ далеко въ область теоретическихъ соображеній. Возвратимся къ текущей политикѣ Соединенныхъ Штатовъ.


-----


Въ послѣднее время шло много толковъ о готовящихся присоединеніяхъ къ территоріи Соединенныхъ Штатовъ. Комитетъ иностранныхъ дѣлъ республики поспѣшилъ заявить, чти правительство не имѣетъ никакого желанія присоединять къ Соединеннымъ Штатамъ Сен-Доминго (извѣстно, что объ этомъ присоединеніи сильно хлопоталъ бывшій министръ Сьюардъ). Конечно, это не значитъ, что Соединенные Штаты оставили всякую мысль о присоединеніи къ своей территоріи Сен-Доминго, Гаити, Кубы, Антильскихъ острововъ, Мехики, не говоря уже о всемъ Коломбійскомъ континентѣ, но это заявленіе правительства надо понимать такъ, что для готовящихся и желаемыхъ присоединеній не настало еще удобное время. Это не значитъ также, что Соединенные Штаты великодушно заботятся о независимости Сен-Доминго, они просто не хотятъ платить дорого за то, что черезъ нѣсколько времени они надѣятся купить дешевою цѣною, или взять почти задаромъ. Вступая во владѣніе Сен-Доминго, они должны будутъ принять на себя уплату долга, падающаго на островъ, точной цифры котораго никто навѣрное не знаетъ. Баэцъ, взявшій на себя порученіе продать свое отечество какому нибудь иностранному правительству, утверждаетъ, что сумма долга простирается всего на какихъ нибудь 6 милліоновъ франковъ. Но Баэцъ забываетъ пояснить, что эту сумму желаютъ получить кредиторы оттого, что ликвидація долга находится въ рукахъ Баэца, у котораго, какъ извѣстно кредиторамъ, карманъ весьма плохъ; но едва кредиторы узнаютъ, что ихъ долгъ переведенъ на казначейство Соединенныхъ Штатовъ они, конечно, перестанутъ думать о ликвидаціи и курсъ ихъ бумагъ сильно возрастетъ, а въ какой степени, предвидѣть мудрено. Къ тому же, этотъ Баэцъ не возбуждаетъ къ себѣ никакого довѣрія. Припоминаютъ теперь, что еще не такъ давно ему не позволили войти въ церковь св. Николая въ Нью-Іоркѣ только потому, что онъ негръ. Трудно повѣрить, чтобы Баэцъ могъ такъ скоро забыть о нанесенномъ ему оскорбленіи. Находятъ также весьма нехорошимъ, что Баэцъ расходуетъ на свои личныя надобности деньги, выданныя ему правительствомъ Соединенныхъ Штатовъ для уплаты нѣкоторыхъ мелкихъ долговъ по его управленію. Точно также вполнѣ справедливо высказываются сомнѣнія на счетъ законности всеобщаго голосованія въ приморскихъ частяхъ острова, произнесеннаго подъ давленіемъ Баэца и въ присутствіи американскихъ судовъ, маневрирующихъ у береговъ, въ особенности если сопоставить его съ вотированіемъ внутри острова въ пользу автономіи республики, за которымъ послѣдовало вооруженіе жителей на востокѣ подъ предводительствомъ Пиментеля, а на югѣ Кабраля.

Сьюардъ, руководившій санъ-домнигскимъ дѣломъ, во время президентства Джонсона, началъ хлопоты о покупкѣ у Даніи маленькаго островка св. Фомы, жители котораго охотно высказались въ пользу присоединенія къ Соединеннымъ Штатамъ. За этотъ островокъ слѣдовало заплатить пустяки -- 6 милліоновъ франковъ, такъ какъ островокъ важенъ не по своимъ богатствамъ, а по выгодному положенію. Переговоры тянулись долго и нерѣшительно, наконецъ были прерваны, что поставило Данію и жителей островка въ ложное положеніе мужа и жены, нѣкоторое время, по взаимному согласію, жившихъ врознь и принужденныхъ снова соединиться по рѣшенію суда. Одной изъ главныхъ причинъ отказа правительства Соединенныхъ Штатовъ слѣдуетъ считать не совсѣмъ удачную покупку русской Америки; эта холодная страна не только не принесла до сихъ поръ никакихъ выгодъ, по потребовала отъ правительства значительныхъ, ничѣмъ не вознаграждаемыхъ, затратъ.

Съ острова Кубы не получено никакихъ важныхъ извѣстій, тамъ наступили страшные жары, исключающіе возможность серьезныхъ военныхъ дѣйствій. Соединенные Штаты выжидаютъ, чтобы и патріоты и испанцы обратились къ нимъ съ предложеніемъ передать островъ; первые рѣшатся на такой шагъ изъ ненависти къ испанцамъ, послѣдніе изъ такой же ненависти къ патріотамъ.

Успѣхъ прорытія Суэзскаго канала побудилъ Соединенные Штаты, съ своей стороны, привиться за прорытіе Тегуантепекскаго перешейка. Они заключили по этому поводу трактатъ съ Колумбіей, и въ февралѣ нынѣшняго года Сольфриджъ, уполномоченный правительствомъ для производства этого предпріятія, отправился на перешеекъ. Предпріятіе гондурасской желѣзной дороги, кажется, на этотъ разъ затѣяно серьезно. Желѣзный путь начнется отъ Фонсекской бухты, самой обширной и спокойной въ южныхъ моряхъ, имѣющей преимущество даже надъ сен-францискской бухтой; затѣмъ пересѣчетъ лѣса краснаго дерева, обитаемые караибами, однимъ изъ самыхъ красивыхъ племенъ человѣчества.

Соединенные Штаты вошли теперь въ періодъ утомленія и равновѣсія между партіями. Періодъ войны и ея прямыхъ послѣдствій уже закончился. Они вступили въ новую фазу историческаго развитія, характеръ которой опредѣлить еще невозможно. Различные вопросы въ движеніи -- который изъ нихъ поглотитъ всеобщее вниманіе, который возбудитъ общественное мнѣніе?-- предугадать пока невозможно. Различныя событія въ зародышѣ, но каково будетъ ихъ развитіе? Финансы въ цвѣтущемъ состояніи, долговые фонды хотя поднимаются медленно, но стоятъ выше всѣхъ подобныхъ бумагъ въ Европѣ, золото ходитъ съ небольшой преміей. Въ виду такого цвѣтущаго положенія президентъ Грантъ почувствовалъ желаніе предаться болѣе продолжительному отдыху, куря сигары и дѣлая кейфъ на морскихъ купаньяхъ и проситъ конгрессъ продлить каникулярное время противъ допускаемаго обычаемъ.

Что касается другихъ странъ въ Америкѣ, то извѣстій оттуда весьма немного.

Между Бразиліей и ея союзниками въ войнѣ противъ Парагвая, произошло столкновеніе, которое, вѣроятно, окончится серьезной войной.

Въ Канадѣ, англійской колоніи, продажа гудсонской компаніей принадлежащихъ ей земель квебекскому правительству произвела тревогу и волненія во всей колоніи. Конечно, существованіе компаніи мѣховыхъ торговцевъ, какъ политической власти, само по себѣ представляетъ великій абсурдъ, однакожъ и продажа территоріи, не спросивъ на нее согласія населенія, занимающаго эту территорію, также не особенно прилична. Вслѣдствіе этихъ волненій кое-гдѣ были случаи разстрѣлянія, повѣшенія и затѣмъ кончили тѣмъ, чѣмъ должны были начать: спросили желаніе заинтересованнаго населенія. Изъ боязни феніанскаго движенія канадское правительство совсѣмъ потеряло голову. Въ то время, какъ "Times", въ видахъ экономіи, требуетъ отозванія изъ Канады англійскихъ войскъ, мѣстный губернаторъ, опасаясь ирландскаго вторженія, усиливаетъ всюду оборонительныя средства. Милиція поставлена на ноги, говорятъ даже о ея мобилизаціи втеченіи двухъ лѣтъ, что совершенно раззоритъ страну и броситъ се въ объятія Соединенныхъ Штатовъ. Чтобы сдѣлать перспективу менѣе печальной, предположено уступить каждому милиціонеру клочокъ земли. Обѣ палаты приняли билль, которымъ отсрочивается въ Канадѣ на нѣкоторое время дѣйствіе Habeas Corpus Act'а.


-----


Оффиціальная Англія съ горестью замѣчаетъ, что феніанизмъ, вмѣсто того, чтобы уменьшиться, съ каждымъ днемъ пріобрѣтаетъ новыя силы. На границахъ Канады въ Соединенныхъ штатахъ ирландское населеніе въ страшной пропорціи возрастаетъ въ числѣ, что слѣдуетъ приписать изумительной плодовитости ирландцевъ еще болѣе, чѣмъ усиленію эмиграціи, хотя эмиграція изъ Ирландіи въ Соединенные штаты въ послѣдніе мѣсяцы усилилась, несмотря на обѣщанныя и данныя Гладстономъ реформы. Въ Англіи только и разговоровъ теперь, что объ аграрномъ законѣ для Ирландіи. Друзья министерства полагаютъ, что новый законъ соотвѣтствуетъ всѣмъ разумнымъ требованіямъ, что онъ выполненъ въ широкихъ размѣрахъ, однимъ словомъ, сдѣлано все, что можно было сдѣлать. Враги министерства, напротивъ, находятъ, что законъ черезъ мѣру широкъ, что онъ направленъ вообще противъ всякой сеньоріальной собственности, столько же въ Англіи, сколько и въ Ирландіи, что требованія фермеровъ и нанимателей участковъ неразумны, что положеніе ирландскаго народа вовсе не одинаково въ различныхъ мѣстностяхъ, хотя Гладстонъ кроилъ свой билль по одной мѣркѣ, принявъ за нормальное положеніе всей Ирландіи бытъ одной провинціи и пр.

Вся ирландская нація протестуетъ. противъ феодальной собственности. Въ самой Англіи, въ палатѣ общинъ, Докъ Кингъ выступилъ противъ нее съ сильнымъ нападеніемъ. Кингъ врагъ права первородства, но не смѣя атаковать его прямо, онъ сдѣлалъ парламенту предложеніе привести въ порядокъ пользованіе этимъ правомъ,-- онъ требовалъ -- вполнѣ законное и невинное съ перваго взгляда требованіе -- чтобы былъ изданъ одинаковый законъ для наслѣдованія имѣній движимыхъ и недвижимыхъ, что уже существуетъ во Франціи, Германіи и во всѣхъ цивилизованныхъ странахъ. Онъ, конечно, отдаетъ преимущество самому новѣйшему и справедливѣйшему законодательству, которое распространяется на наслѣдство имуществъ движимыхъ; и чтобы сдѣлать свое предложеніе еще болѣе скромнымъ, опустивъ глаза въ землю, онъ прошепталъ прерывистымъ голосомъ, что онъ вполнѣ удовольствуется, если реформа закона въ смыслѣ единообразія обоихъ родовъ наслѣдства, будетъ примѣнена въ одномъ только случаѣ, когда глава семьи умретъ, не сдѣлавъ завѣщанія. Лисицы консервативной партіи пронюхали западню и разразились негодованіемъ и шумными криками противъ измѣнника, дурного брата, комуниста, Катилины, переодѣтаго членомъ парламента. Замѣтимъ, однакожъ, что законъ первородства далеко не такъ всеобщъ въ Англіи, какъ вообще считаютъ въ Европѣ. Въ извѣстныхъ случаяхъ онъ не примѣняется мѣстными обычаями. Такъ, въ Кентѣ, по большей части, земля дѣлится по ровну между всѣми братьями. Есть мѣстности, гдѣ наслѣдуетъ только одинъ младшій братъ, и пр.

Въ настоящую минуту вся Англія глубоко возмущена такъ называемымъ марафонскимъ дѣломъ. На дорогѣ между Афинами и Марафономъ нѣсколько англичанъ были захвачены въ плѣнъ разбойниками, потребовавшими отъ нихъ громадный выкупъ и обѣщаніе никогда не безпокоить ихъ судебнымъ преслѣдованіемъ, ибо они намѣрены, получивъ этотъ выкупъ, удалиться къ частной жизни и въ будущемъ жить честными людьми и достигнуть -- если на ихъ долю выпадетъ такое счастіе -- должностей мирового судьи, муниципальнаго совѣтника, и пожалуй удостоиться выбора въ палату депутатовъ. Пока судебное вѣдомство размышляло какъ ему поступить въ этомъ случаѣ -- дать ли обѣщаніе или нѣтъ -- военный министръ послалъ противъ разбойниковъ отрядъ жандармовъ; разбойники были разбиты, много изъ нихъ убито или взято въ плѣнъ; торжествующіе побѣдители вернулись въ Афины, везя съ собою трупы трехъ англичанъ, убитыхъ разбойниками при первомъ выстрѣлѣ солдатъ.

Что теперь дѣлать? Должна ли Англія требовать съ Греціи большую сумму за пролитую кровь. Но вѣдь пеня, еслибъ даже она и была уплачена, не возвратитъ къ жизни убитыхъ. Извѣстно, что Греція очень плохо платитъ свои долги. но тогда значитъ, ничего не слѣдуетъ дѣлать? Мы, къ счастію, живемъ уже не въ тѣ времена, когда Пальмерстонъ грозилъ бомбардировать Афины, если Греція тотчасъ же не уплатитъ пени гибралтарскому еврею Пачифико. Нѣсколько лѣтъ тому назадъ одинъ англійскій туристъ подлѣ развалимъ Пестума былъ захваченъ въ плѣнъ неаполитанскими разбойниками въ обстоятельствахъ, совершенно подобныхъ марафонскому случаю. Тогда англійское правительство ни минуты не думало дѣлать Виктора-Эманунла отвѣтственнымъ за это событіе. Правда, Греція много меньше Италіи и потому съ нею можно держать себя гораздо надменнѣе. Однакожъ, мы не станемъ особенно сожалѣть если ей дадутъ маленькій урокъ. Греція -- небольшая нація, призванная къ блестящей будущности, конечно, менѣе блестящей, чѣмъ она сама думаетъ, ибо она хочетъ ни болѣе, ни менѣе, какъ воскресить византійскую имперію. Греки -- раса энергическая, настойчивая, развитая, хитрая, гордая. Она можетъ достигнуть многаго благодаря качествамъ своего характера, но въ ожиданіи этихъ благъ и великихъ дѣлъ, она тщеславится всѣми дѣлами, которыхъ еще не сдѣлала. Велики достоинства этой молодой націи, но также велики и ея недостатки.


-----


Такъ какъ мы произнесли имя Италіи, то скажемъ кстати, что разбойничество въ ней тоже процвѣтаетъ, что разбои въ Апуліи, въ Абруццахъ и Калабріи покрываютъ стыдомъ чиновниковъ министерства юстиціи, внутреннихъ дѣлъ, арміи, флота и финансовъ; "разбойники -- это еще лучшее изъ всего, что мы имѣемъ", замѣтилъ мнѣ одинъ изъ государственныхъ людей Италіи, бывшій министръ путей сообщенія и публичныхъ работъ. Вообще дѣла въ Италіи идутъ прежнимъ порядкомъ, т. е. очень гадко.

На римскомъ соборѣ продолжаются скандалы и главная его работа, столь пріятная для свободныхъ мыслителей, приходитъ къ концу. Теперь, кажется, увѣрились, что послѣ объявленія догмата о непогрѣшимости папы не произойдетъ раскола въ нѣмецкой церкви, но тучи надвигаются со стороны Венгріи и Кроатіи. Говорятъ, что эти народы также пылко желаютъ религіозной автономіи, какъ и политической. Имперія австрійская разлагается при жизни, какъ больные скорбутомъ. Эта несчастная имперія, не имѣя возможности ни жить, ни умереть, бьется, какъ рыба объ ледъ, между либералами и реакціонерами, между централистами и децентралистами, между нѣмцами и различными другими національностями. Партіи здѣсь сильно перемѣшались, но титулъ либераловъ скорѣе приличествуетъ централистамъ, чѣмъ децентралистамъ, которыхъ правильнѣе звать реакціонерами. Но ни та, ни другая партія въ настоящій моментъ неспособны управлять дѣлами и остановить или даже задержать распаденіе старой австрійской имперіи. За то постоянно усиливается партія, убѣжденная, что австрійская имперія можетъ имѣть право на существованіе только въ такомъ случаѣ, если она преобразится въ союзъ отдѣльныхъ государствъ, съ императоромъ Францомъ-Іосифомъ, какъ президентамъ этого союза. Чехія, Галиція, Кроатія, Далматія -- всѣ одинаково предъявляютъ свои права на автономію, всѣ желаютъ независимости отъ герцогства австрійскаго, и желаютъ именно въ то время, когда австрійское правительство удивило весь міръ широкимъ взмахомъ своего либерализма (не показываетъ ли очевидно этотъ фактъ, что австрійскій либерализмъ полезенъ развѣ для однихъ австрійскихъ нѣмцевъ, и не совсѣмъ удобенъ для прочихъ національностей, составляющихъ австрійскую имперію). но какъ бы ни либеральничалъ г. Бейстъ, а приходится сознаться, что Австрія слишкомъ уже состарѣлась. Ей не мѣшало бы припомнить слѣдующую грокюландезскую легенду. Анжекокъ, въ сильнѣйшемъ экстазѣ, поднялся на воздухъ и сдѣлалъ визитъ лунѣ. "О великая, о прекрасная Луна! Какой совѣтъ подашь ты людямъ?" вскричалъ онъ.-- "Я, великая и прекрасная Луна, я скажу великой и прекрасной Землѣ, что благой законъ природы требуетъ, чтобы все старое умирало и давало мѣсто новому, молодому".

Вѣроятно во имя этого закона молодая Пруссія съ нетерпѣніемъ ожидаетъ занять мѣсто старой Австріи. Въ день рожденія короля Вильгельма, канцлеръ Бисмаркъ изволилъ пить за здоровье короля прусскаго, верховнаго главы сѣверной конфедераціи и будущаго германскаго императора. Правда, этотъ праздникъ былъ больше семейный, чѣмъ оффиціальный, но на немъ присутствовали великіе герцоги: баденскій, саксенъ-веймарискій, наслѣдный принцъ саксонскій, герцоги: саксенъ-мейнингенскій и мекленбургъ-шверинскій. Извиняюсь напередъ, если я пропустилъ кого нибудь въ этомъ перечнѣ.

Однакожъ въ послѣдній мѣсяцъ Бисмаркъ разсѣянно выслушивалъ доклады но дѣламъ внутренняго управленія. Его гораздо болѣе интересовали депеши, получаемыя въ министерствѣ отъ прусскаго посланника въ Парижѣ. Прусскаго премьера сильно озабочивалъ плебисцитъ, пущенный въ ходъ его врагомъ, французскимъ императоромъ. По кажется, можно безошибочно сказать, что не одного Бисмарка озабочивалъ этотъ пресловутый плебисцитъ, а вся Европа съ лихорадочнымъ вниманіемъ слѣдила за ходомъ дѣлъ во Франціи.


-----


Правительство второй имперіи, напуганное выборами прошлаго года, рѣшилось было серьезно преобразиться въ парламентарную монархію. Но испробовавъ новую для него систему, оно убѣдилось, что парламентаризмъ не по немъ, и что оно можетъ свободно дышать только при системѣ личнаго авторитета. Итакъ, желая избавиться отъ новаго непріятнаго союзника, оно рѣшилось на опасный скачокъ, и совершило его вполнѣ удачно; успѣхъ очевиденъ, ни друзья, ни враги, ни нейтральные,-- никто не можетъ отрицать его. Здѣсь мы позволимъ себѣ небольшое сравненье: говорятъ, что тирольцы съ цѣлію придать себѣ болѣе бодрости и ловкости, принимаютъ мышьякъ, постоянно усиливая дозу пріема. Постоянными пріемами они такъ пріучаютъ свой организмъ къ яду, что впослѣдствіи не могутъ обходиться безъ него, и если, по предписанію медика, имъ случится пріостановиться съ пріемомъ опаснаго средства, у нихъ появляются такіе опасные болѣзненные симптомы, что медикъ по необходимости разрѣшаетъ имъ снова пичкать себя ядомъ. И правительству второй имперіи конституціоналистскими знахарями было запрещено опасное средство личнаго авторитета. Тьеръ взялъ флаконъ къ себѣ, и полагалъ, что отличію спряталъ его, засунувъ въ свой карманъ; но хитрое правительство, вышедшее изъ государственнаго переворота, ловко вытащило любимое лекарство изъ кармана зазѣвавшагося Тьера и, попросивъ главу орлеанистской партіи выдти посмотрѣть, что дѣлается на улицѣ, воспользовавшись его короткимъ отсутствіемъ, такъ запрятало свое милое кушанье, что какъ ни старался искать его бывшій министръ Луи-Филиппа, какъ ни пыхтѣлъ старичокъ, ему не удалось открыть мѣста, куда было запрятано опасное средство. Съ тѣхъ поръ лекарство употребляется попрежнему, привычными пріемами.

Въ самомъ дѣлѣ, возвращеніе къ плебисциту -- штука ловкая, напоминающая собою воззваніе къ народу въ декабрѣ 1851 года. но будетъ ли онъ сопровождаться тѣми же послѣдствіями, какъ и его предшественникъ? Едва ли. Уже въ самомъ началѣ онъ оказался несравненно слабѣе своего образца. На этотъ разъ было пролито мало крови и не было пока ни разстрѣливаній, ни убійствъ, и случилось это вовсе не потому, что не хотѣли прибѣгать къ крайнимъ мѣрамъ, но къ нимъ не смѣли прибѣгнуть, зная очень хороню, что они обратились бы на самихъ виновниковъ этихъ мѣръ, и мистифированными остались бы сами мистификаторы.

На послѣднихъ общихъ выборахъ для возобновленія законодательнаго собранія, всѣ соединенныя оппозиціи, буржуазныя и республиканскія, получили блистательный успѣхъ, если припомнить, что втеченіе нѣсколькихъ лѣтъ вся оппозиція въ палатѣ представлялась всего пятью членами, въ числѣ которыхъ былъ самъ знаменитый Эмиль Оливье, что, конечно, достаточно ярко характеризуетъ силу оппозиціи. А если бы еще правительство не употребляло всевозможныхъ мѣръ для упроченія побѣды за своими кандидатами, если бы число оппозиціонныхъ депутатовъ соотвѣтствовало числу поданныхъ оппозиціонныхъ голосовъ, нынѣшняя палата представила бы иной видъ и правительство второй имперіи увидѣло бы себя въ несравненно большей опасности, чѣмъ теперь. но какъ бы то ни было, нравственное вліяніе этихъ выборовъ было сильное, и обнаружилось въ пользу оппозиціи, хотя преимущественно буржуазной, представители которой засѣдаютъ въ такъ называемомъ лѣвомъ центрѣ палаты,-- оппозиціи, неимѣющей ни логики, ни принциповъ, и состоящей изъ людей съ самыми посредственными способностями, надутыхъ, чванныхъ провинціаловъ, по большей части изъ овернской и пикардійской знати,-- и эти господа вздумали играть серьезную роль на міровой аренѣ.

Но, странное дѣло, именно потому, что эта такъ называемая оппозиція лѣваго центра страдала отсутствіемъ логики и принциповъ, она и имѣла такой значительный успѣхъ. Франція не знала сама, чего она хотѣла; недовольная настоящимъ и прошлымъ, съ безпокойствомъ глядя въ будущее, не имѣя никакого опредѣленнаго плана, она рѣшилась признать своими представителями людей, которые, не переводя духа, разомъ, заявляли, что вторая имперія имъ ненавистна, но и революція, по ихъ мнѣнію, будетъ пагубна и опасна для Франціи. Парижъ, правда, слишкомъ явственно выказалъ свои симпатіи къ непримиримымъ, но Парижъ, въ сравненіи съ провинціей, все равно, что локомотивъ экстреннаго поѣзда, сопоставленный съ фурой, запряженной волами. Такимъ образомъ и вышло, что въ то время, какъ Парижъ выставлялъ кандидатовъ изъ партіи непримиримыхъ, департаментскіе города посылали депутатовъ, принадлежащихъ въ большей или меньшей степени къ династический оппозиціи, а сельскіе избиратели подавали свои голоса въ пользу оффиціальныхъ кандидатовъ.

Конечно, оффиціальные кандидаты не составляютъ силу, на которую можетъ опереться сильно атакованное правительство. Такъ и случилось, когда правительство второй имперіи подверглось непрерывнымъ нападкамъ со стороны оппозиціи. Непримиримые ne могли съ успѣхомъ открыть компанію противъ правительства въ собраніи, гдѣ они находились въ пропорціи одинъ противъ двадцати пяти. Въ виду этого обстоятельства, лѣвый центръ созналъ свою силу и взялъ на себя иниціативу нападокъ на бонапартистскую систему, стараясь сдѣлать какъ можно болѣе шума. Эти адвокаты, эти нотаріусы, эти крупные промышленники выступили на сцену въ роляхъ героевъ свободы, спасителей Франціи; послѣ сытныхъ обѣдовъ съ трюфелями, послѣ обильныхъ возліяній шампанскаго, на манеръ оперныхъ героевъ швейцарской независимости, на театральной сценѣ произносящихъ клятву въ Грютлл, эти новые герои французской независимости клялись стерегъ съ лица земли вице-императора Руэ и никогда не воздавать почтенія шляпѣ Геслера.

Послѣ долгаго колебанія, можетъ быть, слишкомъ уже долгаго, императоръ съ большей горестью рѣшился наконецъ разстаться съ своими вѣрными сеидами, призвалъ къ себѣ честнаго и искренняго Оливье, который, въ свою очередь, сдѣлалъ воззваніе къ лѣвому центру, а этотъ послѣдній къ добродѣтельному Тьеру. По воззванія этимъ не ограничились: Тьеръ воззвалъ къ патріарху либерализма Одиллону Барро, а тотъ ухватился за кальвиниста-паписта Гизо, потянувшаго за собой со всѣхъ концовъ и маленькихъ и большихъ орлеанистовъ и легитимистовъ, преимущественно клерикальнаго закала. Большая часть изъ этихъ ханжей только потому питала нерасположеніе ко второй имперіи, что правительство имъ давало второстепенныя и третьестепенныя мѣста, вмѣсто первостепенныхъ, на которыя предъявляли свои притязанія эти ревностные защитники католицизма, съ большимъ наслажденіемъ хватающіеся за полицейскія обязанности, когда за нихъ можно получить приличный кушъ презрѣннаго металла. Но, къ ихъ горести, металла имъ не предлагали или давали очень, очень мало. И вотъ они задрапировались въ плащъ неподкупности, и стали играть въ картонную оппозицію; въ своихъ салонахъ въ дворянскомъ предмѣстьи они фрондировали противъ Наполеона III, они болтали либеральныя фразы въ академіи; они будировали въ проповѣдяхъ, произносимыхъ въ церквахъ, почти исключительно посѣщаемыхъ одними ими,-- въ церквахъ, носящихъ титулъ аристократическихъ. Правительство дозволяло имъ дѣлать все, что имъ заблагоразсудится. И они втеченіе 18 лѣтъ играли самую коническую роль, постоянно, съ замираніемъ сердца, ожидая, что вотъ-вотъ, наконецъ, имъ предложатъ приличную цѣну за ихъ драгоцѣнныя услуги, за ихъ опытность, за ихъ громадныя знанія, за ихъ гордую добродѣтель. И дѣйствительно прошло это время, и потянулись они всѣ разомъ въ узкую дверь второй имперіи, толкая и перегоняя одинъ другого; точно клопы повыползли они со всѣхъ щелей. Выползли и такіе, о существованіи которыхъ всѣ уже позабыли, полагая, что въ газетахъ давно уже напечатаны ихъ некрологи,-- выползли и засѣли въ разныхъ комиссіяхъ и акцизахъ. За этими выходцами съ того свѣта потянулась вторая генерація финансистиковъ, профессоровъ, членовъ института, академиковъ, еще молодыхъ лѣтами, ибо всѣ они были въ возрастѣ отъ 40 до 50 лѣтъ. Всѣ эти господа предъявили отличный апетитъ. "Возьмемъ все!" кричали они съ Тьеромъ.-- "Завладѣемъ всѣми мѣстами, отъ министерскихъ до полеваго сторожа". "Но откуда же вы возьмете людей, возражали имъ,-- орлеанистовъ не хватитъ на всѣ мѣста".-- "Вамъ надѣлаютъ орлеанистовъ! отвѣчалъ циникъ Тьеръ.-- Да, вамъ ихъ надѣлаютъ!" -- И при этомъ онъ нѣжно гладилъ свой подбородокъ.

Въ самомъ дѣлѣ, орлеанисты стали распложаться съ изумительной быстротой, угрожая пожрать живьемъ вторую имперію. Такой не совсѣмъ ожиданный ходъ дѣла обезпокоилъ самого императора; вицеимператоръ Руэ задыхался въ сенатѣ; аркадцы Жеромъ Давидъ, Кассаньякъ и Ко зарычали. Дѣло начинало принимать слишкомъ серьезный оборотъ и могло окончиться смертельнымъ ударомъ для второй имперіи. Слишкомъ дряхлая, чтобы преобразоваться, не въ силахъ примѣниться къ новымъ обстоятельствамъ, вторая имперія истачивалась орлеанистами, какъ застарѣлый сыръ червями. Казалось, что наступили уже времена луи-филиповской системы, вездѣ слышались имена Тьера, Гизо, Осонвиля, Дювержье-де-Горана, Шангарнье, герцога Брольи, Дю-Фора, Одилона Барро; на этомъ орлеанистскомъ праздникѣ не доставало только принцевъ Омальскаго и Жуанвильскаго. Дошло до того, что главнымъ вопросомъ дня сдѣлался вопросъ о томъ, какой посольскій постъ дать маленькому Прево-Парадолю, какой министерскій портфель предложить автору "Принца собачки?" Но тутъ императоръ, до сихъ поръ наблюдавшій буржуазную сарабанду, не произнося ни слова, только поглаживая свою бороду и подозрительно, своимъ пронзительнымъ взоромъ, посматривая по сторонамъ,-- стремительно вскочилъ: "Господа, мой совѣтъ министровъ, мы преобразовали личное правительство въ представительное".... сказалъ онъ.-- "Да, ваше величество, мы ринулись теперь въ потокъ конституціонализма".-- "Преобразованіе радикальное, не такъ ли, господа министры, и мы рѣшительно вступили въ новый періодъ?" -- "Такъ точно, государь, мы вступили въ золотой вѣкъ, предсказанный Виргиліемъ".-- "Прекрасно, сказалъ императоръ, -- и такъ какъ мы создали новую конституцію, необходимо, чтобы она была оффиціально признана".-- "Мы не имѣемъ ничего возразить противъ этого, государь", отвѣчали орлеанистскіе министры, непредугадывающіе еще, куда метитъ императоръ.-- "Итакъ я даю народу новую конституцію. Старая была одобрена всѣмъ народомъ, слѣдовательно и новая должна быть представлена на его утвержденіе. Я не забываю никогда, что если я императоръ милостію Божіею, то вмѣстѣ съ тѣмъ я также императоръ и по волѣ народа. Моя новая конституція составляетъ либеральный государственный переворотъ. Необходимо, чтобы и она была одобрена французскимъ народомъ, втеченіе 18 лѣтъ одобрявшимъ прежнюю конституцію, основанную на личномъ авторитетѣ".

Исключая Оливье, который готовъ былъ дѣлать все, что ни предложатъ, министры возражали, протестовали, они наконецъ убѣдились, что просто служили игрушкою въ опытныхъ рукахъ, они увидѣли ясно, что были проведены и осмѣяны. Двое вышли въ отставку, прочіе заявили, что остаются на своихъ мѣстахъ и прикроютъ своей отвѣтственностію печальное дѣло, которое они порицаютъ. "Порицайте, но дѣлайте!" отвѣчали имъ.

По всей странѣ пронесся гулъ неодобренія и протеста. Буржуа не хотѣли и слышать о воззваніи къ народу; для нихъ было невыносимо, что императоръ съ высоты вандомской колонны черезъ ихъ головы переговаривается съ низшими классами народа. Они кричали, что плебисцитъ -- учрежденіе деспотическое, страшное орудіе въ рукахъ Августовъ и Тиверіевъ; что парламентарное правленіе несовмѣстимо съ правленіемъ плебисцитарнымъ, что плебисцитарный порядокъ есть ничто иное, какъ рядъ государственныхъ переворотовъ... Подъ предлогомъ получить утвержденіе конституціоннаго порядка, императоръ подчиняетъ его авторитетному порядку, т. е. уничтожаетъ его въ самомъ принципѣ: правительство беретъ обратно, дѣлая видъ, что уступаетъ, оно разрушаетъ, увѣряя, что желаетъ возвести солидную постройку.

Въ такомъ смыслѣ протестовала буржуазія. Съ своей стороны, республиканцы, признавая, что плебисцитъ составляетъ необходимую принадлежность истинно демократическаго законодательства, въ данномъ случаѣ смотрѣли на него, какъ на актъ личнаго произвола.

Императоръ заранѣе предчувствовалъ эти протесты и принялъ свои мѣры. Онъ предложилъ народу сказать "да" или "нѣтъ" относительно всѣхъ въ совокупности 45 статей конституціи, сработанной въ нѣсколько дней, не разбирая ее по отдѣльнымъ статьямъ. По его словамъ, новая конституція несравненно либеральнѣе конституціи 1852 года. Въ сущности же она хуже. Главное нововведеніе въ ней заключается въ предоставленіи сенату законодательной власти, -- тому самому сенату, лѣность и невѣжество котораго вошли въ поговорку. Все, что новая конституція даетъ сенату, она отнимаетъ отъ законодательнаго собранія, и все, что она отнимаетъ у представителей народа, выбранныхъ самимъ народомъ, она отдаетъ креатурамъ прежняго порядка. Сенаторы, получающіе по 30,000 франковъ жалованья, назначаются въ это званіе императоромъ на всю жизнь, а потому не имѣютъ никакой надобности искать популярности и слѣдовать за общественнымъ мнѣніемъ страны.

Рѣшаясь на плебисцитъ, императоръ зналъ, что онъ ни въ какомъ случаѣ не можетъ потерять. Еслибъ народъ отвѣтилъ отрицательно, то вопросы были такъ ловко поставлены, что этотъ отрицательный отвѣтъ можно было признать за желаніе народа возвратиться къ личному правленію. Скажетъ народъ "да" и тогда ничего, онъ получитъ новое приращеніе правъ сената и только. И "да" и "нѣтъ" было одинаково выгодно для императора Наполеона IJI и его вѣрныхъ бонапартистовъ.

Конечно, полученіе утвердительнаго отвѣта во всякомъ разѣ было пріятнѣе; подобный отвѣтъ нельзя уже перетолковывать; огромное большинство на сторонѣ правительства выражаетъ собою дѣйствительную крѣпость его. И вотъ г. Оливье требуетъ отъ префектовъ пожирающей дѣятельности, завѣряя ихъ, что они ни въ какомъ случаѣ не будутъ привлечены къ отвѣтственности, какія бы мѣры они ни приняли для полученія огромнаго большинства утвердительныхъ голосовъ. Ретивые исполнители, какъ народъ понятливый, не потребовали болѣе подробнаго разъясненія и съ совершенной точностью послѣдовали полученному внушенію. Скучно перечислять всѣ эти интриги, съ обычной беззастѣнчивостію пущенныя въ ходъ. Онѣ, впрочемъ, настолько извѣстны каждому, что не представляютъ даже интереса новизны. По объ одномъ дѣлѣ мы не считаемъ себя вправѣ умолчать,-- это о таинственномъ заговорѣ противъ жизни императора, о трехъ или четырехъ таинственныхъ открытіяхъ втеченіи пяти дней, предшествовавшихъ плебисциту, когда не были даже дозволены народныя сходки, которыя могли бы собраться съ единственной цѣлью потолковать насчетъ плебисцита и уяснить себѣ, о чемъ идетъ тутъ дѣло.

А уясненіе было очень и очень необходимо. Впрочемъ, трудъ уясненія взяли на себя бонапартистскія газеты. Онѣ заявили, что кто скажетъ "нѣтъ", тотъ станетъ вотировать противъ самого императора, противъ имперіи, искренно желающей произвести коренныя реформы въ либеральномъ смыслѣ. Подобныя разъясненія дѣйствовали, и въ день вотъ всѣ консервативныя силы сгруппировались вокругъ "да", а революціонныя стояли за "нѣтъ". "Да" значило долой революцію и революціонеровъ. "Нѣтъ" приданъ смыслъ угрозы противъ имперіи, бонапартизма, буржуазизма, легитимизма, клерикализма и пр. Потому-то буржуа и парламентаристы нашлись вынужденными вотировать противъ себя и класть утвердительные отвѣты въ пользу тѣхъ, кто разрушалъ парламентаризмъ -- ихъ идеалъ государственнаго устройства. Вотируя "нѣтъ", они бы высказались, правда, за представительное правительство, но въ формѣ демократической республики, которой они вовсе не желали. "За бомбы и убійство", прибавляли Оливье, Руэ, Кассаньяки, разъясняя, за что вотируютъ тѣ, которые скажутъ "нѣтъ".-- "Посмотрите, продолжали они,-- до чего дошла эта-республиканская партія. Глава нашей полиціи Пьетри, прогуливаясь ночью по улицамъ столицы, какъ дѣлывалъ нѣкогда Гарунъ-аль-Рашидъ, въ темнотѣ, въ катящемся фіакрѣ, замѣтилъ одну личность, показавшуюся ему подозрительной. Начальникъ полиціи послѣдовалъ за этимъ фіакромъ. Подозрительная личность вышла изъ экипажа посреди какой-то площади; Пьетри положилъ ей руку на плечо и сказалъ: "Ваше имя Камиллъ, вы дезертиръ." -- Совершенно вѣрно.-- "Вы сдѣлаете мнѣ удовольствіе, довезя меня до вашей квартиры, я тамъ пересмотрю ваши бумаги." Камиллъ повинуется; подъѣзжаютъ къ дому, гдѣ жилъ этотъ подозрительный гражданинъ. Въ корридорѣ ихъ встрѣтила г-жа Эмэ, любовница Камилла.-- "А, такъ вы арестовали моего любовника. Очень хорошо! Подымитесь-ка повыше въ мою комнату, я передамъ вамъ всю корреспонденцію Камилла; тамъ вы найдете письмецо Густава Флурапса, которое, по всей вѣроятности, васъ заинтересуетъ." Затѣмъ Камиллъ и Эмэ самымъ подробнымъ образомъ разсказали о существующемъ заговорѣ. Ихъ показанія черезъ нѣсколько часовъ были напечатаны въ оффиціальной газетѣ имперіи и распространены въ сотняхъ тысячъ экземпляровъ. Въ то же самое время Пьетри открылъ гдѣ-то складъ бомбъ. Главою сказаннаго заговора оказался никому неизвѣстный Руссель, какая-то мифическая личность. Приверженныя къ правительству газеты ударили въ набатъ. Но и этого было мало: открыли еще новый заговоръ въ Марсели.

Эти событія такъ повліяли на избирателей, что утвердительный отвѣтъ высказался даже многими и изъ тѣхъ, которые еще наканунѣ стояли за "нѣтъ". Можно сказать приблизительно вѣрно, что заговоръ подарилъ правительству около милліона лишнихъ голосовъ.

Всеобщее голосованье дало слѣдующіе результаты: 7,200,000 сказали "да", 1,600,000 -- "нѣтъ и.

Никто не ожидалъ, что получится такое громадное большинство. Самые рьяные оптимисты держали пари никакъ не далѣе 6,000,000 утвердительныхъ голосовъ.

Плебисцитарный государственный переворотъ сильно походилъ на Coup d'Etat 1851 года. Направленный противъ республиканской партіи, онъ въ обоихъ случаяхъ затрогивалъ и буржуазію (въ 1851 г. онъ былъ направленъ противъ парламентаризма, въ 1870 г. противъ вторженія парламентарной партіи). Въ самую рѣшительную минуту онъ соединилъ буржуазію съ бонапартистами и соединенныя ихъ силы направилъ противъ республиканцевъ. но послѣдніе держались крѣпко, и въ 1870 г. невозможно было привести въ исполненіе второй части программы, такъ удачно примѣненной въ 1851 г. Не удалось одно, такъ удалось другое;-- выдумали возмущеніе и явилось средство держать Францію въ осадномъ положеніи и терроризировать Парижъ. Знаменитыя бѣлыя блузы опять явились на сцену, построили баррикады, пѣли Марсельезу и т. д. Однакожъ комедія возстанія кончилась ничѣмъ. Куда же обратить свои усилія? А международное рабочее общество -- вотъ гдѣ вся зажигательная сила революцій. Произвели многочисленные аресты. По французское отдѣленіе общества протестовало и заявило, что оно не участвовало и не намѣрено участвовать ни въ какихъ возмущеніяхъ и заговорахъ, что приписываемыя ему преступленія оно даже и не помышляло дѣлать. Тѣмъ временемъ въ Парижѣ ввели новыя военныя подкрѣпленія. Префектъ парижской полиціи разослалъ къ обывателямъ объявленіе, въ которомъ утвердительно говоритъ, что "сегодня вечеромъ будетъ возмущеніе, неисправимые враги порядка и пр. Пусть добрые граждане остаются въ увѣренности, что получатъ законную защиту, а злые да трепещутъ!" Публичные сады были заняты войсками, гдѣ они и бивуакировали и день и ночь. По никакихъ серьезныхъ столкновеній между солдатами и народомъ не произошло. Новая неудача, но правительство получило со всѣхъ мѣстъ донесенія о результатахъ вотированія и успокоилось.

Результаты плебисцита извѣстны. Мы скоро увидимъ, что сдѣлаетъ вторая имперія изъ своей новой побѣды. Но такъ ли убѣдительны цифры, доказывающія эту побѣду. Достаточно ли превышаютъ или, лучше сказать, уравновѣшиваютъ 7,200,000 голосовъ, представляющихъ собою всѣ пассивные элементы французскаго населенія, съ 1,600,000, представляющихъ элементы активные. Республиканская партія, вначалѣ было озадаченная результатомъ баллотировки, успокоившись, убѣдилась, что ей нечего горевать, напротивъ, полученные результаты оказываются для нея весьма благопріятными. Получить въ свою пользу 1,600,000 голосовъ при тѣхъ интригахъ, которыя пустилъ въ ходъ оффиціальный міръ, получить двѣ трети голосовъ въ Парижѣ и большинство въ нѣкоторыхъ другихъ большихъ городахъ -- это почти полная побѣда. Если прибавить къ тому, что нѣтъ ни одного округа, гдѣ бы не обнаружились оппозиціонные элементы, что почти треть арміи вотировала "нѣтъ", если всѣ эти факты взять въ совокупности, то выйдетъ, что побѣда второй имперіи далеко не можетъ быть названа побѣдой, она только не пораженіе.

Выходитъ, что ни та, ни другая сторона не имѣютъ причинъ быть особенно недовольными результатами, которые далъ плебисцитъ. Правительство торжествуетъ побѣду; республиканцы находятъ, что при тѣхъ условіямъ, при какихъ производилось общее голосованіе, слѣдовало ожидать даже худшаго результата.

На кого же въ этомъ дѣлѣ выпадаетъ роль побѣжденнаго?

-- На кого? На буржуазію. Въ общей суматохѣ болѣе всѣхъ пострадалъ парламентаризмъ, брошенный своими недавними и кратковременными союзниками -- бонапартистами. Вотируя "да" бѣдные орлеанисты вотировали противъ самихъ себя. И по дѣломъ имъ, этимъ двусмысленнымъ людямъ, ненавидящимъ деспотизмъ, не любя свободы. Путаясь въ эгоистичныхъ интригахъ, они отвыкли понимать все простое и ясное, и потому всякое потрясеніе теперь для нихъ пагубно.


Жакъ Лефрень.


"Дѣло", No 5, 1870