# Верба

Алексей Михайлович Ремизов

Сказание о вербе основано на литовском предании о женщине по имени Блинда. В древней Литве верба считалась богиней чадородия, ей приносили молитвы и жертвы.

## ВЕРБА*).


*) Сказаніе о вербѣ основано на литовскомъ преданіи о женщинѣ по имени Блинда. Въ древней Литвѣ верба считалась богиней чадородія, ей приносили молитвы и жертвы.

Ужъ заря, золотясь, осыпается розами въ рѣку --

Отошли дни-потёмы 1), потухли всполохи 2).

Ужъ по зарѣ златорукое солнце возноситъ руки надъ міромъ, зарное 3) -- нѣтъ ему бѣлаго облака, чтобы закрыться,-- захватитъ все небо.

Небо обняло землю, горячо обнимаетъ

И земля принялась за свой родъ.

Первая -- Верба. Верба, еще изъ-подъ снѣга распушивъ свои алыя лозы, вотъ подняла теперь вѣки, и сѣдыя пушистыя віи 4) озолотились слезами.

И куда ни пойдешь, и куда-бъ ни взглянулъ, встрѣтишь вѣстницу мая -- печальную вербу.

Я, послѣдній и самый любимый, рожденный въ купальскую ночь, разскажу тебѣ повѣсть о моей матери Вербѣ.

Моя рѣчь невнятна, потому что я молчалъ, мои слова странны, потому что я старъ.

Я не помню, какъ это было -- мои руки сухи, пальцы вялы, а у моей матери руки влажны, пальцы крѣпки, я не помню, какъ это было -- она рожала изо всѣхъ частей тѣла легко и нѣжно, какъ первоцвѣтъ свой плодъ.

У меня было много братьевъ, сестеръ, сестеръ-братьевъ, всѣ они были старше, разбрелись по землѣ, кочуя до края. Но ихъ было такъ много, и тогда говорили, что ихъ больше, чѣмъ звѣздъ на небѣ.

А это я помню -- мои ноги быстры и легки, какъ крылья, а во лбу свѣти-цвѣтъ5) купалы. "Ты засвѣти свой цвѣтъ, Купало!" -- сказала мать, я помню -- мы шли искать новую землю: на старой намъ стало тѣсно; мы шли долго въ ночи, раскапывали пальцами землю -- гадали о дняхъ, которые будутъ, и черная, сбросивъ бѣлые снѣги, земля лежала подъ нами и тая, дымилась, а въ черномъ ея сердцѣ, тая месть, сказала гнѣздо зависть.

Моя мать сильна и всѣхъ прекраснѣй. И пускай послѣ мая -- песьи дни 6), зной и знойные вихри, и пускай по болотамъ въ полночь, заманивая путниковъ въ гибель, сверкаютъ огни-одноглазы, и Полудницы 7) полднемъ, щекоча до смерти, летятъ въ пыли вихрей, пускай, чуя мертвыхъ, воя, вопитъ Карина 8) и пускай Желя 9) ужъ несетъ темная погребальный пепелъ въ пылающемъ рогѣ.

Она родитъ столько и еще столько.

И на землѣ цвѣтовъ будетъ меньше, чѣмъ сколько есть моихъ братьевъ, и на землѣ лѣсу встанетъ меньше, чѣмъ сколько есть моихъ сестеръ, и на землѣ протечетъ рѣкъ-озеръ меньше, чѣмъ сколько есть моихъ сестеръ-братьевъ.

Я не помню, какъ это было -- а какъ всходить зарѣ на гору -- передъ разсвѣтомъ мы вступили въ болото и вотъ чьи-то черныя самой земли руки вдругъ крѣпко охватили мать подъ грудь сзади и, обнявъ, повлекли ее въ топь за собою...

Я не помню, какъ это было -- я стою на краю трясины и кличу мать: гдѣ найти мнѣ новую землю!-- и кличу братьевъ: гдѣ найду я мать! а подъ землей глубоко горятъ во мракѣ, какъ двѣ свѣчи, глаза, и она стоитъ, не умирая, превращенная землей въ печальную вербу.


Алексѣй Ремизовъ.


1) Дни-потёмы -- скрытые мракомъ зимніе дни.

2) Всполохи -- сѣверное сѣяніе; полохъ -- полымя.

3) Зарное -- страстное, горячее.

4) Віи -- рѣсницы.

5) Свѣти-цвѣтъ -- народное названіе чудеснаго купальскаго цвѣтка папоротника.

6) Песьи дни -- знойная пора.

7) Полудницы -- по вѣрованіямъ славянскихъ и германскихъ народовъ: всклокоченнныя старухи въ лохмотьяхъ съ клюкой, которыя, настигая въ полдень, загадываютъ загадки и щекочутъ до смерти. Только что молитвой на "изгнаніе бѣса полуденна" возможно кое-какъ отъ нихъ отдѣлаться.

8) Карина -- плакальщица; карити -- причитать.

9) Желя -- вѣстница мертвыхъ; жля -- жалѣть. Карина и Желя упоминаются въ "Словѣ о полку Игоревѣ".


"Русская Мысль", кн.VI, 1908