# Джон Рид о Великом Октябре

Г Голиков

## Джон Рид о Великом Октябре


С того часа, когда 25 октября (7 ноября) 1917 года в столице России -- Петрограде -- великий Ленин провозгласил Советскую власть, в мировой истории не было события, которое с такой неодолимой силой приковывало бы внимание людей всех стран и народов на Земле.

Идут годы. Растет слава Октября и его влияние на судьбы человечества. Политические деятели, историки, философы, писатели, искусствоведы, журналисты все с более пристальным вниманием обращаются к дням, "которые потрясли мир", пытаясь разгадать "тайну" социального взрыва, произошедшего в октябре 1917 года и возвестившего "новую эпоху всемирной истории".

За минувшие полвека создана обширная литература, посвященная Великой Октябрьской социалистической революции. И среди множества книг произведение американского писателя Джона Рида "Десять дней, которые потрясли мир" занимает особое место. Оно переведено на многие языки. Его читают и перечитывают люди, жаждущие узнать, как и почему совершилась на Земле первая победоносная социалистическая революция.

Сбылись предсказания вождя Октября -- В. И. Ленина, приветствовавшего выход книги Джона Рида и напутствовавшего ее словами: "Эту книгу я желал бы видеть распространенной в миллионах экземпляров и переведенной на все языки, так как она дает правдивое и необыкновенно живо написанное изложение событий, столь важных для понимания того, что такое пролетарская революция, что такое диктатура пролетариата".

В этих немногих словах раскрывается и секрет триумфального успеха книги: эпохальность темы, талант и высокое мастерство автора, покоряющая правдивость воспроизведения сложного и многогранного процесса революции б ее наивысшей и решающей фазе. Надо было "видеть революцию", стать ее участником, "дышать ее озоном", понять механизм действия сил, ее совершающих, чтобы затем с такой достоверностью создать картину победоносного развития революции, поведать людям правду об Октябре.

Джон Рид прибыл в Петроград в тот момент, когда девятый вал революции неотвратимо надвигался на отживший свой век российский капитализм. Попав в атмосферу высокого накала классовой борьбы, кипения политических страстей, он весь, без остатка, отдался страстному желанию понять смысл и логику происходящих событий. Эта страсть порождала необыкновенную энергию, остроту восприятия и глубокое проникновение в сущность явлений. "Я старался рассматривать события,-- позднее писал Рид,-- оком добросовестного летописца, заинтересованного в том, чтобы запечатлеть истину".

"Общий фон" -- назвал первую главу своей книги Джон Рид. Скупыми, но выразительными штрихами рисует он обстановку в России, из которой вырастал победоносный Октябрь. За бесконечным множеством фактов и событий, за позициями политических партий, групп и течений, за декларациями и речами политических деятелей, за резолюциями массовых митингов и собраний рабочих, солдат и крестьян автор "Десяти дней..." пытается увидеть общую тенденцию с огромным динамизмом развивавшихся исторических событий. Россию затоплял "поток живого слова...-- пишет Рид. -- Лекции, дискуссии, речи -- в театрах, цирках, школах, клубах, залах Советов, помещениях профсоюзов, казармах... Митинги п окопах на фронте, на деревенских лужайках, на фабричных дворах...

В течение многих месяцев каждый перекресток Петрограда и других русских городов постоянно был публичной трибуной. Стихийные споры и митинги возникали и в поездах и в трамваях -- повсюду..."

И повсюду обсуждались коренные вопросы бытия народа: о мире, земле, о предотвращении национальной катастрофы, перед которой поставили страну царизм и буржуазия.

С мандатом журналиста Рид за день успевал посетить Зимний дворец -- резиденцию Временного правительства, Смольный -- ставший в Октябрьские дни штабом революции, побывать на многотысячном митинге в цирке Модерн, а вечером -- в салоне "русского Рокфеллера" С. Г. Лианозова. Он выслушивал политические прогнозы "власть имущих" о судьбе России. И далеко за полночь добравшись до своего номера в гостинице, он с жадностью перечитывал собранные за день газеты и листовки, заносил в блокнот все, что услышал и наблюдал, чтобы утром снова начать "поход в революцию". Так, изо дня в день, накапливались знания о жизни и борьбе рабочих, солдатских и крестьянских масс России, которые по собственному выбору пошли за большевистской партией во главе с В. И. Лениным на штурм старого мира. Пошли потому, что на своем опыте убедились в преданности этой партии делу народа, убедились в том, что программа ее соответствовала их жизненным интересам. Рид воочию видел, как лозунги ленинской партии: власть -- Советам, мир -- народам, фабрики и заводы -- рабочим, землю -- крестьянам, свободу -- угнетенным народам, овладевали умами и сердцами многих миллионов людей, сплачивали их в могучую политическую силу, делали социалистическую революцию в России неизбежной и непобедимой.

По дням, а в ряде случаев и по часам, прослеживает автор процесс нарастания и приближения победного акта революции. Показывая всю несостоятельность тех, кто пророчил близкую и неминуемую гибель ее, Рид с восхищением восклицает: "Какую изумительную жизнеспособность проявила русская революция..." Эту убежденность автору давало глубокое проникновение в сущность исторических явлений, отчетливое видение беспримерного в мировой истории размаха борющихся социальных сил и гигантского перевеса революционных масс над кучкой обанкротившихся политиков из лагеря буржуазии, помещиков и их прислужников.

По мере того как приближался решающий акт великой социальной драмы, Рид все пристальнее всматривался в кипучую деятельность партии большевиков. Он фиксирует, что миллионы людей в городах, селах и окопах со все большим нетерпением ждут, что скажет партия Ленина, когда она даст клич: "На штурм!" Он покупает большевистские газеты и в первую очередь "Рабочий путь" (под таким названием в сентябре -- октябре 1917 года выходил центральный орган большевиков газета "Правда"); с жадностью он читает ленинские статьи и письма тех дней ("Кризис назрел", "Письмо к товарищам" и др.), в которых излагался конкретный, научно обоснованный план подготовки и проведения вооруженного восстания. В них Рид видит одно "из самых дерзновенно смелых выступлений, какие когда-либо видел мир".

Его интересует личность вождя партии и революции В. И. Ленина, который в то время находился на нелегальном положении. Через все доступные журналисту каналы Рид собирает факты о жизни и деятельности Ленина, и наконец в его сознании складывается образ "необыкновенного народного вождя". "Вождь исключительно благодаря своему интеллекту, -- пишет Рид,-- чуждый какой бы то ни было рисовки, не поддающийся настроениям, твердый, непреклонный, без эффектных пристрастий, но обладающий могучим умением раскрыть сложнейшие идеи в самых простых словах и дать глубокий анализ конкретной обстановки при сочетании проницательной гибкости и дерзновенной смелости ума".

И все конкретно-историческое описание событий в книге Д. Рида как бы подчинено одной линии: раскрытию того, как революционным творчеством народных масс дерзновенно-смелые ленинские идеи и планы воплощались в действительность. Великий Октябрь автор "Десяти дней..." показывает как синтез объективных и субъективных начал, воплощенных в жизнь усилиями миллионов рабочих, солдат и крестьян под руководством большевистской партии.

Наряду с Лениным в центре своего внимания Рид все время держит деятельность большевистской партии и ее Центрального Комитета, описывает исторические заседания ЦК, на которых обсуждался и принимался ленинский план вооруженного восстания, велась борьба против оппортунистических выступлений Зиновьева и Каменева. Но эти заседания ЦК проходили в строгой конспирации, и Рид не мог тогда получить сколько-нибудь точной информации об их решениях. В этих случаях им были допущены некоторые неточности. Например, описывая заседание ЦК 10 (23) октября, автор утверждает, что на нем присутствовал "весь интеллектуальный цвет партии, а также делегаты от петроградских рабочих и гарнизона". Это собрание якобы в большинстве своем высказалось против восстания. И только под влиянием выступления одного рабочего ЦК пересмотрел свое решение и проголосовал за восстание. В действительности на этом строго конспиративном заседании ЦК присутствовали только двенадцать членов ЦК, которые по докладу В. И. Ленина приняли десятью голосами предложенную им резолюцию. Голосовали против только Зиновьев и Каменев.

Неточно передается и заседание ЦК 21 октября (3 ноября), где будто бы о сроке восстания В. И. Ленин говорил: "24 октября будет слишком рано действовать: для восстания нужна всероссийская основа, а 24-го не все еще делегаты на съезд прибудут. С другой стороны, 25 октября будет слишком поздно действовать: к этому времени съезд организуется, а крупному организованному собранию трудно принимать быстрые и решительные мероприятия. Мы должны "действовать 25 октября". Автор не знал, что В. И. Ленин не присутствовал на этом заседании. В его работах также нет утверждения, которое Рид вложил в его уста. Более того, в письме членам ЦК, написанном вечером 24 октября, Ленин призвал к самым решительным и неотложным действиям. "Нельзя ждать!.. -- писал он.-- Можно потерять все!! Промедление смерти подобно" (Полное собрание сочинений, т. 34, стр. 435--436). Но Рид не знал и не мог знать содержания этого письма. Оно было опубликовано только в 1924 году. Весь же пафос ленинского письма был направлен против Троцкого, который, будучи председателем Петроградского Совета накануне восстания и в момент, когда оно уже 24 октября началось, все еще призывал ждать открытия съезда Советов. Об этом он сам позднее заявлял: "Я настаивал, чтобы было поручено Военно-революционному комитету подготовить момент восстания к съезду Советов".

В. И. Ленин считал тактику пассивного ожидания съезда Советов пагубной для дела революции. Он настаивал на необходимости проведения восстания под лозунгом "Вся власть Советам!" с тем, чтобы передать власть съезду, который от имени победившего народа должен законодательно закрепить всемирно-историческое свершение.

В книге Джона Рида ярко и убедительно описаны дни победоносного восстания 24 и 25 октября, работа и решения Второго Всероссийского съезда Советов, принявшего знаменитые декреты Октября о Мире, о Земле, о создании Советского правительства во главе с В. И. Лениным.

Джон Рид не ограничился описанием событий в столице. Он дал общие зарисовки необыкновенно быстрого ее развития по всей стране. Он утверждает, что "все происшедшее в Петрограде, -- в разное время, с разной напряженностью, -- почти в точности повторилось по всей Россип". А в итоге он приходит к выводу: "Русская революция есть одно из величайших событий в истории человечества, а возвышение большевиков -- явление мирового значения".


Г. Голиков


-----------------------------------------------------------


Источник текста: Рид Джон. Восставшая Мексика; Десять дней, которые потрясли мир; Америка 1918. Пер. с англ. -- Москва: Художественная литература, 1968. -- с. 613--617. -- (Библиотека всемирной литературы. Серия третья. Литература XX в.; Том 174).