# Мнимое заимствование

Василий Васильевич Розанов

Розанов В. В. Собрание сочинений. Юдаизм. -- Статьи и очерки 1898--1901 гг.

М.: Республика; СПб.: Росток, 2009.


## МНИМОЕ ЗАИМСТВОВАНИЕ


Для того, чтобы доказать литературное заимствование, нужно не только показать сходство фабул или сюжетов у двух авторов, старого и нового, нужно доказать именно то, что доказываешь, т. е. что один из них знал, воодушевился и последовал сюжету и фабуле, разработанной у другого. Вот этим-то требованиям литературной критики и не удовлетворил почтенный г. Инфолио в своей "Литературной справке", где пытался доказать, будто бы Достоевский не был оригинальным творцом "Легенды о Великом Инквизиторе", а заимствовал ее из Вольтера и Гёте или, точнее, разработал обширно намеки Вольтера и Гёте, ибо г. Инфолио точно приводит одни лишь бледные намеки из двух западных писателей. "Моя осанна сквозь горнило испытаний прошла", -- записал Достоевский в опубликованной после смерти его "Записной книжке", которую, конечно, никогда не думал публиковать, и в доказательство, какие колебания религиозные он прошел, сослался на "Легенду" в "Братьях Карамазовых". Можно ли же труд жизни, страдания мысли многолетние, тяжелые, сердечные приравнивать к литературному заимствованию? С теорией "заимствований", которою так любят оперировать ученые профессора и академики, обыкновенно сами "пороха не выдумывающие", вообще надо быть осторожнее. Профессорам, которые всю жизнь только и делают, что "заимствуют", обыкновенно с немецкого на русский, то и дело кажется, что Лермонтов "заимствовал" Демона из "Каина" Байрона, Пушкин "Капитанскую дочку" выкрал у Вальтер-Скотта, у которого тоже есть сюжет о несчастной невесте, и проч, и пр. Как будто не может быть совершенно невольного и бессознательного совпадения сюжетов около одной всемирной темы. Обращаясь к Достоевскому, мы спросим у г. Инфолио: а почему, набрасывая фигуру и речи Инквизитора, соединившегося с злым духом и сохраняющего наружную верность Христу, Достоевскому было не последовать нашим сектантам, которые во множестве и пламенно веруют и утверждают, что "в мире царствует Антихрист", хотя и для них и для всех видно, что царствует-то по имени Христос. Всегда и давно я задумывался над этим странным убеждением наших раскольников, и какой-нибудь просвет к нему нахожу в подставке вместо "Христос" -- "Бог". Народ наш не знает иного наименования Бога, нежели "Христос", и словами "Антихрист властвует в мире" они в сущности выражают свое чувство "антибожественности", "антисвятости" и до некоторой степени даже "дьяволизма" мира... "Дьявол царствует в мире, вот что: и убегая его мы хотим сгореть в срубе, закопаться в землю, умереть, но во власть ему не даться: ибо мы за Христа" (за Бога, "божьи мы люди"). Я думаю, вся "Легенда" Достоевского лично и оригинально ему принадлежит; но уж если у кого он мог заимствовать, так сказать, обвинение христианства в антихристианстве, или, как я объясняю, в обвинении христианства в антибожественности, то уж скорее у раскольников, чем у Вольтера и Гёте.

Наконец, г. Инфолио не обратил внимания на "Бунт" перед "Легендою", где собственно сам Ф. М. Достоевский, довольно прозрачно говорит, что раз невинные и безгрешные страдают в мире (он приводит примеры замучиваемых детей) и Бог их не может или не хочет защитить, то он, нимало не теряя веры в бытие Божие, от Него тем не менее отказывается и переходит на сторону людей: порыв сердца, который только картинно разрисовал в "Легенде" через сопоставление "Христа (-Бога) со злым Духом (Анти-Бог), или, если переменить терминологию и взять слова из заунывных сказаний и песен наших раскольников: написал повесть, "как с владычественным в мире Анти-- Христом говорил в узах и темнице сидящий подлинный Христос". В общем же это старый и понятный для всякого размышляющего человека вопрос и воздыхание: "Господи, как запутались все вещи в мире! никак не могу различить, в котором месте и как именуется и какими признаками отличается подлинный Бог около явно возле него действующего и миражами обманывающего людей Анти-Бога". До чего это старо, древно, почти всеобще в христианском мире, можно заключить из слов Ап. Павла: "Тайна беззакония уже начала действовать в мире", причем "беззаконником" именуется "антихрист", "анти-- Бог". Да и Христос изрек: "Ныне суд князю мира сего"; но кто же "князь мира", как не сам "мир владычественный, гордый, самодовлеющий". Отсюда идея "светопреставления", "последнего суда": тогда и настанет "окончательное торжество правды". Все это так общераспространено, составляет такой краеугольный камень христианства, что не нужно вовсе справок с Вольтером и Гёте, чтобы начать сочинять не столько антикатолическую, сколько вообще антихристианскую и в то же время как будто подлинно христианскую и подлинно божественную "Легенду". Ведь и у Достоевского Инквизитор говорит, а Христос все только молчит. Но в заключение этот подлинный Христос целует Инквизитора "в бескровные губы", и тут так странно меняется вопрос: "Кто же кого признает": Инквизитор отверг подлинного Христа, но в то же время этот уже подлинный и настоящий Христос целует этого самого Его отвергнувшего Инквизитора, который ведь и в самом деле отверг Христа ради любви к человеку и в этом самом повторил Христа, который тоже для людей и ради людей пришел, умер, сошел в преисподнюю"... "-- Ну, вот и я ради людей сошел в преисподнюю, а для этого отрекся от Тебя", -- мог бы ответить Инквизитор, воображающий, что он служит Христу. Да, в сущности, в этом и состоит вся "Легенда": Сын отошел от Отца, нисшел на землю -- для людей; от Сына отходит и сходит в ад "сын человеческий", полный тревогами социальными (ныших дней), и ведь только по виду испанский инквизитор, а в сущности, если разобрать речи Достоевского в этой "Легенде", русский интеллигент-фантазер. "Легенда" вообще есть глубоко русское и чисто русское явление, несколько сектантского характера. Не поучись в Инженерном училище Достоевский, и из него бы вышел какой-нибудь второй Селиванов или основатель еще какой-нибудь второй хлыстовщины с их "Богом-Саваофом", который сошел на землю для истребления с земли Анти-Христа, "около деревни Старой, Костромской губернии, и сами видели, как Он-Батюшка катил на облаке с небес". "Легенда" есть литературно и красиво выразившаяся душа нашего народа на этих путях ее скитания и страдальчества, и уж не разберешь -- темноты или света. Потому что сила-то тут, очевидно, есть и есть высокие порывы к правде...


## КОММЕНТАРИИ


НВ. 1901. 27 нояб. No 9244.

Инфолио в своей "Литературной справке" -- статья Инфолио (псевдоним не раскрыт) появилась в "Новом Времени" 24 ноября 1901 г.

"Тайна беззакония уже начала действовать в мире" -- ср.: 2 Фес. 2, 7.