# Культурно-религиозные вопросы

Василий Васильевич Розанов

Розанов В. В. Собрание сочинений. Около народной души (Статьи 1906--1908 гг.)

М.: Республика, 2003.


## КУЛЬТУРНО-РЕЛИГИОЗНЫЕ ВОПРОСЫ


Тезис о нееврейском происхождении И. Христа, так ясно, просто и убедительно проведенный Гаст. Чемберленом в его книге "Явление Христа", горячо воспринят русскими читателями. Уже после того как я написал вторую небольшую статью об этом предмете, я получаю еще больше писем от священников и несвященников, из провинции и из-за границы, от людей, очевидно мало учившихся, и, с другой стороны, от архимандритов и профессоров высших учебных заведений. В одной распространенной московской газете было посвящено два фельетона изложению взглядов Чемберлена, как я их передал. Со стороны главного тезиса я считаю дело исчерпанным самим Чемберленом: в Галилее, откуда, была родом Св. Дева Мария, вовсе не было евреев, которые до единого все были выведены в ассирийский плен, и на место их присланы были завоевателем колонисты других, именно арийских, народцев. Вопрос этим кончается: чтобы оспорить тезис Чемберлена надо приводить не цитаты из Евангелия, как это делают все авторы писем ко мне, а сделать историко-географические изыскания и доказать, что в Галилее ко времени рождения И. Христа сохранилась хотя бы часть первоначального еврейского населения.

Само собою разумеется, что для начертателей Евангелия, которые имели в виду душу человеческую, религию, заняты были грехом и искуплением, вопросов этнографических вовсе не существовало. Все это, для нас так интересное, лежало вне угла их зрения, не возбуждало никакого о себе вопроса, не было ни любопытно, ни значительно: и они, как и ап. Павел, как и все лица евангельские, нарекали И. Христа "евреем", "из дома Давидова" и "от корня Иессеева" (об этом пишут все письма ко мне) совершенно так же, как мы писали бы и говорили "московский царь Борис Годунов", "всероссийский патриарх Никон", "из дома Романовых", напр., о Екатерине I и Екатерине II, хотя бы в жилах этих называемых лиц и была кровь: в первом случае -- татарская, во втором -- мордовская, а в третьем -- германская. Интерес к этнографии, во всей его скрупулезности, возник только в наше время, но в эпоху рождения Христа этого интереса вовсе не существовало, и были разделения и сопричисления только культурно-религиозные, соответственно которым И. Христос был, конечно, евреем и никак иначе не мог быть назван, совершенно подобно тому, как София, супруга вел. кн. Иоанна III, Елена, супруга Василия III, Борис Годунов, Екатерина I и Екатерина II были "лицами русскими", лицами "царственного дома Рюрика", "дома Владимира Св., Ярослава Мудрого и Александра Невского". Все бралось "вообще", ибо не был устремлен взор на частности, как и мы теперь не видим множества частностей, о которых будет поднят вопрос потом.

Одно из этих "потом" мне хочется приблизить к "теперь". Из тезиса Чемберлена о "ееврействе И. Христа прямо вытекает вопрос о том, как же в точности относится богослужение наших теперешних церквей, так сказать "религия Успенского Собора", "религия св. Петра в Риме" и "религия берлинских кирок" к культу Моисеевой скинии и Иерусалимского храма Хирама -- Соломона (финикиянин Хирам -- строитель, Соломон-еврей -- заказчик)? Я как можно конкретнее и осязаемее называю вещи, дабы читатель сколько возможно живее и действительнее почувствовал эти явления, увы, сделавшиеся для нас совершенно книжными, отвлеченными и непредставляемыми. Было ли одно и то же бого-почитание и бого-видение здесь и там? -- вот трансформация вопроса об отношении христианства к Библии, к Моисею, ко всему Ветхому Завету и еврейству. Еще яснее: почитаем ли мы теперь того же Бога, о Коем с каждой страницы своей говорит Библия, с прибавлением И. Христа, или у нас религия совершенно другая, именно только И. Христа, а о ветхозаветной религии и "Боге Моисея и пророков" мы не только не имеем никакого понятия, но и не хотим иметь, отвращаемся от него всеми силами души, ну как, напр., от мусульманства с его "Алла" и "Магомет -- пророк его"?! Да, именно последнее! до муки! до негодования! Сказать ли истину, которая брезжит, но скоро разгорится в полное пламя, в непререкаемую очевидность, что настоящими преемниками и продолжателями иерусалимского культа, усвоившими самые сердцевинные, главные, неотступные, ненарушимые его части, и являются мусульмане: с их безвидностью Бога, отвращением и страхом к религиозным изображениям ("иконопочитанием" у нас), с их обрезанием, с многоженством, как у Авраама, Иакова, Моисея и Давида, с их религиозными омовениями, повторяющими погружения первосвященника и священников в так называемое "каменное море" Иерусалимского храма и главное, самое главное -- с их жертвоприношениями!! Мне приводилось читать, что в дни великих праздников в Мекке около Каабы "зарезываются до тысячи верблюдов, лошадей и жеребят": отвратительнейшее зрелище, абсолютно непереносимое для христианского взора, этого спиритуалистического, морализующего взора, и совершенно повторяющее сцену, когда Соломон в день празднования окончания храма принес "тысячу жертв Господу", -- такая картина, от которой, плюясь и зажимая нос, убежали бы все эти Соколовы и Рудаковы, составители "Историй Ветхого Завета" для учеников гимназий и духовных училищ, -- убежали бы с учениками своими, с учителями своими, с богомольцами Успения в Москве, Петра в Риме и берлинских кирок. Невыносимо! гнусно! отвратительно! проклято! этот визг, писк, рев зарезаемых животных и бочки хлещущей живой крови с ее терпким запахом! Ну, а пророки, первосвященники, Ездра, Иезекииль, Иеремия, Иона, Захария, Малахия, оригинальные написатели якобы для нас "канонических" книг, Моисей, написавший якобы "Священное" для нас "Писание", творец псалмов Давид -- все услаждались, упивались запахом этих сотен и тысяч зарезываемых то руками их, то возле них быков, овец, коров, голубей, совершенно как и мусульмане в Мекке! Неужели это ничего не говорит разуму читателя? Хотя разуму нашего духовенства едва ли это что-нибудь скажет: окаменели, "твердя прежний Аз" пятьсот лет. Для всякого свободного ума, т. е. беспредрассудного, неочерствевшего, мысль об единстве Ветхого и Нового Завета представится столь же чудовищной, как если бы кто-нибудь стал уверять, что, напр., "единоженство и многоженство оба суть одно и то же, ибо именуются браком" или что "между монастырем и гаремом нет разницы, ибо там и здесь чтут Бога". Да, вот еще разница: там "святые" (Давид, Соломон) -- в гареме, а у нас -- в монастыре. Неужели еще нужно доказательств, что самое представление "святости", а следовательно, и "Святого Бога" там и здесь было до желчи, до тошноты, до зубовного скрежета противоположно, несовместимо!

Да, но вот, видите ли, Моисей и пророки, как и И. Христос, говорили: "Не обидь вдову", "Судите право вдовицу". И батюшки наши вдохновенно восклицают: "Очевидно, это один сплошной завет Божий! Завет одного Бога! Раньше данный и позже данный! Ветхий и Новый". Как будто трогательных притч, все в том же роде, мало в Коране да и в буддийских легендах!

Весь софизм, решительно опутавший наше богословие и сделавший все его смешным и ненужным, зиждется на том, что в ядро дела вкачаны подробности, мелочи, попутное, побочное, разные морализующие притчи и афоризмы, у всех решительно народов и во всех религиях (ибо все они учат добру) одинаковые; и вынуто из сердцевины дела зерно, главное, -- вынуто и выброшено или спрятано под полу. Это так очевидно, что нуждается только в популяризации, чтобы все воскликнули: "Конечно, так!"

Евангелие, христианство -- в противоположность чисто биологическому культу ветхозаветного храма -- есть чистый спиритуализм. Здесь его сущность и граница, величие и недостаточность: да, ибо одним "духом" не проживешь, как бы он ни сиял, каких бы небес ни достигал. Я говорю всю свою мысль, и, слава Богу, ее можно теперь сказать. Христос заговорил, впервые во всемирной истории и исключительно, -- душе человека, совести его, сердцу его: об этом тысячи слов в Евангелии, совершенно новых, никогда ранее не слыханных и такой красоты, что перед нею померк весь дохристианский мир. "Какая польза человеку приобрести весь мир, если он потеряет душу": вот отрицание космоса и космологического, вот поднятие души человеческой и цены ее выше облаков, звезд, солнца, законов, правил, государств, царя, первосвященников, самого храма, всего, всего!! Вот где "Аз" новой религии. Тогда как Иегова, никаких моральных правил не говоря Аврааму, да и вообще ничего не говоря душе его, сказал: "Обрежься -- и будешь в завете со Мною". Ну, это вещь, которой девицам до замужества и объяснить нельзя. Слава Богу, что в гимназиях Ветхий Завет проходится в таком классе, когда ученицы и ученики вообще ни о чем не спрашивают, а "долбят слова". Только этим и избегнут конфуз. Для нас, спиритуалистов, это физиологическое "подчищение человека ножичком" просто смешно, забавно! "Хоть убей, следа не видно", -- как говорит Пушкин о бесовской ночи. А по месту "подчистки" человека -- просто гадость, неприличие! Та "гадость", которая непреоборимо лежит (если его живо вообразить) на всем ветхозаветном культе, с его зарезанными коровами и быками и погружениями голых мужских тел в каменный чан с водою! Стоит сказать выпукло -- и мы зажмем нос. Но углубимся же в "бесовскую ночь" юдаизма, чтобы что-нибудь понять в ней. Чтобы понять точные отношения спиритуалистического христианства к биологическому юдаизму, надо помнить, что Христос не принес руками Своими ни одного жертвоприношения в храме к Иегове, "обоняющему сладкий тук жертв" (слова Библии, законодательные).

-- Сумасшествие и преступление! -- вот дохристианский мир для христианина, все эти ханаанские культы, включительно с иерусалимским.

-- Нуль! ничего! пустота! -- вот мы для евреев, последнего осколка Ханаана, -- с нашими молитвами, со всем трогательным и невыразимым, что есть у нас, в нашей "вере", в наших тихих и безмолвных церквах, где вид крови заставил бы испуганно разбежаться всех.

-- Гадость! -- вот наше впечатление.

Пустота! -- вот впечатление еврея.

Вот отношение Евангелия к Ветхому Завету.

Вот отношение Библии к Евангелию.


* * *


Два слова еще: без "тела", однако, не живет дух. Для нас всех, после Данта и Шекспира, после Рафаэля и Ньютона, которые по спиритуализму своему все суть дети Евангелия, -- лучшие его дети, самые верные, самые глубокие, -- все ветхозаветное, биологическое, кровное, космологическое, родное, "родственное" между собою и с миром стало просто скучно и неинтересно. Все религии после Христа утратили вкус, цвет и запах... Но -- мы учимся и потом женимся, выходим замуж, рождаем детей, "роднимся". Это уже другое, это не Шекспир и Дант. Изнутри заглянуть на это, и особенно родник этого всего -- некрасиво, как и ветхозаветный культ; "нестерпимо для зрения и обоняния". Но -- нужно, но -- есть! Таким образом, я, христианин и спиритуалист, написав все сказанное, не уничижаю что-либо из ветхозаветного, не отрицаю, не порицаю, но говорю только, что это "совсем, совсем не то, чем христианство"! Вот и все. Еще культурный вывод: через жертвы, стержень Ветхого Завета, он объединяется, как некая "двоюродность" и "троюродность", с жертвенными культами не только Ханаана и Месопотамии ("Библия и Вавилон" Делича), но и с другими культами -- Пергама, Саиса, Мемфиса, Афин, Рима. Совершенно понятна становится, например, такая необъяснимая подробность римской истории, да необъяснимая подробность и "Ветхого Завета", что императоры от двора своего ежегодно посылали жертву в Иерусалимский храм и что там она принималась -- жертва поклонников Юпитера перед лицом Иеговы! Но это была как бы просфорка к празднику или пуд восковых свеч, пересланных из Византии в Рим, от патриарха к папе. Но все эти культы потом погасли, не поддерживаемые Писанием, сим естественным орудием устойчивости, прочности. Слово долговечнее камня. Мне иногда думается, что иерусалимский культ из всех этих погибших "братцев и сестриц" от Вавилона и Ниневии до Рима и Карфагена один "удался"; ибо один он и был "истинным", "откровенным", "богоданным", совершенно согласно уверению Библии, -- тогда как там везде были подобия и приближения, тени и ненастоящее. Настоящее осталось, хотя раздробленно; ненастоящее исчезло. Но для нас и дроби эти скучны. Ну, мы спиритуалисты. Но есть биология, жизнь, кровь, физиологические акты, здоровье, болезнь, есть Космос и в нем таинственные почему-то негаснущие звезды. Все это тоже есть, -- и уже вне всякой орбиты христианства. Мы зато мудрецы, но алкоголики, и у нас есть очень дурные болезни; у нас есть леность, праздность. Этого не знают, или почти не знают неугомонно-трудолюбивые евреи и такого здорового вида, всегда и все трезвые, мусульмане -- эти "сыны Измаила, Авраама", Якубы и Сулейманы (Иаковы и Соломоны).

Вот ряд тем, о которых советую подумать моим корреспондентам.


## КОММЕНТАРИИ


НВ. 1906. 23 окт. No 10996.

...после того как я написал вторую небольшую статью об этом предмете... -- см. статьи в настоящем томе: "Был ли И. Христос евреем по племени?" и "Еще о нееврействе Христа".

...принес "тысячу жертв Господу". -- В Библии указывается число принесенных жертв: двадцать две тысячи крупного скота и сто двадцать тысяч мелкого скота (3 Цар. 8, 63).

...все эти Соколовы и Рудаковы, составители "Историй Ветхого Завета". -- Имеются в виду "Священная история Ветхого Завета" (СПб., 1897) протоиерея А. П. Рудакова и "Священная история Ветхого и Нового Завета" (СПб., 1894) протоиерея Д. П. Соколова.

"Какая польза человеку приобрести весь мир, если он потеряет душу" -- Мф. 16, 26; Мк. 8, 36; Лк. 9, 25.

"Обрежься -- и будешь в завете со Мною" -- см.: Быт., гл. 17.

"Хоть убей, следа не видно" -- А. С. Пушкин. Бесы (1830).

..."сладкий тук жертв" -- Лев. 3, 16.