# "Впереди себя гибели не видишь"...

Василий Васильевич Розанов

## В.В. Розанов


## "Впереди себя гибели не видишь"... (О гибели детей Нобеля)


Гибель детей Нобеля мерещится ночью...

Родители вчера были счастливы: богатство, положение, любимая деятельность, "милая жена" и двое невинных, прекрасных детей...

Сегодня -- ничего нет. И, главное, может быть, -- никогда ничего не нужно будет.

За несколько дней до этого сообщалось тоже об ужасной гибели детей. Пятеро детей, очевидно совершенные малютки, оставшись одни, открыли пустой сундук и все залезли в него. Известно, дети везде любят устраивать "свою комнатку". Должно быть, крышку они прислонили к стене, и она стояла круто. Должно быть, тронули тесемки, которые держат крышку, они -- натянулись, крышка, едва-едва бывшая вне "момента безразличия", перешла "сюда" через него и захлопнула всех пятерых в сундуке. Конечно, они кричали... Конечно, головками и ручками старались ее поднять, -- но, верно, петля попала "куда нужно" и заперла их... Долго не входил никто, а когда вошли и, не найдя детей, подняли крышку -- под нею нашли пять задохшихся трупиков... Можно представить состояние родителей!!

И никто не спас, не помог, не услышал. Никогда никто не предупреждал о возможности такого ужаса. Никто его не предвидел: самое главное!! Если бы предвидели...

Ведь что же стоит запереть пустой сундук; что стоило схватить двух малюток Нобеля и с ними выскочить в окно первого этажа. Но, "ничего не предвидя", гувернантка пошла "в мезонин", должно быть написать письмо родным. Днем -- была занята, будить светом детей не хотела, и именно "без барыни", без ее возможного косого взгляда "на свою работу", -- отправилась. И об этой гувернантке можно сказать, что, если она с душою, -- она не может не быть близка к помешательству.

Такой ужас... "в сущности, я виновна". "На меня были оставлены дети". "Но я ничего не предвидела"...

Никто не предвидел. Сама мать, отправившись в Петербург "за покупками", -- ничего не предвидела. Купила "покупку".


......................................................................................


На Волковом кладбище, не так давно, я вышел из церкви "покурить". И закуриваю от мастерового с мальчиком. Молодой, лицо умное и энергичное, с мыслью; очень красивое, немного угрюмое. Мальчик -- должно быть, сын. Смотрю (он сидел) -- у него нет руки и ноги.

-- Как же вы потеряли руку и ногу?

-- Паровозом отрезало.

-- Попали под поезд? Нетрезвы были?!!

-- Нет, трезвый. Переходил через дорогу. Да не успел. Слава Богу, жив остался.

Тут я заругался:

-- Да куда же ты торопился? Да что же за дурак, чтобы не перейти через дорогу позади поезда? Кто же переходит перед поездом!!

-- И не торопился, -- возразил он спокойно. -- Разве б я сунулся, если бы мысль, что не перейду. Думал спокойно, что перейду.

Помолчав:

-- Впереди себя гибели не видишь.

Как дохнула история, как проговорили века... В самом деле, все несчастья по единственной причине происходят, что "впереди себя гибели не видит человек" и что это уж так -- данное, с чем рожден человек, одна из черных полосок на судьбе его... Что-то злое, неведомое и несчастное, что около каждого из нас кладется в колыбельку безыменной, злой волшебницей. Болезни -- откуда они приходят (некоторые, "беспричинные")? Откуда в них "поворот к худшему", часто непредугадываемый лучшим врачом? И эти ужасные "случаи", как с детьми Нобеля и с теми пятью детьми.

Разве бы их оставила мать, "не полагайся вполне на гувернантку"?

Разве гувернантка пошла бы "в мезонин", не будь самой тишиной и миром засыпающего дома вполне обеспечена, что все "слава Богу" и "благополучно".

"Тихие ангелы летают"...

И вдруг "ведьма", -- проскользнула как черная кошка в дом, -- и зажгла его... То, верно, потихоньку от барыни и гувернантки чистила бензином какую-нибудь нарядную тряпку горничная, при зажженной свече.

Бензин испаряется... Пар или газ его коснулся пламени свечки... Пламя по струйке газа скользнуло в открытый пузырек с бензином: склянка разорвалась, а кухня или девичья уже вся горела от пылающего газа бензина... Все это прежде, чем горничная что-либо сумела понять. Так приблизительно можно объяснить дело: ибо плита, очевидно, была погашена, керосиновой лампе отчего же беспричинно опрокинуться, а от "папироски" пожар не бывает так бурен и скор. Всего верней -- бензин, самый опасный (по свойству испарения) материал, которого следует избегать держать в дому, по крайней мере не держать его в горючей даче.

И еще осторожность: взрослым и вообще "ответственным людям" нужно к ночи обходить дом и лишь тогда ложиться спать, когда все огни в дому погашены. Это -- вообще говоря, хотя к случаю Нобелей это не применимо. Шел всего одиннадцатый час ночи, и прислуга, естественно, не ложилась, т.е. у нее, естественно, где-нибудь горел огонь.


* * *


Об этом и подобных случаях Христос сказал: -- И ни они не согрешили, ни родители их...

Он сказал это об убитых упавшею Силоамскою башнею, когда Его спрашивали: "Кто тут виною?"...

Как ни страшен здесь совет, но хочется о всех подобных случаях явного несчастия сказать: не ищите виновного.

Только себя измучаете, отравите... Нет, это -- чистое горе, из которого нет исхода. "Хоть засудите весь мир" -- легче не будет. Уже ничто их не вернет...

А это одно бы нужно! Ах, как нужно! Вот где поверишь в "бессмертие души" и что "встретимся там"...


* * *


Подобные случаи ужасно пугают. "Мерещится ночью"... Мыслью живешь с родителями...

Народы, испуганные около таких "случаев", как и взволнованные около "нечаянных избавлений", тоже, слава Богу, бывающих, наполнили мир "охраняющими добрыми духами", "ангелами-хранителями детей"; и наполнили его тоже "черными ведьмами", "черными тенями", "демонами"... И поверишь в одних, поверишь в других. Ах, "суеверия народные" из большой глубины текут!

Нуте-ка, марксята, помогите-ка Нобелям; нуте-ка, строители социального счастья, скажите им утешение.

Скажет старая няня, да скажет священник.

Скажет все-таки что-нибудь: "Со святыми упокой".


* * *


Вот случай, где никак нельзя выразить своего отношения к смерти и к усопшему "вставанием"... "Господа, ввиду горестного события, которое произошло, предлагаю присутствующим (или читающим) -- встать".

Только и можно на это "общественное отношение к смерти" ответить:

-- А подите вы к черту.

Ах, как меньше "общество", чем "человек"... чем "отец и мать", чем вот эти Нобели.

Впервые опубликовано: Новое время. 1911. 26 июня. No 12674.