# Ответ свящ. Владимиру Галкину

Василий Васильевич Розанов

Розанов В. В. Собрание сочинений. Признаки времени (Статьи и очерки 1912 г.)

М.: Республика, Алгоритм, 2006.


## ОТВЕТ СВЯЩ. ВЛАДИМИРУ ГАЛКИНУ


Казалось бы, мы уже "христиане", живем "по благодати", древний суровый и формальный закон прошел, как учил ап. Павел в изваянных словах: "А если законом оправдание, то Христос напрасно умер" (Послание к Галатам), т. е. если мы "продолжаем ссылаться на исполнительность в законе, а настоящего и очевидного добра не творим, то тогда какие же мы христиане и для чего Христос приходил на землю"? Ибо законы, полные и священные, данные на Синае и которые не чета нашей "Кормчей", "Уставу духовных консисторий" и "Инструкции благочинным", -- были до Христа и исполнялись. Но вот посмотрите на "благодатное царство": это какое-то царство крючкотворства. Люди в ограде "благодати" шагу не смеют сделать по влечению души, по долгу совести, по состраданию сердца, -- состраданию к ближнему. "Куда! Засудят такового". Со всех сторон поднимется окрик: "По какому правилу действуешь? Где у тебя почва в законе? Кто тебе приказал или дозволил?" И вот дошло до того, что прямо подпирает к горлу: целая половина священников в Петербурге лишены права окрестить, перевенчать, похоронить умершего друга своего, своего "духовного сына", многолетнего, с которым установилась многолетняя связь (бывают такие, -- лучшее духовно-церковное явление). Простым распоряжением, никого не спросясь, ни о чем не посоветовавшись, ни в чем не предупредив, духовная консистория в Петербурге указом 23 ноября 1911 года распорядилась лишить всех священников домовых церквей, -- которых столько же, если не больше, как и приходских священников в Петербурге, -- естественного и неотъемлемого права, вытекающего из носимого ими сана, -- исповедывать, причащать, крестить, венчать, хоронить!! Всех этих священников, -- из которых некоторые высочайшей жизни, глубочайшего и просвещеннейшего ума, -- она обратила не раньше и не позже, как 23 ноября, в каких-то полусвященников, в остриженных священников, как есть "стриженые овцы". До 23 ноября -- полные священники, все могли делать, венчали, хоронили, крестили. Вдруг -- "бац". Да что такое случилось, -- именно накануне этого дня указа, 22 ноября? Землетрясение, мор, голод, нашествие иноплеменников или какой на весь свет скандал?! Что такое случилось, что вдруг протянулись длинные ножницы, консисторские ножницы (консисторские ножницы всегда длинны, вспомните бракоразводные процессы), и хвать, да и отрезали длинные волосы у половины иереев. Теперь они все полу иереи. Ах, приходят худые мысли об этом, и очевидно, кто-то кого-то "хорошо попросил"... А то для чего бы остригать половину, и притом бедную, священников в пользу другой, и притом богатой, половины? Известно, в судах и, особенно, в духовном, в консисторском суде, богатый всегда сильнее бедного.

Вдруг все, в пользу которых стрижка, закричали:

-- Это на законном основании. Исполнена 97-я статья "Устава духовных консисторий".

Так говорит о. Влад. Галкин в "Новом Времени" и старается Н. Г. Дроздов в "Колоколе". Спросим батюшек:

-- Отчего же это петербургская духовная консистория не вспоминала о 97-й статье "Устава духовных консисторий" целые десятки лет, от самого издания Устава до 23 ноября 1911 года?

Если она раньше действовала беззаконно, пусть уйдет в отставку за небрежение законом в течение ряда лет.

Если же раньше она исполняла закон, в том числе и 97-ю статью "Устава", то явно сбеззаконствовала 23 ноября 1911 г.; и в таком случае тоже должна выйти в отставку.

Уж если держаться крепко закона, то личный состав консистории должен во всяком случае полететь в отставку за беззаконие: 1) или прежде, 2) или теперь. И никакого третьего выхода нет.

Но очевидно, беззаконие было сделано не прежде, а именно 23 ноября. Очевидно это из положения дел во всей России. Ведь во всей России действует "Устав духовных консисторий", -- он один для всех, знают его секретари всех по России консисторий, и все с лишком 200 владык епархиальных: отчего же никому никогда не приходило на ум отнять у священников домовых церквей присущее им право? Неужели слепы во всей России и зрячи в одном Петербурге? Да и в Петербурге вдруг прозрели 23 ноября, а до того дня были слепы? Что такое за Силоамская купель, вдруг "промывшая глазки" у консисторских воротил в Петербурге?!!

Все объясняется донельзя просто. При писании "Устава духовных консисторий" священники домовых церквей, как слишком малочисленные и не бросающиеся в глаза, -- ибо ведь "устав"-то всероссийский, а во всей России домовые церкви вообще составляют незаметное исключение, -- были просто забыты, запамятованы в бытии своем, и о них не сделано поэтому никакой оговорки, каковая была бы непременно сделана, если б имелось в виду лишить их присущих священнику обычных прав. Дело это не маленькое, и оговорка была бы. Но ее нет. В представлении законодателя священники приютов, богаделен, учебных заведений, ведомств и проч., и проч, сливались с массою вообще служащего духовенства, не заштатного, не "на покое", реального, совершающего церковные службы, деятельного, требоисполнительного. "Крестит, венчает, хоронит, исповедует, причащает, служит обедню и говорит проповедь -- вот поп". О нем и писался "устав", о всероссийском священнике "in re", "в деле". Выражение ст. 97: "Все требы у прихожан исполняются приходскими священнослужителями и причетниками... Но (по нужде, требующей скорости) ни один священник не вправе отказаться от исполнения треб", -- употребляет в конце слово "священник" в смысле, отличном от священно-служителя, т. е. о священнике "на покое", не "в деле", о не служащем нигде литургию, "заштатном". Напротив, в первом случае сложное выражение "приходский священник" употреблено в смысле служащего, реального, отправляющего храмовые службы иерея; как и мы поминутно усложняем слово "священник" словом "приходской", не придавая ему отделяющего и противополагающего значения от домового священника.

-- К кому бы побежать? -- торопливо спрашивают встречного на улице.

-- Да идите скорее к приходскому священнику; вот его дом, поблизости. Это просто вместо:

-- Идите к священнику.

"Приходской священник" -- это всякий служилый священник, без отделения от домовых; это -- бытовое выражение, как оно сложилось в жизни, и в жизненном, в бытовом, во всероссийском смысле его и употребил законодатель, не думавший никого обижать и никому давать привилегии. Так это и понималось во всей России, понималось и в Петербурге до знаменитого дня 23 ноября, когда вдруг кому-то захотелось "снять сливочек", оставив братию "на снятом молочке". Рано встав поутру и с длинной ложкой прокрались "кто следует" и -- бац:

-- Никто без нас не понимал! Никто до нас не понимал! Такую простейшую вещь, как "Устав духовных консисторий"! Эврика! Пифагорова теорема: отныне одни мы будем получать доходы!

Что это именно так, что "Устав духовных консисторий" разумеет под наименованием "приходские церковнослужители" также и священников домовых церквей, кроме единственно фамильных церквей, для надобности одного лица и его семьи, -- это видно непререкаемо из указа Святейшего Синода от 6 июня 1900 года: каковой указ, не вводя ничего нового, а только разъясняя недоумение одного епархиального архиерея, прямо и непререкаемо включает в понятие "приходского священника" и священников при церквах домовых. Вот этот указ высшей синодальной власти, которому подчинена и петербургская консистория, которая его забыла или пошла ему наперекор:

Копия с копии.

Указ Его Императорского Величества, Самодержца Всероссийского, из Святейшего Правительствующего Синода.

По указу Его Императорского Величества, Святейший Правительствующий Синод слушали: предложение г. синодального обер-прокурора, от 5 мая сего года No 11891, по возбужденному одним из епархиальных преосвященных вопросу, следует ли привлекать домовые церкви к участию во взносах на духовно-училищные нужды епархий. Приказали: Принимая во внимание, что наименование "домовые церкви" усваивается не только тем церквам, устройство которых разрешается, на основании ст. 49 уст. дух. коне., в домах для лиц, приобревших право на особое уважение и не могущих посещать приходские храмы по преклонным летам и болезненному состоянию, но тем церквам, устроенным в домах, которые получают от епархиального начальства все церковные документы и в которых совершаются требоисправления, как для лиц, принадлежащих к дому или учреждению, в котором существует эта церковь, так и для посторонних этому дому или учреждению прихожан, что к освобождению такого рода церквей, пользующихся всеми правами приходских, от участия в содержании духовно-учебных заведений, наравне с прочими приходскими церквами, не представляется оснований, Святейший Синод, согласно заключению хозяйственного управления, определяет; существующие и впредь открываемые в епархиях домовые церкви, которые получают от епархиального начальства метрические книги и другие церковные документы и в которых совершаются требоисправления не только для лиц, принадлежащих к домам или учреждениям, при которых существуют эти церкви, но и для посторонних этим домам или учреждениям прихожан, привлечь к участию в содержании духовно-учебных заведений наравне с приходскими церквами, т. е. в отношении как установленного % сбора, поступающего в распоряжение центрального управления Святейшего Синода, так и особых сборов по распоряжению местного епархиального начальства; о чем, для исполнения, послать епархиальным преосвященным печатные циркулярные указы. Июня 6 дня 1900 года.

Подлинный подписали: обер-секретарь В. Самуилов, секретарь Ал. Ростовский.

Верно: делопроизводитель (скреп.) Ковалевский.

Копию с копией сверял столоначальник N. N.

По общему, бытовому представлению, не мудрствующему лукаво, -- "приходская церковь" получила имя от "прихожан", "приходящих": и есть всякая церковь, в которую "идут молиться" все желающие. Таковы все церкви при учреждениях, приютах, богадельнях, учебных заведениях и проч., и проч., общепосещаемые, открытые. А "домовыми церквами" именуются только храмы в частных, личных, фамильных помещениях, где никто и не бывает, кроме членов семьи, и мало кто даже о их существовании знает.

Организации прихода не существует, и пока она не утверждена законом. Конечно, "утверждать" его не дано петербургской консистории; это есть "вопрос" и для Синода.

Что же остается? Архитектура?! Одни -- суть отдельные, на улице или площади стоящие храмы, с колоколами, куполом и звонарем. Другие -- помещенные в здании церкви, окруженные приютами, классами и проч. Какое это имеет отношение к "приходу"? Приход --люди, а не архитектура; и "приходящие" в домовую церковь православные, которые там до 23 ноября венчались, крестили детей, исповедывались, причащались, были тамошними постоянными молящимися -- и образовывали не канцелярский приход, "по указу консистории", а "приход" по жизни, по быту, по привычке, по благородной традиции и нравственной связанности с лицом такого-то священника, много лет уважаемого и милого. Это есть совершенно достаточный для нас, русских, приход: и нам не нужно бумажно-распланированного, канцелярски задуманного "прихода". Указ 23 ноября 1911 г. заканчивается следующими строками, не оставляющими сомнения в его мотивах: "В исключительных случаях браки и другие требы могут быть совершаемы в неприходских церквах, но под тем непременным условием, чтобы о каждой такой требе надлежащим образом был уведомлен приходский причт и чтобы при этом не были нарушены интересы приходской церкви" (т. е. священника и причта; но слова эти показались неловкими вставить, и все глухо взвалено на "церкви", которые стоят, не кушают и детей в учебных заведениях не воспитывают).

Нет: посоветуем изобретать консистории и "приходскому духовенству" другие теоремы... Их не мало в Петербурге: хорошая проповедь, пастырское воспитание прихожан через исповедь, наставление трезвости и доброй семейной жизни. Уверены, впрочем, что и из приходского духовенства далеко не все сочувствуют указу 23 ноября. Они понимают, что совершение таинств есть духовная пища для каждого священника, "треба" не для мирянина только, а для его души; религиозная пища требо-совершителя. И что лучшие приходские священники не хотят оставить братий своих без этой их пищи.


## КОММЕНТАРИИ


НВ. 1912. 24 и 25 апр. No 12972, 12973.

..."А если законом оправдание, то Христос напрасно умер"... -- Гал. 2, 21. ...Силоамская купель, вдруг "промывшая глазки"... -- ср.: Ин. 9, 1-11.