# Г.К. Лукомский. Старинные театры

Василий Васильевич Розанов

## В.В. Розанов


## Г.К. Лукомский. Старинные театры


Том. I. Античные театры и традиции в истории эволюции театрального здания. СПб., 1914 г. Стр. 496.


Иногда прилежание к делу, любовь к избранному предмету и неустанное трудолюбие подобны таланту: эти дары если и не совершают всего, что нам дает талант, то они зато доделывают работу таланта, прибавляя в ней многие осязаемые необходимости, многие частности и подробности, доставляя ему пособия, помогая ему знаниями, собирая для него материалы. Работа прилежания и путь прилежания переплетаются с работою таланта и путем таланта, без малейшего соперничества, без тени недостойного завидования. -- Так не раз хотелось мне сказать в ответ на строгие замечания, какие приходилось выслушивать по поводу книг г. Лукомского, -- книг многочисленных, несмотря на молодость автора. В его лице мы имеем музу прилежания, музу трудолюбия: и нет слов, которыми готовы приветствовать ее появление. При лени и косности русских, при великом даре их к "дилетантству", -- это самая желаемая муза, самая драгоценная гостья искусств и наук...

К ряду описаний архитектурной старины, вообще архитектурных достоинств, многих русских достопамятных городов, г. Лукомский выпустил--увы! "в ограниченном числе экземпляров", -- начало громадной работы под общим заглавием -- "Старинные театры", первый том коего носит частное название -- "Античные театры и традиции в истории эволюции театрального здания". Понятие о мысли и о вдохновении этого труда лучше всего может дать следующее "предпослание" к нему автора:

"Волею судеб задержанный в Сицилии в летнюю знойную пору, когда городские улицы так пустынны и по раскаленным плитам их бегают лишь веселые ящерицы, а голые дети и козы прячутся в тени, когда так ароматны тенистые сады померанцевых деревьев в долинах и так душисты кусты гелиотропа на античных развалинах, -- задумал я основу содержания этой книги".

"Мне так тоскливо стало при мысли: неужели вся эта красота, в которой протекало театральное действо, погибла навсегда? И так трепетно забилось сердце: неужели нельзя восстановить еще хотя бы только одну веру в эту красоту?"

"Заронить в сердца людей эту тоску по забытому, но не утерянному еще античному миру -- было моей первой, побуждающей и руководящей мечтой".

Автор жил в это время в Таорминах -- маленьком городке Сицилии, с великолепными остатками античных руин, снимок с которых дан в заглавном рисунке книги, -- и продолжает:

"Достав в Таормине первые, на редкость удачно снятые фотографии руин, оживленных фигурами юношей в белых тогах, я представил себе уже общую физиономию будущей книги.

В Анакапри (городок и руины на о. Капри, против Неаполя.--В.Р.), где я писал главу четвертую этой книги, о театрах Сицилии, -- на заре или лунною ночью, -- когда весь мир античный мне казался возрожденным, -- я распространил на весь этот мир запавшую мне в душу идею: далее ехал в Оранж, -- и по дороге, в каждом итальянском городке, начиная с Помпеи, уже собирал материал для "Античных театров".

В Оранже я видел воодушевление толпы при созерцании драмы в стенах древнего театра -- и поверил в возможность не только возрождения в наши дни античного действа, но и убедился в возможности еще и широкой формы античных театров.

Далее, странствуя по благородной Галлии, разнообразной Германии, маленькой Голландии, я стал выискивать следы античных традиций и в позднейших театрах. Для этого пришлось еще раз вернуться в Италию, чтобы с нее еще раз начать снова обзор и театров эпохи Ренессанса и барокко.

Виченца и Парма были моими двумя отправными пунктами. Театр Палладио и Театр Фарнезе -- два наиболее выпуклых примера блестящего использования античных приемов.

Потом уже не представляло большого труда продолжить намеченную линию и вперед, -- чтобы довести историю театров до конца, до XIX века. Таким образом, скопился огромный материал. Не представлялось возможным уместить его весь в одной книге. Пришлось разделить на две, проследив в одной -- традиции античные, а в другой -- дав описание театра эпохи Ренессанса и особенно барокко. Так, "Античные театры" пришлось заменить "Старинными театрами".

Много помог работам автора недавно и благовременно открывшийся в Петербурге "Институт истории искусств" графа В.П. Зубова, -- с его замечательнейшею библиотекой (особенно -- старинных изданий) по предмету истории искусств.

В бесчисленных рисунках труда г. Лукомского, -- в чертежах, планах, в фотографиях и т.д., -- даны снимки античных руин и "античной традиции" в новых театрах, до Эрмитажного театра, до театральной залы в усадьбе Шереметевых близ Москвы -- "Останкино", и т.д. Книга обставлена драгоценными указателями и подробною литературою предмета, -- где исчислены не только напечатанные труды, но и сделано указание на готовящиеся в скором времени выйти в печать труды (шеститомная "История русского театра" В.В. Каллаша и труд г. К. Миклашевского).

Просматривая труд г. Лукомского и обдумывая весь тот энтузиазм, который не только виден в книге его, но заметен и "вокруг книги", в ряде лиц, обществ и учреждений "около темы книги", -- я думал о бедных друзьях моих, социалистах, и об их литературных усилиях привлечь внимание всех к своей теме. Как известно, они рассчитали свою тему "на века" и -- в полной уверенности, что некогда настанет социальное царство, когда все люди будут думать только о заработной плате, о черных рабочих блузах, о русских косоворотках... "Все к нам придут", и "царству нашему не будет конца"... Ах, коротки ваши счеты, друзья мои, и не знаете вы лукавой природы человеческой: а вдруг все придут к "хитонам", начнут строить театры "на открытом воздухе"... Замечтаются о танцах Дункан. Но, конечно, -- "не навеки". Но дело-то в том, что ваши "веки" все-таки будут спутаны... Еще что-нибудь придет, новое, неожиданное... Безгранична натура человеческая, неисчерпаема натура человеческая: вот в чем ваше горе и вот где ваша граница... Если бы обрубить человеческое воображение? Если бы зажать "в рабочий кулак" всемирное человеческое сердце? "Если бы", "если бы"... Много вам надо накопить "если бы", чтобы осуществилась ваша мечта... И не удастся вам запереть человечество в контору и фабрику...

Потанцовать хочется...

Музыки хочется...

Почитать Пушкина хочется, друзья.

Впервые опубликовано: Новое время. 1914. 22 мая. No 13718.