# Благородная черта Бухарцев при встрече с туркестанским отрядом в степях Средней Азии

М Михайлов

## Благородная черта Бухарцевъ при встрѣчѣ съ туркестанскимъ отрядомъ въ степяхъ Средней Азіи.


Въ исторіи русской еще не было столь труднаго похода, какъ нынѣшній хивинскій. Степныя огромныя пространства, раздѣляющія Россію отъ Хивы, служили всегда препятствіемъ -- неодолимою переградою для сближенія съ нею. Надо замѣтить, что азіаты, хивинцы, бухарцы, туркмены, киргизы составляющіе народонаселеніе этихъ степей -- какъ туземные жители -- отъ рожденія привыкаютъ и къ палящему зною и къ солодковой водѣ, добываемой въ пескахъ, а зимою переносятъ стужу, холодъ и необыкновенные порывы вѣтровъ; они переходятъ тысячеверстное разстояніе черезъ эти степи на верблюдахъ караванами безпрепятственно, смѣло, -- и, какъ опытные мореходцы по морю, такъ же спокойно совершаютъ это путешествіе, какъ мы привыкли ѣздить въ экипажахъ по плодотворной почвѣ между тѣсно населенными деревнями и городами, гдѣ всегда можно пріобрѣсть всѣ необходимые и притомъ свѣжіе съѣстные припасы, нисколько не затрудняясь въ отношеніи путей для своего проѣзда. Извѣстно, что хивинцы и бухарцы нѣсколько сотъ лѣтъ ведутъ съ Россіею торговыя сношенія и пріѣзжаютъ въ наше отечество съ произведеніями своихъ странъ -- преимущественно хлопкомъ, бумажными и шерстяными матеріями, коврами, халатами и фруктами ежегодно для распродажи ихъ въ Астрахани и въ киргизскихъ степяхъ на ханской ярмаркѣ, или на Нижегородской и въ Оренбургѣ. Тогда какъ для насъ по внутреннимъ въ Россіи пространствамъ примѣтами въ пути, кромѣ правильно-проложенныхъ торговыхъ дорогъ, служатъ для указанія поверстные столбы, мосты чрезъ рѣки, сельскія пастбища, селенія и другіе знаки, -- въ степяхъ, какъ это извѣстно, подобнаго вы ничего не найдете. Изъ краткихъ очерковъ путешествія, сообщаемыхъ въ "Русскій Инвалидъ" и перепечатываемыхъ въ другихъ газетахъ, видно, до какой степени войска наши терпѣли во всемъ недостатокъ и лишенія; особенно было трудно туркестанскому отряду, у котораго взятые на дорогу съѣстные припасы истощились и необходимо было прибѣгнуть къ бухарцамъ, чрезъ владѣнія которыхъ ему нужно было переходить. Предусмотрительность и безкорыстныя услуги, помощь въ доставленіи съѣстныхъ припасовъ, даже угощеніе и проводъ чиновниковъ въ такихъ затруднительныхъ обстоятельствахъ, въ какихъ находилась не одна тысяча русскаго войска подъ начальствомъ самаго туркестанскаго генералъ-губернатора, рѣдки и даже выше всѣхъ похвалъ. Легко представить, что бы могло случиться тогда, съ нашимъ отрядомъ, еслибъ бухарцы, отъ которыхъ мы недавно пріобрѣли Самаркандъ,-- вмѣсто той дружбы, привѣтнаго и радушнаго вниманія и гостепріимства, съ которыми они привѣтствовали русскихъ,-- встрѣтили бы ихъ (пользуясь трудностью положенія вдали отъ Россіи, откуда нельзя ожидать никакой помощи) не гостепріимно, даже враждебно. Тогда, по всей вѣроятности, если не могло бы повториться несчастіе, постигшее нѣкогда Псковича Черкасскаго при Петрѣ Великомъ, или случиться что либо непріятное, подобно тому какъ неудаченъ былъ походъ въ Хиву въ 1839 году изъ Оренбурга съ одинаковою же цѣлію,-- то не минуемо, при совершенномъ истощеніи съѣстныхъ припасовъ, недостаткѣ воды, неизвѣстности пути, при внезапныхъ неизбѣжныхъ нападеніяхъ отъ киргизовъ, хивинцевъ и бухарцевъ и при томъ въ такой глуши, могли ожидать насъ серіозныя опасности, которыхъ не могли предвидѣть при отправленіи войскъ. Великодушіе эмира бухарскаго простерлось до того, что чиновники его, доставившіе главнокомандующему полторы тысячи пудъ провіанта, отказались даже отъ слѣдующаго за это вознагражденія. Поступокъ этотъ показываетъ, что азіяты, которыхъ мы по обыкновенію привыкли считать невѣждами, фанатиками, полудикими,-- одарены чувствами справедливости и благородства, которыя могутъ послужить образцомъ для образованныхъ, просвѣщенныхъ европейцевъ. Намъ могутъ возразить, что бухарцы не осмѣлились напасть на русскій отрядъ, въ степяхъ, -- лишенный всякой помощи со стороны Россіи по причинѣ отдаленности,-- изъ опасенія могущества русскаго оружія, изъ страха наказанія, которое могло постигнуть ихъ впослѣдствіи. Если это возраженіе и справедливо, то только отчасти. Напротивъ, они были руководимы въ этомъ нравственномъ подвигѣ долговѣчною народною признательностію къ русскимъ, желаніемъ упрочить миролюбивыя торговыя отношенія, воспоминаніемъ древнихъ всегда дружелюбныхъ сношеніи по торговлѣ съ Россіею и благодарностью за свободное безпрепятственное отправленіе торговыхъ дѣлъ и пребываніе въ нѣкоторыхъ русскихъ городахъ, какъ пограничныхъ съ Бухаріею, такъ и внутри Россіи въ Астрахани, Казани, Нижнемъ-Новгородѣ Оренбургѣ и иногда въ Москвѣ.

Упоминая о древнихъ сношеніяхъ Россіи съ среднею Азіею, должно замѣтить, что еще въ 1358 году, когда по порученію англійской въ Москвѣ компаніи, въ княженіе Іоанна Васильевича II, Бенкенсонъ былъ въ Бухарѣ, то онъ нашелъ, что еще слишкомъ за 500 лѣтъ предъ симъ тамъ было много русскихъ купцовъ, которые вели съ бухарцами торговлю, и кромѣ русскихъ встрѣтилъ тамъ производившихъ мѣновую торговлю персіянъ и индѣйцевъ. Затѣмъ, для укрѣпленія связей по торговлѣ съ Россіей, въ послѣдующіе вѣка, Бухара (а также и Хива) отправляла въ Москву, въ царствованіе Бориса Годунова, посольства. Въ царствованіе царя Алексѣя Михайловича даны были бухарскимъ купцамъ многія привилегіи, которыя распространены были и на индѣйскихъ купцовъ, торговавшихъ съ Астраханью. Петръ Великій, имѣвшій, какъ извѣстно, въ виду необходимость прямаго сообщенія Россіи съ Индостаномъ, постоянно желалъ, чрезъ поддержку дружескихъ сношеній съ этою частью средней Азіи, достигнуть этой цѣли. Хотя смерть и не допустила его привесть въ исполненіе этотъ планъ, однако русское правительство, озабочиваясь постоянно подержкою торговыхъ сношеній съ тамошними ханами и въ особенности съ Бухарой, не могло упускать изъ виду этого и впослѣдствіи. Покореніе средней и малой киргизской орды въ 1734 году и устройство Оренбургской крѣпости въ 1742 г. представили Россіи удобный случай ближе подвинуться внутрь средней Азіи, для прохода нашихъ каравановъ, хотя частью и не безъ вреда, наносимаго среди степей отъ нападенія киргизовъ и разграбленія въ 1753 году большаго каравана въ самой Бухарѣ; не менѣе чувствительна была и для бухарцевъ потеря, которую потерпѣли они отъ разграбленія ихъ каравана въ 1762 году въ Оренбургской губерніи шайкой разбойниковъ, подъ предводительствомъ извѣстнаго бунтовщика Пугачева, вслѣдствіе чего было послано въ Россію бухарскимъ ханомъ посольство. Съ того времени, вслѣдъ одно за другимъ, по 1819 годъ было 11 посольствъ въ Россію, имѣвшихъ цѣлію исходатайствованіе нѣкоторыхъ льготъ и привилегій. Императрица Екатерина II, заботившаяся о поддержкѣ внѣшней азіятской торговли, также по примѣру Петра I обращала свои взоры на Бухару; для скрѣпленія съ нею дружбы и торговыхъ связей она пожертвовала бухарскому хану 40,000 руб. ассиг.,-- и на эту сумму, по желанію ея, построена главная мечеть и при ней мусульманская школа. Столь замѣчательные случаи въ исторіи торговыхъ и политическихъ сношеній Бухары и Россіи, и потомъ назначеніе повѣренными въ дѣлахъ при бухарскомъ дворѣ статскаго совѣтника Негри вмѣстѣ съ барономъ Мейендорфомъ, когда въ 1820 г. бухарское посольство представляясь Императору Александру I изъявило желаніе видѣть и у себя въ Бухарѣ русское посольство,-- все это, не смотря на чувствительную потерю въ прошлую войну, не могло изгладиться изъ памяти бухарцевъ,-- и эти драгоцѣнныя по времени и обстоятельствамъ услуги бухарцевъ нашимъ войскамъ, заститутымъ въ степяхъ голодомъ и безводіемъ, объясняются не столько опасеніемъ за могущественное отомщеніе русскими въ будущемъ, сколько слѣдствіемъ признательности и уваженія Россіи, прежнихъ вѣковыхъ дружественныхъ торговыхъ и политическихъ сношеній, -- и эта прекрасная черта въ характерѣ азіятовъ не должна оставаться въ безвѣстности. Поддержаніе дружественныхъ связей съ Бухарой необходимо будетъ и послѣ, особенно при трудныхъ предпріятіяхъ и видахъ на цивилизованное устройство въ принимаемыхъ подъ покровительство Россіи безплодныхъ, безводныхъ, малонаселенныхъ степяхъ. Во всякомъ случаѣ., фактъ этотъ не можетъ и не долженъ оставаться въ забвеніи. Чтобы понять, какъ своевременна и какъ отрадна была эта услуга въ безчисленныхъ трудныхъ переградахъ на пути войска, принявшаго на себя великій подвигъ перейти безводное море песчаныхъ бугровъ, -- какою она послужила подпорою ослабѣвавшимъ въ силахъ солдатамъ и лошадямъ, и сколько была утѣшительна, съ воскресеніемъ упадшаго духа, надежда благополучно достигнуть своей цѣли, -- читателю необходимо представить себя на этомъ трудномъ поприщѣ. Настоящій хивинскій походъ, хотя онъ предпринятъ съ болѣе основательными и дальновидными мѣрами нежели въ 1839 году, не съ одного, а съ трехъ различныхъ пунктовъ, -- можетъ быть сравненъ только съ походомъ Царя Іоанна Васильевича Грознаго въ 1552 подъ Казань и (чрезъ годъ) полководца Серебрянаго подъ Астрахань, -- но съ тою разницею, что походъ подъ Казань сопровождался меньшими преградами на пуги, нежели въ отдаленную, по пустыннымъ тогда пространствамъ, Астрахань. Казань взята была, какъ извѣстно, съ большимъ урономъ и потерею нашихъ войскъ,-- и въ тотъ моментъ, когда при совершеніи литургіи діаконъ, въ присутствіи царя, съ амвона походной церкви провозгласилъ, читая Евангеліе: "и ины овцы имамъ яже не суѣ отъ двора сего, и будетъ едино стадо и единъ пастырь" -- взрывомъ, подведеннымъ подъ неприступную тогда крѣпость, совершилось навсегда паденіе сильнаго Казанскаго царства; татары же, населявшіе Астрахань, когда военачальникъ руссскій подошелъ къ ней и требовалъ добровольной сдачи, вынесли, послѣ совѣщанія мурзъ и князей города, ключи отъ города безъ боя съ покорностію.

Замѣчательно, что какъ въ настоящее время войска наши шедшія въ Хиву, въ нѣкоторыхъ пунктахъ своего труднаго пути, по распоряженію военачальника, воздвигали укрѣпленія для прочнаго утвержденія русскаго вліянія, для огражденія отъ нападеній и удобства передвиженія и сообщенія, -- такъ и царь Іоаннъ Васильевичъ Грозный, во время похода въ Казань, на рѣкѣ Сурѣ, гдѣ онъ останавливался для литья ядеръ, положилъ основаніе (какъ говоритъ преданіе) нынѣ существующему городу Ядрину, въ Казанской губерніи; а за 30 верстъ недоходя къ Казани, на устьѣ рѣки Свіяги, основалъ городъ Свіяжскъ; проходя же по Владимірской губерніи, по нынѣшнему Судогодскому уѣзду, ознаменовалъ свое побѣдное шествіе въ разныхъ мѣстахъ, въ память благопріятныхъ и несчастныхъ событій, случившихся съ нимъ въ пути, сооруженіемъ во имя Христа Спасителя (Спаса милостиваго) многихъ храмовъ. По преданіямъ, сохранившимся въ Судогодскомъ уѣздѣ, извѣстно, что

1) Тамъ гдѣ царь купался при устьѣ рѣки Судогды, впадающей въ Клязьму, заложена и потомъ отстроена церковь Спасъ купалищи.

2) Гдѣ располагался лагеремъ и имѣлъ отдыхъ -- построена церковь Спасъ-бесѣды.

3) Гдѣ царская конница подверглась болѣзни (чемерю) -- построена церковь Спасъ-чамерево.

4) Гдѣ по недостатку съѣстныхъ запасовъ питался сыромъ (творогомъ) -- сооруженъ храмъ Спасъ-сырника.

5) При рѣкѣ Тетрухѣ, гдѣ царь хотѣлъ построить городъ -- воздвиглась церковь Спасъ-городищи.

6) На мѣстѣ, гдѣ нынѣ находится село и гдѣ одно мѣсто сохраняетъ названіе царская дорожка, любимый царскій конь излѣченъ отъ желѣзъ и построена въ память этого случая церковь Спасъ-желѣзино.

Приводя эти свидѣтельства древности въ параллель съ трудностями нынѣшняго хивинскаго похода, мы желаемъ провести нѣкоторую нравственно-политическую связь прежнихъ и настоящихъ событій. Какъ царь Іоаннъ Грозный стремится къ объединенію Россіи съ магометанскими народами, такъ преемственно (какъ видно изъ предъидущаго) устремляли свои взоры на этотъ предметъ и послѣдующіе цари. И замѣчательно, что къ достиженію этой цѣли стремится не одна Россія, но и другія христіанскія державы, насколько представляется къ тому поводовъ и случаевъ. И потому, если трудности настоящаго похода, съ цѣлію занятія непроходимыхъ малонаселенныхъ пространствъ, не могутъ принести выгодъ Россіи и окупить значительныхъ издержекъ,-- то, съ другой стороны, соображая тѣсное ближайшее соприкосновеніе Россіи съ среднею Азіею, въ какое поставлено наше отечество природою, мы можемъ утѣшать себя пока надеждою, что настоящій трудный подвигъ перехода русскихъ войскъ, съ трехъ различныхъ пунктовъ, тысячеверстнаго пространства, можетъ положить вѣрную и прочную основу для послѣдующей административной политической дѣятельности, для послѣдующей неизбѣжной связи и общенія народовъ Азіи съ Европою. Къ этой цѣли стремился Петръ I, къ тому же стремится и настоящая Россія.

Что же касается до значенія благороднаго поступка бухарцевъ въ отношеніи нашихъ войскъ, то въ немъ нельзя не предвидѣть зари, предвѣщающей мирный и благотворный исходъ дѣлъ Россіи по случаю настоящаго труднаго похода; самый же вѣрный посредникъ, безпристрастный путеводитель и проводникъ жизни русской въ центръ средней Азіи -- это торговля. Бухара гораздо выше стоитъ въ понятіяхъ, нежели Хива,-- значительно образованнѣе ее и общительнѣе. Татары, живущіе въ Россіи въ разныхъ губерніяхъ, отдаютъ ей преимущество въ этомъ отношеніи предъ другими азіятскими городами,-- и получившіе образованіе въ бухарскихъ высшихъ школахъ, окончившіе курсъ предварительно въ здѣшнихъ медресахъ, съ поступленіемъ въ духовное званіе магометанскаго закона, считаются во мнѣніи нашихъ русскихъ татаръ самыми лучшими просвѣщенными муллами. Бухарцы любятъ и уважаютъ Россію -- не только по видамъ торговли, но и по влеченію чувствъ. Въ дѣлахъ средней Азіи, для Россіи они могутъ быть самыми благонадежными помощниками. Съ нашей же стороны необходимо благоразумное вниманіе, довѣріе и открытое радушіе. Въ столицѣ Бухары до 70,000 жителей. Устройство города превосходнѣе во многомъ Хивы, и архитектура нѣкоторыхъ зданій соотвѣтствуетъ архитектурѣ Востока, Египта и Марокко.

Вообще Бухарцы по образованію, въ сравненіи съ Хивинцами, стоятъ выше; они употребляютъ въ разговорѣ и письменности персидскій языкъ, и имѣютъ на немъ свои литературныя произведенія, повѣсти и сказки; лучшіе персидскіе поэты Гафизъ и Саади служатъ въ этомъ случаѣ имъ образцами. Но при всемъ томъ какъ письменный, такъ и разговорный языкъ не отличается чистотою, правильностію, благозвучностію и совершенствомъ, подобно персидскому. Усвоивая себѣ въ умственномъ отношеніи подражаніе Персіи, Бухарцы въ знаніи ремеслъ и понятіяхъ искуствъ заимствуютъ образцы въ первомъ случаѣ отъ русскихъ, а во второмъ отъ странъ восточныхъ, въ которыхъ вкусъ къ изящнымъ произведеніямъ искуства развитъ въ большемъ совершенствѣ, нежели въ средней Азіи.-- Работы ремесленническія у нихъ въ большомъ ходу, но на видъ грубы и даже непрочны,-- нѣкоторыя издѣлія, по недостатку и некрасивости своихъ, привозятся изъ Россіи, съ Нижегородской Ярмарки и изъ Оренбурга; въ усовершенствованіи же себя въ этомъ родѣ занятій они остаются неподвижны, хотя и сознаютъ недостатокъ въ улучшеніи. Ремесленныхъ училищь у нихъ еще нѣтъ, и потому токари, столяры, портные, кузнецы, сапожники, кирпичнаго дѣла мастера, плотники, золотыхъ и серебряныхъ дѣлъ мастера, часовщики и ювелиры, мѣдники, переплетчики, мѣховщики и вышивальщицы золотомъ и шелками на сукнѣ или бархатѣ, а также на индейской парчѣ (кимхабъ) и на шелковыхъ матеріяхъ, во всѣхъ этихъ ремеслахъ и искуствахъ и нѣкоторыхъ другихъ, при большомъ спросѣ по значительному количеству народонаселенія, просто соображаются со вкусомъ, потребностью и народными обычаями своей страны; тѣ же Бухарцы которые бывали и жили въ Россіи -- предпочитаютъ имѣть у себя нѣкоторыя, какъ напримѣръ желѣзныя, мѣдныя, столярныя (особенно сундуки), сапожныя, часы и другія издѣлія -- русскія.

Бухара живетъ уставомъ и правилами корана -- и въ самой жизни и обыкновеніяхъ, чтобы не преступить повелѣній своего нравственнаго закона, старается не выходить изъ рамки, въ которую замкнута неизмѣнными вѣковыми обычаями. Если Императрица Екатерина II пожертвовала Бухарскому Хану 40,000 рублей на возведеніе мусульманской школы, то конечно имѣла въ виду разширить образованность Бухарцевъ; -- можетъ быть не далеко и то время, когда они сознаютъ потребность -- имѣть у себя и такое высшее училище, въ которомъ бы обучались на равнѣ съ ихъ юношами и русскіе. Ожидать скорѣйшаго исполненія такого училища или даже университета -- желательно бы было какъ для пользы Бухарцевъ, наклонныхъ по умственнымъ ихъ стремленіямъ къ высшему образованію,-- которое по мѣстному сближенію съ границами Россіи могло-бы имъ способствовать къ миролюбивымъ отношеніямъ и уяснять имъ происходящія отъ того для нихъ самихъ выгоды,-- такъ съ другой стороны и для Россіи необходимо имѣть такихъ образованныхъ людей, которые, съ юныхъ лѣтъ въ тѣсномъ сближеніи съ Азіатами, но подъ надзоромъ своего русскаго начальства, изучивши азіятскіе нравы, религію, быть домашній,-- въ состояніи были бы, зная основательно Азію, быть точными исполнителями предпріятій Россіи, такъ далеко углубившейся въ центръ ср. Азіи и нуждающейся въ спеціалистахъ по этой части. При содѣйствіи восточнаго языковѣдѣнія, отечество наше можетъ не только прочно и безпрепятственно поддерживать постоянно свое вліяніе на Туркменовъ и Хивинцевъ, но и воспользоваться быстрыми успѣхами въ распространеніи своей политики и торговли въ отдаленныя страны.

Бухара и въ нравственномъ отношеніи стоитъ гораздо выше, нежели другія восточныя близкія къ ней ханства. Это доказано ею въ настоящемъ походѣ русскихъ въ Хиву; она доказала уваженіе, любовь и преданность къ Россія, и при Петрѣ великомъ: Въ 1717 году, когда Князь Бековичь Черкасскій, отправленный посланникомъ въ Хиву съ значительнымъ отрядомъ солдатъ русскихъ и шведскихъ плѣнныхъ, съ мирными предложеніями Хану Ширгари, по совершеніи этого труднаго пути, достигъ города Ургенча, лежащаго подъ 77о Сѣв. шир. и 41о Вос. долготы, къ Югу отъ Аральскаго моря, во 100 верстахъ отъ Хивы, то вдругъ увидѣлъ себя по среди 24,000 войска Хивинцевъ, Туркменовъ и Киргизовъ. Сильный отпоръ и смѣлыя рѣшительныя сшибки, продолжавшіяся трое сутокъ, одержали наконецъ верхъ надъ непріятелемъ; войско его разсѣялось, и Ханъ, бѣжавшій съ поля сраженія, считалъ себя побѣжденнымъ, и ожидалъ торжественнаго вступленія въ Хиву русскихъ войскъ. Но дѣло приняло противный, несчастный для насъ оборотъ. Хивинскій Ханъ, по совѣту одного приближеннаго къ себѣ хитраго сарта -- казначея Досимъ Бая, укорявшаго въ слабодушіи, принялъ намѣреніе завлечь къ себѣ въ станъ князя Бековича для переговоровъ о мірѣ -- и достигъ этого слѣдующимъ образомъ. Съ значкомъ въ рукахъ являются нѣсколько посланныхъ отъ Хана въ лагерь русскаго военачальника, съ объявленіемъ, что "онъ раскаивается въ своихъ нападеніяхъ, и дѣлалъ ихъ только потому, что не зналъ цѣли прибытія русскихъ войскъ, но теперь, какъ увѣдомилъ его Калмыцкій Ханъ Аюка изъ степей Астрахаскихъ, сей князь Бековичь Черкасскій отправленъ въ Хиву не для завоеваній а въ качествѣ посланника, то онъ желаетъ принять его съ честію, и для этого намѣренъ, съ должнымъ уваженіемъ къ его званію, прислать къ нему отъ своего народа избранныхъ людей."

Между тѣмъ Бековичь, не могшій повѣрить искренности словъ этихъ потому, что, за годъ еще прежде, изъ отправленныхъ имъ изъ Астрахани къ Хану трехъ передовыхъ вѣстовщиковъ {Чрезъ посланнаго въ первый разъ въ Хиву Грека Кирч-ака, и во 2-й разъ дворянина Ивана Воронина и потомъ въ 3-й разъ одного имя котораго неизвѣстно, Князь Бековичь ходатайствовалъ у Хана объ огражденіи его во время похода отъ нападеній Киргизъ Кайсаковъ.} съ извѣстіемъ о назначеніи своемъ, ни одинъ не возвратился и они по всей вѣроятности были задержаны Ханомъ, чтобъ скрыть приготовленія къ войнѣ,-- отказывался вступать въ переговоры съ явившихся къ нему въ лагерь повѣренными отъ Хана, подозрѣвая въ нихъ хитрость и обманъ. Того же мнѣнія были русскіе и нѣмецкіе офицеры... На совѣтѣ ихъ положено было отказать посланнымъ. Однако Ханъ, подстрекаемый своимъ придворнымъ казначеемъ, не прекращалъ своего намѣренія -- и посланные отъ него одинъ за однимъ снова являлись къ Бековичу. Въ это самое трудное время Бековичь получаетъ неожиданно печальную вѣсть о смерти нѣжно-любимой имъ жены. Онъ упалъ духомъ -- и въ нерѣшимости уступилъ завѣреніямъ своего друга Саманова, который представлялъ ему, что лучше принять посольства и вступить въ переговоры, нежели полагаться на силу оружія,-- что подозрѣніе въ хитрости Хана можетъ быть и ошибочно. Князь Бековичь согласился. Послы были приняты; четыре дня длились переговоры. Изъ словъ посланныхъ повидимому видно было, что Ханъ желаетъ мира. Рѣшено, чтобы Князь Бековичь отправился въ ставку Хана съ 500 вооруженныхъ солдатъ,-- и въ предупрежденіе сомнѣнія или опасенія въ невѣрности послѣдствій заключено было подтвердить истину обязательства съ той и другой стороны принятіемъ присяги. Наконецъ Князь Бековичь, препоручивъ команду надъ войскомъ въ лагерѣ маіору Франкенбергу, отправился съ однимъ офицеромъ и съ 500 воиновъ въ ставку Хана, которая была отъ лагеря хотя не въ дальнемъ разстояніи, но и не въ виду. Измѣна и предательство были подготовлены уже заблаговременно: Бековича внезапно арестовали; многочисленность войска хивинскаго, окружившаго со всѣхъ сторонъ пятисотенный отрядъ, при всемъ мужествѣ сопротивленія, одержала верхъ; одни были изрублены, а другіе взяты въ неволю. Но этого недостаточно. Князь Бековичь, подъ угрозою смерти, писалъ невольно приказы въ лагерь къ оставленному имъ вмѣсто себя командиру, чтобъ онъ, раздѣливъ остатокъ войска на части, вступилъ на приготовленныя, по указанію Хана, квартиры. Маіоръ Франкенбергь, понявши въ чемъ дѣло, на два приказа рѣшительно отказался исполнить волю начальника, на 3-й отвѣчалъ; Я буду готовъ повиноваться, когда услышу приказъ изъ устъ его, а теперь пусть извинитъ. Въ 4-мъ приказѣ написано было, что Маіоръ Фраккенбергъ будетъ судимъ какъ ослушникъ по законамъ за неповиновеніе начальству, ежели въ ту же минуту, какъ получитъ приказъ, не раздѣлитъ войска по частямъ и не вступитъ на квартиры. Маіоръ потерялъ присутствіе духа, смутился, но повиновался. Послѣдствіемъ буквально исполненнаго приказанія невольника командира остались слѣдующія мрачныя картины въ исторіи исполинскихъ подвиговъ Петра великаго. Раздѣленные по квартирамъ солдаты были послѣдовательно окружены и изрублены, другіе остались въ плѣну, Бековичу отсѣкли голову, а друга его опрометчиваго Саманова изрубили въ куски {Сообщаемыя здѣсь свидѣтельства основаны на изустныхъ показаніяхъ самихъ Хивинцевъ. Они согласны и съ историческими описаніями этого похода.}. Петръ І-й, занятый дѣлами противъ Шведовъ, не успѣлъ при жизни отомстить за нарушеніе правъ посольства -- и до самой смерти, лелѣя мысль о сближеніи Россіи съ Индіею, не могъ забыть этого несчастія.

Хивинскій Ханъ безчеловѣчнымъ поступкомъ этимъ мечталъ заслужить себѣ отъ всѣхъ другихъ Хановъ и въ особенности отъ Бухарскаго Хана почетъ и уваженіе; извѣщая чрезъ нарочное посольство Бухарскаго Хана, что знаменитый посланникъ великаго императора Россіи убитъ, а войско его частію изрублено частію взято въ плѣнъ, онъ посылаетъ въ доказательство и голову посланника. Благородныя чувства бухарской націи и преданность къ Россіи отразились въ слѣдующемъ достойномъ вниманіи отвѣтѣ ея властителя. Бухарскій Ханъ, предувѣдомленный еще прежде прибытія хивинскаго посланника о несчастной участи Русскихъ, не допустилъ къ себѣ посланнаго, а велѣлъ ему сказать, чтобъ онъ присланную голову возвратилъ своему Хану и спросилъ бы его: не звѣрь ли онъ кровожадный?-- а что онъ (ханъ Бухарскій) съ своей стороны не причастенъ этому безчеловѣчному поступку ни душой ни сердцемъ. {Князь Бековичъ, какъ видно изъ несомнѣнныхъ источниковъ, имѣлъ въ походѣ 1 эскадронъ шведскихъ драгунъ на лошадяхъ, 1 пѣхотныя роты, 3 артиллерійскихъ офицеровъ и служителей, астраханскихъ русскихъ дворянъ и мурзъ тататрскихъ изъ Астрахани, 500 человѣкъ Ногайскихъ татаръ, 500 человѣкъ Гребенскихъ казаковъ, 500 человѣкъ Яицкихъ подъ командою Никиты Бородина, 200 человѣкъ съ товарами частію Русскихъ и частію татаръ и Бухарцевъ и нѣсколько человѣкъ лично заявившихъ ему о желаніи участвовать въ походѣ.}


М. Михайловъ


"Нива", No 44, 1873