# Путешествие А. Д. Карея в Туркестан и Тибет

Аноним Русский-Туркестан

(Travels in Turkistan and Tibet, m-r А. D. Carey"s. "Proceedings", march, 1887).

## ПУТЕШЕСТВІЕ А. Д. КАРЕЯ ВЪ ТУРКЕСТАНЪ И ТИБЕТЪ.


(Travels in Turkistan and Tibet, m-r А. D. Carey's. "Proceedings", march, 1887).


Вниманіе географовъ въ послѣднее время было такъ занято путешествіями H. М. Пржевальскаго въ Китайскомъ Туркестанѣ и Сѣверномъ Тибетѣ, что на изслѣдованіе г. Карея въ этихъ же мѣстахъ почти не обращали вниманія. Однако, путешествіе г. Карея было также важно и интересно въ географическомъ отношеніи, какъ путешествіе русскаго генерала. Г. Карей состоитъ членомъ бомбейскаго городскаго управленія; онъ посвятилъ два года отпуска на путешествіе, на свой счетъ, по такимъ мѣстамъ, про которыя можно сказать, что это почти послѣднія изъ неизслѣдованныхъ областей Азіи. Его сопровождалъ г. Андрей Дальглейтъ, имя котораго извѣстно какъ піонера британской торговли въ Китайскомъ Туркестанѣ и который присоединился къ Карею въ качествѣ переводчика въ Туркестанѣ и вообще помощника; остальная часть партіи состояла изъ погонщиковъ пони и двухъ или трехъ человѣкъ прислуги. Г. Карей выѣхалъ изъ Индіи въ маѣ 1885 года и, пройдя гористый Ладакъ, принялъ планъ путешествія на востокъ въ Сѣверный Тибетъ до озера Мангста и затѣмъ, повернувъ къ сѣверу до тѣхъ поръ, пока представится возможность, спуститься въ Туркестанскія равнины вблизи Керіи. Этотъ планъ былъ удачно выполненъ въ августѣ и сентябрѣ 1885 года и въ результатѣ было пройдено болѣе 300 миль по странѣ, по которой ни одинъ европеецъ не прошелъ раньше. Мѣста этой области, по которой пролегалъ путь, были чрезвычайно высоки, дорога проходила обыкновенно на высотѣ 16,000 футь надъ уровнемъ моря и подъ конецъ одинъ изъ проходовъ достигъ, по вычисленію, высоты 19,000 футъ. Во время спуска съ тибетскихъ высотъ къ Керіи былъ пройденъ чрезвычайно трудный дефиле, гдѣ потребовалось пять дней для прохода 28 миль. Въ Керіи былъ сдѣланъ короткій привалъ, а немного далѣе въ Хотанѣ, гдѣ партія генерала Пржевальскаго стояла лагеремъ до прибытія г. Карея. Оба изслѣдователя не встрѣтились; первый только-что выѣхалъ въ Аксу и русскія владѣнія, межъ тѣмъ какъ послѣдній нанялъ караванъ верблюдовъ для прохода пустыни Кучаръ. Во время этого путешествія случилось такъ, что часть пути по направленію къ Кучару г. Карей прослѣдовалъ дорогой русскаго изслѣдователя, но про остальную, большую часть пути Карея можно сказать, что онъ былъ первый европеецъ, который когда либо прошелъ по этимъ ужаснымъ равнинамъ. Дорога проходитъ по рѣкѣ Хотанъ до устья рѣки Тарима, затѣмъ вдоль послѣдней до Сарыка и затѣмъ поперекъ другой части пустыни къ Шахъ-Яру и Кучару. Съ послѣдняго мѣста, послѣ остановки для обновленія каравана, и былъ сдѣланъ небольшой переходъ. Затѣмъ послѣдовали внизъ по рѣкѣ Тариму, до того мѣста, гдѣ онъ поворачиваетъ на югъ къ озеру Лобъ-нору. Здѣсь убѣдились, что кучарскія вьючныя животныя были въ дурномъ состояніи, и Карей нашелъ болѣе удобнымъ отойдтнотъ рѣки на нѣкоторое время и посѣтить города Курлу и Карашаръ, чтобы затѣмъ возвратиться на прежнее мѣсто. Всѣ приготовленія были кончены почти въ концѣ года. Снова подошли къ рѣкѣ Тариму тотчасъ къ югу отъ Курлы и направились къ озеру Лобъ-Норъ. Такимъ образомъ, рѣка Таримъ была изслѣдована по всей длинѣ. Про мѣстность по длинѣ рѣки говорится, что она равнина, поросшая тростникомъ, съ населеніемъ чрезвычайно бѣднымъ и жалкимъ; въ деревняхъ около Лобъ-Нора корма для скота было такъ недостаточно, что Карей долженъ былъ раскинуть свой лагерь въ концѣ зимы (между февралемъ и апрѣлемъ) въ деревнѣ Чакликъ, въ нѣкоторомъ разстояніи къ югу отъ озера и, какъ разъ, у подножія высокаго хребта горъ, которыя опоясываютъ съ сѣвера Тибетскую горную страну. Эта продолжительная остановка была употреблена на приготовленіе къ путешествію на югъ, въ Тибетъ, лишь только время года позволитъ; и случилось такъ, что день отправленія пришелся на ЗО-е апрѣля 1885 года. Дорога пролегала чрезъ проходъ въ большомъ хребтѣ Алтынъ-Дагъ (или Золотыя горы, согласно Пржевальскому) и далѣе случайно по пути калмыковъ, во время ихъ походовъ въ Тибетъ; ими она и была указана Карею. Со времени этого окончательнаго отправленія съ низменностей озера Лобъ-Нора не имѣется никакихъ извѣстій о доблестномъ изслѣдователѣ, но предполагается, что, проведя лѣто и раннюю осень въ путешествіи чризъ возвышенность и между озерами Чангъ-танга, онъ вернулся на зиму въ Туркестанъ. Если это такъ, то возвращеніе Карея въ Ладакъ и Индію можно ожидать, самое позднее, наступающею весною, хотя извѣстія о его мѣстонахожденіи и о благополучномъ состояніи его партіи, можетъ быть, придутъ раньше этого времени. Слѣдуетъ замѣтить, что г. Карей вездѣ упоминаетъ въ своей корреспонденціи о хорошемъ пріемѣ, который ему оказывали туземцы посѣщенныхъ имъ мѣстностей. Кочующія племена сѣвернаго Тибета и мусульманскіе обитатели Туркестана были вѣжливы, между тѣмъ, какъ китайскіе чиновники относились къ нему законно, потому что онъ получилъ паспортъ отъ пекинскаго правительства передъ отъѣздомъ своимъ изъ Индіи. У Карея не было конвоя или какой либо вооруженной охраны, и надобно обратить вниманіе на то, что онъ съумѣлъ выполнить свой путь (по крайней мѣрѣ, по май 1886 года) спокойно, мирно посреди народа, съ которымъ другіе изслѣдователи имѣли столько непріятныхъ столкновеній. Отчетъ Карея, который онъ представитъ по своемъ возвращеніи, долженъ быть важенъ, и впередъ можно сказать, что онъ будетъ встрѣченъ съ большимъ, интересомъ.


"Восточное Обозрѣніе", No 12, 1887