# Известно, что в жилах Жорж-Занд текла смешанная кровь...

Жорж Санд

Извѣстно, что въ жилахъ Жоржъ-Зандъ текла смѣшанная кровь; отецъ ея былъ аристократъ, мать -- дочь простыхъ парижскихъ рабочихъ. Этимъ смѣшаннымъ происхожденіемъ объясняли многія особенности характера и таланта Жоржъ-Зандъ. Авторъ статьи въ "Revue des Revues", разсказывающій исторію прабабки Жоржъ-Зандъ, знаменитой въ свое время пѣвицы Мари Веррьеръ, говоритъ, что Жоржъ-Зандъ унаслѣдовала очень многое отъ этой женщины, въ салонъ которой собирались всѣ звѣзды и представители литературы и философіи. Многочисленныя увлеченія Жоржъ-Зандъ, столь же знаменитыя, какъ и ея романы, представляютъ, по словамъ автора, очень много аналогіи съ увлеченіями Мари Веррьеръ, хотя/конечно, тутъ надо имѣть въ виду общественное положеніе этой послѣдней, которая была "свободной жрицей любви". Однако, Мари Веррьеръ все-таки была типомъ свободной женщины XVIII вѣка, мечтавшей о вліяніи на французскую литературу. Мечту эту впослѣдствіи осуществила черезъ много лѣтъ ея правнучка, Аврора Дюдеванъ.

Мари Веррьеръ, также какъ и впослѣдствіи ея знаменитая правнучка, не выносила никакихъ путъ и выше всего, ставила свою личную независимость и свободу. Во всѣхъ своихъ сношеніяхъ съ людьми, Мари Веррьеръ всегда придерживалась этого принципа, но чтобы правильно судить о ней, не слѣдуетъ упускать изъ виду отношеній къ ней общества и господствующихъ въ тѣ времена взглядовъ. Поклоненіе уму доходило у Мари Веррьеръ до степени культа. Совсѣмъ молоденькою дѣвушкой она сошлась съ Мармонтелемъ. И эта связь имѣла большое вліяніе на ея умственное развитіе. Со времени знакомства съ Мармонтелемъ, у Мари Веррьеръ явилось влеченіе къ людямъ избраннымъ и возникло страстное желаніе оказывать черезъ нихъ воздѣйствіе на театральное и литературное творчество своей эпохи.

Связь Мармонтеля съ Мари Веррьеръ очень напоминаетъ отношенія ея правнучки съ ея первымъ литературнымъ руководителемъ Сандо, и кончилась эта связь такъ же, какъ кончились эти отношенія. Но, примирившись съ потерею любовника, Мари Веррьеръ все-таки никакъ не могла примириться съ отсутствіемъ литературнаго салона и только и мечтала о томъ, чтобы стать во главѣ какого-нибудь театральнаго дѣла и вліять на драматическое искусство въ Парижѣ. Поэтому, когда богатый банкиръ д'Эпинэ, положилъ къ ея ногамъ свое сердце и кошелекъ, то она первымъ дѣломъ потребовала, чтобы онъ выстроилъ ей двѣ театральныя залы, одну въ ея лѣтней, а другую въ ея зимней резиденціи. Жоржъ-Зандъ также устроила театръ у себя въ Ноганѣ.

Исторія Альфреда Мюссе и Жоржъ-Зандъ была какъ бы повтореніемъ исторіи Мари Веррьеръ и поэта Колярдо. Измученная требовательною, эгоистическою и деспотическою любовью своего поэта, Мари Веррьелъ покинула его, такъ же какъ ея правнучка покинула Мюссе и ея романы съ Колярдо, такъ же, какъ романъ Жоржъ-Зандъ съ Мюссе, долго служилъ предметомъ разговоровъ и далъ поводъ ко всевозможнымъ обвиненіямъ ея въ безнравственности и безсердечномъ кокетствѣ, какъ со стороны ея жертвы, такъ и со стороны общества. Колярдо, какъ впослѣдствіи Мюссе, увѣковѣчилъ свою связь съ Мари Веррьеръ въ стихахъ и то осыпалъ ея упреками и презрѣніемъ, то взывалъ къ ней со страстною мольбой. Много разъ Мари Веррьеръ, отличавшаяся нѣжностью души, готова была уступить этимъ мольбамъ и вернуться къ своему поэту и въ этомъ отношеніи душевная борьба, происходившая въ ней, представляетъ также много аналогіи съ той, которую пережила Жоржъ-Зандъ послѣ своего разрыва съ Мюссе.

Дальнѣйшая исторія Колярдо и его отношеній къ Мари Веррьеръ служитъ уже иллюстраціей общества той эпохи, относившагося вообще довольно снисходительно ко многимъ вещамъ, которыя въ другое время были бы заклеймены презрѣніемъ. Колярдо превратился въ настоящаго паразита; онъ жилъ на счетъ одной богатой покровительницы, открывшей ему свое сердце и кошелекъ, и въ благодарность за это воспѣвалъ ее въ стихахъ самымъ восторженнымъ образомъ. Отчасти къ этому побуждало его чувство досады, желаніе домазать Мари веррьеръ, что онъ нисколько не груститъ о ней. Цѣль его отчасти была достигнута; Мари Веррьеръ была возмущена его легкомысліемъ и между нею и ея новою соперницей, покровительницею Колярдо, г-жою Вьевилль, возникла борьба изъ-за вліянія. Въ отместку Мари Веррьеръ, г-жа Вьевилль также захотѣла устроить у себя литературный салонъ -- "bureau d'esprît", какъ называли тогда. Ей хотѣлось, чтобы ея домъ былъ центромъ литературнаго вліянія, какъ бы преддверіемъ академіи. Поэтому она постоянно старалась возбудить честолюбіе Колярдо и побуждать его* къ разнымъ выходкамъ противъ Мари Верфьеръ. Чтобы угодить своей покровительницѣ, Колярдо написалъ комедію "Les perfidies à la mode", направленную противъ Мари Веррьеръ. Затѣмъ, побуждаемый г-жею Вьевилль, Колярдо выставилъ свою кандидатуру въ академію. Мари Веррьеръ, которая на зло Колярдо, сошлась съ Лагарповъ, тоже съ своей стороны побуждала его выставить свою кандидатуру. Возникла настоящая борьба между двумя салонами и обѣ соперницы изощряли всѣ свои средства въ этой борьбѣ, всѣ свои способности къ интригѣ. Мари Веррьеръ мобилизовала для поддержки Лагарпа весь полкъ своихъ послушныхъ обожателей и друзей. Борьба эта занимала все общество, раздѣлившееся также на два лагеря; всѣ прекрасныя дамы Франціи и Наварры, знавшія всѣ подробности этой любовной драмы, съ напряженнымъ вниманіемъ слѣдили за всѣми ея перипетіями. Но, увы, бѣдная Мари Веррьеръ умерла до окончанія этого состязанія; впрочемъ, это избавило ее отъ огорченія видѣть торжество Колярдо, который былъ избранъ въ академію.

Въ этой опьяняющей атмосферѣ любви, литературныхъ успѣховъ, свѣтскихъ интригъ и безпощадной критики и насмѣшки надъ всѣми учрежденіями, всѣмъ строемъ современнаго общества, выросла мать знаменитой писательницы, осуществившей въ слѣдующемъ вѣкѣ стремленія и мечты своей прабабки сдѣлаться руководительницей литературнаго движенія во Франціи.


"Міръ Божій", No 5, 1898