# О преподавании и современном значении географии

Дмитрий Дмитриевич Семенов

Д. Д. Семенов. Избранные педагогические сочинения

Издательство Академии Педагогических Наук РСФСР, 1953


## О ПРЕПОДАВАНИИ И СОВРЕМЕННОМ ЗНАЧЕНИИ ГЕОГРАФИИ6


В последнее время и в литературе, и в обществе много было высказано громких жалоб на сухое и номенклатурное преподавание географии в наших учебных заведениях. До сих пор она обременяла только память, не давая пищи ни уму, ни воображению; между тем, как во всех почти образованных государствах Запада, география сделалась самой популярною и, вместе с тем, в высшей степени интересною и развивающею наукою и даже вошла в курс университетского преподавания. На сколько справедливы эти жалобы, где кроется причина дурного преподавания, в чем состоит преподавание географии в современном ее значении, наконец, вводится-ли такое преподавание в русских учебных заведениях -- вот вопросы, достойные особенного внимания. Кто-же, в самом деле, виноват в том, что география преподается до сих пор у нас так сухо и безжизненно? Виноваты-ли учителя, которые не умеют преподавать ее; или общественное мнение ложно; или, наконец, сама наука так суха, что не возбуждает никакого интереса. Действительно, что такое была география до Риттера? -- собрание одних голых фактов, заимствованных из разных наук -- из астрономии, физики, естественной истории, статистики, и вставленных, без всякой внутренней связи, в одну рамку, канвою для которой была известная местность.

Но одних фактов, без законов, по которым существуют эти факты, недостаточно для науки, как недостаточен для истории один сухой перечень происшествий, для астрономии -- перечень звезд, для статистики -- перечень чисел и т. д. Такое воззрение на науку есть предание глубокой древности и сохраняется еще и до сих пор, у нас в России в особенности, людьми, вовсе незнакомыми с новейшими успехами науки и продолжающими идти по устарелому, но уже протоптанному пути, не заботясь вовсе о том, ведет-ли он к цели, или нет? Такое понятие о географии сложилось у древних народов по необходимости. Им известны были только немногие страны: южная Европа, западная Азия и северная Африка, да и знали они их очень поверхностно. Из такого бедного материала могла ли наука составить общую связь явлений? Очевидно, нет. Таким образом, география могла существовать не иначе, как в связи с другими науками, в особенности с историею. В средние века мало было сделано географических открытий, а потому география оставалась по прежнему одной номенклатурой. С XV столетия начинается ряд открытий, обогативших науку. В 1492 г. открыта Америка, в XVI и XVII столетиях -- Австралия и Океания, в начале нынешнего столетия -- арктические земли; наконец, недавно еще исследованы внутренние страны Африки и Азии. Стал известен более или менее весь земной шар. Наступила эпоха самостоятельного развития наук, развития, основанного не на одном знании фактов, а на сравнении их между собою, на общих выводах. С этого времени отделились науки, входившие прежде в состав географии: отделилась естественная история, занявшаяся исследованием жизни трех царств природы; астрономия -- изучением планетных систем; статистика -- рассмотрением жизни гражданских обществ и их производительных сил. Но география еще долго оставалась на прежней ступени развития. Для нее осталась математическая география, как извлечение из астрономии нескольких бездоказательных фактов; политическая география, заключающая перечень городов с краткими примечаниями, ничего не выражающими. Одна только физическая география сохранила тень самостоятельности, но и та постоянно заимствовала многое из физики и естественной истории.

Таким образом, исключительным достоянием географии осталась по прежнему одна только голая номенклатура, и вот поле, которое географы принялись усердно разрабатывать, распространяя немилосердно запас собственных имен, путая их на всех языках и обогащая их объяснениями и описаниями, взятыми без всякой критики из упомянутых выше наук. Вот причина неопределенности начал географии и основание упреков, ей делаемых.

Но при таком однако богатстве географических фактов, могла-ли долго существовать география в таком виде? В начале нынешнего столетия, для нее наступила эпоха совершенного преобразования. Явились Гумбольдт со своим Космосом и Риттер со своим "Землеведением". Последний возвысил науку на степень философского знания, а потому по справедливости может считаться отцом географии. "На памятниках, воздвигнутых самою природою, -- говорит Риттер, -- должно прочесть историю и смысл природы, должно изучить иероглифы, начерченные на них, исследовать происхождение и конструкцию этих памятников". Он первый указал связь между явлениями внешней природы, лишенными, повидимому, всякой связи; вывел взаимное влияние неорганической природы на органическую "и как той, так и другой на человека; доказал важность внешних форм суши и воды для развития гражданских обществ и т. д. И в самом деле, как нельзя себе представить в человеке отдельного развития тела и души, так невозможно вообразить и отдельного развития великого тела -- земли и души его -- человечества. Связь между ними необходима. Итак, открытие законов устройства земной поверхности, законов влияния ее на развитие человеческого рода, на общественные явления -- вот истинное значение географии. Только с этой точки зрения, только со стороны влияния природы на человека, надобно рассматривать географические факты, и только при таком взгляде определится объем и цель науки, а все остальное не должно входить в состав географии. При подобном, чисто специальном воззрении на нашу науку, не может существовать математической, физической и политической географии, как частей одной науки, а есть три самостоятельные науки, из которых каждая преследует определенную цель. Есть астрономическая география, рассматривающая землю в отношении к планетной системе, физическая география, занимающаяся объяснением общих явлений, замечаемых нами в твердой, жидкой и воздушной оболочках земного шара, и, наконец, собственно география, изучающая поверхность земли с ее неорганическою и органическою природою в отношении к общественной жизни человека.

Нескольких примеров достаточно будет для того, чтобы показать самостоятельность и вместе связь географии с другими науками. Изучение, положим, рек, равно относится и к географии физической, и к географии собственно; но в первой распознаются одни общие свойства рек, как-то: происхождение источников и рек, вкус и качество воды; в другой описывается отдельно каждый факт в отношении влияния его на окружающую природу и на человека. Изучение растений и животных может быть предметом как естественной истории, так и географии; но в первой рассматривается самая жизнь их, а во второй -- географическое распределение на земле, обусловливаемое свойствами ее поверхности и в особенности польза или вред, приносимые известным растением или животным человеку, и т. д.

Изучая таким образом географию, т. е. описывая поверхность земли в отношении к человеку, многие другие науки, как-то: естественная история, статистика, политическая история, даже поэзия народа делаются понятнее. Для статистики будет понятно, например, отчего у такого-то народа процветает такой-то род сельской или мануфактурной промышленности, а не другой; отчего у одного народа преимущественно производится внутренняя торговля, а у другого внешняя и т. д. Одним словом, мы тогда поймем, что все территориальные богатства страны, главным образом, зависят от географического положения ее. В истории совершенно уяснятся некоторые вопросы, как напр., почему государственная жизнь развилась в таком-то месте раньше, а в другом позже, или отчего финикияне всегда были торговым народом, а египтяне -- земледельческим и т. д. Вообще, в истории географическое положение страны играет весьма важную роль. От него зависит деятельность народа, его характер; даже религия первых народов образовалась под влиянием местных условий. Оттого-то все новейшие историки, при изложении судьбы известного народа, обращают особенное внимание на географическое положение страны. Изучение естественной истории весьма облегчается предварительным знанием географического распределения трех царств природы и их влияния на человека. Чему также, как не географическому положению, можно приписать развитие тихого, миролюбивого характера в жителе прекрасных долин и воинственного и отважного в жителе гор, или веселые и беспечные песни француза и заунывные и угрюмые песни русского? Чему надобно приписать постоянное трудолюбие, хладнокровие, страсть к морским путешествиям, отважность и упрямство в достижении цели англичанина -- как не скудной природе, туманному климату и морю, и наоборот, леность и беспечность итальянца, как не вечно улыбающейся природе, легко доставляющею все необходимое, и т. д. Уже из этого краткого очерка можно видеть, какое огромное значение имеет в настоящее время география сама по себе и для других наук. Но проникли-ли подобные идеи к нам, и отчего до сих пор география у нас в таком жалком положении? Ответить на это не трудно. Учителя географии, которых этот вопрос касается всего ближе, -- ибо они, собственно, обязаны распространять между юношеством правильные понятия о своей науке, -- учат по большей части так, как их самих учили в гимназии, по руководствам Арсеньева и Ободовского, потому что в университете, если они и были и там, то не слышали ни одного живого слова о ней. Мне могут возразить на это, что учителя могут совершенствоваться сами. Но для всех-ли это возможно? Еще в Петербурге, при знании языков и при возможности иметь под рукою все лучшие и самые дорогие сочинения, можно изучить и усвоить себе новые идеи этой науки; но и здесь учитель должен заниматься уроками, чтобы иметь средства жить и приобретать хотя необходимые книги, и труд его будет подвигаться очень-очень медленно. Что-же сказать об учителях географии в провинциальных гимназиях, вовсе не имеющих возможности следить за успехами науки? Вот почему у нас так мало хороших преподавателей географии. Вот почему до сих пор еще часто встречаются учителя, которые заставляют своих питомцев выучивать по книге, как можно более собственных имен и сухих определений. От того география всегда считалась самым скучным, трудным для изучения и вместе бесплодным предметом. Несмотря на это, в настоящее время уже можно встретить учителей географии, которые вводят преподавание ее соответственно современным идеям. Сколько мне известно, такое преподавание введено в некоторых петербургских заведениях, в особенности женских, и в некоторых из них география сделалась любимым предметом. Сверх того, в последнее время явились как переводные, так и оригинальные руководства и сочинения, удовлетворяющие или стремящиеся удовлетворить современным требованиям науки. Таковы, напр.: "Землеведение" Карла Риттера, перевод Семенова, где во введении высказаны все главные идеи Риттера о географии, "Земля и человек" Гюйо, перевод де-Галета,-- сочинение, в котором так хорошо объяснена жизнь земного шара, влияние природы на человека, и развито участие каждой части света в истории человечества; "Природа и люди" Павловского и Лядова -- сочинение, составляющее отрадное явление с тех пор, как пишутся у нас географические руководства. Правда, что в нем нет строгой системы -- лет идеи о единстве -- столь необходимой в географии, по понятиям Риттера.

"Природа и люди" есть эпизодическое описание отдельных стран. Но оно первое уничтожило недостаток, свойственный всем нашим географическим руководствам, -- сухость; напротив того, книга эта, благодаря тщательному выбору статей, хорошему слогу, отличается большою занимательностью и разнообразием. Дети, знакомые с нею, с жадностью читают ее, как мне самому известно. Значит, главное -- возбуждение любви к науке -- эта книга совершенно выполняет. Жаль только, что она немного дорога, а потому и не всем доступна. "Земля, растения и человек", соч. Скау, перевод, где рассмотрены с большою подробностию как характеристические растения разных стран, так и растения, сделавшиеся предметом всемирной торговли, и хорошо развито влияние человека на природу. "Путешествие по Северной Америке", соч. Лакиера, единственное сочинение на русском языке о северо-американских штатах, касающееся истории, географии и современной общественной и частной жизни этой вполне поучительной страны. "Море и его жизнь" Гартвига, перевод, где с необыкновенною занимательностью объяснены все явления на море, описана жизнь морских животных и растений и указаны результаты главных морских экспедиций, бывших во все времена, и т. д. Если мы к исчисленным сочинениям присоединим еще статьи, относящиеся как к самой науке, так и к разным методам преподавания, помещаемые в различных наших журналах, в особенности в журналах: географического общества и воспитания, то, довольствуясь только русскими сочинениями по части географии, учитель сумеет заинтересовать своих слушателей.

Но интересуются-ли родители всеми подобными улучшениями и знают-ли хотя о некоторых лучших сочинениях по части географии? Почти нет. Большая часть из них не слышала даже о существовании журнала для воспитания, который собственно должен быть настольной книгою каждого семейства. Из него они узнали бы, как лучше воспитывать своих детей и какие покупать для них книги, которые бы развивали в детях и нравственное чувство, и воображение, и ум. Модные журналы эту роль играть не могут. Многие родители, напротив, с большим удовольствием покупают своим детям пустенькие французские сказки и повести, но изящно переплетенные и украшенные уродливыми картинками. Они оставляют без внимания, напр., книгу "Природа и люди" без картинок и в простой бумажной обертке, тогда как первые вопросы дитяти всегда относятся к природе; подобные же вопросы решаются в географии, а не в сказке. Почему же не удовлетворить естественному требованию детского ума? Жалкое равнодушие общества к истинно-полезным и хорошим сочинениям и есть, кажется, одна из главных причин, почему дельные учителя не пишут никаких сочинений, ни руководств. Каждый из них почти убежден, что как-бы труд его важен ни был, он не найдет себе сочувствия в публике и понапрасну потеряет время и последние деньги, которых у нашего брата очень мало. Напротив того, аферисты, зная вкус публики, издают книги, где помещают несколько анекдотов, заимствованных у различных путешественников, и прикрашивают их разными лубочными картинками и красивым переплетом. Примером такого рода книг, между прочим, может служить книга "Земля и люди" (не надобно ее смешивать с книгой "Земля и человек"),-- книга, которая теперь в большом ходу, несмотря на то, что стоит четыре рубля.

Теперь я постараюсь познакомить моих читателей с методою преподавания и распределением географии по классам одной из Петербургских гимназий. Преподавание географии разделяется у нас на три курса: приготовительный в первом классе; описание отдельных частей света в средних классах; высший сравнительный курс в шестом классе. В седьмом классе к общему повторению присоединяется статистический обзор важнейших государств.


## I. О преподавании географии в I классе


Основные понятия науки о земном шаре дитя усваивает себе из собственного наблюдения; глаза дают ему бессознательное понятие о том клочке, на котором оно живет. Учение должно ввести в сознание детей этот тесный круг познаний и распространить его. Вот почему мы начинаем преподавание географии в I классе с описания Петербурга, его окрестностей и даже целой европейской России. Дело учителя в этом классе утвердить сознательное понятие в детях о тех предметах, о которых они уже имеют понятие бессознательное.

Урок в этом классе должен быть разговором, беседою; учитель, так-сказать, должен наглядно путешествовать с своими воспитанниками по России. При этом из различных рассказов учителя, из собственных наблюдений, из сравнения знакомых и близких предметов с незнакомыми и отдаленными, воспитанники незаметным образом получают самые верные понятия о различных явлениях природы и географических терминах, не заучивая наизусть иногда ничего не выражающих, книжных определений. Описываемая местность должна быть постоянно чертима как учителем, так и воспитанниками, чрез что ученики получают понятие о том, в какой степени действительная величина предмета может быть представлена на чертеже, и знакомятся с различными условными знаками, употребляемыми на картах для выражения различных географических предметов. Наконец, в этом же классе должно ознакомить детей с назначением глобуса и карт, с частями суши и воды, с линиями и кругами. Дельным пособием для детей при первоначальном преподавании может служить недавно вышедшее руководство географии Вержболовича, если только будут исправлены в нем некоторые вкравшиеся неточности.


## II. О преподавании географии в средних классах


От приготовительного курса мы переходим к описанию частей света. Каждая часть света здесь должна быть рассмотрена с двух сторон: со стороны топической и описательной. Первое требование лучше всего выполняется посредством черчения по градусам. Многие восстают против такого способа черчения, утверждая, что это заставляет воспитанника запоминать множество точек. Я, с своей стороны, в защиту черчения по градусам, скажу, что во-первых, ученикам указываются только самые необходимые точки, как-то: 4 конечные мыса, важнейшие заливы и проливы, а во-вторых, от них не требуется заучивания этих точек, потому что от постоянного черчения они сами легко запоминаются. Напротив того, только посредством такого способа черчения выйдет всегда верный чертеж, отчетливо определится относительное положение и величина разных стран; можно узнать приблизительно длину и ширину чертимой части света и, наконец, приучаются дети к математической точности. На чертеже указываются все географические данные, какие потом встретятся в рассказе. Черчение продолжается урока 3 или 4, пока все ученики будут правильно чертить. После черчения карт начинается описательная часть. При этом я не следую системе, принятой в наших руководствах, т. е. не описываю отдельно каждое государство. При таком описании теряется идея о целой части света; теряется естественное разделение страны на части горами и реками и, наконец, не обнаруживается влияние природы на человека; высказывается, напротив, и то очень бледно, влияние человека на природу, что уже принадлежит собственно статистике. Отдельному описанию стран я всегда предпосылаю картину целой части света; потом делю каждую часть света на страны, как природа разделила хребтами гор и реками, на возвышенности и низменности, по бассейнам рек; на полосы, имеющие одинаковую почву, климат, естественные произведения и человека и уже в таких естественных полосах описываю неорганическую и органическую природы страны, природные свойства народов (этнография) и указываю государства и города {Так называемой политической географии отдельно я не преподаю: она сливается или с физическим или с статистическим описанием страны, о чем будет сказано ниже.}.

При отдельном описании стран я останавливаю особенное внимание на тех только предметах, которые характеризуют край и имеют влияние на жизнь человека; но за то эти немногие предметы обрисовываются ярко и подробно, чтобы в воображении каждого слушателя составилась верная характеристика описываемого предмета. Так, например, говоря о Сахаре, я подробно описываю качество ее поверхности, свойство самума, жизнь верблюда, пальмы и араба, и караванную торговлю. О мелких предметах, не имеющих значения для человека, я вовсе не упоминаю. Подобные описания я стараюсь рассказывать языком путешественника, чтобы придать более занимательности предмету. Все встречающиеся собственные имена в рассказе я пишу на доске, а географические данные указываю на чертеже, как я уже выше сказал. Каждый мой рассказ воспитанники должны составлять сами; написанное ими я по-очереди поправляю, так что к концу месяца тетрадь каждого будет мною пересмотрена. Я делаю это потому, что, во-первых, только из письменного изложения слышанного и можно узнать, в какой степени каждый воспитанник понял и усвоил рассказанное; во-вторых, дается возможность учителю объяснить еще раз непонятое и, в-третьих, приучаются дети к стройному и правильному расположению своих мыслей на бумаге. Посредством таких только приемов, мне кажется, что воспитанники вполне усвоят как горизонтальную и вертикальную форму, относительное положение и величину, так и характер природы и человека описываемой части света. Изложенным требованиям почти удовлетворяет пока только одно руководство "Природа и люди" Павловского, а потому желательно, чтобы оно было введено, как пособие при преподавании географии во всех средних классах. Жаль, что оно касается только двух частей света -- Африки и Австралии. Лучше всего распределить описание частей света по классам гимназии так: во втором классе описание южных материков: Австралии, Африки и Южной Америки; в третьем -- Азии и северной Америки; в четвертом -- Европы; в пятом -- России. Начинать описание частей света с южных материков удобнее по двум причинам: во-первых, их легче чертить; во-вторых, там природа не утратила еще своего первобытного характера, и человек мало ее изменил, а потому легче для изучения.


## III. О преподавании географии в VI классе


Познакомившись с характером природы и человека каждой части света отдельно, мы переходим к высшему курсу географии, который можно назвать сравнительною географиею. Казалось бы, что, прошедши географию в таком виде и объеме, в каком мы ее только что представили, чего еще желать больше. Но там мы имели дело с одними частными явлениями, здесь же мы должны обнять целое науки, весь земной шар. Таким образом, в курс VI класса войдут следующие статьи: а) понятие о географии в современном ее значении, различие ее от прочих наук, входящих в состав землеведения, методы изложения географии; б) объяснение фактов, доказывающих связь явлений внешней природы; в) сравнение частей света в отношении берегового и вертикального развития и влияние как того, так и другого на человека; г) сравнение частей света в отношении климата и естественных произведений и, наконец, д) совокупное влияние всех форм земной поверхности на общественную жизнь человека, и вследствие этого -- указание роли, занимаемой каждою частью света в истории человечества и влияние самого человека на природу.

Указание нескольких фактов достаточно будет для разъяснения и показания важности предложенных здесь статей. Уже при беглом взгляде на земной глобус нас поражают следующие особенности: во-первых, резкая противоположность между северо-западным материковым полушарием и юго-восточным водяным; во-вторых, сосредоточенность вулканической деятельности в одном месте земного шара на так называемом огненном кольце, окружающем Великий океан: в прочих местах вулканы попадаются очень редко, как исключения; в-третьих, все материки к югу суживаются и оканчиваются крутыми скатами; напротив, к северу расширяются и спускаются к морям пологими скатами и т. д. Не доказывают-ли эти немногие факты связь явлений внешней природы, которая для простого наблюдателя кажется незаметной. Обратим внимание теперь на береговое очертание частей света. Возьмем для сравнения Европу и Африку. Первая отличается большим числом и разнообразием заливов, полуостровов и островов; вторая, напротив совершенным отсутствием их. Разве это не имеет никакого влияния на жизнь народов? Предположим на мгновение, что прекрасная Италия и Греция слились в одну массу с внутренним материком. Это изменение формы не даст нам новой Германии, но лишит Италии и Греции и всего того, что произвели эти страны. Бросим взгляд на относительное возвышение земной поверхности. Разве одно и то-же: поднята-ли целая страна в сухие и холодные пределы атмосферы, как внутренняя, плоская возвышенность Азии, или находится она в уровень с океаном, как Индия. Ведь под одним и тем же небом лежат теплые и плодородные долины Индостана, и холодные и бесплодные возвышенности верхнего Тибета. Отчего же они так различаются? Чему также, как не климатическим условиям обязаны своей богатой и роскошной природой южные полуострова Европы и Азии? Но это еще не все: в предыдущих статьях: материки рассматриваются с физической точки зрения, надобно изучить их еще с высшей, нравственной точки зрения. Смотря с духовной стороны на части света, мы видим, что южные материки (Африка, Южная Америка и Австралия) почти вовсе не участвовали в развитии человеческого рода; напротив, северные материки попеременно играли важные роли в истории. Азия была колыбелью образованности, Европа может считаться представительницею настоящего развития цивилизации. Северная Америка пророчит себе великую будущность. Подобные вопросы разрешает последняя статья. Не ясно-ли доказывают все изложенные нами факты важность изучения сравнительной географии для всестороннего и основательного изучения нашего предмета, тем более, что он не преподается в университете и совершенно оканчивается в гимназии. Важным пособием при изучении курса VI класса может служить "Земля и человек" Гюйо.


## IV. О курсе VII класса


Наконец, когда воспитанники усвоят совершенно отчетливо физическое богатство всех частей света, физический быт народов и влияние географических причин на жизнь народов, им совершенно будет понятен статистический обзор важнейших государств, который входил у нас в курс VII класса. В этом обзоре довольно подробно излагается административный, умственный и промышленный быт важнейших европейских народов и северо-американцев -- в сравнении между собой и в особенности с Россиею. Здесь же указываются и города, отличающиеся своею (мануфактурной) и торговою промышленностью и умственною деятельностью. Исторических городов я вовсе и нигде не указываю (исключая приготовительного курса); я думаю, что сказав город, замечательный в историческом отношении, надо рассказать и все событие: тогда география наполнится историческими рассказами и потеряет свою цель. Курс VII класса заканчивается повторением курса VI и V классов.

В заключение, я должен сказать, что вообще мое преподавание географии имеет целью развитие в детях трех способностей: памяти при топическом изложении, воображения при описательном и ума при сравнительном (философском). К сожалению, в новом проекте устава для гимназий, прогимназий и народных школ, приложенном при "Журнале Министерства Народного Просвещения", для географии назначается в гимназиях только 9 уроков в неделю и таким образом для преподавания этой науки, которой важность в образовательном отношении теперь всеми признана, в новом уставе дается еще меньше времени, нежели его было дано в уставе 1828 года. Очевидно, что в 9 уроков невозможно пройти предмет в таком объеме и с такими требованиями, которые я тотчас высказал, и география по прежнему должна остаться одною номенклатурою, сухою и трудною наукою. Об этом подробнее я изложу свои мнения в особой статье, где также разберу и новую программу по географии, приложенную при том же журнале.


## ПРИМЕЧАНИЯ


6. "О преподавании и современном значении географии". Данная статья была одобрена К. Д. Ушинским и при его прямом содействии напечатана в "Журнале Министерства народного просвещения" ("ЖМНП", 1860, отдел первый, стр. 134--148). Это одна из первых географических статей Семенова вообще; она положила начало совместной деятельности Ушинского и Семенова. На основе мыслей, высказанных в ней, Семенов строил в последующие годы свою методическую работу и работу над учебными пособиями по географии. Статья никогда не перепечатывалась.