# Некоторые черты из жизни Людовика XIV

Луи Сен-Симон

Перевод Михаила Каченовского.

Журнал "Вeстникъ Европы", 1819, ч. 103, Nо 2.

## Нѣкоторыя черты изъ жизни Лудовика XIV.


Въ прошломъ году вышло въ Парижѣ новое, исправное и несравненно лучше прежняго расположенное изданіе Записокъ Дюка Сенъ-Симона. Извѣстно, что и Маркизъ Данжо оставилъ Записки своя о царствованіи Лудовика XIV; но сколько онъ робокъ въ своихъ сужденіяхъ, столько Сенъ-Симонъ смѣлъ и безпристрастенъ. Дюкъ сей родился 1676 го, а умеръ 1766 года; жилъ при Дворѣ, какъ вельможа, былъ свидѣтелемъ многихъ весьма важныхъ происшествій и описывалъ ихъ безъ пощады. Однимъ словомъ: ето -- Светоній Двора Французскаго. Данжо всегда видѣлъ въ Лудовикѣ XIV великаго Монарха, расточающаго знаки своихъ милостей; Сенъ-Симонъ смотритъ на него какъ на человѣка. Вотъ на примѣръ какимъ онъ изображаетъ его при началѣ царствованія.

По смерти Кардинала Мазарина Лудовикъ XIV бросился въ пучину свѣтскихъ обществъ, которыя обыкновенно находилъ въ домѣ Графини Сессонъ; оберъ-гофмейстерины Двора Королевы. Разныя случившіяся съ нимъ приключенія, разныя хитрости и замыслы, которыхъ былъ онъ жертвою, сдѣлали весьма вредное впечатлѣніе въ душѣ его... Умъ, благородство мыслей, чувство, увѣренность въ своемъ достоинствѣ, неустрашимость, знанія -- всѣ сіи качества сдѣлались для него подозрительными, даже презрѣнными, и чѣмъ старѣе онъ становился, тѣмъ болѣе утверждалось въ немъ сіе отвращеніе, Лудовикъ хотѣлъ царствовать одинъ; такъ и сдѣлалось: онъ царствовалъ одинъ въ мѣлочахъ, но въ важныхъ предметахъ никогда не могъ до сего достигнуть. Самое начало правленія его ознаменовано нечувствительностію и обманомъ!

Сенъ-Симонъ превосходно описываетъ охоту его заниматься мѣлочами. "Онъ желалъ всю знать какъ можно чаще видѣть при Дворѣ своемъ. Кто рѣдко являлся, или кто проводилъ время свое не въ одномъ дворцѣ только; на того сердились: но кто никогда ко Двору неѣздилъ; тотъ подвергался всей немилости Королевской."

"О чемъ бы ни просили такіе люди, король всегда отвѣчалъ гордо: я незнаю ихъ. О томъ, кто рѣдко являлся при Дворѣ, онъ обыкновенно говаривалъ: я никогда не вижу етаго человѣка -- и сіи немногія слова были непреложнымъ приговоромъ. Кого любили въ Парижѣ; того онъ ненавидѣлъ. Не съ удовольствіемъ смотрѣлъ и на тѣхъ, которымъ нравилось жить въ деревнѣ; но етому умѣла помочь тонкая предусмотрительность: до отъѣзда въ деревню, надлежало провести нѣсколько времени во дворцѣ Королевскомъ."

"Лудовикъ неутомимо старался узнавать, что происходитъ въ семействахъ. Шпіоновъ и донощиковъ было великое множество, и при томъ всякаго рода. Любопытству его приписываютъ учрежденіе должности полицейскихъ Лейтенантовъ (Lieutenants de Police). Съ чиновниками сими въ его царствованіе обходились крайне осторожно, даже почтительно; ихъ уважали и боялись даже самые Министры; небыло во Франціи ни одного человѣка, не исключая Принцевъ крови, которой не имѣлъ бы причины угождать имъ -- всѣ такъ и поступали."

"Самое жестокое средство узнавать всѣ тайны -- при немъ употребляемо было съ неизъяснимою скоростію и искусствомъ; я разумѣю распечатываніе писемъ."

"Король получилъ извлеченіе изъ всѣхъ писемъ, которыя казались достойными его вниманія. Начальники и служители почтовыхъ мѣстъ были отъ того весьма важныя и сильныя особы: они могли словцо прибавитъ, или выпустить. Множество пало жертвъ посредствомъ сей тайны, которая была хранима весьма строго."

Вотъ каковъ былъ Лудовикъ XIV! А какимъ изображаетъ его исторія?..

Память г-жи Ментенонъ, прославленная и превознесенная Іезуитами, ханжами всякаго званія, стихотворцами и ораторами ея времени, равнымъ образомъ съ колоссальной славою препровождена въ потомство. Сенъ-Симонъ съ большею истиною рисуетъ портретъ сей честолюбивой и лицемѣрной выскочки, которая возвышенію своему жертвовала всѣмъ, и въ особенности протестантами, между тѣмъ какъ прежде она сама принадлежала къ ихъ исповѣданію.

Ласкательство сравнило ее съ Есѳирью, и это послужило ей въ пользу, хотя она никакъ не походила на сію знаменитую Іудеянку, которая не отступалась отъ своей вѣры и не обрекала собратій своихъ на погибель.

Г-жа Ментеномъ, говоритъ Авторъ, была женщина весьма умная. Первое общество, въ которомъ ее терпѣли и котораго послѣ была она украшеніемъ, образовало ее и познакомило съ большимъ свѣтомъ; любви и волокитству она обязана была приятными своими качествами.

Разныя обстоятельства, въ которыхъ она находилась, сдѣлали ее ласкательною, услужливою, обязательною; показали ей надобность въ хитрыхъ замыслахъ, которые, отъ частаго упражненія, сдѣлались въ ней второю натурой, и приучили ее къ ловкости, оборотливости, искусству. Она любила перескакивать отъ знакомства къ знакомству; держалась однакожъ нѣкоторыхъ изъ числа старыхъ вѣрныхъ приятелей, участвовавшихъ послѣ въ ея благополучіи, равно какъ прежде въ ея премногихъ и щедрыхъ ласкахъ.

Низость и распутство прежней жизни развратили ея сердце и исказили чувства. Надобно прочитать всѣ подробности у Автора, чтобы увидѣть, какъ г-жа Ментенонъ располагала происшествіями, которыя должны были уронить Францію; какъ управляла Королемъ, которой думалъ, что царствуетъ самъ собою. Министры работали въ ея комнатѣ, между тѣмъ какъ она занималась шитьемъ или чтеніемъ. Ежели Король спрашивалъ ея совѣта; она отвѣчала со всѣмъ равнодушіемъ, непоказывая ни особой склонности къ чему-либо; ни предпочтенія, и никакого участія, между тѣмъ все уже напередъ было слажено съ Министромъ, которой недерзалъ противиться ея желаніямъ. Награды и чины отъ нея зависѣли: но дѣла ведены были такимъ образомъ, что Король думалъ, будто все исполняется по его собственной волѣ, между тѣмъ какъ г-жа Ментенонъ, управляя скрытными пружинами, дѣлала, что хотѣла.

Въ такомъ духѣ и съ такою истиною написано сочиненіе Дюка Сенъ-Симона. Оно состоитъ изъ четырехъ томовъ. М.


-----


Сен-Симон Л. Некоторыя черты из жизни Лудовика XIV / [Из Записок дюка Сен-Симона]; [Пер.] М. [М. Т. Каченовского] // Вестн. Европы. -- 1819. -- Ч. 103, N 2. -- С. 111-116.