# Зеленое поле

Александр Серафимович Серафимович

А. С. Серафимович


Зеленое поле


А. С. Серафимович. Собрание сочинений в семи томах. Том второй

М., ГИХЛ, 1959


Как и подобает столичному городу, в Москве представители большинства профессий группируются в кружки, в общества, в клубы. Имеют свое общество и представители наиболее интеллектуальных профессий, литераторы и артисты.

В центре города, на главной улице, в великолепном помещении находится Литературно-художественный кружок.

Когда входишь сюда, разом чувствуешь, что попал в барское место: швейцары, лакеи, мальчики, буфет, анфилады комнат, зал, электрическое освещение. Чувствуешь, что это стоит громадных денег, и удивляешься: с каких это пор литераторы, да и артисты так разбогатели? И думаешь,-- да, обстановка хорошая, взнос внушительный: двадцать пять рублей вступительный и пятнадцать -- ежегодный, должно быть, и внутреннее содержание этой оболочки, жизнь в этих апартаментах соответственно полна смысла, интереса, литературы, искусства,-- словом, напоминает некий храм.

Входите. Как зеленеющая степь весной, развертываются перед вами раскинутые столы, традиционные свечи освещают полные мысли, вдохновения и высших интересов лица игроков.

Одиноко бродите вы между столами, а литераторы, артисты и их гости все с тем же вдохновением на лице отдаются высшим интересам интеллекта, приговаривая: "пас", "без козырей", "семь червей", предаются и час, и два, и три, и пять, пока петух не пропоет, трижды.

А так как эта литература, как и всякая форма человеческого творчества, обладает способностью захватывать человека целиком, без остатка, когда самое время как понятие стирается в мозгу, принимаются меры к тому, чтобы витающих в надзвездных высях вдохновения как-нибудь связать с грешной землей, именно после определенного часа облагают штрафом, который дает весьма крупную статью дохода.

Вы отправляетесь дальше. Люди ужинают, звенят рюмками, стаканами, разговаривают, смеются непринужденно, весело, хорошо.

-- А где же литература?

-- Гм!.. литература? Пожалуйте-с по вторникам. По вторникам литература. Без литературы нельзя-с.

Если б назывался просто: карточный кружок с буфетом, тогда так, тогда бы можно без литературы, а то литературный кружок. Поэтому семь дней трудимся, а восьмой -- литература. Нельзя, иначе попрекать станут, если без литературы. Но, кроме восьмого дня для литературы, у нас отпускается девятый день и для искусства, ибо кружок не только литературный, но и художественный, литературно-художественный.

Мне вспомнился союз писателей. Собирались литераторы, артисты, скромное помещение, без швейцаров, без лакеев, без электрического освещения, скромный буфет, все скромно, просто, уютно, по-семейному, без карт, и все семь дней в неделю отдавались литературе. Артисты пели, играли.

Мне бы очень не хотелось, чтобы читатель подумал, что я морализирую. Совсем нет. Терпеть не могу хныкающих моралистов. Я говорю вовсе не о том, что не следует иметь дорогого помещения, электрического освещения, швейцаров, лакеев, буфета, карт, вовсе не о том.

Я хочу только сказать, что не надо смешивать разных вещей: или обыкновенный карточный клуб, или специфическое общество литераторов и артистов. Если просто карточный клуб, так и понимать будем. Если литературно-художественное общество, стало быть, интересы литературы и искусства преобладают.

Здесь же выходит так, что клуб, в сущности, карточный, но его маскируют и пристегивают к нему литературу и искусство. Конечно, оно лестно: мало ли карточных клубов, а вот литературных-то обществ нет, и литературному и художественному обществу и почет другой.

Но хотя и лестно, а обманывать публику не надо. Вещи надо называть их именами: карты -- так карты, литература -- так литература, искусство -- так искусство.

Карты определенно получают доминирующее значение, литература, искусство уступают им место, стушевываются, они остаются только при картах для отвода глаз. Барство съедает литературу и искусство.

Вы посмотрите только, во что обратились пресловутые вторники. Эти вторники бросили беспокойным членам кружка как подачку. Не удивительно, что на "беседы" по вторникам публика шла, как на пикантное зрелище.

За такое специфическое карточно-клубное направление кружка ответственность целиком падает на дирижирующих в нем лиц.


ПРИМЕЧАНИЯ


Впервые напечатаны в "Курьере" за 1903 год:

Зеленое поле 29 марта, No 31