# Фабрика

Александр Серафимович Серафимович

А. С. Серафимович


Фабрика


Собрание сочинений в семи томах. Том шестой

М., ГИХЛ, 1959


Иду в штаб.

Было невытравимое ожидание встретить военщину,-- не военную обстановку, это естественно,-- а именно военщину. Как бы ни изменились времена, вытравить сложившееся веками невозможно.

Мне приходилось бывать в штабах в Галиции. И с тоской, бывало, вглядываешься в офицерские лица: ведь и у них же бьется сердце человеческое, и ищешь человека, и не находишь,-- все мертво, задавлено писаной и неписаной субординацией. И дело, разумеется, не во внешних только признаках подчинения, не в эполетах, не в знаках отличия, а в страшном, мертвящем отсутствии человеческого достоинства, снизу доверху. И оттуда -- в страшном отсутствии чувства ответственности. И когда я, бывало, входил в блестящий штаб, я будто входил в гробовое помещение, обитое золотом и серебром и переполненное гнилью и мертвечиной.

И как же радостно было теперь, когда я пришел... домой! Это -- мой дом. Кругом милые лица товарищей. Ни угодливости, ни заискивания, ни высокомерия,-- свое.

Штаб -- это огромная фабрика, где командный состав -- искусные инженеры, а товарищи-коммунисты -- сердце, горячие биения которого отдаются в самых дальних уголках огромной фабрики.

И инженеры, и сердце гонят по фронту пролетарскую кровь, пролетарские дымящиеся мысли, волю, настойчивость,-- они спелись, работают дружно. Саботажники изгоняются и караются нещадно. Наверно, все-таки они есть, но все по-собачьи поджали хвосты и работают, не оглядываясь.

Теперь одно можно сказать: партия сумела взять командование в свои руки.

Работу коммунисты несут колоссальную. В данный момент ее даже не учтешь. Они дают Красной Армии газеты, библиотечки, литературу; они агитируют, они охраняют армию от саботажников, от измены.

Днем и ночью, не смыкая глаз, они берегут, как зеницу ока, рабоче-крестьянскую силу.

Воистину, коммунистическая партия несет армии жизнь. Без партии здесь воцарилось бы разложение и смерть.

В группах коммунистов, разбросанных по штабам, есть и неровности. Всякая партия включает в себя работников различной партийной напряженности, различной внутренней значительности. Есть закаленные бойцы, есть побледнее.

Это естественно и неизбежно, и нет в этом ничего ни худого, ни опасного.

А вот что худо и опасно: нет внутри партийных групп взаимной связи, внутренней групповой жизни. Тут каждый за себя. Не собираются, не живут партийной жизнью. А когда делаются попытки созвать собрание, приходит еле седьмая часть.

Это уж опасно.

Надо принять во внимание: работы у коммунистов подавляюще много, отдыха никакого; здесь нет ни воскресений, ни праздников, ни перерывов,-- изо дня в день все та же напряженность.

И все-таки партийная жизнь должна быть. Она всех объединит, подтянет слабеющих, осмыслит всю работу.

Наиболее энергичными товарищами уже делаются в этом направлении усилия.

Великой мукой, великой ценой идет невиданное строительство Красной Армии.


ПРИМЕЧАНИЯ


Впервые под рубрикой "Впечатления" напечатано в газете "Правда", 1918, 19 ноября, No 250. Открывает серию военных корреспонденции с Восточного фронта. Вспоминая о своем пребывании там, Серафимович в примечаниях к другой корреспонденции этого же периода писал: "Штаб тогда был расположен в Симбирске. Положение к моему приезду было неважное: белогвардейцы сильно напирали, В штабе меня как корреспондента "Правды" подробно ознакомили с создавшимся положением. Я просил поскорее перекинуть меня на передовые позиции.

Когда ехал на фронт, я думал -- наберу там материала для будущих вещей, изучу обстановку, накоплю побольше фактов. Но, попав на фронт, я понял, что мои личные планы надо припрятать подальше. Надо было прежде всего помочь делу гражданской войны, помочь Красной Армии. Для этого нужно было осведомлять тыл о том, что делается на фронтах.

На передовых позициях, когда я туда приехал, наступило затишье, боев не было. Ждали, что скоро начнем наступление. Красноармейцы меня хорошо встретили.

Приходилось мне много кочевать, и писать можно было только урывками. Материал для корреспонденции я брал в штабе. Но я материалами штаба, конечно, не ограничивался и частенько, кроме того, пользовался рассказами красноармейцев.

Восточный фронт оставил во мне в общем бодрое настроение. Я увидел своими глазами, что защита Октябрьской революции в надежных руках, что красноармейская масса знает, за что дерется а что теряет в случае поражения" (т. VIII, стр. 433).