# Несите им художественное творчество

Александр Серафимович Серафимович

А. С. Серафимович


Несите им художественное творчество


Собрание сочинений в семи томах. Том шестой

М., ГИХЛ, 1959


Устали люди, стали слабеть. И немудрено: три года бьются, три года непогода, жизнь на лошадях, в холод, в дождь, в жару, три года сеча, кровь, раны, смерть!

А какие бойцы! Какие рубаки! Это они отступали с знаменитой Таманской армией, они дрались на Кавказе, когда он был отрезан от Советской России; они, охваченные тифом, вырвались из рук белых, отступая в пустыне на Астрахань.

И вот теперь эти железные люди погнулись, и дивизию отвели в тыл.

Влили коммунистов, закипела политическая работа.

Прошла неделя. Мне предложили поехать из штаба в дивизию. Поехали.

Отдано было распоряжение: привести красноармейцев.

Закрывая деревенскую улицу пылью, по четыре в ряд, на мотающих головами лошадях, надвигалась бригада.

Что за молодцы! Из бронзы отлитые плечи, руки, лица; солнцем закалены, ветром обожжены, от горячей пыли почернели.

Кто в запыленной, без пояса, гимнастерке, кто в домотканой рубахе, кто в чекмене, и в разорванные дыры иной раз сквозит черное, прокаленной бронзы, тело.

В папахе, в фуражке блином, или выглядывает суровое загорелое лицо из-под нависших полей белой татарской шляпы.

Мне рассказывали: в бою свалится с плеч излохматившаяся рубаха, боец перетянет поясом свое загорелое тело, заткнет наган и ринется в бой, странно выделяясь голым бронзовым торсом.

И за каждым из них "по пять, по шесть котелков", -- по пять, по шесть срубленных голов.

Спешились, густо расположились в саду, кто на деревьях, остальные прямо на земле. Принесли скамью. Один из товарищей взобрался и сказал:

-- Товарищи, у вас тут трудно, головы кладете, страдания, но послушайте, что в тылу у рабочих, которые рвутся из сил, чтобы дать вам сюда оружие, снаряды, амуницию. Вас тут может сразу положить пуля, а там и день и ночь чахнут люди, клонятся в неустанной, надрывающей работе, в недоедании, в холоде, в лишениях, пока не свалятся. На Брянском заводе, при наступлении Деникина, рабочие, голодные, без пайков, не отрывались от станка, падали у станка; их выносили на носилках, и было, что умирали в амбулатории. Зато изумительно быстро отремонтированные бронепоезда громили Деникина. Рабочие в тылу не отрываются от станков. Что же товарищи, им сказать от вас,-- сломите вы хребет Врангелю?

И грянуло по всему саду, лист посыпался:

-- Сломим!.. Не жить ему!.. Скажите там нашим!..

Сделали обзор текущих событий. Потом было прочитано два рассказа: один -- из солдатской жизни до революции, другой -- из красноармейской жизни.

И как же слушали! Какой здоровенный хохот прокатывался по рядам! Или какими широко, по-детски разинутыми глазами смотрели эти бронзовые люди на читающего в драматических местах!

Потом повели их на спектакль. Труппа тамбовского Пролеткульта поставила в школе "Марата" и "Мстителя".

И с какой голодной жадностью смотрели! Да ведь из чужой жизни. А если бы из своей, из родной!

-- Ноне у нас праздник, -- говорили бойцы, радостно блестя глазами.

Приехал в дивизию представитель украинского Центрального исполнительного комитета и стал говорить, что там, в России, жены, матери, дети, сестры, братья ждут, измучились, когда же наконец бойцы задушат крымскую змею, исстрадалась голодная, холодная Россия на пороге величайшего счастья новой жизни, и не выдержал, заплакал. По бронзовым щекам бойцов, размазывая грязь, странно, по-детски, поползли слезы, -- у каждого из них по пять-шесть "котелков" сзади, -- и они хмуро вытирали слезы кулаками. Полезли за платками комиссары, командиры с покрасневшими глазами.

-- Теперь я знаю, поведу их на самого дьявола, они ему череп сломят, -- говорит командир, вытирая глаза.

"Да, -- думал я, -- митинговые речи притупились, потеряли свою остроту, убедительность".

- Просто уже не слушают обычные митинговые речи, -- говорит мне начальник политического отдела,-- им надо образы. Как ведь слушали рассказы, как смотрели спектакль! Посмотрите, какое настроение! Никто и не ожидал. И они себя покажут.

И они себя показали всего через три дня.


ПРИМЕЧАНИЯ


Впервые напечатано под рубрикой "Впечатления" в газете "Правда", 1920, 12 сентября, No 202.

По поводу данного очерка Серафимович позднее писал.

"Объезжая различные фронты, я все более убеждался, что художественная литература служила на фронте хорошим агитационным материалом. Она принималась красноармейской массой лучше докладов и агитационных бесед" (т. VIII, стр. 434--435).


Стр. 226 ...поставим в школе Марата" и "Мстителя".-- "Марат" -- пьеса Антона Амнуэля, написанная в мае 1919 года и опубликованная в журнале "Грядущее" (1919, No 5--6, стр. 8--14). "Мститель" -- написанная В. Плетневым инсценировка рассказа французского писателя Н.-Л.-Ш. Клоделя (1868--1955), опубликована впервые московским Пролеткультом в 1920 году. Обе пьесы в те годы входили в обычный репертуар театров Пролеткульта.