# Царское богомолье

Павел Елисеевич Щеголев

Щеголев П. Е. Охранники, агенты, палачи

М.: Просвет, 1992.


## ЦАРСКОЕ БОГОМОЛЬЕ


В июле 1903 года царь Николай II с семьей ездил на поклонение мощам Серафима Саровского в Саровскую пустынь, Тамбовской губернии. В свое время газетные летописцы сообщали о великом стечении народа, пришедшего лицезреть своего царя, о подъеме народных чувств и т. п. В настоящее время, на основании архивных документов, мы можем рассказать, как совершалась царская поездка в пределах Нижегородской и Тамбовской губерний, как было охранено молитвенное настроение венценосного паломника.

Сначала было выбрано направление пути на основании доклада нижегородского губернатора министру внутренних дел и дворцовому коменданту. Вслед за тем губернскому землемеру было приказано в недельный срок снять дорогу в масштабе 2 версты в дюйме, забить в ней столбики с обозначением верст, показать на плане ширину и направление оврагов, мостов и труб, а сигнализацию сделать на 50 саженей в каждую сторону от дороги, от дороги же через селения нанести на особые планы в масштабе 50 саженей в дюйме с показанием на них всех строений на 10 саженей в каждую сторону дороги. Планы были розданы руководителям охраны. Земствам было предложено исправить дороги и мосты, исправить и уширить проселочные дороги и поставить "столбы, указанные в статье 748 устава путей сообщения". В пособие земствам отпущено 15 000 руб. На пути остановки царского поезда у станции Арзамас были построены платформы и павильон. Перед каждым селом и деревней на пути проезда были выстроены арки (шириною не меньше 3 саженей). На всем протяжении путь бывшего царя охранялся самым скрупулезным образом. Охрану выполняли следующие органы: добровольная охрана, полиция и войско. Отбор крестьян в добровольческую охрану производили особые комитеты для выяснения отдельно по каждому селению лиц, желающих лицезреть их императорские величества. Таких охранников было избрано 37 тысяч с лишним. На их проезд к месту назначения, на продовольствие было отпущено около 30 000 руб. Охранники были разделены на десятки, сотни, отряды во главе с десятскими, сотниками и земскими начальниками. Начальники отрядов, земские начальники должны были озаботиться об обеспечении на специальные средства охранников продовольствием, водою, топливом и помещением. Для этой цели была сделана во всех селениях по пути проезда заготовка дров, в селе Дивееве была создана хлебопекарня и, кроме того, крестьяне нескольких сел были договорены выпекать хлеб из казенной муки. Особенных трудов потребовало водоснабжение охраны, ибо в селах по пути проезда не хватало хорошей питьевой воды даже для местных жителей. Было вырыто 3 новых колодезя, очищено 36 колодезей, к 3 колодезям поставлены насосы, в селениях Глузове, Пузем, Елизарово было заготовлено 5 баков от 200 до 400 ведер каждый, в эти баки накачивали воду, чтобы иметь ее в запасе 17 и 20 июля, когда поднятие воды с 17-саженной глубины могло вызвать задержку в доставке ее расставленным по линии проезда охранникам.

Охрану несли еще и войска в составе 3 батальонов 10 гренадерского Малороссийского полка, 3 сотен 1 Донского казачьего полка, 6-й отдельной казачьей сотни и саперной команды.

10 июля царь выехал в пределы Нижегородской губернии. 10 июля войска произвели тщательное обследование самого пути и прилегающей к нему местности в 3-верстном районе по обе стороны. Пройденные части пересеченной местности, овраги, ямы, кустарники, леса, свежие земляные работы и строения были обследованы так, что в них не осталось места не осмотренного, и в подозрительных было устранено или оставлено под бдительный надзор. Затем был установлен постоянный надзор пути пехотными патрулями и казачьими разъездами.

После первоначального осмотра всего жилого и нежилого на пути проезда, сделанного войсками, еще более тщательный досмотр за два дня до проезда был сделан полицией. Следующий документ -- результат административного творчества нижегородского губернатора Унтербергера -- напоминает нам произведения салтыковского пера:

"Меры охраны, подлежащие принятию в селениях на пути Высочайшего следования от г. Арзамаса в Саровскую пустынь и Дивеевский монастырь и обратно через с. Глухов в г. Арзамас.

1. Все строения, жилые и холодные, находящиеся при самом пути, как равно и на расстоянии десяти саженей в обе стороны от дороги, за двое суток до проезда тщательно осматриваются комиссией, состоящей из полицейского и жандармского офицера, местного сельского старосты и при участии двух понятых. Те строения, в которых нет особой надобности для хозяев, опечатываются комиссией и за 4 часа до проезда печати осматриваются ею, чтобы убедиться в целости их.

Примечание. Если впоследствии хозяевам встретилась бы особая надобность войти в опечатанное строение, то это может быть сделано в присутствии той же комиссии, и после этого строение вновь опечатывается.

2. В упомянутых выше строениях после осмотра никто из посторонних лиц, к семье хозяина не принадлежащих, оставаться не может впредь до того времени, пока охрана не будет снята.

3. За сутки до проезда в каждый дом, находящийся по пути следования, помещаются два охранника, которые следят, чтобы никто из посторонних в дом и во двор не входили.

4. За четыре часа до проезда помещаются с задней стороны домов, лежащих по пути, охранники, стражники или воинские чины, по мере надобности, которые следят за тем, чтобы на дорогу, по которой имеет быть проезд, никто не выходил.

5. Все выходящие на улицу слуховые окна или отверстия на чердаках заколачиваются.

6. С раннего утра дня высочайшего проезда в попутных селениях все собаки должны быть на привязи и находящийся в селениях скот загнан".

С 17 июля (дня приезда царя в пределы Нижегородской губернии) по 20 июля (день отъезда) все питейные заведения и казенные винные лавки во всех селах по пути проезда были закрыты, а за сутки до проезда была запрещена топка печей во избежание пожара.

Нетрудно восстановить картину жизни в деревнях, охваченных радостью высочайшего нашествия. На эти дни крестьянин терял право распоряжаться своим имуществом, трудом и временем. Он был подавлен безмерным количеством всяких властей,-- войск, всяких видов оружия, агентов всех ведомств и охранников. По приблизительному подсчету число лиц, занятых охраной царя в пределах Нижегородской губернии, доходило до 50 000 человек.

Но вот наступил день проезда. Члены добровольной охраны были расставлены на места и в часы, указанные начальством. По "приказу" они не имели права сходить с своих мест, а после проезда могли расходиться только по указанию начальства и во всяком случае не ранее, как последний экипаж скроется из виду. По ╖ 2 приказа, "при расстановке на местах все котомки как у охранников, так и тех посторонних лиц, которые будут остановлены в пути, относятся на несколько десятков саженей в тыл, там складываются и разбираются лишь после проезда. В руках ни у охранников, ни у посторонних лиц не должно быть всяких предметов, кроме шапок". Охранники должны были следить за тем, чтобы не вздумал кто-либо встать на колена или броситься вперед для подачи прошения, и за тем, как бы не появился кто-либо на дороге. Всякое движение по дороге в этот день было приостановлено.

Наконец, губернатор Унтербергер преподал следующий курьезный "приказ жителям селений по пути высочайшего следования от г. Арзамаса в Саровскую пустынь и обратно:

1. Жители каждого селения, через которое будет следовать высочайший проезд, собираются у своей околицы к определенному часу, который будет указан земским начальником, и группируются там по обе стороны дороги.

2. Сельский староста, сотский и десятский проверяют, чтобы никто из посторонних, к жителям селений не принадлежащий, в группе не был. Если же случайно кто-либо из посторонних тут явится, и не будет времени его совсем удалить, то он становится за группу под надзор полиции или благонадежных лиц.

3. От линии проезда группы стоят около 10 саженей.

4. Расходиться жители могут с разрешения старшего полицейского офицера, когда последний экипаж скроется из вида.

5. При въезде в селение разрешается жителям устраивать арки и украшать дома свои зеленью и флагами".

Так ехал царь совершать богомолье в Саровскую пустынь.

А в Саровской пустыни его приезда ждали богомольцы: 11 гренадерский Фанагорийский пехотный полк в составе 600 нижних чинов, три сотни 1-го Донского казачьего полка; командированные чины полиции -- из Петербурга и Москвы 2 пристава, 4 помощника, 24 околоточных и 100 городовых, и из Тамбовской губернии -- 6 помощников исправника, 121 конный урядник, и 324 пеших стражника, начальник тамбовского губернского жандармского управления с 4 жандармскими офицерами и 21 унтер-офицером, 150 стражников охранной агентуры из Петербурга и Москвы и 40 наблюдательных агентов, "добровольная" охрана в составе 38 земских начальников, 185 волостных старшин, 594 депутатов от населения губерний и 1000 представителей от хоругвеносных обществ. Все эти тысячи (свыше 4 1/2) должны были охранять возлюбленного монарха и его семью.

До прибытия царя в Саровскую пустынь были проверены все монашествующие, живущие в ограде монастыря. Сомнительные высланы на дальние хутора. Осмотрены все помещения, подземные в том числе, и проверены все богомольцы. Нескольким сомнительным по политической благонадежности лицам было приказано уехать. После тщательной проверки было выдано на вход в собор во время богослужения всего 2000 билетов (в том числе и билеты для охранявших).

После выполнения всех перечисленных мероприятий монарх приступил к совершению молитвенного подвига.

Так было...