# Мысли Шекспира

Вильям Шекспир

(Изречения и афоризмы)

Составил А. Н. Сальников

## МЫСЛИ ШЕКСПИРА.


(ИЗРЕЧЕНІЯ И АФОРИЗМЫ)


"Что же и составляетъ величіе человѣка, какъ не мысль?"

А. Пушкинъ.


СОСТАВИЛЪ

А. Н. САЛЬНИКОВЪ


ИЗДАНІЕ А. И. ШУВАЛОВА

С.-ПЕТЕРБУРГЪ

Типографія А. С. Суворина. Эртелевъ пер., д. 11--2

1889


ОГЛАВЛЕНІЕ.


Предисловіе


ОТДѢЛЪ ПЕРВЫЙ.


Природа и человѣкъ.

Общія понятія.-- Совѣсть.-- Сердце.-- Увлеченіе.-- Страсть.-- Любовь.-- Надежда,-- Сомнѣніе.-- Счастіе.-- Привычка,-- Слава -- Дружба.-- Правда -- Молва.-- Клятва.-- Добродѣтель.-- Добро.-- Доброта.-- Довѣріе.-- Злоба.-- Зло.-- Вражда.-- Ненависть.-- Месть.-- Гордость.-- Благородство.-- Честь.-- Честность.-- Благодарность.-- Вѣрность.-- Величіе.-- Усердіе.-- Грусть.-- Слезы.-- Тоска.-- Печаль.-- Забота.-- Горе.-- Скорбь.-- Несчастіе.-- Гнѣвъ.-- Бѣшенство.-- Ярость -- Отчаяніе.-- Корысть.-- Хитрость.-- Клевета.-- Коварство.-- Порокъ.-- Подлость.-- Неблагодарность.-- Мужество.-- Мудрость -- Состраданіе.-- Милосердіе.-- Красота.-- Порицаніе.-- Подозрѣніе.-- Ревность.-- Раздраженіе.-- Преступленіе.-- Наслажденіе.-- Страданіе.-- Боязнь.-- Трусость.-- СтрахъИстина.-- Ложь.-- Лесть.-- Лицемѣріе.-- Презрѣніе.-- Умъ.-- Невѣжество.-- Глупость.-- Безуміе.-- Молодость.-- Старость.-- Самонадѣянность.-- Честолюбіе.-- Хвастовство.-- Терпѣніе.-- Хладнокровіе.-- Храбрость.-- Знатность.-- Довольство.-- Щедрость.-- Судьба.-- Здоровье -- Болѣзнь.-- Неволя.-- Жизнь.-- Смерть.


ОТДѢЛЪ ВТОРОЙ.


Семья. Общество. Народъ. Государство

Бракъ.-- Женщина,-- Мужчина.-- Общество.-- Народъ.-- Государство.-- Законъ.-- Верховная власть.-- Политическіе перевороты.-- Война.-- Религія.


ОТДѢЛЪ ТРЕТІЙ.


Разныя изреченія

Алфавитный указатель


## ПРЕДИСЛОВІЕ.


Ознакомленіе съ мыслями геніальнаго писателя, помимо того, что усвоеніе ихъ способствуетъ расширенію нашего умственнаго кругозора, имѣетъ еще громадное воспитательное значеніе: оно, такъ сказать, возвышаетъ, просвѣтляетъ насъ, вноситъ въ нашъ внутренній міръ освѣжающій элементъ, дѣлаетъ насъ лучшими въ нравственномъ отношеніи. Знакомство же съ міросозерцаніемъ такого колосса въ области мысли и творчества, какъ Шекспиръ, представляетъ, несомнѣнно, тѣмъ большій интересъ, что міросозерцаніе это отличается необыкновенною стройностью, глубиною и удивительнымъ разнообразіемъ. Мысль этого чародѣя-художника -- необъятна какъ самый міръ, и къ нему, какъ нельзя лучше, могутъ быть примѣнены слѣдующія слова одной изъ его превосходнѣйшихъ историческихъ хроникъ:

"Послушайте только, какъ онъ разсуждаетъ о предметахъ божественныхъ -- и, въ изумленіи, вы внутренно пожалѣете, что онъ не прелатъ; послушайте, какъ судитъ о дѣлахъ государственныхъ -- и вы подумаете, что онъ только ими и занимался; прислушайтесь, какъ разсказываетъ о войнѣ -- и вы услышите страшную битву, переложенную на музыку; наведите разговоръ на какой нибудь политическій вопросъ -- и онъ развяжетъ гордіевы узлы его такъ же легко, какъ свою подвязку. Когда онъ говоритъ -- и самый воздухъ, этотъ привиллегированный повѣса, недвиженъ, и нѣмое изумленіе сторожитъ въ ушахъ каждаго, чтобы не пропустить ни одного изъ прекрасныхъ его сужденій -- такъ мудрыхъ, какъ будто бы они вытекали не изъ одной теоріи, но и изъ глубокаго жизненнаго опыта. Непостижимо, какъ онъ пріобрѣлъ все это при своей прежней наклонности къ суетамъ жизни, въ обществѣ людей грубыхъ, безграмотныхъ, ничтожныхъ, убивая время въ вѣчныхъ пирахъ, въ играхъ, въ бражничествѣ... Когда и кто видѣлъ, чтобы онъ занимался ученіемъ, уединялся, избѣгалъ мѣстъ увеселенія, обращенія съ простолюдинами?.. {Извѣстно, что Шекспиръ провелъ довольно бурную молодость.} ("Генрихъ V", дѣйств. I, сцена I). На всѣ эти вопросы можно отвѣтить словами самого же геніальнаго драматурга: "земляника ростетъ и подъ крапивой, да и вообще здоровыя ягоды зрѣютъ какъ-то лучше въ сосѣдствѣ плодовъ низшаго достоинства".

Руководясь, такимъ образомъ, соображеніемъ, что знакомство съ мыслями величайшаго и оригинальнѣйшаго мірового генія (мыслями, расположенными при томъ въ систематическомъ порядкѣ) можетъ заинтересовать русскаго читателя,-- я рѣшился составить настоящую книгу. При этомъ считаю долгомъ замѣтить, что всѣ изреченія въ ней приведены по переводу Шекспира, сдѣланному Н. Кетчеромъ (изд. К. Солдатенкова), такъ какъ переводъ этотъ -- самый близкій къ подлиннику, и если теряетъ нѣсколько въ поэтическомъ отношеніи, но за то вполнѣ точно передаетъ всѣ оттѣнки мысли великаго англійскаго поэта.


А. Сальниковъ.


## ОТДѢЛЪ ПЕРВЫЙ


## ПРИРОДА И ЧЕЛОВѢКЪ.


Общія понятія.-- Совѣсть.-- Сердце.-- Увлеченіе.-- Страсть.-- Любовь.-- Надежда.-- Сомнѣніе.-- Счастіе.-- Привычка.-- Слава.-- Дружба.-- Правда.-- Молва.-- Клятва.-- Добродѣтель.-- Добро.-- Доброта.-- Довѣріе.-- Злоба.-- Зло.-- Вражда.-- Ненависть.-- Месть.-- Гордость.-- Благородство.-- Честь.-- Честность.-- Благодарность.-- Вѣрность.-- Величіе.-- Усердіе.-- Грусть.-- Слезы.-- Тоска.-- Печаль.-- Забота.-- Горе.-- Скорбь.-- Несчастіе.-- Гнѣвъ.-- Бѣшенство.-- Ярость.-- Отчаяніе.-- Корысть.-- Хитрость.-- Клевета.-- Коварство.-- Порокъ.-- Подлость.-- Неблагодарность.-- Мужество.-- Мудрость,-- Состраданіе,-- Милосердіе.-- Красота.-- Порицаніе.-- Подозрѣніе.-- Ревность.-- Раздраженіе.-- Преступленіе.-- Наслажденіе.-- Страданіе.-- Бояэнь.-- Трусость.-- Страхъ.-- Истина.-- Ложь.-- Лесть.-- Лицемѣріе.-- Презрѣніе.-- Умъ.-- Невѣжество.-- Глупость.-- Безуміе.-- Молодость.-- Старость.-- Самонадѣянность.-- Честолюбіе.-- Хвастовство.-- Терпѣніе.-- Хладнокровіе.-- Храбрость.-- Знатность.-- Довольство.-- Щедрость.-- Судьба.-- Здоровье.-- Болѣзнь.-- Неволя.-- Жизнь.-- Смерть.


-----


Подъ окомъ неба нѣтъ ничего -- ни на землѣ, ни въ водѣ, ни въ воздухѣ, что бы не имѣло своей узды: звѣри, рыбы, крылатыя птицы подчинены самцамъ своимъ и повинуются имъ.


-----


И природа должна покориться необходимости.


-----


Въ припадкахъ болѣзненности природа производитъ часто престранные взрывы: чреватая земля мучится часто особеннаго рода колотьемъ отъ безпокойныхъ вѣтровъ, которые спираются въ ея чревѣ и, силясь освободиться, трясутъ почтенную старушку и валятъ колокольни и замки, поросшіе мохомъ.


-----


Природа -- и животныхъ научаетъ знать друзей своихъ.


-----


Природа всегда возьметъ свое.


-----


Въ образованіи чудныхъ формъ природа не можетъ спорить съ фантазіей, по недостатку матеріала.


-----


Природа улучшается только средствами, ею же самой создаваемыми; такимъ образомъ и искусство, улучшающее природу -- искусство, создаваемое природой. Такъ, мы прививаемъ благороднѣйшій черенокъ къ дикому пню, оплодотворяемъ и самую низкую кору почкой высшаго рода. И это, конечно, искусство улучшающее, или, вѣрнѣе, видоизмѣняющее природу; но это искусство -- сама природа.


-----


Природа требуетъ, чтобы каждому отдавалось должное.


-----


И сколько въ природѣ вещей дрянныхъ на взглядъ и драгоцѣнныхъ въ дѣлѣ; и сколько опять драгоцѣнныхъ на видъ и рѣшительно ничего не стоющихъ.


-----


Нѣтъ въ природѣ никакого безобразія, кромѣ нравственнаго.


-----


Природа удивительно нѣжна въ любви, и изъ нѣжности посылаетъ какую нибудь драгоцѣнную часть самой себя за тѣмъ, что любитъ.


-----


Не даруетъ природа болѣе, чѣмъ природѣ нужно.


-----


Какъ трудно скрыть проблески природы!


-----


Есть у природы и мука, и мякина, и гнусное, и прелестное.


-----


Сами небеса, планеты, все соблюдаетъ извѣстный порядокъ относительно степеней, первенства, мѣста, стоянія, теченія, соотношенія, временъ года, формы, предназначенія и отправленія; а потому лучезарное солнце и царитъ въ благородномъ величіи посреди всѣхъ другихъ планетъ, уничтожаетъ цѣлебнымъ взоромъ своимъ вредныя ихъ вліянія, стремитъ безъ удержу, какъ царское повелѣніе, и къ добру и къ злу. Но приходятъ планеты, смѣшиваясь, въ безпорядокъ -- какія бываютъ тогда бѣдствія, какія грозныя знаменія, какія смуты! Какъ клокочутъ моря, трясутся земли, сшибаются вѣтры! Страхи, перевороты, ужасы терзаютъ, рвутъ, раздираютъ, вырываютъ съ корнемъ миръ и брачное согласіе государствъ. Потрясено чиноначаліе, эта лѣстница всякаго великаго замысла,-- хвораетъ и самое предпріятіе. Чѣмъ же, какъ не чиноначаліемъ держатся общества, разряды въ школахъ, сословія въ городахъ, мирная торговля раздѣленныхъ береговъ, первородство и права рожденія, преимущества лѣтъ, короны, скиптры, лавры? Уничтожьте чиноначаліе, разстройте эту струну, и послушайте, какое произойдетъ разногласіе! Все возстанетъ другъ противъ друга: окаймленныя воды выступятъ изъ береговъ и обратятъ твердый земной шаръ въ комъ тѣста; сила поработитъ слабость, и жестокосердый сынъ убьетъ отца; насиліе сдѣлается правомъ, или еще вѣрнѣе, правда и кривда, въ безконечной борьбѣ которыхъ живетъ правосудіе, утратятъ свое значеніе -- утратить его и правосудіе. Все сосредоточится тогда въ силѣ, сила обратится въ своеволіе, своеволіе -- въ алчбу, и алчба -- всесвѣтный волкъ, вдвойнѣ поддерживаемый силой и своеволіемъ, необходимо пожретъ все, пожретъ, наконецъ, и самого себя. Уничтожили чиноначаліе -- и этотъ хаосъ неизбѣженъ. Не уважаетъ вождя стоящій тотчасъ за нимъ -- не уважаетъ и его ближайшій къ нему, а этого слѣдующій за тѣмъ, и такъ каждый, увлекаясь первымъ дурнымъ примѣромъ высшаго себя, впадаетъ въ завистливую горячку блѣднаго, безкровнаго соперничества.


-----


Весь міръ -- сцена, и всѣ, мужчины и женщины -- актеры: всѣ имѣютъ свои входы и выходы.


-----


Въ мірѣ для всякаго найдутся и мѣсто и средства существованія.


-----


Что-жъ въ мірѣ прочнаго? на что понадѣяться, положиться, когда и то, что было за мгновенье королемъ, дѣлается прахомъ?


-----


Какое образцовое произведеніе человѣкъ: какъ благороденъ умомъ, какъ безконечно разнообразенъ способностями, какъ изумительно изященъ и видомъ и движеніями, какъ подобенъ дѣяніями ангеламъ, а пониманіемъ -- самому Богу! Онъ -- краса міра, вѣнецъ творенія! И при всемъ этомъ, что же эта квинтъ-эссенція праха?


-----


Мы знаемъ, что мы такое, но не знаемъ чѣмъ можемъ быть.


-----


Вѣдь знать хорошо человѣка -- знать самого себя.


-----


О, чего не скрываетъ человѣкъ подъ ангело-подобной наружностью!


-----


Прекрасная наружность часто скрываетъ дурное.


-----


Лучшіе люди вылѣпливаются изъ проступковъ: многіе, оттого что были немного дурными, дѣлаются тѣмъ лучше.


-----


И хорошему человѣку не счастливится иногда.


-----


И гнусныя созданія становятся благообразными, когда другія еще гнуснѣе; не быть худшимъ -- тоже своего рода достоинство.


-----


Гнусному и доброта и мудрость кажутся гнусными; грязи -- только грязь по вкусу.


-----


Каково время -- таковы и люди.


-----


Счастливъ тотъ, кто, слыша хулу себѣ, можетъ ею воспользоваться для исправленія.


-----


Часъ за часомъ, мы зрѣемъ и зрѣемъ, а затѣмъ, часъ за часомъ, мы гніемъ и гніемъ.


-----


Есть родъ людей, лица которыхъ устоялись и подернуты, какъ стоячіе пруды, и которые добровольно хранятъ молчаніе, чтобы прославиться въ общественномъ мнѣніи мудростью, солидностью и глубокой сообразительностью, и какъ бы хотятъ сказать: я -- оракулъ и когда я разверзаю уста -- не смѣй и собака залаять.


-----


Быть тѣмъ или другимъ зависитъ отъ насъ самихъ. Наше тѣло -- нашъ садъ, а садовникъ его -- наша воля: захотимъ ли засѣять садъ этотъ крапивой или салатомъ, исопомъ или тминомъ; вздумаемъ ли украсить однимъ родомъ растеній или разными; рѣшимъ ли, по безпечности, запустить его, или, по заботливости, обработать рачительно -- сила и распорядительная власть на все это въ нашей волѣ. Еслибъ вѣсы нашей жизни не были снабжены чашкой разума для уравновѣшиванія чашки чувственности -- кровь и пошлось нашей природы довели бы насъ до безумнѣйшихъ послѣдствій; но вѣдь у насъ есть разсудокъ для прохлажденія кипучихъ страстей, для укрощенія животныхъ побужденій и необузданныхъ похотей.


-----


Что дѣлать, люди -- всегда люди: и лучшіе иногда забываются.


-----


Гдѣ чертогъ, въ который не пробиралась бы иногда гнусность? гдѣ грудь, въ которой грязныя подозрѣнія, засѣдая вмѣстѣ съ сужденіями совершенно здравыми, не творили бы иногда суда и расправы?


-----


Мы дѣлаемъ себя шутами для собственной потѣхи: расточаемъ ласкательства, пьемъ здоровье людей, на старость которыхъ наплюемъ потомъ съ ядовитой злобой и ненавистью. Кто-жъ изъ живущихъ не развращенъ, или не развращаетъ? Кто-жъ изъ умершихъ не захватилъ въ могилу хоть одного оскорбленія отъ друзей своихъ?


-----


Люди -- птицы перелетныя.


-----


Кто же такъ твердъ, что никогда не поддастся никакому обольщенію?


-----


Кто же можетъ быть въ одно и то же мгновеніе и возмущенъ, и разсудителенъ, и взбѣшенъ, и хладнокровенъ, и вѣренъ долгу, и равнодушенъ?-- Никто.


-----


Что такое павшій -- онъ прочтетъ это въ глазахъ другихъ такъ же скоро, какъ и почувствуетъ свое паденіе; потому что люди, какъ бабочки, показываютъ свои цвѣтистыя крылышки только лѣту, и человѣку, какъ человѣку, не оказывается никакого уваженія; чествуются только внѣшнія преимущества: санъ, богатство, благорасположеніе высшихъ, что такъ же часто бываетъ даромъ случая, какъ и дѣйствительнаго достоинства. Падаютъ эти шаткія стойки, на которыя опиралась любовь, такъ же шаткая -- онѣ влекутъ другъ друга за собою, и все гибнетъ вмѣстѣ.


-----


Человѣкъ, какъ бы ни было велико его внутреннее и внѣшнее богатство, не владѣетъ ни чѣмъ, пока не сообщитъ своихъ даровъ другимъ; онъ и самъ не ставитъ ихъ ни во что, пока не увидитъ ихъ тамъ, куда они сообщились воспроизведенными похвалой.


-----


Сколько могучей благодати въ травахъ, растеніяхъ, камняхъ и въ настоящихъ ихъ свойствахъ! Изъ всего живущаго на землѣ нѣтъ ничего такъ гнуснаго, что не приносило бы ей какой нибудь пользы; нѣтъ и ничего такъ прекраснаго, что, уклонившись отъ этого предназначенья, возмутившись противъ своего происхожденія, не превращалось бы въ злоупотребленіе. И самая добродѣтель, дурно примѣненная, обращается въ порокъ, и порокъ облагораживается иногда дѣяньемъ. Въ молодой оболочкѣ вотъ этого маленькаго цвѣтка живутъ и ядъ и врачебная сила: понюхай его -- и онъ освѣжитъ каждую часть тѣла, вкуси -- умертвитъ всѣ чувства вмѣстѣ съ сердцемъ. И въ человѣкѣ, какъ въ травахъ, постоянно живутъ два такіе враждебные властелина: добро и зложелательство; преобладаетъ худшій -- червь смерти скоро съѣдаетъ это растеніе.


-----


Тѣхъ, которыхъ судьба дѣлаетъ прекрасными, рѣдко дѣлаетъ добродѣтельными, а тѣхъ, которыхъ дѣлаетъ добродѣтельными -- дѣлаетъ очень некрасивыми.


-----


Развитіе нашей природы не ограничивается развитіемъ только мышцъ и тѣла, потому что вмѣстѣ съ возрастаніемъ храма разростается и внутреннее священнодѣйствіе души и разума.


-----


Нѣкоторымъ людямъ всякая ихъ доблесть -- врагъ.


-----


Таково ужъ непостоянство человѣческихъ помысловъ: прошедшее и будущее всегда кажутся лучшими, настоящее -- всегда худшимъ.


-----


Совѣсть -- преопасная вещь; она дѣлаетъ человѣка трусомъ: не украдешь безъ того, чтобъ не обвинила, и не поклянешься безъ того, чтобъ не упрекнула, и не прильнешь къ женѣ сосѣда безъ того, чтобъ не выдала. Это какой-то стыдливый, безпрестанно краснѣющій демонъ, который только и знаетъ, что смущать человѣка. Она -- вѣчная во всемъ помѣха; она дѣлаетъ нищимъ всякаго, кто съ ней свяжется, и ее выгоняютъ изъ всѣхъ городовъ и деревень, какъ вещь весьма опасную. Кто хочетъ жить хорошо -- живи безъ нея, полагаясь только на себя.


-----


Чистая совѣсть ищетъ всевозможнаго удовлетворенія.


-----


О, дурная совѣсть заговоритъ всегда и безъ языка!


-----


Дѣла неестественныя родятъ и разстройства неестественныя: больной совѣсти хочется облегчить себя, и она напрасно передаетъ тайны свои глухимъ подушкамъ. Ей нуженъ врачъ не тѣла, а духа.


-----


Какой панцырь крѣпче сердца непорочнаго? Трикраты вооруженъ тотъ, чье дѣло правое, и нагъ -- хоть весь закуйся въ желѣзо -- чья совѣсть обременена преступленіемъ.


-----


Красивая нога высыхаетъ, прямая спина горбится, черная борода бѣлѣетъ, курчавая голова плѣшивѣетъ, прекрасное лицо морщинится, глаза на выкатѣ вваливаются; но доброе сердце -- солнце и мѣсяцъ, или скорѣй солнце, а не мѣсяцъ, потому что свѣтитъ ярко и никогда не измѣняется, всегда вѣрно своему теченію.


-----


Трудно запугать сердце, ничѣмъ незапятнанное.


-----


Языкъ удрученнаго сердца какъ-то неповоротливъ.


-----


И самыя твердыя сердца смягчаются.


-----


Увлеченіе тѣмъ, что нравится, хотя въ немъ нѣтъ и тѣни придаваемыхъ ему достоинствъ -- безуміе.


* * *


Когда умъ и страсть спорятъ въ нѣжномъ тѣлѣ -- изъ десяти въ девяти случаяхъ страсть непремѣнно превозможетъ.


-----


Страсти не выжуришь изъ сердца.


* * *


Если любовь овладѣла уже вами -- остается только сказать: Redime te captum quam queas minimo {Искупи себя изъ плѣна сколько можно меньшимъ (дешевле).}.


-----


Любовь родитъ любовь, и если левъ приласкаетъ ягненка -- ягненокъ никогда не оставитъ его.


-----


Только любовь человѣка въ лѣтахъ -- прочна.


-----


Только любовь юноши нравится.


-----


Когда-жъ, добиваясь любви всѣми силами души, не успѣвали наконецъ?


-----


Любовь, пробудившаяся слишкомъ поздно, какъ опоздавшее прощеніе невинно осужденному, дѣлается ядовитымъ упрекомъ спохватившемуся, вопія ему: прекраснаго уже нѣтъ!


-----


Всякое препятствіе въ любви только раздражаетъ ее.


-----


Любовь придаетъ благородство даже и тѣмъ, которымъ природа отказала въ немъ.


-----


Въ любви вздохами покупается только пренебреженіе, сердце раздирающими стонами -- жеманные взгляды, одно летучее мгновеніе радости -- двадцатью тяжелыми, безконечными безсонными ночами. Достигъ -- и достигъ, можетъ быть, собственнаго несчастія; не достигъ -- жертва горя и страданій.


-----


Тотъ не любитъ, кто не обнаруживаетъ любви своей.


-----


Тотъ не любитъ, кто обнаруживаетъ любовь свою всему міру.


-----


О, какъ похожа весна любви на обманчивое сіяніе апрѣльскаго дня: ярко, радостно свѣтитъ солнце -- вдругъ набѣжала тучка, и все померкло.


-----


Любовь слѣпа.


-----


У любви совсѣмъ нѣтъ глазъ.


-----


Истинная любовь не можетъ говорить, потому что истинное чувство выражается скорѣе дѣломъ, чѣмъ словами.


-----


Горькая разлука дѣлаетъ бѣдныхъ любовниковъ рѣшительно нѣмыми.


-----


Влюбленные никогда не опаздываютъ: они такъ нетерпѣливы, что являются, обыкновенно, еще раньше условленнаго часа.


-----


Опоздать въ любви часомъ! Да раздѣли человѣкъ минуту на тысячу частей, и опоздай въ дѣлѣ любви хоть только на тысячную частичку минуты -- можно сказать про него, что Купидонъ потрепалъ его по плечу, но сердца его никакъ не коснулся.


-----


У любовниковъ часы бѣгутъ обыкновенно впередъ.


-----


Любовь всесильна: нѣтъ на землѣ ни горя -- выше кары ея, ни счастія -- выше наслажденія служить ей.


-----


Любовь упивается похвалами.


-----


Любовь ревнива.


-----


Любовь самолюбива.


-----


Чѣмъ болѣе будешь подавлять пылъ любви, тѣмъ сильнѣе будетъ онъ вспыхивать. И тихо журчащій ручей, когда его остановятъ, неистовствуетъ отъ нетерпѣнія; а не остановятъ -- струится себѣ, съ гармоническимъ ропотомъ, по гладкимъ камешкамъ, лобзаетъ каждую встрѣчающуюся ему на пути тростинку, и такъ, играя и извиваясь, бѣжитъ къ неизмѣримому океану.


-----


Любовь, какъ ребенокъ, хватается за все, что можетъ достать.


-----


Надежда -- посохъ любви: отправляйся, вооружившись имъ противъ внушеній отчаянія.


-----


Любовь ничѣмъ не пришпоришь къ тому, что она ненавидитъ.


-----


Бѣдна любовь, если ее можно измѣрить.


-----


Истинная основа любви -- счастіе.


-----


Добился мужчина любви -- онъ всегда повелѣваетъ, не добился еще -- умоляетъ.


-----


Горячая кровь родитъ пылкіе помыслы, пылкіе помыслы родятъ пылкія дѣла, а пылкія дѣла -- любовь.


-----


Въ любви чудовищно только то, что воля безгранична, а осуществленіе ограничено, что желаніе безпредѣльно, а дѣйствіе -- рабъ предѣла.


-----


Всѣ любовники клянутся исполнить болѣе, чѣмъ въ состояніи исполнить, и не исполняютъ даже и того, что могутъ, клянутся совершить болѣе, чѣмъ могутъ и десятеро, и не совершаютъ даже и десятой доли одного.


-----


О, всесильная любовь, дѣлающая иногда и животное, въ нѣкоторомъ отношеніи, человѣкомъ, а иногда и человѣка -- скотомъ!


-----


Каменныя ограды остановить любовь не могутъ.


-----


Любовь молодежи -- не въ сердцахъ, а въ глазахъ только.


-----


Чрезъ мѣру порывистые восторги такъ же порывисто и кончаются -- умираютъ въ самомъ разгарѣ, какъ огонь и порохъ въ минуту соприкосновенія. Сладчайшій медъ порождаетъ самой сладостью своей отвращеніе, уничтожаетъ аппетитъ, а потому люби умѣренно: такова любовь постоянная. Слишкомъ поспѣшный опаздываетъ точно такъ же, какъ и слишкомъ медленный.


-----


И кровавое преступленіе не обнаруживаетъ себя такъ скоро, какъ любовь, желающая быть скрытой.


-----


Хороша любовь искомая; еще лучше -- рождающаяся безъ исканій.


-----


Любовь рождается временемъ; время же и ослабляетъ пылъ и пламень ея. Въ самомъ пламени любви есть родъ свѣтильни или нагара, который уменьшаетъ его.


-----


Во всемъ можно положиться на дружбу -- только не въ дѣлахъ любви; потому всѣ влюбленные и должны пользоваться своимъ собственнымъ языкомъ, молить собственными глазами, не довѣряя никакому посреднику.


-----


Любовь зависитъ и отъ случайностей. Однихъ ранитъ Купидонъ стрѣлами, другихъ ловитъ сѣтями.


-----


Причина любви -- безпричинность.


-----


Если ты не помнишь и малѣйшей глупости, до которой когда-либо доводила тебя любовь твоя -- не любилъ ты; если ты не говорилъ, утомляя слушателя восхваленіями своей любезной -- не любилъ ты; если ты не отрывался вдругъ отъ бесѣды -- не любилъ ты.


-----


Истинно влюбленные -- удивительно сумасбродны.


-----


Клятва любовника нисколько не вѣрнѣе клятвы шинкаря: обѣ -- скрѣпы только лживыхъ счетовъ.


-----


Видъ влюбленныхъ оживляетъ любящихъ.


-----


Кто-жъ когда-либо любилъ, не влюбившись съ перваго взгляда?


-----


Кто не любитъ себя, не можетъ любить и другихъ.


-----


Отличнѣйшіе ораторы, когда замнутся -- отплевываются; а для любовника, когда онъ не найдетъ что говорить болѣе, опрятнѣе поцѣлуевъ нѣтъ увертки.


-----


Любовь смотритъ не глазами, а сердцемъ; потому слѣпымъ и изображаютъ крылатаго Купидона.


-----


Любовь чужда всякаго разсужденія: съ крыльями и безъ глазъ, она -- эмблема безоглядной опрометчивости.


-----


У влюбленныхъ и сумасшедшихъ такой кипучій мозгъ, такая творческая фантазія, что они видятъ и то, чего холодный разсудокъ никогда и представить себѣ не можетъ. Сумасшедшій, влюбленный и поэтъ -- воплощенное воображеніе.


-----


Нѣжная любовь, измѣняясь, переходить въ жесточайшую, убійственнѣйшую ненависть.


* * *


Истинная надежда быстра, летаетъ какъ ласточка: царей она дѣлаетъ богами, простыхъ смертныхъ -- царями.


-----


Предположенія рождаютъ однѣ невѣрныя надежды.


-----


Ожиданія обманываютъ часто и чаще всего при величайшей увѣренности, но они и сбываются не менѣе часто при самой слабой, совсѣмъ почти подавленной отчаяніемъ надеждѣ.


-----


Полнаго осуществленія всѣхъ ожиданій, возбуждаемыхъ надеждой при каждомъ предпріятіи, въ этомъ подлунномъ мірѣ никогда не бываетъ.


-----


О, тотъ, кто основываетъ свои надежды на льстивыхъ взорахъ милости смертныхъ -- милости, которой мы домогаемся болѣе, чѣмъ милости Господней, -- живетъ, какъ пьяный матросъ на мачтѣ, съ каждымъ толчкомъ готовый слетѣть въ гибельную глубь.


-----


И самое жалкое, наиболѣе счастіемъ обиженное созданіе постоянно надѣется.


* * *


Сомнѣнія -- предатели: заставляя бояться попытки, они лишаютъ насъ и того добра, которое часто мы могли бы пріобрѣсти.


-----


Благоразумное сомнѣніе -- маякъ мудраго, щупъ, изслѣдующій зло до самаго дна.


* * *


Неужели счастіе не приходитъ никогда съ полными руками и всегда пишетъ свои прекраснѣйшія слова сквернѣйшими буквами? Оно или даетъ позывъ на пищу -- безъ пищи, какъ случается съ здоровыми бѣдняками, или пиръ -- безъ позыва на пищу, какъ бываетъ съ богачами: всего вдоволь, и нѣтъ возможности пользоваться.


-----


Нѣтъ, когда счастіе наиболѣе благопріятствуетъ человѣку, оно смотритъ на него гнѣвными очами.


-----


О, какъ жалокъ тотъ, кто основываетъ свое счастіе на милостяхъ властителей! Между улыбкой, которой онъ такъ домогается, между благосклоннымъ взглядомъ властителя и его гибельной немилостью -- гораздо болѣе опасеній и страховъ, чѣмъ въ войнѣ и въ женщинѣ.


-----


Пользуйся настоящимъ, чтобы упрочить свое будущее счастіе.


-----


Счастливому -- счастливая и доля. Чей конь быстрѣе, тотъ и у цѣли.


-----


Счастіе уничтожаетъ и величайшія разстоянія, поставляемыя природой, и соединяетъ созданныхъ другъ для друга, какъ равныхъ.


-----


Каждой высшей ступени счастія раболѣпствуетъ низшая, и ученая голова склоняется передъ золотымъ болваномъ.


-----


Близнецы одного чрева по зачатію, мѣсту питанія и рожденію -- неразличимы почти, но взыщите ихъ различными судьбами, и возвеличенный тотчасъ же начнетъ пренебрегать униженнымъ. Осаждаемая всевозможными бѣдствіями, человѣческая природа не можетъ переносить счастія безъ презрѣнія къ природѣ человѣка. Возвысь нищаго и унизь вельможу, и сенаторъ унаслѣдуетъ презрѣніе, а нищій -- почетъ.


-----


Въ дѣлахъ человѣческихъ бываетъ также свой приливъ и отливъ: воспользуются первымъ -- достигаютъ счастія, прозѣваютъ его -- все плаваніе обращается въ борьбу съ отмелями и бѣдствіями.


-----


Счастье и безъ рулевого приводитъ иныя ладьи къ пристани.


-----


Чудовище, всякій смыслъ пожирающая привычка -- обыкновенно демонъ-ангелъ тѣмъ, что и для хорошихъ, добрыхъ дѣлъ даетъ легко надѣвающуюся одежду; воздержись въ эту ночь, и это облегчитъ тебѣ воздержаніе въ другую; слѣдующее за тѣмъ будетъ еще легче, потому что навыкъ можетъ совсѣмъ почти измѣнить штемпель природы и пересилить демона, даже выбросить его дивною своей силой.


-----


Со временемъ и дикій быкъ привыкаетъ къ ярму.


* * *


Слава подобна кругу на водѣ, который не перестаетъ расширяться, пока это самое расширеніе не обратитъ его въ ничто.


-----


Слава и безъ письменъ долговѣчна.


-----


Время носитъ за спиной суму, въ которую бросаетъ подачки забвенію -- громадному чудовищу неблагодарности; крохи эти -- прошедшія хорошія дѣла, которыя пожираются какъ только свершатся, забываются какъ только кончатся. Только постоянной дѣятельностью поддерживается блескъ славы; остановиться на сдѣланномъ -- висѣть, подобно заржавѣвшему панцирю, потѣшнымъ трофеемъ. Выпала дорога -- ступай тотчасъ же, потому что тропинка славы такъ узка, что по ней можно идти только одному; пошелъ -- держись ея, потому что у соревнованія тысяча сыновей, спѣшащихъ другъ за другомъ; дашь дорогу или свернешь хоть сколько-нибудь въ сторону -- они нахлынутъ, какъ приливъ, и оставятъ тебя за собою, и ты, какъ рьяный конь, павшій въ передовомъ ряду, сдѣлаешься гатью для презрѣнныхъ заднихъ рядовъ, опережающихъ и попирающихъ тебя ногами. Ихъ настоящія дѣла, хоть и далеко меньшія твоихъ прошедшихъ, затемнятъ твои, потому что время, какъ великосвѣтскій хозяинъ, пожимаетъ руку уходящаго. гостя небрежно и съ распростертыми объятіями встрѣчаетъ приходящаго; здравствуй всегда улыбается, а прощай уходитъ вздыхая. Не ищи доблесть никогда вознагражденія за то, что она была; потому что красота, умъ, высокое рожденіе, тѣлесная сила, заслуга, любовь, дружба, доброта -- все это подвластно завистливому, злорѣчивому времени. Весь міръ сродни по одной врожденной чертѣ -- всѣ единодушно превозносятъ новорожденныя бездѣлушки, хоть онѣ и сдѣланы, сформированы изъ прошедшаго, и грязь, слегка позлащенную, предпочитаютъ золоту немного загрязненному.


-----


То, что движется, бросается въ глаза скорѣе того, что недвижно.


-----


Позоръ, искусно скрываемый, можетъ еще пользоваться незаконной славой.


-----


Почетъ и покой, право, лучше опасной славы.


-----


Не полагайтесь слишкомъ на тѣхъ, которымъ расточаете любовь свою и совѣты, потому что тѣ, которыхъ вы сдѣлаете своими друзьями, которымъ отдадите свое сердце, при малѣйшемъ толчкѣ вашему счастію, отхлынутъ отъ васъ, какъ вода, и если возвратятся -- такъ развѣ только для того, чтобъ утопить васъ.


-----


Дружба льстива.


-----


О, какъ же все измѣнчиво въ этомъ мірѣ! Друзья, въ груди которыхъ, казалось, было одно сердце, которые, какъ близнецы, были неразлучны, съ любовью дѣлили пополамъ и заботы и радости,-- вдругъ расходятся изъ за сущей бездѣлицы и дѣлаются жесточайшими врагами; заклятые враги, которымъ ненависть, дума о томъ, какъ бы извести другъ друга, не давали спать -- сводятся ничтожнымъ случаемъ, обстоятельствомъ, не стоющимъ и выѣденнаго яйца, и дѣлаются друзьями, соединяютъ дѣтей своихъ узами брака.


-----


Церемоніи выдуманы только для прикрытія сердечной пустоты, притворнаго расположенія, радушія, въ которомъ каются прежде, чѣмъ показали его; истинная дружба не нуждается въ нихъ.


-----


И что въ друзьяхъ, когда они разорительнѣй враговъ? Лучше ужъ совсѣмъ не имѣть ихъ.


-----


Кто-жъ захочетъ ослѣпляющей роскоши для того, чтобъ жить только грезами дружбы, чтобъ, пробудившись, увидать, что и вся роскошь и все, что можетъ дать богатство -- такая же подмалевка, какъ и подрумяненные друзья его?


-----


Нѣтъ ничего на землѣ гнуснѣе друзей, способныхъ доводить и благороднѣйшее до униженія. И какъ идетъ къ нашему времени заповѣдь, заставляющая любить враговъ своихъ: въ самомъ дѣлѣ, лучше ужъ любить того, кто явно желаетъ тебѣ зла, чѣмъ того, кто губитъ подъ личиной дружбы.


-----


Когда дружба начинаетъ слабѣть и охлаждаться -- она всегда прибѣгаетъ къ усиленной вѣжливости. Люди прямые, чистосердечные не знаютъ никакихъ продѣлокъ; лицемѣры, какъ заносчивыя лошади, горячатся, обѣщаютъ много, а почувствуютъ кровавыя шпоры -- опускаютъ гриву и падаютъ при первомъ же испытаніи, какъ клячи.


-----


Другу слѣдовало бы переносить недостатки друга.


-----


Не скрѣплена дружба умомъ -- легко расторгаетъ ее и глупость.


-----


Какъ часто наши несправедливости, намъ же на бѣду, губятъ даже друзей, и затѣмъ заставляютъ орошать слезами прахъ ихъ, потоку что пробуждающаяся любовь показываетъ на сдѣланное постыдною ненавистью, которая, свершивъ свое, погружается въ глубокій сонъ.


-----


Совѣтъ друга -- лучшая опора противъ враговъ.


-----


Дружба злыхъ переходитъ въ боязнь, боязнь -- въ ненависть, а ненависть подвергаетъ того или другого, или обоихъ вмѣстѣ заслуженной опасности и смерти.


-----


Правда -- дворняшка: должна лежать въ конурѣ.


-----


Правота и честность не всегда выходятъ изъ судовъ торжествующими. Развѣ злымъ трудно найти равно злыхъ бездѣльниковъ въ присяжные свидѣтели противъ васъ?-- Бывали такіе случаи. Сильны противники ваши, сильна и злоба ихъ. Неужели, въ отношеніи лжесвидѣтелей, вы думаете быть счастливѣе того, кому служите -- самого Спасителя, когда онъ былъ еще на этой развращенной землѣ?


-----


Дыханіе человѣка праваго всегда спокойно.


* * *


Навострите уши! Да и кто же заткнетъ отдушины слуха, когда говоритъ громкогласная молва?-- Я сѣдлаю вѣтеръ, скачу отъ востока къ унылому западу, все разглашая, что затѣвается на земномъ шарѣ; клевета не сходитъ съ моего языка; я распускаю ее на всѣхъ нарѣчіяхъ и наполняю уши людей ложными вѣстями. Я говорю о мирѣ, тогда какъ скрытая вражда язвитъ свѣтъ, подъ личиной улыбающагося благосостоянія. И кто же, кромѣ молвы, кромѣ меня, собираетъ страшныя ополченія, готовитъ грозныя обороны, заставляетъ думать, что пузатый годъ, раздутый какой нибудь другой скорбью, чреватъ дѣтищемъ жестокой, безпощадной войны, -- тогда какъ этого ничего и не бывало? Молва -- дудка, которую надуваютъ догадки, подозрѣнія, предположенія; а пріемы игры такъ легки и просты, что на ней можетъ играть даже глупое чудовище съ безчисленными головами -- толпа, вѣчно разногласящая, вѣчно волнующаяся.


-----


Молва, какъ голосъ и отголосокъ, удвоиваетъ число тѣхъ, кого мы боимся.


* * *


То дурное, которое поклялся сдѣлать, перестаетъ быть дурнымъ, какъ скоро дѣлаешь должное; неисполненіе того, что исполнять дурно, во всякомъ случаѣ ближе къ должному. Всякій дурной замыселъ поправляется неисполненіемъ; пусть это не совсѣмъ справедливо, но такимъ образомъ и несправедливое дѣлается справедливымъ, и ложь уничтожаетъ ложь, какъ огонь прохлаждаетъ огонь въ воспаленныхъ жилахъ, только-что обжегшагося. Клятвы заставляетъ тебя сдерживать религія, а ты поклялся противъ религіи, противъ того, чѣмъ клянешься: противъ клятвы -- клятву же сдѣлалъ порукой своей вѣрности. Но тамъ, гдѣ ты не увѣренъ въ своей клятвѣ, клянись только не быть клятвопреступнымъ. Иначе, что-жъ такое были бы клятвы? Игрушки!-- Ты поклялся быть клятвопреступнымъ, и будешь еще клятвопреступнѣе, если сдержишь эту клятву. Поэтому твои послѣднія клятвы противъ прежнихъ -- возмущеніе въ тебѣ самомъ противъ самого себя, и для тебя нѣтъ выше побѣды, какъ вооружить свои постояннѣйшія, благороднѣйшія качества противъ этихъ безразсудныхъ, преступныхъ обольщеній.


-----


Всѣ мужчины клянутся одинаково.


-----


Когда кипитъ кровь, какъ расточительно сердце снабжаетъ языкъ клятвами.


-----


И величайшія клятвы -- солома, когда горитъ огонь въ крови.


* * *


Добродѣтель облагораживаетъ и самое низкое состояніе, тогда какъ знаменитость происхожденія безъ добродѣтели -- не слава, а раздутое водянкой тщеславіе; доброе хорошо, дурное дурно и безъ имени: и то и другое не въ званіи, а въ качествахъ, съ которыми оно сопрягается.


-----


Не воображай, что дѣлать ради правды вредное -- добродѣтель: это такъ же праведно, какъ и воровать для подаванія милостыни, какъ и грабить для благотвореній.


-----


Въ наше ожирѣвшее, удушливое время и сама добродѣтель должна просить прощенья у порока: кланяться, молить даже, чтобы позволилъ помочь ему.


-----


Не обнаруживаются наши добродѣтели -- все равно, что и нѣтъ ихъ въ насъ. Прекрасенъ умъ прекраснымъ только проявленіемъ, и природа никогда не надѣляетъ и самомалѣйшимъ изъ совершенствъ своихъ, не удержавъ за собою, какъ бережливая богиня, правъ заимодавца на ростъ и благодарность.


-----


Добродѣтель смѣла.


-----


Пусть доблести возвышаются.


-----


Дурныя дѣла людей переживаютъ ихъ, хорошія -- погребаются часто вмѣстѣ съ ихъ костями.


-----


Добродѣтель въ нашъ скаредный вѣкъ такъ мало уважается, что истинное мужество сдѣлалось вожакомъ медвѣдей, а остроуміе -- шинкаремъ, и тратитъ свои летучія остроты на счеты; всѣ же прочіе человѣческіе дары искажены этимъ злобнымъ временемъ до того, что не стоятъ и выѣденнаго орѣха. Вы, состарѣвшіеся -- вы не хотите знать способностей, врожденныхъ намъ, молодымъ, вы мѣрите пылъ нашего сердца горечью вашей желчи; впрочемъ, надобно признаться, что и мы, передовые юности, въ самомъ дѣлѣ, немного шаловливы.


-----


Никакая добродѣтель не сравнится съ необходимостью.


* * *


И слово "добрый" опозоривается въ устахъ недобрыхъ.


-----


Дурное вырѣзывается на мѣди, а хорошее пишется на водѣ.


-----


Ангелы всегда свѣтлы, хоть и палъ лучезарнѣйшій изъ нихъ. Еслибъ даже и все злое прикрывалось личиной добра -- добро все-таки останется добромъ.


-----


Доброе желаніе извиняетъ и плохое исполненіе.


-----


И одно доброе дѣло, умирая безгласнымъ, умерщвляетъ тысячи, которыя за нимъ послѣдовали бы.


* * *


Что-жъ это за странное извращеніе природы, если излишняя доброта становится величайшимъ преступленіемъ человѣка!


-----


Доброта не знаетъ страха.


* * *


Когда довѣріе уже безполезно -- не страшенъ и обманъ.


-----


Разъ измѣнившимъ довѣряютъ такъ же, какъ и лисицѣ, которая никогда не оставляетъ хитрыхъ проказъ своей породы, сколько ни пріучай ее, сколько ни ласкай, ни запирай. Какъ бы мы ни смотрѣли: грустно или весело -- недовѣрчивость перетолкуетъ наши взоры.


-----


Не довѣряй никому безъ должнаго обсужденія.


* * *


Глубоко укоренившаяся злоба дѣлаетъ слишкомъ глубокія насѣчки.


-----


Люди, которымъ зависть и злобное недоброжелательство -- пища, не посовѣстятся грызть и самое лучшее.


* * *


Какъ часто рѣшаетъ насъ на зло одинъ случайный взглядъ на орудіе зла!


-----


Путемъ зла не доходятъ до добра.


-----


Зло всегда награждается зломъ, вина -- виной.


-----


И зло можно употребить въ пользу.


-----


Вѣдь и въ самомъ злѣ есть свое доброе -- умѣй только люди извлекать это доброе. Такимъ образомъ, мы можемъ собирать медъ и съ плевелъ, дѣлать полезнымъ нравоученіемъ и самого дьявола.


-----


Зло нисколько не выгоднѣе добра.


-----


Начатое зломъ, зломъ только и упрочишь.


-----


Злыя дѣла часто превозносятся, а дѣла добрыя почитаются иногда опасной глупостью.


-----


Упорство во злѣ не уничтожаетъ зла, а только увеличиваетъ его.


-----


Добродѣтель -- красота; красивое же зло -- пустой ларецъ, разукрашенный дьяволомъ.


-----


Гнусныя дѣла выступятъ на свѣтъ, хотя бъ и всей землей ихъ завалили!


-----


Въ лицѣ, отмѣченномъ природнымъ или случайнымъ недостаткомъ, этотъ частный недостатокъ затемняетъ, въ общемъ мнѣніи, всѣ присущія добродѣтели -- будь онѣ такъ же чисты, какъ сама благодать, такъ велики, какъ только въ смертномъ возможно. Какая нибудь драхма зла уничтожаетъ часто своимъ позоромъ всю доблестную сущность.


-----


Можно улыбаться, улыбаться и быть извергомъ.


-----


Передъ выздоровленіемъ отъ тяжкой болѣзни, именно когда начнутъ возвращаться и силы и здоровье, припадки всегда жесточѣе: всякое зло, покидая насъ, кажется наизлѣйшимъ.


-----


Дьяволъ можетъ приводить и священное писаніе для своихъ цѣлей.


-----


Злая душа, ссылаясь на святое свидѣтельство, подобна улыбающемуся извергу, красивому яблоку съ гнилой серцевиной.


* * *


Вражда злорѣчива.


-----


Врагъ -- грубъ, и не хочетъ, чтобы съ нимъ грубо обращались.


-----


Медленность только усиливаетъ врага.


* * *


Мы скоро начинаемъ ненавидѣть то, что слишкомъ ужъ часто страшитъ насъ.


* * *


Не жестокосердіе ли мстить живымъ за мертвыхъ?


-----


Нѣтъ для мщенія предѣловъ.


-----


Мстите на измѣну не словами, а дѣлами.


* * *


Вѣдь гордость должна же когда нибудь пасть.


-----


И благородная гордость, всегда прекрасная, дѣлается излишней, когда не внемлетъ гласу необходимости.


-----


Гордость, при постоянномъ счастіи, всегда пятнаетъ счастливца.


-----


Гордый пожираетъ самого себя; гордость -- его собственное зеркало, его собственная труба, его собственная лѣтопись; и кто бы ни восхвалялъ себя помимо дѣлъ, пожираетъ дѣла похвалами.


* * *


Истинное благородство чуждо страха.


-----


Вѣдь только душой и богато тѣло, и какъ солнце просвѣчиваетъ сквозь самыя черныя тучи, такъ и благородство проглядываетъ изъ подъ самаго бѣднаго рубища. Неужели сорока лучше жаворонка, потому что перо ея красивѣе? неужели змѣя лучше угря, потому что пестрая кожа ея пріятнѣе для глазъ?


-----


Благородство, вытекающее изъ нашихъ собственныхъ дѣлъ, несравненно плодоноснѣе выводимаго отъ предковъ.


-----


И благороднѣйшій человѣкъ спотыкается.


-----


Сколько благородства, а все-таки бездѣльникъ!


* * *


Незапятнанная честь -- чистѣйшее сокровище нашей земной жизни; безъ нея человѣкъ -- позлащенная грязь, раскрашенная глина. Духъ безбоязненный въ груди вѣрной -- алмазъ въ ларцѣ, запертомъ десятью замками.


-----


Честь -- вещь незримая: ею часто величаются и не имѣющіе никакой.


-----


Жизнь дорогѣ каждому; но благородному человѣку честь дороже и самой жизни.


* * *


Честность -- дура: никогда не достигаетъ того, чего добивается.


-----


Богатая честность живетъ какъ нищета, въ лачугѣ -- точнехонько какъ жемчужина въ скверной раковинѣ.


* * *


Благодарность -- казнохранилище бѣднаго.


* * *


Къ чему много словъ истинной вѣрности?


* * *


Что-жъ у великихъ міра сего, кромѣ титлъ, внѣшнихъ почестей, за внутреннія страданія? За призракъ, за неосязаемую мечту воображенія, они подвергаются часто цѣлому міру существенныхъ заботъ и, кромѣ внѣшняго величія, ничѣмъ не отличаются отъ простолюдиновъ.


-----


Не нападайте безчеловѣчно на человѣка павшаго -- грѣшно это. Преступленія его подлежатъ закону; пусть же онъ, а не вы, и караетъ его. Вольно видѣть униженіе недавняго еще величія.


-----


Вотъ она участь человѣка: нынче развиваются для него нѣжные листки надежды, на другой день появляется и цвѣтъ, и онъ весь покрывается багрецомъ почестей; но вотъ, на третій день приходитъ морозъ, морозъ убійственный, и -- тогда какъ добрый, совершенно спокойный простакъ думаетъ, что величіе его зрѣетъ -- подгрызаетъ корни, и онъ падаетъ.


-----


Какое величіе простить того, кто наименѣе можетъ ожидать прощенія!


-----


Величіе дѣлается злоупотребленіемъ только тогда, когда отдѣляетъ милосердіе отъ власти.


-----


Вѣдь и разставанье души съ тѣломъ не такъ мучительно, какъ разставанье съ величіемъ.


-----


Быть истинно великимъ -- не возставать, конечно, безъ достаточнаго повода, но вмѣстѣ съ тѣмъ и бороться за соломенку, когда задѣта честь.


-----


Милосердіе -- вѣрнѣйшій знакъ величія.


-----


Великіе люди гибли часто отъ рукъ бездѣльниковъ.


-----


Стоящему высоко приходится выдерживать столько страшныхъ порывовъ вѣтра: падетъ -- разобьется въ прахъ.


-----


О, величіе! когда ты гнетешь твоего ношатая, ты -- то же, что въ знойный день богатые доспѣхи, какъ кипяткомъ обдающіе своей охраной.


* * *


Излишнее усердіе не совсѣмъ безопасно.


-----


Грусть разнѣживаетъ душу, дѣлаетъ ее боязливой, перерождаетъ совершенно.


* * *


Грусть, прикрываемая притворной веселостью, подобна радости, которую судьба превращаетъ вдругъ въ горе.


* * *


Слезы показываютъ любовь, но не помогаютъ.


-----


Плакать -- уменьшить только силу скорби. Слезы -- дѣтямъ.


-----


Ребячество -- плакать отъ боязни того, что неизбѣжно.


-----


Безпричинная внезапная тоска -- предвѣстница грядущаго счастья.


* * *


Печаль умѣренная обличаетъ немалую любовь; чрезмѣрная -- немалый недостатокъ ума.


-----


Не улыбается Венера въ домѣ печали.


* * *


Туда, гдѣ живетъ забота, сонъ никогда не приходитъ; но тамъ, гдѣ безпечная юность, съ головой, ничѣмъ не обремененной, протягиваетъ свои члены -- тамъ золотой сонъ царствуетъ.


* * *


Горе гордо: оно преклоняетъ предъ собою даже и хозяина своего.


-----


Горе налегаетъ сильнѣе, если замѣтитъ, что ему поддаются.


-----


Горе -- предвѣстникъ горя.


-----


Истинное горе -- нетерпѣливо.


-----


Право, гораздо лучше родиться въ низкой долѣ, жить въ довольствѣ съ простолюдинами, чѣмъ величаться блестящей скорбью, носить золотое горе.


-----


Стенать отъ неизбѣжнаго горя такъ же безумно, какъ и смѣяться надъ нимъ.


-----


Оплакивать горе миновавшее -- вѣрнѣйшее средство накликать новое. Когда то, чѣмъ грозитъ судьба, неотвратимо -- терпѣніемъ мы насмѣхаемся надъ ея несправедливостью. Улыбкой, ограбленный похищаетъ кое-что и у вора, тогда какъ тотъ, кто предается безполезнымъ жалобамъ, обворовываетъ самого себя.


-----


Горе можетъ согнать румянецъ со щекъ, но не въ состояніи измѣнить сердца.


-----


Ахъ, какъ безконечны часы горя!


-----


Горе врачуется горемъ.


-----


За горемъ -- горе по пятамъ: такъ быстро слѣдуютъ они другъ за другомъ.


-----


Люди могутъ совѣтовать, утѣшать только въ горѣ, котораго сами не испытываютъ.


-----


Иныя огорченія врачебны.


-----


Большое горе врачуетъ меньшее.


-----


Горе скрытое, какъ закрытая печь, пережигаетъ въ пепелъ сердце, въ которомъ оно кроется.


-----


Плакать съ плачущими -- облегчитъ хоть нѣсколько; насмѣхаться надъ горемъ -- двойное убійство.


-----


Отъ сильныхъ горестей сходятъ съ ума.


-----


О томъ, что утрачено и утрачено невозвратимо -- горевать безполезно.


* * *


Скорбь, западая въ душу, гнететъ ее не безсмысленной пустотой, а тягостью.


-----


Брюзгливая скорбь грызетъ гораздо меньше того, кто смѣется надъ ней или не обращаетъ на нее большого вниманія.


-----


Свирѣпый зубъ скорби никогда не нагниваетъ такъ сильно, какъ когда кусаетъ, но не прокусываетъ болячки.


-----


Каждая скорбь порождаетъ двадцать отраженій, которыя, совсѣмъ не бывши скорбью, принимаютъ однакожъ видъ ея; глаза печали, охрусталенные ослѣпляющими слезами, дробятъ одинъ нераздѣльный предметъ на множество.


-----


Фантазіи родитъ всегда какая нибудь предшествующая скорбь.


-----


Скорбь не врачуетъ, а только растравляетъ неизлечимые недуги.


-----


Скорбь измѣняетъ и время, и часы отдохновенія: дѣлаетъ ночь утромъ, полдень -- ночью.


-----


Скорбь объ утраченномъ безполезна.


-----


Стенаніями никто не излечивалъ еще своей скорби.


-----


Умѣренное сѣтованіе -- законная дань мертвому; чрезмѣрная скорбь -- врагъ живого.


-----


Скорбь заразительна.


* * *


Передъ несчастіемъ люди всегда веселы; счастливымъ же событіямъ обыкновенно предшествуетъ тоска.


-----


Великія несчастія -- оселокъ. Обыкновенное горе перенесетъ всякій: когда море спокойно, всѣ суда плаваютъ съ равнымъ искусствомъ, но чтобы мужественно переносить и жесточайшіе удары судьбы -- это требуетъ благороднѣйшаго умѣнья.


-----


Только въ несчастіяхъ -- настоящее испытаніе человѣка.


-----


Приходятъ бѣды -- приходятъ онѣ не одиночными шпіонами, а толпами.


-----


Нѣтъ еще величайшаго несчастія, пока мы можемъ говорить: это величайшее!


* * *


Ira furor brevis est. (Гнѣвъ -- кратковременное безумство).


* * *


Въ бѣшенствѣ не щадятъ и истинныхъ друзей своихъ.


* * *


Ярость -- всегда плохая охрана.


-----


О, зло, какъ быстро приходишь ты въ голову преданныхъ отчаянію!


-----


Недостатокъ спокойствія накликаетъ мрачную меланхолію, эту родственницу жестокаго, безутѣшнаго отчаянія, а вслѣдъ за ней и всю толпу блѣдныхъ немощей и другихъ враговъ жизни.


* * *


Корысть -- страшная наклонность свѣта: самъ по себѣ уравновѣшенный, онъ катился бы по гладкой поверхности прямо, еслибъ эта гадкая, увлекающая наклонность, этотъ двигатель, не лишала его всякаго равновѣсія, не заставляла измѣнять всякому направленію, всякому предположенію, стремленію, цѣли.


-----


И короли измѣняютъ клятвамъ изъ корысти.


* * *


Лисѣ только бы просунутъ морду -- за ней шмыгнетъ и туловище.


* * *


Если же на меня клевещутъ люди, которые, не зная ни моей личности, ни моихъ свойствъ, берутся истолковывать всѣ мои дѣйствія -- такъ это просто неизбѣжная невыгода мѣста, частый кустарникъ, сквозь который должна продираться добродѣтель. Какъ бы то ни было, никакое необходимое дѣйствіе не должно останавливаться боязнію борьбы съ злобными порицателями, которые, какъ хищныя рыбы, всегда слѣдуютъ за вновь спущеннымъ кораблемъ и только что слѣдуютъ, напрасно выжидая добычи. Часто и самыя лучшія наши дѣйствія не одобряются, иди и совсѣмъ отрицаются невѣжественными или злонамѣренными истолкователями; часто и самое худшее, но болѣе понятное для грубыхъ умовъ, провозглашается нашимъ лучшимъ дѣломъ. Еслибъ мы обрекли себя на мертвую неподвижность, только изъ опасенія, что наши движенія возбудятъ насмѣшки и порицаніе -- мы приросли бы къ мѣсту, которое занимаемъ, или сидѣли бы просто статуями.


-----


И да! и гмъ!-- маленькія клеймы клеветы.


-----


И сама добродѣтель не избѣгаетъ царапинъ клеветы.


-----


Какой король могущъ на столько, что можетъ связать желчный языкъ клеветника?


* * *


Время обнаруживаетъ, что прячутъ складки коварства.


* * *


Ничто не ободряетъ такъ порока, какъ излишняя снисходительность.


-----


Внѣшній видъ наименѣе можетъ быть самой сущностью: свѣтъ постоянно обманывается украшеніями. Въ судахъ, какая защита, какъ бы она ни была подкупна и безсовѣстна, приправленная вкрадчивымъ голосомъ,-- не затемняла очевидности зла? Въ религіи, какое страшное заблужденіе не поддерживалось челомъ важнымъ, не оправдывалось какимъ нибудь текстомъ, прикрывавшимъ его безобразіе красивымъ убранствомъ? Нѣтъ порока на столько глупаго, чтобъ не присвоилъ себѣ какого нибудь внѣшняго признака доблестности.


-----


Подлое -- порождаетъ подлое.


* * *


Есть ли что-нибудь чудовищнѣе человѣка неблагодарнаго?


-----


Неблагодарность -- обычная болѣзнь стариковъ: кровь ихъ ссѣлась, застыла, едва движется; они жестокосерды отъ недостатка благотворной теплоты. На возвратномъ пути къ землѣ человѣкъ дѣлается какъ-то суше и безчувственнѣй.


* * *


Мужество возрастаетъ вмѣстѣ съ обстоятельствами.


-----


Хула и упреки -- обыкновенная награда мужества.


-----


Штаны и куртка должны быть мужественнѣй юбки.


* * *


Для мудраго всѣ мѣста, озаряемыя окомъ неба, -- пристани счастья.


-----


Бѣдная мудрость частехонько бываетъ рабой богатой глупости.


-----


Люди мудрые никогда не сѣтуютъ, сложа руки, о разразившейся надъ ними бѣдѣ, а тотчасъ же предупреждаютъ всякій поводъ къ сѣтованію. Боязнь врага (а всякая боязнь подавляетъ силу) усиливаетъ врага твоей слабостью, и ты воюешь противъ себя собственнымъ неразуміемъ.


-----


Никогда, никто не дѣлался быстро мудрымъ; никогда исправленіе не приливало кипучимъ потокомъ, смывая всѣ прежніе недостатки.


-----


Мудрый никогда не оплакиваетъ, сложа руки, потерь своихъ, но бодро старается поправить ихъ. Если мачта переброшена черезъ бортъ, канаты порваны, якорь потерянъ и половина матросовъ поглощена волнами, но кормчій живъ еще -- слѣдуетъ ли ему бросить кормило, подбавлять, подобно боязливому ребенку, поды въ океанъ слезящими глазами, усиливать, что и безъ того слишкомъ ужъ сильно, и рыдая, допустить, наконецъ, чтобы корабль разбился о скалы, тогда какъ искусство и мужество могли бы еще спасти его? Это было бы позорно, преступно!..


* * *


И лютѣйшій звѣрь не чуждъ состраданія.


* * *


Ни одна изъ отличительныхъ принадлежностей великихъ міра сего: ни вѣнецъ царя, ни мечъ его намѣстника, ни жезлъ полководца, ни тога судіи не украшаютъ ихъ и на половину такъ, какъ милосердіе.


* * *


Царственное величіе красоты такъ сильно, что оковываетъ языкъ, смѣется надъ чувственностью.


-----


Красота молодитъ и старость. Она -- солнце, дающее блескъ всему.


-----


Красота накликаетъ воровъ скорѣй золота.


* * *


Не продуваемые вѣтромъ порицанія, мы порождаемъ только плевелы: прямое высказываніе вашихъ слабостей плодородно, какъ вспахиваніе.


* * *


Подозрѣніе всегда живетъ въ душѣ преступной: каждый кустъ кажется вору сыщикомъ.


-----


Подозрѣніе вѣдь тоже ядъ, и сначала рѣшительно неслышный даже и на вкусъ, а поступитъ въ кровь -- жжетъ, какъ цѣлыя копи сѣры.


-----


Увлекшись ревнивой подозрительностью, можно оскорбить и совершенно невиннаго человѣка.


-----


Подозрительность! усиливаясь, ты пронзаешь самое сердце; ты дѣлаешь возможнымъ и невозможное, стакиваешься съ сновидѣніями, дѣйствуешь заодно съ несуществующимъ, братаешься съ ничѣмъ.


-----


Подозрѣніе дурного часто мучительнѣй извѣстности, что оно есть, потому что извѣстность или убѣждаетъ, что нѣтъ средствъ поправить, или добытая во время -- даетъ ихъ.


* * *


И бездѣлушки, легкія какъ воздухъ, для ревнивца -- подтвержденія такъ же убѣдительныя, какъ доводы священнаго писанія.


-----


Ядовитый крикъ ревнивой жены отравляетъ смертельнѣе зуба бѣшеной собаки.


-----


Ревнивцы не нуждаются въ поводѣ: они часто ревнуютъ совсѣмъ не по поводу, а потому только, что ревнивы. Ревность -- чудовище, само себя и зачинающее, и рождающее.


-----


И дикая ревность отзывается иногда благородствомъ.


* * *


Человѣкъ, раздраженный дѣйствительно важнымъ, придирается и къ бездѣлицамъ.


* * *


Можно ли простить тому, кто пользуется еще плодами преступленія?


-----


Въ этомъ развратномъ мірѣ позлащенная рука преступленія можетъ, конечно, отстранять правосудіе; часто самимъ преступнымъ стяжаніемъ законъ и подкупается.


-----


Больной душѣ -- таково ужъ свойство грѣха -- всякая бездѣлица кажется прологомъ какого нибудь страшнаго несчастія; преступленіе такъ глупо подозрительно, что, страшась измѣны, само же себѣ и измѣняетъ.


-----


Не все еще преступленіе -- то, что имъ считаетъ неразумье, называетъ сумазбродство.


-----


Облеки преступленіе въ золото -- и крѣпкое копье правосудія переломится, не поранивъ; облеки его въ рубище -- пронзитъ и соломенна пигмея.


-----


Нѣтъ такой трущобы, или такого сокровеннаго мѣста, нѣтъ такой непроглядной теми, или такой мглистой лощины, въ которой кровавое убійство могло бы въ трепетѣ укрыться.


-----


Преступленія не наслѣдуются, какъ земли.


* * *


Надежда на наслажденіе почти такъ же пріятна, какъ и самое наслажденіе.


* * *


Страданіе уменьшается другимъ страданіемъ.


-----


Когда видишь, что и лучшіе насъ страдаютъ, какъ мы, горе кажется не такъ уже враждебнымъ. Страждущій одиноко -- болѣе страдаетъ духомъ, забывая все чуждое страданію, всякую мысль о счастіи; болѣе переноситъ духъ, когда есть товарищи страданія.


* * *


Боязнь и херувимовъ представляетъ демонами: она никогда ничего не видитъ въ настоящемъ видѣ.


-----


Слѣпая боязнь, ведомая зрячимъ разумомъ, идетъ вѣрнѣе, чѣмъ слѣпой разумъ, безъ страха спотыкающійся.


-----


Боязнь худшаго часто избавляетъ отъ дѣйствительно худого.


-----


Кто боится узнать, чего такъ не хотѣлось бы знать, узнаетъ инстинктивно, по глазамъ другого, что совершилось то, чего онъ страшился.


* * *


Если не дѣла, такъ наша трусость дѣлаетъ насъ измѣнниками.


* * *


Страхъ -- всегдашній спутникъ неправды.


-----


Изъ всѣхъ низкихъ чувствъ, страхъ -- самое низкое.


-----


Дѣйствительные ужасы не такъ еще страшны, какъ ужасы воображенія. Мысль, въ которой убійство -- еще только фантазія, овладѣваетъ слабой человѣческой природой до того, что всѣ способности поглощаются предположеніями, и существуетъ только то, что не существуетъ еще.


-----


Ежеминутныя перемѣны въ лицѣ обнаруживаютъ страхъ.


-----


Придти въ изступленіе -- выпугнуть себя изъ страха: въ такомъ расположеніи и голубь будетъ клевать ястреба.


* * *


Истина любитъ дѣйствовать открыто.


-----


Истина -- не во множествѣ клятвъ, а въ одномъ простомъ, искреннемъ обѣтѣ.


-----


Еслибъ мы во всемъ подчинялись обычаю -- пыль не сметалась бы съ древности и истина никогда не перевысила бы горъ заблужденія.


* * *


О, удивительно, какъ сильно дѣйствуетъ ложь, приправленная небольшой клятвой, и шутка съ нахмуреннымъ челомъ -- на молокососовъ, еще не узнавшихъ, что такое ломъ въ плечахъ.


-----


Лживое лицо скроетъ все, что задумало коварное сердце.


-----


Обманываніе въ довольствѣ -- преступнѣе лганья отъ нужды, и лживость въ короляхъ гаже, чѣмъ въ нищихъ.


-----


Кто же, замышляя обмануть, не прикроетъ себя лживой наружностью?


* * *


Кто любитъ, чтобъ ему льстили -- стоитъ льстеца.


-----


Тамъ, гдѣ сладостное дыханіе лести можетъ укротить бурю, и небольшая лживость -- добродѣтель.


-----


Никакая маска не пригодна такъ черному злодѣйству, какъ кроткая, нѣжная лесть.


* * *


Лицемѣру немудрено показывать горе, котораго не чувствуетъ.


-----


Лучше быть безвѣстно презираемымъ, чѣмъ презираемымъ, упиваясь лестью.


* * *


Умная голова изъ всего извлечетъ пользу.


-----


Ранніе умники, говорятъ, недолговѣчны.


-----


Видно и умъ-то людской -- частичка счастія; внѣшнее влечетъ за собой и внутреннее, чтобы все равно страдало.


-----


Умный глупецъ лучше глупаго умника.


-----


О, какъ же бѣденъ умъ, убитый простой насмѣшкой!


* * *


Глаза невѣжества смышленѣе ушей.


-----


Невѣжество -- Божіе проклятіе, а ученье -- крылья, на которыхъ мы возносимся къ небу.


-----


Глупецъ скоро разстрѣливаетъ свои стрѣлы.


-----


Глупость вѣдь обходитъ весь міръ, какъ солнце: свѣтитъ всюду.


-----


То-то и прискорбно, что дуракамъ нельзя говорить умно о томъ, что умные глупо дѣлаютъ.


-----


Дуракъ думаетъ, что онъ уменъ; умный же знаетъ, что глупъ онъ.


* * *


Безуміе людей высокопоставленныхъ нельзя оставлять безъ надзора.


-----


Безуміе и въ безумныхъ не выдается такъ рѣзко, какъ въ умныхъ, когда умъ ихъ начинаетъ дурить, потому что тутъ оно всѣми силами ума старается доказать доблесть глупости.


-----


Непріятности разстроиваютъ пищевареніе, а это разстройство родитъ жгучій пылъ горячки, а горячка что же такое, какъ не припадокъ безумія?


-----


Меланхолія -- кормилица безумія.


* * *


Пусть ромашка растетъ тѣмъ сильнѣй, чѣмъ больше ее топчутъ; но молодость изнашивается тѣмъ скорѣй, чѣмъ больше ее расточаютъ.


* * *


Старость такъ же нераздѣльна съ скряжничествомъ, какъ молодость съ распутствомъ; за это одну дергаетъ подагра, а другую пощипываетъ Венера.


-----


Господи, Боже мой, что это какъ преданы мы, старые люди, пороку лганья!


-----


Бѣлые волосы нейдутъ къ шуту и забавнику.


-----


Старики забывчивы.


-----


Старость хороша въ винѣ, а не на щекахъ.


-----


Старость, говорятъ,-- второе дѣтство.


* * *


Самонадѣянность всегда благороднѣе самоуниженія.


* * *


Смиреніе -- лѣстница юныхъ честолюбій: на нее посматриваетъ только взбирающійся; взобравшійся обращается къ ней спиною и смотритъ въ облака, презирая нижнія ступени, по которымъ взбирался.


* * *


Общая участь всѣхъ хвастуновъ: рано ли, поздно ли, а все-таки непремѣнно попадешь въ просакъ.


* * *


То, что мы въ низшихъ величаемъ терпѣніемъ, въ высшихъ -- блѣдная, холодная трусость.


-----


Пусть терпѣніе -- сморенная кляча, да кляча-то эта все-таки дотащится.


-----


Когда ничто не возмущаетъ терпѣнія, оно не трудно: что за мудрость быть кроткимъ, когда нѣтъ никакой причины негодовать? Слыша вопли бѣднаго, совершенно растерзаннаго бѣдствіями, мы уговариваемъ его успокоиться; но отяжелѣй надъ нами такое же несчастіе -- и мы примемся стенать такъ же, или даже и болѣе.


-----


Всѣ считаютъ долгомъ проповѣдывать терпѣніе тому, кто корчится подъ гнетомъ скорби, и ни у кого нѣтъ ни силъ, ни способности самому быть такъ доблестнымъ, испытывая то же.


-----


Какой мудрецъ могъ когда нибудь переносить зубную боль терпѣливо, а вѣдь писали они слогомъ боговъ, издѣвались надъ бѣдами и страданіемъ?


* * *


Человѣку хладнокровному легко обвинять пылкость.


* * *


Люди малоговорящіе -- самые храбрые.


-----


Благоразуміе -- лучшая черта храбрости.


* * *


Вѣдь и знатность, хоть она и неприступная медвѣдица, золотомъ часто водятъ за носъ.


* * *


Довольство -- лучшее наше достояніе.


-----


Ничего не пріобрѣтено, все потеряно, если достиженіе желаемаго не дало довольства! Лучше быть тѣмъ, что мы уничтожаемъ, чѣмъ пользоваться плодами уничтоженія безъ увѣренности, въ безпрестанныхъ опасеніяхъ.


-----


Бѣдный и довольный -- богатъ, очень богатъ; но и безконечныя богатства, какъ зима, безплодны для того, кто безпрестанно опасается сдѣлаться нищимъ.


-----


Безъ довольства и самое лучшее состояніе -- мучительнѣе, безотраднѣе, хуже и самаго худшаго, но довольнаго.


* * *


Экая жалость, что у щедрости нѣтъ глазъ и на затылкѣ: тогда не гибли бы люди отъ излишней доброты!


* * *


Человѣкъ поневолѣ долженъ покоряться судьбѣ: противиться и вѣтру, и приливу -- безумно.


-----


Весьма немногіе умѣютъ сообразоваться съ звѣздой своей.


-----


Никто не уклонится отъ предопредѣленія судьбы.


-----


Человѣкъ -- нерѣдко властелинъ судьбы своей.


-----


Какъ бы ни противилась судьба, какъ бы ни казались недостаточными средства -- только конецъ вѣнчаетъ дѣло.


* * *


Здоровье -- дороже золота.


* * *


О, горькій обманъ болѣзни! Упорствуя, жестокія страданія доводятъ, наконецъ, до того, что и не чувствуются.


-----


Въ жестокихъ болѣзняхъ все замедляющее, какъ бы оно ни казалось благоразумнымъ,-- ядъ, а не помощь.


-----


Болѣзни отчаянныя излечиваютъ и средства только отчаянныя, или ужъ ничто.


* * *


Неволи голосъ сиплъ: не можетъ она говорить громко.


-----


Всякая воля отъ чрезмѣрнаго пользованія ею обращается въ неволю. Какъ крысы, алчно пожирающія свою отраву, увлекаемся и мы жаждущимъ грѣхомъ: пьемъ -- и умираемъ.


* * *


Жизнь скучна, какъ дважды пересказанная сказка, надоѣдающая и притупленному уху засыпающаго.


-----


Жизнь коротка; но и эта короткая жизнь -- скачи она на минутной стрѣлкѣ, кончайся съ истеченіемъ часа -- слишкомъ длинна, если мы станемъ расточать ее подлымъ образомъ.


-----


Мысль -- раба жизни, жизнь -- шутъ времени, а время, распоряжающееся цѣлымъ міромъ, должно же когда нибудь остановиться.


-----


Въ жизни всѣхъ людей много такого, что необходимо вытекаетъ изъ временъ усопшихъ, и соображеніе этого даетъ возможность предсказывать довольно близко большую часть событій еще не осуществившихся, скрытыхъ еще въ своихъ сѣмечкахъ, въ своихъ слабыхъ зачаткахъ, но которыя время высидитъ, выведетъ непремѣнно.


-----


Жизнь -- это тѣнь мимолетная, это жалкій комедіантъ, который пробѣснуется, провеличается свой часъ на помостѣ и затѣмъ неслышенъ; это сказка, разсказываемая глупцомъ, полная шума и неистовства, ничего незначущихъ.


-----


Жизнь наша ткется изъ смѣшанной пряжи: и изъ дурной, и изъ хорошей. Наши добродѣтели возгордились бы, еслибъ не смирялись нашими же пороками; наши пороки пришли бы въ отчаяніе, еслибъ не ободрялись нашими же добродѣтелями.


* * *


Кто удержитъ мощную руку смерти?


-----


Кровь -- невѣрное основаніе: смертью другого не упрочишь своей жизни.


-----


Рѣчь умирающаго вынуждаетъ вниманіе, какъ глубокая гармонія. Когда ужъ такъ немного остается словъ, они рѣдко высказываются безъ пользы, потому что слова того, кто говоритъ, съ трудомъ переводя дыханіе, дышатъ истиной. Человѣка, которому скоро не говорить, слушаютъ скорѣй, чѣмъ того, кому еще льстятъ и юность, и довольство; на кончину обращаютъ больше вниманія, чѣмъ на всю предшествовавшую жизнь. Закатъ солнца, послѣдніе аккорды музыки, какъ послѣдній кусокъ сладкаго -- сладчайшіе послѣдки, врѣзываются въ память сильнѣе давно прошедшаго.


-----


Какъ ни бѣдна смерть, но она кончаетъ смертельныя скорби.


-----


Самое худшее -- смерть, а смерть всегда возьметъ свое.


-----


Никто изъ людей не удовольствуется ничѣмъ, пока не успокоится, перейдя въ ничто.


-----


Смерть разрѣшаетъ всѣ обязательства.


-----


О, еслибъ можно было читать въ книгѣ судебъ, видѣть, какъ перевороты временъ сравниваютъ горы, какъ материки, прискучивъ своей постоянной твердостью, распускаются въ океаны, какъ, въ иныя времена, береговой поясъ океана вдругъ дѣлается слишкомъ широкимъ для чреслъ Нептуна, какъ издѣваются случайности, и перемѣны наполняютъ чашу измѣнчивости все разными жидкостями -- о, когда бы это было возможно, и счастливѣйшій юноша, обозрѣвая свой путь, видя сколько миновало опасностей и сколько еще крестовъ впереди -- захлопнулъ бы книгу, и сѣлъ бы поодаль, да и умеръ!..


-----


Смерть -- добрый посредникъ всѣхъ человѣческихъ бѣдствій.


-----


И короли, и могущественнѣйшіе властители должны умереть -- таковъ ужъ конецъ всѣхъ суетъ человѣка.


-----


Тотъ, кто рѣшился умереть отъ собственной руки -- не устрашится смерти и отъ руки другого.


-----


Смерть -- лучше жизни мученій.


-----


Трусы умираютъ много разъ и до смерти; мужественный извѣдываетъ смерть только разъ.


-----


Умереть -- заснуть -- не больше, и зная, что сномъ этимъ мы кончаемъ всѣ скорби, тысячи естественныхъ, унаслѣдованныхъ тѣломъ противностей -- конецъ желаннѣйшій! Умереть -- заснуть... Заснуть! Но можетъ быть и сны видѣть?-- Вотъ препона... Какія могутъ быть сновидѣнья въ этомъ смертномъ снѣ, когда мы стряхнемъ съ себя земныя тревоги,-- вотъ что останавливаетъ насъ, вотъ что дѣлаетъ бѣдствія такъ долговѣчными... Иначе кто же сталъ бы сносить бичеванье, издѣвки современности, гнетъ властолюбцевъ, обиды горделивыхъ, муки любви отвергнутой, законовъ бездѣйствіе, судовъ своевольство, ляганье, которымъ терпѣливое достоинство угощается недостойными, когда самъ однимъ ударомъ кинжала можетъ отъ всего этого избавиться? Кто, крехтя и потѣя, несъ бы бремя тягостной жизни, еслибы страхъ чего-то по смерти, безвѣстная страна, изъ-за предѣловъ которой не возвращался еще ни одинъ изъ странниковъ, не смущали воли, не заставляли скорѣй сносить удручающія насъ бѣдствія, чѣмъ бѣжать къ другимъ, невѣдомымъ? Такъ всѣхъ насъ совѣсть дѣлаетъ трусами; такъ блекнетъ естественный румянецъ рѣшимости отъ тусклаго напора размышленья, и замыслы великой важности совращаются съ пути, утрачиваютъ названіе дѣяній.


-----


И частный человѣкъ обязанъ всѣми силами ума ограждать свою жизнь отъ всего вреднаго -- тѣмъ болѣе тотъ, отъ кого зависятъ жизнь и спокойствіе тысячей. Монархъ умираетъ не одинъ: какъ водоворотъ, онъ увлекаетъ за собой все близкое; это громадное, стоящее на вершинѣ высочайшей горы колесо, къ огромнымъ зубцамъ котораго прилажены, прикрѣплены тысячи меньшихъ предметовъ; пало оно -- гибнетъ и все, что съ нимъ соединялось, каждый малѣйшій придатокъ. Вздохъ короля никогда не бываетъ одинокъ: всегда сопровождается стономъ всего народа.


-----


Ощущеніе смерти -- болѣе всего вѣдь въ опасеніи: въ отношеніи же физической боли, и бѣдный жукъ, на котораго мы наступаемъ, подвергается такимъ же, какъ и гигантъ, предсмертнымъ страданіямъ.


-----


И тягчайшая, горестнѣйшая жизнь, на какую только могутъ осудить лѣта, болѣзни, нищета и заключеніе -- рай въ сравненіи съ тѣмъ, чего мы боимся въ смерти.


-----


Какъ часто въ предсмертный часъ бываютъ люди веселы, и ухаживающіе за ними называютъ это предсмертной зарницей.


* * *


## ОТДѢЛЪ ВТОРОЙ


## СЕМЬЯ. ОБЩЕСТВО. НАРОДЪ. ГОСУДАРСТВО.


Бракъ.-- Женщина -- Мужчина.-- Общество.-- Народъ.-- Государство.-- Законъ.-- Верховная власть.-- Политическіе перевороты.-- Война.-- Религія.


-----


Бракъ принужденный -- адъ, вѣкъ раздора, безконечныхъ ссоръ, тогда какъ бракъ по любви -- благословеніе, преддверіе рая.


-----


Сынъ имѣетъ, конечно, право выбирать себѣ жену; но вѣдь и отецъ, поставляющій все свое счастіе въ достойномъ потомствѣ, въ правѣ участвовать хоть совѣтомъ въ такомъ дѣлѣ.


-----


Въ любви все устроивается самимъ небомъ: деньгами пріобрѣтаются земли, а женъ даетъ судьба.


-----


Каждый, дожившій до бороды -- если только впряженъ въ брачное ярмо -- тянетъ ту же лямку: милліоны спятъ преспокойно на постеляхъ, доступныхъ всѣмъ, въ полной увѣренности, что онѣ доступны только имъ.


* * *


Языкъ женщинъ -- страшный соблазнитель.


-----


Гордиться -- женщинъ заставляетъ часто красота.


-----


Удивляться имъ заставляетъ болѣе всего ихъ добродѣтель.


-----


Скромность и кротость дѣлаетъ ихъ почти божественными.


-----


Сердце женщины всегда любило величіе, богатство, властвованіе.


-----


Какъ легко и самому слабодушному мужчинѣ укротить и самую взбалмошную женщину, оставшись съ нею съ глазу на глазъ!


-----


Раздраженная женщина -- то же, что взмученный источникъ, лишенный и красоты, и прозрачности, мутный, грязный: въ это время никто, какъ бы ни была велика жажда, не прикоснется устами къ струямъ его, не проглотитъ и малѣйшей его капли.


-----


Самое лучшее время для обольщенія замужней женщины-время ея размолвки съ мужемъ.


-----


Честь дѣвушки -- все ея богатство: она дороже всякаго наслѣдства.


-----


Женщины -- картинки внѣ дома, колокола въ спальняхъ и гостиныхъ, дикія кошки въ кухняхъ, святыя, когда оскорбляютъ, чертовки, когда оскорблены, шутихи въ хозяйствѣ и хозяйки въ постелѣ.


-----


Такова ужъ кара всѣхъ прелестницъ: надуютъ сотни -- и непремѣнно надуются какимъ нибудь однимъ.


-----


Беременѣй земля отъ женскихъ слезъ -- каждая ея слезинка порождала бы крокодила.


-----


Не знаю, какая жена не приставитъ своему мужу рога изъ-за того, чтобъ сдѣлать его властелиномъ міра?


-----


Если жены падаютъ, такъ всегда по милости самихъ же мужей.


-----


Вѣдь дѣвушки часто, изъ одного только приличія, говорятъ нѣтъ, желая, чтобъ это нѣтъ приняли за да.


-----


Нѣмые брилліанты часто дѣйствуютъ на женскій умъ сильнѣе всякаго краснорѣчія.


-----


Женщина иногда отвергаетъ и то, чего страстно желаетъ. Если она сердится -- это не отъ ненависти къ вамъ: скорѣй изъ желанія сдѣлать васъ еще влюбленнѣе; бранитъ -- это не значитъ еще, чтобы желала избавиться вашего присутствія: послушаніе въ такихъ случаяхъ приводитъ ее просто въ бѣшенство. Что бы она ни говорила -- не отчаявайтесь, потому что и говоря: подите! она не говоритъ еще: подите вонъ! Льстите, хвалите, превозносите красоту ея; будь она чернѣй даже ночи -- увѣряйте, что она свѣтлѣе дня. Человѣкъ, одаренный языкомъ,-- не человѣкъ, если не съумѣетъ плѣнить имъ женщину.


-----


Не вѣчная ли это насмѣшка любви, что женщина не можетъ любить того, кто любитъ ее?


-----


Перемѣной одежды женщина не унижаетъ еще себя такъ, какъ мужчина перемѣной чувствъ.


-----


Какъ трудно женщинѣ хранить тайну!


-----


Какъ слабо сердце женщины!


-----


Женщины и въ счастіи не слишкомъ тверды, а несчастіе соблазнитъ и цѣломудреннѣйшую весталку.


-----


Женщина -- блюдо для боговъ, если только дьяволъ не приправитъ ее по своему.


-----


Повергай измѣна женъ всѣхъ мужей въ отчаяніе -- десятая часть человѣческаго рода перевѣшалась бы.


-----


Женщины -- ангелы, пока ищутъ еще любви ихъ; добились -- кончено!


-----


И безстыдная женщина, принявшая ухватки мужчины, не такъ противна, какъ обабившійся мужчина въ такое время, когда нужны дѣла.


-----


Чего не задумываютъ, не замышляютъ, не придумываютъ жены? А заберутъ что въ голову -- исполнятъ во что бы ни стало.


-----


Покажи мнѣ женщину, превосходящую красотой всѣхъ другихъ,-- и ея красота будетъ только напоминаніемъ о превосходящей и эту превосходящую всѣхъ.


-----


И женщинамъ падать позволительно, когда мужчины такъ непостоянны.


-----


Какъ легко красивому негодяю оттиснуть свой образъ на восковомъ сердцѣ женщины! Ахъ, виноваты тутъ не мы, а наша слабость: таковы ужъ мы, потому что такъ созданы.


-----


Женщина должна выходить всегда за старшаго себя: съ такимъ она свыкается. Наши привязанности, какъ мы тамъ ни превозносимъ себя, слабѣе, непостояннѣй, требовательнѣй, измѣнчивѣй, чѣмъ женскія.


-----


Женщины вѣдь -- розы: только что распустятся -- тотчасъ и осыпаются.


-----


Никакая сваха въ мірѣ не отрекомендуетъ мужчину женщинѣ лучше молвы о его храбрости.


-----


Слабость, твое имя -- женщина!


-----


И осторожнѣйшая дѣва неосторожна, разоблачая красы свои передъ мѣсяцемъ.


-----


Адъ коварный, если ты можешь бунтовать и въ костяхъ пожилой женщины -- отчего же и добродѣтели пламенной юности не быть воскомъ, не таять отъ собственнаго огня?


-----


Языкъ насмѣшливыхъ женщинъ остръ, какъ незримое остріе бритвы, перерѣзывающее и тончайшій, едва замѣтный волосокъ.


-----


Темнота всегда вѣдь дѣлаетъ женщинъ сговорчивѣе.


-----


Не родилась еще красивая женщина, которая не гримасничала бы передъ зеркаломъ.


-----


И въ нечистомъ -- свойственное ему безобразіе не такъ ужасно, какъ въ женщинѣ!


-----


Платите и по милліону за каждую драхму женскаго тѣла -- не охраните его и тѣмъ отъ порчи.


-----


Въ человѣкѣ нѣтъ ничего клонящагося къ пороку, что бы не было въ немъ частью женщины: будь это лживость -- часть это, знайте, женщины; льстивость -- ея; лукавство -- ея; грязные, похотливые помыслы -- ея, ея; мстительность -- ея; честолюбіе, жадность, причудливость, высокомѣріе, мелочность, клевета, перемѣнчивость, все порочное, что только можно поименовать, или, нѣтъ, что только аду извѣстно, все -- долею или цѣликомъ, и скорѣе цѣликомъ -- ея; потому что даже и въ порокѣ она непостоянна -- мѣняетъ и минуту только существующее на несуществующее и полминуты.


-----


Дѣвы -- май, пока дѣвы еще, но погода измѣняется, какъ только сдѣлаются женами.


-----


Запри женскому уму дверь -- выпорхнетъ онъ въ окно; запри окно -- проскользнетъ въ замочную скважину; заткни ее -- вылетитъ вмѣстѣ съ дымомъ въ трубу.


-----


Женщинѣ, которая не съумѣетъ свалить свою вину на мужа, никогда не позволяйте самой кормить свое дѣтище, потому что такая выкормитъ непремѣнно дурака.


-----


Кто же проникнетъ женщину?...


* * *


О, что же это за странныя созданія мужчины! Какъ наслаждаются они и тѣмъ, что ненавидятъ, когда черная ночь издѣвается надъ дерзкимъ упованіемъ обманутой фантазіи! Какъ восторгается сладострастіе ихъ и тѣмъ, чѣмъ гнушается, когда принимаетъ его за то, что далеко!


-----


Слезы мужчинѣ -- неприличны.


-----


Мужчины -- апрѣль, когда ухаживаютъ, декабрь -- когда женятся.


-----


Какъ будто мужчина можетъ послушаться женщины, безъ того, чтобъ изъ этого не вышло какой нибудь пакости?


-----


Мужа не узнаешь и въ годъ, и въ два. Всѣ они -- желудки, а мы -- пища: они жадно поглощаютъ насъ, а насытятся -- изрыгаютъ.


-----


Мужья черезчуръ ужъ иногда довѣрчивы.


* * *


И благоразумное и глупое обращеніе заимствуется людьми, какъ заразительныя болѣзни, другъ отъ друга: потому-то всякій и долженъ беречься своего общества.


* * *


Сколько было великихъ людей, которые льстили народу, и народъ все-таки не любилъ ихъ; сколько было и такихъ, которыхъ онъ любилъ, самъ не зная за что!


-----


Выказывать, что желаешь непріязни, ненависти народа -- такъ же дурно, какъ и добиваться его любви, столь противнымъ для него, ухаживаніемъ за нимъ.


-----


Неблагодарность -- чудовищна; и народъ, если онъ неблагодаренъ -- чудовище.


* * *


Государство -- верховая лошадь правителя, и новичекъ, чтобы показать власть свою, тотчасъ же даетъ ей чувствовать шпоры.


-----


Междоусобіе -- ядовитый червь, грызущій нѣдра государства.


* * *


Когда законъ не защищаетъ права -- къ чему-жъ ему воспрещать и неправое?


-----


Милосердіе -- добродѣтель закона.


-----


Только тираны дѣлаютъ его жестокимъ.


-----


Сущность закона -- человѣколюбіе.


-----


Не слѣдуетъ обращать законъ въ огородное чучело для устрашенія только хищныхъ птицъ и оставлять недвижнымъ, пока привычка не сдѣлаетъ его, вмѣсто пугала, ихъ насѣстью.


-----


И на судѣ, произносящемъ смертные приговоры, между двѣнадцатью присяжными можетъ быть воръ, пожалуй и два, гораздо виновнѣйшіе подсудимаго; но вѣдь судъ караетъ только то, что передъ нимъ обнаружено. Какое дѣло закону, что воры осуждаютъ воровъ? Понятно: нашли брилліантъ -- останавливаемся, поднимаемъ, потому что видимъ его; то же, чего не видимъ, попираемъ ногами -- никогда оно и въ голову не придетъ намъ.


-----


И воровъ, какъ бы ни была очевидна вина ихъ, не судятъ заочно.


* * *


Государство безъ головы, какъ домъ безъ кровли, скоро разваливается.


-----


Скипетръ, вырванный мятежной рукой, можно удержать только такимъ же насильствомъ, какимъ онъ добытъ, и тотъ, кто стоитъ на скользкой вершинѣ, хватается за всякую опору, какъ бы гнусна она ни была.


-----


Тотъ, кто обагряетъ свою безопасность праведной кровью, находитъ только кровавую безопасность и притомъ ложную. Это гнусное злодѣяніе охладитъ къ нему сердца всего народа, заморозитъ его любовь къ нему до того, что народъ обрадуется и самомалѣйшему предлогу свергнуть его владычество; каждому естественному явленію на небѣ, каждой игрѣ природы, каждой невзгодѣ, самому обыкновенному событію онъ придастъ сверхъестественное значеніе: назоветъ метеоромъ, чудомъ, знаменіемъ, гласомъ неба!..


-----


О, въ томъ-то и страшная кара королей, что имъ служатъ рабы, которые вздорный капризъ принимаютъ тотчасъ же за повелѣніе вторгнуться въ тайникъ жизни; простое мановеніе -- за законъ; воображаютъ, что понимаютъ, отгадываютъ мысль грознаго владыки, когда онъ хмурится, можетъ быть, безъ всякой причины -- такъ, просто изъ прихоти.


-----


И всѣ воды суроваго, бурнаго океана не смоютъ мѵра съ чела помазанника!..


-----


Примемся разсказывать грустныя повѣсти о кончинахъ королей: какъ тѣ свергнуты съ престола, тѣ убиты на войнѣ, тѣхъ посѣщали духи обезтроненныхъ ими, какъ тѣ отравлены женами, тѣ зарѣзаны во снѣ. Всѣ умерщвлены -- потому что въ вѣнцѣ, обнимающемъ смертное чело короля, живетъ смерть. Сидя тутъ, старая шутиха издѣвается надъ его величіемъ, скалитъ зубы на окружающій его блескъ, позволяетъ какую нибудь минуту разыгрывать коротенькую сценку царствованія, вселять страхъ, мертвить взоромъ, наполняетъ его лживой самоувѣренностью, мечтой, будто это тѣло, служащее оплотомъ нашей жизни -- мѣдь непроницаемая, и наконецъ, обольстивъ его совершенно, приходитъ, прокалываетъ крошечной булавкой стѣны его крѣпости, и -- прощай, король!..


-----


О, сонъ! О, сладостный сонъ! Кроткая нянька природы! Отчего же спускаешься ты въ дымныя лачуги, на жесткія койки, убаюкиваешься жужжаніемъ мухъ охотнѣе, чѣмъ звуками сладостныхъ мелодій въ благоухающихъ чертогахъ великихъ, подъ высокими, великолѣпными пологами? О, глупое божество, зачѣмъ же укладываешься ты съ подлымъ простолюдиномъ на гадкую постель, и бѣжишь королевскаго ложа, какъ часового футляра, или набатнаго колокола? Ты смыкаешь глаза юнги на вершинѣ высокой мачты; ты укачиваешь его чувства въ колыбели бурнаго моря, когда бѣшеные вѣтры, схватывая ярые валы за макушки, взъерошиваютъ ихъ чудовищныя головы, взбрасываютъ ихъ къ чернымъ тучамъ съ такимъ ревомъ и шумомъ, что и самая смерть пробудилась бы! Пристрастный сонъ, ты даруешь успокоеніе промокшему юнгѣ въ такія жестокія мгновенія, и отказываешь въ немъ королю въ самые тихіе, безмолвные часы ночи, когда все зоветъ тебя.-- Спите же, счастливые простолюдины: покой бѣжитъ чела, увѣнчаннаго короной!..


-----


Сколько зла можетъ надѣлать подъ покровомъ царскаго величія человѣкъ, живущій въ сердцѣ монарха, возрастающій въ солнечномъ сіяніи его милостей, если только вздумаетъ употребить во зло любовь своего повелителя!..


-----


Правленіе, какъ бы оно ни дробилось, все-таки хранитъ созвучіе, сливаясь въ полный и естественный финалъ, какъ музыка.


-----


Король -- такой же человѣкъ, какъ и я: онъ слышитъ запахъ фіалки такъ же, какъ я; видитъ небо такъ же, какъ я; всѣ его чувства -- такія же, какъ и у другихъ людей. Отстраните окружающій его блескъ, и въ наготѣ своей онъ явится вамъ просто человѣкомъ. Пусть его наклонности возвышеннѣе нашихъ; но если онѣ начнутъ спускаться, онѣ будутъ спускаться на такихъ же крыльяхъ, какъ и наши; а потому, если онъ увидитъ, какъ мы, что есть причина опасаться -- нѣтъ никакого сомнѣнія, что и его опасенія будутъ точно таковы же, какъ наши. Вотъ поэтому-то никто и не долженъ внушать ему и тѣни страха.


-----


Служба каждаго подданнаго принадлежитъ королю; но душа каждаго подданнаго остается его собственностью.


-----


Эка штука -- досада какого нибудь бѣдняка на государя:-- это страшный выстрѣлъ изъ бузиннаго ружья; это все равно, что заморозить солнце, помахивая на него павлинымъ перышкомъ!..


-----


Отъ сколькихъ сердечныхъ отрадъ, которыми наслаждаются частные люди, короли должны отказаться совершенно!.. И что же имѣютъ короли, чѣмъ бы не пользовались ихъ подданные, кромѣ внѣшней царственности? И что же такое ты, идолъ -- царственность? Что ты за божество, когда терпишь отъ земныхъ нуждъ болѣе, чѣмъ твои поклонники? Какія твои выгоды, какіе доходы? О, открой же мнѣ настоящее свое значеніе! Ты просто: санъ, степень, форма, приводящая другихъ въ страхъ и трепетъ; но и приводя въ трепетъ, ты все-таки менѣе счастливо, чѣмъ тѣ, которые трепещутъ. Не ядомъ ли лести упиваешься ты зачастую, вмѣсто сладостнаго уваженія? О, захворай только, гордое величіе, и повели своей царственности уврачевать тебя! Не воображаешь ли, что жгучая горячка испугается и скроется отъ титлъ, которыми ублажаетъ тебя ласкательство, и уступитъ низкому присѣданью и изгибанью? Можешь ли ты, повелѣвая колѣнами нищаго, воспользоваться и его здоровьемъ?


-----


Ни помазаніе, ни скипетръ, ни держава, ни мечъ, ни жезлъ, ни корона, ни одежды, сотканныя изъ злата и перловъ, ни напыщенныя титла, предшествующія королю, ни тронъ, на которомъ онъ сидитъ, ни приливъ блеска, бьющій въ высокій берегъ этого міра, ни все это вмѣстѣ, трижды велелѣпная царственность, ни все это вмѣстѣ, и на роскошнѣйшемъ ложѣ, не даетъ тебѣ сна такъ крѣпкаго, какъ сонъ бѣдняка, который, набивъ животъ сквернѣйшимъ хлѣбомъ, ложится себѣ съ головой, ничѣмъ не озабоченной. Никогда не видитъ онъ ужасной ночи, этой дщери ада; пропотѣвъ, какъ батракъ, отъ восхода до заката на глазахъ Феба, онъ просыпаетъ ее всю на пролетъ, встаетъ на другой день съ разсвѣтомъ -- и такъ, трудясь всегда не безъ пользы для себя, идетъ себѣ за вѣчно-бѣгущимъ годомъ къ своей могилѣ. И этотъ бѣднякъ, который проводитъ всѣ дни въ работѣ и просыпаетъ всѣ ночи, счастливѣе короля, не смотря на все его величіе. Этотъ рабъ -- членъ общественнаго мира: онъ наслаждается имъ, и грубый мозгъ его не вѣдаетъ, сколькихъ безсонныхъ ночей стоитъ королю сохраненіе этого мира, которымъ простолюдинъ пользуется все-таки болѣе его.


-----


Горе странѣ, управляемой ребенкомъ!


-----


Дурно, когда скипетръ -- въ рукахъ ребенка; но еще дурнѣе, когда зависть родитъ жестокосердую вражду: смуты и гибель тогда неизбѣжны.


-----


Быть королевой въ неволѣ гораздо унизительнѣе, чѣмъ быть рабой въ самомъ низкомъ рабствѣ: властители должны быть свободны.


-----


Неспособенъ повелѣвать и править народомъ тотъ, кто не смѣетъ, или не можетъ справиться съ измѣнникомъ.


-----


Похитители престола не могутъ царствовать покойно безъ мощныхъ союзовъ съ иноземными державами.


-----


Похитители могутъ, конечно, овладѣвать на время браздами правленія, но небо правосудно, и время караетъ неправду.


-----


Чѣмъ меньше сподвижниковъ, тѣмъ больше славы.


-----


Мы не должны отрывать народъ отъ нашихъ законовъ, не должны приковывать его къ нашему произволу.


-----


Царскія добродѣтели: правосудіе, правдивость, умѣренность, твердость, милосердіе, постоянство, кротость, богобоязненность, терпѣніе, храбрость, мужество.


-----


Безмѣрное сластолюбіе -- то же тиранство: оно бывало причиной безпременнаго упраздненія многихъ, безъ того счастливыхъ троновъ, паденія многихъ королей.


-----


Извѣстно издревле, что добивающійся власти любимъ до минуты достиженія; сходящій съ поприща, никогда не пользовавшійся любовью, пока заслуживалъ ее, дѣлается предметомъ обожанія, какъ только исчезнетъ.


-----


Короли, когда дѣти ихъ не отличаются доблестями, такъ же несчастны, какъ и теряя ихъ, когда они начинаютъ обнаруживать хорошія качества.


-----


Добродѣтелей отъ двора не выстегиваютъ: за ними, чтобъ удержать ихъ при немъ, всячески ухаживаютъ, а онѣ все-таки не уживаются тамъ.


-----


Предусмотрительность бдительнаго правительства знаетъ почти каждое зерно Плутусова золота, находитъ дно въ неизмѣримыхъ глубяхъ, слѣдитъ за мыслью и разоблачаетъ помыслы даже и въ нѣмотствующей еще незрѣлости ихъ. Въ духѣ правленія есть таинство, котораго никогда не проникаетъ исторія, дѣйствія котораго такъ божественны, что ни дыханіе, ни перо не могутъ передать ихъ.


-----


Честь обязана быть откровенной, когда царственность впадаетъ въ безуміе.


-----


Милосердіе не вынуждается: оно падаетъ, какъ съ неба теплый дождь на долы; оно украшаетъ монарха на престолѣ болѣе, чѣмъ его корона; скипетръ его показываетъ только силу временного могущества: онъ -- знакъ только власти и величія, внушающій и страхъ, и благоговѣніе къ властителямъ; но милосердіе выше -- оно царитъ въ самыхъ сердцахъ царей, оно знакъ самого Бога, и земная власть тогда только наиболѣе и уподобляется Божіей, когда приправляетъ правосудіе милосердіемъ.


-----


Царь, такъ же, какъ твой санъ, должны быть царственны и твои помыслы! Меркнетъ развѣ солнце оттого, что комары передъ нимъ толкутся? Орелъ дозволяетъ мелкимъ пташкамъ распѣвать и не тревожится, что бы онѣ тамъ ни щебетали, зная, что и одной уже тѣнью крыла своего можетъ, когда угодно, заставить ихъ умолкнуть.


-----


Ругается тотъ надъ царемъ, кто льститъ ему, потому что лесть -- мѣхъ, вздувающій пороки; тотъ, кому льстятъ -- только искра, которой это раздуванье даетъ и пылъ, и пламя; тогда какъ почтительное, дѣльное осужденіе приноситъ царямъ пользу, потому что и они вѣдь люди и могутъ ошибаться.


-----


Страхи тирановъ не умаляются, а ростутъ быстрѣе, чѣмъ годы.


-----


О, какъ же возрастаетъ царственное величіе, когда вспыхиваетъ драгоцѣнная кровь королей!


* * *


Бунтъ никогда не преуспѣваетъ.


-----


Безпечность благопріятствуетъ заговору.


-----


И когда же недоставало возмущенію злорадостныхъ нищихъ, которые жаждутъ смутъ и кровопролитій!


-----


Никогда возмущеніе не избѣгаетъ должной кары.


* * *


И въ мирное время, хотя бы не было въ виду никакой войны, королевство не должно погружаться въ бездѣйственное усыпленіе -- должно, напротивъ, постоянно заниматься сборами, смотрами и укрѣпленіями, какъ бы ожидало войны.


-----


Готовясь къ оборонѣ, всегда лучше предполагать врага далеко сильнѣйшимъ, чѣмъ онъ кажется, потому что такимъ образомъ оборона приметъ должные размѣры; пренебреженіемъ же такъ легко уподобиться скрягѣ, который, сберегая какой нибудь лоскутокъ, портитъ цѣлое платье.


-----


Правило войны: пользоваться всѣми возможными выгодами.


-----


Чѣмъ сильнѣй отпоръ, тѣмъ славнѣй побѣда.


-----


Всякая неудача будетъ виной главнокомандующаго, хотя бы онъ и сдѣлалъ все, что только въ силахъ человѣка.


-----


Кровь на челѣ воина краше позолоты на его трофеяхъ. И грудь Гекубы, когда она кормила Гектора, не была такъ прекрасна, какъ чело Гектора, когда въ битвѣ оно съ презрѣніемъ плевало кровью на мечи грековъ.


-----


Подчиненному не слѣдуетъ слишкомъ уже отличаться: для него, зачастую, и бездѣйствіе лучше громкихъ подвиговъ въ отсутствіи начальника. Кто на войнѣ успѣваетъ болѣе своего начальника, тотъ дѣлается какъ бы начальникомъ своего начальника, а честолюбіе, добродѣтель воина, всегда предпочтетъ и уронъ побѣдѣ, затемняющей его собственную славу.


-----


Удача и неудача -- чисто военное счастіе.


-----


Побѣда -- вдвойнѣ, когда побѣдитель приводитъ домой почти что всѣхъ.


* * *


Божественное начало видно во всѣхъ твореніяхъ: и люди, и птицы, и все стремится въ высоту.


-----


Какъ часто помощь, которой мы молимъ у неба, -- въ насъ самихъ: оно даровало намъ полную свободу, и только слабымъ желаніямъ, когда мы сами слабодушны и бездѣйственны -- становитъ оно препятствія.


-----


Утѣшеніе -- на небѣ, а мы на землѣ, гдѣ не живетъ ничего, кромѣ крестовъ, заботъ и печалей.


-----


Надобно пользоваться, а не пренебрегать средствами, которыя даруетъ небо: иначе, если небо хочетъ, а мы не хотимъ -- мы отвергаемъ предлагаемыя имъ средства и помощь.


-----


Въ борьбѣ съ ангелами слабый смертный падетъ непремѣнно: небо -- вѣчный заступникъ праваго.


-----


Награда истинной молитвы -- милосердіе.


-----


И неуслышанная молитва бываетъ иногда благодатна.


-----


Слова безъ мыслей никогда до неба не доходятъ.


-----


Всемогущій Содѣятель всего дѣлаетъ нерѣдко и самыя слабыя созданія свершителями величайшаго: такъ, мы читаемъ въ священномъ писаніи, что дѣти обнаруживали мудрость тамъ, гдѣ мудрецы оказывались дѣтьми. Простые источники разливались морями, а огромныя моря высыхали, тогда какъ чудеса положительно отрицались великими міра сего.


-----


Мы не можемъ равняться съ Тѣмъ, отъ Кого ничто не скрыто; мы судимъ по однѣмъ только видимостямъ, и такъ тщеславны, что помощь, ниспосылаемую небомъ, приписываемъ по большей части человѣку.


-----


Говорятъ, времена чудесъ прошли; у насъ есть даже философы, чтобъ превращать сверхъестественныя, неизъяснимыя явленія въ самыя обыкновенныя, почти домашнія событія. Отъ этого мы смѣемся надъ ужасами, уходимъ въ окопы мнимаго знанія, когда слѣдовало бы подчиниться непостижимому.


-----


Кто не трогается раскаяніемъ -- не принадлежитъ ни землѣ, ни небу, потому что земля и небо прощаютъ: раскаяніе смягчаетъ даже и гнѣвъ Предвѣчнаго.


-----


Богослуженіе, преувеличивающее значеніе божества -- идолопоклонство.


-----


Опрометчивость иногда полезнѣе и самыхъ обдуманныхъ плановъ, и это доказываетъ, что есть божество, которое обдѣлываетъ наши предначертанія, какъ бы мы грубо ихъ ни обтесали.


-----


* * *


## ОТДѢЛЪ ТРЕТІЙ


## РАЗНЫЯ ИЗРЕЧЕНІЯ.


Сильнѣй чѣмъ въ комъ -- работаетъ воображеніе въ слабыхъ.


* * *


Кто же сдержитъ огонь въ рукахъ, воображая о ледяномъ Кавказѣ? притупитъ жало голода мыслью о пиршествѣ? станетъ валяться голый по декабрьскому снѣгу, мечтая о лѣтнемъ зноѣ? Нѣтъ, мысль о прекрасномъ дѣлаетъ дурное еще ощутительнѣй!


* * *


Таковъ развѣ свѣтъ, чтобъ прятать свои дарованія?


* * *


Дарованій не скроешь.


* * *


Отрицаніе своего дарованія -- всегда ручательство таланта.


* * *


Поэзія, какъ камедь, сочится изъ источника своего питанія сама собою.


* * *


Велика сила божественной поэзіи! Вѣдь лютня Орфея звучала струнами поэтовъ -- оттого-то она и смягчала желѣзо и камни, укрощала тигровъ, вызывала изъ неизмѣримыхъ глубинъ громадныхъ левіаѳановъ и заставляла ихъ плясать на песчаныхъ отмеляхъ.


* * *


Музыка создана для того, чтобъ освѣжать духъ, утомленный ученіемъ, или другими свойственными ему работами.


* * *


Нѣтъ ничего настолько упорнаго, твердаго и свирѣпаго, что бы на время не измѣнялось музыкой.


* * *


Тотъ, въ комъ нѣтъ музыки, кто не трогается согласіемъ сладостныхъ звуковъ, способенъ къ измѣнѣ, коварству, хищности; движенія его души темны, какъ ночь, и склонности мрачны, какъ Эребъ. Не довѣряй такому человѣку!..

Не изумительно ли, что актеръ -- въ вымыслѣ, въ грезахъ только страсти -- до того можетъ подчинять свою душу чисто воображаемому, что лицо, отъ волненій ея, блѣднѣетъ, глаза увлажаются слезами, черты дышутъ ужасомъ, голосъ надрывается и все въ немъ вполнѣ соотвѣтствуетъ его представленію? И все это изъ ничего.


* * *


Преступные, сидя въ театрѣ, такъ иногда поражались искуснымъ представленіемъ, что тутъ же оглашали свои злодѣйства: убійство, хоть и не имѣетъ языка, скажется другимъ необыкновеннымъ органомъ.


* * *


Говори монологъ плавно.


* * *


Не разсѣкай черезчуръ воздуха рукою.


* * *


Пользуйся всѣмъ прилично, потому что и въ самомъ потокѣ, въ самой бурѣ, въ самомъ, можно сказать, вихрѣ страсти ты долженъ сохранять смягчающую умѣренность.


* * *


Не будь и слишкомъ вялъ: тутъ твое собственное благоразуміе должно быть твоимъ наставникомъ.


* * *


Согласуй движеніе со словомъ, слово -- съ движеніемъ, но никакъ не переступая за предѣлы естественной простоты; потому что всякая чрезмѣрность противна самому представленію, цѣль котораго, какъ первоначально, такъ и теперь, была и будетъ -- быть какъ бы зеркаломъ природы, показывать добродѣтели ея собственное лицо, пороку -- его собственный образъ, а самому возрасту, самой плоти времени -- ихъ видъ и выраженье.


* * *


Все это преувеличенное, или слишкомъ слабо переданное, хоть и смѣшитъ несвѣдущихъ, не можетъ не оскорблять свѣдущихъ; а сужденіе и одного изъ послѣднихъ должно перевѣшивать цѣлый театръ первыхъ.


* * *


Актеры не могутъ хранить тайны -- все выболтаютъ.


* * *


Есть грѣхи, которые на землѣ въ самихъ же себѣ несутъ и извиненіе.


* * *


Часто, извиняя ошибку, мы увеличиваемъ ее самымъ извиненіемъ: такъ заплата, положенная на крошечную прорѣху, закрывая ее, обезображиваетъ болѣе, чѣмъ сама прорѣха безъ заплати.


* * *


Пока я нищій -- я буду издѣваться и увѣрять, что нѣтъ грѣха, кромѣ богатства; а разбогатѣю -- примусь утверждать, что нѣтъ грѣха, кромѣ бѣдности.


* * *


Всегда сильный -- на сторонѣ сильнѣйшаго.


* * *


Рѣшительныя мѣры дѣлаютъ иногда чудеса.


* * *


Сладкое на вкусъ часто горько, когда проглотишь.


* * *


Что же сдѣлаетъ запоздалый совѣтъ тамъ, гдѣ воля возстаетъ противъ разсудка? Не руководи того, кто самъ себѣ избираетъ дорогу!..


* * *


Сильный огонь перегораетъ скоро. Мелкіе дожди идутъ долго -- сильныя бури кратковременны: кто слишкомъ спѣшитъ съ самаго начала, утомляется прежде времени; кто ѣстъ жадно, давится пищей; легкомысленное тщеславіе и ненасытное прожорство, истощивъ всѣ средства, пожираютъ самихъ себя.


* * *


Заговорите о радости, которую я совершенно утратила -- напомните мнѣ еще живѣй мое горе; заговорите о горѣ, которое овладѣло мной совершенно -- заставите еще сильнѣе почувствовать утрату радости. Къ чему повторять, чего у меня такъ много и жалѣть о томъ, чего недостаетъ мнѣ?


* * *


Лучшія мысли, какъ, напримѣръ, мысли о предметахъ божественныхъ перемѣшиваются съ сомнѣніями, и самому слову священнаго писанія противопоставляютъ его же слово; какъ, напримѣръ: "Придите всѣ дѣти", и потомъ: "Войдти въ царствіе небесное такъ же трудно, какъ пройдти верблюду въ ушко иголки".-- Мысли честолюбивыя хлопочутъ о чудесахъ несбыточныхъ: какъ проложить этими слабыми, ничтожными ногтями дорогу сквозь кремнистыя ребра этого жестокаго міра, сквозь эти стѣны жалкой темницы; убѣждаются въ невозможности -- и умираютъ отъ собственной гордыни. Мысли, стремящіяся къ довольству, льстятъ себѣ, что не онѣ первыя, не онѣ и послѣднія -- рабы счастья: точь-въ-точь, какъ глупые нищіе, которые, сидя въ колодкѣ, оправдываютъ себя тѣмъ, что въ ней сидѣли ужъ и будутъ еще сидѣть многіе, и утѣшаются этой мыслью, перенося свое собственное несчастіе на спины тѣхъ, которые прежде ихъ подвергались тому же.


* * *


Будь круглый годъ все веселые праздники, и празднованіе сдѣлалось бы такъ же скучнымъ, какъ работа; но когда они приходятъ изрѣдка -- какъ желаешь, чтобъ они пришли поскорѣе -- и ничто не нравится болѣе рѣдкихъ неожиданностей.


* * *


Дурныя вѣсти вредятъ даже вѣстнику.


* * *


Передача дурныхъ вѣстей -- неблагодарнѣйшая изъ обязанностей; языкъ передавшаго ихъ и затѣмъ всегда уже звучитъ погребальнымъ колоколомъ, напоминаетъ унылый звонъ по усопшемъ другѣ.


* * *


Честно, но всегда опасно приносить дурныя вѣсти: хорошія снабжай хоть тысячей языковъ, но дурныя -- пусть высказываются сами, когда дадутъ почувствовать себя.


* * *


О, какъ шатко, какъ невѣрно жилище, сооружаемое на сердцахъ толпы!


* * *


Мы -- рабы времени, а время требуетъ дѣйствій.


* * *


Разсматривайте время въ соотношеніи съ его необходимостями -- и вы увидите, что васъ гнететъ не король, а время.


* * *


Гнилое не терпитъ прикосновенія.


* * *


Чѣмъ плодороднѣе почва, тѣмъ болѣе плевелъ.


* * *


Рѣдко оставляетъ пчела и мертвую падаль, однажды положивъ въ нее свои соты.


* * *


Земляника ростетъ и подъ крапивой.


* * *


Обернитесь -- и остановите преслѣдованіе: вѣдь трусливыя собаки лаютъ всего сильнѣе, когда то, чему онѣ грозятъ, бѣжитъ далеко передъ ними.


* * *


Какая узда удержитъ ярое своевольство, когда оно бѣшено несется подъ гору?


* * *


Отдай и дьяволу должное!


* * *


Люди могутъ мириться съ непріятностями настоящаго -- примѣромъ другихъ: это успокоиваетъ духъ.


* * *


Всѣ оскорбленія выходятъ изъ сердца.


* * *


Непрошеные гости зачастую пріятны только по уходѣ.


* * *


Работай по своему призванію


* * *


Трудъ, который нравится, перестаетъ быть трудомъ.


* * *


Любимая работа поднимаетъ рано, и мы съ радостью принимаемся за нее.


* * *


Повинуйся, кто не умѣетъ повелѣвать.


* * *


И малѣйшій червякъ корчится, когда его давятъ, и голубь клюется, защищая птенцовъ своихъ.


* * *


Небольшой огонь затоптать не трудно, но дай ему разгорѣться -- не затушишь и рѣками.


* * *


Ни на что не похоже -- запирать орловъ, тогда какъ ястребы и коршуны хищничаютъ себѣ на свободѣ.


* * *


Проклятія никогда не переходятъ за уста, ихъ изрекающія.


* * *


Человѣкъ инстинктивно предчувствуетъ наступающую опасность.


* * *


И стѣны имѣютъ уши.


* * *


Раннія весны всегда укорачиваютъ лѣто.


* * *


Взбираясь на крутизну, главное не спѣшить съ самаго начала; запальчивость -- заносчивая лошадь: дайте ей волю, и она истощитъ себя своей же собственной пылкостью.


* * *


Отъ излишней стремительности можно обогнать то, за чѣмъ гонишься и, обогнавши, не догнать. Развѣ вы не знаете, что огонь, заставляя жидкость перебѣгать черезъ край, уменьшаетъ ее, хотя, повидимому, и увеличиваетъ?


* * *


Дѣло обдуманное, приведенное въ исполненіе съ должной осмотрительностью, исключаетъ уже само собою всякое опасеніе; то же, что не имѣло себѣ никакого примѣра, страшитъ послѣдствіями.


* * *


Cuculliis non facit monachum {Клобукъ не дѣлаетъ еще монахомъ.}.


* * *


Безчеловѣчіе -- оскорблять человѣка падающаго.


* * *


Даже и брилліантъ, какъ бы онъ ни былъ прекрасно оправленъ, подъ конецъ все-таки теряетъ блескъ свой: и самое золото, выносящее всякое прикосновеніе, тускнетъ отъ слишкомъ частаго. То же и съ людьми: вѣроломство и развратъ губятъ и лучшихъ.


* * *


Вѣроломству необходимы и нѣжный взглядъ, и льстивое слово.


* * *


Нескромное слово дѣлаетъ дурной поступокъ вдвое дурнѣе.


* * *


Духи мрака говорятъ часто и правду, чтобъ только завлечь въ бѣду, обольщаютъ невинными бездѣлками, чтобъ погубить важнѣйшимъ.


* * *


Новыя почести, какъ новыя платья, сидятъ хорошо, только пообносившись.


* * *


Новыя почести заставляютъ забывать имена.


* * *


Слова расхолаживаютъ только пылъ дѣла.


* * *


Какъ часто хочется возвратить отринутое съ пренебреженіемъ!


* * *


О томъ, чего не воротишь, нечего хлопотать: что сдѣлано, то сдѣлано.


* * *


Когда дѣла достигаютъ послѣдней степени гнусности, все кончается, или приходитъ въ прежній порядокъ.


* * *


Время чревато новостями -- разрождается ими ежеминутно.


* * *


Каждое мгновеніе родитъ новое.


* * *


Время идетъ для разныхъ лицъ различно.


* * *


Страшное разстройство природы -- пользоваться благодѣяніями сна, и въ то же время совершать отправленія бдѣнія.


* * *


Апоплексія -- родъ летаргіи, родъ сонливости крови: все это отъ сильныхъ печалей, отъ чрезмѣрныхъ занятій, отъ потрясеній мозга.


* * *


Стращайте чучелами ребятишекъ!


* * *


Хочешь достигнуть цѣли своего стремленія -- спрашивай вѣжливѣе о дорогѣ, съ которой сбился.


* * *


Наши доблести живутъ въ сужденіяхъ современности, и для мощи, по себѣ весьма похвальной, нѣтъ могилы вѣрнѣе восторженныхъ кликовъ, превозносящихъ то, что она сдѣлала.


* * *


Когда жилы пусты -- кровь наша холодна: намъ противно и утреннее солнце, и мы не расположены ни давать, ни прощать. Не такъ, когда мы наполнимъ каналы, проводящіе нашу кровь, виномъ и пищей -- тогда мы гораздо мягче и податливѣе, чѣмъ въ часы жреческаго пощенія.


* * *


Не хочешь разнѣжиться подобно женщинѣ -- не подпускай къ себѣ ни дѣтей, ни женщинъ.


* * *


Есть разница между червякомъ и бабочкой, а вѣдь бабочка была прежде червякомъ.


* * *


Блестящими способностями мы восхищаемся, конечно, и въ существахъ не такъ чистыхъ, но всегда съ сожалѣніемъ -- тутъ онѣ и доблесть, и предательство.


* * *


Люби всѣхъ, довѣряй немногимъ.


* * *


Пусть порицаютъ тебя за молчаніе -- не бранили бы только за говорливость.


* * *


Необыкновенное кажется невозможнымъ только для того, кто думаетъ объ однѣхъ трудностяхъ и воображаетъ, что то, чего никогда не бывало еще, никогда и не будетъ.


* * *


Мы часто видимъ, что усыновленіе нисколько не уступаетъ рожденію, что выборъ и изъ чуждаго сѣмени рождаетъ намъ родственную вѣтку.


* * *


Снабдилъ Богъ кой-какими дарованьицами -- ихъ нигдѣ не употребишь въ пользу такъ легко, какъ при дворѣ. Кто не умѣетъ шаркнуть ногой, снять шапку, поцѣловать свою руку, сказавъ, не сказать ничего -- у того нѣтъ ни ногъ, ни рукъ, ни губъ, ни даже шапки и, разумѣется, тотъ, говоря опредѣленнѣе, собственно и не годится для двора.


* * *


Иногда мы и въ самой потерѣ находимъ утѣшеніе.


* * *


А иногда и самое пріобрѣтеніе горько оплакиваемъ.


* * *


Похвалы утраченному дѣлаютъ воспоминаніе о немъ еще болѣе тягостнымъ.


* * *


Все хорошо, что хорошо кончится.


* * *


Опрометчивое заблужденіе заставляетъ насъ пренебрегать и лучшимъ изъ всего, что имѣемъ, и мы не знаемъ настоящей цѣны его, пока не увидимъ въ могилѣ.


* * *


Такъ ужъ вѣдь ведется, что того, что имѣемъ мы достойно, пока имъ наслаждаемся, не цѣнимъ; а лишились, утратили -- преувеличиваемъ цѣну его, находимъ въ немъ тогда и то, чего, пока оно было нашимъ, не находили.


* * *


Слова -- всегда слова.


* * *


Доброе имя часто и добывается ни за что, и теряется ни за что: вы нисколько не утратили вашего добраго имени, если только сами не убѣдите себя, что утратили его.


* * *


Доброе имя -- величайшее сокровище какъ мужчины, такъ и женщины. Кто крадетъ у меня кошелекъ -- крадетъ бездѣлицу: что-то обратившееся въ ничто; онъ былъ мой, теперь -- его; онъ былъ уже и до этого рабомъ тысячей. Но кто крадетъ мое доброе имя -- крадетъ то, что не обогащаетъ его нисколько, а меня разоряетъ въ конецъ.


* * *


Въ дѣлахъ и наслажденіяхъ не видишь, какъ уносится время.


* * *


Выигрывающіе всегда смѣются.


* * *


Поднять слабаго -- мало еще: надо затѣмъ и поддержать его.


* * *


Вещи цѣнятся еще и по владѣльцу.


* * *


Искренно хвалятъ только то, что нравится.


* * *


Вѣдь и вселенная -- одно только слово: владѣй ты ею да и отдай въ одно мгновеніе -- и она исчезнетъ какъ разъ.


* * *


Никто не говоритъ такъ дерзко, какъ тотъ, у кого нѣтъ крова: такой готовъ ругаться и надъ дворцами.


* * *


Истинная доблесть -- не мщеніе, а терпѣніе.


* * *


Борьба съ сильнымъ не безчестна.


* * *


Будь ты львомъ -- лисица проведетъ тебя; будь ты ягненкомъ -- лисица съѣстъ тебя; будь лисой -- левъ заподозритъ тебя, по обвиненію даже осла; будь осломъ -- твоя глупость будетъ твоимъ мученіемъ, а ты всегда готовымъ завтракомъ для волка; будь волкомъ -- твоя прожорливость не оставитъ тебя ни на минуту въ покоѣ и тебѣ частехонько придется отваживать самую жизнь изъ за обѣда; будь единорогомъ {Разсказывали, что левъ и единорогъ вѣчно враждовали между собою; что левъ, при встрѣчѣ съ единорогомъ, спѣшилъ тотчасъ же за какое нибудь дерево, и единорогъ, стремительно бросаясь за нимъ, вонзалъ рогъ свой въ дерево и, такимъ образовъ, дѣлался добычей льва.} -- тебя погубятъ гордость и злость, ты сдѣлаешься жертвой своего же собственнаго бѣшенства; будь медвѣдемъ -- тебя убьетъ лошадь; будь лошадью -- тебя растерзаетъ леопардъ; будь леопардомъ -- будешь братомъ льва, и пятна родства твоего сдѣлаются заклятыми врагами твоей жизни: спасеніе будетъ въ удаленіи, защита -- въ отсутствіи. Будь какимъ хочешь животнымъ -- ты все-таки будешь подвластенъ другому животному.


* * *


Странное время: есть слезы для радости и нѣтъ для горя!


* * *


Опасенія приходятъ обыкновенно тогда только, когда ужъ все потеряно.


* * *


Обѣщанія -- совершенно въ духѣ времени: они открываютъ глаза ожиданію; другое дѣло -- исполненіе ихъ: оно почти совсѣмъ вышло изъ употребленія, и если существуетъ, такъ развѣ только между простаками да простолюдинами. Обѣщаніе и вѣжливо, и въ модѣ; исполненіе -- родъ послѣдней воли или духовной, обнаруживающей ужаснѣйшій умственный недугъ того, кто составляетъ ее.


* * *


Подавляемый огонь всегда сильнѣе.


* * *


Опытность пріобрѣтается только дѣятельностью, совершенствуется временемъ.


* * *


Время -- мать и кормилица всего хорошаго.


* * *


Нѣтъ ранъ жесточѣе, наносимыхъ близкими.


* * *


Непостоянство измѣняетъ прежде, чѣмъ начнется.


* * *


Ни каменныя башни, ни чугунныя стѣны, ни душныя темницы, ни тяжкія цѣпи -- ничто не въ состояніи сдержать силъ духа: жизнь, утомившаяся земными оковами, всегда имѣетъ возможность освободить себя.


* * *


И хорошіе доводы должны уступать лучшимъ.


* * *


Подлая чернь, какъ непостоянный флагъ на потокѣ, движется то туда, то сюда, рабски слѣдуя измѣнчивому теченію.


* * *


Всякое время -- время для того, что оно породило.


* * *


Громъ разитъ и невинныхъ.


* * *


Быстрота никого не изумляетъ такъ, какъ нерадивыхъ.


* * *


Тотъ, кто до конца остается вѣренъ падшему властелину, побѣждаетъ и того, кто побѣдилъ властелина -- завоевываетъ себѣ мѣсто въ исторіи.


* * *


Мы, великіе міра сего, часто терпимъ нареканіе за то, что дѣлается другими, и когда падемъ -- отвѣчаемъ и за дѣла другихъ, какъ за собственныя. Въ этомъ отношеніи мы достойны сожалѣнія.


* * *


Когда, въ войнѣ благоразумія со счастіемъ, первое отваживается только на возможное -- его не сломитъ никакая случайность.


* * *


Попалъ паукъ въ кубокъ -- и выпившій изъ него, не зная этого, не ощущаетъ ничего ядовитаго, потому что не было заражено его сознаніе; но покажетъ кто нибудь отвратительную примѣсь, скажетъ, съ чѣмъ онъ выпилъ -- и страшная тошнота надорветъ и грудь, и бока его.


* * *


Безмолвіе невинности убѣждаетъ нерѣдко и тамъ, гдѣ всѣ другія убѣжденія оказались уже тщетными.


* * *


Хвала, когда самъ хвалимый превозноситъ себя, утрачиваетъ всякую цѣну: только то, что восхваляетъ и побѣжденный врагъ, только такая хвала, вполнѣ чистая, превозноситъ.


* * *


И тупой клинъ раскалываетъ твердѣйшій чурбанъ.


* * *


Цѣнность -- никакъ не произволъ всякаго: она опредѣляется не однимъ оцѣнщикомъ, но и достоинствомъ самого цѣнимаго.


* * *


И легкіе челны мчатся быстро, хотя и не врѣзываются такъ глубоко, какъ большіе корабли.


* * *


Чего иные не дѣлаютъ потому, что другіе допускаютъ это!


* * *


Раны, которыя люди сами себѣ наносятъ, врачуются трудно.


* * *


Иногда дѣлается и то, чего не хотѣлось бы; иногда мы сами дѣлаемся для себя демонами, искушая слабыя наши силы, полагаясь на ихъ неизмѣнное могущество.


* * *


Идетъ золото впереди -- всѣ пути открыты.


* * *


Не вдавайтесь и въ извиненіяхъ въ такія же крайности, какъ въ оскорбленіяхъ.


* * *


Огонь подавляется пыломъ другого.


* * *


Закружился -- кружись въ другую сторону.


* * *


Подвергни взоръ свой какой нибудь новой заразѣ -- и жгучій ядъ старой, замретъ.


* * *


Внѣшняя красота еще драгоцѣннѣе, когда прикрываетъ внутреннюю.-- Книга, золотыя застежки которой замыкаютъ золотое содержаніе, пріобрѣтаетъ особенное уваженіе.


* * *


Обдуманно и не спѣша: скоро бѣгущіе спотыкаются.


* * *


Чувство, болѣе богатое содержаніемъ, чѣмъ словами, гордится своей сущностью -- не уборомъ. Нищій -- кто можетъ счесть свои сокровища!..


* * *


Нѣтъ ушей у безумства.


* * *


Каково времячко-то!-- Всякое изреченіе для умной головы -- рѣшительно лайковая перчатка: сейчасъ вотъ изнанку-то и вывернетъ наружу.


* * *


Суждено быть добычей -- такъ лучше ужъ пасть отъ льва, чѣмъ отъ волка.


* * *


Юность чаще покупается, чѣмъ вымаливается или занимается.


* * *


Грозными проклятіями, бойко и зычно изрыгаемыми часто добываютъ такую славу храбрости, какой никогда не добыть самымъ дѣломъ.


* * *


Не давай языка мыслямъ и никакой необдуманной мысли не приводи въ исполненіе.


* * *


Будь со всѣми обходителенъ, но никакъ не за панибрата.


* * *


Друзей испытанныхъ прикрѣпи къ сердцу стальными обручами, но не мозоль руки, подавая ее каждому только что вылупившемуся, еще не оперившемуся знакомцу.


* * *


Избѣгай ссоръ, а поссорившись, держись такъ, чтобы противникъ тебя боялся.


* * *


Слушай всякаго, говори съ немногими.


* * *


Принимай мнѣніе каждаго, удерживая свое собственное.


* * *


Одѣвайся такъ богато, какъ только позволитъ кошелекъ, но не причудливо, -- богато, но не изысканно: платье часто опредѣляетъ человѣка.


* * *


Не занимай и не давай въ займы, потому что ссудой, вмѣстѣ съ нею, нерѣдко утрачивается и другъ, а займомъ притупляется остріе разсчета.


* * *


Будь вѣренъ самому себѣ, изъ чего неминуемо, какъ день за ночью, послѣдуетъ и то, что ни съ кѣмъ не будешь лживъ.


* * *


И дурное, и хорошее -- таково по нашему только о немъ мнѣнію.


* * *


Еслибъ всякаго принимали по заслугамъ -- кто избѣжалъ бы розогъ?


* * *


Набожнымъ видомъ и дѣлами благочестія мы нерѣдко обсахариваемъ и самого даже дьявола.


* * *


Для души благородной и богатѣйшіе дары, съ утратой расположенія дающаго, теряютъ всякую цѣну.


* * *


Благословенъ тотъ, въ комъ кровь и сужденіе соединены такъ благодатно, что онъ не дѣлается дудкой счастія, не издаетъ какихъ ей вздумается звуковъ.


* * *


Плутоватое слово спитъ въ глупомъ ухѣ.


* * *


Ничто не бываетъ постоянно одинаково хорошимъ, потому что и хорошее, дѣлаясь черезчуръ ужъ полнокровнымъ, мретъ отъ своего же преизбытка.


* * *


Червь -- единственный монархъ всего съѣдобнаго; мы откармливаемъ всевозможныхъ животныхъ, чтобъ откормить себя, и сами откармливаемъ себя для червей. Жирный король и тощій нищій -- разныя только подачи, два только блюда къ одному столу.


* * *


То, что намъ хотѣлось бы сдѣлать, надо дѣлать какъ только захотѣлось, потому что это хотѣлось бы измѣнчиво.


* * *


Въ рукѣ, мало работающей, -- чувство, разумѣется, тоньше.


* * *


Тамъ, гдѣ всѣ равно виноваты -- никто не виноватъ.


* * *


Посѣялъ плевелы -- не жди хлѣба.


* * *


Не карая, а дозволяя дурное, мы повелѣваемъ его дѣлать.


* * *


Иные грѣхомъ возвышаются, другіе гибнутъ отъ добродѣтели.


* * *


Прощеніе сплошь да рядомъ родитъ вторую бѣду.


* * *


О, прекрасно имѣть силу исполина, но безчеловѣчно -- исполински ею пользоваться!..


* * *


Великіе міра могутъ трунить и надъ святыми: въ нихъ это называется остроуміемъ, въ низшихъ же -- гнуснымъ нечестіемъ.


* * *


Возможно ли, чтобъ скромность могла соблазнять наши чувства больше, чѣмъ женская легкомысленность?


* * *


Всего опаснѣй искушенье, когда оно гонитъ насъ къ грѣху любовью добродѣтели.


* * *


О, какъ часто мѣсто, санъ высокій, вынуждаете вы своей обстановкой благоговѣніе глупцовъ: подчиняете и умнѣйшихъ лживой своей внѣшности! Напишите: добрый ангелъ -- на рогахъ дьявола,-- и они не будутъ гребнемъ дьявола.


* * *


Ни власть, ни санъ не избавляютъ въ этомъ мірѣ отъ нареканія.


* * *


Кто хочетъ дѣйствовать мечемъ неба, долженъ быть столько же и святъ, сколько строгъ, долженъ сознавать себя образцомъ умѣнья сдерживать благость, давать ходъ "добродѣтели, карать слабости другихъ не сильнѣе и не слабѣе своихъ собственныхъ. Позоръ тому, чья жестокость казнитъ за проступки, имъ самимъ лелѣемые!..


* * *


Стремясь къ лучшему, часто губимъ мы и хорошее.


* * *


Странная нужда наша -- она и дрянь дѣлаетъ драгоцѣнной.


* * *


Тамъ, гдѣ засѣлъ недугъ далеко большій -- меньшій почти и не ощущается. Ты бросишься отъ медвѣдя; но, встрѣтивъ ревущее море, вернешься и въ самую пасть его.


* * *


Повинуются и псу, когда онъ -- при исполненіи своихъ обязанностей.


* * *


Тотъ, кто касается дегтя -- замарается.


* * *


Овца, не слышащая блѣяніе своего ягненка, никогда не отвѣтитъ и на мычанье теленка.


* * *


Ужъ если богатому плуту понадобился бѣдный -- бѣдный можетъ назначать какую ему угодно цѣну.


* * *


Мода болѣе изнашиваетъ нарядовъ, чѣмъ человѣкъ.


* * *


О, какимъ достоинствомъ, какой правдивостью можетъ прикрываться лукавый грѣхъ!..


* * *


Тому, кого можно сбить остротами, никогда не добиться ни до чего хорошаго.


* * *


Довольство и миръ рождаютъ трусовъ, а нужда -- всегдашняя мать отваги.


* * *


Общество -- не облегченье необщительному.


* * *


Иное паденіе -- средство только встать счастливѣе.


* * *


О, какъ полонъ этотъ будничный міръ терній!..


* * *


О, что же это за свѣтъ, когда въ немъ и самое прекрасное отравляетъ надѣленнаго имъ!


* * *


Хорошія при дворѣ манеры такъ же смѣшны въ деревнѣ, какъ деревенскія при дворѣ.


* * *


И обыкновенный палачъ, сердце котораго ожесточилось отъ привычнаго вида смерти, никогда не опускаетъ топора на склоненную выю, не попросивъ прежде прощенія.


* * *


Дурное еще дурнѣе, когда, бывши дурнымъ, еще издѣвается.


* * *


Время -- старый судья.


* * *


И честныя нѣдра рождали дурныхъ сыновей.


* * *


Сомнѣніе въ своемъ достоинствѣ -- малодушное самоуничиженіе.


* * *


Какъ многое бываетъ обязано надлежащей похвалой, должной оцѣнкой только своему своевременному, кстати, проявленію.-- И соловья, пой онъ днемъ, когда всякій гусь гогочетъ, сочли бы пѣвцомъ не лучшимъ крапивника.


* * *


Если нѣтъ друга похвалить -- хвалитъ себя человѣкъ и самъ.


* * *


Время -- * царь людей, и творецъ, и могила ихъ, и даруетъ имъ только то, что само хочетъ, а не то, чего они требуютъ.


* * *


Подтвержденіе истины никогда не излишне, даже и тогда, какъ спитъ всякое сомнѣніе.


## АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ.


Страницы.

Безуміе 73

Благодарность 50

Благородство 48--49

Болѣзнь 78

Боязнь 68

Бракъ 87--88

Бѣшенство 59

Величіе 50--52

Верховная власть 99--107

Война 108--109

Вражда 47

Вѣрность 50

Глупость 72--73

Гнѣвъ 59

Гордость 48

Горе 54--56

Государство 97

Грусть 52

Добро 42--43

Добродѣтель 41--42

Доброта 43

Довольство 76--77

Довѣріе 43--44

Дружба 35--38

Женщина 88--95

Жизнь 79--80

Забота 53

Законъ 97--98

Здоровье 78

Зло 44--47

Злоба 44

Знатность 76

Истина 69--70

Клевета 60--61

Клятва 39--40

Коварство 61

Корысть 59--60

Красота 64

Лесть 70--71

Лицемѣріе --

Ложь 70

Любовь 21--30

Месть 47--48

Милосердіе 64

Молва 39

Молодость 73

Мудрость 62--63

Мужество. 62

Мужчина 95--96

Надежда 30--31

Народъ 97

Наслажденіе 67

Неблагодарность 62

Неволя 79

Невѣжество 72

Ненависть 47

Несчастіе 58

Общество 96

Отчаяніе 59

Печаль 53

Подлость 62

Подозрѣніе 64--65

Политическіе перевороты 107--108

Порицаніе 64

Порокъ 61--62

Правда 38--39

Презрѣніе 71

Преступленіе 66--67

Привычка 33

Природа 9--13

Раздраженіе 66

Равныя изреченія 115--158

Ревность 65--66

Религія 110--112

Самонадѣянность 74

Сердце 20

Скорбь 56--58

Слава 34--35

Слезы 53

Смерть 80--84

Совѣсть 19--20

Сомнѣніе 31

Состраданіе 63

Старость 74

Страданіе 67--68

Страсть 21

Страхъ 69

Судьба 77--78

Счастіе 31--33

Терпѣніе 75--76

Тоска 53

Трусость 68

Увлеченіе 21

Умъ 71--72

Усердіе 52

Хвастовство 75

Хитрость 60

Хладнокровіе 76

Храбрость --

Человѣкъ 13--19

Честность 50

Честолюбіе 74--75

Честь 49--50

Щедрость 77

Ярость 59