# Комедия ошибок

Вильям Шекспир

Перевод А. Л. Соколовского (1894).

## СОЧИНЕНІЯ. ВИЛЬЯМА ШЕКСПИРА


ВЪ ПЕРЕВОДѢ И ОБЪЯСНЕНІИ

А. Л. СОКОЛОВСКАГО.


Съ портретомъ Шекспира, вступительной статьей "Шекспиръ и его значеніе въ литературѣ", съ приложеніемъ историко-критическихъ этюдовъ о каждой пьесѣ и около 3.000 объяснительныхъ примѣчаній


ИМПЕРАТОРСКОЮ АКАДЕМІЕЮ НАУКЪ

переводъ А. Л. Соколовскаго удостоенъ

ПОЛНОЙ ПУШКИНСКОЙ ПРЕМІИ.


ИЗДАНІЕ ВТОРОЕ

пересмотрѣнное и дополненное по новѣйшимъ источникамъ.


ВЪ ДВѢНАДЦАТИ ТОМАХЪ.


## Томъ X.


С.-ПЕТЕРБУРГЪ


ИЗДАНІЕ т-ва А. Ф. МАРКСЪ.


## КОМЕДІЯ ОШИБОКЪ.


"Комедія ошибокъ" была напечатана въ первый разъ въ полномъ собраніи сочиненій Шекспира in folio 1623 года. Для опредѣленія времени, когда пьеса была написана, мы не имѣемъ никакихъ фактическихъ указаній, кромѣ одного, очень, впрочемъ, сомнительнаго. Между множествомъ остротъ и двухсмыеленностей, какими наполнена вся комедія, одно изъ дѣйствующихъ лицъ, близнецъ Дрошо, описывая толстую женщину, говорить, что она похожа на земной піаръ, и что онъ нашелъ на ней всѣ страны, при чемъ на вопросъ: "гдѣ Франція?" отвѣчаетъ: "на лбу" и прибавляетъ: "making war against ѣег heir", т.-е. буквально: она (т.-е. Франція) занята войной со своимъ наслѣдникомъ. Эта безсмысленная фраза была сочтена типографской ошибкой, и потому въ позднѣйшихъ изданіяхъ слово heir было измѣнено на hair -- волосы, причемъ предполагалось, что выраженіе: "лобъ, ведущій войну противъ волосъ" должно было означать лысину. Но одинъ изъ комментаторовъ (Теобальдъ) защищалъ, напротивъ, первую редакцію (heir -- наслѣдникъ), объясняя, что въ фразѣ этой должно видѣть насмѣшливый политическій намекъ на то время, когда Франція во время войнъ лиги съ Генрихомъ Наваррскимъ не хотѣла признать его королемъ. А такъ какъ королева Елисавета вмѣшалась въ это дѣло, принявъ сторону Генриха, въ 1591 году, и вопросъ этотъ долженъ былъ интересовать современную публику, то Теобальдъ вывелъ заключеніе, что комедія съ такимъ намекомъ на интересное политическое событіе, вѣроятно, была написана около этого времени и, слѣдовательно, принадлежитъ къ первоначальнымъ юношескимъ опытамъ Шекспира. Нельзя не сознаться, что предположеніе это очень натянуто; а сверхъ того, оно для опредѣленія времени созданія пьесы едва ли и нужно. Выводъ, что комедія принадлежитъ къ самымъ раннимъ произведеніямъ Шекспира, явствуетъ и безъ того изъ самаго поверхностнаго анализа какъ внутренняго содержанія пьесы, такъ и внѣшней ея постройки. Содержаніе не болѣе, какъ балаганный фарсъ, исключительная цѣль котораго позабавить и насмѣшить публику рядомъ комическихъ сценъ, въ сущности, совершенно неправдоподобныхъ. Правильнаго развитія характеровъ въ пьесѣ нѣтъ и слѣда. Въ рѣчахъ и положеніяхъ дѣйствующихъ лицъ, правда, иногда прорываются мѣткія слова и вѣрныя мысли; но все это отрывочно, не закончено и явно обличаетъ неопытную руку начинающаго автора. Что же касается внѣшней постройки пьесы, то употребленіе въ текстѣ риѳмы и той старинной формы стиха, совершенно оставленной Шекспиромъ впослѣдствіи, которая извѣстна подъ именемъ doggerelrhyme, еще болѣе доказываетъ, что пьеса была однимъ изъ раннихъ Шекспировыхъ произведеній.

Сюжетъ заимствованъ Шекспиромъ изъ комедіи Плавта: "Менехмы", содержаніе которой состоитъ въ слѣдующемъ.

Одинъ сиракузскій купецъ имѣлъ двухъ сыновей-близнецовъ, до того похожихъ другъ на "друга, что ихъ не могли различать сами родители. Когда мальчики (названные Менехмами) достигли семи лѣтъ, то одинъ изъ нихъ былъ украденъ и отвезенъ въ Эпидамнъ, гдѣ попалъ въ руки богатаго тамошняго гражданина, который его воспиталъ и выгодно женилъ. Другой Менехмъ, выросшій дома, захотѣлъ отыскать во что бы то ни стало потеряннаго брата и съ этой цѣлью предпринялъ путешествіе по различнымъ городамъ и странамъ. Случай привелъ его въ Эпидамнъ. Комедія начинается собственно съ этого момента. Постоянный житель Эпидамна, женатый Менехмъ, поссорился съ женой, дѣлавшей ему безпрестанныя сцены ревности, и для того, чтобы ей отомстить, отправился обѣдать къ куртизанкѣ Евротѣ. Какъ разъ въ это время прибылъ въ Эпидамнъ и его братъ-близнецъ. Еврота, встрѣтивъ прибывшаго случайно на улицѣ и принявъ, по чрезвычайному сходству за Менехма изъ Эпидамна, пригласила его въ свой домъ. Затѣмъ начинается цѣлый рядъ забавныхъ комическихъ приключеній, основанныхъ на томъ, что жители Эпидамна и слуга пріѣхавшаго изъ Сиракузъ Менехма, встрѣчая то его, то его брата, постоянно ихъ смѣшиваютъ и ставятъ какъ ихъ, такъ и себя въ самыя запутанныя положенія. Такъ, напримѣръ, жена Менехма изъ Эпидамна, принимая Менехма Сиракузскаго за своего мужа, дѣлаетъ ему сцены ревности. Онъ, ничего не понимая, въ бѣшенствѣ начинаетъ драться. Жена, думая, что мужъ сошелъ съ ума, бѣжитъ за врачомъ. Менехмъ между тѣмъ успѣваетъ скрыться; коіда же врачъ и жена являются назадъ то находятъ вмѣсто убѣжавшаго его брата, настоящаго мужа, и его связываютъ. Комедія оканчивается встрѣчей обоихъ братьевъ, вслѣдствіе чего разъясняется вся путаница. Въ заключеніе оба брата приходятъ въ такой восторгъ отъ желанной встрѣчи, что рѣшаютъ болѣе не разставаться никогда, и оба уѣзжаютъ въ Сиракузы, при чемъ Менехмъ Эиидамискій не только бросаетъ все свое имущество, но даже и жену.

Комедія эта въ томъ видѣ, какъ ее написалъ Плавтъ, конечно, не болѣе, какъ забавный фарсъ, годный для увеселенія публики въ балаганѣ. Если сопоставить съ ней комедію Шекспира, взглянувъ только на ея коренной сюжетъ и весь ходъ дѣйствія, то можно съ полнымъ правомъ назвать фарсомъ и ее. Шекспиръ въ этомъ отношеніи перефарсилъ во многихъ случаяхъ даже своего предшественника, введя въ свое произведеніе еще болѣе неправдоподобныхъ фактовъ, чѣмъ мы находимъ ихъ у Плавта. Изображеніе цѣлаго ряда ошибокъ и смѣшныхъ положеній, основанныхъ на необыкновенномъ сходствѣ^ двухъ близнецовъ, во всякомъ случаѣ не можетъ назваться правдоподобнымъ; но Шекспиръ усилилъ эту неправдоподобность еще болѣе тѣмъ, что рядомъ съ двумя братьями-близнецами, героями пьесы, вывелъ еще двухъ другихъ, въ лицѣ ихъ слугъ, вслѣдствіе чего комическая путаница, среди которой вращаются всѣ дѣйствующія лица, усиливается уже до излишка. Если бъ весь матеріалъ Шекспировой пьесы состоялъ только въ этомъ, то, конечно, она не имѣла бы никакого значенія. Но, несмотря на то, что фарсъ дѣйствительно составляетъ все ея главное содержаніе, мы замѣчаемъ, что рядомъ со сценами преувеличеннаго до карикатурности комизма въ комедіи часто встрѣчаются проблески чего-то совершенно иного, далеко не похожаго на фарсъ. Таково, напримѣръ, самое начало пьесы. Предъ нами человѣкъ, приговоренный къ смерти, трогательно разсказывающій исторію своей прошедшей жизни, полной горести и бѣдъ. У Плавта на что-либо подобное нѣтъ даже намека. Далѣе является братъ, отыскивающій брата. Фактъ этотъ, правда, служитъ, исходнымъ пунктомъ, изъ котораго развиваются въ пьесѣ всѣ дальнѣйшія забавныя сцены; но мотивъ, заставляющій брата отыскивать своего близнеца, вовсе не такъ пусть у Шекспира. Онъ, напротивъ, трогателенъ. Покинутый братъ горько жалуется на свое одиночество, печально сѣтуетъ на неуспѣшность своихъ поисковъ и вообще выказываетъ сердечность, вовсе не гармонирующую съ забавнымъ фономъ, составляющимъ основу комедіи. Далѣе является покинутая мужемъ жена. Она, правда, какъ оказывается потомъ, сама виновата въ своемъ горѣ тѣмъ, что надоѣдала мужу незаслуженными упреками и дѣлала ему сцены ничѣмъ неоправданной ревности: но, вмѣстѣ съ тѣмъ, изъ словъ ея видно, что она все-таки его любитъ отъ всего сердца и, портя ему жизнь своими упреками, не вѣдаетъ, что творитъ, а потому невольно возбуждаетъ къ себѣ сочувствіе. Возлѣ нея стоить симпатичная личность ея сестры, дѣвушки здравомыслящей и привлекательной во всѣхъ отношеніяхъ. Эта личность также введена въ пьесу Шекспиромъ, потому что у Плавта она нарисована иными, вовсе несимпатичными, красками. Въ заключеніи пьесы серьезное содержаніе рѣшительно заслоняетъ комическое, становясь передъ нимъ на первый планъ. Мужъ и жена, выстрадавшіе цѣлые годы горькой разлуки, наконецъ соединяются и находятъ, сверхъ того, потерянныхъ дѣтей. Эта серьезная струя, проступающая сквозь общій комическій тонъ пьесы, показываетъ, что Шекспиръ держался при сочиненіи настоящей комедіи совершенно обратнаго пріема сравнительно съ тѣмъ, что находимъ мы въ другихъ его произведеніяхъ. Во всѣхъ его пьесахъ мы видимъ всегда какую-нибудь господствующую серьезную мысль, проходящую чрезъ все содержаніе и обусловливающую, сообразно съ нимъ, разработку характеровъ дѣйствующихъ лицъ. Если при этомъ онъ обыкновенно вводилъ въ пьесы и комическій элементъ/то элементъ этотъ или органически связывался съ сюжетомъ, составляя необходимую часть главной идеи пьесы (какъ это мы видимъ въ комедіяхъ), или при соединялся къ главному сюжету въ видѣ вводныхъ интермедій, имѣвшихъ совершенно второстепенное значеніе. Въ настоящей же комедіи, напротивъ, сквозь господствующій комическій до шутовства общій тонъ проступаютъ то тамъ, то здѣсь серьезныя мысли и картины, правда, отрывочныя и не слагающіяся во что-нибудь цѣлое, но во всякомъ случаѣ останавливающія вниманіе по своей глубинѣ и правдѣ. Почему это такъ произошло -- можно легко объяснить, если мы примемъ высказанное выше мнѣніе, что настоящая комедія принадлежитъ къ первымъ опытамъ автора. Ранѣе ея изъ дошедшихъ до насъ приписываемыхъ Шекспиру произведеній можно назвать только трагедію "Титъ Андроникъ" да еще первую часть хроники "Король Генрихъ VI". Пьесы эти принадлежали по духу и характеру къ той дошекспировской шкодѣ, которая затѣмъ совершенно преобразилась подъ его рукой. Обѣ онѣ однако считались очень серьезными, по тогдашнему понятію, произведеніями, имѣвшими въ глазахъ публики почетный, заслуженный успѣхъ, и потому понятно, что молодой, начинающій авторъ не былъ еще въ силахъ пойти противъ господствующаго вкуса, допустивъ что-нибудь самостоятельное въ передѣлкѣ произведеній, считавшихся образцовыми. Но рядомъ съ серьезной драмой на тогдашнихъ театральныхъ подмосткахъ царила также комедія, правила которой не были такъ строги и серьезны. Очень вѣроятно, что, попробовавъ свои силы въ передѣлкѣ серьезныхъ драмъ и видя, можетъ-быть, что трудъ этотъ былъ ему еще не по силамъ, Шекспиръ рѣшился написать комедію и выбралъ для первой пробы сюжетъ, который по своему забавному содержанію обѣщалъ успѣхъ. Но вотъ тутъ-то, при обработкѣ слишкомъ пустого, фривольнаго сюжета и обнаружилось, что въ груди молодого поэта уже начинали закипать задатки тѣхъ силъ, какія онъ обнаружилъ впослѣдствіи. Строгая мысль, глубокое сердцевѣдѣніе, стремленіе осмысливать поступки выводимыхъ лицъ психологическими чертами ихъ характеровъ, словомъ -- всѣ эти главные атрибуты Шекспирова творчества невольно стали вырываться наружу, хотя еще и въ зачаточномъ, недоразвившемся состояніи. Отсюда и произошло, что въ комедіи этой, которая сама по себѣ не болѣе, какъ пустой фарсъ, встрѣчаются единичныя черты гораздо болѣе серьезнаго пошиба. Если мы будемъ разсматривать такой литературный пріемъ съ критической точки зрѣнія, то, конечно, должны будемъ призвать его неудовлетворительнымъ. Но если принять во вниманіе ту, объясненную выше, причину, по какой разсматриваемая комедія получила этотъ видъ и характеръ, то она возбудитъ въ глазахъ истинныхъ цѣнителей и изучателей Шекспира, напротивъ, большой интересъ. Слѣдя за тѣми вспышками истиннаго, талантливаго взгляда, какія безпрестанно проступаютъ предъ нашими глазами среди общаго нелѣпаго содержанія пьесы, мы, такъ сказать, какъ бы присутствуемъ при рожденіи Шекспирова генія и можемъ получить осязательное понятіе о характерѣ той реформы, какую сдѣлалъ онъ во всемъ строѣ поэзіи вообще.


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА.


Солиній, герцогъ Эфесскій.

Эгеонъ, сиракузскій купецъ.

Антифолисъ Эфесскій, Актифолисъ Сиракузскій, близнецы, дѣти Эгеона и Эмиліи.

Дроміо Эфесскій, Дроміо Сиракузскій, близнецы, слуги Антифолисовъ.

Бальтазаръ, купецъ.

Анжело, ювелиръ.

Купецъ, другъ Антифолиса Сиракузскаго.

Купецъ, заимодавецъ Анжело.

Пинчъ, школьный учитель и заклинатель.

Эмилія, жена Эгеона, аббатиса монастыря въ Эфесѣ.

Адріана, жена Антифолиса Эфесскаго.

Луціана, ея сестра.

Луція, ея служанка.

Фрина, куртизанка.

Тюремщики, стража, народъ.


Дѣйствіе въ Эфесѣ.


## ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.


СЦЕНА 1-я.


Зала во дворцѣ герцога.


(Входятъ герцогъ Солиній. Эгеонъ, тюремщикъ и стража).


Эгеонъ (герцогу). Прошу, кончай!-- Пусть мнѣ хоть смерть присудить

Твой приговоръ,-- концомъ желаннымъ будетъ

Она моихъ всѣхъ горестей и бѣдъ.

Герцогъ. Не защищай, купецъ, себя напрасно:

Я не всесиленъ, чтобъ попрать законъ.

Огонь вражды, возникшей между нами,

Зажгли не мы:-- въ немъ виноватъ вашъ герцогъ.

Его декретъ жестокій осудилъ

На смерть купцовъ, почтенныхъ нашихъ гражданъ,

Не могшихъ внесть положенную пеню

За жизнь свою. Понятно, что такой

Поступокъ долженъ былъ изгнать сердечность

Равно изъ насъ. Чуть объявили намъ

Войну твои сограждане -- рѣшили

Вослѣдъ за Сиракузами и мы

Въ торжественномъ совѣтѣ, что отнынѣ

Мы прекращаемъ всякія сношенья,

Какими были связаны въ прошедшемъ

И мы и вы. Рѣшеньемъ, сверхъ того,

Положено, что ежели эфессецъ

Иль житель Сиракузъ дерзнутъ явиться

На рынокъ или ярмарку враждебной

Ему страны, то ждетъ его немедля

За зло смерть. Что жъ до его добра,

То имъ воленъ распорядиться герцогъ,

Какъ вздумаетъ. Спасти себя ты можешь

Лишь въ случаѣ, когда внесешь въ свой выкупъ.

Намъ тысячу червонцевъ. Все твое

Имущество не стоитъ больше ста,

А потому приговоренъ ты къ смерти.

Эгеонъ. Я повторю, что утѣшаюсь мыслью

Свои покончить муки, услыхавъ

Твой приговоръ. Ихъ унесетъ послѣдній

Лучъ солнца нынче вечеромъ.

Герцогъ.                                                   Скажи

Теперь намъ откровенно, для чего

Покинулъ ты свой городъ и явился

Сюда въ Эфесъ?

Эгеонъ.                               Не могъ придумать пытки

Ты хуже мнѣ, какъ заставляя громко

Разсказывать о томъ, что вынесъ я!

Но, чтобъ узналъ по крайней мѣрѣ свѣтъ,

Что гибну я не за преступный умыслъ,

Но лишь за то, что поступилъ, какъ мнѣ

Шепталъ законъ природы,-- я рѣшаюсь

Все высказать, насколько горе дастъ мнѣ

На это силъ. Я сиракузецъ родомъ.

Тамъ жилъ я, тамъ женился. Оба мы,

Жена и я, имѣли все, чтобъ быть

Счастливыми вполнѣ, и были бъ точно,

Когда бъ не рокъ, судившій намъ бѣду!

Мы жили въ полной радости; богатство

Мое росло благодаря дѣламъ,

Какія велъ я въ дальнемъ Эпидамнѣ,

Гдѣ я бывалъ не разъ. Но вотъ однажды

Примчалась вѣсть, что мой помощникъ умеръ,

И я, въ заботѣ охранить добро,

Былъ принужденъ немедленно покинуть

Мою жену, чтобъ поспѣшить туда.

Такъ провели въ томительной разлукѣ

Полгода мы; но наконецъ жена

Не вынесла и, несмотря на то,

Что приходилось ей за это время

Нести тотъ тяжко-сладостный удѣлъ,

Какой сужденъ всѣмъ женщинамъ, рѣшилась

Поѣхать вслѣдъ за мной. Ей удалось

Свершить счастливо путь; сошлись мы снова,

И скоро стала матерью она

Двоихъ прелестныхъ мальчиковъ. При этомъ

Всего чуднѣе было, что они

Явились въ свѣтъ такъ схожими другъ съ другомъ,

Что различать ихъ можно было только

По именамъ. Случилось вмѣстѣ съ тѣмъ.

Что въ томъ же домѣ, гдѣ остановились

Жена и я, и въ тотъ же часъ, когда

Мои родились дѣти, разрѣшилась

Такими жъ точно двойнями еще

Одна простая женщина. Я, видя,

Что не было у ней ни силъ ни средствъ

Ихъ содержать, купилъ новорожденныхъ,

Въ надеждѣ сдѣлать ихъ позднѣй слугами

Моихъ дѣтей. Моя жена, гордясь

Быть матерью прелестныхъ двухъ малютокъ,

Меня молила день и ночь вернуться

Скорѣй домой. Я противъ воли далъ

На то свое согласье и, увы,

Увидѣлъ скоро, что мой вѣщій страхъ

Былъ не пустымъ. Мы сѣли на корабль;

Но, не проплывъ отъ Эпидамна мили,

Попали въ штормъ. Покорная вѣтрамъ,

Пучина грозно встала передъ нами;

Ничтожный свѣтъ, какой еще остался

На небесахъ, сверкалъ ужъ не надеждой,

Но лишь яснѣй показывалъ, что средствъ

Къ спасенью нѣтъ. Я смерти не боялся

И равнодушно встрѣтилъ бы ее;

Но вопль жены, сраженной страшной мыслью,

Что гибнемъ мы; плачъ бѣдныхъ нашихъ дѣтокъ,

Не знавшихъ даже, что грозило имъ,

И плакавшихъ лишь только потому,

Что всѣ рыдали также,-- это все

Принудило меня напрячь всѣ силы,

Чтобъ хоть отсрочить роковой моментъ.

И вотъ что сдѣлалъ я: матросы въ страхѣ

Попрыгали въ спасательныя шлюпки

И бросили корабль. Жена, заботясь,

Чтобъ былъ спасенъ хоть старшій изъ дѣтей 1),

Его веревкой привязала къ мачтѣ

Съ однимъ изъ тѣхъ двухъ близнецовъ, которыхъ

Купилъ я, какъ сказалъ; а я въ то время,

Связавъ двухъ остальныхъ, ихъ прикрѣпилъ

Къ концу другому мачты. Оба мы

Затѣмъ, жена и я, не выпуская

Изъ глазъ дѣтей, схватились, какъ могли,

За тѣ жъ концы и предались на волю

Свирѣпыхъ волнъ. Теченьемъ понесло

Насъ, сколько могъ замѣтить я, къ Коринѳу.

Межъ тѣмъ туманъ упалъ, сверкнуло солнце,

Подъ тихимъ свѣтомъ море улеглось;

Вздохнули легче мы; на горизонтѣ

Явился вдругъ корабль, за нимъ другой.

Одинъ держалъ свой путь отъ Эпидамна,

Другой -- отъ скалъ Коринѳа; но едва

Приблизились они на разстоянье,

Чтобъ видѣть насъ, какъ вдругъ... О, разрѣши мнѣ

Не продолжать! Ты можешь догадаться

О томъ, что было дальше, по тому ужъ,

Что я сказалъ.

Герцогъ.                     Нѣтъ, разскажи, старикъ,

Все до конца. Коль скоро не могу я

Тебѣ помочь, то отъ души хоть буду

Тебя жалѣть.

Эгеонъ.                     О, если бъ мнѣ спасенье

Тогда послали боги -- я не сталъ бы

На нихъ роптать! Но слушай: корабли

Отъ насъ виднѣлись ужъ на разстояньи

Миль десяти, какъ вдругъ напоромъ волнъ

Насъ бросило на камень. Наша мачта,

Не выдержавъ, сломалась пополамъ.

Жестокая судьба распорядилась

При этомъ такъ, что, разлучивъ меня

Съ моей женой, утѣшила однако

Меня хоть тѣмъ, что двое изъ малютокъ

Остались мнѣ; жену жъ съ двумя другими

Умчало вдаль -- умчало вмѣстѣ съ горемъ,

Какимъ была она удручена!

И видѣлъ я, какъ выловлены были

Она и дѣти изъ пучины волнъ,

Какъ показалось въ эту мнѣ минуту,

Ватагою коринѳскихъ рыбаковъ.

Межъ тѣмъ другой корабль успѣлъ на помощь

Прибыть ко мнѣ. Матросы, увидавши,

Кого спасли, мнѣ оказали самый

Радушный, искренній пріемъ и даже

Хотѣли предпринять попытку вырвать

Жену съ дѣтьми изъ власти рыбаковъ 2);

Но, къ сожалѣнью, ихъ корабль настолько

Былъ ветхъ и плохъ, что быстро плыть въ погоню

Не могъ никакъ. Я кончилъ. Знаешь ты

Теперь подробно все, какъ я утратилъ

Все, тѣмъ я въ жизни счастливъ былъ, и какъ

Судьба мнѣ жизнь на зло лишь сохранила,

Чтобъ могъ о ней разсказывать я всѣмъ.

Герцогъ. Прошу тебя во имя тѣхъ, о комъ

Ты тяжко такъ горюешь, разскажи,

Что было съ ними и съ тобою дальше?

Эгеонъ. Когда меньшой мой сынъ (я называю

Его меньшимъ по правиламъ рожденья,

Но не по тѣмъ заботамъ и трудамъ,

Какіе съ нимъ достались мнѣ 3). Но слушай:

Когда достигъ восьмнадцати онъ лѣтъ --

Онъ захотѣлъ сыскать во чтобъ ни стало

Потеряннаго брата. Онъ просилъ

Меня при этомъ, чтобъ ему позволилъ

Я взять съ собой другого близнеца,

Служителя, которымъ былъ равно

Потерянъ братъ, ему знакомый также

Лишь именемъ. Я, горячо желая

Найти того, кто былъ давно потерянъ,

Пошелъ на рискъ лишиться и того,

Кто мною былъ такъ горячо любимъ 4)!

Пять долгихъ лѣтъ пространствовалъ я тщетно

По Греціи; насквозь прошелъ предѣлы

Странъ Азіи и наконецъ рѣшился

Вернуться вновь домой; но по дорогѣ

Заѣхалъ я въ Эфесъ, не столько ради

Надежды въ немъ найти, кого искалъ,

Но чтобъ сказать себѣ по крайней мѣрѣ,

Что посѣтилъ рѣшительно я всѣ

Мѣста, какія могъ. Моимъ скитаньямъ

Пришелъ конецъ. Здѣсь долженъ кончить я,

Какъ вижу, жизнь; но вѣрь, что съ ней разстался бъ

Я съ радостью, когда бъ узналъ предъ смертью,

Что живы тѣ, кого я такъ искалъ.

Герцогъ. О, бѣдный, бѣдный! Тяжкія страданья

Тебѣ послала злобная судьба!

Вѣрь, что когда бъ мой санъ, вѣнецъ и клятва,

Какой не могутъ принцы преступить,

Когда бъ желали даже это сдѣлать,

Возможность дали мнѣ тебя спасти,

То сталъ бы я усерднымъ за тебя

Ходатаемъ. Твой приговоръ подписанъ;

Но все жъ, желая сдѣлать для тебя

Все, что могу,-- я дамъ тебѣ отсрочку

На этотъ день, чтобъ могъ ты отыскать

Кого-нибудь помочь тебѣ. Иди же

Къ друзьямъ твоимъ въ Эфесѣ и проси

Ссудить тебѣ назначенную сумму

Для выкупа. Когда удастся это --

Ты будешь жить; а если нѣтъ, то средствъ

Съ спасенью нѣтъ. Возьми его, тюремщикъ,

И стереги.

Тюремщикъ. Исполню, государь.

Эгеонъ. Пойдетъ въ тоскѣ несчастный Эгеонъ:

Отсрочить смерть вѣдь можетъ только онъ.


СЦЕНА 2-я.


Площадь въ Эфесѣ.


(Входятъ Антифолисъ и Дроміо Сиракузскіе. За ними купецъ).


Купецъ. Мой вамъ совѣтъ,-- когда вы не хотите*

Чтобъ отобрали ваше все добро,

Твердите всѣмъ, что вы изъ Эпидамна --

Еще сегодня прибылъ вмѣстѣ съ вами

На кораблѣ купецъ изъ Сиракузъ;

И такъ какъ внесть не могъ онъ должный выкупъ

За жизнь свою, то вечеромъ сегодня

Его ждетъ казнь. Вотъ деньги тѣ, какія

Вручили вы на сохраненье мнѣ.

Ант. Сиракузскій (Дроміо). Ступай и отнеси ихъ въ домъ Центавра,

Гдѣ мы живемъ, и тамъ дождись меня;

А я, пока настанетъ часъ обѣда,

Здѣсь поброжу по улицамъ взглянуть

На городъ, домы, лавки. Ночевать

Приду домой. Измученъ переѣздомъ

До смерти я. Бѣги жъ.

Дроміо Сиракузскій.                     Съ такою ношей

Иной слуга исполнилъ бы буквально,

Что велѣно, задавъ стречка совсѣмъ.


(Уходитъ Дроміо Сиракузскій).


Ант. Сиракузскій. Хорошій малый;-- вѣрите ль, что онъ

Своимъ веселымъ нравомъ успѣваетъ

Меня порой развлечь и насмѣшить

Средь самыхъ утомительныхъ занятій.

Не пожелаете ль пройтись со мной

По городу и отобѣдать вмѣстѣ

Въ гостиницѣ?

Купецъ.                     Прошу простить: я нынче

Ужъ приглашенъ компаніей купцовъ,

Съ которыми веду большое дѣло.

Но если вы хотите, то къ пяти

Часамъ я съ вами вновь сойдусь на рынкѣ,

И мы тогда пріятно проведемъ

Часъ или два до вечера;-- теперь же

Я принужденъ покинуть васъ.

Ант. Сиракузскій. Ну, если

Такъ надо, то прощайте. Пошатаюсь

Пока одинъ и посмотрю, что стоитъ

Увидѣть въ вашемъ городѣ.

Купецъ.                                         Желаю

Премного вамъ довольства. (Купецъ уходитъ).

Ант. Сиракузскій.                     Мнѣ довольства!

Ж.елая такъ, желаетъ онъ мнѣ вещи,

Какой я не достигну никогда!

Похожъ на каплю я воды, которой

Пришла охота въ бурномъ океанѣ

Сыскать другую, родственную ей.

Стремглавъ она бросается въ пучину

И исчезаетъ, слившись съ массой волнъ.

Такъ точно я, сыскать задумавъ брата,

Теряю безъ надежды самъ себя.


(Входитъ Дроміо Эфесскій).


А,-- вотъ тотъ календарь, съ которымъ свѣрясь,

Могу я знать, когда родился самъ 5).

Ну, что?-- Какъ могъ вернуться ты такъ рано?

Дром. Эфесскій. Я, рано?-- Поздно -- вы сказать хотите.

Каплунъ сгорѣлъ; засушенъ поросенокъ;

Часы двѣнадцать прозвонили разъ;

А ваша женушка къ нимъ присчитала

Еще одинъ, давъ оплеуху мнѣ!

Разгорячилась очень при извѣстьѣ

Она, узнавъ, что вашъ простылъ обѣдъ.

А онъ простылъ вѣдь потому, что гдѣ-то

Пропали вы; пропали жъ вы навѣрно

Затѣмъ, что потеряли аппетитъ;

А аппетитъ пропалъ вашъ, безъ сомнѣнья,

Лишь потому, что закусили плотно

Вы гдѣ-нибудь. Но намъ-то всѣмъ -- знакомымъ

Съ тѣмъ, что зовутъ молитвой и постомъ --

Съ чего, скажите, голодать зато лишь,

Что было вамъ угодно опоздать?

Ант. Сиракузскій. Ну, ну, не ври! Куда дѣвалъ ты деньги,

Которыя я далъ тебѣ.

Дром. Эфесскій.                               Вы? мнѣ?

Какія деньги?-- Тѣ шесть пенсовъ, что ли,

Что вы велѣли давеча отдать

Сѣдельнику за то, что онъ чинилъ

Сѣдло для барыни? Онѣ давно

Лежатъ въ его карманѣ -- у меня же

Ихъ больше нѣтъ.

Ант. Сиракузскій.           Ты не дурачься;-- мнѣ

Шутить охоты нѣтъ. Отвѣть мнѣ толкомъ,

Куда дѣвалъ ты деньги? Мы -- чужіе

Здѣсь въ городѣ, такъ какъ же могъ ты зря

Оставить гдѣ-нибудь такую сумму?

Дром. Эфесскій. Вы сами-то шутили бъ шутки, сѣвши

Сперва за столъ. Вѣдь голову сломя

Я бѣгалъ, васъ искавши, и навѣрно,

Когда явлюсь безъ васъ, то мнѣ намылятъ

Зато ее 6). Мнѣ кажется, что вашъ

Желудокъ могъ бы, какъ часы, давно ужъ

Сказать, что часъ обѣда наступилъ,

И васъ домой пригнать безъ принужденья

И посланныхъ.

Ант. Сиракузскій. Ну, Дроміо,-- довольно!

Теперь не время шутокъ; отложи

Ихъ до поры, когда настанетъ время

Повеселѣй. Гдѣ золото, съ которымъ

Былъ посланъ ты?

Др. Эфесскій.                     Я, съ золотомъ?-- Да я

Его и не видалъ!

Ант. Сиракузскій.           О, негодяй,-- несешь

Ты прежній вздоръ. Отвѣтъ сію жъ минуту,

Исполнилъ ли, какъ должно, ты приказъ?

Др. Эфесскій. Мнѣ данъ приказъ былъ васъ сыскать на рынкѣ

И привести въ домъ Феникса, гдѣ вамъ

Готовъ обѣдъ. Супруга и сестрица

Давно ужъ ждутъ васъ съ нетерпѣньемъ тамъ.

Ант. Сиракузскій. Нѣтъ, я клянусь, какъ христіанинъ, ты

Отвѣтишь мнѣ!-- Куда дѣвалъ ты деньги?

Отвѣть сейчасъ, иль проломлю тебѣ

Я глупую башку твою! Нашелъ же

Для шутокъ часъ! Гдѣ тысяча червонцевъ,

Которые тебѣ я отсчиталъ?

Др. Эфесскій. Вы отсчитали точно мнѣ кой-что,

Да, жаль, лишь не червонцы 7)! На придачу жъ

Прибавила къ тому еще и ваша

Хозяюшка. Все жъ тысячи червонцевъ

Изъ этого не выйдетъ; а когда бы

Я вздумалъ вамъ отдать, что получилъ,

То врядъ ли бъ вы остались тѣмъ довольны.

Ант. Сиракузскій. Что, что за вздоръ? Какую ты хозяйку

Приплелъ, дуракъ?

Др. Эфесскій.                     Хозяйку чью?-- да вашу

Супружницу, которая теперь

Сидитъ и ждетъ васъ въ Фениксѣ къ обѣду

И молится, чтобъ вы благоволили

Скорѣй прійти.

Ант. Сиракузскій. Ты наконецъ мнѣ дерзко

Ужъ врешь въ глаза!-- Такъ вотъ тебѣ, бездѣльникъ!


(Бьетъ его).


Др. Эфесскій. Что съ вами, что?-- храни Создатель васъ!

Сдержите ваши руки, а не то вѣдь

Сумѣю пятки доказать я вамъ. (Дроміо убѣгаетъ).

Ант. Сиракузскій. Невольно страхъ беретъ меня, что этотъ

Мошенникъ далъ себя обворовать.

Мнѣ говорили, будто негодяевъ

Здѣсь множество; что отводить глаза

Умѣютъ здѣсь; кудесники мутятъ

Пріѣзжимъ умъ, а вѣдьмы и колдуньи

Уродуютъ людей. Что жъ до воровъ,

Обманщиковъ, мошенниковъ и плутовъ --

То ихъ не оберешься 8). Если правда

Все то, что слышалъ я, то надо будетъ

Уѣхать поскорѣй отсюда прочь.

Пойду теперь въ Центавръ и допрошу,

Какъ должно, толкомъ, Дроміо. Боюсь я,

Что прахомъ денежки мои пойдутъ. (Уходитъ),


## ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.


СЦЕНА 1-я.


Площадь въ Эфесѣ.


(Входятъ Адріана и Луціана).


Адріана. Ни мужа нѣтъ ни Дроміо! Велѣла

Вѣдь я ему сыскать его скорѣй.

Подумай, Луціана,-- скоро будетъ

Ужъ два часа.

Луціана.                     Что жъ за бѣда? Быть-можетъ,

Его зазвалъ какой-нибудь купецъ

Съ нимъ вмѣстѣ отобѣдать. Успокойся

И не хандри. Мы можемъ сѣсть за столъ

Съ тобой вдвоемъ. Мужчины любятъ быть

Свободными. Часы для нихъ -- ихъ воля.

По ней они привыкли приходить

И уходить;-- такъ будь же терпѣливой

И не горюй.

Адріана.                     Но почему жъ, скажи мнѣ,

Права даны имъ быть свободнѣй насъ?

Луціана. Ихъ ждутъ труды внѣ дома каждый часъ.

Адріана. Намъ, бѣднымъ, нѣтъ подобныхъ оправданій*

Луціана. Вѣдь мужъ узда для жениныхъ желаній!

Адріана. Одинъ оселъ такъ дастъ себя взнуздать.

Луціана. Отъ своеволья жъ можно пострадать.

Ты вспомни лишь: быть скованнымъ неволей --

Одна для всѣхъ живущихъ въ свѣтѣ доля!

Взгляни на птицъ, на рыбъ иль на стада:

Подчинены вѣдь самки въ нихъ всегда

Своимъ самцамъ. Чему же удивляться,

Что человѣкъ, привыкшій величаться

Своимъ умомъ надъ всѣмъ, что лишь живетъ --

Царь надъ землей и надъ пучиной водъ --

Повелѣвать, какъ мужъ, равно желаетъ

Своей женой? Пускай же подчиняетъ

Она себя съ покорностью ему.

Адріана. Нельзя ль узнать тогда мнѣ, почему

Сама ты волю такъ оберегаешь,

Что въ бракъ ни съ кѣмъ упрямо не вступаешь?

Луціана. Боюсь заботъ, съ нимъ сопряженныхъ, я.

Адріана. А разъ вступивъ, смирила бъ ты себя?

Луціана. Любовь должна дать силъ повиноваться.

Адріана. А если бъ мужъ другой сталъ увлекаться?

Луціана. Возврата бъ ласкъ я прежнихъ стала ждать*

Адріана. Не испытавъ, легко такъ разсуждать.

Легко смирить свое негодованье,

Коль скоро нѣтъ причины для страданья.

Когда насъ плачъ смущаетъ бѣдняковъ --

Мы имъ молчать велимъ безъ дальнихъ словъ!

Но если бъ насъ бѣды ихъ посѣтили --

Иначе мы тогда бъ заговорили.

Вотъ точно такъ ведешь себя и ты:

Твои разбиты не были мечты;

Измѣны ты не испытала мужа,

Такъ, ни о чемъ не плача и не тужа,

Тебѣ легко совѣты мнѣ давать.

А вотъ когда бъ все это испытать

Пришлось тебѣ -- иначе бъ ты судила

И, какъ терпѣть, меня бы не учила.

Луціана. Права ли ты -- узнаю, въ бракъ вступивъ.


(Входитъ Дроміо Эфесскій).


Вотъ Дроміо:-- мужъ, значитъ, здравъ и живъ.

Адріана (Дроміо). Ну, что? гдѣ мужъ? ты отыскалъ его?

Др. Эфесскій. Оттаскать-то оттаскалъ 9): только не я его,

а онъ меня. Голова моя можетъ вамъ это засвидѣтельствовать.

Адріана. Его ты видѣлъ? съ нимъ ты говорилъ?

Др. Эфесскій. Само собой -- да только плохо слышалъ

Его слова:-- онъ въ уши мнѣ заѣхалъ

Не столько рѣчью, сколько кулакомъ 10).

Луціана. Онъ, значитъ, говорилъ съ тобой неясно?

Др. Эфесскій. Ну, нѣтъ: пощечины его звучали чрезвычайно ясно и вразумительно и притомъ слѣдовали такъ быстро одна за другой, что я не успѣлъ даже ихъ сосчитать 11).

Адріана. Вернулся ль онъ?-- Вѣдь то, что я желала,

Онъ исполнялъ съ охотою всегда.

Др. Эфесскій. Мнѣ кажется, онъ сошелъ съ ума, потому что началъ бодаться, какъ рогатый быкъ.

Адріана. Рогатый?-- это что значитъ, негодяй?

Др. Эфесскій. Не мужъ, не мужъ, а быкъ 12). Судите сами:

Когда сказалъ я, что готовъ обѣдъ --

Заговорилъ онъ о какихъ-то деньгахъ;

Сталъ требовать ихъ отъ меня назадъ.

"Готовъ обѣдъ",-- я говорю.-- "Гдѣ деньги?" --

Кричитъ онъ мнѣ.-- Я говорю опять:--

"Цыпленокъ подгорѣлъ",-- а онъ:-- "гдѣ деньги?"

"Домой! пора домой!" -- кричу я снова;

А онъ въ отвѣтъ:-- "червонцы подавай!

Гдѣ тысяча червонцевъ, что тебѣ я

Сегодня далъ?" -- "Простыло сало въ щахъ",--

Я говорю; а онъ оретъ:-- "червонцы!"

"Зоветъ супруга васъ",-- а онъ:-- "Къ чертямъ

Тебя съ твоей супругой! Знать не знаю

Я никакихъ супругъ твоихъ, болванъ!"

Луціана. Такъ онъ сказалъ?..

Др. Эфесскій.                     Конечно, онъ;-- божился,

Что никакихъ ни дома ни жены

Нѣтъ у него. Конецъ былъ тотъ, что вашъ

Приказъ, мнѣ данный, привести его

Немедленно домой, онъ написалъ

Мнѣ на щекахъ, и я съ нимъ возвратился.

Какъ видите, назадъ.

Адріана.                               Ступай сейчасъ же

За нимъ опять и приведи сюда.

Др. Эфесскій. За нимъ опять? Чтобъ онъ поколотилъ

Меня еще?.. Нѣтъ, вашъ слуга покорный!

Пускай другой пойдетъ на этотъ разъ.

Адріана. Пошелъ сейчасъ! Иль проломлю тебѣ

Я голову!..

Др. Эфесскій. Онъ сдѣлаетъ вѣдь то же,

Такъ какъ тутъ быть подъ этакимъ огнемъ?

Адріана. Сказала я:-- иди сейчасъ, бездѣльникъ,

И возвращаться безъ него не смѣй.

Др. Эфесскій. Для васъ готовъ я прыгать, но вѣдь все же

Не мячикъ я, чтобъ такъ меня бросать 13).

Вы гоните меня отсюда къ мужу,

А онъ прогонитъ къ вамъ опять назадъ.

Вы въ кожу хоть обшить меня велите,

Когда ужъ такъ я долженъ вамъ служить.

Луціана (Адріанѣ). Фу, какъ нейдетъ тебѣ такъ горячиться.

Адріана. Онъ за другими будетъ волочиться,

А я себѣ напрасно жди себѣ привѣтъ!

Иль стала я уже подъ гнетомъ лѣтъ

Стара, дурна? Вѣдь если такъ, то кто же

Въ томъ виноватъ? Иль больше не похожа

Я на себя веселостью, умомъ?

Такъ обвинять я въ правѣ въ этомъ всемъ

Вѣдь лишь его! Какъ мраморъ онъ холодный

Сгубилъ во мнѣ и пылъ и жаръ природный,

Убивши ихъ безчувствіемъ своимъ!

Что заставляетъ къ женщинамъ другимъ

Его бѣжать?.. Наряды ихъ, кокетство?

Такъ вѣдь мои всѣ денежныя средства

Въ его рукахъ. Все, что найдетъ во мнѣ

Дурного онъ, виной должно вполнѣ

Пасть на него! Когда бы я лишилась

И красоты -- она бы возвратилась

Ко мнѣ опять, лишь только бъ онъ меня

Вновь приласкалъ! Мнѣ солнечнаго дня

Милѣй вѣдь онъ! Суди же, какъ мнѣ больно,

Когда бѣжитъ изъ дома своевольно

Онъ, какъ огонь, и бѣдная жена

Служить щитомъ грѣхамъ его должна!

Луціана. Твои слова лишь ревности внушенье,

Гони ее.

Адріана.           Такое оскорбленье

Одинъ глупецъ безъ ропота снесетъ.

Свою любовь другимъ онъ отдаетъ!

Сомнѣнья нѣтъ въ томъ для меня нимало;

Иначе что ему всегда бъ мѣшало

Со мною быть? Онъ нынче обѣщалъ

Купить мнѣ цѣпь. О, если бъ не держалъ

Такихъ онъ словъ, но поступалъ бы честно

Со мной, какъ мужъ! Онъ съ виду на прелестный

Похожъ алмазъ, который въ грязь попалъ

И прежній блескъ позорно дотерялъ!

Пусть говорятъ, что золото -- прочнѣйшій

Металлъ изъ всѣхъ; но и кусокъ чистѣйшій,

Когда его мы будемъ гнутъ и мять

Безъ счету разъ, блескъ можетъ потерять.

И вѣрно нѣтъ уже во всей вселенной

Такихъ мужчинъ, которыхъ бы презрѣнный

Разврата пылъ не подчинялъ себѣ!

Ну, что жъ? пускай!.. Когда мнѣ въ злой судьбѣ

Ужъ суждено не привлекать собою

Его впередъ -- то съ прежней красотою

Я кончу тѣмъ, что выплачу ее,

И горе смерть пусть унесетъ мое!

Луціана. О, какъ безумны ревности порывы!


(Уходятъ).


СЦЕНА 2-я.


Тамъ же.


(Входитъ Антифолисъ Сиракузскій).


Ант. Сиракузскій. Сейчасъ узналъ, что золото мое

Доставлено и спрятано въ Центаврѣ;

А мой усердный Дроміо пошелъ

Меня искать. Одно мнѣ только странно:

Когда принять въ расчетъ, что говорилъ

Хозяинъ мнѣ, то я никакъ не могъ

Здѣсь встрѣтиться съ слугой моимъ на рынкѣ.

Да вотъ и онъ.


(Входитъ Дроміо Сиракузскій)


Что скажешь, шутъ?.. Смѣшливость

Твоя прошла? Иль хочешь, чтобъ побилъ я

Тебя еще?.. Такъ продолжай: въ Центаврѣ

Ты не бывалъ; моихъ не видѣлъ денегъ;

И отъ жены былъ посланъ звать къ обѣду

Меня домой;-- живу же я въ Фениксѣ.

Ну, отвѣчай! Съ чего ты глупо вздумалъ

Наговорить такой мнѣ чепухи?

Др. Сиракузскій. Что отвѣчать?.. Когда и гдѣ вамъ несъ я

Такую дичь?

Ант. Сиракузскій. Когда? На этомъ мѣстѣ;

За полчаса.

Др. Сиракузскій. Опомнитесь! Да я

Васъ не видалъ съ тѣхъ поръ, какъ вы велѣли

Отнесть домой мнѣ золото.

Ант. Сиракузскій.                               О, плутъ!

Не ты ли клялся мнѣ, что никакихъ

Не видѣлъ денегъ и что присланъ былъ

Моей женой, чтобъ звать меня обѣдать?

Иль ты забылъ, какой пріемъ я сдѣлалъ

Твоимъ дурацкимъ выходкамъ?

Др. Сиракузскій.                               Я очень

Радъ видѣть васъ въ такомъ веселомъ духѣ;

Но объясните, ради Бога, мнѣ,

Что значитъ эта шутка?

Ант. Сиракузскій.                     Ты опять

За прежнее! Смѣешься мнѣ въ лицо!

Свою затѣялъ продолжать ты шутку --

Такъ продолжать я буду и свою. (Бьетъ его).

Др. Сиракузскій. Тш... тише, тише! Что все это значитъ?

За что меня вы награждать хотите

Такимъ добромъ 14)?

Ант. Сиракузскій.           Ты, кажется, подумалъ,

Что если позволяю я тебѣ

Со мной держаться запросто; что если

Шучу съ тобой порою, какъ съ шутомъ,--

Такъ можешь ты и самъ безъ церемоній

Надоѣдать мнѣ глупостью своей

Въ серьезный часъ! Не забывай, глупецъ,

Что комары рѣзвятся лишь при солнцѣ;

Когда жъ за тучей скроется оно,

То разлетаться по щелямъ и норамъ

Пора и имъ. Вотъ такъ и ты умѣй.

Сперва узнать, взглянувши мнѣ въ лицо,

Расположенъ ли я въ то время къ шуткамъ;

Иначе я попробую, крѣпка ли

Твоя башка.

Др. Сиракузскій. Вы, кажется, принимаете мою голову за крѣпость, и хотите ее штурмовать 15). Въ такомъ случаѣ я Желаю лучше, чтобъ она осталась просто головой во избѣжаніе вашихъ пробъ. Иначе мнѣ придется чѣмъ-нибудь ее укрѣпить, чтобъ мой умъ при новомъ штурмѣ не переселился въ плечи. Объясните по крайней мѣрѣ, за что вы меня поколотили?

Ант. Сиракузскій. Ты этого не знаешь?

Др. Сиракузскій. Знаю только, что былъ поколоченъ.

Ант. Сиракузскій. Хочешь знать, за что?

Др. Сиракузскій. Конечно: -- всякая вещь должна имѣть свою причину.

Ант. Сиракузскій. Во-первыхъ, за насмѣшку, а во-вторыхъ, за ея повторенье.

Др. Сиракузскій. Вѣдь какъ тутъ ни подумаешь, я думаю, никто прибитъ такъ не былъ бариномъ ни за что ни про что! Премного вамъ благодаренъ.

Ант. Сиракузскій. За что?

Др. Сиракузскій. За награду, невѣдомо за что полученную.

Ант. Сиракузскій. Постараюсь поквитаться съ тобой въ будущемъ, оставивъ безъ награды, когда будешь ея стоить. Не время ли однако обѣдать?

Др. Сиракузскій. Рано: говядина не готова, -- ей недостаетъ того, что въ избыткѣ получилъ я.

Ант. Сиракузскій. Это что значитъ?

Др. Сиракузскій. Она не довольно нашпигована.

Ант. Сиракузскій. Такъ она суха?

Др. Сиракузскій. Именно, -- и потому лучше вамъ не кушать ея совсѣмъ.

Ант. Сиракузскій. Почему же?

Др. Сиракузскій. Сухая говядина расшевелитъ вашу желчь           и вы, разсердясь, начнете снова шпиговать меня кулаками 16).

Ант. Сиракузскій. Я уже сказалъ, чтобъ ты учился выбирать время для такихъ шутокъ. Время есть на все.

Др. Сиракузскій. Я могу опровергнуть это мнѣніе, да только боюсь, что вы разсердитесь снова.

Ант. Сиракузскій. Чѣмъ же можешь ты его опровергнуть?

Др. Сиракузскій. Разсужденіемъ, такимъ же яснымъ, какъ ясна лысая голова старика-времени.

Ант. Сиракузскій. Послушаемъ.

Др. Сиракузскій. Да вотъ хоть бы взять человѣка, у котораго вылѣзли волосы. Онъ навѣрно не найдетъ времени, чтобъ вырастить ихъ вновь.

Ант. Сиракузскій. Онъ можетъ прикрыться фальшивыми.

Др. Сиракузскій. То-есть, парикомъ? Но въ такомъ случаѣ оплѣшивѣетъ тотъ, изъ чьихъ волосъ парикъ будетъ сдѣланъ.

Ант. Сиракузскій. А скажи, почему время такъ скряжничаетъ на волосы, тогда какъ растить ихъ ему ничего не отбитъ?

Др. Сиракузскій. Это потому, что оно украшаетъ волосами скотовъ; людей же рѣшило вознаградить за недостатокъ волосъ тѣмъ, что дало имъ умъ.

Ант. Сиракузскій. Есть много людей, у которыхъ волосъ больше, чѣмъ ума.

Др. Сиракузскій. Но нѣтъ такихъ, у которыхъ не хватило бы ума, чтобъ ихъ потерять.

Ант. Сиракузскій. Какъ же ты сейчасъ только сказалъ, что люди съ густыми волосами глупы?

Др. Сиракузскій. Я сказалъ только, что глупые скорѣй ихъ потеряютъ. Впрочемъ, вѣдь потеря волосъ можетъ быть полезной.

Ант. Сиракузскій. Почему полезной?

Др. Сиракузскій. По двумъ причинамъ, и очень здравымъ.

Ант. Сиракузскій. Ну, здоровыми 17) ихъ назвать нельзя.

Др. Сиракузскій. Ну, такъ по крайней мѣрѣ -- основательными.

Ант. Сиракузскій. Можетъ ли быть основательной причина, фальшивая въ основѣ?

Др. Сиракузскій. Ну, наконецъ -- по вѣрнымъ.

Ант. Сиракузскій. Назови ихъ.

Др. Сиракузскій. Первая та, что такой человѣкъ сбережетъ деньги на завивку; а вторая, что волосы не будутъ падать ему въ похлебку во время обѣда.

Ант. Сиракузскій. Ты началъ разговоръ съ того, что хотѣлъ доказать, будто не на все должно быть свое время.

Др. Сиракузскій. И доказалъ, сказавъ, что плѣшивый не найдетъ времени, чтобъ вырастить потерянные волосы.

Ант. Сиракузскій. Твое доказательство недоказательно.

Др. Сиракузскій. Ну, такъ я его исправлю. Время, какъ извѣстно, плѣшивый старикъ, а потому и будетъ до скончанія вѣка хлопотать, чтобъ весь свѣтъ оплѣшивѣлъ тоже.

Ант. Сиракузскій. Я такъ и ждалъ, что ты кончишь разговоръ плѣшивымъ выводомъ. Но, тише!.. Кто это дѣлаетъ намъ знаки?

(Входятъ Адріана и Луціана).

Адріана. Да, да, Антифолисъ!.. Хмурь на меня

Твой злобный взглядъ:-- другой вѣдь достаются

Привѣтъ и ласка взора твоего.

Я не жена тебѣ, не Адріана!

А были дни, когда безъ просьбъ ты клялся,

Что слаще музыки ты не слыхалъ,

Что ни на что ты не смотрѣлъ такъ нѣжно,

Что не ласкалъ ничьихъ такъ страстно рукъ,

Не ѣлъ, не пилъ съ подобнымъ наслажденьемъ*

Какъ въ тѣ часы, когда съ тобой дѣлила

И время я, и пищу, и любовь!

А что теперь? Какъ быть могло, что мужъ мой

Отрекся вдругъ отъ самого себя?

Да, да, себя!.. Я это повторяю!

Вѣдь я навѣки приросла къ тебѣ!

Я часть тебя, и лучшая! Молю я,

Не отрывай же больно отъ себя

Твоей души. Вѣдь если бъ вздумалъ бросить

Въ пучину моря каплю ты воды --

Она слилась навѣки бы съ волнами*

И ты извлечь ее бы въ прежнемъ видѣ

Уже не могъ:-- такъ будетъ и со мной!

Что, если бы услышалъ ты, что стала

Развратной я, что осквернила тѣло,

Тебѣ навѣки отданное мной?

Въ какую бъ ты пришелъ при этомъ ярость!

Прогналъ меня, мнѣ наплевалъ въ лицо!

Не сталъ впередъ моимъ бы зваться мужемъ 18),

Прибилъ меня, ногами бы топталъ!

Сорвалъ съ руки бъ моей вѣнчальный перстень;

Немедленно со мной бы развелся!

Не правда ли?.. Такъ дѣлай же все это!

Знай, что себя развратомъ запятнала

Позорно я!-- Ты спросишь, какъ?.. скажу:

Я плоть твоя -- такъ значитъ, если ты

Ведешь себя развратно, то отрава,

Которой кровь заражена твоя,

Влита въ мои вѣдь точно такъ же жилы,

И отъ нея ты можешь излѣчить

Меня, лишь самъ начавши честно жить.

Ант. Сиракузскій. Ужель, синьора, говорите эти

Слова вы мнѣ? Я съ вами незнакомъ!

Я не успѣлъ еще пробыть въ Эфесѣ

И двухъ часовъ* Я иноземецъ здѣсь.

Упреки тѣ, какими вы меня

Осыпали, звучатъ мнѣ непонятно.

И какъ свой умъ ни напрягаю я,

Все жъ ваша рѣчь загадка для меня.

Луціана. Братъ, братъ, стыдись! Что сдѣлалось съ тобой?

Съ моей сестрой ты такъ не обходился

Вѣдь никогда. Не за тобой ли посланъ

Былъ Дроміо, чтобъ звать тебя обѣдать?

Ант. Сиракузскій. За мной былъ посланъ Дроміо?

Др. Сиракузскій.                                                   Какъ! я?..

Адріана. Ну, да, конечно, ты, и, возвратившись,

Ты мнѣ сказалъ, что онъ тебя побилъ.

А вмѣстѣ съ тѣмъ отрекся и отъ дома

И отъ меня.

Ант. Сиракузскій. Такъ, значитъ, съ этой дамой

Ты говорилъ? Что значитъ эта стачка?

Др. Сиракузскій. Клянусь я вамъ, что я ее вовѣки

И не видалъ.

Ант. Сиракузскій. О, негодяй!.. Не ты ли

Мнѣ говорилъ на рынкѣ слово въ слово,

Что слышу я теперь?

Др. Сиракузскій.           Еще вамъ разъ

Я повторю, что отродясь я съ нею

Не говорилъ.

Ант. Сиракузскій. Откуда же ей знать,

Какъ насъ зовутъ?.. по вдохновенью, что ли?

Адріана. О, какъ роняешь низко ты свое

Достоинство! Съ рабомъ презрѣннымъ въ стачку

Вступаешь ты, чтобъ осмѣять меня!

Оскорблена ужъ я твоимъ презрѣньемъ,--

За что жъ его усиливать глумленьемъ?

О, возврати ты ласковость твою,

И я тебя любовью обовью

Такъ, какъ въ лѣсу бываетъ вязъ могучій

Обвитъ лозой безсильной и плакучей!

Ты -- гордый вязъ, я -- слабая лоза!

Сильна вѣдь тѣмъ я только, что въ глаза

Смотрю тебѣ и черпаю всю твердость

Мою въ тебѣ! Ты вся моя вѣдь гордость!

Когда себя дадимъ мы раздѣлить

Дурной травѣ, давъ волю ей внѣдрить

Въ насъ такъ побѣгъ ея дурной и сорный --

Погубитъ насъ она, какъ злые терны,

Какъ гладкій плющъ, какъ чужеядный мохъ.

Храни жъ себя, молю, чтобъ не изсохъ

Навѣки въ насъ ручей былого счастья!

Ант. Сиракузскій. Что жъ это все?.. Въ чью такъ нежданно власть я

Попался здѣсь? Вѣдь это говоритъ

Она все мнѣ! Не сонъ ли мнѣ мутить

Видѣньемъ умъ? Ужъ не во снѣ ль женили

Меня на ней? Въ глаза и въ уши влили

Отраву мнѣ! Но, впрочемъ, пусть мечтой

Потѣшусь я, пока обманъ дурной

Не сгинетъ самъ.

Луціана (Дроміо). Вели давать обѣдать.

Др. Сиракузскій. Вотъ подлинно нельзя ни знать ни вѣдать,

Куда пришлось намъ, грѣшникамъ, попасть!

Здѣсь міръ чудесъ! Храни насъ Божья власть!

Куда свои я запропастилъ четки?.. 19)

Поймалъ насъ чортъ; а съ нимъ дѣла коротки.

Мы въ царствѣ вѣдьмъ, кикиморъ и духовъ!

Защиплютъ насъ они до синяковъ!

Луціана. Что жъ ты стоишь, какъ дуралей, безъ словъ?

Оселъ, глупецъ!.. Столбнякъ въ тебя вселился.

Др. Сиракузскій. Скажите мнѣ: вѣдь я преобразился?

Ант. Сиракузскій. Какъ я -- умомъ.

Др. Сиракузскій. Нѣтъ, нѣтъ,-- я обратился

Во что-то весь.

Ант. Сиракузскій.           Вздоръ: рожа здѣсь твоя.

Др. Сиракузскій. Сдается мнѣ, что сталъ мартышкой я.

Луціана. Осломъ скорѣй.

Др. Сиракузскій.                     Ну, хоть и такъ,--

(Указывая на Адріану), взнуздала

Она меня!-- мнѣ даже страсть припала

Щипать траву. Осломъ вѣдь въ правѣ звать

Она меня за то, что я узнать

Не могъ ея, какъ самъ былъ узнанъ ею.

Адріана. Тш... полноте: мнѣ надоѣло быть

Предметомъ смѣха барина съ лакеемъ.

Насильно глазъ тереть не стану я,

Когда глумишься надъ моимъ ты плачемъ.

Идемъ домой. Ты, Дроміо, здѣсь встанешь

У двери на часахъ. (Антифолису) Тебя жъ заставлю

Я за обѣдомъ разсказать твои

Продѣлки всѣ. (Дроміо) Кто бъ ни спросилъ тебя

О баринѣ -- отвѣть, что онъ сегодня

Обѣдаетъ въ гостяхъ, и не впускай

Въ дверь ни души. Идемъ сестра. А ты

Исполни точно все, что я сказала.

Ант. Сиракузскій. Гдѣ я, что я? На небѣ иль въ аду?

Есть умъ во мнѣ? Мнѣ кажется, сойду

Съ ума я скоро точно! Увѣряютъ,

Что здѣсь въ лицо меня давно всѣ знаютъ;

А я готовъ самъ не признать себя!

Что будетъ -- будь! на все согласенъ я!

Неси, судьба, меня въ туманѣ этомъ,

Пока вопросъ не озарится свѣтомъ.

Др. Эфесскій. Такъ долженъ я у двери сторожить?

Адріана. У двери -- да; и берегись впустить

Кого-нибудь -- иначе будетъ худо.

Луціана. Идемъ, идемъ:-- простыли всѣ вѣдь блюда.


(Уходятъ).


## ДѢЙСТВІЕ ТРЕТЬЕ.


СЦЕНА 1-я.


Тамъ же.


(Входятъ Антифолисъ и Дроміо Эфесскіе, Анжело и Бальтазаръ).


Ант. Эфесскій. Вы оправдать должны меня, Анжело:

Жена не любитъ, если я являюсь

Ее въ срокъ домой.-- такъ объясните жъ ей,

Что пробылъ я такъ долго въ вашей лавкѣ

Лишь потому, что видѣть мнѣ хотѣлось

Въ работѣ цѣпь, которую купилъ

Я для нея жъ. Я васъ прошу доставить

Женѣ поутру эту цѣпь домой. (Указывая на Дроміо)

А вотъ, угодно ль вамъ взглянуть на дурня,

Который нынче разбѣсилъ меня

На площади. Представьте: началъ онъ

Меня вдругъ увѣрять, что будто я

Его прибилъ, что требовалъ отдать мнѣ

Какія-то червонцы, что отрекся

Отъ дома и жены. Чего хотѣлъ

Ты, пьяница, достичь твоей продѣлкой?

Др. Эфесскій 20). Болтать что угодно, конечно, вы властны,

Но я то, что было, вѣдь знаю прекрасно.

Какъ былъ я на рынкѣ сегодня прибитъ,

Объ этомъ спина мнѣ моя говоритъ;

И будь я бумагой, то вы бъ прочитали

И сами, что ясно на мнѣ написали.

Ант. Эфесскій. Прочелъ бы, что просто ты глупый оселъ.

Др. Эфесскій. Пожалуй, и всякій бы то же нашелъ,

Увидя, какъ вами я былъ поколоченъ.

Припомнивши это, жалѣю я очень

Что васъ не лягнулъ по-ослиному самъ!

Отбилась охота бы драться и вамъ.

Ант. Эфесскій. Дивлюсь я, синьоръ Бальтазаръ,-- вы глядите

Такъ грусто и мрачно. Что съ вами, скажите?

Надѣюсь, мой скромный, радушный обѣдъ

Поможетъ стереть съ васъ угрюмости слѣдъ.

Бальтазаръ. Радушье цѣню я дороже обѣда.

Ант. Эфесскій. Пусть такъ; но безъ хлѣба плохая бесѣда.

Любезность, какая бъ она ни была,

Не стоитъ хорошаго, вѣрьте, стола.

Бальтазаръ. Намъ всякій способенъ поднесть угощенье.

Ант. Эфесскій. Любезность же словъ лишь одно изверженье.

Бальтазаръ. Радушье и скромный исправить вѣдь столъ.

Ант. Эфесскій. Такъ станетъ судить лишь скупой хлѣбосолъ.

Но если обѣдъ мой плохимъ вы найдете,

То, вѣрю, все жъ чувство съ собой унесете,

Что счастливъ я былъ вамъ его предложить.

Что жъ это? Домъ запертъ!.. Эй, кликни открыть.

Др. Эфесскій. Бригитта, Цецилія, Жанна, Марьяна!

Др. Сирикузскій. (Отвѣчаетъ изъ-за двери за сценой).

Мошенникъ, бездѣльникъ, отродье болвана!

Что ломишься въ дверь ты? Къ чертямъ уходи,

Иль смирно безъ шуму у двери сяди.

Къ чему ты бабья накликаешь намъ свору,

Когда и съ одной-то поладить чуть впору?

Др. Эфесскій. Что это за дурень? Эй, эй,-- не зѣвай:

Твой баринъ пріѣхалъ,-- скорѣй отворяй!

Др. Сиракузскій, (за сценой). Счастливой ему во-свояси дороги!

Не то отморозитъ, здѣсь стоя, онъ ноги.

Ант. Эфесскій. Кто тамъ разворчался?.. Открой, говорю.

Др. Сиракузскій (за сценой). Скажите, зачѣмъ -- я тогда посмотрю.

Ант. Эфесскій. Зачѣмъ?.. Да вѣдь я не обѣдалъ сегодня.

Др. Сиракузскій (за сценой). Вотъ что!.. такъ вернитесь въ часокъ посвободнѣй,

А нынче пробавиться надо постомъ.

Ант. Эфесскій. Какъ смѣешь меня не впускать ты въ мой домъ?

Др. Сиракузскій (за сценой). На то я и сторожъ; я -- Дроміо вѣрный.

Др. Эфесскій. Каковъ! Вотъ бездѣльникъ, наглецъ безпримѣрный!

И имя и мѣсто мое онъ укралъ.

Не много я, впрочемъ, вѣдь съ тѣмъ потерялъ:

За мѣсто не Богъ знаетъ что мнѣ платили;

За имя жъ частенько ругали и били.

Будь здѣсь онъ недавно на мѣстѣ моемъ --

Былъ вмѣсто меня бъ онъ обруганъ осломъ.

Луція (за сценой). Эй, Дроміо! Что тутъ? Кто такъ расходился?

Др. Эфесскій. Здѣсь баринъ,-- впусти насъ.

Луція (за сценой).                                                   Онъ поздно явился,

Такъ пусть и уходитъ,-- скажи ему такъ.

Др. Эфесскій. Вотъ смѣхъ-то! Тебѣ мы покажемъ кулакъ.

Луція (за сценой). Жаль, руки коротки для этого дѣла.

Др. Сиракузскій (за сценой). Ай, Луція!.. славно отвѣтить умѣла.

Ант. Эфесскій. Что жъ это?.. Дадутъ ли намъ путный отвѣтъ?

Луція (за сценой). Вѣдь сказано ясно.

Др. Сиракузскій.                               И сказано: нѣтъ.

Др. Эфесскій. Что долго тутъ думать?.. Ворвемся хоть силой.

Ант. Эфесскій. Открой, говорю я!

Луція (за сценой).                                         Я васъ ужъ просила

Сказать, для чего?

Др. Эфесскій.                     Бейте въ дверь посильнѣй.

Луція (за сценой). Отъ боли заохать придется вѣдь ей.

Ант. Эфесскій. Ворвусь, такъ съ тобой будутъ рѣчи коротки.

Луція (за сценой). Буянамъ попасть вѣдь легко и въ колодки.

Адріана (за сценой). Кто поднялъ, скажите, погромъ этотъ весь?

Др. Сиракузскій (за сценой). Не смирные люди, какъ вижу я, здѣсь.

Ант. Эфесскій. Э,-- голосъ жены! Отворяй! я вернулся.

Адріана (за сценой). Жены?.. вотъ прекрасно! Ты вѣрно рехнулся.

Ступай во-свояси, бездѣльникъ, домой.

Др. Эфесскій. Съ бездѣльникомъ будетъ расчетъ вамъ плохой.

Анжело. Сдается, что мы ничего не добьемся.

Бальтазаръ. Обѣда съ привѣтомъ едва ли дождемся.

Др. Эфесскій. Что жъ, сударь!.. Пора вѣдь: просите гостей.

Ант. Эфесскій. Случилось здѣсь въ воздухѣ что-то, ей-ей!

Др. Эфесскій. Еще хорошо, что тепло вы одѣты;

А то посудите: всѣ блюда согрѣты,

А васъ вотъ поставили здѣсь на морозъ!

Вѣдь это рогатый козелъ бы не снесъ.

Ант. Эфесскій. Эй, ломъ! Будь -- что будетъ, ворвусь я въ ворота.

Др. Сиракузскій (за сценой). Ломитесь, коль битыми быть вамъ охота.

Др. Эфесскій. Словами ты драться, я вижу, готовъ.

Сцѣпись-ка со мною, такъ охнешь безъ словъ.

Др. Сиракузскій (за сценой). Ну, что ты стучишь и стоишь тутъ безъ дѣла?

Др. Эфесскій. Затѣмъ и стучу, что стоять надоѣло 21).

Др. Сиракузскій (за сценой). Достаньте мнѣ птицу безъ перьевъ, такъ васъ

Впущу я;-- таковъ вамъ послѣдній мой сказъ.

Ант. Эфесскій. Достань-ка мнѣ, Дроміо, крѣпкую палку.

Др. Эфесскій. Достать приказали безъ перьевъ вы галку 22).

(въ дверь) Ты слышишь?.. Доставши, возьмемъ мы свое

И такъ же ощиплемъ тебя, какъ ее.

Ант. Эфесскій 23). Ступай сейчасъ и принеси дубину.

Бальтазаръ. Нѣтъ, нѣтъ,-- не надо. Прибѣгать къ насилью

Вы не должны. Рискуете иначе

Вы только повредить себѣ, навлекши

Безъ всякихъ основаній подозрѣнье

На честь супруги вашей. Вы лишь только

Подумайте: ея года и скромность,

Извѣстные всѣмъ слишкомъ хорошо,

Должны внушить вамъ мысль, что, вѣроятно,

Тому, что здѣсь случилось, есть причина,

Невѣдомая вамъ. Жена навѣрно

Вамъ объяснитъ позднѣе, почему

Пришлось замкнуть предъ вами двери дома.

Послушайтесь меня и потерпите.

Пойдемте отобѣдать вмѣстѣ въ Тигръ 24);

А вечеромъ, вернувшись въ домъ обратно,

Узнаете, конечно, вы, что значилъ

Подобный случай, странный по всему.

Когда жъ себѣ позволите вы силой

Ворваться въ дверь, публично, свѣтлымъ днемъ --

То подадите этимъ поводъ праздной

Толпѣ зѣвакъ судить, рядить, злословить.

Вамъ засмѣютъ, затопчутъ ваше имя,

Которое не смѣлъ затронуть дерзко

Еще никто; и не стереть до смерти

Вамъ этотъ стыдъ. Безславье, всѣ вѣдь знаютъ,

Живетъ молвой, и если поселится

Разъ гдѣ-нибудь, то остается тамъ

Ужъ навсегда.

Ант. Эфесскій. Да, да, синьоръ, вы правы.

Уйду я въ самомъ дѣлѣ мирно прочь

И постараюсь даже быть веселымъ,

Хотя, конечно, мнѣ не до того.

Знакомъ я съ прехорошенькой дѣвчонкой

И умницей. Она живетъ отсюда

Недалеко. Съ ней пообѣдать будетъ

Превесело. Жена моя къ ней даже

Меня слегка ревнуетъ; хоть клянусь вамъ,

Что у нея причинъ на это нѣтъ.

Пойдемте жъ къ ней. А васъ прошу, Анжело,

Зайти домой и захватить ту цѣпь,

Какая мной заказана. Она

Должна ужъ быть готова; принесите

Ее съ собой въ гостиницу Ежа.

Та дѣвочка, къ которой мы собрались,

Живетъ вѣдь тамъ. Я эту цѣпь хочу

Съ досады на жену поднесть въ подарокъ

Хозяйкѣ дома. Если мнѣ закрыли

Предъ носомъ дерзко собственную дверь,

Такъ я искать, конечно, въ полномъ правѣ

Привѣтъ и ласку, гдѣ они нѣжнѣй.

Анжело. Итакъ, чрезъ часъ?

Ант. Эфесскій. Да, да... однако въѣдетъ

Изрядно эта глупость мнѣ въ карманъ.


(Уходятъ),


СЦЕНА 2-я.


Тамъ же.


(Входятъ Луціана и Антифолисъ Сиракузскій).


Луціана. Ужели могъ, Антифолисъ, забыться

Ты до того? Ужель любви цвѣтокъ,

Едва успѣвъ, какъ должно, распуститься,

Въ твоей душѣ безвременно поблекъ?

Ужъ если ты женился по расчету,

То обращайся хоть нѣжнѣй съ женой.

Смягчи ея томящую заботу,

Скрывая грѣхъ по крайней мѣрѣ свой.

Не выдавай его хотя глазами,

Не разглашай намѣренно твой стыдъ;

Хитри и лги притворными словами;

Пусть зло добромъ въ лицѣ твоемъ сквозитъ.

Дурной въ душѣ, кажись по виду скромнымъ;

Накинь на грѣхъ невинности покровъ;

Таи его; будь скрытно вѣроломнымъ;

Вѣдь воръ себя не выдастъ рядомъ словъ.

Къ чему двойнымъ ей горемъ тяготиться?

Вѣдь скрытый грѣхъ приличенъ хоть на видъ;

Когда жъ имъ громко будемъ мы хвалиться,

То зло свое онъ тѣмъ усугубитъ!

Дай женщинамъ, покинутымъ на муку,

Сберечь въ душѣ хоть вѣру нашу въ васъ.

Когда жестоко отняли вы руку,

То рукавомъ хоть поддержите насъ.

Вѣдь мы живемъ лишь только въ высшей сферѣ;

Поди жъ къ женѣ,-- спѣши ее обнять.

Коль скоро ложь придетъ на помощь вѣрѣ,

То даже ложь мы можемъ оправдать.

Ант. Сиракузскій. Прекрасная! (Какъ звать васъ, я не знаю,

Равно не знаю, какъ я вамъ знакомъ).

Скажу одно: васъ громко называю

Прелестнѣйшимъ я въ мірѣ существомъ

Я васъ прошу: скажите, научите,

Что дѣлать мнѣ? Невѣждой я себя

Готовъ признать; что жъ значитъ, объясните,

Закрытый смыслъ того, что вижу я?

Зачѣмъ меня настойчиво рѣшились

Въ такой обманъ вы странный завлекать?

Иль геній вы? иль съ неба вы спустились

Съ тѣмъ, чтобъ меня совсѣмъ пересоздать?

Коль скоро такъ, то, значитъ, надъ душою

Моей вамъ власть волшебная дана!

Но вѣдь пока я остаюсь собою,

Сестра мнѣ ваша все же не жена.

Я мужемъ ей быть вѣрнымъ не обязанъ,

И если правду должно мнѣ сказать --

Скажу, что вами я навѣки связанъ!

Сиреной водъ васъ долженъ я назвать!

Не завлекайте лить небеснымъ пѣньемъ

Меня въ потоки слезъ сестры своей.

Услышавъ васъ, за вами съ увлеченьемъ

Пойду я вслѣдъ: но не пойду за ней.

Такъ распусти жъ, сирена дорогая,

Златыя пряди дивныхъ косъ твоихъ!

Въ нихъ потонувъ, я, какъ на ложѣ рая,

Найду мечту желаній всѣхъ моихъ!

И если смерть, пришедшая нежданно,

Меня застанетъ въ этотъ сладкій мигъ --

Сочту и смерть я радостью желанной!

Я для любви всѣмъ жертвовать привыкъ 25).

Луціана. Ты говоришь такъ странно, такъ безумно.

Ант. Сиракузскій. Смущенъ какой-то я тревогой шумной 26)...

Луціана. Приди въ себя!-- Ты слѣпъ, ты пораженъ.

Ант. Сиракузскій. Тобой мой глазъ, какъ солнцемъ, ослѣпленъ.

Луціана. Вернись къ женѣ -- и возвратится зрѣнье.

Ант. Сиракузскій. Смотрѣть на тьму не будетъ облегченья.

Луціана. Въ любви сестрѣ поклялся ты моей.

Ант. Сиракузскій. Я въ ней клянусь сестрѣ сестры твоей.

Луціана. Моей сестрѣ.

Ант. Сиракузскій. Нѣтъ, нѣтъ, тебѣ -- частицѣ

Моей души! тебѣ, тебѣ!-- зѣницѣ

Моихъ очей! Ты счастье все мое!

Души моей -- ты пища и питье!

Ты все, чѣмъ небо насъ даритъ, чаруя;

Все, что у неба на землѣ прошу я!

Луціана. Сестрѣ ты долженъ это говорить.

Ант. Сиракузскій. О, согласись сестрой твоею быть!

Люблю тебя!-- Ты мнѣ всего дороже!

Я не женатъ, и ты свободна тоже!

Дай руку мнѣ...

Луціана.                     Тш... тш... не горячись.

.Съ сестрой сперва, какъ должно, объяснись.


(Луціана уходитъ. Вбѣгаетъ Дроміо Сиракузскій).


Ант. Сиракузскій. Это что?-- Откуда ты прибѣжалъ, какъ угорѣлый?

Др. Сиракузскій. Ну, вотъ, ну, вотъ!.. Скажите,-- вы вѣдь меня узнали? Не правда ли, я Дроміо? вашъ слуга? Словомъ, я самъ?

Ант. Сиракузскій. Вижу, что ты и Дроміо, и мой слуга, и ты самъ.

Др. Сиракузскій. А между тѣмъ оказывается, что я совсѣмъ не я самъ! Что я оселъ и что я мужъ какой-то бабы

Ант. Сиракузскій. Чей же ты мужъ, и какимъ образомъ могъ ты стать не самимъ собой?

Др. Сиракузскій. Очень просто: на меня изъявила претензію какая-то баба, увѣряя, будто я принадлежу ей, и что она не выпуститъ меня изъ своихъ рукъ ни за какія сокровища.

Ант. Сиракузскій. По какому же праву?

Др. Сиракузскій. Да по такому жъ, по какому вы владѣете вашей лошадью. Она хочетъ завладѣть мной, какъ какимъ-нибудь скотомъ, и дѣлаетъ это, я увѣренъ, не потому, чтобъ былъ похожъ на скота я, но потому, что сама-то она очень скотообразна.

Ант. Сиракузскій. Что же это за баба?

Др. Сиракузскій. О, сударь! Это даже не баба, а бабища! Одна изъ тѣхъ, о которыхъ говорятъ не иначе, какъ съ прибавкой словъ: "съ позволенія сказать" 2?). Невѣста, правда, жирный кусокъ; да только мнѣ-то, женившись на ней, боюсь, придется спасть съ послѣдняго жиру.

Ант. Сиракузскій. Что ты хочешь сказать своимъ жирнымъ кускомъ?

Др. Сиракузскій. Она служитъ въ кухаркахъ и заплыла жиромъ до того, что изъ нея можно сдѣлать ночникъ и удрать прочь при ея собственномъ свѣтѣ. Лохмотья, въ которыхъ она ходитъ, пропитаны саломъ до того, что будутъ горѣть въ теченіе цѣлой польской зимы 28). А если она доживетъ до Страшнаго Суда, то прогоритъ въ аду недѣлей дольше всѣхъ прочихъ грѣшниковъ, взятыхъ вмѣстѣ.

Ант. Сиракузскій. А какова она собой?

Др. Сиракузскій. Черна, какъ мои башмаки,-- только далеко не такъ чиста; и это потому, что вѣчно потѣетъ. А поту въ ней столько, что любой мужчина увязнетъ въ немъ по щиколку.

Ант. Сиракузскій. Этой бѣдѣ можно помочь водой.

Др. Сиракузскій. Нѣтъ, это ужъ у нея въ натурѣ. Тутъ не помогъ бы и Ноевъ потопъ.

Ант. Сиракузскій. Какъ ее зовутъ?

Др. Сиракузскій. Ѳедорой! Большой Ѳедорой и такой же дурой 29). Ростомъ и въ плечахъ косая сажень!

Ант. Сиракузскій. Значитъ, широковата.

Др. Сиракузскій. Одинакова и въ длину и въ ширину. Земной шаръ какъ есть. Я отыскалъ на ней всѣ земли.

Ант. Сиракузскій. Гдѣ же оказалась Ирландія?

Др. Сиракузскій. На ляжкахъ. Я узналъ это по болотистой почвѣ.

Ант. Сиракузскій. А Шотландія?

Др. Сиракузскій. На ладоняхъ: -- онѣ такъ же сухи и шероховаты.

Ант. Сиракузскій. Гдѣ Франція?

Др. Сиракузскій. На головѣ. Она у нея плѣшивая, какъ всѣ французскія головы 3о).

Ант. Сиракузскій. Дальше -- Англія?

Др. Сиракузскій. Я искалъ мѣловыхъ утесовъ, но они оказались далеко не бѣлыми. Вѣроятно, впрочемъ, страна эта на верхней губѣ, если судить по соленому потоку, который у нея вѣчно течетъ, какъ проливъ между англійскими и французскими берегами.

Ант. Сиракузскій. Гдѣ Испанія?

Др. Сиракузскій. Ея я не нашелъ; но чувствовалъ въ горячемъ дыханьи.

Ант. Сиракузскій. Ну, а гдѣ же Америка и обѣ Индіи?

Др. Сиракузскій. На носу. Онъ у нея усыпанъ прыщами точно рядомъ рубиновъ, сапфировъ и карбункуловъ. Всѣ они склоняются къ горячему дыханію Испаніи, которая высылаетъ цѣлые армады галліотовъ для нагрузки подъ носомъ 31).

Ант. Сиракузскій. Гдѣ отыскалъ ты Бельгію и Нидерланды?

Др. Сиракузскій. Такъ низко я ее не изслѣдовалъ. Представьте, что эта карга, эта вѣдьма заявила на меня свои претензіи! Называла меня своимъ Дроміо; клялась, что я съ нею обрученъ; описала мнѣ всѣ мои особыя примѣты: родимое пятно на плечѣ, родинку на шеѣ, бородавку на лѣвой рукѣ, словомъ -- все! Меня даже морозъ подралъ по кожѣ, и я далъ отъ нея стречка, какъ отъ вѣдьмы. Не будь, какъ сталь, я въ вѣрѣ твердъ,-- она бъ мнѣ задала! Въ собаку обратила бы и въ вертелъ запрягла 32).

Ант. Сиракузскій. Бѣги сейчасъ же въ гавань и взгляни,

Откуда дуетъ вѣтеръ. Лишь бы дулъ

Онъ съ берега. Я на ночь не останусь

Здѣсь ни за что. Когда найдешь готовый

Корабль, чтобъ плыть,-- бѣги за мной на рынокъ;

А я покамѣстъ погуляю тамъ.

Мнѣ кажется, что если всѣмъ извѣстны

Вдругъ стали мы, а сами никого

Не знаемъ здѣсь, то прочь убраться цѣлымъ

Должно для насъ быть самымъ первымъ дѣломъ.

Др. Сиракузскій. Такъ, сударь, такъ!-- Отъ бабы я своей,

Какъ отъ медвѣдя, убѣгу скорѣй.


(Дроміо уходитъ).


Ант. Сиракузскій. Рѣшительно здѣсь городъ колдуновъ;

А потому уѣхать надо точно.

Ту, что меня затѣяла звать мужемъ,

Ни видѣть я ни слушать не хочу!

А вотъ сестра -- такъ то другое дѣло!

Умна, мила, прелестна! Для нея я

Готовъ себѣ, пожалуй, измѣнить.

Избѣгнуть чаръ сирены дивной этой

Во мнѣ нѣтъ силъ -- бѣги на край хоть свѣта!


(Входитъ Анжела).


Анжело. Господинъ Антифолисъ.

Ант. Сиракузскій. Вы правы,-- меня зовутъ такъ.

Анжело. Я знаю, знаю;-- ваша цѣпь готова.

Хотѣлъ снести ее я въ домъ Ежа,

Какъ сказано, да опоздалъ рабочій;

А я задержанъ этимъ былъ и самъ.

Ант. Сиракузскій. Но что жъ мнѣ дѣлать съ ней?

Анжело. Какъ что?-- да все,

Что будетъ вамъ угодно. Заказали

Ее вѣдь вы.

Ант. Сиракузскій. Я заказалъ? Что съ вами?

Не думалъ и во снѣ.

Анжело.                               Ну, ну!-- вотъ новость.

Не разъ, а двадцать разъ вы толковали

Со мной о ней. Спѣшите же къ себѣ

Обрадовать подарочкомъ супругу.

А вечеромъ я забѣгу къ вамъ самъ

За деньгами.

Ант. Сиракузскій. Такъ получите лучше

Ихъ тотчасъ же. Рискуете иначе

Вѣдь потерять и деньги вы и цѣпь.

Анжело. Шутникъ большой, какъ вижу, вы. Прощайте.


(Анжело уходитъ).


Ант. Сиракузскій. Ну, вотъ, подумайте да погадайте,

Что значитъ это все! Что до меня --

То вѣдь такимъ не окажусь же я

Простымъ глупцомъ, чтобъ не принять охотно,

Что мнѣ даютъ такъ съ виду доброхотно.

Ихъ городъ очень, должно-быть, богатъ,

Коль скоро въ немъ такъ золотомъ дарятъ

На улицахъ!-- Дай Богъ теперь добраться

До пристани и прочь скорѣй убраться.


(Уходить).


## ДѢЙСТВІЕ ЧЕТВЕРТОЕ.


СЦЕНА 1-я.


Тамъ же.


(Входятъ купецъ, Анжело и приставъ).


Купецъ. Вотъ съ Троицы должны вы эту сумму,

И я ни разу не тревожилъ васъ,

Потребовавъ уплаты; не тревожилъ

И нынче бы, когда бъ не долженъ былъ

Я ѣхать скоро въ Персію и деньги

Мнѣ не были бъ нужны. А потому

Покорно васъ прошу со мной расчесться

Немедленно, иль иначе васъ приставъ

Сведетъ въ тюрьму.

Анжело. Какъ разъ такую жъ сумму,

Какую долженъ я, мнѣ обязался

Сегодня уплатить Антифолисъ.

Я за минуту до свиданья съ вами

Ему вручилъ заказанную цѣпь,

И въ пять часовъ онъ мнѣ уплатитъ деньги,

Я васъ прошу пройти со мной къ нему,

Гдѣ расквитаюсь съ вами безъ задержки.


(Входятъ Антифолисъ и Дроміо Эфесскіе).


Приставъ. Ходитъ вамъ нѣту нужды -- вотъ и онъ.

Ант. Эфесскій (Дроміо). Купи, пока пойду я къ ювелиру,

На рынкѣ мнѣ хорошенькій линёкъ.

Я поучить сбираюсь имъ супругу,

И вмѣстѣ съ ней сообщниковъ ея,

За глупыя ихъ шутки. Пусть впередъ

Не запираютъ на носъ дверь мнѣ дома.

А,-- вотъ купецъ! Иди жъ купить линёкъ

И принеси его домой сейчасъ же.

Др. Эфесскій. Линёкъ для нихъ?-- пріятнѣй это мнѣ,

Чѣмъ если бъ дали тысячу мнѣ фунтовъ

Дохода въ годъ.


(Дроміо уходитъ).


Ант. Эфесскій (Анжело). Что жъ это значитъ? Вотъ

Какъ можно вѣритъ вашимъ обѣщаньямъ.

Я съ вашихъ словъ сказалъ, что принесете

Съ собой вы цѣпь; а между тѣмъ о васъ

Ни слуху нѣтъ ни духу! Или вы,

Быть-можетъ, думали, что этой пѣнью

Скрѣпите лучше вы мою любовь

И дружбу къ вамъ?

Анжело.                               Ну, полно вамъ шутить.

Вотъ счетъ, въ которомъ вычислены точно

Вѣсъ цѣпи, проба золота, работа --

Все словомъ, чтобъ опредѣлить дѣну.

Должны вы мнѣ двумя или тремя

Червонцами лишь больше противъ суммы,

Которую обязанъ заплатить

Я этому купцу; такъ потрудитесь

Отдать ее немедленно ему

Взамѣнъ меня. Онъ собрался въ дорогу

И ждетъ лишь этихъ денегъ.

Ант. Эфесскій.                                         У меня

Съ собой такой нѣтъ суммы; сверхъ того,

Я занятъ нынче въ городѣ дѣлами,

А потому покорно васъ прошу

Пройти съ заимодавцемъ вашимъ прямо

Ко мнѣ домой; да кстати захватите

Съ собой и цѣпь. Моя жена отдастъ

Всю сумму вамъ сполна. Я, вѣроятно,

Вернусь домой за вами тотчасъ вслѣдъ.

Анжело. Вы, значитъ, цѣпь ей отдадите сами?

Ант. Эфесскій. Нѣтъ, нѣтъ,-- отдайте вы; я не ручаюсь

Не опоздать.

Анжело.                     Извольте; но отдайте

Тогда мнѣ цѣпь.

Ант. Сиракузскій.           Да вѣдь она у васъ.

Что жъ это значитъ? Или вы хотите

Уйти домой безъ денегъ?

Анжело.                                         Говорю вамъ,

Давайте цѣпь. Синьору надо ѣхать

Немедленно. Часъ вѣтра и прилива

Не будетъ ждать; а я и безъ того

Его здѣсь задержалъ ужъ слишкомъ долго.

Ант. Эфесскій. Помилуйте! Да что же это значитъ?

Иль, не принесши цѣпь, какъ обѣщали,

Въ гостиницу Ежа, вы извинить

Себя хотите неумѣстной шуткой?

Я въ полномъ правѣ васъ бранить; а вы

Затѣяли, какъ вздорная крикунья,

Корить меня.

Купецъ (Анжело). Скорѣй, синьоръ, скорѣй!

Мнѣ некогда васъ дольше дожидаться.

Анжело. Ну, вотъ, вы сами слышите,-- давайте жъ

Скорѣе цѣпь.

Ант. Эфесскій.                     Сказалъ я вамъ: снесите

Ее женѣ и получите деньги.

Анжело. Да полноте! своими вѣдь руками

Ее я отдалъ вамъ сегодня здѣсь.

Давайте жъ цѣпь назадъ иль напишите

Женѣ своей два слова.

Ант. Эфесскій.                               Фу, какъ мнѣ

Вы надоѣли этой глупой шуткой!

Гдѣ цѣпь?-- Надѣюсь я, что вы ее

Мнѣ хоть покажете.

Купецъ (Антифолису).           Однако мнѣ

Нѣтъ времени смѣяться вмѣстѣ съ вами.

Угодно вамъ отвѣтить, получу ль

Отъ васъ свои я деньги? Если нѣтъ,

То будетъ онъ сейчасъ же взятъ подъ стражу.

Ант. Эфесскій. Да вы то что пристали тутъ? Чего

Вамъ нужно отъ меня?

Анжело.                                         Конечно, денегъ;

Тѣхъ самыхъ, что должны вы мнѣ за цѣпь.

Ант. Эфесскій. Ея мнѣ не давали вы -- такъ я

Не буду и платить.

Анжело.                               Неправда: я

Ее вамъ отдалъ здѣсь, на этомъ мѣстѣ.

Съ тѣхъ поръ прошло едва ли полчаса.

Ант. Эфесскій. А я скажу, что ничего отъ васъ

Не получалъ! Прошу не говорить

Мнѣ дерзостей.

Анжело.                               Ихъ говорите вы;

А сверхъ того, подобной клеветою

Вредите мнѣ въ торговыхъ вы дѣлахъ.

Купецъ. Ну, если такъ, то исполняйте, приставъ,

Свою обязанность.

Приставъ (Анжело).           Я арестую васъ

Во имя герцога.

Анжело (Антифолису). Вѣдь тутъ задѣта,

Вы видите, моя ужъ честь. Отдайте жъ

Мнѣ, что должны, иль предъявлю на васъ я

Такой же искъ.

Ант. Эфесскій.                     Вотъ новости!-- Чтобъ я

Платилъ за вещь, которой въ жизнь ни разу

И не видалъ! Хотите начинать

Свой глупый искъ, такъ я вамъ не помѣха.

Анжело (приставу). Возьмите, приставъ, кормовыя деньги

И арестуйте тотчасъ же его.

Такой продѣлки низкой не простихь бы

Я никогда, будь онъ хоть братомъ мнѣ.

Приставъ (Антифолису). Вы слышали?-- Я васъ беру подъ стражу.

Ант. Эфесскій. Я вамъ послушенъ до поры, покуда

Внесенъ не будетъ за меня залогъ.

(Анжело) А вамъ, синьоръ, совѣтую беречься!

Не дешево заплатите вы мнѣ

За этотъ стыдъ! Не расквитаться вамъ

Всѣмъ золотомъ богатой вашей лавки.

Анжело. Ну, это мы увидимъ: вѣдь въ Эфесѣ

Законы есть! они васъ пристыдятъ.


(Входитъ Дроміо Сиракузскій).


Др. Сиракузскій. Я отыскалъ корабль изъ Эпидамна;

Стоитъ совсѣмъ готовый онъ, чтобъ плыть,

И только ждетъ хозяина. Я свезъ

Весь вашъ багажъ; купилъ бальзама, водки

И масла въ путь. Корабль снаряженъ, вѣтеръ

Подулъ какъ разъ отъ берега, и всѣ

Ждутъ только васъ и шкипера съ владѣльцемъ.

Ант. Эфесскій. Что, что ты мнѣ городишь? Что за дичь?

Какой-такой корабль изъ Эпидамна 33)?

Др. Сиракузскій. Да тотъ, что вы велѣли мнѣ нанять.

Ант. Эфесскій. Оселъ, ты пьянъ: -- велѣлъ тебѣ купить

На рынкѣ я линёкъ и объяснилъ,

Зачѣмъ онъ нуженъ мнѣ.

Др. Сиракузскій.                     Ну, мнѣ линьковъ

Не надобно, -- до нихъ я не охотникъ 34).

А вотъ корабль вы отыскать велѣли

Дѣйствительно.

Ант. Эфесскій.                     Ну, потолкую я

Съ тобой потомъ, да научу при этомъ,

Какъ должно лучше слушать; а теперь

Бѣги домой, бездѣльникъ, къ Адріанѣ;

Отдай ей этотъ ключъ и прикажи,

Чтобъ отперла она сундукъ, который

Покрытъ ковромъ. Лежитъ въ немъ кошелекъ

Съ червонцами. Неси его сюда,

Да объясни, что по ошибкѣ взятъ

Подъ стражу я, и надо за себя мнѣ

Внести залогъ. Ну!-- въ нутъ безъ разговоровъ!

Идемте, приставъ, -- онъ вернется вмигъ,

А до того я слѣдую за вами.


(Уходятъ Антифолисъ Эфесскій, Анжело, купецъ и приставъ).


Др. Сиракузскій. Къ какой-такой, сказалъ онъ, Адріанѣ?

А, -- понялъ, понялъ!-- это домъ, гдѣ мы

Обѣдали, и гдѣ меня въ мужья

Тащила силой бабища. Нѣтъ, очень

Она ужъ необъятна: мнѣ ея

Не обхватить. Итти однако надо:

Слуга вѣдь долженъ, радъ или не радъ,

Исполнить все, что господа велятъ. (Уходитъ).


СЦЕНА 2-я.


Тамъ же.


(Входятъ Адріана и Луціана).


Адріана. Ты говоришь, что онъ тебя смущалъ?

Преслѣдовалъ со страстнымъ увлеченьемъ?

Скажи, что ты замѣтила при этомъ

Въ его глазахъ? Сверкало въ нихъ притворство

Иль искренность? Былъ блѣденъ онъ, иль жаръ

Пылалъ въ щекахъ? Смотрѣлъ онъ равнодушно

Иль радостно? Что ты могла замѣтить

Въ его лицѣ? Насколько выдавало

Оно ту мысль, какая занимала

Его въ тотъ мигъ?

Луціана.                               Считать себя твоимъ

Не хочетъ онъ и правъ твоихъ надъ нимъ

Не признаётъ.

Адріана.                     Онъ мнѣ ихъ дать не хочетъ

И тѣмъ себя позорнѣй лишь порочитъ.

Луціана. Затѣмъ клялся, что чужестранецъ онъ.

Адріана. Онъ въ этомъ правъ; но будетъ обличенъ

Во лжи другой: онъ мнѣ далъ клятву ложно.

Луціана. Вступилась я, насколько было можно,

Тутъ за тебя.

Адріана.                     Я что жъ онъ отвѣчалъ?

Луціана. Твою любовь упорно отвергалъ

И мнѣ въ любви со страстью пылкой клялся.

Адріана. А чѣмъ любви добиться онъ старался?

Луціана. Потокомъ словъ,-- и будь они честны,

То, право, имъ могли бъ увлечены

Быть многія. Хвалилъ меня онъ страстно,

Хвалилъ лицо, моё голосъ...

Адріана.                                                   А!.. прекрасно!

Ты, значитъ, ласкова была сама?

Луціана. Ты выслушай...

Адріана.                               О,-- я сойду съ ума!

Уйди! Уйди!.. Я въ горькой сердца боли

Хоть языка стѣснять не стану воли!

Онъ гадокъ, старъ, уродъ, пороченъ, грубъ,

Чудовище 35)!

Луціана.                     Ну, если такъ, то глупъ

Вѣдь будетъ тотъ, кто съ ревностью пристанетъ

Къ чудовищу! Дурное насъ не манитъ

Къ себѣ ничѣмъ, -- счастливый путь ему.

Адріана. Ахъ, перестань!-- Вѣдь сердцу моему

Онъ все же милъ! Пусть за его пороки

Ему чужіе дѣлаютъ упреки;

Но я кричу о нихъ вѣдь, какъ куликъ

Съ тѣмъ, чтобы ловца въ обманъ ввелъ этотъ крикъ

Любя его, къ нему пылая страстно,

Браню его нарочно и напрасно.


(Вбѣгаетъ Дроміо Сиракузскій).


Др. Сиракузскій. Эй, вы,-- скорѣй! Давайте кошелекъ.

Луціана. Постой, вздохни!

Др. Сиракузскій. Бѣжалъ со всѣхъ я ногъ.

Адріана. Что мужъ? Гдѣ мужъ? Здоровъ ли онъ?

Др. Сиракузскій. Какое!..

Стряслось надъ нимъ несчастье хуже вдвое,

Чѣмъ если бъ онъ въ кромѣшный адъ попалъ,

Въ тартарары! Бѣднякъ въ когтяхъ застрялъ

У дьявола! Да, да, -- въ когтяхъ у чорта,

Того, что носитъ кожаный нарядъ

Изъ буйвола, и нѣтъ ему износа 37).

Закованъ въ сталь, нечистый гномъ, бездѣльникъ,

Собака, волкъ,-- нѣтъ, хуже даже волка,

По улицамъ денно и нощно онъ бродитъ,

Съ дороги нигдѣ не собьется! Находитъ

Ее онъ вездѣ; ловитъ, душитъ людей,

И въ адъ посылаетъ безъ всякихъ судей 38)!

Адріана. Что, что случилось?

Др. Сиракузскій. Что случилось -- не знаю, знаю только, что его свели въ тюрьму.

Адріана. Въ тюрьму? Его?.. По чьей же жалобѣ?

Др. Сиракузскій. Не знаю, мудреная это задача!

Онъ въ руки бездѣльника въ кожѣ бычачей

Попалъ.-- это вѣрно! Просилъ онъ сказать,

Что деньги на выкупъ должны вы послать.

Адріана. Иди, сестра, за деньгами. (Луціана уходитъ). Дивлюсь я,

Когда и какъ успѣлъ онъ задолжать.

Ты говоришь, что связанъ въ этомъ дѣлѣ

Онъ векселемъ?

Др. Сиракузскій. Нѣтъ, нѣтъ -- окованъ цѣпью 39).

Въ бѣду попался посерьезнѣй онъ.

Чу, -- слышите?-- несется громко звонъ.

Адріана. Звонъ цѣпи?

Др. Сиракузскій. Нѣтъ, часовъ. Пора, пора мнѣ,

Вѣдь било два, какъ сталъ искать я васъ;

А вотъ теперь часы пробили часъ.

Адріана. Пошли назадъ?-- довольно это странно.

Др. Сиракузскій. Въ чемъ странность?-- Тотъ, кто съ приставомъ нежданно

Вдругъ встрѣтится -- задастъ предъ нимъ стречка

Сейчасъ назадъ.

Адріана.                               Считать за должника

Ты хочешь и время,-- вотъ верхъ безразсудства!

Др. Сиракузскій. О! Время давно ужъ дошло до банкрутства.

Оно вѣдь первѣйшій бездѣльникъ и воръ.

Вездѣ проползетъ, какъ мошенникъ, во дворъ,

Тишкомъ, незамѣтно, не давъ оглянуться,--

Такъ диво ль, что ловко назадъ повернуться

Сумѣетъ прекрасно оно хоть на часъ,

Чтобъ скрыться отъ опытныхъ пристава глазъ.


(Возвращается Луціана).


Адріана. Вотъ кошелекъ, -- бѣги безъ замедленья

И приведи сейчасъ его домой.

Идемъ, сестра. Кипитъ воображенье!

Вѣдь въ немъ мои и мука и покой. (Уходятъ),


СЦЕНА 3-я.


Тамъ же.


(Входитъ Антифолисъ Сиракузскій).


Ант. Сиракузскій. Что жъ это наконецъ?-- Съ кѣмъ я ни встрѣчусь,

Всѣ, какъ съ знакомымъ, говорятъ со мной;

Привѣтствуютъ, но имени зовутъ.

Одинъ спѣшитъ спросить: не нужно ль денегъ?

Другой зоветъ прійти къ нему домой;

Вдругъ ни съ чего благодаритъ за что-то.

Тотъ предлагаетъ что-нибудь купить.

Вотъ хоть сейчасъ, -- какой-то вдругъ портной

Зазвалъ меня, разворотилъ всю лавку

И поклялся, что выписалъ нарочно

На платья мнѣ онъ партію шелковъ.

Успѣлъ злодѣй насильно даже мѣрку

Вѣдь снять съ меня. Престранно!.. Не попался ль

Въ какой-нибудь я чародѣйскій городъ

Волшебницъ и лапландскихъ колдуновъ?


(Входитъ Дроміо Сиракузскій).


Др. Сиракузскій. Вогь, сударь, деньги, за которыми вы меня посылали. Но что это? Куда дѣвали вы стараго Адама въ его новомъ кожаномъ нарядѣ 40)?

Ант. Сиракузскій. Какія деньги? какой Адамъ?

Др. Сиракузскій. Какой Адамъ?-- Ну, конечно, не тотъ, который сторожилъ рай; а тотъ, который сторожитъ въ тюрьмѣ должниковъ. Тотъ, что ходитъ въ кожаной курткѣ, сдѣланной изъ шкуры теленка, заколотаго для блуднаго сына. Онъ вѣдь ходилъ за вами, какъ злой духъ, лишившій васъ свободы.

Ант. Сиракузскій. Я тебя не понимаю.

Др. Сиракузскій. Кажется, я говорю ясно. Онъ похожъ на віолончель въ кожаномъ футлярѣ. Словомъ, это человѣкъ, который, увидя усталаго путешественника, мигомъ хлопнетъ его по плечу и засадитъ отдохнуть. Онъ отводитъ даровыя пристанища промотавшимся бѣднякамъ, которымъ нечѣмъ платить за квартиры. Его бѣлая палочка могущественнѣе мавританскаго копья.

Ант. Сиракузскій. Ты описываешь полицейскаго пристава?

Др. Сиракузскій. Именно. Обязательнаго человѣка, который притягиваетъ къ отвѣту тѣхъ, которые не исполняютъ своихъ собственныхъ обязательствъ. Онъ увѣренъ, что всѣ люди хотятъ спать, и потому, встрѣтясь съ любымъ, непремѣнно пожелаетъ ему спокойнаго убѣжища.

Ант. Сиракузскій. Успокойся самъ и перестань болтать вздоръ. Я посылалъ тебя разузнать о кораблѣ. Можемъ ли мы ѣхать?

Др. Сиракузскій. Да вѣдь я ужъ докладывалъ вамъ объ этомъ часъ тому назадъ. Корабль "Поспѣшность" отправляется сегодня въ ночь; но васъ задержалъ приставъ, а потому вамъ, пожалуй, придется сѣсть на судно "Отсрочка". Вотъ золотые ангелы, присланные для вашего избавленія.

Ант. Сиракузскій. Ну, парень, кажется, въ бреду, какъ я.

Рѣшительно мы въ царствѣ заблужденій.

Пошли Господь скорѣй убраться прочь.


(Входитъ Фрина).


Фрина. Антифолисъ!.. Какъ рада я, что васъ

Здѣсь встрѣтила. Ну, что жъ?-- Сыскали вы

Того купца, который дѣлалъ цѣпь,

Обѣщанную вами мнѣ въ подарокъ?

Ант. Сиракузскій. Прочь, сатана!.. отыди! Не смущай!

Др. Сиракузскій. Неужто это госпожа сатана?

Ант. Сиракузскій. Дьяволъ, дьяволъ какъ есть!

Др. Сиракузскій. Да вѣдь жена дьявола хуже, чѣмъ онъ самъ. Смотрите, смотрите: -- она подъѣзжаетъ къ вамъ въ платьѣ распутницы. Если женщина побожится словами: "прокляни меня Господь" -- такъ это равносильно тому, какъ будто бы она сказала: "сдѣлай меня, Господи, публичной дѣвкой". И въ Писаніи сказано, что онѣ являлись людямъ въ видѣ свѣтлыхъ духовъ 41). Свѣтъ происходитъ отъ огня, а огонь жжетъ, значитъ -- жгутъ и онѣ. Не подходите къ ней, не подходите!

Фрина. Шутникъ, я вижу, вашъ слуга такой же,

Какъ сами вы. Пойдемте-ка ко мнѣ

Поужинать. Чѣмъ угостить -- найдется.

Др. Сиракузскій. Если за ужиномъ будетъ похлебка, такъ не забудьте запастись длинной ложкой.

Ант. Сиракузскій. Почему?

Др. Сиракузскій. Да потому, что вы будете ужинать съ дьяволомъ. Какъ же обойтись безъ длинной ложки 42)?

Ант. Сиракузскій. Прочь, сатана!.. Что мнѣ болтаешь ты

Объ ужинѣ? Ты дьяволъ! Чародѣйка!

Исчезни, скройся! Не смущай меня.

Фрина. А!.. Вотъ какъ вы! Отдайте жъ то кольцо,

Какое вамъ дала я за обѣдомъ

Въ обмѣнъ за цѣпь, обѣщанную мнѣ.

Тогда уйду и васъ смущать не буду.

Др. Сиракузскій. Мы знали времена, когда отъ насъ

Чортъ требовалъ обрѣзокъ ногтя, волосъ,

Соломинку, булавку, каплю крови,

Орѣхъ, отъ вишни косточку; а нынче

Онъ сталъ практичнѣй: золотую цѣпь

Давай ему! Синьоръ, остерегайтесь!

Вы, цѣпь ему отдавъ, того гляди

Услышите, что загремитъ цѣпями

Своими онъ.

Фрина.                     Давайте же, давайте

Цѣпъ или кольцо* Надѣюсь, что меня

Обворовать вы все же постыдитесь,

Ант. Сиракузскій. Сгинь, вѣдьма! сгинь! Прочь, Дроміо, отсюда!

Др. Сиракузскій. "Не зазнавайся",-- учить насъ павлинъ 43);

Полезно помнить это вамъ, синьора.


(Уходятъ Антифолисъ и Дроміо).


Фрина. Антифолисъ рѣшительно рехнулся;

Иначе такъ себя бы онъ не велъ.

Взялъ перстень у меня цѣною въ сорокъ

Червонцевъ вѣдь и обѣщалъ за это

Въ обмѣнъ отдать мнѣ золотую цѣпь.

И вотъ теперь безсовѣстно отрекся

Отъ словъ своихъ. Что съ нимъ случилось что-то --

Замѣтила ужъ я и за столомъ.

Сказалъ онъ мнѣ, что не впустили нынче

Его сегодня въ дверь. Теперь понятно

Мнѣ это все: его жена, конечно,

Привыкла къ этимъ выходкамъ давно

И потому остереглась позволить

Ему войти. Пойду сейчасъ же къ ней

И все ей разскажу: какъ онъ ворвался

Ко мнѣ въ своемъ припадкѣ и насильно

Взялъ перстень мой. Свести съ нимъ надо счеты;

Терять свое нѣтъ никому охоты. (Уходитъ).


СЦЕНА 4-я.


Тамъ же.


(Входятъ Антифолисъ Эфесскій и приставъ).


Ант. Эфесскій. Прошу, не безпокойтесь, я отъ васъ

Не убѣгу; всю сумму, за какую

Я арестованъ, заплачу сполна.

Моя жена была не въ духѣ нынче

И не повѣрила словамъ слуги.

Скажу я больше вамъ: вѣсть, что былъ взятъ

Въ Эфесѣ я подъ стражу, прозвучала бъ

Въ ея ушахъ вполнѣ невѣроятной,

Когда бъ она услышала ее

И отъ другихъ. (Входитъ Дроміо Эфесскій съ линькомъ)

А! Наконецъ вернулся

Мой посланный. Ну, что? Принесъ ты деньги?

Др. Эфесскій. Что велѣно -- принесъ. Довольно будетъ

Для нихъ для всѣхъ.

Ант. Эфесскій.                     Гдѣ жъ деньги?

Др. Эфесскій.                                                   Деньги гдѣ?

Я расплатился ими за линёкъ.

Ант. Эфесскій. Какъ! за линёкъ ты далъ пятьсотъ червонцевъ?

Др. Эфесскій. Ну, нѣтъ;-- за эти деньги я купилъ бы

Пятьсотъ линьковъ.

Ант. Эфесскій.                     Да ты отвѣть: тебя я

За чѣмъ послалъ?

Др. Эфесскій.                     Да за линькомъ; и я

Вернулся съ нимъ.

Ант. Эфесскій. Такъ получи же сдачу 44). (Бьетъ его).

Приставъ. Синьоръ, синьоръ,-- успокойтесь.

Др. Эфесскій. Покой надо пожелать мнѣ. Я за его безпокойство плачу своими боками.

Приставъ. Сдержи языкъ.

Др. Эфесскій. Посовѣтуйте лучше ему придержать руки.

Ант. Эфесскій. Негодяй! безчувственный бездѣльникъ!

Др. Эфесскій. Желалъ бы точно быть безчувственнымъ для вашихъ кулаковъ.

Ант. Эфесскій. Ты, какъ оселъ, только къ нимъ и чувствителенъ.

Др. Эфесскій. Я дѣйствительно сталъ похожъ на осла, если судить по моимъ, вытянутымъ вами, ушамъ. Вотъ баринъ, которому я служилъ отъ самаго рожденья и ничего не получилъ отъ него, кромѣ побоевъ! Онъ меня ими грѣетъ, когда мнѣ холодно, и прохлаждаетъ въ жаркіе дни. Ими будитъ, ими поднимаетъ съ мѣста, ими гонитъ на службу и ими же встрѣчаетъ, когда я возвращусь. Я ношу ихъ за спиной, какъ нищая своего ребенка, и онъ навѣрно съ ними же пустить меня нищенствовать, когда искалѣчитъ совсѣмъ.


(Входятъ Адріана, Луціана, Фрина и Пинчъ съ служителями).


Ант. Эфесскій. Идемте. А! Вотъ моя жена.

Др. Эфесскій. Respice finem, сударыня. Берегитесь конца, то-есть кончика этой плети 45). Помните, какъ кричитъ попугай: "берегись, берегись!"

Ант. Эфесскій. Замолчишь ли ты?

Фрина. Что скажете?-- иль мужъ вашъ не безуменъ?

Адріана. Онъ выдаетъ свое безумство самъ.

Добрѣйшій докторъ Пинчъ,-- вы -- заклинатель,

Такъ постарайтесь возвратить ему

Вновь здравый смыслъ. Я васъ вознагражу

За это всѣмъ, что вы лишь захотите.

Луціана. Ахъ, какъ онъ странно и ужасно смотритъ.

Фрина. Онъ отъ припадка яростно дрожитъ.

Пинчъ. Позвольте мнѣ пощупать вашу руку.

Ант. Эфесскій (даетъ ему пощечину),

Вы лучше такъ увидите ее!

Пинчъ. Прочь, сатана! изыди, окаянный!..

Моихъ молитвъ, злосчастный, устрашись!

Низвергнись въ адъ! въ подземную пучину!

Весь сонмъ святыхъ я на тебя зову!..

Ант. Эфесскій. Молчи, оселъ! разсудокъ мой не боленъ.

Адріана. О, бѣдный, бѣдный! если бъ было такъ!

Ант. Эфесскій. А ты, красавица! вотъ съ кѣмъ, я вижу,

Стакнулась ты! съ шафранной этой рожей!

Вотъ кто сегодня пировалъ съ тобой

Въ моемъ дому, когда стучалъ напрасно

Я въ дверь свою.

Адріана.                               Опомнись! да вѣдь ты

Со мной обѣдалъ самъ, и если бъ дома

Остался и потомъ, то не пришлось бы

Тебѣ попасть въ такой позоръ и стыдъ.

Ант. Эфесскій. Что, что? обѣдалъ дома я? (Дроміо) Что скажешь

На это ты, бездѣльникъ? Отвѣчай.

Др. Эфесскій. Скажу по чести: въ домъ вы не входили.

Ант. Эфесскій. А на носъ дверь была мнѣ заперта?

Др. Эфесскій. Ей-ей 46), была вамъ на носъ заперта.

Ант. Эфесскій. Жена меня бранила? оскорбляла?

Др. Эфесскій. Все вѣрно, все: бранила, оскорбляла.

Ант. Эфесскій. А кухонная дѣвка вслѣдъ за ней?

Др. Эфесскій. И кухонная дѣвка вслѣдъ за ней.

Ант. Эфесскій. А я ушелъ, взбѣсившись, прочь оттуда?

Др. Эфесскій. Все истинно: сорвали злость свою

Вѣдь вы на мнѣ -- моя спина свидѣтель.

Адріана. Ну, можно ль такъ безумнымъ потакать?

Пинчъ. Какъ вамъ сказать?-- пожалуй, что не худо:

Онъ соглашается вѣдь съ нимъ нарочно,

Чтобъ успокоить бѣшенство его.

Ант. Эфесскій (женѣ). Тобой подученъ ювелиръ, конечно,

Чтобъ былъ посаженъ я за долгъ въ тюрьму.

Адріана. Неправда, нѣтъ,-- послала деньги я

Тебѣ, напротивъ, съ Дроміо, чтобъ могъ ты

Внести залогъ.

Др. Эфесскій. Со мной послали деньги?..

Послать хотѣли, можетъ-быть, но я

Ни васъ ни денегъ, какъ ушей, не видѣлъ.

Ант. Эфесскій. Такъ денегъ ты не требовалъ съ нея*

Адріана. О, да, о, да,-- и получилъ сполна ихъ.

Луціана. Я подтвержу, что это было такъ.

Др. Эфесскій. А за меня Господь и мастеръ плетокъ

Вамъ скажутъ, что ходилъ я за линькомъ.

Пинчъ. Слуга и баринъ несомнѣнно оба

Сошли съ ума. Свидѣтели тому

Ихъ странный взглядъ и блѣдность;-- надо ихъ

Сейчасъ связать и засадить въ потемки.

Ант. Эфесскій (женѣ). Отвѣть, зачѣмъ закрыла предо мной

Мою ты дверь? (Дроміо) А ты съ чего отрекся,

Что посланъ былъ съ червонцами ко мнѣ?

Адріана. Дверей, мой милый, я не запирала.

Др. Эфесскій. А я въ глаза червонцевъ не видалъ;

Что жъ до дверей -- то ихъ закрыли точно.

Адріана. О, негодяй! И то и это ложь!

Ант. Эфесскій. Негодница! сама ты лжешь! Стакнулась

Ты съ этой подлой шайкой, чтобъ позорно

Меня предъ всѣми выставитъ на смѣхъ.

Но погоди! Я доберусь ногтями

До глазъ твоихъ, чтобъ не пришлось имъ видѣть

Мой стыдъ и срамъ.

Адріана.                               Ай-ай! прочь, прочь!..

Связать его!

Пинчъ.                     Эй! караулъ! На помощь!

Въ него опасный поселился бѣсъ.

Луціана. Какъ блѣденъ онъ! какъ взглядъ его безуменъ!


(Подбѣгаютъ нѣсколько прохожихъ и помогаютъ связать Антифолиса и Дроміо).


Ант. Эфесскій (отбиваясь). Что жъ это наконецъ! Иль вы хотите

Меня убить? Вступись же, приставъ! Я

Вѣдь взятъ тобой подъ стражу. Развѣ можешь

Позволитъ ты, чтобъ вырвали меня

Изъ рукъ твоихъ?

Приставъ.                               Оставьте: я его

Отдать вамъ не могу; онъ арестованъ

По дѣлу мной.

Пинчъ.                     Мы свяжемъ и тебя.

Эй, эй! берите: онъ безумный тоже.

Адріана. Ты что суешь свой носъ тутъ, глупый приставъ?

Иль радъ себѣ потѣху сдѣлать ты*

Глядя, какъ этотъ бѣдный сумасшедшій

Вредитъ себѣ жъ?

Приставъ.                               Онъ мною взятъ подъ стражу,

И я, освободивъ его, рискую,

Что долгъ его потребуютъ съ меня.

Адріана. Оставь свой страхъ; скажи, кому онъ долженъ,

И я, добившись толку, какъ и сколько

Онъ задолжалъ, немедля заплачу

Весь долгъ сполна. Прошу васъ, добрый докторъ,

Велите отвести его сейчасъ же

Ко мнѣ домой. О, злой, ужасный день!

Ант. Эфесскій. О, злая потаскушка!

Др. Эфесскій.                                         Ну, а я

При чемъ же тутъ? Въ чужомъ пиру похмелье

Досталось мнѣ.

Ант. Эфесскій.           Молчи, бездѣльникъ!.. ты-то

Хоть не глупи и не бѣси меня.

Др. Эфесскій. Я не бѣси? Хотите даромъ, что ли,

Позволить вы связать обоихъ насъ?

Будь я на вашемъ мѣстѣ -- я бы дрался,

Ревѣлъ благимъ бы матомъ.

Луціана.                                         Успокой,

Творецъ, несчастныхъ васъ! Что за безумье

Во всѣхъ поступкахъ вашихъ и словахъ!

Адріана. Ведите ихъ. Пойдемъ, сестра, со мною.


(Пинчъ и прочіе уводятъ Антифолиса и Дроміо)


Скажи теперь мнѣ, приставъ, сколько долженъ

Онъ и кому?

Приставъ.                     Купцу Анжело. Вамъ

Извѣстенъ онъ?

Адріана.                     Извѣстенъ хорошо.

Какъ велика, скажи мнѣ, сумма иска?

Приставъ. Онъ двѣсти задолжалъ ему червонцевъ.

Адріана. За что?

Приставъ.                     За цѣпь, заказанную имъ.

Адріана. Ее велѣлъ онъ сдѣлать для меня;

Но отъ него я цѣпь не получала.

Фрина. Такъ знайте жъ, что когда безумный мужъ вашъ

Пришелъ ко мнѣ сегодня поутру

И силой взялъ мой перстень (тотъ, который,

Вы видѣли, былъ на его рукѣ),

То вслѣдъ затѣмъ онъ встрѣтился мнѣ съ цѣпью

На улицѣ.

Адріана.                     Быть-можетъ, только я

Ея не видѣла. Прошу, сведи

Меня сейчасъ же, приставъ, къ ювелиру.

Мнѣ хочется узнать подробно все.


(Входятъ Антифолисъ и Дроміо Сиракузскіе съ обнаженными мечами).


Луціана. Спаси насъ Богъ!.. Они опять на волѣ!

Адріана. Въ рукахъ мечи!.. Спасите!.. помогите

Ихъ усмирить!..

Приставъ.                     Убьютъ!.. Пропали мы!


(Приставъ, Луціана и Адріана убѣгаютъ).


Ант. Сиракузскій. Мечей, какъ вижу, вѣдьмы испугались.

Др. Сиракузскій, Вонъ, вонъ глядите, какъ бѣжать пустилась

Та, что сбиралась вашей быть женой.

Ант. Сиракузскій. Иди сейчасъ къ Центавру и сбери

Весь нашъ багажъ. Дай Богъ скорѣй убраться.

Др. Сиракузскій. А, право, я думаю, что можно было бы здѣсь переночевать. Вреда намъ не сдѣлаютъ. Вы сами видѣли, какъ ласково насъ принимали и даже дарили золотомъ. Я нахожу, что здѣсь живутъ премилые люди, и если бъ не эта гора мяса, которой вздумалось закабалить меня въ мужья, то я охотно согласился бы поселиться въ этомъ городѣ навсегда и даже сдѣлаться колдуномъ.

Ант. Сиракузскій. Я не останусь на ночь ни за что.

Сбирай багажъ, и на корабль сейчасъ же. (Уходятъ).


## ДѢЙСТВІЕ ПЯТОЕ.


Передъ аббатствомъ.


(Входятъ Анжело и купецъ).


Анжело. Мнѣ очень жаль, синьоръ, что я невольно

Васъ задержалъ; но я васъ увѣряю,

Что цѣпь была мной отдана, хоть онъ

Безсовѣстно отъ этого отрекся.

Купецъ. Какою славой пользуется онъ

Здѣсь въ городѣ?

Анжело.                               Прекраснѣйшей. Ему

Всѣ вѣрятъ безусловно, уважаютъ,

Какъ лучшаго изъ гражданъ. Я бы самъ

Ему довѣрилъ все, что я имѣю.

Купецъ. Тсс... тише, кажется, идетъ онъ самъ.


(Входятъ Антифолисъ и Дроміо Сиракузскіе).


Анжело. Онъ, точно онъ; и, можете представить,

Надѣлъ на шею цѣпь,-- ту, отъ которой

Такъ нагло отперся. Останьтесь возлѣ:

Мы оба подойдемъ къ нему. (Антифолису) Дивлюсь я,

Синьоръ, что вы подводите меня

Ужъ такъ безцеремонно, причиняя

Тѣмъ стыдъ большой и самому себѣ.

Вы поклялись, что не видали цѣпи,

А сами носите ее при всѣхъ!

Меня въ моей затронули вы чести

И довели чуть-чуть не до тюрьмы,

Да, сверхъ того, надѣлали хлопотъ

И этому почтенному торговцу.

Когда бъ не вы, то былъ бы онъ тепесь

Уже въ пути. Ужель вы отопретесь,

Что эту цѣпь вамъ далъ сегодня я?

Ант. Сиракузскій. Я отпираться въ этомъ и не думалъ.

Купецъ. Неправда: въ этомъ отперлись при мнѣ

Вы съ клятвою.

Ант. Сиракузскій.           Кто жъ это слышалъ?

Купецъ.                                                                       Я!

Своими слышалъ это я ушами.

Наглецъ вы дерзкій!-- вотъ что вамъ я прямо

Скажу въ глаза! Такимъ, какъ вы, не мѣсто

Жить въ-обществѣ порядочныхъ людей.

Ант. Сиракузскій. Какъ! что?.. Вы сами негодяй презрѣнный,

Когда меня такъ смѣете корить!

Я доказать и честь мою и честность

Сумѣю вамъ сейчасъ же, если только

Не побоитесь встать вы предо мной.

Купецъ. Не побоюсь! и васъ зову мерзавцемъ.


(Вынимаютъ шпаги. Входятъ Адріана, Луціана, Фрина и другіе).


Адріана. О, стойте, ради Бога! Онъ безуменъ!

Не дѣлайте вреда ему; старайтесь

Имъ овладѣть; прочь отнимите шпагу.

Свяжите съ нимъ и Дроміо; отправьте

Ко мнѣ домой обоихъ.

Др. Сиракузскій.                     Утекайте,

Синьоръ, скорѣй! Куда-нибудь, лишь только бъ

Убраться прочь... Смотрите: вотъ аббатство!

Скорѣй, иль мы пропали!


(Антифолисъ и Дроміо убѣгаютъ въ аббатство. Входитъ аббатисса).


Аббатисса.                               Успокойтесь!

Что тутъ за шумъ? Зачѣмъ столпились вы?

Адріана. Къ вамъ скрылся мой больной, безумный мужъ.

Впустите насъ, чтобъ взять его могли мы

И успокоить, уведя домой.

Анжело. Я думалъ самъ, что боленъ онъ разсудкомъ.

Купецъ. Мнѣ жаль, что я затѣялъ ссору съ нимъ.

Аббатисса. А какъ давно подвергся онъ недугу?

Адріана. Съ недѣлю я ужъ стала замѣчать,

Что сталъ онъ скученъ, мраченъ, измѣнился

Въ сравненьи съ тѣмъ, какимъ бывалъ всегда,

Сегодня жъ въ полдень овладѣлъ ужъ имъ

Припадокъ страшный полнаго безумья.

Аббатисса. Не потерялъ ли въ морѣ онъ добра?

Не схоронилъ ли дорогого друга?

Иль, можетъ-быть, дурной увлекся страстью --

Грѣхомъ,-- увы!-- нерѣдкимъ въ молодежи,

Чей глазъ къ стѣсненью воли не привыкъ.

Скажи, какимъ изъ этихъ испытаній

Онъ пораженъ?

Адріана.                     Всего вѣрнѣй -- послѣднимъ.

Убѣждена я твердо, что искалъ

Отрадъ любви преступно онъ внѣ дома.

Аббатисса. Конечно, съ нимъ ты ссорилась за то?

Адріана. Да, признаюсь.

Аббатисса.                     А какъ?.. прилично, кротко?

Адріана. Насколько кротость позволяла мнѣ.

Аббатисса. Наединѣ?

Адріана.                               Бывало и публично.

Аббатисса. Но не корила жъ цѣлый день съ утра?

Адріана. Напротивъ, я его пилила этимъ

И день и ночь. Въ постели не давала

Ему я спать; корила за обѣдомъ;

Всѣхъ нашихъ разговоровъ это былъ

Одинъ предметъ. Въ гостяхъ старалась даже

Объ этомъ намекать ему; твердила,

Что поступать такъ стыдно и грѣшно.

Аббатисса. Такъ вотъ и вся причина, почему

Твой мужъ сошелъ съ ума. Ядъ укоризны

Ревнивой женщины -- отрава хуже,

Чѣмъ укушенье бѣшенаго пса.

Смущала сонъ его ты злобной бранью

И потушила этимъ ясный свѣтъ

Его ума. Ты отравляла пищу

Его приправой горькихъ укоризнъ,--

Чему жъ дивиться, что разстроилъ этимъ

Здоровье онъ, схвативъ опасный жаръ.

Само безумье вѣдь не что иное,

Какъ жаръ въ крови. Ты говоришь сама,

Что всѣмъ его мечтамъ и развлеченьямъ

Мѣшала ты сварливостью своей;

А разъ лишатъ насъ всякихъ удовольствій --

Что жъ остается намъ, какъ не поддаться

Подъ тяжкій гнетъ раздумья и тоски,

Подруги злой отчаянья и горя,

Ведущей вслѣдъ себѣ хандру, болѣзни --

Враговъ всѣхъ этихъ жизни на землѣ?

То, что всю жизнь намъ день и ночь тревожитъ --

Умъ помутить вѣдь даже тварямъ можетъ;

А потому -- виновна ты сама,

Что бѣдный мужъ лишился твой ума.

Луціана. Она всегда съ нимъ кротко говорила;

Напротивъ, въ немъ дышало грубой силой

И дерзостью все, что ни дѣлалъ онъ.

Зачѣмъ, сестра, снесла ты безотвѣтно

Такой упрекъ?

Адріана.                     Онъ поразилъ мнѣ сердце.

Прошу васъ, люди добрые, помочь

Взять мужа мнѣ къ себѣ.

Аббатисса.                               Никто не смѣетъ

Войти въ мою обитель.

Адріана.                                         Если такъ,

То прикажите привести его

Сюда прислугѣ вашей.

Аббатисса.                               Не исполню

И этого. Въ обители святой

Искалъ пріюта онъ и этимъ спасся

Отъ вашихъ рукъ. Я удержу его,

Пока къ нему не возвратится снова

Его угасшій разумъ. Приложу

Всѣ силы для того.

Адріана.                               Хочу при мужѣ

Я быть сама!.. ухаживать, лелѣять,

Беречь его! Велитъ мнѣ это сдѣлать

Священный долгъ! Помощниковъ при этомъ

Не нужно мнѣ. Хочу, хочу! Пустите!..

Должна его я увести домой!

Аббатисса. Везъ крика! Тс... не выпущу его

Изъ дома я, пока не испытаю

Всѣхъ средствъ благихъ: лѣкарствъ, молитвъ, ухода,

Какими можно возвратитъ ему

Его угасшій разумъ 47). Такъ велитъ

Обѣтъ священный мой, какимъ себя

Связала я, вступивъ въ нашъ славный орденъ.

А потому или отсюда съ миромъ,

Оставивъ мужа на моихъ рукахъ.

Адріана. Я не уйду! его я не оставлю!

Грѣхъ тяжкій вамъ такъ мужа разлучать

Съ его женой.

Аббатисса.                     Иди и успокойся.

Сказала я, что не отдамъ его.


(Аббатисса уходитъ).


Луціана. Должна, сестра, защиты ты просить

У герцога.

Адріана.                     Идемъ, идемъ!.. Я брошусь

Къ его ногамъ и, разъ упавъ, не встану,

Покуда градомъ слезъ не умолю

Прійти сюда и возвратить мнѣ мужа,

Хоть силою.

Купецъ.                     Ужъ близко пять часовъ,

И герцогъ здѣсь пройдетъ какъ разъ дорогой

Къ печальной той долинѣ, гдѣ должна

Свершиться нынче казнь. Вѣдь это мѣсто

Лежитъ какъ разъ за рвомъ монастыря.

Анжело. Какая казнь?

Купецъ.                               Казнь бѣднаго купца

Изъ Сиракузъ. Имѣлъ неосторожность

Онъ незаконно высадиться здѣсь,

За что и будетъ нынче обезглавленъ.

Анжело. Его ведутъ;-- мы можемъ видѣть казнь.

Луціана (Адріанѣ). Спѣши упасть предъ герцогомъ, покуда

Онъ не успѣлъ пройти передъ стѣной.


(Входятъ герцогъ со свитой, Эгеонъ съ открытой головой. За нимъ палачъ и стража).


Герцогъ. Пусть разъ еще провозгласятъ публично,

Что если другъ иль родственникъ купца

Внесетъ положенный закономъ выкупъ --

Онъ не умретъ. Спасти его готовъ я

Отъ всей души.

Адріана.                               Защиты, государь,

Защиты я прошу отъ аббатиссы!..

Герцогъ. Какъ!.. этой честной женщины? святой

И такъ высоко чтимой? Не повѣрю,

Чтобъ оскорбить она могла тебя.

Адріана. Лишь выслушай:-- мой мужъ, Антифолисъ,

Кому довѣрила я безусловно

(Какъ мнѣ велѣлъ ты это, герцогъ, самъ) 48)

Себя и все, что только я имѣла,--

Сошелъ съ ума. Порывъ безумья злого

Имъ овладѣлъ такъ страшно, что, забывъ

Приличья всѣ, сталъ дико бѣгать онъ

По улицамъ съ своимъ слугой, сошедшимъ

Съ ума, какъ онъ: врываться сталъ въ жилища:

Сталъ похищать, какъ настоящій воръ,

Уборы, кольца, деньги, устрашая

Спокойныхъ, мирныхъ гражданъ. Случай далъ

Возможность мнѣ смирить его, отправивъ

Къ себѣ домой, при чемъ хотѣла я

Вознаградить, какъ должно, за убытки

Всѣхъ тѣхъ, кому онъ отдалъ все въ своемъ

Припадкѣ зломъ. Но тутъ, не знаю, какъ,

Случилось вдругъ, что вырваться успѣлъ онъ

Изъ рукъ, его стерегшихъ. Онъ, и съ нимъ

Его слуга, безумный точно такъ же,

Схвативъ мечи, напали здѣсь на насъ,

Принудили бѣжать, но мы успѣли

Позвать людей на помощь и связали

Обоихъ ихъ. Но, на бѣду, они

Вновь вырвались и скрылись здѣсь въ аббатствѣ.

Игуменья жъ велѣла запереть

Имъ двери вслѣдъ и, несмотря на наши

Мольбы и просьбы, отказала твердо

Въ ихъ выдачѣ, не позволяя взять

Ихъ намъ самимъ, чтобъ успокоить дома.

Вотъ почему молю тебя я, герцогъ,

Вели немедля выдать ихъ, чтобъ мы

Могли помочь несчастнымъ.

Герцогъ.                                                   Мужъ твой былъ

На службѣ у меня и отличился

Такъ доблестно, что въ день, когда онъ вздумалъ

Жениться на тебѣ 49), я обязался

Священнымъ, честнымъ словомъ сдѣлать все,

Чѣмъ могъ ему его упрочить счастье.

Пусть кто-нибудь пойдетъ сейчасъ въ аббатство

И отъ меня попроситъ аббатиссу

Прійти сюда. Я не уйду, пока

Не разъясню, какъ должно, это дѣло.


(Вбѣгаетъ служитель).


Служитель. Бѣгите прочь! скорѣй, скорѣй, синьора!

Вашъ мужъ съ лакеемъ убѣжали вновь.

Они прибили въ домѣ всѣхъ служанокъ

И подпалили бороду врачу;

А тамъ ее затѣяли тушить

Помоями! Бѣднякъ былъ ими связанъ,

И баринъ началъ съ важностью читать

Какую-то мораль ему; слуга же

Остригъ его макушку на манеръ

Помѣшанныхъ. Когда вы не пошлете

Сейчасъ же усмирить ихъ, то навѣрно

Они въ конецъ уходятъ бѣдняка.

Адріана. Молчи, дуракъ:-- слуга и баринъ оба

Здѣсь заперты въ аббатствѣ. Что за вздоръ

Ты мнѣ несешь?

Служитель.                     Клянусь, сказалъ я правду.

Я не успѣлъ вздохнуть съ тѣхъ поръ, какъ видѣлъ

Обоихъ ихъ. Самъ баринъ рветъ и мечетъ;

Кричитъ, чтобъ только удалось добраться

Ему до васъ; грозитъ васъ искалѣчить.

Чу! слышите? Они, они! спасайтесь!

Герцогъ. Встань возлѣ и не бойся. Эй! гдѣ стража?

Адріана. О, Боже! Боже! да вѣдь это точно

Бѣжитъ мой мужъ! Какимъ же невидимкой

Пробрался онъ? Вѣдь за минуту былъ онъ

Еще въ стѣнахъ аббатства; а теперь

Явился здѣсь, какъ на голову снѣгъ.

Есть отъ чего съ ума сойти тутъ точно!


(Входятъ Антифолисъ и Дроміо Эфесскіе).


Ант. Эфесскій. А, герцогъ здѣсь! Молю я, повелитель,

Будь справедливъ! Прошу тебя во имя

Услугъ, тебѣ оказанныхъ, когда,

Собой прикрывъ тебя, я въ тяжкой битвѣ

Спасъ жизнь твою, а самъ былъ весь израненъ!

Прошу во имя крови, пролитой

Мной за тебя -- прошу о правосудьѣ!

Эгеонъ. Когда страхъ смерти не смутилъ мнѣ разумъ,

То предо мной мой сынъ Антифолисъ

И Дроміо.

Ант. Эфесскій. Защиты я прошу

Отъ этой женщины. Ее ты далъ

Въ супруги мнѣ; она же вѣроломно

Мою попрала честь! Ее покрыла

Ужаснѣйшимъ позоромъ. Нѣту словъ,

Чтобъ разсказать, что привелось сегодня

Мнѣ вытерпѣть постыдно отъ нея.

Герцогъ. Скажи мнѣ все: я буду справедливымъ.

Ант. Эфесскій. Она сегодня дерзко не впустила

Меня въ мой домъ въ то время, какъ сама

Безстыдно пировала въ немъ съ какимъ-то

Развратникомъ.

Герцогъ.                     Поступокъ низкій. (Адріанѣ) Правда ль

Что онъ сказалъ?

Адріана.                               Неправда, герцогъ,-- я

Обѣдала съ сестрой. Пусть я умру,

Когда сказала ложь.

Луціана.                               Пусть не увижу

Я свѣта днемъ и сна спокойной ночью,

Когда не такъ.

Анжело..                     О, лгуньи! Обѣ вы

Клятвопреступницы! Пусть мужъ твой точно

Сошелъ съ ума, но говоритъ онъ правду.

Ант. Эфесскій. Я помню все, что говорю. Мой умъ

Не отуманенъ ни виномъ ни гнетомъ

Безумія, хоть то, что вынесъ я,

Свести съ ума могло бы и здоровыхъ.

Она закрыла мнѣ предъ носомъ дверь,

И ювелиръ -- когда бъ онъ не былъ въ стачкѣ

Съ обѣими -- вамъ подтвердилъ бы это.

Онъ былъ при этомъ тутъ же; а потомъ

Былъ посланъ мной за цѣпью, чтобъ, съ собою

Ее принесть въ гостиницу Ежа,

Гдѣ я обѣдалъ вмѣстѣ съ Бальтазаромъ.

Прождавъ его напрасно (такъ какъ къ сроку

Онъ не пришелъ), отправился я тотчасъ

Его искать и скоро здѣсь увидѣлъ,

Какъ онъ гулялъ вотъ съ этимъ торговцемъ..

Тутъ этотъ лживый человѣкъ, забывши

И стыдъ и честь, сталъ увѣрять меня,

Что будто бы своими онъ руками

Мнѣ отдалъ цѣпь, тогда какъ я, клянусь

Въ томъ Господомъ, той цѣпи и не видѣлъ.

Онъ поднялъ шумъ; я взятъ былъ подъ арестъ

И, покорясь бѣдѣ такой невольно,

Велѣлъ слугѣ бѣжать скорѣй, домой

За деньгами; но дурень воротился

Назадъ безъ нихъ. Тогда я сталъ просить,

Чтобъ приставъ самъ отправился со мною;

Но на дорогѣ встрѣтились намъ вдругъ

Жена, сестра и рой какихъ-то подлыхъ

Нахлѣбниковъ, вступившихъ съ ними въ стачку.

Особенно бросался между ними

Въ глаза какой-то Пинчъ. Худой, голодный,

Уродъ, фигляръ со впалыми глазами

И съ блѣдной рожей,-- ну, ни дать ни взять --

Живой мертвецъ! Зловредный этотъ олухъ

Разыгрывать вдругъ вздумалъ надо мной

Роль заклинателя; смотрѣлъ въ лицо мнѣ,

Сталъ щупать пульсъ и самъ, какъ сумасшедшій,

Вдругъ заоралъ, что я сошелъ съ ума.

Тутъ на меня напали всѣ толпой,

Скрутили руки мнѣ и засадили

Въ какой-то темный погребъ вмѣстѣ съ вѣрнымъ

Моимъ слугой. Я, оглядясь впотьмахъ,

Успѣлъ зубами перегрызть веревки

И убѣжалъ въ надеждѣ встрѣтить васъ

И умолить помочь мнѣ благосклонно

Вернуть мою утраченную честь.

Анжело. Я, государь, вамъ подтверждаю съ клятвой,

Что въ домъ къ себѣ онъ точно не былъ впущенъ

И принужденъ обѣдать былъ въ гостяхъ.

Герцогъ. А цѣпь, скажи, была ему тобою

Дана иль нѣтъ?

Анжело.                     Да, государь, была.

Онъ здѣсь гулялъ, надѣвъ ее, публично.

Купецъ. Готовъ подъ клятвой показать и я,

Что слышалъ самъ, какъ признавался громко

Онъ въ томъ, что получилъ ее, тогда какъ

За часъ, на рынкѣ, эти же слова

Онъ отрицалъ. Вотъ почему позволилъ

Себѣ я шпагу вынуть на него;

Но онъ укрылся въ монастырь, откуда

Какимъ-то чудомъ вырвался назадъ.

Ант. Эфесскій. Въ монастырѣ я вашемъ не бывалъ,

На шпагахъ съ вами никогда не дрался;

А что до цѣпи -- то ея не видѣлъ

Я и во снѣ. Все, что сказали вы,

Ложь наглая, преступная и злая.

Герцогъ. Что за сумбуръ! Готовъ подумать я,

Что напились изъ чаши вы Цирцеи 50).

Будь запертъ онъ въ аббатствѣ -- онъ, конечно бъ,

Былъ тамъ теперь; а если онъ безуменъ,

Тогда не могъ бы здраво разсуждать.

(Адріанѣ) Ты говорить, что онъ обѣдалъ дома,

А ювелиръ твердитъ, что это ложь.

(Дроміо) Что скажешь ты?

Др. Эфесскій (показывая на Фрину). Скажу, что онъ обѣдалъ

Сегодня съ ней въ гостиницѣ Ежа.

Фрина. Обѣдалъ точно -- и съ моей руки онъ

Снялъ вотъ этотъ перстень.

Ант. Эфесскій. Въ томъ не запираюсь:

Кольцо досталось точно мнѣ отъ васъ.

Герцогъ. А что потомъ укрылся онъ въ аббатствѣ,

Ты видѣла?

Фрина.                     Такъ хорошо, какъ вижу

Васъ предъ собой.

Герцогъ.                               Часъ отъ часу чуднѣй!

Пусть позовутъ сейчасъ же аббатиссу, --

Мнѣ кажется, что вы сошли съ ума

Огуломъ всѣ.

Эгеонъ.                     Великій государь!

Позволь мнѣ молвить слово. Я на счастье

Увидѣлъ друга здѣсь, который можетъ

Внести залогъ и тѣмъ спасти мнѣ жизнь.

Герцогъ. Даю тебѣ на это позволенье

Отъ всей души.

Эгеонъ (Антифолису). Вѣдь васъ зовутъ, синьоръ,

Какъ слышалъ я сейчасъ, Антифолисомъ

И неразлучно связаны съ своимъ

Слугой вы, Дроміо?

Др. Эфесскій.                     Часъ иль два

Назадъ былъ точно связанъ я, да онъ

Удачно перегрызъ мои веревки.

И хоть остался я ему слугой,

Да только ужъ не связаннымъ 51).

Эгеонъ.                                                   Взгляните

Въ мое лицо: его, увѣренъ я,

Вы вспомните.

Др. Эфесскій.           Глядя на васъ, мы помнимъ

Самихъ себя. Да трудно и не помнитъ:

Вѣдь часъ назадъ мы были скручены,

Какъ вы теперь. Не въ паціенты ль къ Пинчу

Попали вы?

Эгеонъ.                     Зачѣмъ такъ удивленно

Вы смотрите? Ужель обоимъ вамъ

Я не знакомъ?

Ант. Эфесскій.           Васъ не видалъ ни разу

Я въ жизнь свою.

Эгеонъ.                               Вотъ, значитъ, какъ мѣняютъ

Насъ горести! Убійственно же время

Мнѣ исказило, должно-быть, лицо

Съ тѣхъ поръ, какъ видѣлись въ послѣдній разъ мы.

Ужель меня не узнаете вы

По голосу?

Ант. Эфесскій. Не узнаю, синьоръ.

Эгеонъ. А ты, Дроміо, меня знаешь?

Др. Эфесскій. Тоже нѣтъ.

Эгеонъ. Я увѣренъ, что знаешь.

Др. Эфесскій. Знаю только, что не знаю. А если человѣкъ его-нибудь отрицаетъ, то ему надо въ этомъ вѣрить поневолѣ.

Эгеонъ. Имъ чуждъ мой голосъ даже! Вотъ какъ время

Его разбило мнѣ въ какихъ-нибудь

Семь краткихъ лѣтъ! Родной не можетъ сынъ

Узнать разстроенныхъ печалью звуковъ!

Межъ тѣмъ какъ я (хотя, какъ зимнимъ снѣгомъ,

Засыпано сѣдинами давно

Мое лицо, изрытое годами,

И хоть моя ужъ стынетъ въ жилахъ кровь),

Но все жъ и въ этой мрачной ночи жизни

Я сохранилъ еще настолько слухъ

И уберегъ даръ памяти, свѣтящей

Мнѣ, какъ померкшій, тлѣющій ночникъ,

Что говорю безъ страха ошибиться:

Ты мнѣ родной, ты мой Антифолисъ!

Ант. Эфесскій. Отца не зналъ я никогда.

Эгеонъ.                                                             Но развѣ

Не помнишь ты, какъ мы съ тобой тому

Назадъ семь лѣтъ разстались въ Сиракузахъ?

Ужель отца родного ты не хочешь

Признать, его увидѣвши въ бѣдѣ?

Ант. Эфесскій. Меня весь городъ знаетъ здѣсь, и герцогъ

Вамъ подтвердитъ, что въ Сиракузахъ не былъ

Я никогда.

Герцогъ.                     Онъ въ этомъ правъ, и ты,

Старикъ, ошибся явно. Двадцать лѣтъ

Онъ прожилъ здѣсь (я это знаю точно)

И въ Сиракузахъ не былъ никогда.

'Твои года и страхъ лишиться жизни

Смутили разумъ, вижу я, тебѣ.


(Входятъ аббатисса, Антифолисъ и Дроміо Сиракузскіе).


Аббатисса. Взгляните, государь: стоитъ предъ вами

Обиженный жестоко человѣкъ.

Адріана. Въ умѣ ли я?.. Передо мной два мужа!..

Герцогъ. Одинъ изъ нихъ, признать должны мы, духъ.


(Указывая на обоихъ Дроміо)


И вотъ еще такихъ же два. Что жъ это?

Кто человѣкъ? кто призракъ? гдѣ разгадка

Всѣхъ этихъ тайнъ? Кто намъ ихъ объяснитъ?

Др. Сиракузскій. Я -- Дроміо,-- гоните прочь другого.

Др. Эфесскій. Я -- Дроміо,-- остаться должно мнѣ.

Ант. Сиракузскій. Ты -- Эгеонъ, иль духъ его!..

Др. Сиракузскій.                                                   Нашъ баринъ!

Нашъ старый баринъ! Кто же васъ связалъ?

Аббатисса. Кто бъ ни связалъ,-- расторгнувъ эти узы,

Я мужа вновь себѣ въ немъ возвращу!

Отвѣть, старикъ: твоя жена звалась

Эмиліей? Она тебѣ родила

Двухъ сыновей? О, если въ самомъ дѣлѣ

Ты Эгеонъ -- то отвѣчай своей

Эмиліи!

Эгеонъ.           Да,-- это ты, когда лишь

Не сонъ все то, что вижу я. Скажи,

Что сталось съ нашимъ сыномъ? Съ тѣмъ, кого

Я привязалъ съ тобой къ уплывшей мачтѣ?

Аббатисса. Спасли насъ моряки изъ Эпидамна,

И насъ и Дроміо; но онъ и сынъ

Вослѣдъ затѣмъ попали въ плѣнъ къ жестокимъ

Коринѳскимъ рыбакамъ, а я осталась

У спасшихъ насъ. Что было съ ними послѣ --

Не удалось узнать мнѣ никогда.

Что жъ до меня -- ты видишь, кѣмъ я стала.

Герцогъ. Теперь становится мнѣ яснымъ то,

Что слышалъ утромъ я 52): Антифолисы

Столь схожіе, и съ ними два такихъ же

Живыхъ портрета -- Дроміо. Разсказъ

О бурѣ, ими вынесенной въ морѣ --

Все это ясно говоритъ, что дѣти

Нашли своихъ родителей, случайно

Сошедшись здѣсь. Скажи, Антифолисъ,

Ты изъ Коринѳа?

Ант. Сиракузскій.           Нѣтъ, синьоръ,-- я родомъ

Изъ Сиракузъ.

Герцогъ.                     Встань къ сторонѣ: вѣдь васъ

Не отличишь.

Ант. Эфесскій.           Пріѣхалъ изъ Коринѳа

Я, государь.

Др. Эфесскій.           А съ нимъ и я.

Ант. Эфесскій.                               Меня

Привезъ сюда прославленный воитель,

Извѣстный герцогъ Менофонъ, вашъ дядя.

Адріана. Который же изъ васъ обѣдалъ нынче

Со мной въ дому?

Ант. Сиракузскій.                     Обѣдалъ я.

Адріана (ему).                                                   Такъ, значитъ,

Вы мнѣ не мужъ?

Ант. Эфесскій. Нѣтъ, нѣтъ,-- за это громко

Я поручусь.

Ант. Сиракузскій. И я согласенъ съ этимъ,

Хоть и почтили за столомъ меня

Вы этимъ именемъ, тогда какъ ваша

Сестрица братомъ назвала своимъ.

(Луціанѣ) Спѣшу прибавить: все, что вамъ тогда

Наговорилъ,-- готовъ исполнить я

Хоть тотчасъ же, когда лишь передъ нами

Не чудный сонъ.

Анжело.                               А эту цѣпь вамъ далъ,

Не правда ль, я?

Ант. Сиракузскій.           О, да,-- не отрицаю.

Ант. Эфесскій (Анжело). А вы хотѣли за нее меня

Арестовать?

Анжело.                     О, да,-- не отрицаю.

Адріана (Антифолису Эфесскому).

Тебѣ послала деньги я, чтобъ могъ ты

Внести залогъ; но Дроміо тебѣ

Не отдалъ ихъ.

Др. Эфесскій.                     Не я, не я!.. Меня

Никто не посылалъ,

Ант. Сиракузскій.           Мнѣ эти деньги

Принесъ слуга мой, Дроміо. Я вижу,

Вся путаница вышла изъ того,

Что я и братъ встрѣчались постоянно

Съ слугой другого брата и считали

Его своимъ.

Ант. Эфесскій.           Я присланную сумму

Вношу на выкупъ моего отца.

Герцогъ. Не нужно: милую своей я властью

Его и такъ.

Фрина (Антифолису Эфесскому),

Отдайте жъ мнѣ кольцо,

Которое дала я вамъ.

Ант. Эфесскій.                     Извольте;

И вмѣстѣ съ тѣмъ примите благодарность

За вашъ обѣдъ.

Аббатисса.           Прошу, достойный герцогъ,

Теперь почтить присутствіемъ своимъ

Смиренный мой пріютъ. Тамъ мы разскажемъ

Вамъ всѣ событья пробѣжавшихъ лѣтъ.

Васъ также, здѣсь стоящихъ, приглашаю

Прійти туда жъ. Ошибки этихъ дней

Смутили васъ вѣдь всѣхъ -- такъ и привѣта

Зато ждать въ правѣ вы. О, дѣти, дѣти!

Вотъ двадцать пять тяжелыхъ лѣтъ жила я

Мечтой о васъ,-- мучительной мечтой,

Лишь нынче разрѣшившейся покоемъ!

Идемте же. Супругъ мой, герцогъ, дѣти,

И вы, календари моихъ дѣтей 53),

Идемте въ мирной дружеской бесѣдѣ

Открыть другъ другу души. Долго были

Вѣдь лишены мы радости такой.

Герцогъ. Отъ всей души готовъ принять участье

Я въ праздникѣ подобной болтовни.


(Уходятъ герцогъ, аббатисса, Эгеонъ, Фрина, купецъ, Анжело и свита).


Др. Сиракузскій. Багажъ обратно выгрузить мнѣ, что ли?

Ант. Эфесскій. Какой багажъ ты вздумалъ выгружать?

Др. Сиракузскій. Да тотъ, что вы велѣли изъ Центавра

Снесть на корабль.

Ант. Сиракузскій.           Онъ говоритъ со мной.

Ты, Дроміо, ошибся:-- я твой баринъ.

Иди за мной; я объясню потомъ

Тебѣ, что дѣлать. Поцѣлуйся съ братомъ

И радуйся, что вновь сошлись вы съ нимъ.


(Уходятъ оба Антифолиса, Адріана и Луціана).


Др. Сиракузскій. У васъ въ дому какая-то толстуха

Ко мнѣ пристала нынче, какъ съ ножомъ.

Ее сестрой, пожалуй, звать я буду,

Но въ жены взять -- шалишь! не соглашусь.

Др. Эфесскій. Ей-ей,-- тебя я долженъ звать не братомъ,

А зеркаломъ, и если погляжу

Тебѣ въ лицо -- то думать начинаю,

Что изъ себя я парень хоть куда!

Пойдешь ты слушать умныя ихъ рѣчи?

Др. Сиракузскій. Иди впередъ -- ты старшій.

Др. Эфесскій. Ну, это еще вопросъ! Да и какъ его разрѣшить?

Др. Сиракузскій. Бросимъ на узелки; а до того или первымъ..

Др. Эфесскій. Нѣтъ, лучше вотъ какъ:

Когда привелось ужъ родиться намъ вмѣстѣ,

То рядомъ пойдемъ мы, не споря о мѣстѣ.


(Уходятъ, обнявшись).


## ПРИМѢЧАНІЯ.


1. Въ подлинникѣ сказано: "my wife, more carefull for the latterborn", т.-е. моя жена, заботясь о послѣ-рожденномъ. Фраза эта, повидимому, означаетъ младшаго изъ близнецовъ; но, по законамъ нѣкоторыхъ государствъ, изъ близнецовъ считался старшимъ родившійся именно вторымъ. Потому редакціи перевода приданъ этотъ смыслъ. Справедливость такого взгляда подтверждается тѣмъ, что позднѣе Эгеонъ прямо называетъ спасшагося съ нимъ близнеца младшимъ; слѣдовательно, жена его заботилась о старшемъ, котораго и взяла съ собой.

2. Хотя Эгеонъ называетъ здѣсь людей, похитившихъ его жену и сына, рыбаками, но тогда ремесло рыбаковъ часто соединялось съ ремесломъ пиратовъ.

3. Въ подлинникѣ эта мысль выражена до того кратко, что буквальный переводъ безъ разъясненія былъ бы теменъ; Эгеонъ говоритъ: "my youngest boy, and yet my eldest care", т.-е. буквально: мой младшій мальчикъ, но моя старшая (въ смыслѣ важная) забота.

4. Въ подлинникѣ здѣсь игра значеніемъ слова "love" -- любить, которое употреблено здѣсь въ смыслѣ: страстно желать. Эгеонъ говоритъ: "whom whilst I labour'd of a love to see, I hazarded the loss of whom I lov'd", т.-е. въ то время, какъ я работалъ (т.-е. искалъ) того (сына), котораго страстно желалъ видѣть (love to see), я рисковалъ потерять, котораго любилъ.

5. Антифолисъ называетъ Дроміо своимъ календаремъ (almanack) въ томъ смыслѣ, что онъ родился съ нимъ въ одинъ день, и потому, взглянувъ на него, можетъ, какъ по календарю, вспомнить день собственнаго рожденія.

6. Здѣсь игра значеніемъ слова "post" -- почта. Дроміо говорить, что онъ явился отъ своей госпожи "in post", т.-е. гонцомъ, и затѣмъ продолжаетъ, что если вернется безъ Антифолиса, то госпожа приметъ его за трактирную стойку (post) для счетовъ и запишетъ за его головѣ грѣхи Антифолиса, т.-е. поколотитъ его.

7. Въ подлинникѣ игра значеніемъ слова "marks" -- марки (т.-е. монета) и "marks" значки. Дроміо, на вопросъ Антифолиса, гдѣ тысяча марокъ,-- отвѣчаетъ, что они (значки) на его лицѣ (въ смыслѣ значковъ отъ полученныхъ имъ побоевъ).

8. Эфесъ славился, какъ притонъ воровъ и мошенниковъ всякаго рода.

9. Въ подлинникѣ Адріана спрашиваетъ: "is your tardy master now at, band?", т.-е. съ тобой ли твой запоздавшій господинъ?-- А Дроміо отвѣчаетъ: "nay, he is at two hands with me", т.-е. нѣтъ: онъ управился со мной двумя руками. Въ переводѣ игра словъ замѣнена по возможности.

10. Тутъ игра значеніемъ словъ, Адріана спрашиваетъ: "know'st thon, his mind?", т.-е. узналъ ли ты, что онъ (Антифолисъ) хочетъ (или думаетъ). А Дроміо отвѣчаетъ: "he told his mind upon mine ear", т.-е. онъ втолковалъ свои мысли моимъ ушамъ (т.-е. побилъ его).

11. Также игра значеніемъ слова "understand" -- понимать, а также подъ чѣмъ-нибудь стоять (stand nnder -- въ смыслѣ что-нибудь вынести). Дроміо на вопросъ Луціаны: "неужели Антифолисъ говорилъ такъ неопредѣленно, что Дроміо не могъ понять (understand), чего онъ хотѣлъ? -- отвѣчаетъ, что удары его сыпались такъ проворно, что онъ не могъ ихъ вынести (stand under), въ смыслѣ подъ ними стоять.

12. Въ подлинникѣ Дроміо говоритъ, что Антифолисъ сталъ рогатымъ сумасшедшимъ (hom-mad), т.-е. бросается, какъ бѣшеный рогатый быкъ; а Адріана понимаетъ это слово въ смыслѣ рогатый мужъ. Но для выраженія рогатый мужъ употреблялось слово "cuckold" и потому Дроміо возражаетъ, что сказалъ не въ этомъ смыслѣ (not cnckold-mad).

13. Въ подлинникѣ Дроміо, въ отвѣтъ на брань Адріаны, отвѣчаетъ "am I so round with yon, as yon with me?", т.-е. неужели я такъ же откровененъ (грубъ) съ вами (round), какъ вы со мной? Но слово "round" значитъ также круглый, и потому Дроміо, придавая въ дальнѣйшей рѣчи слову round это значеніе, сравниваетъ себя съ круглымъ мячикомъ. Въ переводѣ этого невозможно было передать.

14. Въ подлинникѣ Дроміо, побитый Антифолисомъ, говоритъ: "now your jest is eamest; upon what bargain to yon give it me", т.-е. ваша шутка становится серьезна (eamest); по какому случаю вы мнѣ ее подносите? Но слово "eamest" значитъ также задатокъ, и потому въ этомъ случаѣ смыслъ словъ Дроміо будетъ: за что вы награждаете меня такимъ задаткомъ?

15. Въ подлинникѣ игра словомъ "sconce", которое значитъ черепъ (голова), а также крѣпость.

16. Въ подлинникѣ отвѣть Дроміо основанъ на двойномъ значеніи слова "haste" -- бить, а также поливать жарящееся мясо жиромъ. Въ переводѣ игра словъ замѣнена по возможности другой.

17. Въ подлинникѣ игра значеніемъ слова "to recomer" -- возстановить. Дроміо употребляетъ его въ смыслѣ возстановить волосы лѣченьемъ, а Антифолисъ -- въ смыслѣ возстановить право (въ юридическомъ смыслѣ). Эту очень натянутую остроту въ переводѣ трудно было даже замѣнить.

18. Въ подлинникѣ Адріана, перечисляя наказанія, которымъ подвергнулъ бы ее Антифолисъ, доходить уже до крайне неэстетическихъ выраженій; такъ, напримѣръ, говоритъ, что онъ: содралъ бы запятнанную кожу съ ея головы. Буквальный переводъ прозвучалъ бы слишкомъ грубо и рѣзко.

19. Перебирать руками четки съ произношеніемъ молитвы считалось средствомъ для отогнанія злого духа. Отсюда выраженіе Дроміо.

20. Дальнѣйшая сцена въ подлинникѣ написана размѣромъ старинныхъ дошекспировскихъ драмъ. Размѣръ этотъ назывался doggerelrhyme, при чемъ въ немъ особенно бросалась въ глаза длиннота строкъ, состоявшихъ изъ двѣнадцати и даже болѣе слоговъ. Въ русской просодіи такого размѣра нѣтъ, но по производимому на ухо впечатлѣнію къ нему ближе всего подходитъ употребленный въ редакціи перевода четырехстопный амфибрахій или семистопный ямбъ.

21. Здѣсь игра значеніемъ слова "out": Дроміо Сиракузскій говоритъ: "out upon thee" -- выраженіе, равнозначащее съ русскимъ: убирайся! чортъ бы тебя побралъ и т. п. А Дроміо Эфесскій, принимая слово out въ смыслѣ внѣ или вонъ, отвѣчаетъ: "here is to much out let me in", т.-е. я и то стою внѣ дома, впусти меня.

22. Въ подлинникѣ игра значеніемъ слова "crow", которое значитъ желѣзный ломъ, а также ворона. Въ переводѣ пришлось замѣнить эту игру по возможности.

23. Здѣсь стихотворный размѣръ подлинника опять мѣняется на прежній.

24. Въ то время былъ обычай давать каждому дому особенное названіе.

25. Въ подлинникѣ смыслъ послѣдняго стиха довольно запутанъ: "let love, being light, be drowned if she sink", т.-е. буквально: пусть любовь, будучи свѣтомъ, потонетъ (погибнетъ) въ случаѣ, если она ослабнетъ.

26. Въ подлинникѣ Луціана спрашиваетъ Антифолиса: "are you mad?", т.-е. не сошелъ ли ты съ ума? А онъ отвѣчаетъ: "not made, but mated". Глаголъ "to mate" значитъ поражать или изумлять, а существительное "mate" -- мужъ. Потому смыслъ отвѣта Антифолиса можно понять двояко: я изумленъ (mated), а также: я готовъ вступить въ бракъ. Для редакціи перевода выбранъ первый смыслъ.

27. Въ подлинникѣ однозначащее выраженіе съ употребленнымъ для редакціи перевода, а именно: "sir reverence", т.-е. при всемъ моемъ къ вамъ уваженіи.

28. Болѣе сѣверныя страны континента (какъ, напримѣръ, Польша) считались въ Шекспирово время особенно холодными. Шекспиръ упоминаетъ въ этомъ смыслѣ даже о русской зимѣ съ ея длинными ночами.

29. Въ подлинникѣ здѣсь игра звукомъ слова "Nell", сокращенное имя Нелли и "ей" локоть (мѣра). Дроміо говоритъ, что кухарку зовутъ Нелль; но что ее не смѣрить въ обхватѣ тремя локтями и три четверти (eil).

30. Въ подлинникѣ Дроміо говоритъ, что Франція у кухарки на лбу, который въ войнѣ противъ волосъ (т.-е. плѣшивый -- making war against her hair). Насмѣшка надъ лысыми головами французовъ (что будто бы было послѣдствіемъ сифилиса) повторяется у Шекспира не разъ. Нѣкоторые комментаторы (какъ, напримѣръ, Теобальдъ) видятъ въ этихъ словахъ Дроміо еще иное, болѣе замысловатое значеніе, увѣряя, будто слово hair -- волосы -- слѣдуетъ читать и понимать, какъ слово "heir" -- наслѣдникъ, и что тогда слово Дроміо будетъ значить, что Франція враждуетъ со своимъ наслѣдникомъ. Во фразѣ же этой хотятъ видѣть политическій насмѣшливый намекъ на то, что по смерти въ 1589 году во Франціи короля Генриха III былъ избранъ на тронъ Генрихъ IV, но его не хотѣли признать, такъ какъ онъ былъ протестантъ. Предположеніе, надо сознаться, очень натянутое; но за него ухватились ради желанія опредѣлить время, когда пьеса была написана, при чемъ объясняли, что если въ ней былъ помѣщенъ намекъ на современное политическое происшествіе, случившееся въ 1589 году, то, значитъ, и пьеса была написана около этого времени. Предположеніе это однако очень натянуто и не подтверждается ничѣмъ.

31. Въ этихъ словахъ -- намекъ на тогдашнія испанскія колоніи, откуда страна эта вывозила неисчислимыя богатства, на зависть прочимъ націямъ.

32. Въ первыхъ изданіяхъ комедіи послѣднія слова Дроміо печатались прозой. Нейтъ подсмотрѣлъ въ нихъ стихотворный ритмъ и напечаталъ въ своемъ изданіи стихами.

33. Въ подлинникѣ здѣсь непереводимая игра значеніемъ словъ "ship" -- корабль и "sheep" -- баранъ. Антифолисъ называетъ Дроміо этимъ послѣднимъ именемъ.

34. Здѣсь также игра значеніемъ слова "rope" -- веревка и петля.

35. Разсерженная Адріана умышленно бранитъ Антифолиса уродомъ и вслѣдъ затѣмъ начинаетъ увѣрять, что любитъ его болѣе всего на свѣтѣ.

36. Въ то время было повѣрье, что куликъ, почуя охотника, улеталъ изъ гнѣзда и начиналъ кричать гдѣ-нибудь въ сторонѣ, чтобы отвлечь его вниманіе отъ своихъ птенцовъ. Адріана хочетъ сказать, что она точно такъ же будетъ нарочно хулить Антифолиса при чужихъ, чтобы сберечь его для себя.

37. Въ этихъ словахъ намекъ на то, что полицейскіе пристава носили въ то время форменныя куртки изъ буйволовой кожи.

38. Адомъ называлась тюрьма для неисправныхъ должниковъ, помѣщавшаяся въ нижнемъ этажѣ зданія суда. Продолженіе этой сцены написано различными размѣрами стиха.

39. Въ подлинникѣ здѣсь игра значеніемъ слова "band" (или bond). Адріана принимаетъ его въ смыслѣ: долговое обязательство, а Дроміо -- въ смыслѣ: узы или оковы и затѣмъ прямо начинаетъ говорить о цѣпи, по поводу которой Антифолисъ попалъ подъ арестъ.

40. Дроміо называетъ Адамомъ пристава, намекая этимъ, что онъ ходитъ въ кожаномъ платьѣ, какъ Адамъ послѣ изгнанія изъ рая (см. прим. 37).

41. Здѣсь очень часто употребляемая Шекспиромъ игра значеніемъ слова "light" -- свѣтъ, а также -- легкій (въ смыслѣ легкаго поведенія).

42. Въ этихъ словахъ -- намекъ на пословицу, что если кто хочетъ обѣдать съ дьяволомъ, то онъ долженъ запастись длинной ложкой для того, чтобъ держать себя отъ него подальше.

43. Здѣсь также намекъ на пословицу, что павлинъ, распуская хвостъ, будто бы говоритъ женщинамъ: "не зазнавайтесь", намекая этимъ, что никакіе ихъ уборы не сравнятся съ красотой его перьевъ.

44. Въ подлинникѣ здѣсь игра словомъ "end" -- конецъ. Дроміо на вопросъ Антифолиса, зачѣмъ онъ его посылалъ?-- отвѣчаетъ: "to a rope's end", т.-е. за концомъ веревки (въ смыслѣ линька или плети). А Антифолисъ возражаетъ: "and to that end I will welcome you", т.-е., чтобъ кончить дѣло, вотъ тебѣ привѣтствіе, и при этомъ его бьетъ.

45. Слова "конца этой плети* прибавлены противъ подлинника, гдѣ просто сказано: "respect уошг end", т.-е. уважайте конецъ (въ смыслѣ: берегитесь). Дроміо намекаетъ этими словами на купленную плеть, которую называлъ въ предыдущемъ разговорѣ "rope's end" -- конецъ веревки. Безъ этого разъясненія смыслъ былъ бы непонятенъ.

46. Въ этомъ и двухъ послѣдующихъ отвѣтахъ Дроміо употребляетъ французскія выраженія; въ первомъ случаѣ "perdi" -- искаженное выраженіе "par Dien": клянусь Богомъ; во второмъ -- "sans fable", т.-е. безъ лжи, и въ третьемъ -- "certes", т.-е. вѣрно. Въ то время французскія фразы подобнаго рода употреблялись въ насмѣшку. Въ переводѣ это не имѣло бы смысла.

47. Въ подлинникѣ здѣсь оригинальное выраженіе: "to made of him a formal man", т.-е. буквально: чтобы сдѣлать изъ него настоящаго (въ смыслѣ здравомыслящаго) человѣка.

48. Въ подлинникѣ Адріана говоритъ герцогу, что вышла замужъ за Антифолиса "at your important letter", т.-е. по вашему непреклонному приказу.

49. Въ подлинникѣ герцогъ говорить: "when thon didst make him master of thy bed", т.-е. буквально, въ тотъ день, когда ты сдѣлала его хозяиномъ своей постели.

50. Цирцея -- волшебница, обратившая спутниковъ Улисса въ свиней.

51. Въ подлинникѣ здѣсь игра значеніемъ слова "bondman" -- невольникъ и также -- связанный человѣкъ (bonnd man).

52. Герцогъ намекаетъ на разсказъ Эгеона и его несчастіяхъ. (Д. I. сц. 1).

53. См. прим. 5.