# Чему научила нас всероссийская выставка?

Николай Васильевич Шелгунов

## ЧЕМУ НАУЧИЛА НАСЪ ВСЕРОССІЙСКАЯ ВЫСТАВКА?


I.


Для чего намъ понадобилась промышленная выставка? Я нисколько не сомнѣваюсь въ томъ, что читатель "Дѣла" отвѣтитъ самъ себѣ на этотъ вопросъ, какъ именно и слѣдуетъ читателю "Дѣла". Онъ скажетъ, что освобожденіе крестьянъ поставило всю Россію въ совершенно новыя соціально-экономическія комбинаціи и что новый укладъ жизни необходимо долженъ былъ обнаружиться въ новой экономической практикѣ. Этой-то новой экономической практики и дѣлается теперь смотръ въ Петербургѣ. На промышленной выставкѣ Россія показываетъ сама себѣ свои собственные успѣхи на новомъ экономическомъ пути. Другой точки зрѣнія на промышленную выставку и быть не можетъ. Слѣдовательно и оцѣнка всего того, что свезла теперь Россія въ Петербургъ напоказъ, должна производиться лишь съ точки зрѣнія крестьянской реформы, т. е. по отношенію къ благосостоянію народа, благосостоянію всей страны. Выставка, учреждена, конечно, только съ этою цѣлью да для критической оцѣнки тѣхъ ошибокъ, которыя отклонили насъ отъ вѣрнаго пути или по незнанію, или потому, что голосъ лукаваго своекорыстія, преслѣдующаго личные интересы, былъ причиною, что общее по недоразумѣнію приносилось въ жертву частному. Итакъ мы смотримъ на выставку, какъ на явленіе паралельное съ крестьянской реформой, какъ на явленіе, имѣющее съ ней непосредственную связь, какъ на явленіе, которое должно имѣть для насъ въ будущемъ руководящее значеніе.

Можетъ быть, учредители промышленной выставки смотрѣли на нее точно также, какъ и мы, ибо она названа ими "Всероссійской". Въ этомъ убѣждаетъ насъ еще болѣе поэтическое произведеніе г. Л. Бутовкаго, прочитанное имъ на завтракѣ въ день освѣщенія зданія выставки. Стихотвореніе это, правда, отличается темнотой и нескладицей, но тѣмъ не менѣе въ немъ можно усмотрѣть намѣреніе автора привѣтствовать выставку, какъ явленіе всероссійское и народное. Провинціальные читатели, конечно, незнакомы съ этимъ характеристическимъ произведеніемъ русскаго поэтическаго творчества, имѣющаго непосредственное отношеніе къ выставкѣ, а потому я привожу стихотвореніе цѣликомъ.

Вотъ искуства, вотъ науки,

Просвѣщенья свѣтъ!..

Потрудившіяся руки,

Общій вамъ привѣтъ!

Вотъ созрѣвшіе въ терпѣньи

Русскіе труды --

На всеобщее воззрѣнье

Принесли плоды.

Словно празднику Отчизны

Радуется взоръ;

И кругомъ поютъ новизны

Благозвучный хоръ.

Умиленное моленье

Огласило сводъ:

"Да съ небесъ благословенье

Высшій низведетъ --

На родное предпріятье

Всѣхъ россійскихъ странъ...

И исполнитъ благодатью

Выставочный станъ!"

Изъ этого стихотворенія видно, что русское просвѣщеніе, искуство и наука снесла на выставку созрѣвшіе въ терпѣніи плоды русскихъ трудовъ. Ну вотъ и посмотримъ, какіе это труды, какое это просвѣщеніе, какое это искуство.

Прежде всего мы думаемъ, что г.. Бутовскій нѣсколько преувеличиваетъ размѣръ праздника отчизны и общее русское умиленіе. Эту непріятную для г. Бутовскаго мысль я готовъ доказать самими точными и неопровержимыми цифрами. Изъ "Указателя" выставки видно, что всѣхъ экспонентовъ 1,900. Теперь же ихъ, говорятъ, 2,200. Общее же число фабрикъ и заводовъ Европейской Россіи 14,810, не считая Сибири, Финляндіи и Польши, слѣдовательно около 10,000 фабрикантовъ остались преблагополучно у себя дома и своимъ невѣжливымъ отсутствіемъ окончательно лишили выставку права на этикетъ "Всероссійской!.. Въ частности это уклоненіе фабрикантовъ представляется въ слѣдующемъ видѣ. Всѣхъ фабрикъ и заводовъ, обработывающихъ ленъ и пеньку, считается у насъ 269, а явилось на выставку экспонентовъ только 58. Фабрикъ, обработывающихъ хлопокъ, у насъ 2,333, а экспонентовъ на выставкѣ только 74. И не забудьте, читатель, что наши экономическіе прогрессисты, такъ усердно гордящіеся русскимъ Манчсстэромъ-Ивановымъ и фабричнымъ пролетаріатомъ, созданнымъ у насъ хлопчато-бумажнымъ производствомъ, устремляютъ всѣ свои измышленія на то, чтобы усилить какъ можно болѣе хлопчато-бумажное производство и обогатить мануфактуристовъ. А эти неблагодарные выслали на выставку только 74 человѣка изъ 2,300, да и изъ этихъ 74--18 нѣмцы. Шерстянымъ производствомъ заняты 4,516 фабрикъ, экспонентовъ жена выставкѣ только 130, да и между ними многіе выставили не издѣлія изъ шерсти, а руно, барановъ, матокъ и ягнятъ. Заводовъ, занимающихся обработкою кожъ, у насъ 2,846, а экспонентовъ (я считаю только тѣхъ, которые выставили кожи, а не приготовленныя изъ нихъ издѣлія и мѣха) только 70. Заводовъ свѣчно-сальныхъ у насъ 670, а явилось экспонентовъ только 4. Къ этимъ непріятнымъ цифрамъ я долженъ прибавить еще болѣе непріятныя. Кромѣ фабричныхъ и заводскихъ производствъ у насъ есть еще множество производствъ, встрѣчающихся въ сельскомъ быту,-- производствъ направленныхъ преимущественно на первобытную обработку сырья и приготовленье его для дальнѣйшаго собственно фабричнаго производства. Такихъ заводовъ по "Ежегоднику М. Ф." 9,111. И если мы присоединимъ къ нимъ тѣ 14,810, о которыхъ говорили раньше, то общее число нашихъ фабрикъ и заводовъ окажется -- 20,921. Слѣдовательно экспоненты, явившіеся на выставку, составляютъ лишь 1/10 часть русскихъ фабрикантовъ.

Не желая слишкомъ огорчать г. Бутовскаго, такъ хорошо воспѣвшаго въ стихахъ всероссійское умиленіе, я приведу нѣкоторыя цифры. которыя отчасти ослабятъ мое возраженіе. У. насъ, напримѣръ, считается 1,227 кирпичныхъ крестьянскихъ заводовъ и 616 гончарныхъ. Если бы всѣ эти 2,743 фабриканта привезли въ Петербургъ свои кирпичи и горшки, то ужь не говоря про оскорбленіе, которое бы они нанесли благообразію выставки, несомнѣнно, что не получилось бы отъ всѣхъ этихъ горшковъ и кирпичей ничего поучительнаго для нашей всероссійской гордости. Поэтому огорчаться особенно тѣмъ, что не вся промышленная Россія съѣхалась въ Петербургъ, не слѣдуетъ, и единственный поучительный выводъ, который вытекаетъ изъ приведенныхъ цифръ, будетъ тотъ, что вмѣсто громкаго названія "Всероссійской" выставкѣ бы проще называться просто "выставкой" безъ всякихъ громкихъ прибавленій. Вообще скромность никогда не мѣшаетъ.

По слѣдуетъ огорчаться тѣмъ, что не явились дѣйствительные представители многихъ русскихъ производствъ, такіе представители, голосъ и мнѣніе которыхъ могли бы значить далеко больше всѣхъ безсодержательныхъ разсужденій и рѣчей такихъ либеральныхъ дилетантовъ-ораторовъ, какъ, напр., г. Скальковскій. Что на выставку не явились гончары съ своими муравленными и немуравленными горшками, это еще неособенно важно. Деревенскіе гончары и кирпичники занимаются своимъ дѣломъ какъ-бы между прочимъ, въ видѣ подспорья къ своему земледѣльческому труду.

Есть близъ Ярославля село Великое, въ которомъ на человѣка приходится У/4 дес. земли. Въ этомъ селѣ производятся полотна, новины, салфетки, полотенца и прочія полотняныя издѣлія. Работой занято больше 700 крестьянскихъ семействъ. Изъ этого села Великого только 2 экспонента, да и тѣ тузы: братья Нестеровы, у которыхъ, по ихъ собственному показанію, вырабатывается въ годъ до 150,000 кусковъ полотна на сумму 100,000 р., и Меругинъ, вырабатывающій до 3,000 кусковъ полотна. Ну а гдѣ же остальные представители села Великаго, не тузы, а обыкновенные смертные, на желудкѣ которыхъ то или другое состояніе льняной промышленности отзывается непосредственнѣе? Пли -- во Владимірской губерніи, какъ извѣстно читателю, существуетъ слава промышленной Россіи, русскій Манчестеръ -- село Иваново съ Вознесенскимъ посадомъ. Кромѣ русскаго Мапчестэра той же работой и на него занято до 200,000 т. окрестнаго населенія Владимірской и костромской губерній. Для этихъ 200,000 т. работниковъ, работающихъ большею частію миткали у себя на дому на обыкновенныхъ станкахъ, хлопчато-бумажное производство есть главный кусокъ хлѣба. Для нихъ тотъ или другой сбытъ краснаго товара есть безъ всякихъ преувеличеній и риторическихъ фигуръ настоящій вопросъ о голодѣ. Если красный толаръ идетъ на Нижегородской ярмаркѣ хорошо -- всѣ 200,000 рабочаго населенія ликуютъ, ибо видятъ впереди хлѣбную зиму; товаръ идетъ плохо -- и рабочее населеніе ходитъ съ вытянутыми физіономіями и почесываетъ въ затылкѣ. А между тѣмъ изъ этихъ 200,000 настоящихъ производителей, настоящихъ фабрикантовъ, ибо у каждаго изъ нихъ его собственная хата есть его собственная мануфактура -- на выставку не явился ни одинъ. На Иваново, напр., работаютъ миткали въ деревняхъ: Лужнево, Дишилово, Кохма, Васильевское, Писцово, Холуй, Тейково, Вычуга, Тарское, Середа, а между тѣмъ экспонентовъ изъ всѣхъ этихъ деревень явились только изъ Тейкова и Кохмы, да и-то, конечно, тузы -- Каретниковы, у которыхъ на мануфактурѣ работаетъ 2,412 ч., да Ясюнинскіе, у которыхъ на фабрикѣ 450 челов. Изъ Иванова же и Вознесенскаго посада только 6 экспонентовъ: три Горѣлина, торгующіе подъ тремя разными фирмами, братья Лопатины, Зубковъ и Меншиковъ, т. е. все мѣстные тузы. Или -- кожевенный и шорный товаръ, число производителей котораго увеличивается годъ отъ году, потому что годъ отъ году уменьшается число носителей лаптей. Одни кимряки высылаютъ на нижегородскую ярмарку своихъ сапоговъ и башмаковъ на 250,000 рублей, а между тѣмъ на выставкѣ нѣтъ ни одного экспонента ни изъ Кимры, ни изъ Тылдана, но зато конечно есть такіе тузы какъ братья Савины изъ Осташкова, имѣющіе у себя 700 ч. рабочихъ и вырабатывающихъ до 200,000 кожъ, болѣе чѣмъ на 1,000,000 руб. На выставкѣ преобладаютъ петербургскіе нѣмцы да варшавскіе поляки, у которыхъ вы можете получить пару сапоговъ рублей за 20 или за 25, какъ у Дросте и Цилебѣева, но не увидите кимрякскихъ сапоговъ въ 90 коп. А сундуки? Въ оглавленіи каталога выставки сундучный товаръ значится, но въ дѣйствительности на выставкѣ сундука нѣтъ ни одного. Вы найдете шкатулки съ инкрустаціей изъ дерева или перламутра рублей въ 300, какъ, напр., выставленная Тамбергомъ, но изъ того знаменитаго сундучнаго товара, которымъ Россія ведетъ обширную торговлю съ Азіей, нѣтъ ни одного. Если вѣрить г. Небольсину, то число отправляемыхъ ежегодно въ Азію сундуковъ составляетъ около милліона штукъ. И эти сундуки, несмотря на то, что они товаръ азіятской, по цѣнѣ вещи весьма почтенныя. Есть сундуки въ 75 руб. и самые дешевые изъ нихъ, такъ называемый шестерикъ, т. е. шесть сундуковъ, стоятъ 4 руб. Сундуки эти приготовляются въ муромскомъ уѣздѣ, Владимірской губ. въ горбатовскомъ и Макарьевскомъ, нижегородской, въ Тагилѣ и въ Москвѣ. Также мы не видимъ представителей и отъ села Лыскова, дѣлающаго замки для дорожныхъ сундуковъ. Замки эти имѣютъ 20 язычковъ, которые входятъ въ двадцать отверстій личинки, привинчиваемой къ крышкѣ. Нѣтъ на выставкѣ никого и изъ представителей сидоровскаго товара, а его вырабатывается въ годъ тысячъ на триста. На выставкѣ красуются разныя драгоцѣнности и ювелирныя издѣлія, какъ брилліантовыя діадемы, колье, браслеты цѣною въ нѣсколько тысячъ руб. за штуку, но нѣтъ ни одной скромной, сидоровской ювелирной вещи, цѣна которой не превышаетъ нѣсколькихъ копѣекъ. Напримѣръ сидоровская брошка стоитъ 7 коп., а булавка съ камнемъ самоцвѣтомъ 3 коп. Сообразите, читатель, сколько нужно этого дешеваго добра, чтобы его набралось на 300,000 т. руб.?

Я думаю, что этихъ фактовъ совершенно достаточно для полной доказательности моей мысли, что составители или распорядители выставки не задались серьезно мыслью о томъ, чтобы она дѣйствительно вышла всероссійскою. Если бы они хотѣли сдѣлать ее именно такою, то они, конечно, приняли бы мѣры для того, чтобы она вышла всероссійской въ дѣйствительности. Итакъ, сущность не соотвѣтствуетъ громкому названію. Обѣщано больше -- дано меньше.


II.


Теперь мы посмотримъ, какая внутренняя идея проходитъ черезъ выставку и какой смыслъ сообщаетъ ей.

Всѣ согласны, что со стороны внѣшности выставка не оставляетъ ничего желать большаго. Подобной, блестящей обстановки мы у себя еще никогда не видывали. Въ былые годы наши выставки помѣщались въ манежахъ, да въ биржевыхъ залахъ, совершенно неприспособленныхъ для выставки разнообразныхъ мануфактурныхъ и заводскихъ предметовъ. Теперешняя же выставка у себя, въ зданіи, спеціально для нея предназначенномъ и отдѣланномъ. На внѣшній видъ выставки и на ея внутреннее убранство потрачено много труда, много умѣнья и еще больше денегъ. Говорятъ, что устройство выставки стоитъ около 350,000 руб. За вѣрность этой цифры не отвѣчаю. Распорядители и экономисты употребили всѣ свои усилія на то, чтобы придать выставкѣ ослѣпительный эффектъ. И эффектъ вышелъ дѣйствительно ослѣпительный. Обстановка просто ослѣпляетъ, и декоративная сторона выполнена почти безукоризненно. Вы увидите громадныя кисти льна и пеньки, золотыя прялки, позолоченные пеньковые шнурки, пройдете черезъ волшебные садики съ гротами и акваріями; васъ ослѣпитъ многообразіе блестящихъ вещей изъ слоновой кости, черепахи, янтаря, разныхъ ювелирныхъ вещей, кружевъ, вышивокъ и всякихъ необыкновенныхъ драгоцѣнныхъ диковинокъ; на васъ произведетъ подавляющее грандіозное впечатлѣніе гигантскій стальной плетень изъ произведеній сысертскихъ заводовъ, обуховскія пушки, ядра, лафеты, путиловское солнце изъ рельсовъ съ стальными головками, эффектно выдѣляющееся на красномъ фонѣ. По двумъ угламъ колоссальнаго солнца вы увидите гигантскіе желѣзные жгуты, свитые изъ десятисаженныхъ рельсовъ; вы увидите фантастическое столпотвореніе вавилонское ликернаго завода Келлера, столбики, балкончики, рѣзныя сіянія, навѣсы, выступы, и все это уставлено тысячами бутылокъ, склянокъ, фляжекъ съ самыми блестящими и разнообразными этикетами; вы увидите и льва съ разинутой пастью и Бахуса съ надутыми щеками, которыхъ выставили пивоваренные заводы Калашниковскій и "Баварія"; увидите высокую пирамиду, сложенную изъ тысячи тысячъ свѣчъ и представляющую колоссальную свѣчу въ подсвѣчникѣ. Однимъ словомъ, внѣшность поглотила все вниманіе комитета, организовавшаго выставку, и достигла вполнѣ своей цѣли -- бить въ глаза празднаго фланера. Но въ одной ли декоративной внѣшности сущность вопроса? платье ли краситъ человѣка, или человѣкъ -- платье? Прежде всего я задаюсь вопросомъ: почему выставка расположена именно въ такомъ, а не въ другомъ порядкѣ? Если весь разсчетъ былъ лишь въ томъ, чтобы произвести внѣшній эффектъ, то, конечно, выставка достигла вполнѣ своей цѣли. Но если выставка не есть мѣсто для праздной прогулки скучающихъ петербургскихъ фланеровъ, а школа для нагляднаго поученія, то мы потребуемъ отъ нея, чтобы она походила меньше всего на блестящій магазинъ итальянскаго бульвара. Магазинщикъ имѣетъ цѣлью плѣнить и заманить покупателя. У выставки же назначеніе воспитательное. Отдавшись одному внѣшнему, она утратитъ въ своемъ внутреннемъ содержаніи. И, кажется, именно это-то и случилось съ нашей выставкой. Я не противъ формы; но только хочу сказать, что здоровая, полезная сущность непремѣнно выразится въ привлекательной формѣ, если бы объ ней даже и вовсе не заботились. Какъ вы ни положите кусокъ желѣза въ 5 тысячъ пудовъ, онъ произведетъ свой подавляющій эффектъ. Говорятъ, Путилову его украшенія стоятъ 13 тыс. Намъ жалко этихъ денегъ: онѣ могли бы быть употреблены полезнѣе. Изъ выставки мы точно хотѣли сдѣлать казовый конецъ, а не показать правду своей промышленной жизни. Мы точно хлопотали о самоуслажденіи и о преподнесеніи пріятнаго комплимента своему патріотическому тщеславію. Сколько неразумныхъ людей увидятъ въ выставкѣ только ея блестящую внѣшнюю обстановку, только вызолоченныя прялки, да позолоченныя веревки и снова преисполнятся гордой увѣренностью, что мы первый народъ въ мірѣ. Мы думаемъ, что черезчуръ изящная обстановка выставки есть ея слабая сторона: это -- не больше какъ импонирующее безсиліе, какъ стремленіе взять если не мытьемъ, то катаньемъ.

Выставка начинается съ волокнистыхъ веществъ. Но мы спросимъ: почему съ нихъ, а не съ другихъ, почему не съ желѣза, не съ горнозаводской промышленности, почему не съ бриліянтовъ, или съ дегтя? Вы скажете, что промышленность, обдѣлывающая подокна, поглощаетъ у насъ въ Россіи до 200 милліоновъ и даетъ кусокъ хлѣба болѣе чѣмъ милліонному населенію. Ну а почему выдумаете, что желѣзная промышленность менѣе важна? Посмотрите на желѣзныя дороги, на фабрики, мануфактуры, существующія только всякими машинами и аппаратами, и скажите, что важнѣе -- хлопчатая бумага или желѣзо? Если промышленная выставка есть небольше какъ школа для нагляднаго образованія, если она должна знакомить лишь съ промышленными силами страны и показывать высоту промышленнаго интеллекта народа въ данный моментъ его промышленнаго развитія, то, конечно, и выставку слѣдовало бы размѣстить въ порядкѣподобной воспитательной наглядности. Кромѣ того предметы нашего производства могли бы быть расположены въ прогрессивной классификаціи тѣхъ мѣстностей, которыя ихъ производятъ,-- такъ, чтобы видѣть, какой городъ или село производятъ лучше тотъ или другой продуктъ. Это была бы живая и наглядная картина нашего промышленнаго прогресса, наводящая мыслящаго посѣтителя и на тѣ условія, которыя въ одной мѣстности благопріятствуютъ успѣху труда, а въ другой его парализуютъ. Но что же мы видимъ теперь? мы видимъ, что предметы по части учебной и художественной, въ примѣненіи къ промышленности, помѣщены въ послѣдній, седьмой раздѣлъ. Въ этомъ раздѣлѣ и въ самомъ послѣднемъ классѣ отведено мѣсто рисункамъ для издѣлій набивныхъ, ткацкихъ, фарфоровыхъ, стеклянныхъ, модели и образцы орнаментовъ и фигуръ, рисунки и чертежи механическихъ устройствъ, машинъ, мостовъ и другихъ техническихъ сооруженій, проекты фабрикъ и заводовъ. Въ этомъ же седьмомъ раздѣлѣ печатные учебники и руководства для школъ и училищъ, карты и атласы географическіе, геологическіе, естественной исторіи и другія учебныя коллекціи для преподаванія естественныхъ наукъ и техническія, коллекціи полезныхъ и вредныхъ минераловъ, растеній и животныхъ и т. д. Вотъ ужь поистиннѣ классическое воззрѣніе на выставку и на промышленность!

Если выставка должна познакомить Россію съ высотой ея промышленнаго интеллекта, то ужь, конечно, не съ ситцевъ и не съ золоченыхъ веревокъ слѣдовало начать ее, а именно съ тѣхъ средствъ и пособій, которыми мы воспитываемъ свой промышленный смыслъ и промышленное знаніе. Намъ слѣдовало начать со всего того, что формируетъ нашего русскаго техника и производителя; намъ слѣдовало бы показать вмѣстѣ съ учебными пособіями и книжками всѣ тѣ школьныя пособія и коллекціи, на которыхъ формируются и выростаютъ понятія хоть бы, напр., нашихъ воспитанниковъ технологическаго института. Показавъ всѣ тѣ средства, которыми мы создаемъ руководителей нашей промышленности, какъ теоретиковъ, т. е. какъ бы выяснивъ идеальный образъ русской промышленной интеллектуальной силы, мы могли бы показать затѣмъ, что именно создала эта сила на практикѣ, т. е. именно тѣ исполнительные механизмы, орудія и машины, которыми русская промышленность создаетъ свои чудеса, ослѣпляющія теперь на выставкѣ, и тѣ изобрѣтенія и открытія, которыя содалъ русскій промышленный геній. Если бы былъ принятъ именно этотъ норидокъ, если бы показали сначала русскаго промышленнаго человѣка, какъ извѣстную интеллектуальную силу, а затѣмъ въ послѣдовательномъ порядкѣ практическіе результаты, достигнутые этой силой, то я думаю, что и самый немудрый человѣкъ легко бы составилъ себѣ безошибочное понятіе о томъ, вѣрнымъ или невѣрнымъ путемъ идемъ мы по пути промышленнаго прогресса. Увидѣвъ отсутствіе образовательныхъ средствъ, создающихъ у насъ и руководителей и исполнителей, каждый и безъ всякихъ объясненій сообразилъ бы, что такъ далеко не уйдешь и кромѣ "мухомахалокъ" ничего не выдумаешь.

Мы накинулись на блестящія издѣлія механическихъ заводовъ, поражающія блескомъ своей безукоризненной полировки и красотой окраски, и забыли главное, что вся эта блестящая внѣшность небольше, какъ результатъ извѣстной производящей силы. Нѣтъ, покажите вы намъ эту силу, покажите средства, которыми вы ее формируете, а результата, пожалуй, не показывайте -- мы и сами догадаемся, каковъ онъ долженъ быть. Если вы мнѣ покажете русскую соху и лошадь русскаго земледѣльца, которую шатаетъ вѣтеръ, я не поѣду смотрѣть на пашню, потому что знаю, что она никуда не годится.

Далѣе выставка должна имѣть непремѣнно статистическій характеръ. Если г. Путиловъ покажетъ мнѣ свое блестящее солнце изъ рельсовъ, да свои два жгута, скрученные какой-то таинственной, гигантской силой, а г. Келлеръ подавитъ мое воображеніе внѣшней красотой своихъ этикетовъ на граненныхъ бутылкахъ, то я только и буду знать, что въ Россіи есть заводъ Путилова, что на этомъ заводѣ какія-то таинственныя для меня, гигантскія силы тратятся совершенно безполезно на свертыванье какихъ-то никому ненужныхъ исполинскихъ желѣзныхъ жгутовъ, и что г. Келлеръ, онъ же и Башмаковъ, придумываетъ очень красивыя водки и ярлыки. Эти скудныя познанія, конечно, не дадутъ мнѣ никакого права думать, что я знаю хоть сколько нибудь промышленную Россію. Нѣтъ, вы намъ покажите, сколько у насъ такихъ мастеровъ, какъ представителей извѣстныхъ максимумовъ, и затѣмъ какая масса бѣдняковъ скрывается за ними и мѣшаетъ нашей промышленности стать на высшій уровень во всемъ ея объемѣ. Г. Сидоровъ выставилъ произведенія Печорскаго края. Въ шатрѣ вы видите дикаря-зырянина и образцы хлѣбныхъ растеній того края; вы видите и самоѣдскій чумъ съ котелкомъ, собаками и кожами; вы видите конченые языки оленей; вы видите и кушанья, которыя ѣдятъ эти дикари. Если бы въ такой же наглядности, но только съ большей правдой, чѣмъ это сдѣлалъ г. Сидоровъ, былъ показанъ на выставкѣ хоть бы бытъ нашихъ павловскихъ и воременскихъ желѣзныхъ производителей,-- если бы въ этой же комнатѣ на стѣнѣ висѣла большая таблица съ указаніемъ цифрами, сколько какого люда и при какихъ условіяхъ занимается у насъ желѣзнымъ производствомъ, то, можетъ быть, путиловское солнце показалось бы и менѣе блестящимъ. Желѣзные заводчики и мануфактуристы сдѣлали, конечно, хорошо, что показали производимыя ими чудеса. Но они сдѣлали бы еще лучше, если бы, подобно г. Сидорову, показали и своихъ рабочихъ. По показывая результаты, намъ именно не показали матеріальныхъ и интеллектуальныхъ силъ, ихъ создавшихъ.

Если выставка есть наглядная статистика, то полная поучительность ея явится лишь тогда, когда она будетъ сравнительной, т. е. если намъ покажутъ количественный и качественный размѣръ ея прогресса. Послѣдняя выставка въ Петербургѣ была въ 1861 г. Сдѣлала ли наша промышленность успѣхъ съ тѣхъ поръ? Несомнѣнно.

Но насколько? Какъ и изъ чего это увидитъ не только публика, но и сами промышленные производители? Вотъ этому-то и должна помочь извѣстная система расположенія предметовъ. Вы намъ покажите, что могла дѣлать Россія въ 1861 г. и что она стала дѣлать теперь. И для этого не требуется никакой особенной хитрости, никакого чрезвычайнаго напряженія умственныхъ способностей,-- требуется только, чтобы комитетъ распорядителей состоялъ изъ экспертовъ. Возьмемъ для примѣра хоть тотъ же предметъ нашей національной гордости -- хлопчатобумажную промышленность. Пусть каждый экспонентъ выставитъ только высшіе номера своихъ сортиментовъ. А такъ какъ каждый фабрикантъ есть производитель товара только извѣстнаго качества и извѣстнаго сорта, то самъ собой опредѣлится постепенный порядокъ, въ которомъ расположатся издѣлія экспонентовъ. Принявъ десятилѣтніе періоды и начавъ хотя съ періода 1829 г., когда была у насъ первая выставка, намъ бы могли показать, какими шагами шла наша промышленность въ десятилѣтніе періоды -- 1830, 40, 50, 60, 70 гг. Если бы при этомъ въ каждомъ отдѣленіи висѣла таблица съ показаніемъ какого сорта товаръ, на какую сумму и какимъ числомъ производителей изготовлялся въ каждомъ десятилѣтіи, то каждый посѣтитель выставки вынесъ бы, конечно, весьма точное сравнительное представленіе о русской промышленности. На нынѣшней выставкѣ мы въ подобномъ случаѣ могли бы обозрѣвать русскій промышленный прогрессъ за цѣлое полстолѣтіе. Но что выноситъ теперешній посѣтитель выставки, кромѣ тупого удивленія къ ея благообразію!

Мы бы пошли еще дальше. У насъ есть нижегородская ярмарка. Что такое эта ярмарка, какъ ни правдивая выставка того, что Россія производитъ не напоказъ, а для жизни. На нижегородской ярмаркѣ нѣтъ промышленнаго хвастовства и нѣтъ появляющихся экспонентовъ или такихъ господъ, которыхъ нужно приглашать именемъ Господа-Бога. На нижегородской ярмаркѣ, соединенной съ выставкой, или, если хотите, превращенной въ нее, мы увидѣли бы не однихъ ювелировъ и шкатулки съ инкрустаціей, не одно солнце Путилова и ликеры Келлера,-- мы увидѣли бы и товаръ павловскій съ самими павловцами, и товаръ сидоровскій, войлочный, сундучный и мочально-рогожный. На нижегородской ярмаркѣ-выставкѣ явились бы дѣйствительно всѣ результаты русскаго промышленнаго производства безъ всякихъ зазываній и приглашеній. Это вышло бы по истинѣ нѣчто весьма грандіозное, дѣйствительно всероссійское, нѣчто такое, чего не видѣла и не могла видѣть у себя Европа. Мнѣ думается, что осуществленіе подобной мысли не встрѣтило бы большихъ практическихъ препятствій, и расходы не были бы больше тѣхъ, во что обошлась нынѣшняя петербургская.

Вообще распорядители выставки, сколько замѣтно, задались мыслью сдѣлать изъ выставки не больше, какъ парадъ, какъ пріятное зрѣлище и увеселеніе для праздной толпы, по вовсе не задались какой либо серьезной идеей и меньше всего думали о воспитательномъ значеніи выставки. Это можно видѣть даже изъ того, какіе предметы допущены на выставку. Экспонентовъ мы въ этомъ случаѣ винимъ меньше. Самъ Богъ велѣлъ, чтобы русскій экспонентъ не понималъ еще до сихъ поръ, что онъ дѣлаетъ. На то и распорядители, чтобы научить и показать, и не принять всякой неподходящей дряни. Мы не будемъ говорить уже о рукѣ барановъ и овецъ; но спрашивается, для чего явилось такое сырье, какъ, напримѣръ, каменный уголь? Для чего явился на всероссійскую выставку кофе и цикорій, въ производствѣ котораго мы столько же участвуемъ, сколько, наприм., Аравія въ выдѣлкѣ сѣрой капусты. Къ чему эти модныя толковыя платья, сдѣланныя французскими модистками и даже, пожалуй, выписанныя прямо изъ Парижа? И тутъ расположены образчики желѣзной и мѣдной руды, которые произвела природа, а ужъ никакъ не наша изобрѣтательность? Отчего бы ужь не выставить нѣсколько саженъ дровъ изъ разныхъ губерній? Или -- Анановы, да и другіе, выставили образцы древесныхъ породъ, вмѣсто того, чтобы дать продукты, изъ этого дерева добываемые, а г. Фритче выставилъ даже образецъ дома для лѣсныхъ сторожей! Горные заводы, преимущественно казеннаго вѣдомства, прислали изъ-за тридевяти земель образцы своего сырья. Такъ, напр., гороблагодатскій рудникъ прислалъ коллекцію магнитныхъ желѣзняковъ и сопровождающихъ ихъ горныхъ породъ, каменскій заводъ выставилъ коллекцію бурыхъ желѣзняковъ, не сопровождая, однако, ихъ своими собственными издѣліями и, слѣдовательно, не объясняя, какъ они пользуются своимъ сырьемъ. Алтайскій и нерчинскій заводы прислали, напр., серебро и свинецъ, прислали и самородокъ золота въ 15 фунтовъ, но я рѣшительно недоумѣваю, въ какой степени подобные предметы Могутъ помочь уясненію воззрѣнія на русскій промышленный прогрессъ. Или -- выставлены, напримѣръ, сырыя шкуры, поступающія въ видѣ ясака отъ сибирскихъ инородцевъ. Положимъ, что мѣха эти очень хорошіе: есть чернобурыя лисицы въ 300 р.; якутскіе соболи тоже хороши, и при всемъ томъ мы полагаемъ, что сырымъ мѣхамъ мѣсто не на мануфактурной выставкѣ, а скорѣе въ мѣховомъ магазинѣ. Не знаемъ, къ чему отнести слѣдующій фактъ, сообщаемый "Голосомъ". Газета эта говоритъ, что открытіе русскаго музея въ зданіи всероссійской выставки повело, между прочимъ, къ открытію цѣлой Америки въ бывшемъ соляномъ городкѣ. Въ немъ оказалось половина фасада на Фонтанку ничѣмъ незанятымъ, но заключающимъ въ себѣ шестъ залъ, подобныхъ той, въ которой помѣщается музей, длиною въ 13 саж. и шириною въ 7 свою. Вотъ ужь слова-то и не примѣтили! Залы эти, замѣчаетъ "Голосъ", могли бы быть своевременно употреблены въ пользу распорядителями мануфактурной выставки; тогда не было бы надобности заставлять экспонентовъ тѣсниться въ такомъ ограниченномъ пространствѣ. Притомъ нѣкоторые отдѣлы можно было бы совершенно спеціализировать и избѣжать той неурядицы, которая видна на каждомъ шагу, и тѣсноты при многочисленномъ стеченіи публики. Да, фактъ любопытный! Ну, если бы всѣ тѣ, на кого разсчитывали и кого зазывали, явились на выставку, куда бы дѣли ихъ распорядители, когда и теперь, при неудачѣ, оказывается каша отъ тѣсноты? Итакъ, факты, изложенные нами въ настоящей главѣ, приводятъ къ тому печальному убѣжденію, что распорядители выставки поступили далеко не такъ, какъ требовала того серьезная важность мысли объ устройствѣ промышленной выставки. Мысль о выставкѣ превосходная, наиболѣе своевременная, ибо со времени крестьянской реформы прошло уже почти 10 лѣтъ. Но распорядители выставки взглянули на этотъ важный вопросъ узкимъ, меркантильнымъ взглядомъ, превративъ ее неболѣе, какъ въ обширный магазинъ красивыхъ галантерейностей и въ арену соисканія золотыхъ и серебряныхъ медалей для украшенія торговыхъ фирмъ.


III.


Если читатель думаетъ встрѣтить въ моей статьѣ описаніе всѣхъ выставленныхъ на выставкѣ предметовъ, то онъ ошибется. Не стану я также говорить тономъ поученія г. Скальковскаго, съ кажущимся дѣловымъ видомъ, потому что говорить такимъ образомъ значитъ дѣлать контрафакцію, въ сущности не сказавъ ни одного дѣльнаго слова. Вообще трудно понять, для кого составляются такія ничего неговорящія описанія, какъ г. Скальковскаго. Онъ говоритъ такія допотопныя истины, что надо отличаться всспримиряющимъ эклектизмомъ и снисходительностью "С.-Петербургскихъ Вѣдомостей", чтобы отваживаться предлагать своимъ читателямъ подобную жижицу. Говоря о выставкѣ машиннаго льна гр. Ростовцева, г. Скальковскій выражаетъ надежду, что гр. Ростовцевъ найдетъ въ псковской губ. подражателей и что ручная отдѣлка замѣнится машинной. Это также справедливо, какъ сказать, что послѣ ночи наступаетъ день. А впрочемъ, можетъ быть и есть люди, которые этого и не знаютъ. "Странно, что въ псковской губерніи, центрѣ производства льна, не существуетъ ни одной льнопрядильни и ткацкой фабрики", говоритъ дальше г. Скальковскій. Да, дѣйствительно странно! Странно, что у насъ не разрабатывается и каменный уголь. Странно, что и на Уралѣ мы дѣлаемъ не то съ своимъ желѣзомъ. Странно, что и нашъ черноземъ не даетъ ламъ пшеницы такого качества и количества, какое бы онъ могъ давать! Но если ужь отыскивать странности, то самой колоссальной и основной будетъ та, что у насъ въ промыленномъ мірѣ играютъ первую роль ораторы-болтуны, воображающіе себя двигателями русскаго промышленнаго прогресса. Послѣ такой странности стоитъ ли удивляться тому, что въ псковской губерніи нѣтъ еще ни одной льнопрядильни и что крестьяне псковской губер. выдѣлываютъ грубыя полотна для собственнаго употребленія. Я думаю, читатели г. Скальковскаго узнали бы гораздо больше, если бы онъ объяснилъ причины того, что онъ находитъ страннымъ. Думаю я также, что и изъ описанія выставки г. Скальковскаго читатели узнаютъ столько же, сколько и изъ его "странно". Вотъ образцы описаній г. Скальковскаго: "пенька трепаная и пряжа пеньковая, присланная на выставку, не представляютъ ничего особенно примѣчательнаго"; или "изъ выставленныхъ образцовъ канатнаго дѣла первое мѣсто принадлежитъ канатамъ фабрики М. И. Журавлева въ Рыбинскѣ"; или: "издѣлія другихъ петербургскихъ старинныхъ фабрикъ: А. П. Сазонова, А. Казалета и др. недурны. хотя канаты ихъ темны на видъ"; или: "льнопрядильная и полотняная промышленность составляетъ, безспорно, одну изъ важнѣйшихъ отраслей русскаго народнаго хозяйства; но въ смыслѣ собственно фабричнаго производства, выдѣлка льняныхъ издѣлій находится пока на весьма незначительной степени развитія"; или: "на выставкѣ находятся превосходные образцы издѣлій громадныхъ льняныхъ мануфактуръ, основанныхъ по большей части въ послѣднее время. Мы обратимъ особенное вниманіе на пряжу изъ чистаго льна отъ 18 до 100 NoNo царской мануфактуры; недурна также пряжа низшихъ NoNo романовской мануфактуры. Самые высокіе NoNo льняной пряжи представлены фабриками Зотовой въ Костромѣ и Грибановой близь Великаго Устюга. Къ сожалѣнію цѣны льняной пряжи высокихъ NoNo показаны очень дорогіе сравнительно съ пряжей бельгійскою и англійскою". Или: "между полотняными издѣліями особеннаго вниманія заслуживаютъ полотію, коломенка, канифасъ, салфетки, скатерти фабрики Грибанова, парусныя полотна, равендукъ фабрики барона Штиглица, толстый холстъ фабрики Классэна... интересно производство пеньковыхъ матъ, а также дорожекъ изъ привозной джуты"; или "въ общемъ результатѣ нельзя однако не сознаться, что отдѣлъ льняныхъ тканей представленъ на выставкѣ бѣднѣе другихъ отдѣловъ перваго разряда"; или "нужно бытъ большимъ знатокомъ дѣла, чтобы найти разницу въ произведеніяхъ нашихъ бумагопрядиленъ". Или: "изъ московскихъ и подмосковныхъ фабрикъ лучшая бумажная пряжа была представлена фабрикою Реутовской мануфактуры, особенно Ватэръ и 40 No утка и медіо". Или: "очень хорошія бумажныя ткани, миткаль, бязь, даба, демикотонъ и проч. представлены фабрикой "С. Морозова сыновей". Сообщивъ въ такомъ наглядномъ описаніи читателю о предметахъ, выставленныхъ въ первомъ отдѣлѣ, г. Скальковскій заключаетъ: "Приводя къ общему итогу результаты нашей хлопчатобумажной фабрикаціи въ томъ видѣ, какъ она выказалась на выставкѣ, можно, мнѣ кажется, сказать, что первое мѣсто принадлежитъ фабрикамъ московскимъ и петербургскимъ, затѣмъ Владимірскимъ польскимъ и финляндскимъ..." Г. Скальковскій, впрочемъ, невсегда такъ скроменъ. Онъ проявляетъ иногда и очень либеральныя, смѣлыя мысли. Такъ по поводу канатовъ казенной фабрики морскаго вѣдомства въ Кронштадтѣ г. Скальковскій говоритъ: "непонятно, какъ можно, въ то время, когда такъ ратуютъ противъ казеннаго производства вообще, оставлять въ рукахъ казны такое нехитрое дѣло, какъ производство канатовъ.." Тише, тише, г. Скальковскій! развѣ можно выражаться такъ неосторожно? Но не о смѣлой либеральности г. Скальковскаго рѣчь; мы бы хотѣли знать, какія точныя понятія могутъ поселиться въ головѣ читателя отъ простого набора словъ: "странно", "недурно", "превосходные образцы", "самые высокіе NoNo", "къ сожалѣнію", "особеннаго вниманія заслуживаютъ", "интересно производство", "лучшая бумажная пряжа", "очень хорошія бумажныя ткани" и т. д. Въ тѣхъ же "С.-Петербургскихъ Вѣдомостяхъ" живыя и наглядныя описанія болѣе даровитыхъ сотрудниковъ помѣщены въ фельетонѣ, а изложеніе г. Скальковскаго красуется въ видѣ передовой статьи. Причину этого мы видимъ не въ литературномъ талантѣ г. Скальковскаго, а больше въ его талантѣ шумѣть. Г. Скальковскій, какъ видно, поразилъ редакцію "С.-Петербургскихъ Вѣдомостей" всеобъятностію своего экономическаго мышленія, какъ онъ поразилъ многихъ чиновъ вольнаго экономическаго общества и промышленныя коммисіи теперешней выставки. Пусть однако читатель не думаетъ, что я говорю о г. Скальковскомъ ради изощренія своего полемическаго задора. Лично г. Скальковскаго я не имѣю чести знать, но я получилъ высокое понятіе объ его умственныхъ способностяхъ, прочитавъ о томъ средствѣ, которое онъ предлагалъ для улучшенія нашего крестьянскаго сельскаго хозяйства. Средство весьма простое. Г. Скальковскій предложилъ напечатать книжки для мужиковъ и объяснить въ этихъ книжкахъ, что называется сохой, плугомъ, лопатой, какъ слѣдуетъ пахать и боронить землю. О спасительныхъ результатахъ этой превосходной мысли опубликовано нигдѣ еще не было. Далѣе -- я считалъ необходимымъ познакомить читателей съ г. Скальковскимъ предварительно, ибо во второй статьѣ мнѣ придется гораздо подробнѣе говорить о немъ и его единомышленникахъ. Наконецъ, мнѣ хотѣлось дать и самому себѣ спасительное предостереженіе; рискуя прослыть менѣе основательнымъ и дѣльнымъ, чѣмъ г. Скальковскій, я все-таки воздержусь отъ того безсодержательнаго пріема изложенія, который, можетъ быть, очень пристоенъ для передовыхъ статей "С.-Петербургскихъ Вѣдомостей", но который не производитъ ничего кромѣ сухого тумана.

Вмѣсто техническаго описанія и непонятнаго для читателя указанія на 18, 40, 100, 120 NoNo пряжи, на какой-то медіо, утокъ, катеръ и т. д. я коснусь лишь общаго вопроса о русскихъ промышленныхъ способностяхъ, которыя замѣтны на теперешней выставкѣ.

У насъ есть не мало людей, которымъ очень желательно доказывать, что русская промышленность идетъ впередъ, а не назадъ. Употреблять запальчивыя доказательства, что мы дѣйствительно идемъ, а не стоимъ, теперь уже прошло время. Вмѣсто этого я приглашаю читателя осмотрѣть со мной нѣкоторые выставленныя предметы и затѣмъ сдѣлать общій выводъ о русскомъ промышленномъ сознаніи и о степени соотвѣтственности русской промышленности новому повороту русской жизни со времени крестьянской реформы. Мы идемъ несомнѣнно; но только куда? Я покажу читателю вещи дѣйствительно изумительныя. Обозрѣвателя подавляетъ прежде всего роскошь обстановки и колоссальное богатство выставленныхъ предметовъ. Какія онъ видитъ изумительныя кружева и платья, какую видитъ онъ роскошную обувь? Г. Александровъ предлагаетъ напр. шляпу во 100 руб. г. Реихель -- носовые платки въ 30 р. за штуку. Гг. Петровъ и Медвѣдевъ -- пальто и шубки-кофты въ 800 р. Г-жа Розенфельдъ -- черное шелковое женское платье въ 280 руб. Г-жа Сергѣева изъ Архангельска -- дамскій капотъ въ 200 р. гг., Кельхъ и Гейспицъ -- рубашки въ 100 руб. за штуку или 1200 руб. за дюжину; они же рубашечную вышитую грудь въ 50 руб. за штуку. Выбравъ по своему вкусу такое дешевое бѣлье и платье, обозрѣватель можетъ пріобрѣсти и всѣ остальныя вещи соотвѣтственно той дюжинѣ рубашекъ, за которую онъ заплатилъ 1,200 р. Если бы онъ избралъ меня въ руководители, то я бы посовѣтовалъ ему сдѣлать слѣдующій выборъ. Я бы посовѣтывалъ ему купить фарфоровую вазу формы Бандо, съ живописью. Она стоитъ всего 6,000 руб. Тутъ же онъ можетъ пріобрѣсти фарфоровый портъ-буке въ 200 р. У Матильды Ивановны Штаркъ я бы посовѣтывалъ купить букетъ изъ человѣческихъ волосъ цѣною въ 120 р. Конечно, мы бы могли найти и другіе букеты и я не буду настаивать непремѣнно на покупкѣ букета у Матильды Ивановны. Напр. у Адама Францевича Добровольскаго есть букетъ въ 300 р., у Анны Владиміровны Зайцевой -- въ 85 р,; есть, пожалуй, и цвѣты изъ рыбьей чешуи въ 50 руб., изъ бересты и рису въ 40 р. Но я не знаю, будетъ ли хорошо съ подобными деревянными и рисовыми цвѣтами явиться лѣтомъ въ саду, гдѣ есть цвѣты натуральные. Для украшенія своей лѣтней дачи я бы посовѣтовалъ вамъ купить у Армидстедъ, Митчелъ и К. растворчатыя окна въ 150 р. каждое, и растворчатыя двери въ 130 р. каждая, кстати у нихъ же можно взять и шкафъ въ 250 р. У Кара купите бронзовую золоченую кровать въ 1,100 р., для нея ширмы розоваго дерева у Іордана въ 600 р. У Штанге письменный столъ и кресло въ 550 р. У него же туалетъ съ зеркаломъ для вашей жены въ 630 руб. и шкафъ орѣховый въ 530 р. Для себя вы можете взять бюро Дейчбейна въ 1,000 р. Хорошій буфетъ для столовой найдете у Лудлофа въ 1,400 р. Буфетъ же отъ Бергмана въ 800 р. я бы брать не совѣтовалъ: дешевъ. Портьеры для кабинета вы можете найти у Лизсре и тоже недорого -- 500 р. У него же есть и кровать изъ розоваго дерева въ 2,200 р. Такъ какъ вы здѣсь купили уже кровать бронзовую, то эту подарите вашей близкой знакомой. Мы еще забыли шкафъ для сигаръ: это и хорошо и недорого -- 200 р. Если вы охотникъ, то у Гассе найдете шкафъ для ружей въ 2,000 руб. Стулья и кресла въ 155 р. за штуку вы можете найти у Николая Федоровича Штанге. Эта мебельная фабрика бывшая Тура. На фабрикѣ работаетъ до 100 ч. и внѣ оной до 200 чел.-- всеохтенцы. Вы, кстати, можете спросить у г. Штанге, сколько изъ тѣхъ 155 р., что онъ беретъ за каждый стулъ, онъ платитъ охтенцамъ, которые ихъ дѣлаютъ. Стулья г. Штанге мы поставимъ въ залѣ; для гостиной же вы возьмите мебель у Лизере -- красиво и недорого: чернаго дерева съ бронзой, въ стилѣ Людовика XVI; цѣна же только 9,540 руб. На случай обѣдовъ есть у Штанге хорошія канделябры въ 1,400 руб. пара; бра -- въ 350 р. штука; хорошія бронзовыя газовыя люстры въ 500 руб. есть у Гана. Недурны и стѣнныя лампы Штанге въ 150 р. пара. Кабачекъ для водки вы купите у Семенова за 700 р. У Верховцева для гостиной на столъ продается серебряная группа въ 15,000 р. Ювелирныя вещи для своей жены не берите ни у Александра Антоновича Зенгбуша, ни у Ивана Дмитріевича Чичелева: у нихъ вещи все дешевыя, только отъ 2,150 р. до 9,300 р. Правда, и эти вещи недурны и привлекаютъ къ себѣ сильно вниманіе прекраснаго пола, но сколько мнѣ помнится у одного изъ петербургскихъ ювелировъ есть колье въ 200,000 руб. Эту вещь я вамъ взять совѣтую. Чтобы держать такую драгоцѣнную вещь, нельзя же имѣть какой нибудь обыкновенный шкафъ или комодъ. Пристойнѣе всего будетъ чаша, и такая чаша на выставкѣ есть -- превосходная изъ орлеца и стоитъ она 37,872 р. Пожалуй, для той же цѣли можетъ годиться и каминъ. Колье въ 200,000 на каминѣ изъ ревненской зеленоволнистой яшмы въ 10,759 р. будетъ имѣть видъ очень хорошій. Виноватъ, мы забыли еще чернильницу. Есть изъ яшмы въ 2,200 р. Что это за прелесть, что за роскошь! По мнѣ кажется, что такое превосходное убранство не будетъ имѣть никакой цѣпы, если не будетъ, такъ сказать, одухотворено русскимъ промышленнымъ геніемъ. И нельзя не согласиться, что русскій геній проявилъ свою изобрѣтательность колоссальнымъ образомъ. Нѣкто Ростовскій изобрѣлъ весьма оригинальный снарядъ, названный имъ "мухомахалкою". Изобрѣтатель думаетъ, что его снарядъ весьма практиченъ въ лѣтнее время тѣмъ, что можетъ отгонять мухъ, мѣшающихъ предаваться послѣобѣденному сну. Впрочемъ, г. Ростовскій задался, какъ онъ увѣряетъ, болѣе гуманною мыслью. Ему бы желательно пристроить свои мухомахалки къ кроватямъ въ больницахъ и госпиталяхъ. По своей незначительной цѣнѣ инструментъ этотъ весьма доступенъ. Онъ стоитъ 35 р. за штуку. Я такъ какъ всѣхъ больничныхъ коекъ наберется у насъ положимъ тысячъ 20, то перспектива заказа въ 700,000 р. конечно, навѣваетъ на г. Ростовскаго болѣе золотые сны, чѣмъ будетъ навѣвать его мухомахалка на больныхъ. Можетъ быть, военное вѣдомство и но поощритъ г. Ростовскаго. Но если вы купите у г. Александрова круглую шляпу въ 100 цѣлковыхъ, то какой же вы русскій баринъ, если у васъ послѣ обѣда не будетъ вертѣться мухомахалка? Я г. Ростовскій приноровился именно къ русскимъ барскимъ вкусамъ. Его мухомахалка можетъ вертѣться 5 часовъ. О какое счастье! Еще 10 лѣтъ тому назадъ и даже при крѣпостномъ правѣ намъ не приходилось спать такъ долго послѣ обѣда, а пылче, по мнѣнію г. Ростовскаго,-- можно. Или нѣкто Вильгельмъ Фохтъ, по фамиліи нѣмецъ, во, конечно, вдохновленный геніемъ русской изобрѣтательности, предлагаетъ вамъ рельефную картину изъ разныхъ сортовъ хлѣба и соли въ 50 р. Другія русскія изобрѣтенія, повидимому, полезнѣе. Такъ г. Львовъ изобрѣлъ виксатинъ; г. Голубевъ придумалъ полый бронзовый сплавъ для отливки фигуръ; г. Княжшшекій и г. Якушкинъ представили новыя наборныя машины, дѣйствующія, впрочемъ, неудачно. Г. Фондервейде явился съ "нептуновымъ фонаремъ". Я думаю, не слѣдуетъ ли включить въ область русской промышленной изобрѣтательности и стихотвореніе г. Бутовскаго и тѣ остроумныя выходки, которыми уже давно покрыли себя неувядаемою славою нѣкоторыя наши газеты и теперь выставляются на показъ. Такъ "Голосъ" усмотрѣлъ и на выставкѣ польскую подземную интригу, а газета "Россійская Мануфактурная Выставка" уличаетъ въ такой же подпольности нѣмцевъ. По ея словамъ, два нѣмца, сговорившись между собою, совокупными усиліями вытѣснили одного русскаго экспонента. Я случилось это отъ того, что русскій экспонентъ, спокойно все чего-то ждалъ и когда ему пришлось разставлять свои вещи, то къ крайнему его удивленію мѣсто его оказалось занято другимъ. По словамъ той же газеты, русскій экспонентъ хотѣлъ разставить свои предметы подъ красивой декораціей, представлявшей русскую избу съ рѣзными украшеніями, а на новомъ отведенномъ ему мѣстѣ красивую избу поставить было уже негдѣ "и выставка лишилась еще одного красиваго убранства", прибавляетъ отъ себя газета съ сожалѣніемъ. Таже "Мануфактурная Выставка" проявляетъ свое патріотическое чувство въ остроумничаньи надъ жидами. При осмотрѣ вагоновъ двумя молодыми людьми одинъ спрашиваетъ другого: "что значатъ эти начальныя буквы: К. X. Ж. Д. (курско-харьковская желѣзная дорога) -- какъ хороши жидовскія дороги, отвѣтилъ на это другой молодой человѣкъ." Ну ужь будтобы русскія дороги лучше! Ужь будтобы русскіе строители больше берегутъ русскую кровь и меньше любятъ чужія деньги?

Во внѣшней роскоши выставки и въ тѣхъ необычайно дорогихъ предметахъ, которые мы только частью перечислили, и которыхъ на выставкѣ легіонъ, мы видимъ, какъ еще живуча та идея и то міровоззрѣніе, подъ кровомъ котораго цвѣла и развивалась ваша промышленность до освобожденія крестьянъ. Намъ постарому показываютъ промышленный прогрессъ не въ томъ, что мы дѣлаемъ хорошо, дешево, общедоступно, а въ томъ, что дорого и недоступно; намъ показываютъ розовую кровать въ 2,000 р. да сторублевыя шляпы для балующихъ барскихъ дѣтокъ; мы шалимъ и забавляемся игрой въ изящество, и даже литературные органы заявляютъ весьма серьезное сожалѣніе, что выставка не украсилась еще одной декораціей, потому что пока русскій зѣвалъ и чесалъ у себя въ затылкѣ, два болѣе энергическіе нѣмца заняли его мѣсто. Даже литературные органы, считающіе себя передовыми и компетентными судьями, говорятъ съ сожалѣніемъ о томъ, что на выставкѣ преобладаютъ нѣмецкія фамиліи. Я не знаю, что въ этомъ обстоятельствѣ прискорбнаго. Посмотрите, что выставили эти нѣмцы. Вѣдь это все драгоцѣнности, обыкновеннымъ смертнымъ недоступныя; вѣдь это все изготовители предметовъ роскоши. Что за страшная претензія на аристократизмъ, и что выиграетъ Россія, если мѣсто этихъ нѣмцевъ займутъ русскіе? Простая перемѣна именъ и только! По противники иностранныхъ фамилій не правы еще и въ томъ, что они не видятъ изъ-за патріотическаго азарта воспитательной пользы, приносимой иностранцами и до сихъ поръ. Напримѣръ, ваше кожевенное производство стоитъ въ рукахъ русскихъ мастеровъ на той же высотѣ, какъ и во времена взятія Казани. Чьи лучшіе опойки, какъ не петербургскихъ нѣмцевъ? и нѣмцы же, можетъ быть, научатъ насъ дѣлать хорошо и дешево безъ аристократическихъ замашекъ то, что намъ нужно и чего мы не имѣемъ. У насъ нѣтъ хорошихъ и дешевыхъ кожъ, нѣтъ у насъ хорошаго чистаго хлѣба, нѣтъ у насъ дешевой, прочной мебели, нѣтъ у насъ, однимъ словомъ, ничего и ничего хорошаго и вмѣстѣ доступнаго по своей цѣнѣ среднему большинству. И въ то же время мы тщеславимся кроватями въ 2,200 р., да шкафами въ 1,000 р., да стульями въ 150 р., да гостинной мебелью въ 10,000 р., и думаемъ, что это выставка русской промышленности, и думаемъ, что это барометръ, указывающій на высоту полета русскаго генія. А рядомъ ставимъ мухомахалку. Развѣ это не иронія?

Мы очень рады, что наши слова находятъ подтвержденіе въ томъ лагерѣ, которому мы никогда не сочувствовали. В. А. Полетика въ рѣчи, произнесенной при открытіи съѣзда фабрикантовъ, высказалъ, что техническое образованіе и техническія профессіи находятся у насъ въ положеніи крайне неудовлетворительномъ. Высшее техническое образованіе не вызывалось у насъ до сихъ поръ потребностями жизни, но прививалось къ ламъ правительственными мѣрами. Низшее техническое образованіе до сихъ поръ находится у насъ въ полнѣйшемъ небреженіи. Насколько не устроено у насъ техническое образованіе нашего рабочаго класса, настолько не устроенъ его бытъ и положеніе. Можемъ ли признать нормальнымъ такое, напримѣръ, явленіе, что построивъ у себя уже около 10,000 вер. желѣзныхъ дорогъ, мы впервые еще представляемъ на выставку образцы желѣзно-дорожнаго подвижного состава внутренняго производства. Правда, г. Полетика замѣчаетъ, что общее впечатлѣніе, производимое выставкой, благопріятно, но что ее далеко нельзя сравнивать ни съ лондонской, ни съ парижской выставкой. И мы, не отрицая успѣха, какой сдѣлала мануфактурная промышленность въ послѣднее десятилѣтіе, не отрицая того, что выставка поражаетъ своимъ внѣшнимъ эффектомъ и высокимъ исполненіемъ выставленныхъ на ней предметовъ, все-таки находимъ, что въ сущности она не больше, какъ "богатый магазинъ русскихъ издѣлій" съ предметами для удовлетворенія аристократическихъ потребностей, но ничѣмъ не указывающая на свою связь съ перемѣною быта освобожденныхъ крестьянъ и лишенная той наглядной поучительности, при которой мы могли бы сдѣлать на ней смотръ русскому промышленному уму, опредѣлить то, что ему мѣшаетъ, и указать то, что должно ему помочь. Но если во всемъ этомъ неповинны ни экспоненты, ни распорядители выставки, за -- то вопросы эти не ускользнули отъ вниманія тѣхъ, кто держитъ въ настоящее время въ своихъ рукахъ кормило русскаго промышленнаго корабля. Люди эти устроили первый всероссійскій съѣздъ фабрикантовъ и техниковъ; люди эти, раздѣлившись на нѣсколько отдѣльныхъ комитетовъ, уже совѣщались о важнѣйшихъ вопросахъ и нуждахъ русской промышленности. Что и какъ порѣшилось -- теперь еще неизвѣстно, ибо засѣданія продолжаются. Поэтому вопросъ этотъ мы оставляемъ до слѣдующей статьи. Про выставку мы можемъ смѣло сказать, что она при всемъ своемъ благообразіи не удалась; будетъ печально, если придется сказать то же самое и о совѣщаніяхъ перваго всероссійскаго съѣзда фабрикантовъ и заводчиковъ. А, можетъ быть, первому блину такимъ быть и слѣдуетъ.


Н. Шелгуновъ.


"Дѣло", No 7, 1870