# Из переписки c К. А. Чхеидзе

Юрий Алексеевич Ширинский-Шихматов

## ИЗ ПЕРЕПИСКИ Ю. А. ШИРИНСКОГО-ШИХМАТОВА И К. А. ЧХЕИДЗЕ


Н.Ф.Федоров: pro et contra: В 2 кн. Книга вторая

СПб.: РХГА, 2008.


Ю. А. ШИРИНСКИЙ-ШИХМАТОВ -- К. А. ЧХЕИДЗЕ


23 июня 1934. Париж


23--6--34


Многоуважаемый Константин Александрович!


Простите, что не сразу поблагодарил Вас за любезно присланный сборник "Вселенское Дело" с прекрасной Вашей статьей1. В четвертой книге "Утверждений" мы об этом сборнике дадим отзыв в статье, посвященной федоровству2. Она будет, м<ожет> б<ыть>, написана Н. А.Бердяевым.

Передайте мой привет Савицкому. Думаю, что очищение атмосферы в парижской ЕА. группе и развал т<ак> н<азываемого> "Объединенного" Клуба3 создают благоприятную почву для ликвидации наслоившихся недоразумений. Думаю также, что несомненно надвигающиеся грозные события на Востоке4 настоятельно требуют "преодолениячастного во имя утверждения общего".

В ближайшее время рассчитываю встретиться и переговорить с Алексеевым -- жалею, что некоторые строки в первом номере "Свершений"5 настолько отсрочили эту -- давно назревшую -- беседу.

Примите мой сердечный привет


Юр. Ширинский.


К. А. ЧХЕИДЗЕ -- Ю. А. ШИРИНСКОМУ-ШИХМАТОВУ


28 июня 1934. Прага


Многоуважаемый Юрий Алексеевич!


Очень обрадован Вашей открыткой. Когда бывал в Париже, постоянно думал о возможностях знакомства с Вами и обстоятельной беседы о сотрудничестве. Почему-то (почему? -- странно и досадно, но определенного ответа не имею!) -- нам так и не пришлось до сих пор познакомиться лично. Жалею об этом и высказываю надежду, что наше письменное знакомство разовьется и приведет к личному: раньше или позже.

Сборник "Вселенское Дело" -- показатель конкретного сотрудничества людей, очутившихся в силу превратностей судьбы на разных политических берегах и -- через большие трудности -- сумевших построиться в единый идеократический строй, обращенный лицом к будущему. Интересно -- как отнесется Б. А. Бердяев к "Вседелу" и его участникам.

Вы совершенно правильно связываете в своих мыслях общемировую ситуацию (и в особенности Д<альний> Восток) с местными делами, с пореволюционным Парижем. Без сомнения, тот кол, который -- вот уже десяток лет!!! -- тешет "разум истории" на наших головах, в настоящий момент заострился до такой степени, что возможны лишь два варианта. Первый: мы (т. е. пореволюционные идеократические течения) так и не окажемся в состоянии объединиться -- и тогда кол пронзит нашу никчемность и сбросит нас со счетов, отняв от нас качество организационных ядер; второй -- мы все-гаки найдем нужные слова, идеи, методы; проявим волю к соборному действию и срастимся в такое целое, которое само сможет обрести копья, колы, тараны и иные предметы, необходимые для участия в огромной схватке, потрясающей мир. Нечего и говорить, что я лично, все мои ближайшие друзья, основное ЕА и близкие к ЕА струи особ и направлений -- ЗА второй вариант и против первого. Давайте, дорогой князь, попробуем; давайте испытаем; давайте сделаем попытку серьезного соглашения между идеократами разных лагерей. Чтобы к этому приблизиться -- нужно, прежде всего другого, лично столковаться по поводу разных тем. Так как в моем восприятии сейчас одна из главных тем -- организация июльского ЕА совещания в Праге6, --хочу сказать несколько слов об этом деле. Вам хорошо известно, что по части финансовой мы так же бедны, как и Ваши друзья, как и другие политические эмигранты, не причастные к лукавой борьбе бывшей русской буржуазии. Собрать съезд, такой, как в 1931 году (Брюссель)7, нам не удастся. Тем не менее, намеченная работа будет проделана и результаты ее -- опубликованы. Я постарался привлечь к заочному, правда, участию в совещании Н. В. У<стряло>ва и кое-кого из д<альне>-в<осточных> федоровцев. Имею от них письменные материалы, относящиеся к июльскому е<вр>а<зийскому> совещанию8. Те е<вр>а<зийские> группы, которые не смогут прислать своих представителей, -- пришлют обширные записки. Записки будут содержать точки зрения наших групп по Поводу: а) внутренней политики Союза, б) внешней политики Союза, в) положения внутри пореволюционных течений, г) путей синтеза ныне разрозненных идеократических течений, причем -- не только эмигрантских и не только отечественных. Разумеется, я пишу очень обще. И пишу для того, чтобы просить Вас и предложить Вам прислать Записку от имени своего и имени Ваших ближайших сотрудников, обращенную к е<вр>а<зийскому> совещанию. Однажды такого рода документ был отправлен Прагой в адрес парижского совещания, собранного инициативой "Завтра" и "Утверждений"9. Но то был момент относительного благополучия в области международной политики и кажущегося преуспеяния отдельных пореволюционеров. Сейчас -- нет сомнения в надвигающейся грозе. Если даже гроза не состоится, все равно ее дуновение сметет многие карточные постройки (и уже, как Вы знаете, сметает)... ее дуновение вскроет суровые истины, мерцающие перед сознанием людей XX века, подобно желанным и достижимым скрижалям... Если Вы не найдете возможным принять к исполнению мою просьбу о присылке Записки, -- все равно, прошу и настаиваю на продолжении нашей письменной связи, которой придаю большое значение, независимое от того или иного поворота Ваших парижских бесед10.

На этом до свидания! Крепко жму руку, с приветом,


Ваш [К. Чхеидзе.]


## ПРИМЕЧАНИЯ


Из переписки Ю. А. Ширинского-Шихматова и К. А. Чхеидзе Печатается по: ГАРФ. Ф. 5911. Оп. 1. Ед. хр. 84.

Юрий Алексеевич Ширинский-Шихматов -- князь, лидер движения национал-максималистов. В 1931--1932 г. издавал в Париже журнал "Утверждения", "орган объединения пореволюционных течений" (см. примеч. 13 к статье Сетницкого "Евразийство и пореволюционники"). Один из основателей и руководитель русского Пореволюционного Клуба в Париже, открытого в 1932 г. Погиб в нацистских лагерях.

Обмен письмами между Ю. А. Ширинским-Шихматовым и К. А. Чхеидзе имел место в июне 1934 г. Хотя поводом к нему послужило конкретное обстоятельство: Чхеидзе, по просьбе Н. А. Сетницкого, выслал Ширинскому-Шихматову экземпляр сборника "Вселенское Дело" и Ширинский-Шихматов откликнулся благодарственной открыткой, -- обращаясь к главе утвержденцев, Константин Александрович имел в виду гораздо более общую цель: содействовать конструктивному диалогу пореволюционников, а в качестве первого шага на этом пути привлечь Ширинского-Шихматова к заочному участию в евразийском совещании, которое должно было состояться в Праге в июле 1934 г.

1 В сборнике "Вселенское Дело" (Вып. 2. 1934) была помещена статья К. А. Чхеидзе "Проблема идеократии".

2 Четвертая книга альманаха "Утверждения" в печати так и не появилась. В анонсе ее содержания, помещенном в No 5 журнала "Завтра", отзыв о "Вселенском Деле" представлен не был.

3 Объединенный Клуб пореволюционных течений был создан весной 1933 г. в Париже при редакции журнала "Третья Россия" по инициативе П.С. Боранецкого с целью "создать широкую трибуну для пропаганды пореволюционной идеологии" (Объединенный Клуб пореволюционных течений // Свершения. 1934. No 1, 8 апр. С. 4). В заседаниях клуба помимо сотрудников "Третьей России" принимали участие члены парижской евразийской группы (H. H. Алексеев, Б. Г. Шварц и др.), представители Украинского Пореволюционного Течения, журнала "Новый Град" и др. Клуб противостоял Пореволюционному клубу, в свое время созданному Ю. А. Ширинским-Шихматовым при редакции "Утверждений".

4 Речь идет о японско-китайском конфликте.

5 В первом и единственном номере газеты "Свершения. Орган пореволюционной мысли и пореволюционного действия", что стал плодом сотрудничества народников-мессианистов и евразийцев, в разделе "Политический блокнот", освещавшем, среди прочего, ситуацию "на русском политическом эмигрантском фронте", было помещено следующее, довольное едкое, сообщение: "В качестве факта, весьма отрадного, мы хотим отметить поворот, наметившийся в деятельности возглавляемого Ю. Н. Ширинским-Шихматовым Пореволюционного Клуба. В листовке, раздаваемой на одном из недавних собраний Клуба, были, наконец, раскрыты карты и упразднены анонимы. Оказывается, и сам этот клуб, и журнал, и все те "Завтра" многочисленные "группировки", которые "примыкали" и составляли "коалиции" на мифическом съезде пореволюционных течений, являются ничем иным, как группой "национал-максималистов". Давно бы так. По крайней мере теперь ясно, с кем мы имеем дело, а ясность всегда лучше, чем нарочитое пускание тьмы" (Свершения. 1934. No 1. 8 апр. С. 6).

6 См. преамбулу к фрагментам "Из протокола евразийского совещания (Прага, июль 1934 г.)".

7 Речь идет о евразийском съезде, состоявшемся в сентябре 1931 г. в Брюсселе. На съезде была утверждена платформа посткламарского евразийства.

8 Речь идет о письмах Н. В. Устрялова и Н. А. Сетницкого к К. А. Чхеидзе (Н. В. Устрялова -- от 17 апреля, 15 мая и 19 июня 1934; Н. А. Сетницкого -- от 16 мая 1934), фрагменты которых, содержащие оценку евразийства, были зачитаны на первом заседании Евразийского совещания 7 июля 1934 г. (см.: Протокол совещания наличных в Праге членов Президиума ЦК с представителями Пражской ЕА группы // Евразийские тетради. No 4. Прага, 1934. С. 2).

9 Весной 1933 г. Ю. А. Ширинский-Шихматов выступил с инициативой созыва в Париже 8--9 июля 1933 г. Съезда Представителей Пореволюционных течений, организаций и группировок для выработки общей идеологической программы, создания "Объединения Пореволюционных Течений". За неделю до Съезда -- 1--2 июля -- предполагалось провести Совещание пореволюционеров, которое, будучи нацелено на дружеское, неформальное общение представителей разных течений и группировок, должно было "подготовить почву для будущего объединения" (Завтра. No 4. Париж. 15 октября 1933. С. 3). Однако инициатива главы национал-максималистов, претендовавшего на лавры лидера пореволюционной эмиграции, встретила негативную реакцию среди многих пореволюционников, и Совещание не было проведено перед Съездом (который в конечном итоге состоялся 1--2 июля и в значительной части состоял из членов группы Ширинского), а перенесено на конец 1933 г. Текст упоминаемой Чхеидзе записки Пражской евразийской группы к Совещанию пореволюционеров разыскать не удалось.

10 Записки к Евразийскому совещанию Ю. А. Ширинский-Шихматов так и не прислал. На первом заседании совещания среди других писем, поступивших в адрес Пражской евразийской группы, было зачитано письмо Ширинского-Шихматова от 23 июня 1934.