# Из моих воспоминаний

А А Соколов

(Фрагмент)

## А. А. Соколов. ИЗ МОИХ ВОСПОМИНАНИЙ


(Фрагмент)


Источник: Шкляревский А. Что побудило к убийству? (Рассказы следователя) / Подгот. текста, сост. вступ. ст., коммент. А. И. Рейтблата. -- М.: Худож. лит., 1993. -- 303 с. ("Забытая книга")

Scan, OCR, SpellCheck, Formatting: Алексей Никитин, 2009


Слово "богема" ввел в употребление французский писатель Генрих Мюрже. Богема, собственно, -- цыганщина. Богемою Мюрже окрестил студентов Латинского квартала, но затем богемой стали называть всякую интеллигентную бедноту, которая артистически -- весело и беззаботно -- переносит лишения и даже с некоторым презрением относится к земным благам.

"Есть нечего, да жить весело" -- пословица, которой характеризуется жизнь богемы. Но наша богема, имея много общего с богемой Латинского квартала, имела свои особенности. К числу особенностей принадлежало и то, что она делилась на два разряда.

В шестидесятых годах в первом разряде богемы числились: Мей, Кроль, Решетников, Сергей Максимов, Михневич, Помяловский, Курочкины, Василий и Николай, Омулевский, Жулев, Лейкин, Иванов-Классик и многие другие.

Ко второму разряду принадлежали: Шкляревский, Кущевский, Ломачевский, Крутиков, Волокитин и другие.

Первые выбирали для своих сходбищ рестораны почище и подороже, вторые ютились в подвальных ресторанчиках, которые так и звались "ямками".

Замечательно, что первый разряд богемы пил сильнее, так сказать -- беспробуднее. Многие из них принесли свою жизнь в жертву своей невоздержанности: почти все они умерли, не достигнув 50 лет, а некоторые погибли на заре жизни. Так, Решетников умер 30, а Помяловский -- 27 лет.

Если из перечисленных нами лиц С. В. Максимов, В. О. Михневич, Н. А. Лейкин и другие достигли более солидного возраста, то на это, безусловно, повлиял выход их из богемы. А на этот выход оказали влияние хорошие женщины, давшие им семью и сердечное отношение.

В богеме второго разряда гигантами питья являлись Шкляревский и Кущевский.

Шкляревский -- русский Габорио, совершенно не оцененный нашею партийною критикою <...> Прошла критика <...> мимо Шкляревского, не отметив ни одного его романа, а между тем все его романы, взятые из уголовных дел, были удивительно талантливо разработаны.

Пользоваться Шкляревскому уголовными делами было очень легко, так как он около четырех лет занимался у А. Ф. Кони. Шкляревский знал отлично жизнь. Он вместе с А. С. Сувориным учительствовал в Воронежской губернии, затем служил и много путешествовал. Что заставляло его пить -- необъяснимо. Его всегда в дни запоя спасал великий гуманист-врач, профессор Манассеин, который клал его в клинику и вытрезвлял.

Некрасов тоже много раз старался останавливать Шкляревского, видя в нем большое дарование.

-- Разве ты так бы писал, если бы жил трезвее? -- говорил он ему.

Раз Шкляревский слушал-слушал увещания Некрасова да вдруг и выпалил:

-- Не тебе обо мне судить, потому ты сам писать не умеешь. Ты вон свое стихотворение "Еду ли ночью по улице темной" шедевром считаешь, а стихотворение -- дрянь и в основе ложное. "Она" идет торговать собою, чтобы "добыть" на гроб сыну и на ужин отцу, и при этом надевает свое хорошее подвенечное платье. Ну подумай! Зачем ей было идти торговать собою, когда за ту же цену можно было продать хорошее платье и сделать гроб и накормить отца?

Некрасов потом говорил:

-- Осенил он меня своею критикою.

Большим приятелем Шкляревского и многих других писателей был трактирщик С. А. Барашков. Скольких он, будучи сам человеком небогатым, выручил из беды. Особенно дружен был с ним Шкляревский. Как нужда, он к другу: "Выручай!" Друг выручал, и Шкляревский мог садиться за работу.

Писал он урывками, писал в поле, писал на ходу, писал в больнице. Если мы примем во внимание такой изумительный способ писания, то придем к еще большему удивлению перед дарованием Шкляревского.

Иногда Шкляревский пропивал с себя все и сидел дома в одном нижнем белье, пока его не выручал из беды все тот же друг-приятель Барашков, к которому, говорил Шкляревский, "мне идти было все равно как к брату родному".

Выручал его из беды, собственно, для того, чтобы тот снова попадал в беду.


## Комментарии


## А. А. СОКОЛОВ


## ИЗ МОИХ ВОСПОМИНАНИЙ


Фрагмент печатается по: Соколов А. А. Из моих воспоминаний // Московский листок. Иллюстрированное прибавление. 1909. No 4.

Автор воспоминаний -- Соколов Александр Алексеевич (1850-- 1913) -- журналист, прозаик, драматург. В течение ряда лет редактировал газету "Петербургский листок", в том числе в те годы, когда там сотрудничал Шкляревский. Кружок богемных литераторов изображен в романе Шкляревского "Князь Амалат-Бек" (СПб., 1882. С. 128-129, 135-136, 141-142).


Мюрже Анри (1822-1861) -- автор "Сцен из жизни богемы" -- очерков о жизни учащейся и артистической молодежи Парижа 1840-1850-х гг.

Мей Лев Александрович (1822-1862), Кроль Николай Иванович (1823-1871), Курочкин Василий Степанович (1831-1875), Курочкин Николай Степанович (1830-1884), Жулев Гавриил Николаевич (1836-1878), Иванов (пс. Классик) Алексей Федорович (1841-1894) -- поэты; Решетников Федор Михайлович (1841-1871), Максимов Сергей Васильевич (1831-1901), Михневич Владимир Осипович (1841-1899), Помяловский Николай Герасимович (1835-1863), Омулевский (настоящая фамилия -- Федоров) Иннокентий Васильевич (1836-1883), Лейкин Николай Александрович (1841-1906), Кущевский Иван Афанасьевич (1847-1876), Ломачевский Дмитрий Платонович (1830-е гг.-1877), Крутиков Александр Павлович, Волокитин Николай Иванович (1835-1893) -- прозаики. Большинство из перечисленных литераторов сотрудничало в так называемой малой прессе.

Кони Анатолий Федорович (1844-1927) -- выдающийся русский юрист, поддерживал дружеские отношения со многими писателями.

Суворин Алексей Сергеевич (1834-1912) -- известный публицист и издатель.

Манассеин Вячеслав Авксентьевич (1841-1901) -- известный терапевт, профессор медико-хирургической академии, где возглавлял терапевтическую клинику; редактировал газету "Врач" и принимал активное участие в работе Литературного фонда.

Барашков Семен Андреевич -- трактирный служитель, друг Шкляревского, неоднократно помогавший ему в трудных ситуациях. Копии несохранившихся писем Шкляревского ему за 1882-1883 гг. хранятся в Отделе рукописей Государственного литературного музея (ф. 82, No 7660).