# Дионео. На крайнем северо востоке Сибири

Исаак Владимирович Шкловский

Діонео. На крайнемъ сѣверо востокѣ Сибири. Спб. Изданіе Л. Ф. Пантелѣева. Цѣна 1 руб. 25 коп.-- Небольшая книжка г. Діонео даетъ рядъ живыхъ, талантливо и мѣстами художественно написанныхъ, очерковъ изъ жизни Колымскаго края, о которомъ большинство нашихъ читателей имѣютъ лишь смутное представленіе. По шутливому замѣчанію автора, эта страна "далеко отстоитъ отовсюду, вопреки увѣренію Герцена, что нѣтъ мѣста, которое бы не было откуда нибудь близко". Занимая площадь, въ нѣсколько разъ больше Франціи, съ населеніемъ -- 1 человѣкъ на сто квадратныхъ верстъ, Колымскій край -- огромная, мертвая пустыня, изрѣзанная горами, поросшими низкимъ лѣсомъ, тайгой, почти непроходимой. Десять мѣсяцевъ въ году край скованъ холодомъ, достигающимъ 62о ниже нуля. Почва промерзла на глубину больше 100 саженъ и оттаиваетъ лѣтомъ вершковъ на шесть. Здѣсь нѣтъ ни земледѣлія, ни скотоводства, и большинство жителей ведетъ жизнь настоящихъ троглодитовъ,-- жизнь, которая, по словамъ барона Врангеля, "есть лишь горестное бореніе со всѣми ужасами холода и голода, съ недостаткомъ первыхъ, самыхъ обыкновенныхъ, потребностей и наслажденій". Въ концѣ XIX вѣка здѣсь люди "не знаютъ хлѣба, вынуждены обходиться безъ соли, добываютъ огонь первобытнымъ способомъ, треніемъ, не знаютъ употребленія мыла, обходятся безъ бѣлья, надѣвая мѣховую одежду прямо ни голое тѣло".

И такъ живутъ не только дикари, но и русскіе, въ сущности ничѣмъ не отличающіеся отъ нихъ. Потомки смѣлыхъ и энергичныхъ промышленниковъ, открывшихъ Колымскій край во второй половинѣ семнадцатаго вѣка, русскіе теперь выродились, измельчали и быстро вымираютъ. Ютятся они въ трехъ "городахъ" по берегамъ р. Колыма: Верхне-Колымскѣ, Средне-Колымскѣ и Нижне-Колымскѣ, или, какъ ихъ здѣсь называютъ, "Верхно, Вредно и Нижно". Слово "городъ;" слѣдуетъ понимать лишь условно: въ Верхне-Колымскѣ -- девять жителей. "Здѣсь оффиціально числится русское мѣщанское общество, но его давнымъ-давно нѣтъ уже: это общество совсѣмъ одичало и ушло въ "ламуты", т. е. какъ и эти дикари, бродятъ съ оленями въ гольцахъ" (стр. 13). "Средно", центръ края, нѣсколько больше и въ немъ сосредоточивается мѣстное управленіе. До ближайшаго культурнаго мѣста -- Якутска -- больше трехъ тысячъ верстъ ужасающей дороги, верхомъ, по горамъ, болотамъ, или на собакахъ по тундрѣ. Авторъ чуть не погибъ во время этого пути, продолжавшагося больше мѣсяца.

Когда-то край населяли многочисленныя племена, "и на берегахъ Колыма,-- говоритъ легенда,-- было огней болѣе, чѣмъ звѣздъ на ясномъ небѣ". Но пришли русскіе и принесли съ собой три бича: оспу, водку и уголовную ссылку. Началось быстрое вымираніе, цѣлыя племена исчезали, не оставивъ никакого слѣда. Въ поселеніи Сухарномъ, у устья Колымы, авторъ встрѣтилъ послѣдняго представителя чуванскаго племени, жившаго на Большой рѣкѣ, а въ 1889 г. въ "Нижно" явилась дѣвушка-чукчанка съ цѣлымъ табуномъ оленей, которая принадлежала къ клану чукчей, кочевавшему въ горахъ Тасъ-Хаята и вымершему отъ оспы. Смертность въ краѣ превышаетъ рождаемость втрое, и лѣтъ черезъ 50, по мнѣнію автора, если ничто не измѣнится, край превратятся въ пустыню, напоминая ужасную картину, нарисованную Байрономъ въ его поэмѣ "Тьма": "безъ перемѣнъ года, безъ, растительности, безъ людей, безъ жизни -- добыча смерти".

Проживъ здѣсь въ условіяхъ троглодита больше четырехъ лѣтъ, г. Діонео настолько отвыкъ отъ культуры, что даже примитивная культурная обстановка Якутска (по мѣстному "Якучко") дѣйствовали на него потомъ удручающимъ образомъ. А настоящіе, природные колымчане, никогда не видавшіе свѣта Божьяго, попавъ въ Якутскъ, теряются, какъ дѣти, и первое время приходится тщательно слѣдить за ними, чтобы они... не объѣлись хлѣбомъ.

Таковъ этотъ отдаленнѣйшій уголокъ Сибири, къ которому вполнѣ примѣнимы слова Данте: "здѣсь солнце молчитъ и звуки не грѣютъ".


"Міръ Божій", No 6, 1895