# Путешествие охотнорядского купца на комете

Христофор Алексеевич Шухмин

ПРОГУЛКА В ЛУНУ

Забытая фантастическая проза XIX века

Том III


## Христофор Шухмин


## ПУТЕШЕСТВИЕ ОХОТНОРЯДСКОГО КУПЦА НА КОМЕТЕ


## Фантастический рассказ


Оживление охотнорядской торговли постепенно начинало замирать. Уже перестали раздаваться надоедливые возгласы "российских" торговцев и палатка за палаткой заставлялись ими ставнями для ночного покоя. Кое-где хотя и бродили запоздалые покупатели, но уставшие торговцы почти не обращали на них внимания, а если и продавали, то с неохотою.

-- Ну, ребята, запирайтесь, -- сказал и Иван Макарыч Шарамыжников, -- богатый торговец рыбой, своим полусонным молодцам.

Его обыкновение было запираться последним, но нынче он почему-то изменил этому правилу.

Обрадованные приказчики живо пустились исполнять приказание своего хозяина, который хитро посмеивался в свою длинную бороду и думал: "Эка, псы какие! Ловко поворачиваются с окончанием; а к торговли ведь вот не так ретивы!.."

Через несколько минут все было убрано, товар отнесен в подвал, лари закрыты ставнями и заперты большими замками.

Хозяин и приказчики помолились Богу и отправились домой.

Не успел Иван Макарыч отойти и нескольких шагов от Охотного ряда, как к нему подошел какой-то неизвестный торговец.

-- Пренизкое почтеньице-с Ивану Макарычу, -- проговорил неизвестный и поклонился.

-- Честь имею, только... только, стало быть, что-то я вас запамятовал... Право.

-- Да я-с, Иван Макарыч, не тутошний, я донской. Вас-то я знаю только по слухам. Приехал я, значит, в Москву рыбки продать.

-- Дело благое... Что ж, приходите завтра, -- может, что и столкуемся.

-- Оно бы лучше нынче, а то завтра... намечено кое-что... Вот коли сегодня с вами не сделаюсь, так придется... -- И незнакомец замялся.

-- Не утруждайтесь разъяснением: я понимаю. С конкуренцией с нашей хотите сделать... так, так... понимаю... А что за рыба-то?

-- Осетрина, да белужка.

-- А количество?

-- Да тысчонка по 4 пудиков есть.

-- Так, так... А цена?

Незнакомец, как это делают настоящие коммерсанты, обернулся во все стороны, чтобы кто его не услышал посторонний, и шепотом сказал такую дешевую цену, что даже Иван Макарыч поразился.

-- Может, какая костяжка, али с тухлинкой?

-- Без солинки и свежести необычайной.

-- То-то, а то у нас такой-то и у самих порядочно есть... Только не выпускаем, чтобы цену не портить... А в какой срок?

-- Можно и в одиннадцать.

Много лет торгует Иван Макарыч в Москве, много ему приходилось совершать сделок и слышать разных выгодных предложений, но так дешево и заманчиво ему никто не предлагал и он пытливым взглядом окинул неизвестного, боясь, -- нет ли тут лжи.

Но незнакомец внушал полное доверие.

-- Не хотелось бы сегодня мне, глядя на ночь, идти в трактир, -- проговорил Иван Макарыч после раздумья, -- да уж, видно, делать нечего, пойдемте, -- потолкуем.

И они пошли.

Однако Иван Макарыч не повел незнакомца в тот трактир, куда он ходил постоянно, боясь встретиться с конкурентами, а повел продавца в отдаленный ресторан от Охотного ряда.

Пока подавался чай, Иван Макарыч разглядывал своего нового приятеля.

"На свету-то видней", -- думал он.

Незнакомец был брюнет, с загорелым, морщинистым южным лицом, с черными как уголья глазами и с белыми лошадиными зубами, которые он часто оскаливал и которые придавали его лицу отталкивающий вид.

"Чудной человек!" -- опять подумал Иван Макарыч и громко спросил:

-- А что же это я вас не спрошу, -- как вас зовут-то?

-- Карапет Егорыч Дурычанц.

-- Стало быть, не русский?

-- Кавказец.

-- Это и видно. -- И начал Шарамыжников выпытывать и экзаменовать Карапета по рыбной торговле.

Карапет несомненно понимал по этому делу все до тонкости, но Иван Макарыч решил поступить с незнакомцем по-купечески, а потому и задумал подпоить его, дабы развязать ему язык, и для этой цели спросил водки.

Незаметно графин за графином истреблялся новыми приятелями во время интересных разговоров. Карапет чрезвычайно понравился Ивану Макарычу и после четвертого графина, стал его называть своим другом и перешел "на ты".

-- Деляга ты! -- кричит Шарамыжников. -- Давай поцелуемся!..

Поцеловались.

-- А не врешь это ты? А? Не врешь? Скажи по совести? А? Ну, побожись!..

-- Ну, чего болтаешь, Макарыч, -- говорит ему на это Карапет. -- Какая мне польза врать! Вот тебе от меня тысяча рублей в залог, что бы ты не сомневался... -- И Карапет достал толстый бумажник.

-- Не надо, -- кричит Иван Макарыч, -- не надо! Верю! Целую и верю!.. Человек! Половой с головой, коньяку!..

Коньяк еще больше вскружил Шарамыжникову голову.

-- Угощаю тебя по-купечески! -- продолжал кричать он. -- За город свезу тебя, ростовского кавказца! Во, как разугощу, -- прямо на славу! Половой, лихача! Ну, живо! В самую Ельдораду! Шагом марш! Вот это по-нашему! Ура-а!! за здоровье армянского сословия!!

А Карапет только улыбается, да подливает вина пьяному купцу.

Не прошло и нескольких минут, как Иван Макарыч с Карапетом неслись на красивом рысаке в места одурения, ночного веселья, в тот омут, откуда дорога к разбитой жизни, к слезам и болезни.

И несется рысак и мощно гигантскими шагами отбивает по мостовой, под удалый крик опьянелого купца.

Но тут произошло совершенно невероятное и поразительное. Белое, точно солнечное сияние, озарило Ивана Макарыча. Какой-то волшебно-феерический шар закружился у его глаз, распустился огненным хвостом и не успел купец опомниться, как очутился на этом хвосте и, влекомый шаром, понесся кверху по необъятному воздушному пространству.

Это его несла огненная Комета.

-- Что за чудеса, -- испуганно забормотал купец. -- А где же Карапетка? А? А где же лихач?.. Вот это ловко! Ай да дешевая рыба!

Быстрее молнии несется комета и миллиардами искр усыпает ночную дорогу.

А кругом громадные блестящие планеты, чудесные созвездия, одинокие звездочки, и все это, кажется, улыбается, приветствует и живет таинственною, великою жизнью.

Оглянулся купец, и сам улыбнулся, и робость его прошла. Снял он шапку и закричал:

-- Прощай, златоглавая Москва! Прощай, жена Акулина и все сродственники, -- с моими охотнорядскими молодцами!! Вот так лошадь, б одну секунду на тот свет попал!! Ловко! чудны дела твои, Господи! Сидел в ресторане и вдруг на звездном хвосте в заграничную прогулку уехал!..

Оглянулся Макарыч вниз, а за ним на разных звездочках и кометах чертенята несутся и орут благим матом веселые песни.

Затянул и купец за ними.

И все выше и выше несется комета. И все громче и громче орут чертенята. И все привлекательней, разнообразней становится в бесконечном небесном пространстве.

И все больше и больше удивляется купец и вместе с тем радуется необъяснимой поездке, которая открыла ему такие невиданные прелести, такие великие тайны недосягаемого мира. Но вдруг комета зашипела, рассыпалась на громадное пространство звездами, завертелась огненным вьюком и скрылась за черное покрывало таинственной ночи.

А наш купец перевернулся несколько раз в воздухе и каким-то ураганом был отброшен на небольшую звезду, находившуюся рядом с месяцем.

-- Что за история, -- закричал он, осматривая новое место. -- С таким путешествием, пожалуй, и домой не вернешься! А там без меня чего доброго всю торговлю испортят... А все-таки и тут хорошо! Просто чудеса!

И действительно было чему удивляться.

На звезде стоял громадный накрытый стол, установленный разными винами, фруктами и кушаньями.

За столом сидели чертенята и их подруги, хорошенькие ведьмы с разрисованными личиками.

Тут же стояло пианино и на нем бойко и звучно играл музыкант, конечно, тоже черт.

Но всего удивительнее было, что за этим же столом сидел и Карапет.

-- Карапет! Друг мой разлюбезный, и ты тут?

-- И я.

-- Да как же ты-то попал?

-- Да так же, как и ты.

-- Непостижимо. Стало быть, мы в новом царстве? Вот так гуляние! Ну, так валяй бесенята, развлекай московских купцов.

И с этим Макарыч бросил пачку денег чертям.

Пение усилилось и перешло в плясовое, разухабистое...

Разошелся купец и пустился вприсядку. Кричит, поет и свистит Иван Макарыч, ублажаемый бесенятами, забывши про свое путешествие на Комете "Галлея" и о своем необычайном приключении. Весело и радостно ему и не замечает он, что издали на него смотрят светлые звездочки и грустно кивают ему своими маленькими головками, как бы жалея его, погибающего в диком разгуле с хитроумными чертями.

Как попал Иван Макарыч обратно домой, -- и не знает, и не помнит.

Только в полдень разбудившая его жена объяснила ему, что он вернулся домой на рассвете в пьяном виде и все кричал о каких-то звездах и чертях.

И никак не мог сообразить купец, что с ним произошло и каким образом он летал под облака на хвосте кометы.

Через час он отправился в Охотный ряд к своим палаткам.

В голове шумело, в висках стучало и он мрачно и злобно отплевывался при воспоминании о вчерашних чертях. А вечером, пред запоркой ларей, к нему подошел посланный из одного загородного ресторана и передал запечатанный конверт.

Иван Макарыч сердито оборвал края конверта и достал из него довольно длинный ресторанский счет, помеченный вчерашним числом, но еще не оплаченный.

"Вон оно, куда комета-то забросила! -- подумал купец. -- История, да и только! Эх, ма!.."

И, почесавши затылок, он расплатился по счету.

На другой день Иван Макарыч совершенно оправился и пришел в себя от своего гуляния и приключения.

Единственно его поражало знакомство с Карапетом и его исчезновение.

-- Неужто черт? -- говорил сам себе. -- Вот наважденье-то! -- И тут же купец отплевывался и крестился от такого ужасного знакомства.


X. А. Мин-Шух


## ПРИМЕЧАНИЯ


Публикуется по: Шухмин Хр. Путешествие охотнорядского купца на комете. М.: Изд. А. С. Балашова, 1913.

X. А. Шухмин (ок. 1870 -- после 1917) -- фотограф, журналист, организатор театров миниатюр. Автор десятков лубочных книжек, изданных в 1910-х гг.