# О предназначении университетов

Войцех Швейковский

Матер╕я, взятая изъ Рѣчи Варшавскаго Университета Ректора, Ксендза Войцеха Швейковскаго, произнесенной при торжественномъ открыт╕и тогожъ Университета.

## О предназначеніи Универстетовъ (*).


(*) Матерія, взятая изъ Рѣчи Варшавскаго Университета Ректора, Ксендза Войцеха Швейковскаго, произнесенной при торжественномъ открытіи тогожъ Университета.

Всѣ училища, какъ онѣ бы ни называлисъ, отличаются отъ Университета во первыхъ тою чертою, до которой каждое изъ нихъ доводитъ учениковъ своихъ; то есть, училища приготовляютъ учениковъ или одно для другаго, или для Университета. Сей же неимѣетъ предназначенной для себя черты въ наукахъ, до которой надлежалабы ему доводить своихъ слушателей; чѣмъ онъ далѣе ведетъ ихъ, тѣмъ болѣе приобрѣтаетъ себѣ чести и славы. Для Университета нѣтъ въ преподаваніи наукъ другихъ границъ, кромѣ тѣхъ развѣ, которыя всемогущій Творецъ положилъ разумной твари въ знакъ ея подчиненности. Пока границы сіи не будутъ совершенно изслѣдованы и опредѣлены съ точностію, до тѣхъ поръ останется неизмѣреннымъ поле Университета. Чѣмъ далѣе поступаетъ на немъ родъ человѣческій, тѣмъ болѣе находитъ странъ приятнѣйшихъ, какъ обширнѣйшихъ, однѣ должно покорять, другія воздѣлывать. Богатства ихъ и произведенія состоятъ въ понятіяхъ, которыя воспитывать, распложать; благородствовать есть дѣло Университета. Кто захотѣлъ бы ограничивать и стѣснять царство понятій, тотъ сталъ бы уничтожать его сущность. Изслѣдованія ученыхъ, въ предметахъ ли особенныхъ или частныхъ, или же въ общихъ и взятыхъ вмѣстѣ, хотя имѣютъ цѣль извѣстную, къ которой стремятся; но для нихъ нѣтъ и быть не можетъ послѣдняго предѣла, равно какъ нѣтъ его для человѣческаго любопытства, всегда ненасытнаго. Всѣ усилія разума человѣческаго посредственно или непосредственно стремятся къ познанію Природы и ея начала: вотъ крайній предѣлъ всѣхъ наукъ, всѣхъ знаній. Но на семъ неизмѣримомъ поприщѣ не находимъ, ни каждый изъ насъ особенно, ни всѣ вмѣстѣ, ни въ настоящемъ времени, ни въ продолженіи вѣковъ, ненаходимъ, говорю, извѣстной черты, которая была бы крайнею или послѣднею для нашихъ изысканій. Какъ неограниченъ Богъ, такъ безпредѣльно поприще изслѣдованія мудрости Его, открывающейся въ Природѣ. Ее съ радостію ищетъ родъ человѣческій, подобно Танталу, по уста въ водѣ стоящему и немогущему утолить своей жажды При семъ безпрерывномъ стремленіи человѣкъ предписываетъ себѣ извѣстныя правила, какъ поступать впредь, чему слѣдовать, отъ чего уклоняться, дабы избѣжать заблужденія. Тщетная предосторожность! Лишь только устроилъ новую систему, лишь только началъ удивляться хитрому ея составу, и уже разрушаетъ и созидаетъ новую, перемѣняетъ; и когда кажется ему, что достигнулъ высочайшей истины, вдругъ замѣчаетъ ошибку свою, уничтожаетъ свой трудъ, a иногда и трудъ многихъ, столѣтій, и снова начинаетъ сооруженіе. Такой жребій мудрецовъ напоминаетъ намъ Сизифа, Какъ y сего труженика вырывается камень и падаетъ внизъ въ самое то время, когда онъ взнесъ было его на вершину высокаго утеса; такъ передъ ними вдругъ исчезаетъ зданіе мнимыхъ истинъ, корда одно новое открытіе показываетъ имъ ошибочное основаніе, или невѣрность въ расчетѣ. Но мудрецы, подобно тому же Сизифу, не оставляютъ труда своего, столь много разъ ихъ обманувшаго; ибо новое открытіе, которымъ уничтожаются ихъ системы, возбуждаетъ въ нихъ охоту къ дальнѣйшимъ открытіямъ; они снова начинаютъ одну и ту же работу? Ибо узнанная ошибка питаетъ ихъ тою надеждою, что созидая каждой разъ лучше, наконецъ когда нибудь успѣютъ соорудить незыблемую храмину. Люди видятъ, что заблужденіе есть удѣлъ ихъ; но видятъ также, что посредствомъ заблужденій суждено имъ успѣвать въ наукахъ. Увѣренность въ семъ оправдываетъ самыя отважнѣйшія предприятія людей, и они неустрашившись Икарова паденія, смѣлымъ полетомъ стремятся къ небу. Мы чувствуемъ высокое предназначеніе естества нашего, и чувство сіе недозволяетъ намъ предаться бездѣйствію и оставаться на одномъ мѣстѣ. Предназначеніе сіе состоитъ въ стремленіи къ совершенству. Совершенство же намъ представляется существомъ доступнымъ, и сіе-ли самое заохочиваетъ насъ къ нему стремиться. Намъ кажется; что видимъ его всегда надъ головою своею, всегда въ извѣстномъ разстояніи; и чѣмъ ближе къ нему возносимся, тѣмъ оно выше блистаетъ, и каждой разъ манитъ насъ къ себѣ новыми прелестями. Такимъ образомъ никогда недостигаемъ его на земли, но все однакожъ неперестаемъ къ нему приближаться. Не всѣмъ суждено имѣть равной успѣхъ; но всѣ имѣютъ обязанность стремиться и прилагать усилія. Никогда неможемъ остановяться въ семъ стремленіи, ибо иначе мы унизили бы свое достоинство и походили бы на пауковъ, которыхъ работа всегда бываетъ одинакова. Бѣжать впереди другихъ на семъ поприщѣ есть долгъ ученыхъ, есть преимущество учащихъ по обязанности своего званія. Университетъ имѣетъ долгъ доводить до крайней черты познаній, до которой только разумъ человѣческій достигать можетъ.

Другое, изъ перваго проистекающее, отличіе состоитъ въ томъ, что въ училищахъ разныхъ степеней преподаются науки по основаніямъ, свыше для нихъ предписаннымъ, признаннымъ за несомнительныя,-- по правиламъ, которыхъ держаться они непремѣнно обязаны, по крайней мѣрѣ до времени. Университетъ ни отъ кого не принимаетъ основаній и правилъ; напротивъ для себя и для другихъ самъ изыскиваетъ оныя; не имѣетъ исключительной довѣренности ни къ какимъ, ниже къ своимъ собственнымъ, ниже къ тѣмъ которыя повсюду приняты; ни на что слѣпо не полагается, все подвергаетъ разсмотрѣнію, исправляетъ, a направленное отдаетъ другимъ для исправленія. Въ предмѣтахъ наукъ свой собственной судъ почитаетъ онъ за высочайшій, и непризнаетъ такимъ никакого другаго, кромѣ только суда ученаго свѣта; но и тутъ еще воленъ онъ обратиться къ потомству съ своимъ воззваніемъ. Въ семъ отношеніи можно бы Университетъ назвать верховнымъ Ареопагомъ понятій. Какъ древнее судилище сіе разбирало дѣла безъ всякаго лицеприятія; такъ университетъ разсматриваетъ знанія человѣческія, отнюдь невзирая на то, изъ чьихъ устъ они вышли, кто защищалъ ихъ, и для кого должны они служить правилами, истина, одна истина есть для него пробнымъ камнемъ знаній человѣческихъ, изъ сихъ отличительныхъ признаковъ Университета явствуетъ само собою, что онъ есть собственно училище, совершенствующее науки. Другіе учебные институты имѣютъ долгъ единственно распространятъ, дѣлать общественными свѣдѣнія, доведенныя до извѣстной степени и признанныя справедливыми. Университетъ обязанъ сверхъ того еще открывать недостатки въ тѣхъ свѣдѣніяхъ, дополнять, исправлять, придумывать средства къ удостовѣренію себя въ справедливости даже тѣхъ свѣдѣній, которыя впредь сдѣланы быть могутъ.

Прочіе институты, хотя бы украшались людьми отличнѣйшими по учености и трудолюбію, какъ ограниченные числомъ предметовъ и пособій, неимѣютъ толикихъ средствъ, возвѣщать и совершенствовать познанія, сколько имѣютъ ихъ Университеты, какъ вмѣстилища всѣхъ наукъ, свѣдѣній и самыхъ пособій. Ибо, хотя каждая наука, каждая система состоитъ изъ собственныхъ своихъ основаній и правилъ; но общая между всѣми нами связь такова, что одной науки безъ помощи другихъ никакъ неможно возвести на степень высокую. Сіи размножившіяся, здѣсь собранныя сестры узнаютъ свое общее происхожденіе, и сблизившись между собою, другъ другу подаютъ благотворную руку. Ежели каждая изъ нихъ особенно хвалится тѣми выгодами, которыми осыпаетъ она общество человѣческое; то польза, отъ совокупнаго ихъ дѣйствія происходящая, должна быть несравненно значительнѣе. Ощутителенъ каждой лучь солнца; но лучи соединенные въ одной точкѣ фокуса гораздо ощутительнѣе. Кто первый подалъ мысль всѣ предметы наукъ собрать въ одно вмѣстѣ; тотъ по всей справедливости хотѣлъ общество человѣческое спѣшно возвести къ высокой степени совершенства. Мысль сія была натуральна, хотя поздно люди на нее попали. Ибо сдѣлать ето значило то же, что ручьи одного источника, въ теченіе своемъ раздѣлившіеся, снова соединить въ одинъ потокъ. Свѣтъ солнечный сперва почитаемъ былъ особеннымъ тѣломъ, a лучи его частями того же тѣла. Посредствомъ наблюденій и опытовъ открыто, что свойства ихъ неодинаковы; но соединеніе лучей въ одну точку напоминаетъ объ одномъ общемъ началѣ, объ однихъ и тѣхъ же свойствахъ. То же происходитъ и съ познаніями человѣческими. Всѣ они сперва составляли одну науку, какъ имѣющіе за цѣль изслѣдованіе или подражаніе одной Природѣ. Потомъ раздѣлили ее на части, Дали каждой особое названіе, предположили особыя для каждой основанія, и скоро забыли, что всѣ онѣ проистекли изъ одного начала. Будучи разсматриваемы по одиночкѣ, онѣ довели людей до многихъ открытій любопытныхъ и вмѣстѣ полезныхъ. Каждая часть прекрасна сама собою, какъ цвѣты лучей, раздѣленныхъ и преломленныхъ въ призмѣ. Но никакъ не оказали бы онѣ всей своей силы, если бы въ соединеніи своемъ небыли возвращаемы къ первобытному единству. Долго люди хотѣли познать міръ, присматриваясь къ цѣлой, огромной его махинѣ; обманутые въ своей надеждѣ, долго опять разсматривали предметы, каждой особо, одинъ послѣ другаго. Опыты наконецъ ихъ увѣрили, что ни одно общее разсматриваніе, ни одно раздѣленіе на части не доставляютъ надлежащаго свѣдѣнія о предметѣ. и такъ, что химики дѣлаютъ съ тѣлами, то Университеты съ науками: то разлагаютъ на самыя мѣлкія частицы, то опять составляютъ изъ нихъ одно цѣлое. Разложеніе открываетъ имъ истины частныя; соединеніе ведетъ къ истинамъ общимъ.

Углубляться во все пространство одной науки есть дѣло трудное; еще труднѣе заниматься многими; но упражняться во всѣхъ одному человѣку -- невозможно. И такъ люди, при недостаткѣ силъ своихъ, не будучи въ состояніи вдругъ обнять много наукъ, посвящаютъ себя одной; еслижъ и ета одна кажется еще слишкомъ обширною, то дѣлятъ ее на части, и занимаются каждою особо. Не будемъ однакожъ думать, будто упражненіе въ одной части какой-либо науки есть удѣломъ людей посредственныхъ, или обыкновенныхъ. Ежели великимъ умамъ свойственно изъ частныхъ наблюденій выводить общія слѣдствія, то еще болѣе прилично имъ частными открытіями облегчать средства къ общимъ заключеніямъ. Развѣ не изъ частныхъ понятій составляются общія? Слѣдственно углубляться въ малѣйшія части науки и посвящать себя имъ исключительно, значитъ уравнивать дорогу къ открытіямъ, содѣйствовать усовершенію вообще всѣхъ наукъ и знаній. Но при семъ упражненіи недолжно терять изъ виду цѣлаго состава, ибо только въ цѣломъ оказывается истинное достоинство каждой части. Другіе институты занимаясь распространеніемъ общихъ свѣдѣній, немогутъ предаваться разсматриванію наукъ подробному, какъ Университеты, которые именно обязаны по мѣрѣ возможности дѣлить учебные предметы на самыя малыя части между учащими. Какъ порядокъ и благосостояніе гражданскаго общества отъ того зависитъ, когда каждой членъ его исполняетъ личную свою обязанность, a начальствующіе чиновники и всѣ дѣйствія оныхъ направляютъ къ одной цѣли -- къ общему благу; такъ въ ученой республикѣ успѣхъ наукъ отъ того зависитъ, когда одни посвящаютъ себя исключительно особеннымъ предметамъ или частямъ ихъ, a другіе особенныя или частныя наблюденія приводятъ къ одному цѣлому составу. Какъ въ гражданскомъ обществѣ люди разныхъ званій и степеней одни безъ другихъ обойтись не могутъ, и взаимною другъ другу помощію облегчаютъ средства каждому доставать себѣ все нужное; такъ науки и свѣдѣнія только въ соединеніи своемъ, только при взаимной помощи возрастать и процвѣтать могутъ. Что суть столицы въ отношеніи къ провинціямъ, сіи среднія точки промышленности и образованія; то Университеты, вразсужденіи наукъ, ко всѣмъ отраслямъ общежитія. Каждой университетъ, какъ собраніе наукъ и свѣдѣній, долженъ быть мѣстомъ, изъ котораго разливались бы полезныя правила и понятія на всѣ части, на всѣ отрасли общества человѣческаго. Ежели можно отдѣльныя науки и занимающіеся ими институты уподобить рѣкамъ судоходнымъ, которыя, составясь изъ ручьевъ и потоковъ, питаютъ обширныя страны, прилежащія къ берегамъ ихъ: то Университетъ назвать можно моремъ, которое вбираетъ всѣ рѣки, но которое поглощенную воду возвращаетъ чистыми парами; наполняетъ ими.воздухъ, производитъ дожди, и по всему шару земному распространяетъ благодѣтельную росу, падающую какъ на горахъ такъ и на долинахъ, какъ вѣковые дубы такъ и однодневное быліе напояющую живительнымъ своимъ сокомъ.

Чтобы Университетъ могъ возносить науки до черты неопредѣленной, чтобы могъ во всѣхъ частяхъ усовершать оныя, чтобы изъ усовершенныхъ наукъ могъ извлекать полезныя обществу людей свѣдѣнія. Для того необходимо нужно, чтобы онъ въ ученомъ ходѣ своемъ былъ свободенъ и независимъ. Безъ сего условія неможно имѣть надлежащаго о немъ понятія. Стремленіе къ совершенству и ограниченность суть двѣ вещи, одна другой совершенно противуположныя. Успѣхи просвѣщенія не терпятъ преграды; не могши преодолѣть ее, они берутъ ошибочное направленіе, но отнюдь не останавливаются; равно какъ ручей съ горы стремящійся, прорываетъ себѣ путь къ сторонѣ, если не можетъ сдвинуть камня, препятствующаго прямому его теченію. Препятства сіи бываютъ или тщетны, или только временныя. Уставы творца неизмѣнны; слѣдственно и стремленіе разума нашего къ изысканіямъ истины непобѣдимо: оно мыслямъ нашимъ сообщаетъ безпрестанное движеніе. Нѣтъ силы, могущей удержать ходъ мыслей; нѣтъ оковъ для разума. Удержаніе успѣховъ его есть борьба или свѣта съ темнотою, или добродѣтели съ развратомъ -- и въ обоихъ случаяхъ борьба неровная. Можно помрачить одно мѣсто, но не можно угашать свѣта въ цѣлой Природѣ. Солнце, въ одномъ мѣстѣ закрытое облакомъ, тѣмъ съ большимъ блескомъ освѣщаетъ другія. Какъ день слѣдуетъ за ночью, такъ и правое не надолго лишается своей правды. Не свобода мыслить опасна, опасно тщетное усиліе уничтожить оную; ибо всякая борьба, какъ взаимный упоръ силъ противныхъ, иначе не можетъ кончиться какъ сокрушеніемъ одной стороны, иногда съ ущербомъ и другой, обыквовенно же и съ великою корыстью. Но потрясенный пламенникъ сильнѣе поражаетъ зрѣніе, но запертая въ одномъ мѣстѣ вода рветъ въ другомъ землю. Дадимъ волю огню горѣть, и онъ не будетъ бросать искръ; не станемъ преграждать рѣки, и она спокойно потечетъ въ своемъ руслѣ. Пускай ученые будутъ свободны въ своихъ изысканіяхъ, какъ, по благости Неба, свободна мысль человѣческая; и понятія, коими обогащаютъ они общество человѣческое, не только ненарушатъ его спокойствія, но утвердятъ тишину и подадутъ способы къ его благосостоянію...


Рат. Warscz.


-----


Швейковский В.А. О предназначении университетов: [Из] Pam[ietnika] Warscz. [! Warszawskie. 1818. T.11] / [Из речи ректора Варш. ун-та, ксендза Войцеха Швейковскаго, произнес. при торжеств. открытии ун-та] // Вестн. Европы. -- 1818. -- Ч. 102,