# Сомов О. М.: биобиблиографическая справка

Орест Михайлович Сомов

СОМОВ, Орест Михайлович, псевдонимы -- Порфирий Байский, Житель Галерной гавани [10?(21?).XII.1793, Волчанск Слободско-Украинской губ. (ныне -- Харьковской обл.) -- 27.V.(8.VI).1833, Петербург] -- поэт, прозаик, переводчик, литературный и театральный критик, очеркист. Родился в старинной, но обедневшей дворянской семье. В 1809 г. поступил в Харьков ский университет, считавшийся крупным культурным центром. В университете преподавал, напр., И. С. Рижский, сподвижник Н. И. Новикова. В эти годы в Харькове издавались два журнала: "Харьковский Демокрит" и "Украинский вестник". В последнем в 1816 г. напечатал свои первые стихи С. Он свободно владел немецким, итальянским и французским языками. Благодаря воспитанию, С. избежал влияния архаического книжного стиля XVIII в., не оставили глубокого следа в его творчестве и карамзинисты. С. шел не столько от книги, сколько от жизни, стремясь сплавить в языке своих произведений народную речь с книжным стилем.

Так, в статье "Мысли о замечаниях г. Мих. Дмитриева на комедию "Горе от ума" и о характере Чацкого" он специально отмечал, что Грибоедов "соблюдал в стихах всю живость языка разговорного" (А. С. Грибоедов в русской критике.-- М., 1958.-- С. 27).

В конце 1817 г. С. переезжает в Петербург. В 1818 г. он становится членом Вольного общества любителей словесности, наук и художеств, спустя два года -- действительным членом Вольного общества любителей российской словесности, сотрудничает почти во всех журналах этих Обществ -- в "Благонамеренном" и в "Соревнователе просвещения и благотворения", "Невском зрителе", "Альционе", позже в "Полярной звезде" как поэт, прозаик и критик.

В 1819 г. С. совершает заграничное путешествие: он побывал в Польше, Австрии, Франции. После возвращения он сближается с кругом Измайлова, посещает салон С. Д. Пономаревой, в котором получает прозвище "Арфин". Через ее салон С. знакомится с будущими декабристами Н. А. Бестужевым, К. Ф. Рылеевым, А. О. Корниловичем.

В 1820 г. он включается в полемику с В. А. Жуковским, пародируя в стихотворении "Соложеное тесто" стихотворный перевод Жуковского из Гете "Рыбак", причем С. высмеивает "Народный", "бытовой" язык Жуковского, его наклонность к приподнятому описанию обыденности. В 1821 г. С. подробно разбирает перевод Жуковского в статье "Письмо к г-ну Марлинскому" (Невский зритель,-- 1821.-- No 1.-- Ч. 5) и предлагает пополнить этим стихотворением "литературную кунсткамеру", задуманную Бестужевым-Марлинским. Однако крайнее мнение С. оспорил даже сам Бестужев.

Поэтические опыты С. свидетельствуют, что на их автора несомненно подействовали идеи будущих декабристов. С. выбирает для своих стихотворений героико-патриотические темы -- "Песнь о Богдане Хмельницком -- освободителе Малороссии" (1821), "Греция" (1821--1822).

В 1823 г. в "Соревнователе" С. печатает цикл статей "О романтической поэзии" (отд. изд.-- Спб., 1823). Он выступает не столько защитником, сколько исследователем романтизма, направления тогда нового и во многом еще непонятного для читателя, воспитанного на произведениях Карамзина. Во второй статье С. опирается на книгу Ж. де Сталь "О Германии" (1810). Фрагменты из нее в переработанном виде он включил в собственный текст. Однако было бы несправедливо видеть в С. только переводчика и интерпретатора. Общие теоретические положения, высказанные французской писательницей, он применял к русской литературе. Опираясь на труд Ж. де Сталь, он утверждал собственную теорию. С. объясняет происхождение и основные черты романтических произведений, обращаясь непосредственно к чувственному восприятию читателей. Он отдает предпочтение "чистому восторгу", "духу поэзии", а не холодной симметрии правил: "Поэзия не архитектура, где строгий глазомер с точностью поверяет все совершенства или погрешности симметрии" (Литературная критика декабристов.-- С. 235). С. стремится к синтезу "вкуса" и "воображения", элементов классицизма и романтизма. С такой точки зрения он критиковал оба эти направления. Развенчивая "ложное понятие о поэзии романтической", С. желал уберечь поэзию от "добровольного подчинения" "новым условиям" и "новым узам" (Там же.-- С. 271--272).

Главные достоинства поэзии, по мнению С., "народность" и "местность". Он одним из первых заговорил о духовной связи писателя и народа, о том, что "словесность народа есть говорящая картина его нравов, обычаев и образа жизни" (Там же.-- С. 264). С. выступает против заданности, тематической ограниченности поэзии. "Весь мир видимый и мечтательный есть собственность поэта, он... везде пьет жизнь и силу и в таинственном своем вдохновении являет... свет незримый и дивный" (Там же.-- С. 269). В 1824 г., вероятно, с помощью Рылеева С. поступает столоначальником в Российско-американскую компанию.

С. перевел "Записки полковника Вутье о нынешней войне греков" (Спб., 1824--1825), ставшие весьма популярными в среде декабристов, использовавшиеся ими для агитации, помещает в "Северной пчеле" одобрительную рецензию на "Полярную звезду" за 1825 г. (1825.-- No 41.-- 4. VI). Для альманаха "Звездочка" С. готовит "малороссийскую быль" "Гайдамак".

После разгрома декабристов он был арестован по подозрению в связи с восставшими. Хотя следствие и не подтвердило этого, С. лишился места в Российско-американской компании и вынужден был зарабатывать себе на жизнь исключительно литературной деятельностью.

Для С. наступило тяжелое время. Альманах "Звездочка" был конфискован и так и не увидел свет, "Соревнователь" к этому времени не выходил, та же участь грозила "Благонамеренному". С. вынужден был обратиться к Бул-гарину и Гречу, видя в них, вероятно, недавних друзей декабристов, и в "Северной пчеле" напечатал ряд критических статей и переводов.

В конце 1826 г. он знакомится с Дельвигом и становится постоянным сотрудником его изданий. В альманахе "Северные цветы" напечатана повесть С. "Юродивый", главы из "Гайдамака", многочисленные статьи. Как бы продолжая традицию А. Бестужева, С. в каждой книжке "Северных цветов" печатает годичное обозрение русской литературы. В обзоре за 1829 г. С.-- единственный из критиков -- поддержал молодого Н. В. Гоголя, рецензируя его поэму "Ганц Кюхельгартен". За первой неудачей С. разглядел "талант, обещающий в нем будущего поэта" (Северные цветы.--1829.--С. 77--78).

В 1830 г. С. вместе с Дельвигом издает "Литературную газету", а в ноябре становится ее официальным редактором. Неожиданная смерть Дельвига 14.I.1831 г. потрясла С., но он продолжал -- уже один -- это издание до июня месяца. По просьбе А. С. Пушкина С. готовит издание "Северных цветов" на 1832 г. Непривычный к коммерческой деятельности, он не сумел получить ожидаемую прибыль и был отстранен от издания, его отношения с Пушкиным, с друзьями Дельвига, недовольными неудачей, расстроились. Нужда заставляет С. обратиться к недругам: к А. Ф. Воейкову -- издателю "Литературных прибавлений к "Русскому инвалиду"", и вновь к Булгарину и Гречу:

Смерть С. остановила работу над изданием отдельного сборника его произведений. Постепенно его имя забывалось и даже такой проницательный критик, как В. Г. Белинский, не признал новаторства С. и удивлялся его былой популярности: "Теперь смешно и вспоминать, как все были заинтересованы коротенькими отрывками из повести Байского "Гайдамаки", повести действительно недурной по рассказу, но тянувшейся несколько лет и оставшейся без конца и связи" (Т. 5.-- С. 194). Отзыв Белинского был, вероятно, вызван тем, что он считал недостаточно серьезной фольклорную, романтическую фантастику С, как бы "уводящую" от современности, а его эстетическую концепцию излишне нормативной.

Между тем повести С. интересны и обращением автора к бытовой тематике, к фольклору, и этнографическими подробностями, и стилем, скорее суховатым, чем романтически приподнятым. С самого начала малороссийской повести "Гайдамак" читатель оказывается окружен потоком украинской жизни -- шумит ярмарка, звенят голоса купцов и покупателей. И все это для С. не фон, не колорит, необходимый для развертывания романтической интриги. С, верный своему теоретическому принципу, ставил в центр повествования не отдельную личность, а жизнь народа в целом. Повести С. одновременно с повестями В. Т. Нарежного воспитывали в читателе интерес к быту. В этом смысле Нарежный и С. предшествуют Гоголю. Даже фантастические и сказочные сюжеты тяготеют к бытовизму ("Сказки о кладах", "Кикимора"), к характерологии; в "Русалке", "Киевских ведьмах" фантастические события как бы включаются в реальную действительность. В "Оборотне" романтическое двоемирие позволяет показать разные типы характеров, поведения людей, элемент сомнения в. существовании чудесного и сверхъестественного не разрушает, однако, веру в необычное до конца. Особое место в прозе С. занимают рассказы о путешествиях (впечатления от поездки за границу в 1819--1820 гг.). В лучших из них -- повестях "Почтовый дом в Шато-Тьери" и "Вывеска" -- история человека связывается с общим ходом истории, проводящей сквозь бури испытаний и отдельных людей, и целые народы. Нельзя не отметить влияния на поздние повести С. "Повестей Белкина" Пушкина, первой части гоголевских "Вечеров на хуторе близ Диканьки". В повести "Матушка и сынок" (1833) С. уже высмеивает "романтические странствия" и восторженные чувства Валерия Терентьевича, воспитанного матушкой в селе Закурихино на рыцарских романах.

В последних произведениях С. заметна сильная ироническая струя. "Романтически-ироническое" (Ю. Манн) повествование подготавливало переход к новым формам и новым проблемам. У С. этот переход не совершился. Литература без него сделала новые шаги. Как предсказал сам С, "очарование новости исчезло, и холодный рассудок... лукаво замечает недостатки там, где воображение на первых порах нас обольстило и увлекло за собою" (Литературная критика декабристов.-- С. 272). Ощущение незавершенности поисков и затруднило признание С. современниками.

Соч.: Стихотворения // Декабристы. Поэзия, драматургия, проза, публицистика, литературная критика / Сост. Вл. Орлов.-- М.; Л., 1951.-- С. 254--255; Стихотворения// Поэты 1820--1830 гг. / Вступ. ст. и общ. ред. Л. Я. Гинзбург.-- Л., 1972.-- Т. 1.-- С. 212--227; Литературно-критические статьи // Литературно-критические работы декабристов / Сост., вступ. ст., подгот. текста и примеч. Л. Г. Фризмана.-- М., 1978.-- С. 223--273; Киевские ведьмы // Русская романтическая повесть / Сост., вступ. ст. и примеч. В. И. Сахарова.-- М., 1980; Были и небылицы / Сост., вступ. ст. и примеч. Н. Н. Петруниной.-- М., 1984.

Лит.: Грен А. О. Сомов // Сев. цветок.-- 1858.-- No 4.-- Отд. III; Белинский В. Г. Русская литература в 1842 году // Собр. соч.: В 9 т.-- М., 1979.-- Т. 5.-- С. 193--194; Брайловский С, Н. Пушкин и О. М. Сомов // Пушкин и его современники. Материалы и исследования.-- Пб., 1909.-- Вып. XI; Кирилюк З. В. О. М. Сомов (Из истории литературной борьбы 20-х годов XIX века) // Русская литература.-- 1960.-- No 1; Трубецкой Б. А. Первый манифест русского романтизма (статья О. М. Сомова "О романтической поэзии") // Уч. зап. Кишиневского ун-та.-- Кишинев, 1960.-- Т. 51; Кирилюк З. В. Фольклор в творчестве Ореста Сомова // Науч. доклады высшей школы. Филологические науки.-- 1965.-- No 4.


В. И. Греков


Источник: "Русские писатели". Биобиблиографический словарь.

Том 2. М--Я. Под редакцией П. А. Николаева.

М., "Просвещение", 1990