# Паризина. Историческая Повесть Лорда Байрона. Вольный переводъ В. Вердеревского

Орест Михайлович Сомов

Паризина. Историческая Повѣсть Лорда Байрона. Вольный переводъ В. Вердеревскаго. С. П. б., въ типогр. Департ. Народн. Просвѣщ. 1817. III -- 39 стр. къ 8 ю д. л. {Продается въ книжномъ магазинѣ И. В. Сленина, у Казанскаго моста, въ домѣ Г. Энгельгардта. Цѣна въ бум. 5 р., съ пересылкою 6 р.}

Издатели Сѣверн. Пчелы получили пространный критическій разборъ сего перевода, который, по объему своему, будетъ помѣщенъ въ Сынѣ Отечества, въ статьѣ: Критика, вмѣстѣ другими критическими разборами, доставленными Издателямъ. Между тѣмъ, они за нужное почитаютъ сказать, въ чемъ состоятъ вольности, которыя Г. Вердеревскій допустилъ въ своемъ переводѣ. Во-первыхъ, имя Маркиза д'Эсте (у Л. Байрона Азо) перемѣнилъ онъ и назвалъ его Родригомъ; во-вторыхъ, онъ сдѣлалъ нѣкоторыя перемѣны въ стихахъ III, VIII и XVIII, и наконецъ, не всегда стихи Англійскаго Поэта переводилъ изъ стиха въ стихъ.

Впрочемъ, отступленія сіи не должны пугать ревностныхъ чтителей Музы Байроновой. Для примѣра приведемъ одно изъ нихъ. Байронъ говоритъ: "Невольницы Княгини, долгое время способствовавшія ея невѣрности, избѣгаютъ заслуженнаго наказанія, слагая на госпожу все преступленіе; и когда оно перестало быть тайною, не забываютъ ни одного обстоятельства, могущаго утвердить справедливость ихъ показаній {Мы воспользовались въ сей выпискѣ переводомъ Англійскаго подлинника, помѣщеннымъ въ Журналѣ: Соревнователь Просвѣщенія и Благотворенія No III, 1822 года.}." Г. Вердеревскій замѣнилъ сіе мѣсто слѣдующими стихами:

"Все испытуетъ взоръ ревнивый:

Князь вопросилъ своихъ рабовъ,

И царедворецъ боязливый

Быть обвинителемъ готовъ.

Онъ, избѣгая наказанья.

Свои обдумалъ оправданья,

И, съ хитрой злобою знакомъ,

Спѣшитъ безславьемъ и стыдомъ

Покрыть младую Паризину,

И Гюга порицать любовь."

Стихи сего перевода вездѣ хороши. Если въ нихъ иногда нѣтъ сжатости Байроновой, то въ замѣнъ ея, стихи ласкаютъ слухъ своею гармоніей. Многія мѣста отличаются быстротою разсказа и силою выраженій. Таковы, напримѣръ, гнѣвъ Маркиза д'Эсте, казнь Гюга и пр. Въ послѣднемъ стансѣ, Поэтъ изображаетъ прекрасными стихами глубокую печаль стараго Родрига, печаль, которой ни годы, ни новое супружество, ни новая семья не могли искоренить изъ души его.

Отъ черныхъ думъ воспоминанья

Не властно сердце отдохнуть.

Какъ усыпить, чѣмъ обмануть

Неумолимыя страданья?

Когда зима кристаломь льда

Струи потока одѣваетъ:

Тогда отъ плѣна ускользаетъ

На днѣ текущая вода.

Вотще, скрывая чувствъ волненье,

Хотимъ мы слезы утаить;

Вотще мечтаемъ преградить

Ихъ своенравное теченье:

Неизліянныя -- онѣ

Кипятъ въ сердечной глубинѣ.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Когда искусная рука

Больныя вѣтви отсѣкаетъ

Отъ свѣжихъ дерева вѣтвей,

Оно цвѣтетъ еще свѣжѣй.

Но если гнѣвными стрѣлами

Его пронзитъ небесный громъ,

Во прахъ склоненное челомъ

Оно изсохнетъ надъ корнями.

Къ книжкѣ сей положена литографированная картинка, изображающая ночную встрѣчу Гюга и Паризины. Картинка сія весьма хороша по изображенію и рисунку: костюмы вѣрны, окружающіе предметы имѣютъ много правдоподобія, но литографія не доведена еще у насъ до того совершенства. какимъ отличаются литографіи Французскія, изъ коихъ многія не уступаютъ на видъ лучшимъ гравюрамъ. С.


"Сѣверная Пчела", No 25, 1828