# Без исхода. Роман К. М. Станюковича

Константин Михайлович Станюкович

Безъ исхода. Романъ К. М. Станюковича. Изданіе второе, книгопродавца М. В. Попова. Спб., 1893 г. Цѣна 2 рубля. Въ романѣ изображено провинціальное общество тѣхъ временъ, когда молодое земство и новые суды однихъ воодушевляли и поднимали нравственно, въ другихъ вызывали злобу и ненавистническіе порывы, когда русская печать въ увлеченіи своемъ мечтала стать общественною силой, способною обуздать хищничество, а хищники подбирались къ общественнымъ суммамъ и къ концессіямъ, подкапывались подъ неудобную для ихъ продѣлокъ печать и норовили задавить все молодое, честное, мѣшавшее раздѣлыванію темныхъ дѣлъ и дѣлишекъ. Тамъ и сямъ мечтатели сталкивались съ дѣльцами и, убѣжденные въ своей правотѣ, кидались въ неравную борьбу съ людьми, не стѣснявшимися никакими средствами и имѣвшими, къ тому же, на своей сторонѣ богатство, вліяніе, связи и ту сплоченность, при которой "рука руку моетъ". Само собою разумѣется, что, при такихъ условіяхъ, борьба оказывалась не только неравною, но и совсѣмъ невозможною, и одолѣвающая сторона считала себя вправѣ называть противниковъ "безумцами", "утопистами" и давать имъ совершенно неподходящія клички -- "нигилистовъ", напримѣръ. Никакихъ "нигилистовъ" въ романѣ г. Станюковича нѣтъ. Напротивъ,^тѣ, кого называютъ побѣдители "нигилистами"., ничего ровно но отрицаютъ, они люди слишкомъ вѣрующіе въ добро, въ прогрессъ, въ возможность торжества гуманныхъ идей. И если такая кличка приличествовала бы кому изъ дѣйствующихъ лицъ, то именно величающимъ себя "охранителями", у которыхъ на самомъ дѣлѣ нѣтъ за душою ничего, ni foi -- ni loi, какъ говорятъ французы, ни совѣсти, ни чести, а есть только алчные аппетиты, для удовлетворенія которыхъ эти господа не задумаются все и всѣхъ слопать, подходящихъ людей обратить въ орудія для своихъ эксплуататорскихъ цѣлей, а дерзающихъ противиться "разорить и расточить". Таковъ "излюбленный" человѣкъ Грязнопольской губерніи, Колосовъ, баринъ, пролѣзающій къ власти и богатству, прокутившійся жуиръ, запускающій лапы въ общественныя суммы, пользующійся красотою своей жены для уловленія нужныхъ ему вліятельныхъ людей. Колосовъ -- хищникъ юркій и ловкій, но игру свою онъ ведетъ такъ стремительно, что на каждомъ шагу рискуетъ оборваться и очутиться "въ мѣстахъ отдаленныхъ".Совсѣмъ иного сорта человѣкъ его соперникъ, Стрекаловъ, дѣлецъ серьезный и солидный, добродѣтельный семьянинъ, любящій отецъ, формально-безукоризненный и все пожирающій "на законномъ основаніи". Подъ стать ему и его супруга. Оба дѣльца -- "либералы" того сорта, которыми изобиловало наше общество шестидесятыхъ и семидесятыхъ годовъ, либералы -- не тронь меня и мнѣ не мѣшай жуировать, наживаться, тащить и грабить, прикрываясь трескомъ громкихъ фразъ. Но чуть на ихъ дорогѣ появляются такіе люди, какъ Крутовской и Черемисовъ, они превращаются въ звѣрей лютыхъ и въ ядовитыхъ гадовъ, пускающихся на подкупы, доносы и клеветы. Крутовской воображаетъ, будто съ такими господами возможна борьба печатнымъ словомъ, обличеніемъ и выведеніемъ на свѣтъ ихъ темныхъ дѣлъ. Крутовскаго "проучиваютъ" и разъ, и два, и нѣсколько разъ: то онъ очутится гдѣ-то на сѣверѣ, то на востокѣ, то на югѣ, и нигдѣ не унимается. Тѣмъ же способомъ, ради "проучиванія", его выпроваживаютъ изъ Грязнополья... Черемисовъ возлагаетъ большія надежды на прямое воздѣйствіе путемъ поднятія умственнаго и нравственнаго уровня какъ массы рабочаго народа, такъ и молодого поколѣнія, долженствующаго въ свое время смѣнить Стрекаловыхъ и Колосовыхъ. Черемисовъ самъ дѣлецъ и смыслитъ не меньше заводчика Стрекалова, но всѣ его способности направлены не на личную наживу, а на пользу народа и государства. Ни у Черемисова, ни у Крутовскаго и въ умѣ нѣтъ мысли о "потрясеніи основъ", о "ниспроверженіи порядковъ". Писатель обличительныхъ статей желаетъ только сдержать хищниковъ, учитель Черемисовъ мечтаетъ только просвѣтить и водворить образъ человѣческій на мѣсто образа звѣринаго. И Черемисовъ за то подвергается одинаковой участи съ Крутовскимъ, надъ обоими учиняется непрерывная травля, которая и загоняла Черемисова до преждевременной смерти въ полной нищетѣ. Человѣкъ сильный, энергичный, много знающій, съ выдающимися способностями очутился въ положеніи "безъ исхода", потому что не захотѣлъ ни знаній своихъ, ни силъ отдать на служеніе хищникамъ, что, несомнѣнно, дало бы ему не только богатство и блестящее положеніе, но и личное счастье съ любимою и любящею его дѣвушкой, дочерью Стрекалова. Вся ненависть травящихъ происходитъ изъ-за того, что Черемисовы и Крутовскіе не признаютъ возможности личнаго счастья ни въ роскошныхъ палатахъ, ни въ кельѣ подъ елью, когда кругомъ нихъ торжествуютъ неправда, зло и всякія хищничества. Романъ Безъ исхода даетъ вѣрную, хотя и не совсѣмъ закопченную, и нѣсколько односторонне освѣщенную картину провинціальной жизни недавняго прошлаго. Романъ прочитывается съ интересомъ людьми, видѣвшими описываемое время, и съ пользою для тѣхъ, кому мало знакомо или совсѣмъ неизвѣстно то, какъ жилось тогда и что тогда переживалось.


"Русская Мысль", кн.VI, 1893