# Письма к И. С. Тургеневу

Любовь Яковлевна Стечкина

Тургеневский сборник. Материалы к полному собранию сочинений и писем И. С. Тургенева

Л., "НАУКА", 1967


## Л. Я. СТЕЧЬКИНА


Любовь Яковлевна Стечькина (1851--1900) относится к числу тех женщин-писательниц, которым Тургенев оказывал помощь своими советами художника и содействием в напечатании их произведений.

Стечькина дебютировала в литературе в 1875 г. рассказом "Первая гроза", напечатанным в No 7 "Русского вестника". M. Н. Катков писал позже: "Рассказ показался обнаруживающим проблески дарования, а потому <...> редакция дала место рассказу на страницах своего издания..." ("Русский вестник", 1875, No 9, стр. 510). Критика более сурово оценила произведение Стечькиной. Очень резкой была рецензия "С.-Петербургских ведомостей", подписанная инициалами "В. М.". Ее автором был критик, публицист и поэт В. В. Марков. "Рассмотренные нами вещи <"Первая гроза" Л. Я. Стечькиной и "Семейство Баклановых" Н. Г. Чаплыгина) <...> совершенно ничтожны по своим внутренним и внешним достоинствам",-- писал он ("С.-Петербургские ведомости", 1875, 23 августа (4 сентября), No 223; статья В. Маркова под названием "Охранительная мораль" была перепечатана в его книге: Навстречу. Очерки и стихотворения. СПб., 1878, стр. 185--189). В своей статье Марков, как он сам говорит, руководился "желанием попристальнее вникнуть в те моральные принципы, которые выдаются нам <"Русским вестником"> за охранительные и спасительные". С этой точки зрепия рассматривалось в ней и произведение Стечькиной: "13 этом рассказе вовсе уже не слышно запаха строгой морали <...> мы отнюдь не намерены принимать на себя роль угрюмого моралиста и в данном случае желаем лишь мерить тою мерою, которою мерит других "Русский вестник". Мы желаем лишь слегка показать, какова эта охранительно-консервативная добродетель...".

Вскоре, в No 9 "Русского вестника" за 1875 г., была напечатана без подписи статья М. 11. Каткова "Литературный куриоз", в которой он писал: "В разных газетах и сборниках объявлений появляется обращение г-жи Стечькипой к читателям "Русского вестника" с заявлением, что повесть ее напечатана в сокращенном и измененном виде". M. Н. Катков заявил, что рассказ был напечатан "с незначительными изменениями, без которых не обходится печатание даже первоклассного произведения", и весьма ядовито высмеял Стечькину.

К началу 1878 г. Стечькина закончила новую повесть, первоначально названную ею "Кривые деревья". "Ей пришла в голову смелая мысль, -- вспоминал ее брат, -- написать незнакомому ей лично И. С. Тургеневу и спросить его совета" (Стечькин, Воспоминания, стр. 5). Тургенев ответил ей 18 (30) марта 1878 г. приветливым письмом и просил выслать ему рукопись повести (Письма, т. XII, кн. 1, стр. 299). Между Тургеневым и Стечькиной завязывается переписка, которая длилась до смерти писателя. Всего сохранилось 55 писем Тургенева к Стечькиной за 1878--1883 гг., подлинники их хранятся в Одесской публичной библиотеке (приобретены в 1901 г. у А. Я. Стечькиной). Вместе с письмами Тургенева к матери Стечькиной они были опубликованы под редакцией М. Г. Попруженко отдельной брошюрой: "Письма И. С. Тургенева к Л. Н. и Л. Я. Стечькиным" (Одесса, 1903). На это издание откликнулся рецензией В. Ф. Боцяновский. "Нельзя сказать, что по своему содержанию они <письма Тургенева> давали особенно новый материал для характеристики писателя, но несомненно интересны, -- писал он. -- В сущности, наиболее обстоятельные из них представляют собой критический разбор рассказов г-жи Стечькиной, целый ряд наставлений, которые он ей давал и которые, вместе с тем, характеризуют литературные воззрения самого Тургенева. Перед читателем давно знакомый нам И. С. Тургенев, поддерживающий молодых авторов, опекающий их, устраивающий их в журналах и оказывающий денежную помощь" ("Литературный вестник", 1902, т. IV, кн. 6, стр. 155).

Получив рукопись повести Стечькиной, Тургенев написал ей 25 апреля (7 мая) 1878 г.: "Я прочел Вашу повесть и вот что имею сказать Вам: у Вас талант несомненный, оригинальный, живой и даже поэтический -- но "Кривые деревья" печатать не следует -- ибо я -- извините резкость выражения -- более уродливого или, говоря точнее, более изуродованного произведения не знаю!" (Письма, т. XII, кн. 1, стр. 316--317). Письмо содержало подробный разбор произведения Стечькиной. Несмотря на резкость оценки повести, Тургенев все же писал в конце этого письма: "... из Вас может выдти писатель очень крупный; у вас на то все данные". 7 (19) августа того же года в Туле состоялась первая встреча Тургенева со Стечькиной. "Он много спорил с нею, -- вспоминает ее брат, -- относительно второй части ее романа и, наконец, добился от нее согласия совсем отложить вторую часть и написать ее заново на новых данных" (Стечькин, Воспоминания, стр. 7).

1 сентября ст. ст. 1878 г. Тургенев приехал к Стечькиным в их усадьбу с. Плутнево Тульской губернии. "Иван Сергеевич пробыл у нас в деревне полсуток, с 2 ч. дня до 2 ч. ночи, -- писал Стечькин. -- Он вдоволь наговорился с Любовью Яковлевной. Бродя по длинным старым липовым аллеям нашего сада и по березовой саженой роще, служившей его продолжением, Тургенев выяснял свои взгляды на искусство" (там же, стр. 10). В январе 1879 г. Тургенев рассказывал А. Ы. Луканиной: "Роман <Стечькиной> это прекрасная вещь <...> страстно написанная: когда ее читаешь, то оторваться не можешь. Удивительно, как могла это написать девушка, находящаяся в той обстановке, в которой живет г-жа С<течькина>. Я был у них, провел короткое время в их деревне. У них мать, добрая старушка, -- брат, идеалист, человек сороковых годов. Я видел десятки подобных людей в кружке Грановского и Станкевича, особенно в кружке Станкевича. <...> Самой г-же С<течькиной> двадцать шесть лет. По внешнему виду она ничем не поражает. И обстановка ее самая обыденная, дворянская. Есть у нее комнатка, чистенькая, уютная, с цветами, с красивеньким письменным столиком, на котором лежит чистенький портфельчик. Там она пишет. Роман ее поднимет всю критику, крику будет много. <...> Я уверен, что на автора посыпятся укоры в безнравственности, а между тем всё у него написано, совершенно особенною манерою, tout est chaste <все целомудренно, -- франц.> Я думаю, что автор, сам не испытавший ничего подобного, кое-что сходное видел и слышал в своей громадной семье. Сама г-жа С<течькина> не бывала даже ни в Петербурге, ни в Москве, до того замкнута ее жизнь" (А. Л. <А. Н. Луканина>. Мое знакомство с Тургеневым. "Северный вестник", 1887, No 3, стр. 57--58). Некоторые сведения о Стечькиной можно почерпнуть из посвященного ей неподписанного некролога, в котором о ней сказано: "Блестяще образованная, знавшая языки немецкий и французский, как свой родной, обладавшая широкими познаниями в литературе, истории, психологии и философии..." ("Литературный вестник", 1901, кн. III, стр. 398).

В большинстве писем к Стечькиной 1878--1879 гг. Тургенев пишет о ее повести. Одно из них -- от 30 сентября (12) октября 1878 г. -- содержит замечания о характере героини и совет сократить число вводных лиц (Письма, т. XII, кн. 1, стр. 358). В письме от 5 января н. ст. 1879 г. Тургенев дает подробный отзыв о переделанной по его советам второй части и обещает взять на себя исправление провинциализмов и языковых промахов (там же, стр. 408--409). В нескольких письмах обсуждается заглавие произведения Стечькиной. Наконец, 19 (31) января 1879 г. Тургенев пишет ей: "Уже теперь могу Вам сказать, что лучшее заглавие, по-моему: "Варенька Ульмина". -- Просто и беспритязательно" (там же, кн. 2, стр. 25).

Тургенев рекомендовал повесть M. M. Стасюлевичу для помещения ее в "Вестнике Европы". Не один раз он писал ему, несомненно преувеличивая, о большом даровании Стечькиной: "... либо я олух непроходимый -- либо у ней талант самородный -- из ряду вон" (письмо от 12 января н. ст. 1879 г.: там же, кн. 1, стр. 415). В письме от 30 сентября (12 октября) 1879 г. возражает Стасюлевичу: "Я могу ошибиться (не в первой!), но я полагаю, что Ваше суждение об этой повести слишком строго. Я продолжаю находить эту вещь талантливой и свежей" (там же, кн. 2, стр. 139).

В письме от 13 (25) февраля 1879 г. Тургенев просит Стечькину: "... так как мне непременно нужно видеть Вас, то было бы хорошо, если бы Вы сами нашли возможным съездить в Москву..." (там же, стр. 36). Между 15 и 18 февраля ст. ст. состоялась встреча Тургенева со Стечькиной в Москве, они обсуждали различные вопросы, связанные с подготовкой к печати ее повести (Стечькин, Воспоминания, стр. 17). Тургенев ведет переговоры со Стасюлевичем о гонораре, об оттисках для Стечькиной (см. письма к ней от 25 февраля и 14 марта ст. ст. 1879 г." Письма, т. XII, кн. 2, стр. 40, 46; в ИРЛИ (ф. 293, оп. 1, ед. хр. 1373, лл. 1--3) хранятся письма Стечькиной к Стасюлевичу, касающиеся этих же вопросов). 27 февраля ст. ст. того же года он отправляет Стасюлевичу рукопись "Вареньки Ульминой" "со всеми поправками и дополнениями". Корректуру повести также правил Тургенев (см. письма к Стасюлевичу от 25 сентября, 12 и 28 октября н. ст. 1879 г.: там же, стр. 130, 138, 155). Повесть Стечькиной "Варенька Ульмина" с посвящением Тургеневу была напечатана в NoNo 11 и 12 "Вестника Европы" за 1879 г. Критические отклики последовали сразу же после появления первой части. Рецензент "Молвы" (1879, 2 ноября, No 302), подписавшийся "Отшельник" (В. Ф. Корш?), отметив, что "роман вообще хорошо написан", отнес Стечь-кину к "числу тех запоздалых беллетристов, которым так привольно в сфере личных и домашних отношений, что они не могут выйти из нее ни единым словом, ни на одну минуту". "Теперь мы слишком угрюмы, слишком чутки к общим интересам, слишком нервны, раздражительны и требовательны, -- продолжает он, -- чтобы безмятежно наслаждаться красивым описанием обстановки и личных отношений Вареньки к Петру Степановичу или двоюродному брату Мите. Старо это и неинтересно, а по форме хотя и удачно, но тоже не ново". Ко второй части тот же рецензент отнесся столь же сурово: "Повесть написана красиво, но лишена всякого общественного интереса и не богата интересом психологическим. В ней изящно изображено дворянское семейство, беспечно проживающее в деревне и состоящее из людей, которые, по-видимому, с утра до вечера заняты бездельем" ("Молва", 1879, 28 декабря, No 357).

Подобным же образом отозвался и В. П. Буренин: "... не без таланта написана повесть "Варенька Ульмина". <...> Содержание <...> показывает, до какой степени теперь беллетристические авторы считают себя свободными от всяких требований современности, от всяких общественных задач" ("Новое время", 1879, 9 (21) ноября, No 1329). Из писем Тургенева к Стечькиной от 25 ноября (7 декабря) и к Стасюлевичу от 27 ноября (9 декабря) 1879 г. известно, что во французской газете "Temps" была напечатана статья о "Вареньке Ульминой" (Письма, т. XII, кн. 2, стр. 186). "Не имею понятия о том, кто тамошний корреспондент, -- писал Тургенев, -- но это составляет некоторый противовес бранчивым отзывом нащих доморощенных критиков. Удивляюсь я только, с какой стати примешан тут Золя!!".

Между 15 февраля и 25 марта ст. ст. 1880 г. Стечькина приезжала в Петербург, виделась с Тургеневым (см. письма к ней Тургенева 1880 г.: там же, стр. 221--222), познакомилась с Я. П. и Ж. А. Полонскими, с А. В. Топоровым. В рукописном отделе ИРЛИ (13325.LXXIIб.8) хранятся три письма Стечькиной к Ж. А. Полонской -- от 6 марта, 13 и 23 апреля ст. ст. 1880 г. В последнем она писала: "Хотя наше знакомство продолжалось очень недолго, у меня осталось о нем такое хорошее, святое воспоминание, что мне очень хотелось бы когда-нибудь снова попасть в Петербург и повидаться с Вами" (см. также отрывок из письма Ж. А. Полонской к Стечькиной от 18 апреля 1880 г. с припиской Я. П. Полонского в кн.: Письма И. С. Тургенева к Л. Н. и Л. Я. Стечькиным. Одесса, 1903, стр. 32).

Стечькина в это время работала над новыми произведениями. "Вы говорили мне о большой литературной работе, которой Вы собирались заняться", -- писал ей Тургенев 17 (29) марта 1881 г. Но вскоре после выхода в свет "Вареньки Ульминой" Стечькина заболела туберкулезом легких (см.: "Литературный вестник", 1901, кн. III, стр. 398; Стечькин, Воспоминания, стр. 29--30). В конце мая 1881 г. в Москве Тургенев вновь увиделся со Стечькиной (см. ниже, письмо 3) и был чрезвычайно поражен происшедшими в ней переменами. Он -- говорил ее брату: "Любовь Яковлевна выходит -- не узнаю. Она год назад была так полна жизни <...> А тут постаревшая, исхудавшая <...> Глаза горят нездоровым огнем" (Стечькин, Воспоминания, стр. 30). В конце 1881 г. Стечькина была отправлена в курортный город Южной Франции -- Ментону. Письма Тургенева к ней 1881--1883 гг. полны забот о ее здоровье. Он постоянно помогал ей деньгами (см. ниже письмо 4, а также письма Тургенева в XII и XIII томах Писем). В Ментону он посылает ей "отдельный экземпляр "Отчаянного"" (см. письмо от 14 февраля н. ст. 1882 г.: Письма, т. XIII). Из Ментоны Стечькина переезжает в Швейцарию, в сентябре 1882 г. -- в Париж, где Тургенев видится с нею. И. Я. Стечькин вспоминал позже: "По приезде сестры в Париж Тургенев окружил ее отеческими заботами. Он сам прибирал нанятую для сестры комнату, заметив, что из двери дует, привез из дому ковер и лично повесил его над дверью" (Стечькин, Воспоминания, стр. 30). Он писал в Россию подробные письма ее матери, Л. Н. Стечькиной, о состоянии здоровья дочери.

Тургенев по-прежнему поощряет Стечькину к литературному творчеству. В 1882 г. она передала ему рукопись новой повести. 12 (24) ноября 1882 г. Тургенев пишет Стасюлевичу: "С нынешней же почтой отправляется к Вам повесть Л. Я. Стечькиной. <...> У ней сильнейшая чахотка, ее доктора посылают на юг -- а у ней гроша нет. -- Но рекомендуя ее повесть для "В<естника> Е<вропы>" -- я вовсе не руководствуюсь одним чувством сожаленья <...> Повесть эта мне кажется весьма достойной появиться на страницах "В<естника> Е<вропы>". -- Будьте так любезны, прочтите ее -- и если Вы найдете оценку справедливой -- и примете повесть -- то вышлите часть гонорара теперь же <...> Этим Вы спасете эту девушку, которая заслуживает полной симпатии -- и по таланту, и по характеру" (Письма, т. XIII, кн. 2). Повесть эта не была напечатана.

"Соображаясь с этим Состоянием здоровья Стечькиной), -- писал Тургенев 10 (22) декабря 1882 г. ее матери, -- мы здесь ее снарядили, достали денег и отправили в Неаполь..." (там же). 5 (17) декабря 1882 г. Тургенев заносит в дневник: "Стечькину -- умирающую -- отправил в Италию" (Лит. пася., т. 73, кн. 1, стр. 393). И еще одна запись, от 31 декабря 1882 г. (12 января 1883 г.): "Стечькина в Torre del Greco; не пишет, но, по крайней мере, не умирает" (там же, стр. 396). Эти записи были сделаны уже смертельно больным писателем.

Стечькина вернулась в Россию. "Потом шли долгие годы болезни, -- говорится в некрологе, -- и приближающейся старости <...> Мать опередила ее смертью на четыре месяца. Инфлуэнца покончила с Л<юбовью> Я<ковлевной>" ("Литературный вестник", 1901, кн. III, стр. 398). Стечькина скончалась в Одессе 30 декабря 1900 г.

С братом Стечькиной -- Николаем Яковлевичем Стечькиным (1854--1906), ставшим впоследствии журналистом, критиком, -- Тургенев также состоял в переписке и неоднократно встречался (см. о нем: Письма, т. XII, кн. 1, Указатель имен; "Русский вестник", 1906, No 7, стр. 260-- 264, 362--363).

В "Полном собрании сочинений и писем И. С. Тургенева" письма Тургенева к Л. Я. Стечькиной за 1878--1883 гг. печатаются в XII и XIII томах Писем.

Из публикуемых ниже четырех писем Стечькиной к Тургеневу можно выделить письмо 2, содержащее интересную характеристику отношения к Тургеневу довольно широких читательских кругов конца 70-х годов.


1


С. Плутнево

8-го января 1879 г.


Глубокоуважаемый Иван Сергеевич,


Посылаю Вам первую часть моего романа и листок с несколькими заглавиями, которыми предполагается заменить "Кривые деревья".1 5-го, получив Ваше письмо,2 я писала Вам, какого рода заглавие было бы мне приятнее всего (не знаю, дошло ли мое письмо: кучер, относивший его на почту, как оказалось после, был не совсем в трезвом состоянии).3

Из посылаемых {Было: предлагае<мых>} заглавий -- ни одно не удовлетворяет меня, но два первых имеют за себя хоть то, что не очень бросаются в глаза; впрочем я все их вообще предпочитаю "Кривым деревьям". Удивительно трудно "окрестить" свое произведение; право мне легче написать еще другой роман. Из прилагаемых названий выберете то, которое менее плохо.

Боюсь, что по случаю моей медленности роман не будет напечатан до мая.4 Если так, не лучше ли будет отложить его появление до осени? Пожалуйста, если найдете время, поправьте язык в первой части.5 С нетерпением жду Вашего решения: позволите или не позволите Вы посвятить роман'Вам?

Еще раз повторю: мне никогда не выразить вполне моей благодарности за все, что Вы сделали для меня. Мои кланяются Вам.


Преданная Вам

Л. Стечькина.


Печатается по подлиннику: ИРЛИ, 5837.ХХХб. 127, л. 1.

1 Речь идет о повести Стечышной "Варенька Ульмина", которая первоначально была озаглавлена ею "Кривые деревья". В письме от 19 (31) января 1879 г. Тургенев известил Стечькину о получении им первой части повести (см.: Письма, т. XII, кн. 2, стр. 25).

2 Стечькина сообщает о письме Тургенева от 26 декабря 1878 г. (7 января 1879 г.), в котором он советовал переменить заглавие ее повести (см.: Письма, т. XII, кн. 1, стр. 409--410).

3 Это письмо Стечькиной к Тургеневу неизвестно, Оно было им получено, ответом на него является письмо Тургенева от 13 (25) января 1879 г. (см.: Письма, т. XII, кн. 2, стр. 17--18).

4 "Варенька Ульмина" с подзаголовком "Повесть" была напечатана в NoNo 11 и 12 "Вестника Европы" за 1879 г.

5 19 (31) января 1879 г. Тургенев писал Стечькиной: "Желаемые Вами грамматические исправления будут сделаны" (Письма, т. XII, кн. 2, стр. 25).

6 См. ниже примеч. 3 к письму 2.


2


Село Плутнево

21 января 1879 г.


Глубокоуважаемый Иван Сергеевич,.


Как хорошо придуманное Вами название: "Ни правых, ни виноватых".1 Ведь вот не пришло же оно в мою глупую голову! Может быть Вы позволите мне озаглавить так мой роман? Право, один раз можно согрешить против восьмой заповеди.2 А как бы это украсило мою вещь!

Не знаю, как благодарить Вас за принятое посвящение. И в таких словах выразили Вы Ваше согласие! Нужно большое усилие над собою, чтобы не возгордиться. Но неужели под публикой, {Было: именем} в глазах которой мне может повредить Ваше великое имя, Вы действительно разумеете всех теперешних русских читателей или хоть значительное большинство их?3 Не рассердитесь на меня за мою смелость, но, при всем моем безграничном почитании, я не могу удержаться и не сказать: на этот раз Вы ошибаетесь, ей-богу ошибаетесь, Россия не заслужила от Вас такого упрека, и мне, как Русской, больно слышать это. Простите, что я спорю с Вами, что я осмеливаюсь спросить, что заставило Вас так обидно думать о нашем поколении? Если позволите, я мои слова поддержу фактами: разве Вас теперь читают меньше прежнего, разве тс томики "Русс<кой> библ<иотеки>", которые носят Ваше имя, не разошлись сразу, наравне с Пушкиным и Лермонтовым? (А между тем издавать такими кусочками романиста -- вещь почти немыслимая).4 Потом я могла бы привести Вам целый ряд подчас забавных доказательств того, какое обаяние заключает в себе Ваше имя, рассказать Вам и о лицах, ездивших (в бытность Вашу прошлой осенью в Туле) в вокзал жел. дороги и гостиницы взглянуть на Вас, и о смиренном начальнике станции в Суходоле, который, узнав, что ждут Вас, своими руками сделал ступеньки в насыпи, чтоб Вам удобнее было сойти к экипажу.5 Нет, не обижайте русскую публику. Не она говорит устами безграмотных петербургских журналистов, и несправедливо заставить ее отвечать за. их вздорные речи.6 Эти господа вон и Пушкина бранили, неужели же вследствие этого можно сказать, что Россия перестала любить или ценить Пушкина? Нет, русская публика не изменила Вам! Конечно, после "Отцов и детей", после того, как Вы вдруг ослепили ее ярким, направленным прямо в лицо светом и она ответила громким стоном боли, чувство ее к Вам приняло новый оттенок: прежде Вы пленяли ее, тут она стала трепетать перед Вами, разумеется, скрывать свой страх, храбриться (но самые слова "нигилист", "нигилизм", вышедшие в общее употребление, доказали, что никогда связь ее с Вами не была теснее). Это чувство, почти без изменения, унаследовало и наше поколение; только выражается оно у нас уж очень по-детски -- мы еще так молоды. Вот истинное настроение действительно русской публики, половина которой потому и станет читать мой роман, что он посвящен Вам, хотя может быть и не признается в этом. Мне сделалось совестно, когда я написала всё это: даже Ваша постоянная снисходительность не дает мне права говорить Вам об этом и в такой форме. Но я все-таки пошлю это письмо: я уверена, что Вы скорее посмеетесь надо мною, нежели рассердитесь на меня.

Я хочу спросить у Вас об одной вещи: мне было бы приятно иметь десятка полтора отдельных оттисков моего романа; нужно ли заявить об этом желании г. Стасюлевичу или пх всегда и так дают автору? Если нужно заявить об этом, не будете ли Вы добры, посылая мою рукопись, упомянуть об оттисках.7 Потом еще один вопрос: уверены ли Вы, что редакция "В<естника> Е<вропы>" никогда не поступает с произведениями неизвестных писателей так, как поступил со мною г. Катков?8 Если это случается, нельзя ли сделать исключение для меня -- это моя слабая струна.9

Мне очень совестно, что я обеспокоила Вас напоминанием о фотографии в то время, когда Вы так страдали,10 Но как предположить, что Вы, больной, все так же внимательно и заботливо, все с тем же несравненным и постоянным участием занимаетесь чужим делом. Дай бог, чтобы это письмо застало Вас совсем выздоровевшим. Моя мать кланяется Вам и тоже горячо желает здоровья.

Всей душой преданная Вам


Л. Стечькина.


Печатается по подлиннику: ИРЛИ, 5837.ХХХб.127, л. 2.

1 Письмо является ответом на письмо Тургенева от 13 (25) января 1879 г., в котором он писал: "Если бы не существовало герценовского романа -- я бы назвал Ваше произведение: "Кто виноват?" К нему еще лучше бы шло шекспировское (в Лире): "Ни правых, ни виноватых"" (Письма, т. XIT, кн. 2, стр. 18).

2 Восьмая заповедь гласит: "Не укради".

3 Тургенев писал Стечькиной 13 (25) января 1879 г.: "... принимаю Ваше посвящение как великую честь -- хотя, при настоящем настроении нашей публики, -- мое имя может только повредить Вам. Но повторяю: это посвящение я считаю честью -- и благодарю Вас" (Письма, т. XII, кн. 2, стр. 18).

4 Речь идет о шестом томе издания M. M. Стасюлевича "Русская библиотека", который был посвящен Тургеневу. Он вышел в свет в начале 1876 г. В него был включен ряд рассказов из "Записок охотника" и отдельные главы "Рудпна", "Аси". "Дворянского гнезда", "Отцов и детей" и "Дыма". См. об этом статью И. С. Чистовой "Тургенев и "Русская библиотека" M. M. Стасюлевича" (Тургенев, Сб., вып. II, стр. 286--289).

5 В 1878 г., направляясь из Спасского к Стечькиным в сельцо Плутнево Тульской губернии, Тургенев 31 августа ст. ст. прибыл в Тулу и провел ночь в Петербургской гостинице (см. письмо Тургенева к Стечькиной от 24 августа (5 сентября) 1878 г.: Письма, т. XII, кн. 1, стр. 350). На следующий день он приехал на ст. Суходол. "Чтобы сесть в экипаж, надо было перейти рельсы, -- вспоминал Н. Я. Стечькин. -- Я удивился, что от рельсов сделан деревянный, слегка наклонный помост, посыпанный желтым свежим песком. Оказалось, что это начальник нашей маленькой станции устроил для Тургенева, узнав из телеграммы к сестре о его приезде <...> Тургенев заметил внимание, понял его и был тронут" (Стечькин, Воспоминания, стр. 9).

6 О восприятии критикой произведений Тургенева 60--70-х годов см.: Сочинения, тт. X--XII (раздел примечаний).

7 Речь идет о "Вареньке Ульминой". Тургенев писал Стечькиной 27 января (8 февраля) 1879 г.: "Проезжая через С.-Петербург, я устрою с Стасюлевичем на счет мая или сентября, цены за лист, 12 отдельных оттисков..." (Письма, т. XII, кн. 2, стр. 28). 6 января н. ст. 1880 г. Стечькина писала Стасюлевичу: "Вы были так любезны, что обещали мне 10 отдельных оттисков моей повести. Я все это время ждала их, но теперь, получив уже январскую книжку "В<естника> Е<вропы>", решаюсь беспокоить Вас напоминанием о них. Если оттиски готовы, сделайте пожалуйста распоряжение, чтобы их выслали мне" (ИРЛИ, ф. 293, оп. 1, ед. хр. 1373, л. 3).

8 Стечькина имеет в виду те изменения и сокращения, которые произвел М. Н. Катков при напечатании в "Русском вестнике" (1875, No 7) ее повести "Первая гроза" (см. выше, стр. 374).

9 Тургенев сообщал Стечькиной 14 (26) марта 1879 г. о своих переговорах по поводу напечатания "Вареньки Ульминой": "Наконец Ст<асюлевич> выговорил себе право сделать весьма незначительные сокращения между вашими "гостями"" (Письма, т. XII, кн. 2, стр. 47).

10 "Мне самому очень хочется послать Вам порядочную фотографию, -- писал Тургенев Л. Я. Стечькиной 13 (25) января 1879 г., -- но вот скоро 6 недель, как я, по милости подагры, сижу дома -- и не могу сняться" (Письма, т. XII, кн. 2, стр. 18). Фотография была выслана им 20 марта (1 апреля) 1879 г. (см. там же, стр. 52).


3


Москва

Рождественка, дом Фирсанова.

меблирован, комнаты В. Ф. Ельт

No 16

Вторник, 19 мая 1881 г.


Дорогой и глубокоуважаемый Иван Сергеевич,


Вчера получила я здесь Ваше письмо от 13 мая.1 Я уже больше месяца в Москве (моей маленькой питомице делали операцию) и пробуду вероятно еще около двух недель.2 Как только приедете в Москву, пожалуйста, известите меня -- даже если Вы проведете тут лишь несколько часов: мне будет так грустно не видать Вас.3 От души желаю Вам скорее поправиться. Мое здоровье продолжает быть неудовлетворительным. Брат мой 4 усердно кланяется Вам -- он здесь, в Москве.

Душевно преданная Вам


Л. Стечькина.


Печатается по подлиннику: ЦГАЛИ, ф. 509, оп., 1, ед. хр. 122.

1 См.: Письма, т. XIII, кн. 1.

2 "Покойная сестра моя, -- вспоминал Н. Я. Стечькин, -- посвятила себя тогда всецело уходу за нашей родственницей, девочкой лет семи, которой сделали операцию в бедре" (Стечькин, Воспоминания, стр. 29).

3 Во время пребывания в Москве (25--31 мая ст. ст. 1881 г.) Тургенев посетил Стечькину. Рассказ об этом см.: Стечькин, Воспоминания, стр. 30.

4 Н. Я. Стечькин. См. о нем: Письма, т. XII, кн. 2, Указатель имен.


4


Hôtel Pension Le Prese

Suisse, canton des Grisons. Le Prese, Lac Poschiavo

14 августа 1882 г.


Дорогой и глубокоуважаемый Иван Сергеевич,


Моя мать и я, мы так замедлил и последний раз уплатой Вам моего долга,1 что теперь уже очень совестно обращаться к Вам с подобными просьбами. Неожиданная болезнь моя, лучше сказать, фантазия доктора, желающего видеть в пустое опухоли какой-то эксудат, отодвинула мой отъезд в Россию точно на месяц. Денег, присланных матерью, мало и прислать еще сию минуту вряд ли ей удастся. А мне пора домой, давно пора. Если Вам можно ссудить меня еще раз; если нет, известите пожалуйста поскорее. Мне нужно 350 фр<анков>, если сейчас, и 400, если еще через неделю.2

Не стану Вам говорить, что мне не легко писать Вам такие письма -- я вот две недели собираюсь.

Если бы Вы знали, какая тоска меня душит! И прелестное /Местечко, куда меня послали спасаться от жары, не восхищает меня. На беду и работа кончена.3

Крепко жму Вашу дорогую руку.


Душевно преданная Вам

Л. Стечькина.


Печатается по подлиннику: Одесская публичная библиотека, No 132333, л. 15.

1 Речь идет о деньгах, которые Тургенев посылал Стечькиной на лечение (см. его письма к ней от 7 (19) апреля и 29 апреля (И мая) 1882 г.: Письма, т. XIII, кн. 1). О получении денег в погашение этого долга Тургенев известил Л. И. Стечькину 9 (21) мая 1882 г. (там же, стр. 252).

2 В ответ на эту просьбу Тургенев писал Стечькиной 6 (18) августа 1882 г.: "Посылаю Вам <...> 350 фр." (Письма, т. XIII, кн. 1).

3 Речь идет о новой повести Стечькиной. Тургенев получил ее позже и переслал M. M. Стасюлевичу с просьбой о напечатании в "Вестнике Европы" (см. письмо к Стасюлевичу от 12 (24) ноября 1882 г.: Письма, т. XIII, кн. 2).


Г. В. Степанова