# Игра с огнем

Август Стриндберг

Leka med elden.

Перевод В. М. Саблина (1911).

## Август Стриндберг


## Игра с огнем


Действующие лица:


Отец -- 60 лет, рантье.

Мать -- 58 лет.

Сын -- 27 лет, художник.

Жена сына -- 24 лет.

Друг -- 26 лет.

Кузина -- девушка, 20 лет.

Декорация:

Веранда, заменяющая гостиную. Двери в сад и по бокам. Действие происходит на водах в наши дни.

Первое явление.


Сын пишет, сидя с мольбертом. Жена входит в капоте.


Сын. Он уже встал?

Жена. Аксель? А почем я знаю?

Сын. Я думал... ты посмотрела!

Жена. Стыдись! Ты был бы у меня на подозрении, если бы я не считала тебя неспособным к ревности!..

Сын. А я навострил бы теперь уши, если бы не был уверен в тебе...

Жена. Почему... именно теперь!?

Сын. Ты слышала, я сказал "если бы"... Впрочем, что касается Акселя, то ведь ты знаешь, что я предпочитаю его общество всякому другому, и так как ты, к счастью, разделяешь мои симпатии к этой бедной, истерзанной душе, -- то всё прекрасно!

Жена. Ты прав, -- это несчастный, но в то же время странный человек. Знаешь ли, почему прошлым летом он уехал от нас так внезапно, даже не простившись, и бросил все свои вещи?

Сын. Это была загадочная история! Мне показалось, что он влюбился в кузину Адель!..

Жена. Тебе показалось?

Сын. Да... Но теперь я этого уже не думаю... Мама, я помню, вообразила, что он вернулся к жене и ребенку.

Жена. Как, разве они не развелись?

Сын. Формально -- нет еще, но он со дня на день ждет приговора суда.

Жена. Так ты считал его влюбленным в Адель, а мне -- ни звука... Что, если бы их поженить? Ведь было бы недурно?!

Сын. Как знать! Адель такая мечтательница!

Жена. Ну, так ты плохо ее знаешь!

Сын. Она великолепно сложена, это я признаю... что же касается её страстности, не берусь утверждать!

Жена. Не берешься утверждать?

Сын. А ты так уверена?

Жена. Дай ей только прорваться!..

Сын. Да ну? В самом деле?

Жена. Однако, это тебя, кажется, интересует?..

Сын. С известной точки зрения...

Жена. С какой это?

Сын. Ты же знаешь, что она служила моделью для моей купальщицы...

Жена. Прекрасно знаю... Впрочем, кто только не служил тебе моделью! Да, пожалуйста, не показывай своих этюдов всем и каждому... Старуха идет!

Второе явление.


Те же. Мать, одета очень плохо, в большой японской шляпе и с корзиной в руке:


Сын. Ну, право, мама, ты сегодня похожа на чёрта!..

Мать. Удивительно любезно...

Жена. Кнут невыносим!.. Что ты купила нам хорошенького?

Мать. О, я раздобыла редкостную рыбу!

Сын шарит в корзине. чёрт возьми! Это что такое? Молодые утки?

Жена. Не мешало бы им быть пожирнее! Пощупай-ка грудку!

Сын. Что же, грудки прелестные!

Жена. Фу, бесстыдник!

Мать. Вчера вечером вернулся ваш друг?

Сын. Наш друг? Скажи лучше друг Кристины, она положительно без ума от него... Честное слово! Вчера вечером на пристани я думал, что они бросятся друг другу на шею!..

Мать. Напрасно ты этим шутить! Никогда не нужно играть с огнем...

Сын. Знаю... знаю, но я уж слишком стар, чтобы переделать себя... Да неужели у меня вид ревнивца?

Мать. Наружность обманчива, не так ли, Кристина?

Жена. Я не понимаю, что вы хотите сказать!

Мать. Ничего, ничего... только берегись!

Сын. Кристина страшно наивна! Ты, старуха, не смей ее портить!

Жена. У вас такая странная манера шутить, что никогда не знаешь, говорите ли вы серьезно или смеетесь?

Сын. Я всегда говорю серьезно...

Жена. Действительно, это можно подумать, ты даже не улыбнешься, говоря свои глупости.

Мать. Что с вами? Вы, кажется, встали с левой ноги или плохо спали сегодня?

Сын. Мы совсем не спали...

Мать. Фу, какой стыд!.. Ну, я бегу, а то мне от отца достанется...

Сын. Да, а где же отец?

Мать. Гуляет с Аделью.

Сын. Ты не ревнуешь?

Мать. Ой!

Сын. Ну, как знаешь, а я так ревную.

Мать. К кому это, смею вас спросить?

Сын. Да к старику, конечно.

Мать. Ты слышишь, Кристина? Ну, миленькая семейка тебе досталась!

Жена. Хорошо, что я знаю Кнута и давно уже решила, что артисты народ особенный, иначе, пожалуй, совсем бы потерялась.

Сын. Да, я-то артист, зато отец и мать уж настоящие мелкие копеечники.

Мать без злобы. В твои годы ты еще не способен заработать кусок хлеба. Вспомни, что твой отец выстроил этот дом для тебя, бездельника, и тогда ты согласишься, что он вовсе уж не такой копеечник, как ты говоришь!

Сын. Ну, так я ведь не на шутку ваш единственный сын! А теперь беги, я вовсе не желаю слушать, как тебя будут распекать! Торопись! Старик идет!

Мать. Бегу, бегу... Ухолит.

Сын. Что за беготня в этом доме! Точно мы на вокзале!

Жена. Да, твои родители могли бы нас оставить хотя бы немного в покое. Достаточно того, что мы обедаем вместе и не имеем даже права завести отдельного хозяйства.

Сын. Совсем как воробьи, которым бросают за окно крошки, чтобы полюбоваться, как они их клюют!

Жена, прислушиваясь. Молчи! Попробуй развлечь старика, чтобы избежать его утренних нравоучений!

Сын. Если бы я только мог! Он не всегда ценит мое остроумие и шутки.

Третье явление.


Те же. Отец -- в легком пиджаке и белом жилете, с розой в петлице. Кузина -- ходит сначала в глубине сцены, потом стирает с мебели пыль.


Отец в шляпе. Что за холод сегодня.

Сын. Это и видно!

Отец. Как ты можешь это видеть?

Сын. Я заметил, что твоя голова зябнет!

Отец бросает ему презрительный взгляд.

Жена. Ты становишься дерзким, Кнут!

Отец. Глупец погубит себя сам, и отец глупца никогда не узнает радости!

Сын. Где ты черпаешь сокровище своих изречений?

Жена кузине. Сегодня уже стирали пыль, моя милая!

Отец. "Мудрые женщины поддерживают семью, безумные же разбивают ее".

Сын. Ты слышишь, Адель?

Кузина. Я?

Сын. Да! А вот послушай-ка еще одну пословицу: "Прекрасная женщина без стыда подобна свинье, которой надели на нос золотое кольцо.

Жена. Довольно, Кнут!

Отец. У вас вчера поздно вечером были гости?

Сын. Ты, может-быть, находишь, что это было слишком поздно?

Отец. Ничего я не нахожу... Мне кажется только, что молодой человек мог бы выбрать для своих посещений более уместный час!

Сын. Так, значит, это все-таки твое мнение?

Отец. Да, если только вы его не пригласили заранее!

Сын. Это настоящая инквизиция! Нет ли у тебя с собой орудия пытки?

Отец. Ну, стоит ли после этого заботиться о вас! Достаточно мне заикнуться о каком-нибудь пустяке, как мне грозят уйти... Ведь я выстроил этот дом только для того, чтобы жить вместе хоть летом... Когда состаришься, как я, является потребность жить для других!

Сын. Ну, положим, ты уж не так стар. С этой розой у тебя вид настоящего победителя!

Отец. Всему есть мера... даже шуткам! Не правда ли, Кристина?

Жена. Конечно... Кнут невыносим! Если бы я не знала, что в глубине души он думает иначе...

Отец. Он совсем не думает о том, что говорит... Это какой-то идиот! Смотрит на неоконченный портрет друга. Кто это здесь изображен?

Сын. Разве ты не видишь? Это друг... Жена знаком просит его замолчать... друг нашей семьи!

Отец. Что за пошлое выражение лица! У него вид дурного человека... По крайней мере, на полотне!

Сын. Но не в действительности!

Отец. Человек без религии -- дурной человек, как равно и тот, кто нарушил брак, -- дурной человек.

Жена. Во-первых, он не нарушил брака, -- он развелся юридически!

Отец. Было время, когда Кнут без-устали бранил этого самого друга! Как случилось, что он так полюбил его?

Сын. Просто я мало знал его, а теперь научился ценить... Скажи, ты скоро покончишь с своими вечными поучениями?

Отец. Ты знаешь пословицу?

Сын. Я давно уже знаю все твои пословицы и все анекдоты!

Отец, продолжая, "Для любви есть в жизни свое время, а для ненависти -- свое". До свиданья! Уходит.

Четвертое явление.


Те же, кроме отца.


Жена кузине, которая хочет полить цветы. Цветы уже политы, моя дорогая!

Кузина. Не называй меня пожалуйста "моя дорогая": я прекрасно знаю, что ты меня ненавидит!

Жена. И не думаю... хотя ты вечно вносишь раздор в нашу семью!

Сын. Ну, вот! Теперь начали эти две!

Жена. Если бы я верила, что Адель интересуется нашими домашними мелочами из дружбы... Но в её услугах всегда мелькает упрек или выговор...

Кузина. Это воображаешь только ты... ты ведь совершенно забросила и ребенка и хозяйство... У меня же только одна мысль -- быть полезной хоть в чем-нибудь, чтобы не есть даром чужой хлеб...

Сын подходит к ней и с любопытством следит за ней. О! Да ты с душком! Уж не водятся ли у тебя и страсть?

Жена. Что это тебя так интересуют её страсть.

Кузина. Ну, конечно! Раз ты бедный, то тебе запрещается иметь свои вкусы, мнения, свою волю, страсть... Но если ты составишь богатую партию, найдешь законного супруга... О, тогда ты можешь делать всё, что тебе вздумается! Можешь пользоваться роскошным столом, можешь жить как тебе угодно... Старая история!

Жена. Стыдись!

Кузина. Но берегись! У меня есть глаза, которые видят, и уши, которые слышат... Уходит.

Пятое явление.


Те же, кроме кузины.


Сын. Кажется, сегодня сам чёрт вмешался в наши дела!..

Жена. Пока еще нет, но погоди -- все может быть! Берегись этой девчонки! Ты никогда не думал о возможности смерти твоей матери?

Сын. Ну... а дальше?

Жена. Дальше?.. Дальше твой отец может жениться вторично...

Сын. На Адели?

Жена. Разумеется!

Сын. Так надо помешать этому! Ведь, другими словами, она может быть нашей belle mХre, может иметь детей, которые будут участниками в наследстве...

Жена. Очень возможно, что он уже сделал завещание в пользу Адели!

Сын. Что ты думаешь об их отношениях?

Жена. Все -- и ничего... Ясно только, что он в нее влюблен!

Сын. Влюблен -- пожалуй... но ничего больше!

Жена. Он так ею очарован, что еще в прошлом году ревновал ее к Акселю!

Сын. Тогда... не поженить ли нам молодых людей?..

Жена. Ну, Аксель не так-то легко сдастся.

Сын. Аксель? Да он воспламенится с первой же минуты, как и все вдовцы!

Жена. Мне будет за него обидно... он слишком добр для этого демона!

Сын. Не понимаю, что здесь творится в этом году... атмосфера мне кажется страшно напряженной... точно, над нами собирается разразиться гроза!.. У меня является безумное желание уехать куда-нибудь!

Жена. Да, но картины твои не продаются, а раз мы уедем, отец перестанет нас содержать... Самое лучшее было бы переговорить с Акселем! Правда, он не умел устроить свою личную жизнь, но зато у него удивительная способность улаживать чужие дела.

Сын. Не знаю, благоразумно ли вмешивать постороннее лицо в свои семейные дела?

Жена. Ты называешь нашего единственного друга "посторонним лицом"?

Сын. Прекрасно... но семья прежде всего! И потом... я право не знаю... старик говорит всегда: "смотри на твоих друзей так, как-будто они должны сделаться твоими врагами"... Быть может, он и прав?

Жена. О, если ты примешься цитировать все мудрые изречения твоего отца, то вспомни, что он также говорит: "бойся того, кого любишь"... Прелестно.

Сын. Да, он несносен, когда начинает...

Жена, видя входящего Акселя. А, наконец-то! Идет ему навстречу. Здравствует, неисправимый соня!

Шестое явление.


Те же. Друг -- в светлом летнем костюме, в синем галстуке и белых туфлях для лаун-тенниса.


Сын. Здравствуй!

Друг. Здравствуйте, дорогие друзья! Надеюсь вы меня не ждали?

Жена. Как знать?

Сын. Жена была в отчаянии оттого, что тебе не удалось заснуть сегодня!

Друг смущенно. то есть, как это?.. Почему?..

Сын жене. Посмотри! Он сконфузился как барышня!

Жена пристально и с любопытством разглядывает друга.

Друг. Что за чудное утро! Жизнь еще может улыбаться, после того как проведешь ночь под крышей счастливца!

Сын. Это мы тебе кажемся счастливцами?

Друг. Конечно; но кто вдвойне счастлив, так ото твой отец... Немногим выпадает такая счастливая старость!

Сын. Никому не завидуй.

Друг. Это не в моих привычках... Напротив, я всегда радуюсь, когда вижу, что жизнь еще хороша для многих... Это позволяет надеяться, что когда-нибудь она и для меня станет ласковей. Особенно как подумаешь о том, что перенес твой отец... потеря состояния... изгнание... борьба с семьей...

Жена. Зато теперь он восстановил состояние, владеет домом и прекрасно женил сына... Не правда ли?

Друг. В этом нет сомненья!

Сын. Послушай-ка, мне кажется, что прошлым летом ты был чуточку влюблен в жену?

Друг. Влюблен? Нет... хотя признаюсь, немножко мечтал о ней... Теперь это всё кончено...

Жена. Ваши настроения так изменчивы?

Друг. Да, в любви... к счастью, для меня.

Сын. А почему ты так внезапно тогда уехал? Не из-за другой ли женщины? Не была ли здесь причиной Адель?

Друг. До чего ты скучен с своими вопросами!

Сын. Ну, конечно, это Адель! Ты слышишь, Кристина?

Жена. Но чем же могла напугать его Адель?

Друг. Меня пугают вовсе не женщины, но те чувства, которые я к ним питаю.

Сын. Удивительный талант выпутываться! Тебя не поймешь!

Друг. А почему меня надо больше понимать, чем других?..

Сын. Знаешь, что сказал отец о твоем портрете?

Жена. Кнут!

Сын. Он сказал, что это голова дурного человека!

Друг. Значит большое сходство с оригиналом! Есть минуты, когда я действительно чувствую себя дурным человеком!

Жена. Вы везде хвастаетесь своими пороками!

Друг. Чтобы их лучше скрыть!

Жена. Нет, вы -- хороший... Вы лучше, чем стараетесь казаться... Не отпугивайте только от себя друзей!

Друг. Вы меня боитесь?

Жена. Да, когда я не могу вас понять!

Сын. Тебе бы нужно опять жениться! В этом весь вопрос!

Друг. На ком?

Сын. Да, например... на Адели!

Друг. Прошу тебя, не будем говорить об этом!

Сын. А, вот оно -- чувствительное место! Значит, Адель была причиной?

Друг. Скажите, друзья мои не надеть ли мне к завтраку сюртук?

Жена. Не надо, прекрасно и так! Этот костюм к вам очень идет и, поверьте, Адель будет в восторге!

Сын. Слышишь? Жена находит тебя очаровательным?

Жена. Неужели так предосудительно сказать человеку, что он хорошо одет?

Сын. Положим, не везде принято говорить так откровенно комплименты мужчинам!.. Но мы ведь здесь особенные люди!..

Друг. А потом вы пойдете со мной посмотреть комнату?

Жена. Какой вздор! Разве вы не останетесь у нас?

Друг. Да нет, я не собирался!

Сын, В самом деле?

Жена. Послушайте! Почему вы не хотите остаться у нас?

Друг. Право, не знаю... Я боюсь вас беспокоить... и потом, в конце концов, люди всегда надоедают друг другу...

Жена. Мы уже надоели вам? Слушайте, если вы остановитесь не у нас, то через два дня начнутся сплетни!

Друг. Но по какому же поводу!

Жена. Ах, точно вы не знаете, как возникают сплетни!.. Без всякого повода!

Сын решительно. Ты останешься здесь! Пусть сплетничают сколько угодно... Рели ты останешься у нас, то не замедлят сделать тебя любовником жены. Если же ты будешь жить в городе, сделают естественный вывод, что мы поссорились и я вышвырнул тебя за дверь...

Думаю, что для тебя же почетное прослыть любовником? Не так ли?

Друг. Ты выражаешься довольно пикантно! Но в данном случае следует подумать о том, что лучше для вас.

Жена. У вас есть какая-то скрытая причина, которую вы пс хотите высказать?

Друг. Сказать откровенно, я не смею с вами жить... да, да, да! Так легко привыкаешь жить жизнью других, радоваться счастью других, так легко переплетаешь свои чувства с чувствами окружающих, что потом приходит день, когда нет уже сил расстаться!..

Сын. Кто же нам велит расставаться? Ты останешься здесь! Предложи руку жене, и пойдемте гулять...

Друг с легким замешательством предлагает руку жене.

Жена, подавая руку. У вас дрожит рука! Посмотри, Кнут, он дрожит!

Сын. Вот славная парочка! Да ты правда дрожишь? Оставайся дома, если ты мерзнешь!

Друг. Нели вы позволите, я лучше останусь... почитаю газеты...

Жена. Пожалуйста, не стесняйтесь! Я позову Адель, чтобы составить вам компанию! Нам с Кнутом надо кое-что купить. Зовет. Адель! Адель! Иди сюда скорей!

Седьмое явление.


Те же. Адель.


Друг. Вы согласны составить мне компанию, фрекен?

Кузина. Составить вам компанию? Вы боитесь темноты и одиночества?

Друг. Ужасно боюсь!

Сын и жена уходят.

Друг, убедившись, что они одни. Я не могу пропустить удобного случая и не поговорить с вами откровенно, как с родственницей этой семьи... Вы позволите?

Кузина. Прошу вас.

Друг. Вы знаете, как я люблю нашу милую парочку... Смеетесь? Я знаю, что вы думаете! Сознаюсь, что фру Кристина производит на меня впечатление, как интересная, молодая женщина, но, уверяю вас, я настолько владею собой, что ни минуты не боюсь увлечься...

Кузина. Меня нисколько не удивляет, что вы увлечены Кристиной. Я знаю, у неё настоящий дар пленять... но мне кажется странным, что вас также привлекает общество Кнута! Этого я понять не могу! Ведь Кнут ничтожество, он ниже вас во всех отношениях -- и по таланту и по уму!

Друг. Вы хотите сказать, что он еще совсем ребенок, но этим-то он мне и нравится! Проведя всю зиму в обществе резонеров, я нахожу успокоение в его несправедливости.

Кузина. Да, возня с детьми -- это успокоение, которое, однако, скоро утомляет. Вы же никогда с ним не скучаете! Как объяснить это?

Друг. Признаюсь, никогда не задумывался над этим вопросом... Вы же, по-видимому, философствовали на эту тему! И что же вы решили?

Кузина. Что вы, сами того не сознавая, влюблены в Кристину!

Друг. Ну, а я думаю иначе, так как люблю их гораздо больше вместе, чем врознь... я почувствовал бы к ним обоим равнодушие, если бы они разошлись... Но предположим, что вы правы и я влюблен в фру Кристину -- кому это вредит, пока мои чувства скрыты?

Кузина. Наши чувства имеют свойство разгораться, как огонь!

Друг. Положим... но опасности все-таки нет. Кто испытал, как я, всю горечь разлуки, тому, верьте, нет никакой охоты испытать ее вторично или быть её виновником... К тому же фру Кристина обожает своего мужа!

Кузина. Вы думаете? Никогда она его не любила. У неё это просто известная спокойная привычка, но Кнут со своей страстной натурой пресытится когда-нибудь этим приторным блюдом... вечной земляникой со сливками!

Друг. Я уверен, что вы уже были невестой, фрекен Адель?

Кузина. Почему?

Друг. Потому что вы всё это слишком хорошо знаете... и вот почему мне хотелось бы заглянуть еще глубже... я чувствую, что за последний год в этом доме произошло столько перемен...

Кузина. Каких?

Друг. Всё настроение иное! Здесь стали иначе думать, говорить... я ощущаю что-то непонятное, и это меня смущает!

Кузина. И вы это заметили? Да, странная семья: отец праздный рантье, в течение десяти лет режет свои купоны, сын -- бездельник, рожденный для того, чтобы резать купоны. Пьют, едят целый день и самым приятным образом ждут минуты, когда их успокоит смерть... Цели в жизни -- никакой, ни тени самолюбия, полное отсутствие страстей, но зато изобилие изречений Соломоновых... и заметьте, -- часа не пройдет, чтобы не сказали про кого-нибудь: "мерзавец", "скверный человек" -- это их хлеб насущный!

Друг. Удивительно много прелести в том, что вы говорите! Ваши замечания так остры и проницательны...

Кузина. Как и моя ненависть!

Друг. Кто умеет ненавидеть с такой силой, тому знакома также сильная любовь?

Кузина. Гм...

Друг. Фрэкен Адель, позлословив относительно наших друзей, мы должны подружиться с вами во что бы то ни стало!?

Кузина. Во что бы то ни стало?

Друг. Дайте мне вашу руку и обещайте не питать ко мне ненависти!

Кузина, беря руки, которые он ей протягивает. Какие у вас холодные руки!

Друг. Тем горячее кажутся ваши.

Кузина. Шт!.. Кристина!

Друг. Мы продолжим разговор в другой раз...

Восьмое явление.


Друг. Кузина. Жена. Молчание.


Жена. Что за молчание? Я мешаю?

Кузина. Нисколько... Скорей это я...

Жена, подавая другу письмо. Вот вам письмо... и, как Я вижу-- от женщины! Друг смотрит на письмо и бледнеет.

Жена. Как вы бледны! Вы всё еще мерзнете? Вот вам мой платок! Набрасывает ему на плечи платок.

Друг. Благодарю, теперь тепло!..

Кузина. Вот вам подушка под ноги!

Жена. Распорядись лучше, чтобы наверху затопили камин, а то в комнате чувствуется сырость после нескольких дней дождя...

Кузина. Да, правда.

Друг. Зачем столько хлопот из-за меня! Нет... пожалуйста...

Кузина. Что вы? Какие же хлопоты... Уходит.

Девятое явление.


Друг. Жена. Молчание.


Друг. Какое молчание вдруг!

Жена. Такое же, как и тогда... Что за секрет у вас с ней?.

Друг. Я должен был облегчить свое сердце...

Жена. Облегчите его со мной... Вы несчастны?

Друг. Особенно, когда я не могу работать.

Жена. Вы не можете работать... Почему?

Друг. Почему?

Жена. Вы всё еще привязаны к своей жене?

Друг. Нет, не к ней, но к тем воспоминаниям которые с ней связаны!

Жена. Воскресите эти воспоминания.

Друг. О, нет! Никогда!

Жена. Скажите... Вы к ней сбежали в прошлом году?

Друг. Нет, не к ней... к другим... если вам так интересно знать.

Жена. Фу!

Друг. Когда вас жалят слепни, то можно с удовольствием поваляться в грязи!

Жена. О!

Друг. К тому же я не вижу разницы между законной и незаконной грязью!

Жена. Что вы хотите сказать?

Друг. Вы замужняя женщина, и вам не 16 лет, так слушайте же: в супружестве мы покоимся на священной земле, вне брака -- на земле грешной. Но как в том, так и в другом случае это только земля!

Жена. Вы же не можете сравнивать!

Друг. Именно... я сравниваю!

Жена. На ком вы были женаты?

Друг. На приличной молодой девушке из хорошей семьи...

Жена. И вы любили ее?

Друг. К несчастью, слишком!

Жена. А потом?

Друг. Мы возненавидели друг друга.

Жена. Но почему же? Почему?

Друг. Это одна из неразрешимых загадок жизни!

Жена. Но ведь должна же быть какая-нибудь причина?

Друг. И я так думал, но вскоре выяснилось, что причины были просто следствием нашей ненависти. Ведь не разлад заставил нас порвать... Когда умерла наша любовь, начался разлад... Вот почему я считаю счастливейшими браками те, которые открыто признают у себя отсутствие любви.

Жена. Правда, у нас с Кнутом никогда не было серьезных ссор.

Друг. Вы были сейчас слишком откровенны, фру Кристина!

Жена. А что я сказала?

Друг. Да просто, что вы никогда не любили вашего мужа!

Жена. Не любила? А что такое "любовь"?

Друг, вставая. Прекрасный вопрос в устах замужней женщины! Любовь!.. Она принадлежит к числу вещей, которые можно чувствовать, но не определять словами...

Жена. Ваша жена была красива?

Друг. С моей точки зрения -- да. Она похожа на вас.

Жена. Значит, вы меня находите красивой?

Друг. Да.

Жена. Мой муж заметил это только в тот день, когда вы ему высказали свое мнение... Но самое забавное в том, что он действительно влюблен в меня только пока вы здесь, точно ваше присутствие его воспламеняет!

Друг. Ну, ну... так вот почему он так любит видеть меня у себя... А вы?

Жена. Я?

Друг. Может быть, мы благоразумно остановимся здесь из боязни пойти слишком далеко...

Жена, сердясь. Что вы хотите сказать? За кого вы меня принимаете?

Друг. О, ничего дурного, фру Кристина. Простите если я вас обидел...

Жена. Да, обидели... и глубоко! Ведь я хорошо понимаю, как вы смотрите на женщин!

Друг. Не на вас... Вы для меня...

Жена. Что?

Друг. Жена друга... а потому...

Жена. А если бы я ею не была?

Друг. Поставим здесь точку. Мне кажется, фру Кристина, вы не привыкли, чтобы за вами ухаживали мужчины.

Жена. Это верно... я не привыкла. Вот почему я стараюсь понравиться хоть немножко.

Друг. Только немножко? У вас все задатки сделаться счастливой женщиной с теми несложными требованиями, которые вы предъявляете к жизни.

Жена. Почему вы знаете мои требования?

Друг. Есть ли у вас честолюбие, стремление, желание стать чем-нибудь?

Жена. Это верно... ничего подобного, но эта монотонная, скучная жизнь, жизнь без волнений, полная лени, невыносима. Знаете ли, подчас я бешусь до того, что начинаю желать себе горя, тяжелого несчастья! Безразлично какого... эпидемия... пожар... Тише. Я желаю смерти своего ребенка... своей собственной смерти...

Друг. Знаете ли вы, что это такое? -- Безделье... слишком царить у вас, праздность... если это только не что нибудь иное!

Жена. Что же?

Друг. Распущенность!

Жена. Как вы сказали?

Друг. Мне бы не хотелось повторять, тем более, что вы прекрасно поняли. Надеюсь, вы не обиделись: у меня не было злого умысла!

Жена. Право, вы созданы как-то иначе... Вы можете свободно давать вашим друзьям пощечины, и они этого даже не заметят!

Друг. Есть женщины, которые желают, чтобы их били.

Жена. Теперь я вас боюсь!

Друг Ну что ж! Бойтесь!

Жена. Кто вы? Что вы? Что вы хотите?

Друг. Не интересуйтесь мною слишком, фру Кристина.

Жена. Еще дерзость?

Друг. Нет, просто дружеский совет. Замечаете ли вы, что мы ссоримся каждый раз, как вашего мужа нет. Это хороший знак!

Жена. Хороший знак!

Друг. Да, знак прочной дружбы. В подобном случае всегда ощущаешь потребность громоотвода!

Жена. Иногда мне кажется, что я могла бы вас возненавидеть!

Друг. Прекрасный знак! А вам не кажется, что вы могли бы полюбить меня?

Жена. Да... иногда.

Друг. Когда же, скажите мне?

Жена. У меня адское желание быть такой же откровенной, как вы! Так вот... когда вы говорите с Аделью!..

Друг. Это удивительно напоминает порыв вашего мужа, который пылает к вам только при мне. Итак, значит, фрекен Адель и я исполняем роль кузнечных мехов?

Жена. Всё, что вы говорите, так забавно, что я даже не успеваю сердиться.

Друг. Никогда не сердитесь!.. Вам это не идет!.. А не переменить ли нам разговор... Где же ваш муж? Встает, подходит к окну. Жена также смотрит в окно. Молчание.

Друг. Позвольте, что я вовсе не хотел показать вам то, что делается в саду!

Жена. До сих пор я не знала, что Кнут целуется с Аделью...

Друг. Удивительно! Но фрекен Адель не удается воспламенить вас по отношению к мужу... Да, здесь вообще много удивительного! В этом доме чувствуется что-то гнилое...

Жена. Ну, полно, ведь это только игра!..

Друг. Люди часто играют огнем и порохом, не сознавая опасности!

Десятое явление.


Те же. Отец, в шляпе.


Отец. Кнута здесь нет?

Жена. Он вышел. Ты хотел его видеть?

Отец. Очевидно, если спрашиваю о нём! Ты не видала Адель?

Жена. Она ушла.

Отец, заметив друга, Ах, извините! я вас не заметил... Как поживаете?

Друг. Благодарю, ничего. А вы?

Жена. Могу я тебе услужить в чем-нибудь?

Отец. Да, но я не хочу вам мешать!.. Это не к спеху... я вернусь еще!

Жена. Как можешь ты нам мешать?

Отец. Видишь ли, меня до того кусают внизу комары, что я хотел перебраться в верхнюю комнату...

Жена. Как досадно! Мы ее уж отдали гостю...

Отец. Ах, да! Ведь он ночует здесь! Я забыл... иначе, конечно, не стал бы беспокоить тебя...

Друг. то есть, я не принял бы гостеприимства Кнута, если бы мог думать, что вы...

Отец. Помилуйте... я не могу никого стеснять... "никогда не нужно совать пальцы между корой и деревом"... Молчание. Кнут взялся за свою картину?

Жена. Он не расположен!

Отец! Это вечная история, когда дело касается работы... тем более теперь!..

Жена. Тебе ничего больше не надо?

Отец. Нет, нет!.. Ведь всё равно!.. Послушай... насчет комнаты ни слова Кнуту!..

Жена. Ни слова -- будь покоен.

Отец. Ты понимаешь! Досадно потревожить из-за пустяка... Конечно, если бы комната была свободна... другое дело... я мог бы в ней поселиться... но так как она занята... Вообще не будем говорить об этом... До свидания! Уходит.

Одиннадцатое явление.


Друг. Жена.


Друг. Извините, фру, я вас оставлю на минуту!

Жена. Куда вы бежите?

Друг. Я предпочитаю вам этого не говорить.

Жена. Вы хотите снять комнату?

Друг. А вы думаете, что я способен оставаться в доме, когда меня гонят?

Жена. Останьтесь... Никто вас не гонит... и чтобы помешать вам... Берет его шляпу.

Двенадцатое явление.


Те же. Сын.


Сын. Что это? Драка или объяснение в любви?

Жена. Это только легкий флирт! Подумай, Кнут, эта горячка Аксель хочет опять бежать из дому только потому, что папа пожелал поселиться наверху...

Сын. Ах, да? Отличный способ наблюдать за нами... Другу. И ты хочешь сбежать?.. Ну, живо -- на колени перед женой... проси же прощенья. Друг становится на колени. Целуй же ножку мадам! Кстати у неё прелестные ножки... Можешь поверить!..

Друг целует ногу и встает. Ну, я теперь испросил прощенья... прощайте! Я бегу снять комнату и моментально вернусь... Быстро уходит.

Жена раздраженно. Аксель:

Сын. Жена.

Тринадцатое явление.

Жена. Это невыносимо, что старик мешается во всё!.. Только портит нам настроение... Скоро, кажется, у нас не будет свободной минуты ни днем, ни ночью!

Сын. Что же делать? Надо покориться! Но ты тоже могла бы постараться хоть немножко скрывать свои чувства.

Жена. Какие чувства? Что ты говоришь? Уж не ревнуешь ли ты?

Сын. Ну, теперь я ничего не понимаю! Я говорю о твоей неприязни к отцу...

Жена, меняя разговор. Лучше совсем не говорить о чувствах! Вынимает сверток из кармана. Надень этот галстук... Повязывает ему галстук.

Сын. Опять галстук! Да еще синий! Как вам это нравится!

Жена. Не ходить же тебе вечно растрепой! Подвей-ка усы... вот так!

Сын. Гм!.. Довольно определенно!..

Жена. Что?

Сын. Теперь мне только недостает серого костюма и туфель для лаун-тенниса?

Жена. Ну, что ж! Было-бы отлично, а то ты распустился и толстеешь.

Сын. Может быть, прикажешь мне лечиться от толщины и приобрести разочарованный вид? Или просто развестись?

Жена. Кнут... ты ревнуешь?

Сын. Всему есть пределы... Но странно! Я ревную без злобы, без ненависти... Я так люблю этого человека, что ни в чём не сумею ему отказать... Решительно ни в чём!

Жена. Ну, это сильно сказано!

Сын. Уверяю тебя... может быть, ты найдешь чудовищным то, что я скажу, может быть, это безумно, преступно... Но если он попросит уступить тебя -- пусть берет!

Жена. Да, это чудовищно! Я многое от тебя выслушивала, многое переносила, но это... это...

Сын. Я говорю то, что чувствую! Знаешь... часто во сне, а и иногда и наяву, меня преследуют видения... я вижу вас вместе... И это зрелище не только не терзает меня, но напротив... дает мне наслаждение! Мне кажется, будто я вижу что-то прекрасное...

Жена. Это ужасно!

Сын. Случай действительно невероятный! Но согласись, всё это чертовски интересно!

Жена. Знаешь, я часто думаю, что ты был бы рад отделаться от меня!

Сын. Ты этого не думаешь!

Жена. Уверяю тебя... иногда! Мне кажется, что ты зовешь Акселя, желая толкнуть меня в его объятия, чтобы иметь повод к разводу.

Сын. Неправдоподобно!.. Скажи правду, Кристина, вы никогда не целовались?

Жена. Клянусь тебе, никогда!

Сын. Так обещай мне признаться во всём, когда этот день настанет!

Жена. Нет, Кнут, я положительно начинаю бояться за твой рассудок!

Сын. Вот потому-то я и прошу тебя! Видишь, обманутым я быть не хочу... Уступлю не охотно... Но предпочту все-таки уступить!

Жена. Надеюсь, ты кончил, а потому я начинаю: скажи, пожалуйста, что у тебя за отношения с Аделью?

Сын. Отношения, которые ты знаешь и признаешь...

Жена. Я никогда не признавала адюльтера!

Сын. Кажется, ветер переменился! То, что вчера представлялось невинным, сегодня кажется адюльтером!

Жена. Как и мои отношения к Акселю! Ты считал их тоже невинными?

Сын. Да, до сих пор... но завтра, кто знает?

Жена. Подожди, чтобы это завтра настало.

Сын. Я не хочу ждать... Может быть, будет поздно!..

Жена. Чего ты хочешь?

Сын. Не знаю... Только бы конец всему!.. Если, только существует конец... Запутавшись в своих сетях, мы стали пленниками!.. О, как я его ненавижу... когда его нет! Но стоит мне увидать взгляд его больших глаз, и я снова люблю его... Люблю его, как брата, как сестру, как жену... Я понимаю теперь, что ты могла подпасть под его влияние... Но я не понимаю себя! Благодаря этой жизни среди одних женщин... я стал женоподобным... Мне кажется, что твоя любовь, всё разрастаясь и разрастаясь, заразила и меня... Ты должна его безумно любить... Может-быть, даже бессознательно!..

Жена. Это ложь! Ты всё это придумал, чтобы оправдать себя...

Сын. Как и ты?

Жена, Нет, это ты.

Сын. Нет, как ты! Как ты! О, я с ума сойду! Жена. Не удивительно!

Сын. И ты не жалеешь меня?

Жена. Могу ли я жалеть, когда ты мучаешь меня? Сын. Ты никогда меня не любила!

Жена. Нет, это ты меня не любил!

Сын. Мы можем так ссориться до самой смерти! Жена. Не лучше ли прекратить это сейчас же! Прими душ -- это тебя успокоит!

Сын. Понимаю! Ты хочешь остаться одна!

Четырнадцатое явление.


Те же. Друг.


Друг весело. Ну и везет же мне! Представьте, уходя отсюда, я встречаю фрекен Адель, и она мне предлагает комнату!

Жена. Ах, она сдает комнаты?

Друг. Нет, она слышала об одной комнате. Жена. Эта девица всё знает...

Друг, протягивая Кнуту портсигар. Папироску!

Сын сердито. Нет, благодарю.

Друг. чёрт возьми! Что за галстук! Прелесть! Сын. Ты находишь?

Друг. Вы что-нибудь дурное говорили обо мне? При знайтесь? Я вижу по лицам!

Сын. Извиняюсь! Мне надо брать ванну! Быстро уходит.

Те же, кроме сына.

Пятнадцатое явление.

Друг. Что это?

Жена. Ревность!

Друг. Так... Но ведь у него нет повода!

Жена. Кнут утверждает, что есть. Где комната, которую вам нашла Адель?

Друг рассеянно. Адель? Да... как раз напротив, у лоцмана.

Жена. Ловко придумано!.. Из вашего окна вы можете смотреть прямо к ней в комнату... Что за интриганка!

Друг. Не думаю, чтобы Адель имела это в виду.

Жена. Адель!.. Адель!.. Вы стали уж так близки?

Друг. Прошу вас, фру Кристина, не вызывайте призраков, способных разбудить во мне чувства, невидимые при свете дня!.. Не делайте этого, иначе...

Жена. Ну так уходите... Нет, теперь вы не смеете уйти! У вас нет на это права...

Друг, закуривая. Но, может быть, есть долг?..

Жена. Если вы друг, не покидайте меня беззащитной в этом доме, где честь моя в опасности, где мой преступный муж, под защитой родителей, может позволит себе какую угодно низость! Можете себе представить, что он так далеко зашел в своей пошлости, что хотел, в случае надобности, уступить меня вам!

Друг. Любезная форма ревности! А что же вы ответили?

Жена истерично. Вы играете мной, как кошка своей добычей... Вы видите, что я запуталась в ваших сетях... что я страдаю, борюсь, хочу вырваться... и не могу! Сжальтесь надо мной! Подкрепите меня дружеским участием! не оставайтесь неподвижным и холодным, как статуя божества, которая ждет обожания и требует жертв! Падает на колени. Вы сильны, вы можете повелевать своими страстями! У вас есть и гордость и честь; но всё это только потому, что вы никогда не любили; слышите ли, никогда не любили так, как я люблю вас!

Друг. Я не любил? Встаньте, фру Кристина! Подите и сядьте вон в то кресло... там, совсем в глубине... Так вот! Теперь я буду говорить. Он остается на прежнем месте с папироской в руках. Я полюбил вас -- что называется -- с первого взгляда! Помните ли вы тот закат в прошлом году, когда мы познакомились? Ваш муж стоял внизу, в долине, и что-то писал, когда я проходил мимо... Я был вам представлен, и мы долго говорили, пока вы не устали и не опустились на траву, пригласив и меня сесть рядом... Была сильная роса, и я боялся сырости... тогда вы расстегнули ваше манто и предложили мне сесть на край его... Мне казалось, что это ваши руки протянулись ко мне, чтобы обнять меня и успокоить на ваших коленях! Я был очень несчастен, усталый и покинутый... Ваше манто казалось таким мягким я теплым, что я, правда, хотел бы в него завернуться и спрятаться на вашей молодой девичьей груди... но я сконфузился, заметив в ваших глазах легкую улыбку над смущением такого взрослого мужчины, как я! Мы часто встречались с тех пор.

Ваш муж был очень доволен моим восхищением перед вами... Казалось, будто я открыл ему жену... Я попался к вам в плен, и вы стали мной играть. Ваш муж не стеснялся открыто смеяться надо мной даже в большом обществе! Как оскорбляли меня иногда его самоуверенность и эгоизм!.. Бывали минуты, когда я чувствовал искушение столкнуть его и занять его место! Помните то утро, когда я пригласил вас обоих на день своего рождения? Вы хотели прийти позднее... и, наконец, после того, как мы прождали целый час, вы вошли в залу... Помню в юбке цвета pensИe и в светлой блузке с цветами... На вас была шляпа желтой соломы золотистого цвета. Отблеск её пронизывал вас светом и казался лучом солнца... Когда вы с робким задором четырнадцатилетней девочки протянули мне букет роз, вы показались мне так нечеловечески прекрасны, что у меня не хватило сил приветствовать вас и поблагодарить за цветы! Я убежал к себе в комнату и плакал там, как ребенок!

Жена. Вы, по крайней мере, прекрасно умеете скрывать свои чувства.

Друг. А помните?.. Позже... Тот вечер после ужина? Долгие часы, полные нежного обмена мыслей, в которых сливались наши души... Тогда Кнут, с вашего согласия, торжественно пригласил меня к себе на всю зиму. Помните ли вы мой ответ?

Жена. Вы ответили: "я не смею!"

Друг. На другой день я уехал.

Жена. А я весь день плакала! И Кнут тоже плакал.

Друг. Подумайте, сколько слез придется нам пролить теперь!

Жена. Теперь?

Друг. Сидите спокойно! Теперь, когда всё сказано, нам остается только расстаться!

Жена. Нет, нет! Только не расставаться! Почему всё не может остаться по-старому? Вы владеете собой, я вовсе не волнуюсь... Кнуту нет дела до наших чувств, раз мы умеем владеть собой... Смотрите, мы так мирно здесь сидим и рассуждаем о прошлом, как старые супруги, которые говорят о своей молодой любви!

Друг. Ах, вы -- дитя! Не понимаю, как вы, замужняя женщина, можете еще думать о дружбе после объяснения в любви! Я спокоен! Да... приблизительно так же, как бочка пороху, у которой уже зажжен фитиль... Я холоден, как паровая машина на своей поверхности. Да, я долго боролся, страдал, но теперь я не отвечаю за себя!

Жена. Зато я отвечаю за себя!

Друг. Вы! Еще бы! Вы всегда можете затушить разгорающийся пожар, а я живу один... О, какие адские мысли! И вы думаете, что после всего этого я останусь здесь, соглашусь, как нищий, питаться крохами со стола богача... вдыхать упоительный запах цветов, но тотчас же с упреком бежать прочь.

Жена. Зачем упрекать себя, когда он не стесняется иметь в доме любовницу, которую целует!

Друг. Не будем сваливать свою вину на других! Не будем так делать! Мы идем по крутизне и рискуем свалиться в бездну... Будем хоть раз оригинальны и покажем свету пример честных людей! Как только Кнут войдет сюда, мы сейчас же скажем ему вот что: "Мы любим друг друга. Подай нам добрый совет, как себя вести!"

Жена. Это прекрасно!.. Благородно!.. Да, мы поступим именно так! Будь, что будет!.. И мы можем это сделать, смотря ему прямо в глаза, так как не совершили еще преступления!

Друг. А потом? Он, конечно, попросит меня удалиться...

Жена. А может быть остаться!

Друг. На каких условиях? Ведь всё остается по-прежнему... Нет, нет, я не могу! Можете ли вы думать, что после этой минуты я могу видеть ваши нежности, слышать, как по вечерам захлопывается дверь вашей комнаты?.. Нет! Я не вижу выхода! Но он должен всё знать, иначе я не смогу смотреть ему в глаза, не смогу пожать его руку! Мы должны ему всё сказать, а дальше посмотрим.

Жена. О, как хотела бы я, чтобы эта минута была уже пережита! Скажите вы ему, что любите меня, -- у меня не хватит духу вонзить нож! Скажите вы, что любите меня!

Друг, оставаясь так же, как и она, на прежнем месте. Да, я люблю тебя всем существом, всей душой моей! Люблю твои маленькие ножки, которые видны из-под платья; люблю твои маленькие белые зубы, твой рот, созданный для поцелуев; твои уши и твои глаза, полные неги и любви... Люблю весь твой воздушный, легкий облик, который я мог бы поднять к себе на плечи, чтобы умчать его потихоньку в лес... Когда я был молод, как-то раз поднял я на руки уличную девицу и взбежал с ней на четвертый этаж... Я был тогда молод, подумайте, теперь я зрелый человек!

Жена. Люби также и мою душу.

Друг. Я люблю также и душу твою, потому что она слабей моей, но такая же пламенная, такая же вероломная, как и моя...

Жена. Позволь мне подойти к тебе...

Друг. Нет, не смей!

Жена. Вот Кнут, я слышу его шаги... У меня не хватит мужества, если я тебя не поцелую в лоб...

Друг. Он идет?

Жена. Молчи!

Шестнадцатое явление.


Те же. Отец входит в шляпе, идет прямо к другу, который вздрагивает и поднимается.


Отец берет газету со стола, стоящего возле друга. Простите, что я мешаю! Я хотел только взять газету. Жене. Ты не видела Адель?

Жена. Ты спрашиваешь ее сегодня в пятый раз!

Отец. Ты считала? Разве ты не будешь брать ванну перед завтраком?

Жена. Сегодня нет.

Отец. Напрасно ты пропускаешь ванны, твое здоровье так нежно. Молчание. Отец уходит.

Семнадцатое явление.


Друг. Жена.


Друг. Нет, я больше не могу здесь оставаться! Я не выдержу!

Жена подходит и смотрит на него страстными глазами. Бежим вместе! Хочешь?

Друг. Нет, но я убегу...

Жена. Так и я убегу с тобой, и мы умрем вместе...

Друг сжимает ее в объятья и целует. Теперь мы пропали! Зачем я это сделал? Прощай, честь! Простите вера, дружба!.. Прощай, душевный мир!.. Адский огонь сжег всё, что цвело и зеленело! Они расходятся и садятся на прежние места.

Восемнадцатое явление.


Те же. Сын быстро входит.


Сын. Почему вы сидите так далеко друг от друга?

Жена. Потому что..

Сын. Почему вы так возбуждены?

Жена. Потому что... длинная пауза. Мы любим друг друга!...

Сын некоторое время смотрит на обоих, потом другу. Это правда?

Друг. Это правда.

Сын садится на стул, подавленный. Зачем говорите вы это мне сами?

Жена. Затем, что мы честные люди!

Сын. Правда, это оригинально, но это цинично!

Жена. Ты сам просил меня, когда настанет минута...

Сын. Правда! И минута настала! Мне кажется, что я давно всё знаю, и в то же время это так ново для меня, что я всё еще не могу понять... Кто виноват? Никто и все! Что теперь будет с нами?!

Друг. Можешь ли ты в чем-нибудь упрекнуть меня?

Сын. Решительно ни в чём! Ты скрылся, как только заметил опасность. Ты отклонил предложение жить с нами! Ты так хорошо скрывал свои чувства, что Кристина думала, будто ты ее ненавидишь... Но зачем ты вернулся?

Друг. Я думал, что мои чувства умерли.

Сын. Это возможно. Я тебе верю. Мы стоим лицом к лицу с актом, которого не призывали, но которому не сумели помешать! Напускной искренностью мы хотели избежать опасности, шутили с ней, а она всё приближалась и приближалась, и, наконец, гроза разразилась над нами... Что делать? Постараемся говорить спокойно, оставаясь друзьями до конца! Что делать? Молчание. Ответа нет? Однако, мы не можем спокойно сидеть и смотреть, как над нами горит крыша... Встает. Надо думать о последствиях!

Друг. Самое лучшее было бы мне уехать!

Сын. И я так думаю!

Жена дико. Нет, ты не смеешь уезжать... я или уеду вместе с тобой!..

Сын. Это называется спокойным разговором?

Жена. Любовь не знает спокойствия! Подходит к другу.

Сын. Избавьте меня, по крайней мере, от лицезрения вашей страсть! Пощадите немного мои чувства! Ведь я наименее виновная и, во всяком случае, страдательная сторона!

Жена бросается другу на шею. Слышишь? Ты не смеешь уезжать!

Сын хватает ее за руку и отталкивает от друга. Ведите же себя, как приличные люди; подождите, пока я уйду! Другу. Слушай, друг мой! Надо предпринять что-нибудь решительное, так как через несколько минут позвонят к завтраку! Я вижу, что ваша любовь непреодолима, и мое одинокое чувство не в силах ее побороть! Продолжать совместную жизнь с женщиной, которая любит другого, я не могу! Мне всегда это будет казаться какой-то полиандрией... А потому я удалюсь, но не прежде, чем получу гарантию, что ты на ней женишься!

Друг. Веришь ли, твое великодушие унижает меня больше, чем унизило бы сознанье сделанного преступления, если бы я украл у тебя жену!

Сын. Охотно верю... Но мне приятнее уступить, чем думать, что меня обкрадывают. У вас остается пять минут на решение этого вопроса. Итак, до свиданья! Через несколько минут!.. Уходит.

Девятнадцатое явление.


Друг. Жена.


Жена. Ну, что ж.

Друг. Вы не замечаете, что я смешон?

Жена. Я не считаю правдивость смешной!

Друг. Не всегда... Но в данном случай ваш муж мне кажется наименее смешным из всех нас! Придет день, когда вы станете меня презирать!

Жена. И это всё, что ты мне нашел сказать в такую минуту? Теперь, когда между нами нет никого и ты можешь с чистой совестью обнять меня, ты начинаешь медлить!

Друг, Да, я медлю, так как эта правдивость похожа на наглость, а ваша честность кажется мне простым бессердечием!..

Жена. Так! Так!

Друг. Я сильно боюсь, что запах тления, который мне слышится в вашем доме, исходит от вас!

Жена. Вернее от вас! Вы соблазнили меня вашими скромными взглядами, вашей рассчитанной холодностью, вашими грубостями, которые раздражали меня, как удары кнута! И вот соблазнитель играет теперь роль добродетели! Ах!..

Друг. Нет, это были вы...

Жена. Нет, это вы... вы... вы!.. Бросается на диван и кричит. Помогите же мне! Я умираю! Я умираю!

Друг стоит неподвижно.

Жена. Неужели вы не хотите мне помочь! У вас нет ко мне жалости? Вы дикий зверь! Разве вы не видите, что я больна? Помогите мне! Помогите!

Друг стоит по-прежнему неподвижно.

Жена. Пошлите ко мне врача и окажите мне, по крайней мере, услугу которую вы оказали бы любому постороннему человеку... Позовите Адель!

Друг уходит.

Двадцатое явление.


Жена. Сын.


Сын жене. Ну? Что же? Вы решили?

Жена. Молчи! Ни слова об этом!

Сын. Почему он так бежал через сад? Я думал, он опрокинет по дороге все деревья! Точно у него горит в заднем кармане!..

Двадцать первое явление.


Те же. Мать, кузина. Позднее отец.


Мать. Ну, что же, идемте завтракать!

Сын. Благодарю, с великим удовольствием.

Мать. А где же господин Аксель? Будем мы его ждать или нет?

Сын. Ждать его мы не будем!.. Его и след простыл!

Мать Вот чудак-то! А я приготовила его любимую рыбу!

Входит отец.

Сын. Можешь занять комнату, если хочешь! Отец. Благодарю, она мне больше не нужна! Сын. Ты удивительно изменчив!

Отец. Что ж, не я один так делаю! "Кто вовремя думает, тот счастливее, чем баловни судьбы!"

Сын. И вот еще: "Никогда не говори другу откровенно: убирайся, а потом приходи!"

Отец. Прекрасно! Откуда это?

Сын. Это Кристина меня научила.

Отец. Да, Кристина! А приняла ты сегодня ванну, дитя мое?

Сын. Нет, сегодня она заменила ее холодным душем.

Слышен гонг.

Мать. Скорей к столу!

Сын отцу. Предложи руку моей жене, а я возьму Адель.

Отец. Нет, благодарю. Береги Кристину для себя!


Занавес.


-----------------------------------------------------------


Текст издания: А. Стринберг. Полное собрание сочинений. Том 9. Детская сказка. Игра с огнем. Серебряное озеро. Эрик XIV.. -- Издание В. М. Саблина, Москва -- 1911. С. 53.

ABBYY FineReader 12